• Цвет полей:

• Цвет фона:


• Шрифт: Book Antiqua Arial Times
• Размер: 14pt 12pt 11pt 10pt
• Выравнивание: по левому краю по ширине
 
Православные старицы ХХ века — Сост. Светлана Девятова Автор: Девятова Светлана

Православные старицы ХХ века — Сост. Светлана Девятова

(66 голосов: 4.88 из 5)

Книга о подвижницах 20-го века появилась благодаря стараниям сотен людей: тех, кто оставил свидетельства о своих духовных матерях, кто собирал свидетельства духовных чад и современников подвижниц, составителей книг и статей о старицах, православных прозаиков и журналистов, а также людей, принимавших участие в публикации материала в интернете, сотрудников издательств и типографий, и многих, многих других.

 

Предисловие

«Любящему Господа все поспешествует во спасение… Никто сам не спасся, а Спаситель у нас у всех один. Человек может только желать спасения, а сам спасти себя не может. Надо желать спасения, сознав себя погибающим, негодным для царствия Божия, и это желание спасения надо показать Господу мольбой к Нему и посильным исполнением воли Его, и постоянным покаянием…»

Игумен Никон (Воробьёв)

Когда работа над очерками о старцах и старицах 20 века только началась, трудно было представить, что Господь даровал многострадальной России не десятки, а сотни духовных светильников, чтобы укрепить верующих людей и вывести заблудших из тьмы в годы безверия. Когда повсеместно закрывались храмы и монастыри, многих священнослужителей и монашествующих расстреливали или обрекали на мучительные страдания и голодную смерть в лагерях, ссылке, оставшиеся в миру носители истинной веры со смирением несли тяжёлый крест старчества, ежеминутно рискуя жизнью, духовно поддерживали, вымаливали людей. Они наставляли на путь истинный духовными советами, предупреждали об опасностях, врачевали духовные и телесные недуги, призывали к покаянию и смирению.

Нам хотелось, чтобы как можно больше верующих людей смогли прочесть краткие очерки о старцах и старицах. Истинные свидетельства о жизни современных подвижников, чудеса исцелений могли бы вызвать живой интерес у тех, кого отпугивали увещевания старших, кто сомневался в истинности рассказов о святых, живших много веков назад. Поэтому мы разместили очерки о старцах и старицах в интернете. По Промыслу Божиему в 2006 году появилась возможность опубликовать подготовленный материал в виде двух сборников в печатном виде.

Книга о старицах 20-го века, подобно первому сборнику о старцах двадцатого столетия, появилась благодаря стараниям сотен людей: тех, кто оставил свидетельства о своих духовных матерях, тех, кто собирал свидетельства духовных чад и современников подвижниц, составителей книг и статей о старицах, православных прозаиков и журналистов, а также людей принимавших участие в публикации материала на интернете, сотрудников издательств и типографий. Часть тиража, будет подарена храмам, монастырям, библиотекам, как духовная милостыня за всёх этих людей.

Хочется выразить большую признательность Татьяне Велк-Углановой. Она собирала свидетельства о старицах для очерков «Схимонахиня Серафима (Бирюлёвская)», «Старица Любовь (Измаиловская)», «Старица Евдокия Диева», помогла найти материал о старице Серафиме (Павлово-Посадской) и подвижнице Вере Емелиной.

От всей души благодарю всех, кто помогал доставать необходимую для работы литературу, кто молитвенно поддерживал нас. Слава Богу, за всё!

К сожалению, мы не располагали всей необходимой информацией. Будем весьма признательны всем, кто пришлёт нам ссылки на статьи и книги, свои свидетельства и воспоминания о старцах и старицах, имена которых не вошли в сборники.

Введение

«Вы — свет мира. Не может укрыться город, стоящий на вершине горы. И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме. Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного».

(Мф. 5:14-16)

Иеродиакон Николай (Сахаров) в статье «Учению архимандрита Софрония (Сахарова) о старчестве…» пишет, что по учению греческих отцов: «…Старец играет роль посредника между послушником и Богом … Для этого старец непременно должен обладать, наряду со множеством иных необходимых добродетелей, и даром духовного рассуждения, то есть способностью распознавать в молитве волю Божию, что позволяет его ответам носить исключительно духовный, «пророческий» характер. Как посредник в сообщении божественной воли, старец считается продолжателем дела Самого Христа и причитается к лику пророков наравне с Моисеем (ср. Исх. 4:13)…

(В России) духовное наставничество достигло меры старчества в житиях прп. Серафима Саровского и монахов Оптиной Пустыни … (Возрождение старчества в русской монашеской традиции обычно связывают с именем преп. Паисия Величковского (1722—1794 гг.))».

В послании святого Апостола Павла к Галатам сказано: «…Нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал. 3:28). Даром духовного рассуждения, способностью распознавать в молитве волю Божию обладали и старицы последних времён, по Промыслу Божиему им суждено было играть роль посредника: одним между Богом и сестрами в монастырях, другим – между Богом и страждущими в миру. Прозорливых стариц называли матушками, к ним обращались люди со своими духовными нуждами, у них искали утешение в горе, получали благословения на предстоящие важные перемены в жизни, к ним спешили верующие люди со своими телесными недугами. По молитвам подвижниц страждущие обретали душевный покой, получали исцеление…

Иеродиакон Николай отмечает: «Согласно преп. Серафиму, ответы старца основываются не на рассудочной деятельности, не на его богословской осведомленности или способности к психологическому анализу, а на воле Божией. Он объясняет, каким образом старец достигает знания воли Божией: «Первое помышление, являющееся в душе моей (после молитвы), я считаю, указанием Божиим и говорю, не зная, что у моего собеседника на душе, а только верую, что так мне указывает воля Божия, для его пользы. А бывают случаи, когда мне выскажут какое-либо обстоятельство, и я, не поверив его воле Божией, подчиню своему разуму, думая, что это возможно, не прибегая к Богу, решить своим умом. В таких случаях всегда делаются ошибки…»

Читая житие блаженных, мы не раз встречаем в воспоминаниях духовных чад подвижниц, указание на то, что блаженные старицы, чтобы узнать волю Божию, прежде чем ответить на вопрос страждущих молились: одни мысленно обращались с вопросом к святым, другие вопрошали, глядя на икону Богородицы или святого. Современники удивлялись их детской вере, умению блаженных стариц не только задавать вопросы, глядя на иконы, но и понимать ответы. Приведём лишь несколько примеров.

Дивеевская блаженная Анна, в келье которой была икона преп. Серафима, по рассказам матушки Маргариты: «…Часто подходила к этой иконе и спрашивала: «Куда? — Затем, кивая головой, говорила: «А, поняла…» — И шла по послушанию туда, где нужна помощь людям».

По свидетельству духовных чад блаженная Пелагея, прежде чем благословить духовных чад на то или иное дело, молитвенно обращалась к преподобному Серафиму Саровскому. В житиях других матушек встречаются свидетельства современников о том, что слепым блаженным старицам Сама Царица Небесная открывала то, что они не могли видеть. (От Царицы Небесной старицы получали благословение помогать страждущим.)

По молитвам блаженных стариц Господь творил чудеса. По свидетельству духовной дочери блаженной Алипии, Валентины С.Е. – «благодатью Божией пища у старицы Алипии умножалась». По свидетельству р.Б. Марфы молитвами матушки Алимпии сапожки и одежда Марфы были совершенно чистые, после того как она, помогая блаженной старице, «ходила целый день по грязи и носила на плечах большие мокрые ветки деревьев…»

Вспоминая блаженную Евдокию Токаревскую, игумен Роман (Загребнев) пишет: «Какие есть у Господа на земле люди! Они, поистине, дерзновенны в своих молитвах! Действенность молитв обнаруживает внутреннюю красоту сих богомольцев. Вот что рассказал мне брат Николай, впоследствии бывший иеродиаконом Псково-Печерской обители…: «Как-то прибежал я к матушке, рано утром, и чтобы не нарушить ее покоя, осторожно открыл дверь. Она сидела на стуле посреди своей комнатки перед образами, плача и приговаривая: «Господи, вот какая я калека, не могу Тебе затеплить лампаду, а ведь так охота, чтобы она горела пред образом Твоим!» Я же, застыв, как мертвый, продолжал стоять на пороге. И что же вы думаете? Лампада сама по себе зажглась. Я от радости заплакал и ушел назад домой, чтобы не смущать молитвенницу. Сам же с изумлением думал о том, какое же дерзновение имеют люди пред Богом? Какая сила молитвы этой матушки? Господи, слава Тебе, что есть у Тебя на земле такие сокровенные люди, ради которых мы грешные живем, часто без страха и рассуждения!»

Вспоминая о схимонахине Ниле, её келейница рассказала о чуде «задержания» по молитвам праведницы: «…Осенью зашла я к матушке, а она и говорит:

— Ты в саду-то была?

— Ой, матушка, там у меня всё крадут, не могу укараулить.

— Так это же сосед твой лазает. Ничего, помолимся сейчас, попросим святителя

Спиридона Тримифунтского.

Вернулась я домой, рано утром пошла поливать огород и вижу, что стоит в саду вор и не может сдвинуться с места. Потом удалось увидеть еще двоих. И, конечно, помогла молитва матушки. Все трое стали впоследствии верующими».

В книге «Божьи Люди. Мои духовные встречи» митрополит Вениамин (Федченков) рассказывает о том, как Господь наградил простую, неграмотную женщину за глубокую веру и простоту, за смирение и послушание чудесными дарами, — подобно Марии Египетской: Рано овдовев, Мария Егоровна М. впала в уныние, позже по совету прозорливой старицы схимонахини Серафимы (Шкотовой) († 1895 г.) раздала своё имущество и стала странствовать по святым местам.

По свидетельству современников лицо Марии Егоровны, прежде грубое и некрасивое, просветлело, стало приятным и бледным. В одном из монастырей она приняла монашество, позже была пострижена в схиму. Подвижница носила на спине тяжёлый мешок с камнями, и на вопрос, зачем она его носит, отвечала: «Так легче ходить». Перед революцией пустынница Мария жила в горах в пещере, при ней была келейница, которая вычитывала ей молитвенное правило.

Однажды в Драндском мужском монастыре монах, обслуживающий в монастырской гостинице приезжих, узнав, что раба Божия Е. приехала их Сухуми, рассказал ей о пустыннице Марии, её землячке. И на вопрос рабы Божией Е.: «А нельзя ли к ней пройти?» Ответил:

— Нет, река сильно разлилась от дождей, не пройдёте. Может она сама придет.

— А как же она может прийти, если вода разлилась?

— Пустынница Мария ходит по воде как посуху!»

В книге «Святые подвижницы Восточной Церкви» можно найти упоминание о том, что Господь по молитвам святой девственницы Пиамы († 337 г.) явил чудо «задержания»: жители соседней общины, замыслившие уничтожить всех жителей общины, в которой жила прозорливица, по молитве прозорливой праведницы, не смогли приблизиться к их селению. Они остановились и не могли сдвинуться с места, при этом им было открыто, что задерживает их молитва праведницы. Они были вынуждены прислать своих послов и просить мира. Известно, что святая девственница Пиама жила уединенно, принимала пищу лишь через день, почти всё время молилась, лишь несколько часов в день пряла лен.

Верующим читающим по благословению духовника молитву задержания знакомы такие строки: «И Ты, преподобная девственница Пиама, некогда силою молитвы остановившая движение шедших погубить жителей тоя деревни, где жила, ныне приостанови все замыслы врагов моих, хотящих изгнати мя из града сего и погубити мя: не допускай им приближатися к дому сему, останови их силою молитвы своей: «Господи, Судия Вселенной, Ты, которому неугодна всякая неправда, когда приидет к Тебе молитва сия, пусть Святая Сила остановит их на том месте, где постигнет их».

Преподобная Синклитикия († 350 г.) говорила: «Мы все знаем, как спастись, но не спасаемся по нерадению. Прежде всего нужно сохранять сию заповедь: возлюби Господа Бога твоего всею душою твоею и ближнего твоего, как самого себя (Мф. 22,37,39). Много трудов и подвигов предстоит приходящим к Богу, но потом ожидает их радость. Желающие развести огонь сперва задыхаются от дыма и плачут, а потом достигают чего ищут, так и мы должны воспламенять в себе божественный огонь со слезами и трудами. Наше звание есть не что иное, как отречение от жизни и помышление о смерти…» «…Воск тает от огня, так и душа наша ослабляется похвалами и теряет твёрдость добродетели». «Болезнь и раны служат к истреблению похотей, а пост и земные поклоны предписаны нам для укрощения страстей… Великий подвиг – терпеливо переносить болезни и среди них благодарить Господи».

Святая Феодора († 415г.), настоятельница общины дев, подвизавшаяся в Александрии, говорила: «Ни бдения, ни телесные труды не доведут нас до спасения, если нет в душе смирения… Смирение есть та добродетель, которая дарует победу над злыми духами». Святая Феодора отличалась любовью к подвигам милосердия, зорко следила за состоянием своей души, не допуская власти греха над собой, советовала и другим избрать тесный путь, указанный Спасителем: «Старайтесь входить тесными вратами. Если бы деревья не подвергались в холодное время напору ветров, дождю и суше, то летом не приносили бы плодов. Жизнь земная с её невзгодами – наша зима. Если не станем переносить скорби и испытания — не ожидайте себе покоя за гробом».

Можно предположить, что монахини и схимонахини 20 столетия так же как и их предшественницы удостаивались даров Святого Духа за великое смирение, послушание, любовь к Богу и ближним. Блаженных старицы, добровольно взявших тяжкий крест юродства во Христе, немощные и убогие подвижницы удостоились великих даров Святого Духа, за своё великое смирение и терпение скорбей, строгое воздержание, неусыпное бдение, милосердие, безграничную веру и любовь к Богу и ближним.

Подобно древним аскетам блаженные старицы последних времён, «безумием мнимым безумие мира обличившие», имеющие убогий вид и разодранные одежды, «жили мыслию о Горнем».

Читая житие той или иной подвижницы, каждый раз удивляешься необыкновенной высоте их подвига: хождение босиком в любую погоду, легкая одежда даже зимой… Например, блаженная Варвара (Скворчихинская), по свидетельству её современников: «Терпела такой мороз, какой своими силами не может человек ни выдержать, ни пережить…» Блаженная Макария в отрочестве, оставшись без крова, немощная «ползала на морозе… в снегу выкапывала ямку, комочком ложилась, под лицо руку положив, так и спала».

Что согревало блаженных в лютые морозы?! Ответ, на этот вопрос находим у прп. Серафима Саровского — «благодать Духа Святаго согревала» их: «Она-то и есть именно та самая теплота, про которую Дух Святый словами молитвы заставляет вопиять к Господу: «Теплотою Духа Святаго согрей мя!» Ею-то согреваемые пустынники и пустынницы не боялись зимнего мраза, будучи одеваемы, как в теплые шубы, в благодатную одежду, от Святаго Духа истканную. Так ведь и должно быть на самом деле, потому что благодать Божия должна обитать внутри нас, в сердце нашем, ибо Господь сказал: «Царствие Божие внутри вас есть». Под Царствием же Божиим Господь разумел благодать Духа Святаго…»

Блаженная старица Екатерины говорила: «Я отказалась от своего разума, разумеется, для славы Божией, покорив Ему всю свою волю. Принесла жизнь свою в дар Богу. А Бог дарует человеку благодатный дар высшего рассуждения и прозрения. Откровение же Божие получается через молитву». Господи, по молитвам стариц спаси нас!

Дивеевские старицы

Краткая история Серафимо-Дивеевского монастыря

Приблизительно около 1760 года прибыла в Киев вдова полковника Мельгунова Агафия Семеновна. Во Флоровском монастыре она приняла монашество с именем Александра. Господу было угодно возложить на нее обязанности первоосновательницы нового монастыря, об этом известила её Божия Матерь. (Матушка Александра однажды после долгого полунощного молитвенного бдения, будучи в легкой дремоте сподобилась видеть Пресвятую Богородицу.)

Матушка Александра с благословения старцев Киево-Печерской Лавры отправилась странствовать по России. В селе Дивеево матушка Александра остановилась для отдыха у западной стены деревянной приходской церкви и задремала. В тонком сне она увидела Божию Матерь. Пресвятая Богородица сказала: «…Здесь предел, который Божественным Промыслом положен тебе: живи и угождай здесь Господу Богу до конца дней твоих. И Я всегда буду с тобою, и всегда буду посещать место это, и в пределе твоего жительства Я осную здесь такую обитель Мою, равной которой не было, нет и не будет никогда во всем свете. Это — Четвертый Жребий Мой во вселенной…» (Первый Жребий – Иверия. Второй Жребий — Святая гора Афон. Третий Жребий — Киево-Печерский монастырь.)

По совету Саровских старцев мать Александра поселилась в деревне Осиновка вблизи Дивеева. Сначала она благоустроила в Дивееве старинную деревянную церковь. В 1773-1780 годах на средства матушки Александры была сооружена каменная Казанская церковь с приделами во имя святителя Николая и первомученика архидиакона Стефана. С появлением Казанского храма началось становление монашеской жизни в Дивеево.

В 1919 году монастырь был преобразован в артель, в 1927 году закрыт. В 80-е годы центром духовной жизни и паломничества в Дивеево стала келья схимонахини Маргариты (Лахтионовой). В 1991 году было обнародовано решение о возобновлении монастыря.

Вечером 30 июля 1991 года у Святых ворот Серафимо-Дивеевской обители встречали крестный ход со св. мощами преп. Серафима . Великая святыня была возвращена Русской Православной Церкви 11 января 1991 года. Сбылось пророчество преп. Серафима: «…Тогда Дивеев будет диво, когда убогий Серафим ляжет в Сарове, а плоть свою перенесет в Дивеев». (В 1926 году Саровский монастырь был закрыт, честные мощи батюшки Серафима были увезены. В начале 1990-х годов во время инвентаризация запасников Музея истории религии и атеизма, который размещался в Казанском соборе в Петербурге, были найдены мощи преподобного Серафима.)

Угодник Божий перед своей кончиной дал Прасковье Семеновне Мелюковой свечу, сказав, что с этой свечой сестры встретят его в Дивееве. Свеча передавалась из рук в руки и бережно хранилась почти 160 лет, в последние годы свеча хранилась у оставшейся в живых дивеевской схимонахини Маргариты (Лахтионовой). Свеча преподобного Серафима была вставлена в большую дьяконскую свечу, с которой и служили первый молебен на площади перед Троицким собором. Использовался в богослужении и ладан, принадлежавший саровскому чудотворцу. По свидетельству очевидцев в момент, когда раку с мощами святого Серафима вносили в собор, верующие увидели яркий столб неземного света.

В Свято-Троицком Серафимо-Дивеевском женском монастыре соблюдалась преемственность блаженных стариц, начиная от святой блаженной Пелагии Ивановны Серебренниковой (1809 — 1884 гг.), которую сам преподобный Серафим направил в Дивеево для духовного руководства сестрами. В 1848 году пришла на богомолье со странниками и осталась в монастыре блаженная Наталия Дмитриевна († 1900 г.). В 1883 году в обители поселилась блаженная Паша Саровская.

Блаженная старица Наталия Дивеевская († 1900 г.)

Блаженная старица Наталия, проживала в Серафимо-Дивеевском монастыре с 1848 года.

Любовь простого народа к старице росла год от года. Старица Наталия отличалась многолетними продолжительными молитвенными бдениями, подвигами, постоянным чтением священных и духовно-нравственных книг, постом и молитвою.

Из воспоминаний священника Вл. Тенищева, опубликованных в 1904 году в журнале «Русский Паломник»: «Свои беседы и наставления Наталия обосновывала главным образом на избранных текстах Св. Писания, изречениях св. отцов и примерах из житий святых; недаром, около нее, во время ее открытых сидений, всегда находились: Библия, Добротолюбие, Четьи-Минеи и патерики. В беседах с блаженной сразу замечались ее разносторонняя духовная начитанность, острая память, хороший навык извлекал нужное из прочитанного и уменье практически применять к делу приобретенные в разное время сведения и познания из Св. Писания и святоотеческой литературы.

Наружный вид блаженной всегда был одинаков. Верхнее одеяние ее постоянно было светлое, но крайне ветхое и запыленное. Положение тела согбенное. Лицо полузакрытое и всегда с поникшим взором. Пища ее была чрезвычайно скудная и в малом количестве; по средам и пятницам она и совсем ничего не вкушала, кроме антидора и теплоты с просфорой, каждодневно приносимых послушницами из церкви. Нижнюю одежду, по словам послушниц, она сменяла всего один раз в год, перед Пасхой или Благовещением. Строгое воздержание в пище и самоумерщвление плоти в разных видах делали старицу неподражаемой в обители».

26 июня 1899 года, старица Наталья положила основание новой женской обители, в недалеко от села Теплова, Ардатовского уезда, Нижегородской губернии.

Из воспоминаний монахини Серафимы (Булгаковой): «…Много раз слышала еще в монастыре, что блаженная Наташенька перед смертью в 1900 году проводила со звоном Правду на небо…

В то время колокольни в монастыре еще не было, а колокола помещались в конце Канавки на деревянном помосте. Пустынька Наталии Ивановны находилась рядом с хлебным корпусом, и она всегда звонила к полунощнице. А тут она неожиданно подняла звон во время обедни. Все выскочили из церкви узнать, что случилось. Вышла и покойная мать игумения Мария. Все направились к звоннице. Матушка игумения обратилась к Блаженной и спросила, почему она так звонит. Та ответила:

— Правду на небо провожаю. Правды на земле больше нет!

— Ну, больше так не делай,— сказала игумения.

— Больше не буду,— ответила Блаженная и развела руками. В тот же год она скончалась».

Старица Наталья мирно отошла ко Господу 9 февраля 1900 года.

Блаженная Параскева Дивеевская (1795-1915 гг.)

Блаженная Паша Саровская (в миру — Ирина) родилась в 1795 году в селе Никольском Спасского уезда Тамбовской губернии в семье крепостного крестьянина. В семнадцать лет её выдали замуж. Родные мужа любили её за кроткий нрав и трудолюбие. Прошло пятнадцать лет. Помещики Булгины продали Ирину с мужем господам Шмидтам.

Вскоре умирает муж Ирины. Господа Шмидты попытались выдать Ирину замуж вторично, но услышав слова: «Хоть убейте меня, замуж больше не пойду», решили оставить её у себя дома. Не долго пришлось работать Ирине экономкой, она была оклеветана прислугой и хозяева, заподозрив Ирину в краже, отдали её на истязание солдатам. После жестоких побоев, не выдержав несправедливости, Ирина ушла в Киев.

Беглянку обнаружили в монастыре. За побег крепостной крестьянке долгое время пришлось томиться в остроге, прежде чем её по этапу отправили на родину. Наконец, Ирину вернули хозяевам. Проработав два года огородницей у Шмидтов, Ирина опять решилась на побег. (Следует отметить, что во время второго побега Ирина тайно приняла постриг с именем Параскевы, получив благословение старцев на юродство Христа ради.) Вскоре блаженную задержали стражи порядка и вернули хозяевам, которые вскоре сами выгнали Ирину.

Пять лет Ирина полураздетая, голодная бродила по селу, затем 30 лет жила в вырытых ею пещерах в Саровском лесу. Окрестные крестьяне и паломники, приходившие в Саров, глубоко чтили подвижницу, просили её молитв. Ей приносили еду, оставляли деньги, а она раздавала всё неимущим.

Жизнь отшельницы была сопряжена с большими опасностями, однажды она была жестоко избита разбойниками, требующими у неё денег, которых у неё не было. Целый год она была между жизнью и смертью.

В Дивеевский монастырь она пришла осенью 1884 года, подойдя к воротам монастыря, она ударила по столбу и предрекла: «Вот как сокрушу этот столб, так и начнут умирать, успевай только могилы копать». Вскоре умерла блаженная Пелагея Ивановна Серебренникова (1809-1884 гг.), которой сам преп. Серафим вверил своих сирот, за ней умер монастырский священник, потом одна за другой несколько монахинь…

Архимандрит Серафим (Чичагов), автор «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря» рассказывал: «Во время своего житья в Саровском лесу, долгого подвижничества и постничества она имела вид Марии Египетской. Худая, высокая, совсем сожженная солнцем и поэтому черная и страшная, она носила в то время короткие волосы, так как ранее все поражались ее длинным до земли волосами, придававшими ей красоту, которая мешала ей в лесу и не соответствовала тайному постригу. Босая, в мужской монашеской рубашке — свитке, расстегнутой на груди, с обнаженными руками, с серьезным выражением лица, она приходила в монастырь и наводила страх на всех, не знающих ее»…

Современники отмечали, что внешность блаженной Паши Саровской менялась от её настроения, она была то чрезмерно строгой, сердитой и грозной, то ласковой и доброй:

«Детские, добрые, светлые, глубокие и ясные глаза её поражают настолько, что исчезает всякое сомнение в её чистоте, праведности и высоком подвиге. Они свидетельствуют, что все странности её, — иносказательный разговор, строгие выговоры и выходки, — лишь наружная оболочка, преднамеренно скрывающая смирение, кротость, любовь и сострадание»…

Все ночи блаженная проводила в молитве, а днем после церковной службы жала серпом траву, вязала чулки и выполняла другие работы, непрестанно творя Иисусову молитву. С каждым годом возрастало число страждущих, обращавшихся к ней за советами, с просьбами помолиться за них.

Очевидцы рассказывали, что Прасковья Ивановна жила в небольшом домике, слева от монастырских ворот. Там у нее была одна просторная и светлая комнатка, в которой вся стена напротив двери «была закрыта большими иконами»: в центре – Распятие, справа Божия Матерь, слева – ап. Иоанн Богослов. В этом же домике, в правом от входа углу, имелась крохотная келья, служащая спальной комнаткой Прасковьи Ивановны, там она молилась ночами (спала блаженная крайне мало).

Под окнами ее домика всегда можно было увидеть паломников. Имя Прасковьи Ивановны было известно не только в народе, но и в высших кругах общества.

Люди шли к блаженной за советом и утешением нескончаемой вереницей, и Господь через Свою верную рабу открывал им будущее, врачевал недуги душевные и телесные. По свидетельсвту современников блаженная часто отвечала на мысли.

Приведём отрывок из воспоминаний одного Московского корреспондента, которому посчастливилось побывать у блаженной старицы: «…Мы были поражены и обрадованы тем, что эта блаженная с чистым взором ребенка молилась за нас, грешных. Радостная и довольная она отпустила нас с миром, благословив на дорогу…Она редкий человек на земле, и надо радоваться, что такими людьми еще богата земля Русская».

Из воспоминаний монахини Серафимы (Булгаковой): «В конце Х1Х столетия начал ездить к нам в Саров будущий митрополит Серафим, тогда ещё блестящий гвардейский полковник Леонид Чичагов… Когда Чичагов приехал в первый раз, Прасковья Ивановна встретила его, посмотрела из-под рукава и говорит: «А рукава-то ведь поповские. Тут же вскоре он принял священство. Прасковья Ивановна настойчиво говорила ему: «Подавай прошение Государю, чтобы нам мощи открывали. Чичагов стал собирать материалы, написал «Летопись…» и поднёс её Государю. Когда Государь её прочитал, он возгорелся желанием открыть мощи»…

О своей первой встрече с блаженной старицей Архимандрит Серафим (Чичагов) рассказывал следующее: «Меня проводили к домику, где жила Паша. Едва я вошёл к ней, как Паша, лежавшая на постели (она была старая и больная), воскликнула: «Вот хорошо, что ты пришёл, я тебя давно поджидаю: преподобный Серафим велел тебе передать, чтобы ты доложил Государю, что наступило время открытия его мощей и прославления. Я ответил Паше, что по своему общественному положению не могу быть принят Государем, и передать ему в уста то, что она мне поручает…

В смущении я покинул келию старицы… Вскоре я уехал из Дивеевского монастыря и, возвращаясь в Москву, невольно обдумывал слова… И вдруг однажды меня пронзила мысль, что ведь можно записать всё, что рассказывали о преподобном Серафиме помнившие его монахини, разыскать других лиц из современников преподобного и расспросить их о нем, ознакомиться с архивами Саровской пустыни и Дивеевского монастыря… Привести весь этот материал в систему и хронологический порядок, затем этот труд… напечатать и поднести Императору, чем и будет исполнена воля Преподобного, переданная мне в категорической форме Пашей»…

В дом блаженной Паши Саровской в 1903 году, после канонизации преподобного Серафима, приехали император Николай II и императрица Александра Федоровна. Перед приходом гостей блаженная Паша велела вынести все стулья и усадила императорскую чету на ковер. Блаженная старица предсказала рождение наследника, предупредила о предстоящих гонениях на Церковь, о гибели династии Романовых. После этого Государь часто обращался к блаженной Параскеве Ивановне, посыл к ней великих князей за советом. Незадолго до своей кончины блаженная часто молилась перед портретом Государя, предвидя скорую его мученическую смерть.

Из воспоминаний Игумена Серафима Путятина: «Великая подвижница-прозорливица, Саровская Прасковья Ивановна… предсказывала надвигающуюся на Россию грозу. Портреты Царя, Царицы и Семьи она ставила в передний угол с иконами и молилась на них наравне с иконами, взывая: «Святые Царственные мученики, молите Бога о нас».

В 1915 году, в августе, я приезжал с фронта в Москву, а затем в Саров и Дивеево, где сам лично в этом убедился. Помню, как я служил Литургию в праздник Успения Божией Матери в Дивееве, а затем прямо из церкви зашёл к старице Прасковье Ивановне, пробыв у неё больше часа, внимательно слушая её грядущие грозные предсказания, хотя выражаемые притчами, но все мы с её келейницей хорошо понимали и расшифровывали неясное. Многое она мне тогда открыла, которое я тогда понимал не так, как нужно было, в совершающихся мировых событиях. Она мне ещё тогда сказала, что войну затеяли наши враги с целью свергнуть Царя и разорвать Россию на части. За кого сражались и на кого надеялись, те нам изменят и будут радоваться нашему горю, но радость их будет ненадолго, ибо и у самих будет то же горе.

Прозорливица при мне несколько раз целовала портреты Царя и семьи, ставила их с иконами, молясь им как святым мученикам. Потом горько заплакала… Затем старица взяла иконки Умиления Божией Матери, пред которой скончался преподобный Серафим, заочно благословила Государя и Семью, передала их мне и просила переслать. Благословила она иконки Государю, Государыне, Цесаревичу, Великим Княжнам Ольге, Татьяне, Марии и Анастасии, Великой Княгине Елисавете Феодоровне и А. А. Вырубовой. Просил я благословить иконку Великому Князю Николаю Николаевичу, она благословила, но не Умиления Божией Матери, а преподобного Серафима. Больше никому иконок не благословила… В настоящее время для меня это ясно: она знала, что все они кончат жизнь кончиной праведников-мучеников. Целуя портреты Царя и Семьи, прозорливица говорила, что это её родные, милые, с которыми скоро будет вместе жить. И это предсказание исполнилось. Она через месяц скончалась, перейдя в вечность, а ныне вместе с Царственными мучениками живёт в небесном тихом пристанище.(1920 г.)»

Скончалась блаженная схимонахиня Параскева 5 октября 1915 года в возрасте 120 лет. Похоронили блаженную старицу Параскеву Ивановну у алтаря Троицкого Собора Дивеевского монастыря рядом с блаженной Пелагией Ивановной.

Перед своей кончиной блаженная Параскева благословила жить в Дивеевской обители свою преемницу — блаженную Марию Ивановну.

Блаженная Мария Дивеевская († 1931)

Блаженная Мария (Мария Захаровна Федина) родилась в селе Голеткове Елатомского р-на Тамбовской губернии в крестьянской семье. С детства Мария любила уединение и молитву. Отец Марии умер, когда ей исполнилось тринадцать лет, через год умерла и её мать Пелагея. Осиротев в 14 лет, она скиталась между Дивеевом и Саровом голодная, полунагая, позже поселилась в Дивеевском монастыре.

Следует отметить, что блаженная Прасковья Ивановна, предчувствуя кончину, говорила: «Я ещё сижу за станом, а другая уже снуёт, она ещё ходит, а потом сядет».

В день смерти блаженной Параскевы Саровской, монахини выгнали блаженную Марию из монастыря, раздосадованные её странностями.

Однако, услышав рассказ крестьянина, свидетельствующий о прозорливости блаженной Марии, (Он поведал, что блаженная рассказала ему всю его жизнь и указала на все его грехи), прислушались к просьбе последнего: «Вернуть рабу Божию в монастырь». За Марией Ивановной тотчас послали посыльных. В монастыре блаженная Мария первые годы жила в холодной, сырой комнате. Здесь, как и предсказывала блаженная Прасковья Ивановна, она лишилась ног – «заработала ревматизм». За блаженной Марией ухаживала монахиня Дорофея. Однажды, когда мать Дорофея ушла в кладовую за молоком, блаженная обварилась кипятком «до костей» — попробовала сама себе налить чаю, открыла кран самовара, а завернуть не смогла. Страдания больной усугубила жара.

По свидетельству современников блаженной Марии, никто никогда не слышал от неё жалоб. За великую веру, терпение и смирение подвижница удостоилась Даров Святого Духа.

По свидетельству современников, Мария Ивановна, не только предсказывала, обличала, по её молитвам, Господь многократно исцелял страждущих, о чем сохранились свидетельства очевидцев. Приведём лишь некоторые их них.

Одна монахиня, страдающая от заболевания кожи, после многочисленных визитов к врачам, пришла в уныние: руки покрылись язвами, мази не помогали. Мария Ивановна предложила помазать раны маслом от лампады, после того как монахиня дважды помазала руки, раны зажили, исчезли даже следы.

Сохранилось аналогичное свидетельство об исцелении женщины по имени Елена от болезни глаз.

Из воспоминаний монахиня Серафимы: «Когда я поступила в монастырь в 1924 году, у меня от худосочия появились нарывы на руках. Пробовала мазать их лампадным маслом от мощей, а исцеления всё не получала. Пошла к Марии Ивановне рассказать об этом. Она в ответ: «А как ты мажешь? Просто так? Мажь крестиком и окружай». Намазала, так и всё прошло»…

В годы тяжелых революционных испытаний для России увеличился поток нуждающихся в наставлении и молитвенной помощи. Пророчества и предсказания блаженной старицы помогли многим людям избежать гибели, найти верный путь в непростых обстоятельствах.

Из воспоминаний монахини Серафимы (Булгаковой):

— Блаженная Мария Ивановна была родом тамбовская. При жизни старицы Параскевы Ивановны ходила оборванная, грязная, ночевала под мостом. Настоящее её имя было Захаровна, а не Ивановна. Мы спрашивали, почему же она Ивановной называется? Отвечала: «Это мы все, блаженные, Ивановны — по Иоанну Предтече»…

Блаженная Мария очень много и быстро говорила, и складно так, даже стихами… Замечу, что Мария Ивановна, как человек находчивый, обладала ещё и острым умом, причём любила удивить людей. Вот раз приехал к Марии Ивановне какой-то военный чин, хочет войти. Время было советское, мать Дорофея предупреждает Марию Ивановну:

— Человек строгий приехал, ты чего–нибудь при нём зря не скажи! Про Царя не скажи…

Только «строгий» вошёл, как ее прорвало, понесло:

— Когда правил Николашка, то была крупа и кашка… А сейчас новый режим – все голодные лежим…

Михаил П. Арцыбушев был предан блаженной всей душой, и будучи директором Астраханских рыбных промыслов, ничего без её благословения не делал. Так, врачи прописали ему йод. Он возьми и спроси Марию Ивановну, как быть? Она ответила: «Йод прожигает сердце, пей йодистый калий».

Как-то после его отъезда… сёстры … надоедали блаженной, приступая к ней с одним и тем же вопросом: как он живёт, как себя чувствует? На что она сказала: «Мишенька наш связался с цыганкой»…. Когда он через год опять приехал в Дивеево, сёстры решили спросить Михаила Петровича о «цыганке». В ответ Мишенька залился смехом. Потом рассказал:

— Ну и блаженная! Я много лет не курил, а тут соблазнился и купил в ларьке папиросы «Цыганка»…

Ещё в монастыре я слышала от блаженной:

— А ты и по Москве поскитаешься. А тебя, мать, вышлют.

И когда я после разгона монастыря скиталась по Москве, то хорошо знала: скоро вышлют. Так и получилось…»

По свидетельству монахини Серафимы, Владыка Серафим Звездинский почитал блаженную Марию как «великую рабу Божию»…

Блаженная старица в 1926 году говорила: «Какой год наступает, какой тяжёлый год! Уже Илья и Енох на земле ходят». А когда после Пасхи в монастыре начались обыски, на вопрос монахини Серафимы: «Поживём ли мы ещё спокойно?» Ответила, что осталось только три месяца.

7/20 сентября 1927 года монахиням предложили уйти из монастыря. После закрытия монастыря Мария Ивановна жила в домах верующих. Представители власти запрещали блаженной принимать посетителей. Однажды блаженную старицу арестовали, однако после допроса, признав ее ненормальной, отпустили.

Следует отметить, что хотя Мария Ивановна, предупреждала сестёр о будущие испытаниях в годы безбожия: лагерях, ссылках, она вместе с тем, уверенно предсказывала и возрождение Серафимо-Дивеевского монастыря, что и исполнилось в 1991 году.

Из воспоминаний монахини Ефросиньи: «Жила Мария Ивановна в деревне, неподалеку от Дивеево, в небольшом частном доме. Многие из благочестивой молодежи ходили к ней тогда за помощью. Она говорила о них: «Котятки мои пришли». Казалось бы, что она могла им дать, когда сама не имела даже куска хлеба? Но она давала им больше, чем хлеб, – она подавала им надежду и вселяла утешение. Иногда ее спрашивали:

– Марь-Иванна, монастырь-то откроют когда-нибудь?

– Обязательно откроют, – кивала она, – только там вас будут звать не по именам, а по номерам.

Этой самой Ефросинье она так и сказала:

– Вот у тебя будет номер 338. Мы с матушкой Людмилой тебя и окликнем: «Ты где, номер 338!»

И вот, представьте, прошли годы. Власти арестовали нашу Ефросинью и отправили ее в лагерь, где она и числилась под номером 338. Каким утешением было для нее знать, что в судьбах Божиих ей уже был определен этот номер. Помните, как сказано у Апостола: «Огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь, как приключения для вас странного» (1Пет. 4:12).

Скончалась блаженная старица в 1931 году в возрасте около 70 лет, её похоронили на кладбище села Большое Череватово.

Сохранились многочисленные свидетельства о чудесных исцелениях по молитвам блаженных стариц, происходивших и в наши дни.

Синодальная комиссия по канонизации святых, ознакомившись с богоугодной жизнью Христа ради блаженных стариц Пелагии, Параскевы и Марии Дивеевских, постановила причислить к лику святых Христа ради юродивых, блаженных стариц Пелагию Дивеевскую, Параскеву Дивеевскую и Марию Дивеевскую для местного церковного почитания в Нижегородской епархии. Святые старицы были прославлены как местночтимые святые в июле 2004 года в ходе торжеств, посвященных 250-летию со дня рождения преподобного Серафима Саровского. (День памяти блаженной Пелагии Дивеевской — 30 января/12 февраля, блаженной Параскевы Дивеевской — 22 сентября/5 октября, блаженной Марии Дивеевской — 26 августа/8 сентября. День празднования Собора святых жен Дивеевских 8/21 июля.)

Блаженная Анна Дивеевская († 1984 г.)

В 1927 году Дивеевский монастырь был закрыт. Игуменья Александра благословила, монахинь хранить главные святыни обители в разных местах. Сестры помнили предание о том, что преподобный Серафима предупреждал, что монахиням придется уйти в мир, но, по словам преп. Серафима должен был еще наступить и период благодати Божией на Руси.

Матушка Ефросинья (в миру Евфросиния Фоминична Лактионова) удалось вернуться в Дивеево в конце 40-х годов, она купила на Лесной улице маленький дом, в котором прожила около сорок лет. С ней жили слепая Матрона и блаженная Анна. Из воспоминаний матушки Маргариты (матушка Ефросинья в 1992 году была пострижена в схиму с именем Маргарита): «Как только купили дом в Дивеево, пришла блаженная Анна и заявила: «Буду тут жить, я детям мамка».

Блаженная Анна (в миру Анна Васильевна Бобкова-Морозова) родилась в селе Силево. Известно, что Анна была женой председателя совхоза, а когда овдовела, то затворник Саровский, старец Анатолий, благословил ее на подвиг юродства Христа ради, сказав при этом: «Странствуй по Дивееву». (Она дала обет не встречаться со своими повзрослевшими к тому времени детьми).

В келье, где жила блаженная старица, была икона преп. Серафима, по рассказам матушки Маргариты, блаженная часто подходила к этой иконе и спрашивала: «Куда? — Затем, кивая головой, говорила: «А, поняла…» — И шла по послушанию туда, где нужна помощь людям. Иногда она куда-то надолго исчезала, бродила одиноко по лесам и дорогам.

Бывали случаи, когда во сне блаженная являлась жителям Дивеева и предупреждала об опасностях, грядущих бедах. Приходили к ней совсем незнакомые люди, благодарили за помощь. Летом и зимой она ходила в телогрейке, старенькая и слабая, она часто ложилась спать не на кровать, а у порога.

О кончине своей праведница знала заранее и к ней готовилась. Скончалась она 1/14 мая 1984 года в праздник Иконы Божией Матери «Нечаянная радость». Хоронили блаженную старицу Анну по Пасхальному чину. Незадолго до ее кончины матушка Маргарита говорила ей, что хотела бы послушать Херувимскую. И вот на отпевании неожиданно запели: «Иже Херувимы…».

В конце 80-х годов матушке Маргарите было видение: «Как-то раз я прилегла после обеда, и вдруг, голос, да такой громкий, как у Левитана: «Вставай, сейчас с тобой будет говорить сама Матерь Божия». И действительно, зазвучал голос, да такой сладкий, — от Казанской Божией Матери, что в углу висела: «Эта келья и эта местность поднимут всю вселенную».

Из рассказа инокини Свято-Троице-Серафимо-Дивеевской обители Марины (Гавриленко): «Вскоре стали появляться первые паломники. Они приходили к дому, спрашивали у матушки, можно ли приложиться к святыням Преподобного. У матушки Маргариты хранились: крест, рукавички, свеча, чугунок, поручи, вериги и другие святыни Батюшки. Стали приезжать целыми автобусами, — без устали принимала всех матушка, и люди потихоньку разносили по земле весть о том, что Дивеево — этот благословенный Дом Царицы Небесной — существует. Существует Канавка — стопочки Матери Божией, святые источники, дающие прохладу и утешение, живет матушка Маргарита, сохранившая в себе, как в капле воды, — духовный строй всей старой обители.

Пришло время возрождения Дивеева. Со всех сторон стали собираться сюда верующие, — по одному, по двое, и целыми семьями. Покупали здесь дома, устраивали хозяйство и жили в ожидании открытия обители…

В Лазареву субботу — 30 апреля 1989 года архиепископом Горьковским и Арзамасским Николаем была освящена в Дивеево деревянная церковь в честь Казанской иконы Божией Матери у Казанского источника. Возобновлялась церковная жизнь в Дивееве, исполнялось предсказание батюшки Серафима о том, что со временем будет на окраине Дивеева деревянная церковь Казанской иконы Божией Матери, а каменная отойдет монастырю».

Блаженные Дивеевские старицы, молите Бога о нас!

Преподобномученица Евдокия и святые мученицы Дария, Дария и Мария († 1919 г.)

В шестнадцати километрах от Дивеево, в селе Пузо (ныне — Суворово) в середине девятнадцатого века в крестьянской семье у Александра и Александры Шиковых родилась дочь. Девочку при крещении назвали Евдокией. Когда Дуне исполнилось два года, её мама умерла, отец женился вторично. Через несколько лет он уехал в Сибирь, девочка осталась в родном селе у родственников.

Родной дядя Дуни был церковным старостой. Благочестивые родственники сумели привить и Дуняше любовь к Богу и ближним. В девять лет отроковица вместе с подругой Марией побывала в монастырях в Сарове и Дивеево.

Евдокия с детства была слабенькой, сверстники посмеивались над ней, часто закидывали её с подругой камнями. Девочка мужественно переносила побои и насмешки, лишь в молитве просила Господа укрепить её. Когда отроковица Мария умерла, Дуняше и вовсе не давали прохода.

Когда девушке исполнилось двадцати лет она тяжело заболела. Остальные годы ей предстояло со смирением нести крест болезни. С этого времени Евдокия была прикована к постели. Господь не оставлял свою избранницу, ей было даровано духовное зрение. Односельчане и верующие из окрестных сел приходили к ней за духовным советом, обращались за молитвенной помощью. Принимали посетителей и ухаживали за болящей верующие девушки.

По рассказам современников, к блаженной Евдокии в дом часто приходили благочестивые девушки, они вместе молились, пели стихиры, кондаки и акафисты. Общее пение начиналось в восемь часов вечера, и продолжалась служба до двенадцати часов ночи. Утреню начинали в пять часов утра. И молились до двенадцати часов дня.

Келейница Полина рассказывала: «Утреннее правило Дуня разделяла, и было минут по двадцать отдыха; если во время отдыха приходил кто с великой скорбью, она впускала, а во время правила никого не пускала. После правила ее обращали лицом к иконам, подкладывали под нее рунье, сажали и зажигали все 12 лампад. После этого пели «Верую…», «Достойно…», «Отче наш…», «Заступницу…», «Яко необоримую стену…», «Богородице Умилению…», «Крест всей вселенной…»…

Дуне давали раздробленную просфору… Велит вымыть ей руки, а как дадут ей просфору, заплачет и скажет: «Перекрести руки». Положат ей просфору, разрежут ее пополам. Одну половину опять в чулан унесут, а эту половину еще разрежут пополам, и половину она дает той, которая ей служила. Давали ей три просфоры: из Сарова, Понетаевки, Дивеева, так что у нее получалось три части.

Поднимут самовар на стол, ладану в трубу положат, чайник заправят чаем и ставят на ладан, в это время ей отрезают хлеба. И вот каждый кусок оградит знамением креста, и все эти куски она сложит в платок и положит на постель, а себе оставит один кусок ржаного хлеба и от него съест малую часть. (Те куски, которые она завязывала и клала на постель, после шести недель клала себе за спину, спала на сухарях.)

Кушала она мало… Перед самым чаем она разрезала огурец и съедала кружочка два или гриб соленый, пирог раз откусит, когда Бог посылал… Мяса от юности не ела, всего два яйца в год… Хлеб она потребляла от одних людей (женщина пекла с молитвой)… Дуня говорила, кто ест мягкий хлеб, тот не постник, но если постишься да дорвешься до мягкого хлеба, это плохо. Всякий кусок Дуня крестила и говорила: «Христос Воскресе!» Если молитвенного правила не кончит, то три дня пролежит без пищи.

Денег от юности она в руки не брала. Во время воскресной обедни Дуня запрещала печку топить и к святыне приступала строго, а последнее время не давала и полы мыть, и белье разрешала стирать только во вторник и в четверг, и при этой работе не давала со своего стола просфору, не давала дома обедать и лампаду поправлять, но в церковь пускала; после полов она велела мылом руки мыть, съесть кусок хлеба и взять книгу в руки — Псалтирь или молитвенник. Только через двое суток она разрешала прикладываться к иконам; также и после бани. Весь месяц в одной обувке ходить надо, хоть сыро, хоть жарко, разуться нельзя. У хожалок до того ноги отекут, что невозможно, весь день на ногах, без отдыха и без сна; ноги сырые, а греться не пустит; весь месяц не давала сменять белье и платок, а при народе обличала: она монашка, а грязная.

Чтобы подвига ее не знали, говорила: «Ныне нет отрадного дня», — и сама не ела, и никому не давала. А тут по покойнику в колокол ударят — нельзя уже есть, или еще что случится, все это были поводы, чтобы не есть. Так и отведет день ото дня. Когда покойника несут, она лежит недвижимо, и если ест в это время, то бросит, и всем велит молчать. И до тех пор она лежит недвижимо, пока его не схоронят, и никого в келью в это время не пустит».

На вопрос келейницы: «Дуня, почему ты так к покойникам относишься?», блаженная отвечала: «Глас Господень — когда в колокол бьют — объяснил, чтобы молились за рабов»).

По рассказам келейницы блаженной Евдокии, подвижница носила вериги, которые у нее были поясом. Рубашку блаженная не позволяла менять, пока та не истлеет. Она благословляла келейниц лишь раз в год мыть ей руки и ноги. Руки ей мыли с мылом по локоть, затем обливали их в тазу со святой водой; ноги мыли до колен, но простой водой (тело никогда не мыли). Когда ей мыли ноги, блаженная держала зажженную свечу. Голову разрешала мыть лишь раз в год теплым, разогретым в печке елеем. Зимой и летом блаженная была одета в тулуп, шерстяную одежду, покрывала голову шерстяной шалью. Она не позволяла никому подрезать волосы и стричь ногти.

За своё великое смирение и терпение подвижница и удостоилась Даров Святого Духа прозорливости и исцеления.

Приведем лишь несколько случаев, свидетельствующих о прозорливости блаженной Евдокии, о силе её молитв.

Сын одной благочестивой вдовы дважды приходил к прозорливой старице Евдокие, чтобы получить благословение на поступление в монастырь, но она, по рассказам современников, «ни благословения не дала, ни самого его в келью не пустила», лишь сказала: «Пусть не просится в монастырь, он все равно жить там не будет»»… Юноша поступил по-своему, три года подвизался в монастыре, но затем ушел из монастыря и в Нижнем Новгороде стал коммунистом….

Однажды к блаженной приехала девица Параскева из села Верякуши, страдавшая от болезни желудка, она рассказала, что не может есть даже ржаной хлеб. Блаженная Евдокия подала ей ржаной сухарь со своей постели и велела съесть, добавив при этом: «Я сама больная, а ем ржаные сухари». Параскева съела – и выздоровела. С того дня она стала есть всё. Благодарный отец исцеленной девушки, купил келью для келейниц Евдокии, во славу Божию стал творить милостыню (по рассказам односельчан, до этого случая он отличался скупостью).

По свидетельству очевидцев, однажды блаженная Евдокия обличила пришедшую к ней женщину: «На тебе нет креста». Женщина возразила: «Есть». После того как блаженная заплакала, женщина созналась, что на ней не было креста, и попросила прощения. Подвижница велела келейницам дать ей крест.

Однажды блаженная Евдокия велела благочестивым супругам Никифору и Марфе приходивших к ней петь, вернуться домой раньше. Они возразили: «Дуня, мы будем петь до конца». Прозорливица ответила: «Нет, вам надо идти домой». По послушанию супруги вернулись домой и во время: «их теленок запутался… едва не удавился».

Приходил к блаженной петь стихиры и Пётр Павлович из деревни Глухово, однажды он признался блаженной, что боится возвращаться в темноте (после полуночи). Блаженная Евдокия утешила: «Тебе ангелы посветят». Пётр Павлович позже рассказывал, что когда вышел на улицу перед ним огненный шар покатился, так он и шёл за ним до самого дома, и славил Господа, за великую милость явленную ему грешному по молитвам праведницы.

По молитвам блаженной Евдокии возвращались к праведной жизни оступившиеся, благодаря её советам и предостережениям налаживалась жизнь супругов. Праведницу знали и почитали многие в округе, приходили к ней за советом и утешением и из монастырей. Блаженная и материально помогала монашествующим. Она часто говорила: «Я духовенство и людей монастырских считаю как ангелов».

Страждущие, приходившие к блаженной всегда старались отблагодарить молитвенницу, приносили еду, продукты, материал, но не у всех брала прозорливица, и келейницам не разрешала притрагиваться к продуктам без благословения. Бывали случаи, когда завистливые люди приносили отравленную еду. Однажды кто-то поставил в сенях перед Пасхой творог, кошки унюхали, забрались на лавку, поели и околели.

Блаженная советовала не только еду, всё ограждать крестным знамением и окна и двери, одежду, обувь, кровать, перед тем как ложиться. Домашний скот ограждать утром и вечером. Говорила, что в нечистоте женщинам в храм до шестого дня входить не следует.

По рассказам келейницы Полины, блаженная Евдокия учила девушек смирению, терпению и послушанию. При людях могла обличить, безвинно оговорить, чтобы учились смиряться, не возгордились.

Христа ради юродивая Евдокия, добровольно отдавшая на истязание свою плоть вшам, страдавшая от холода и голода, часто ослабленная от многодневных строгих постов, отличалась высоким мужеством и терпением. Ей было открыто, что вскоре её ждёт мученическая смерть, знала, и через кого ей придётся пострадать, тем не менее, впустила в келью этого человека.

Когда блаженная слышала, что кого-то расстреляли, она говорила: «Все-таки их хоронят, а меня не станут хоронить и в колокола звонить не будут. Господи, Господи, какие люди счастливые, помрут — звонят, а меня, как скотину, в яму свалят». Верующим советовала: «На могилку мою почаще ходите, вы будете плакать и рыдать на моей могилке, я буду все слышать, но отвечать не могу». Келейнице Поле советовала: «Я умру, ты принимай схиму, я умру, а ты останешься, а если не примешь, то Богом будешь наказана» Поля ответила: «Я, Дуня, неученая». – «Кто у меня живет, все будут ученые. Старайся обо мне молиться, и я там тебя не забуду. Иди в монастырь». Незадолго до смерти, после того как ей помыли руки и ноги, сказала: «Давайте мне рубашку, кою я на смерть приготовила, она потолще, в ней будет потеплее». Блаженная предсказывала: «Я до осени доживу, новую жизнь поведу, а вы всякий сам себе хлеб приготовляйте, я больше вам готовить не стану, тогда вам всем легко будет жить, а ты принесешь мне из Бабина».

Вскоре после революции представители власти решили расправиться с блаженной Евдокией, предлог был найден, у неё в келье застали задержавшегося из увольнительного отпуска призывника, блаженную обвинили в укрывательстве дезертира.

Одна из выживших келейниц рассказывала, что летом 1919 года в дом старицы ворвались солдаты: «Их пришло сначала двое, они вошли и начали читать бумагу: кто здесь живёт из хожалок. Все они были у них переписаны… Я не отходила, смотрела в окошко. Вижу, нашёл он просфоры и елей, бросил их в лицо Дуне и начал её обзывать скверными словами… И потом он стал её за волосы таскать, и стал бить плетью, а хожалок в келье не трогал. Потом взял восковые свечи, скрутил их десять штук вместе, зажёг и стал кидать иконы и искать деньги».

Блаженную избивали до вечера. Когда солдаты ушли. Келейница Даша решила перенести её в другой дом, опасаясь за её жизнь. Но по дороге они повстречали солдат, которые вновь набросились на праведницу. Её отнесли в дом, положили на лавку, били всю ночь попеременно, били плетьми, стаскивали на пол, пинали ногами. Около дома собрались верующие, некоторые пытались броситься на помощь, но стража никого не подпускали.

По свидетельству очевидцев, когда в воскресенье выносили из кельи икону Божией Матери «Иверскую» — «от Неё было сияние». Когда выкидывали вещи блаженной, часть икон крестьянам удалось взять в церковь. Многие книги и иконы были уничтожены.

Из воспоминаний келейницы блаженной старицы: «В понедельник поутру через заднюю калитку проникли к ней некоторые верующие, а солдат попался хороший и не бил её в это время. Дуня попросила у народа: «Меня надо приобщить, позовите священника». Батюшка о. Василий Радугин пришёл, но его не пустили. Он просил у них пропуск, у самых главных, они ему дали. Он пришёл к Дуне, исповедовал и приобщил их всех за два часа до смерти… » 5/18 августа 1919 года блаженной старице и её келейницам было суждено принять мученическую смерть. ( Келейницы — Сиушинская Дарья, Тимолина Дарья, Мария Неизвестная, скрывавшая своё имя.)

По свидетельству очевидцев, когда блаженную и её келейниц везли на казнь, их лица были необычайно красивы. Один неверующему крестьянин, Иван Анисимов, рассказывал, что видел, на плечах у каждой белых голубей.

Удостоилась видения и женщина, которая кидала камни в верующих, приходивших к блаженной. Рано утром на рассвете она увидела над кельей подвижницы четыре огненных столба: «Два срослись, как развилка (когда подвижниц выводили из дома, келейница выносила блаженную на руках), а два отдельные».

Приговорённых привезли к месту казни на кладбище. Пузовские крестьяне Петр, Иван и Макар, попытались заступиться за мучениц, но были избиты плетьми. Блаженная Евдокия увидела это и сказала: «Смотрите, как с них грехи сыплются. С Макара грехи летят, как от веника листья в бане, как его за меня бьют». Петр Карасев впоследствии рассказывал, что никакой боли от ударов не чувствовал: «Я бы счастлив был, если бы меня еще раз избили за Дунюшку».

Недалеко от свежевырытой могилы девушек усадили спиной к крестам и расстреляли. Казнённых хотели сбросить в могилу, но благочестивый односельчанин, Василий Седнов, успел опередить их, он спрыгнул первым в могилу и стал принимать тела мучениц за веру. (По свидетельству Василия блаженная старица носила вериги.) Василий покрыл им лица платочками, после этого их засыпали землёй. Долгое время верующих не подпускали к могиле.

Из рассказа духовной дочери старицы: «Потом солдаты ушли от могилы и поручили следить, чтобы на могилу священник не пришёл и не отпевал бы их. После этого на могиле стали видеть горящую свечу, а на её месте в двенадцать часов днём, в это же время вскоре после расстрела, солнце играло в саженях десяти от земли».

После того, как блаженную и её келейниц убили, представители власти не разрешали даже поминать праведницу сорок дней, лишь в деревне Бабино священник молился об упокоении душ праведниц, в келье блаженной служил панихиды. По свидетельству этого священника, в то время когда врачи опасались за его жизнь, он получил исцеление от болезни горла по молитвам праведницы, вот как он рассказывал об этом келейнице блаженной Евдокии, Полине: «Входит апостол Фома, потом Преподобный Серафим, старец Никодим и с ними Дуня: Я ее лик не видел, но она вошла с ними, взяла за горло и сказала: «Вставай, здрав будешь, иди служи обедню, жалко, ты у меня у живой не был». Лица всех видел, а ее не видел, слыхал только голос». (Священник сказал, что святые поведали, что с ними была блаженная Евдокия.)

Дьякон Иона из села Пузо, поступивший по благословению блаженной Евдокии в Оранский монастырь, увидел видение, что к ее могиле текут тысячи людей, много архиереев и духовенства, и служат на ее могиле.

Дивеевская блаженная Мария Ивановна говорила: «Ходите к Дуне на могилку чаще, там Ангелы поют непрестанно». Однажды Поля пришла к блаженной Марии Ивановне, дивеевская блаженная ей сказала: «Моим именем Пузо три раза сгорит», — и три раза в ладоши хлопнула. «Вон Дунины тряпки горят, ее кровь догорает». На третий день пожар охватил дом женщины, которая радовалась когда вещи мученицы из дома выкидывали, и несла к себе в дом. За осень трижды в селе было возгорание «Дуниных тряпок». Предсказывала блаженная Мария Ивановна, что «Дуня выйдет мощами, понесут ее четыре епископа, будет четыре гроба, и народу будут тысячи, и тогда все восплачут, и неверующие уверуют». (Через восемь десятилетий в 2001 году будут обретены святые мощи пузовских мучениц.)

И после гибели подвижницы происходили чудеса исцеления на её могилке. Однажды пришла на могилку раба Божия Анна, страдавшая от болезни глаз, слёзно просила вдова помощи у блаженной, припала к могиле — и получила просимое. Многие верующие были свидетелями этого исцеления.

В 1967 году Анна Силаева, страдавшая от болезни мочевого пузыря, земельку с могилы праведницы насыпала в воду, эту воду пила. В скором времени полностью исцелилась.

В 1983 году на могиле блаженной Евдокии раба Божия Наталия пела с певчими панихиду. После панихиды Наталья встала на колени у края могилы и попросила, чтобы блаженная Евдокия исцелила ей ногу. Прочли акафист Иверской иконе Божией Матери и отправились в обратный путь. Вскоре Наталья почувствовала, что идет легко, не прихрамывает. По молитвам праведницы Наталья исцелилась.

Высказывания блаженной Евдокии

Если постишься, то и мягкий ржаной хлеб не ешь, и досыта не вкушай.

Если ты день не ешь, а на другой день приготовишь себе хорошую пищу, такой пост Бог не примет.

Если молишься для людей, чтобы тебя люди видели, а на душе у тебя этого нет, это не молитва.

Человек спасения ищет, а спасение — человека. Друг к другу идут и друг друга не найдут.

Если нет скорби при подвиге, и если тебя только все ублажают и чтут, не доходен подвиг твой ко Господу, если же подвиг ради Бога, то будет скорбь непременно.

Если враг побежден, он будет действовать через человека.

За непослушание Господь попускает болезни.

2001 года были обретены святые мощи пузовских мучениц. Память — 5 / 18 августа и на Собор новомучеников и исповедников Российских. (Воскресенье 25 января или ближайшее после 25 января).

Молитва святым мученицам Евдокии, Дарии, Дарии и Марии

О дивныя подвижницы и заступницы наша мученице Евдокие, Дарие, Дарие и Марие — древних отец подражательницы истинны, в тесноте послушания без разсуждения, бдения и поста изнурительнаго пожившия — ныне к вам прибегаем и, к мощем вашим припадающе, молим вас: о страстотерпицы святыя, незлобивыя агницы, своею кровию Христа ради обагренныя и жестокими предателями тридневно мучимыя и закланныя; о прозорливицы, многия души от гибели вечныя исхитившия и о страданиях прежде кончины от Господа извещенныя, о изцелительницы и чудотворицы не токмо в земли Нижегородстей, но и во всей стране Российстей просиявшия, — не оставите нас во грехах и беззакониих погибнути, но помозите в покаянии истиннем житие наше скончати, славяще Святую Троицу Отца и Сына и Святаго Духа во веки веков. Аминь.

Блаженная Елизавета Ивановна

О жизни блаженной старицы Елизавете Ивановне известно очень мало, родилась она вероятно в первой половине 19 века. Известно, что в молодости блаженная пришла в Троицкий Белбажский монастырь из Ветлуги зимой (босая). Ночью тайно чистила территорию монастыря от снега, днём принимала страждущих. По свидетельству современников верующие со всей округи, приезжали в монастырь к прозорливице за духовным советом и благословением перед принятием жизненноважных решений.

Составитель книги «Мученики, исповедники и подвижники благочестия Российской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним» иеромонах Дамаскин (Орловский) отмечает: «Блаженная Елизавета Ивановна подвизалась в Семеновском уезде Нижегородской губернии в конце XIX начале XX века… Умерла она в глубокой старости. Прозорливость ее была поразительна. Так Вера, послушница игумений Крестовоздвиженского монастыря матери Назареты, когда ей было двенадцать лет, ходила к блаженной за благословением идти в монастырь. Она помолчала, а потом сказала:

— Потом придешь, когда матушка уедет.

И потребовала себе киселя. Морщилась и не ела.

Вера вернулась домой и прожила в миру до восемнадцати лет… Наконец, она решилась просить родителей отвезти ее в Крестовоздвиженский нижегородский монастырь. Приехала в тот момент, когда у игумений скончалась («уехала») ее келейница, и на ее место взяли Веру. В монастыре за трапезой подавался почти каждый день кисель, которого она есть не могла.

О блаженной Елизавете много рассказывал основатель пустыни Св. Параклита о. Дорофей. В юношеские годы он очень любил веселую жизнь. Как-то еще семинаристом ехал он с братом-священником в Ветлугу. Брат его позвал:

— Заедем в Белбажский монастырь к Елизавете Ивановне.

… Предварительно заехали на базар за гостинцами. Хотелось ему купить яблок и арбуз, но арбуза не нашлось, и семинарист посмеялся: «Хороша она и без арбуза».

Приехали они в монастырь и пошли к блаженной. У нее был отдельный домик в одну комнату, в которой она построила крошечную каморку, где и жила в страшном смраде и грязи; ходила всегда в холщовой рубашке; народ принимала во внешней комнате. Вышла она к ним и начала вслух молиться Царице Небесной, припевая; молилась долго, так что семинаристу надоело ждать, и он стал думать: «Ну, какая это молитва, когда она молится вслух…» И тут она обернулась и говорит: «А как же еще нужно молиться?»

Потом она похристосовалась со всеми, а с ним не стала:

— Он ангел, с ним нельзя.

— Что ты, блаженная, — говорит будущий иеромонах Дорофей, — я в монахи не собираюсь.

— Нет, пойдешь, с тобой нельзя.

Потом приняла от них яблоки и говорит:

— Хороша и без арбуза…

Весь облик блаженной, ее слова сильно подействовали на душу юноши. Весь этот день и ночь он не знал покоя и сна, что было для него редкостью; молился Богу и думал: «Вон, какой я сразу примерный стал…»

Наутро он снова пошел к блаженной Елизавете Ивановне. В наружной комнате ее не было, и она не стала к нему выходить. Тогда он подошел к окошку, которое было прорезано во внутреннюю ее комнату, и заглянул. Она подошла также к окошку и хлестнула его изо всех сил.

— Что ты! Что ты делаешь?!— он едва не кричал от боли. Она говорит:

— Надо из тебя как-нибудь дурь-то вышибить, а то ничего не видя, возомнил о себе.

Белбажский монастырь был очень бедным, и все, что приносили блаженной, она дочиста раздавала.

— Что ты все раздаешь, — говорили ей, — умрешь — и схоронить тебя будет не в чем и не на что. Она отвечала:

— Придет человек, схоронит меня, паникадило зажжет и вас всех накормит.

У матери Веры двоюродный брат был церковным старостой, очень богобоязненный человек. Он давно собирался в Белбаж и все никак не мог попасть. Ездил он на базар в Ковернино, это тридцать верст от Белбажа, а оттуда всегда возвращался домой. Но однажды непреодолимая сила потянула его в Белбаж. Оставив все свои дела и намерения, он поехал в монастырь. Приехал и узнал, что Елизавета Ивановна только что скончалась.

Он очень сокрушался, что не застал ее в живых. Похоронил ее на свои деньги, зажег паникадило и устроил обед сестрам. Так сбылись слова блаженной старицы».

Господи, упокой душу блаженной Елизаветы, со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Блаженная Степанида

Блаженная Степанида родилась во второй половине девятнадцатого века, умерла, вероятно, в начале тридцатых годов в г. Ветлуге (Нижегородская обл.)

Известно, что в юности Степанида оставила своих близких, много лет скиталась. Ночевала на папертях храмов, под мостом, или у ворот какого-нибудь дома, терпела побои, голод и холод. Блаженная всю свою многоскорбную жизнь со смирением несла подвижнический крест, за великое смирение и терпение она удостоилась Дара Святого Духа – прозорливости.

О прозорливой ветлужской блаженной Степаниде в те годы знали многие верующие. По свидетельству современников блаженная ходила всегда в лохмотьях, которые подпоясывала кушаком. Милосердные люди часто дарили ей одежду, но она лишь примерив её, вскоре где-то оставляла. На вид она была смуглая, волосы черные. (Верущие рассказывали, что когда она умерла «то весь облик ее просветлился».)

Многие верующие относились к прозорливой старице с большим уважением, люди далёкие от веры не любили блаженную. Подвижница терпеливо сносила побои и насмешки (часто в неё летели камни).

Очень почитал блаженную Степаниду епископ Неофит (Коробов). Блаженная старица незадолго до своей смерти, юродствуя, предупредила епископа, что в скором времени его ждёт поругание.(6 августа 1937 года епископ был арестован, вскоре его расстреляли.)

Когда Степанида умерла, отпевал её епископ Неофит [1]. Многие верующие люди пришли проводить в последний путь подвижницу.

Блаженная Степанида, моли Бога о нас!

Подвижницы Москвы и Московской области

Начиная рассказ о блаженных старицах, проживавших в Москве и Московской области в двадцатом столетье, вспомним об известных Московских старицах, к которым обращались верующие люди за духовным советом и молитвенной помощью в 17-19 веках.

Знакомясь с историей возникновения Иоанно-Предтеченского монастыря [2], мы находим упоминание о прозорливых старицах, проживавших в этой святой обители.

Известно, что супруга Михаила Феодоровича царица Евдокия Лукьяновна часто навещала жившую здесь блаженную схимонахиню Марфу, Христа ради юродивую, и просила ее молитв о благополучном разрешении при родах. Блаженная Марфа в марте 1638 года была погребена в монастырском Соборе. Около трехсот лет почивали в Ивановской обители мощи святой блаженной схимонахини Марфы, Христа ради юродивой – молитвенницы и покровительницы царствовавшей династии Романовых. В середине XIX века по благословению свт. Филарета Московского мощи блаженной при перестройке Собора были обретены и положены в новую мраморную гробницу. В связи с закрытием Собора в 1926 году мощи святой блаженной Марфы были вскрыты и перезахоронены, в настоящее время их местонахождение остается неизвестным. Память блаженной празднуется в обители в день преставления 1/14 марта и в Соборе Московских святых в воскресение перед 26 августа / 8 сентября.

Благочестивая императрица Елизавета Петровна собиралась на склоне лет по обычаю предков постричься в монашество. По её указанию строился в Санкт-Петербурге Воскресенский Смольный Новодевичий монастырь, куда императрица собиралась удалиться. Но не императрица Елизавета Петровна, а её дочь (княжна Августа Тараканова) в 1785 году «для блага России» была пострижена в монашество с именем Досифеи в Московском Ивановском монастыре: «Царственная инокиня содержалась в строжайшем затворе около 25 лет. Свой невольный затвор она обратила во спасение своей души и душ тех ближних, кто приходил к ней с верой за помощью (после смерти Екатерины II к старице Досифее стали допускать верующих). Тогда и явлены были миру дары молитвы и прозорливости, которыми щедро наделил Господь смиренную инокиню, принявшую крест свой от руки Божией. Многим помогла она на пути спасения. О ее молитвенной помощи свидетельствовал в середине XIX века настоятель Оптиной Пустыни схиархимандрит Моисей (Путилов), ныне прославленный в сонме Оптинских старцев. Ему, а также его брату, будущему настоятелю Саровской пустыни игумену Исайе II (Путилову), она указала монашеский путь и поддерживала их в юности молитвою и добрым советом. 4 февраля 1810 году монахиня Досифея почила о Господе, её похоронили в Новоспасском монастыре – родовой усыпальнице бояр Романовых. (Отметим, что преп. Серафима Саровского в юности благословила поступить в Саровскую обитель другая старица Досифея (1721-1776 гг.) Прозорливая старица, в юности, скрываясь от родных, назвав себя мужским именем Досифей, попросила принять её в лавру послушником, позже она поселилась в горной пещере, окружённой лесом. Многие верующие, узнав об отшельнике, приходили к старцу (старице) за советом и помощью, подвижница разговаривала со страждущими лишь через окошко кельи. Слава о прозорливости отшельника разнеслась по всей России. Побывала у пещерника Досифея и Императрица Елизавета Петровна. По преданию: «Она сама поднялась пешком на гору Китай. Когда затворник поклонился ей до земли, спросила: «Отчего ты избрал такую суровую жизнь?» В ответ она услышала: «Печальны будете, — сказал нам Господь, — но печаль ваша в радость будет». Земля, на которой мы живем, суть страна нашего изгнания, где мы должны обучаться скорбям, чтобы наследовать утраченное нами блаженство. И только претерпевший до конца, тот спасен будет. Без кровопролития нельзя праздновать победы. Ибо всякий знает, что наше торжество не здесь, а за пределами нашей жизни, где и ожидает нас венец или осуждение». Императрица,узнав, что мудрый старец до сих пор не пострижен, велела тотчас исполнить обряд. Имя же Досифей пожелал оставить прежним». После того как в России вышел указ, запрещающий отшельникам жить, где бы то ни было, старцу Досифею предложили жить в лавре и назначили келейника Феофана. Старица Досифея отошла ко Господу на 56-м году своей жизни 25 сентября 1776 года, и погребена в ограде Киево-Китаевской пустыни. Перед смертью старица написала: «Тело мое приготовлено к напутствованию вечной жизни; молю вас, братия, не касаясь, предать его обычному погребению». Завещание было выполнено. Тайна же подвижницы открылась позже — её сестра, увидев портрет старца, узнала в нём свою сестру Дарью Тяпкину, которую столько лет разыскивали родные.)

Следует упомянуть и о прозорливой блаженной старице Евфросинии, Христа ради юродивой († 1855 г.) — преподобной Евфросинии, княгине Московской.

Старица Евфросиния (в миру княгиня Евдокия Вяземская) родилась приблизительно в 1758 или 1759 годах. Известно, что она училась в Смольном институте в Петербурге, после окончания института была фрейлиной при дворе императрицы Екатерины II, которая часто в минуты грусти проводила с ней время.

Однако вскоре Евдокия вместе с двумя другими фрейлинами: Марфой Яковлевной Сониной († 1805 г.) и девицей Соломией († 1809 г.) решила тайно покинуть дворец и взять на себя тяжелый крест подвижничества. Они переоделись в костюмы крестьянок и отправились странствовать. За время этого странствования Евдокия побывала в нескольких монастырях, где несла разного рода послушания.

Спустя много лет подвижница пришла в Москву к митрополиту Платону (она просила помочь ей тайно укрыться в монастыре). Архипастырь отправил ее с письмом, в женский Серпуховской Владычний монастырь [3]. (Вероятно, именно в этот период состоялся постриг в монашество с именем Евфросиния.)

Блаженная старица Евфросиния подвизалась в обители с 1806 по 1845 год. В монастыре начала она свой великий подвиг юродства Христа ради. Через несколько лет блаженная поселилась недалеко от монастырской ограды в небольшом домике.

Блаженная старица Евфросиния постоянно молилась ( она отдыхала лишь по два часа в сутки на голых досках, преклонив голову на локти). По свидетельству современников летом и зимой подвижница одевалась в рубашку толстого неваляного серого сукна (власяницу). Лишь изредка зимой, в большие морозы и то только для проезда в город, надевала она имевшийся у нее мужской нагольный тулуп. Ходила блаженная всегда босая. Голова у нее была стриженая, иногда она обматывала ее тряпицей или надевала на нее шапочку с опушкой. На шее юродивая носила медное ожерелье и медную цепь, на которой висел тяжелый медный крест, под своей единственной одеждой великая подвижница носила еще тяжелые железные вериги.

Ее пищей был только хлеб с квасом. Днем старица ходила в монастырский бор, где собирала грибы, цветы и разные травы. Эти травы она потом раздавала обращавшимся к ней за помощью больным, приговаривая: «Пейте, будете здоровы». И больные по вере своей получали облегчение или полное исцеление от недугов.

Однажды во время засухи в Серпухове блаженная старица пришла к игумении Владычнаго монастыря и сказала: «Чего сидишь? Сейчас же зови священника! Пойдемте в поле молиться!» Игумения пригласила священника, и все пошли в поле молиться о дожде. В конце молебна, когда священник читал молитву о ниспослании дождя, неожиданно полил сильный дождь. По молитвам старицы Господь помиловал верующих.

Подвижническая жизнь блаженной старицы Евфросинии была хорошо известна и Московскому митрополиту Филарету, который, за время пребывания старицы в Серпуховском Владычнем монастыре, неоднократно посещал его и всегда с большим вниманием и уважением относился к юродивой. Старица обыкновенно встречала архипастыря вне монастырской ограды, и когда принимала от него благословение, благоговейно целовала его руку. Святитель в свою очередь целовал руку старицы.

Слава о ее подвигах привлекала к ней множество посетителей, приезжали к ней и москвичи, и она никого не отпускала без слова назидания.

Последние годы жизни прозорливая старица Евфросиния житела в село Колюпаново (Тульская обл.) (она переехала в село Колюпаново по приглашению помещицы Наталии Алексеевны Протопоповой).

Из воспоминаний священника Павла Просперова: «Однажды зимой пришла ко мне матушка Евфросиния и легла на диван, приказала мне снять с нее ботинки, что я охотно исполнил. Полежав на диване некоторое время она собралась идти, я предложил ей свой услуги обуть ее, на что матушка ответила: «Возьми себе мою обувь, да смотри, береги ее», — а сама пошла босая. Спустя несколько времени после этого, жена моя заболевает водянкой… Мы не можем придумать, во что обуть ее. Вдруг мне приходит в голову мысль на ночь обуть ее в матушкины ботинки! И что же!? К утру следующего дня опухоль значительно уменьшилась, а еще через день совершенно исчезла — жена стала совершенно здоровой и болезнь эта у нее более не повторялась».

Блаженная отошла ко Господу 3/16 июля 1855 года и была погребена в приделе церкви села Колюпанова. Чудеса исцеления больных начались в день погребения матушки и продолжаются по сей день. Блаженная старица Евфросиния была канонизирована в лике святых Тульской земли в 1988 году.

Тропарь, глас 4

Вся красная мира сего призрела еси, дворец царский оставив, юродство Христа тади на ся восприяла еси, блаженная мати Евфросиние. Сего ради с мудрыми девами в Небесный Чертог Жениха Христа вошла еси, моляся о всех нас.

Современницей св. блаженной Евфросинии Алексинской была старица Владычнего монастыря монахиня Еликонида.

Около двадцати лет она жила в тесной келлии на втором ярусе колокольни.

Как и матушка Евфросиния, она вела жизнь блаженную. Перед кончиной Еликонида утешала сестер словами назидания и с миром отошла ко Господу в 1854 году.

Блаженная схимонахиня Серафима (Павлово-Посадская)

(† 1919г.)

О жизни блаженной старицы Серафимы известно очень мало. Известно, что родилась

схимонахиня Серафима в 19 веке, жила в одной из деревень Владимирской губернии Покровского уезда Друникогородской волости. По свидетельству современников она была маленького роста, совершенно беспомощной. В Павловский Посад в святую обитель привезла 70-летнию прозорливую старицу матушка Елена, которая стала келейницей блаженной старицы.

Владелец крупной недвижимости Титов сделал щедрое пожертвование в монастырь, чтобы в обители построили просторную келью для старицы и ее послушниц, как он выразился «для души и ее спасения». В новой келье прозорливица и принимала страждущих, которые приезжали в монастырь со всей округи. Келейницы старицы Елена и Мария ухаживали за матушкой, принимали верующих, поясняли сказанное (блаженную было трудно понять). Из жития схимонахини Серафимы: «Архимандрит Константин, посетивший матушку, сказал: «Тебе бы мантию одеть». – «Как прикажешь», — покорилась блаженная, и он постриг ее с именем Серафима. В тот же день была пострижена и Елена. Имея память смертную, монахиня Серафима лежала не в постельке, а в дубовом гробу. Крышка от домовины была прислонена к стене при входе в ее домик».

Из воспоминаний монахини Елены: «Я ее носила на руках в (монастырскую) церковь и клала ее на скамеечку. Для нее в монастырь привезли специальный ящик, поставили ящик в церковь, в ящике соорудили специальную скамеечку и кто пожелал увидеть матушку Серафиму, то должен был войти в этот ящик».

В 1917 году монахиню Серафиму постригли в схиму, оставив ей прежнее имя. До последнего часа блаженная старица молитвенно предстояла пред Господом за всех верующих, обращавшихся к ней за молитвенной помощью.

19 июня 1919 года, блаженная старица мирно отошла ко Господу. Похоронили схимонахиню Серафиму у стены Покровско–Васильевского собора [4] (ныне на этом месте установлена памятная табличка).

Господи, упокой душу схимонахини Серафимы, со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Блаженная Александра

Блаженная Александра родилась в деревне Углынь (Истринский район-Подмосковье) приблизительно в середине восьмидесятых годов. Примерно с десятилетнего возраста Александру воспитывала тетя Мавра (в восемь лет девочка лишилась отца, через два года умерла и её мать). Жили бедно. Сашенька была смышлёная, хотя в школу не ходила, самостоятельно освоила грамоту, свободно читала духовную литературу на старославянском языке. Девушка жила затворницей, посещала лишь храм, да приходила с тетушкой на похороны, чтобы проводить в последний путь благочестивых односельчан. С восемнадцатилетнего возраста начала юродствовать, вскоре удостоилась Даров Святого Духа: прозорливости и дара исцеления по молитве.

Из воспоминаний Марии Ефимовны Кузнецовой: «Сашенька была среднего роста, худощавая… Волосы русые. Она была подстрижена коротко — волосы у нее не отрастали. …Она, Сашенька, так и жила у тетки Мавры. Ну, мы и ходили к ней. У нее до полу распятие было на правой стороне — как в Божием храме крест, иконы – хороший иконостас!

Ее не обижали…Повзрослела, стала помаленьку оказывать лечение, потом стала предсказывать. Вот как говорим мы здесь – к ней придем, а она знает, что мы говорили. Она все душевно воспринимала, все знала. В храм Божий каждое воскресенье с теткой ходили. Она больше в Юркино ходила, в Онуфриево и в Петрово. Тетка все ухаживала за ней, никуда одну ее не отпускала…

Сашеньку все время поддерживали: кто приедет, что привезут ей – подарочек какой. Вот так она и жила. А кормились они с огорода. Тетка работала, а Сашенька уж никуда не ходила. Тетка в огороде, по крестьянству, и все ей помогали… Один сосед вспахал, другая соседка взборонила. Соберутся все – Сашеньке, тетке Мавре картошку посадят. Тетке и в город-то даже некогда было: только от Сашеньки один уходит – другой пришел, один уехал – другой приезжает. К Сашеньке дверь не закрывалась. Изо всех сторон, вся округа, и Руза, и Можай (вероятно из Можайска-сост.) – все к Сашеньке. Все к ней приезжают на ее благословение. Дня не проходило, чтобы у кого какой беды не было: кто заболел, у кого что. А свои, в Сафонихе, ходили все время. Она излечивала: которые лежачие, которые припадочные, болезни какие… С небольшим горем придешь – она рассудит. Все относились к ней очень хорошо. Священники благословляли ее».

К блаженной Сашеньке привозили расслабленных, одержимых – от неё люди уходили исцеленными. Блаженная молила Господа об исцелении больных, читала Акафисты, поила святой водой, по её молитвам, происходили чудеса исцеления. Больные люди, которых приносили на носилках, уходили от неё самостоятельно.

Из воспоминаний Марии Ефимовны: «Так и все болезни лечила. Ребят по головке погладит, святой водичкой умоет – и ребеночек, глядишь, хороший выходит…

Зимой и летом на ней пиджачок был такой маленький, и все. Холщовая рубашка. Все, бывало, ходила настежь. Наденет валенки, а чулок никаких не наденет. Она была уже просто Господом освящена. В морозы Господь ее грел…

Лет с восьми я стала к ней ходить…. Далеко – четыре километра, а бывало, мать скажет: «Пойдем, Манюшка, помаленечку, все дойдем»… Идем, идем. Встречает нас Сашенька: «Гости пришли! Проходите, проходите». Меня так по голове погладит (скажет): «Какая девочка хорошенькая!»

Бывало, наложит мне книжек, а мне восемь лет, в школу раньше с девяти лет ходили. Думаю, что там картинки, а картинок-то нет. А тетка Мавра скажет:

– Сашенька, она в школу еще не ходит.

– Господь милостив, Господь покажет, она и читать будет.

Так вот она мне все предсказывала, бывало, как книжек наложит, а сама все:

– Господи, помилуй! Господи, помилуй!

– Сашенька, что ты ей все поешь-то, она что, должна монашенкой, что ли, быть?

Промолчит.Она мне предсказывала то, что я на клиросе пела двадцать лет. Нас с десяти лет начали учить в школе. Матушка, жена священника, стала преподавать нам Закон Божий. А потом ее сын, Константин Николаевич, нас учил, у него я пела первым дискантом… Я Псалтирь по покойникам с десяти лет начала читать – как стала на клиросе петь…

Сашенька к нам ходила. Она придет из церкви, мать поставит самовар на стол, заварку. Чайник становит. Сашенька сама чай заварит, наливает себе чашку. Посадит меня с собой рядом, тетка Мавра напротив. Нальет мне чашку, кладет кусочек сахарку, сольцы положит в чашку и просвирочки (просфоры) кусочек отломит, бросит мне.

– Пей, так тебе и надо!

Тетка Мавра говорит:

– Как Сашенька тебя благословляет, мне не нравится.

– А что?

– Жизнь у тебя будет – терпеть да терпеть. И соленая будет жизнь, и немножко сладкая. Просвирочка – к терпенью.

И в жизни мне не повезло. Всякое видала – и соленое, и сладкое, и горькое».

Предсказание блаженной сбылось – многое пришлось претерпеть Марии Ефимовне. В восемнадцать лет её выдали замуж, через шесть лет, муж оставил её. Воспитывать одной дочь было трудно, время голодное, а алименты муж не платил – скрывался. Во время немецкой оккупации её приговорили к расстрелу – чудом осталась жива.

Из воспоминаний Марии Ефимовны: «Сашенька все знала. Вот сейчас поговоришь, придешь к Сашеньке – она все знает, что мы говорили. Как-то две подружки собрались к ней испытать, чего она знает, чего нет… Одна и говорит подружка:

– Маша, пойдем к Саше в Сафониху, поболтаем.

…Собрались, пошли. Приходят.

Сашенька говорит:

– Мавра, ставь самовар. Гости к нам пришли… Только поставь миску, пока самовар не ставила, налей воды холодной… Водички налей да две ложки деревянные положи.

…Поставила миску, налила воды, положила две ложки деревянные… Сашенька подошла к ней (к девушке, которая , звала подругу «поболтать») взяла за руки и говорит: «Теперь садитесь обе, берите ложки и болтайте…»

Она все предсказывала. Вот, бывало, три старушки, шестого мая, как у Сашеньки день рождения, собираются к ней в гости. Моя мать говорит:

– Тетка Авдотья, тетка Василиса, поехали к Сашеньке в Сафониху. – Раньше у каждого свои лошади были… (Запрягли лошадь.) Ну, поехали – три старухи. А перед этим-то, как им ехать, мать и говорит тетке Авдотье:

– Я сейчас забегу в лавку… Сашеньке платочек, полушалочек какой-нибудь куплю.

Ну, пришла. У продавца была жена, ей и говорит:

– Михайловна, дай мне платочек, едем к Сашеньке, сегодня день рождения у ней.

Она дает платок-то ей, такой орластый.

– Ой, Михайловна, как мне не понравился платок-то – орластый, нехороший.

– Погоди, тетка Федосья, я тебе сейчас другой дам.

Другой-то дала, мать развернула его и говорит:

– Ну что за платочек – как живой!

Завернула платочек, в сумочку и – поехали… Приезжают.

– Сашенька, мы приехали поздравить тебя с днем рожденья.

А она:

– Спасибо.

Потом мать говорит:

– Сашенька, я вот тебе платочек привезла – на день рожденья подарочек, больше нечего.

– Спасибо.

А еще она его не развертывала, а так взяла в руки и говорит:

– Ну что за платочек!

Потом разворачивает его:

– Как живой! А те орластые платки – нехорошие…

А второй раз поехали те же старухи к Сашеньке. Приезжают. Сашенька их встретила, самовар поставила, все – закусить, поесть, тарелку огурцов принесла. И говорит:

– Мавра, а огурцов-то мало будет.

– Да что ты, Сашенька, милая, огурцы хорошие, огурцов-то целая тарелка!

– Сходи, сходи, принеси еще огурцов, а этих мало будет.

Ну, раз Сашенька говорит… Тетка Мавра пошла, Сашенька вслед за ней. А старухи сидят за столом, и они не видали (тетка Авдотья и мать), как Василиса – это старушка третья – два огурца положила в карман. Хорошие огурцы, засол-то, она и положила, и не видали старухи. Приходят. Тетка Мавра принесла огурцов еще.

Старухи:

– Тетка Мавра, да огурцы-то еще есть!

– Сашенька раз велела, я Сашенькино исполняю.

Ладно, попили чаю, вылезают из-за стола:

– Спасибо, Сашенька! Спасибо, тетка Мавра!

Сашенька подходит, берет огурцы и Василисе пихает в карман.

– Сашенька, милая, да не надо!

– Нет-нет, бери все, а то ты взяла, да мало!

– Ой, Сашенька, прости! Я говорю: возьму, дочери покажу, какой засол-то хороший, да у тетки Мавры спрошу, как она солила.

Она всех принимала. Только если кто идет с шельмовством – она не будет принимать. Как я с сестрой ходила своей. Она по матери-то у нас не родная, у отца первая жена умерла. А сестра старшая выросла, вышла замуж. Мужа взяли в армию, тогда Николаевская война, что ли, была, и три месяца о нем не слышно. Как его поминать – по живности ли, убит ли он? Она приходит ко мне:

– Мань, пойдем в Сафониху к Сашеньке, узнаем, Платон жив или нет.

Ну, пошли мы к ней. А она идет сзади и ворчит песню. Я и говорю:

– Фекла, мы с тобой куда идем-то? К Сашеньке! А ты песню ворчишь-поешь.

– Ну да! Как будто она узнала! Слышит она – четыре километра…

…Приходим. Подошли к дому, я постучалась в окошечко. Выходят Сашенька и тетка Мавра. Сашенька:

– А какая к нам хорошая гостья пришла!

Берет меня за руку, а на сестру и говорит:

– А тебе здесь делать нечего…

…Она песню пела! Села на завалинку, на улице, ждет, когда я выйду. А я в доме. Поставили самовар, сели чай пить, Сашенька сидит, я – напротив. Тетка Мавра: то чего подать, то принести – сидит с краюшку.

– Ох-ха-ха, да! – а тетка Мавра слушает. – Ворота-то широкие, а двери-то узкие. Да ничего, Бог милостив! Господь даст, через три дня домой придем.

А я ничего не говорила тетке Мавре, зачем мы пришли. Тетка Мавра мне говорит:

– Манюшка, чего ж ты пришла-то?

– Да вот, Платон, – говорю, – сестрин муж, три месяца слуху никакого не дает.

– Ну ладно, вот что ей скажи, – тетка Мавра все расшифровывает, рассказывает. – Ворота-то широкие, а двери-то узкие – он в плену. А через три дня домой придет. Так и скажи сестре. Пусть через три дня ждет.

Сашенька чаем напоила, благословила:

– Ты ступай, ступай с Богом.

Вышла я. Опять пошли, дорогой-то она спрашивает:

– Что Сашенька сказала-то? Ничего по слуху нет?

– Нет, она вот что сказала: Бог милостив, через три дня домой придет.

– У, какая болтовня… Три месяца слуху никакого не дает. А уж через три дня он домой собрался…

Опять ничему не поверила. Ну ладно. Проходит день, второй. Третий день – бежит Феколка.

– Мам! – на мою мать (она все матерью звала ее).

– Что?

– Вот я Маньке не поверила, а Платон-то вчера вечером пришел!

…Как Сашеньке умереть, она пошла из Сафонихи в Божий храм и с собой лопату захватила, железную. А тетка Мавра спрашивает: «Зачем же?» Она говорит: «Так нужно». Пришла, помолилась в Божием храме, а на паперти оставила лопату. Вышла из Божиего храма – берет лопату. А тетка Мавра за ней пошла. Где… сейчас её могила-то в углу, подходит и говорит: «Ну, пожалуй, здесь и хорошо…» Лопату она оставила здесь…

Потом, когда следующий подходит праздник, перед октябрьскими-то уж, собирается Мавра в Божий храм. Думает: «Что Сашенька-то сегодня не встает?» Подходит, а она уже умерла. Тетка Мавра не видела как. Сашенька не говорила, болит ли у нее что, как заболела – никому не сказала. Тетка Мавра сходила за соседями – собрали ее. Пришли мужчины и говорят тетке Мавре: «Где теперь Сашеньку будем хоронить?»

– Она место себе приготовила.

– Как же?

–Вот она где лопату поставила. Там и копайте могилу.

Подошли к ограде. Стали копать могилу. В Онуфриево батюшке сказали, он панихиду служил. На вынос приехал в Сафониху. Опубликовали, когда хоронить, когда что…

Ей было 32 года, она умерла до октябрьских. Я с седьмого года, мне в революцию было десять лет, а ее уже схоронили, Сашеньку.

Она как умерла, четыре километра до Онуфриева несли ее девушки и шел народ. Я-то болела тифом в то время, я и мать, и сестра, мы трое болели с голоду. Только наш отец за нами ухаживал. Подошли под окно, видим, как Сашеньку понесли. Я-то уж не выходила, а наши певчие встречали ее на краю деревни. Несли ее девушки. Гроб открытый, головка была открыта. И свечи горели. А тихо очень было. Несли три подсвечника, впереди и по бокам, ни одна свечка не погасла. Народу-то очень много было. Новопетровские, из Можая… Слава большая. Зашли с Сашенькой в Онуфриево, а люди еще были в Сафонихе. Четыре километра все шли, все тянулись… Кругом храма стояли, зайти каждому в ограду хотелось бы, чтобы Сашеньке поклониться. Ограда была очень широкая, большая, а даже в ограде было людно.

Как только принесли Сашеньку в село к краю, ее с колокольным звоном встречали. Служба была. А священников было очень много, из Москвы сколько священства было… Отпевали ее долго….

Тетка Мавра после Сашеньки, не знаю, год жила ли. Рано она умерла, ее схоронили в Онуфриево. Все в Онуфриево наше – и Сафониха, и Загорье, и все. Кладбище у нас на всех. Сашеньку хоронили в ограде около храма, а Мавру – на общем кладбище. Как, бывало, в церковь идешь, сперва к Сашеньке зайдешь. Из Божиего храма выходишь – придешь, помолишься, опять проведаешь ее: «Сашенька, милая, до следующего воскресенья». Ей пожертвования приносили. Как ее рождение или Пасха подойдет, издалека приезжают, цветов положат. Все придут. Углынь, Можай, Волоколамск – откуда только не приезжали! Три креста поставили – один крест из Онуфриева, другой крест – из Волоколамска, а третий – можайский крест. На Пасхальную, на третий день пойдешь на кладбище – глядь, наложат и яичек, цветов наложат, и на крест цветов наставят.

У меня уж новорожденная дочь Катька была. А я сама-то онуфриевская. Ну, я к матери поехала, в церковь-то, иду в Божий храм. Служба была преподобного Онуфрия. Привезли одну женщину, из Сафонихи, ее очень ломало. Когда в церковь ее привезли – она пальцами щелкает, и поет, и пляшет. Потом, обедня отошла, повели ее на могилку-то, ее сестра положила к ногам. Она легла и кричит:

– Боюсь, боюсь Сашенькиной земли! Боюсь, боюсь Сашенькиной земли!

А сестра ее крестит, а сама по крошечке в рот земельки-то, на грудь, всю обкладывает. На вот тебе! Я ушла. Смотрю, мимо наших окон она проехала в Сафониху, сидит, ничего. Отошло все у нее. Тогда все удивлялись: как она кричала, обедня пока шла. А потом полежала на Сашенькиной могилке… Сестра только: «Сашенька, милая, исцели бедную женщину!» Вот она встала, а с нее пот, с больной. Сестра ее платком вытирает. Потом посидела:

– Господи! Куда ж ты меня привезла?

– Привезла к Сашеньке на могилку».

Верующие со всей округи приходили на могилку к праведнице. Во время Великой Отечественной войны храм уничтожили, на его месте образовался пруд. Недалеко от могилы блаженной стали добывать песок, внезапно работы были прекращены. Следует отметить, что могила блаженной Александры оказалась единственной уцелевшей из всех захоронений.

В 1996 году останки блаженной перенесли из села Онуфриева в село Дарна (Истринский район) и перезахоронили в храмовой ограде напротив алтаря Крестовоздвиженской церкви.

Из воспоминаний рабы Божией Надежды: «Мы откапывали останки шесть часов – здесь окаменелые песчаные породы. Акафист постоянно читали, менялись беспрерывно… Головка Сашеньки была в платочке шелковом, розовом. Был еще огарочек свечи, чашечка и удивительный деревянный крестик – дубовый, резной, беленький, как будто только что сделан. Мне пришлось так близко соприкоснуться с Сашенькой! Это не объяснишь – я чувствую Промысл Божий и заступление. У меня будто начертано в сердце ее имя, и я не могу ее забыть».

Блаженная Александра, моли Бога о нас!

Блаженная старица Ольга (Московская)

(1871- 1973 гг.)

Cхимонахиня Ольга (в миру Ложкина Мария Ивановна) родилась в 1871 году в деревне Иншино (Егорьевский район Московской губернии) в многодетной семье. Благочестивые родители, Иван и Агриппина, с ранних лет прививали детям любовь к Богу.

Мария с детства была жизнерадостной, никогда не унывала, умела найти выход в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях. По рассказам современников, уже в юности она отличалось мужеством, безбоязненностью (Мария боялось лишь нарушить заповеди Божие).

В отроческом возрасте Мария, по совету отца, поступила в Никитский женский монастырь [5] (г. Кашира, Тульская губ.), где выполняла различные послушания: шила, вышивала, стегала одеяла, пела на клиросе, затем регентовала. В монастыре она приняла монашеский постриг с именем Моисея.

В 1919 году монастырь был преобразован в трудовую артель, а в конце 20-х годов был закрыт. Когда закрывался монастырь, монахиня Моисея сильно пострадала, ей тяжелым предметом пробили голову.

После закрытия монастыря матушка Моисея жила некоторое время в родной деревне у сестры Анны (отцовский дом сгорел, жить было негде), затем отправилась в Москву. Здесь кто-то из верующих устроил её на жительство в пятиметровую треугольную комнатку в полуподвальном помещении двухэтажного кирпичного дома (недалеко от Таганской площади). Первое время она жила в этой комнатке с двумя монахинями, спали по очереди на единственной кровати. Монахини утроились «надомницами» в производственную артель, дома стегали одеяла и отдавали их в артель.

Матушка Моисея даже в годы безверия не снимала монашеского облачения, днём и ночью молилась дома, бывала в московских храмах. Её часто приглашали для чтения Псалтыри по умершим (за это она получала продукты).

Матушку Моисею несколько раз арестовывали, после непродолжительного пребывания в тюрьме, монахиня возвращалась в свою «таганскую келью».

Духовные чада рассказывали, что незадолго до начала Великой Отечественной войны матушки Моисея и Севастиана закрыли Москву от врага «на замок» — они ночью с молитвой из одной точки в разных направлениях отправились по Садовому кольцу, а встретившись, вышли на Бульварное кольцо и снова направились навстречу друг другу. Когда началась война, прозорливые старицы успокаивали своих духовных чад: «Москва на замке, враги не войдут в неё!»

Многие годы блаженная старица мужественно переносила выпавшие на её долю страдания: соседи, мечтавшие завладеть комнатой старицы, создавали невыносимые условия, не позволяли ей самой топить печь, поэтому в морозы старица находилась в нетопленой комнате и не могла согреть себе даже чаю. Блаженная старица не осуждала соседей, молилась за них, говорила: «Они меня обижают, а я за них переживаю».

Старица Ольга в 1945 году познакомилась с Акилиной Никитичной Кузнецовой, которая стала носить ей горячую еду — передавала её в окно, так как соседи никого не пускали к старице.

Когда блаженная старица начала юродствовать, соседям удалось поместить её в психиатрическую больницу. По промыслу Божиему здесь ей предстояло нести свой молитвенный подвиг. Врачи свидетельствовали, что в присутствии старицы успокаивались самые «буйные» больные. По молитвам подвижницы излечивались многие больные.

Из воспоминаний Акилиной Никитичной Кузнецовой (1911-2000 гг.): «…Постепенно, один за другим стали уходить исцеленные по молитвам старицы. Однажды, когда я пришла навестить матушку, кто-то из врачей сказал мне: «А ваша бабушка не простая, больные при ней успокаиваются»… Я пыталась вызволить матушку из больницы, но мне сказали что «больную» отпустят только в случае, если кто-нибудь оформит опекунство, иначе её отправят в дом престарелых».

Акилине Никитичне удалось собрать необходимые бумаги и оформить опекунство — старицу выписали.

В послевоенные годы монахиня Моисея была тайно пострижена отцом Амвросием Балабановским в схиму с именем Ольга. Когда её спрашивали о постриге, она отвечала: «Это тайна, об этом никому не говорят». Однажды сказала: «Схима – это молитва, а одежда – тряпки, а в схиме огонь – молитва. Схима – это любовь!»

Приведём ещё высказывание старицы Ольги о монашестве: «Монах как рыба на сковородке жарится, чтобы спасти свою душу и донести до конца крест, такие искушения посылаются».

Когда к старице стали приходить за помощью больные, соседи не пускали их, писали доносы, вызывали милицию, грозились вторично поместить её в больницу. (Старице пришлось побывала и во второй больнице, по свидетельству близких, она сама хотела «полечиться» там, говорила: «Там мои сёстры, надо им помочь, нечего им там делать». По молитвам старицы из больницы выписали нескольких монахинь.)

Лишь после того, как соседи получили отдельную квартиру, блаженная стала принимать людей открыто. Со временем все жильцы старого дома были выселены, так как дом собирались сносить, однако старица отказалась переезжать… По молитвам блаженной дом не снесли. Сюда к блаженной старице Ольге приходили за советом, за помощью не только миряне, но и монахи, семинаристы, священники.

Духовные чада старицы рассказывали, что от неё исходило чувство необычайной духовной радости, она умела передавать эту радость взглядом, прикосновением руки – в душе страждущих людей после этого наступал покой, скорби уходили.

Из воспоминаний духовной дочери блаженной старицы Ольги: «Придешь к ней в дом, а там ожидают тридцать-сорок человек. Со всеми матушка беседует, наставляет, дает советы, всех кормит, поит чаем… Сейчас вспоминаем, как же велика была она пред Господом: видела прошлое, настоящее и будущее, ей открывалось главное о человеке, о его духовном устроении, о том, что его ожидает в жизни. Кому было полезно, она открывала прямо, но часто говорила иносказательно, иногда действием – юродствуя… А чад своих она всегда уговаривала: «Молитесь, доченьки, молитесь! Мир молитвой держится!» Часто обличала она пришедших так, что было понятно только тому, кто был грешен этим грехом… Но иногда делала это при всех, чтобы устыдить. Она предсказывала грядущие скорби и искушения, чтобы люди встретили их мужественно, с молитвой. С великой любовью обращалась всегда матушка к Божией Матери, любила праздники в Ее честь. Особенно почитала образ Казанской Божией Матери…»

К сожалению, старица не разрешала её фотографировать, не благословляла писать и портреты. Когда пытались ее фотографировать, каждый раз негативы оказывались засвеченными. По рассказам духовных чад мы можем воссоздать словесный портрет блаженной старицы: «Она была небольшого роста, изящно-худощавая, глаза темно-коричневые, духовные, неземные глаза, волосы седые, лицо у матушки интеллигентное, красивое: княгиня. Очень тонкая, благородная кожа, руки были очень сильные, духовные руки… У блаженной старицы были удивительно благородные движения, походка, жесты. Никогда ничего лишнего, все точно, решительно. Всегда она была собранной, готовой в любой момент к действию». (Внешность, манеры, внутреннее благородство, указывали на дворянское происхождение схимонахини Ольги. По рассказам родственников её отец, Иван Иванович Ложкин служил в волости, но потом по неизвестным причинам перебрался в деревню.)

Многие видевшие её, удивлялись тому, что её лицо менялось: иногда она выглядела совсем старой, древней, иногда казалась молодой, с сияющими глазами.

По свидетельству духовных чад старица Ольга непрестанно молилась, ночью ее никто не видел спящей. Часто на ночь она уходила куда-то молиться. Если оставалась в доме, то всю ночь ходила по комнатам, шептала что-то, молча стояла у икон и снова ходила по комнатам, делала множество земных поклонов. Старица заставляла и своих духовных чад больше молится, читать духовные книги. После таких соборных молитв она вся сияла.

Часто старица в сопровождении одной из духовных дочерей «совершала многочасовые походы по Москве». Она останавливалась около закрытых храмов и молилась. Составитель книги «Блаженная старица схимонахиня Ольга» Александр Трофимов пишет: «Матушка Ольга многих из своих чад посылала ходить молиться в разрушенные московские монастыри и храмы, и каждое такое посещение дарило паломникам удивительную радость. Часто в этих оскверненных, полуразрушенных святынях получали они исцеления от недугов, болезней, тяжелых душевных состояний. Матушка не раз повторяла: Все это откроется со временем. Молитесь, нет закрытых храмов. Молитесь – и все откроется! Вспоминают, как однажды подошла старица к церкви св. Мартина Исповедника у Таганки (на Б.Коммунистической улице).Подошли к храму — на дверях огромный замок, а матушка говорит сопровождавшей ее «дочке»: Слышишь? Служба идет, пойдем молиться. – Да ведь он, матушка, недействующий. – Что ты, что ты! Разве не слышишь – поют! Нужно Господа просить, ведь люди погибают, нужно молиться – и все откроет Господь!»» (Своих духовный чад матушка Ольга называла дочками, сынками, Ложкинами.)

К старице приходили верующие со своими бедами, просили совета и молитвенной помощи. Тем, кто испытывал в Москве трудности с получением жилья, старица всегда советовала заказывать молебен преподобному Даниилу Московскому, молилась преподобному и сама, по её молитвам многое утраивалось в жизни людей, обращавшихся к ней за помощью. Она принимала всех с материнской любовью, после беседы обязательно молилась со страждущими. По свидетельству духовных чад говорила она обычно немного – только самое необходимое, подойдет, погладит по руке, по голове, приговаривая: «Ручка болит, головка болит». К удивлению больных боль сразу проходила, печаль отступала. Для больных, которые не могли сами прийти, передавала свои платки. Больные, приложив платки, получали облегчение…

По свидетельству очевидцев, старица Ольга утешала страждущих до тех пор, пока не уходила скорбь, часто даже оставляла ночевать, укладывала на свою кровать, укрывала одеялом, гладила по голове, приговаривая: «Замерзла, бедная девочка, дадим ей мою одежду, сейчас согреем тебя, надень мой платочек», – и по молитве старицы уходили тревожные мысли, отступала боль.

Блаженная Ольга часто брала на себя болезни людей. Бывали случаи, когда после того, как больной человек уходил от неё счастливым и обновлённым, старице становилось плохо. Из воспоминаний духовных чад старицы Ольги:

— Однажды к старице Ольге пришла женщина с больными легкими. Матушка положила ее на кровать и долго била по спине ладонями. Больная после этого выздоровела, а матушку несколько дней рвало, видно было, что она испытывала сильнейшие боли… Матушка провидела, с какой болезнью придет к ней человек. Однажды взяла веревку и стала заматывать ногу, баюкает ее, видно, что больно… Вдруг стук в дверь. Приходит женщина и говорит: «Я пришла за благословением к матушке: очень у меня нога болела, но пока шла, все как будто прошло и не болит».

Как-то пришла к схимонахине Ольге женщина с больной дочерью, которая день и ночь кричала от боли. Матушка накрыла девочку своим платком, перекрестила и сказала: «Хорошая девочка будет». После этого девочка два дня спала, не просыпаясь, проснулась здоровой…

За много лет вперед матушка Ольга предсказала Чернобыльскую катастрофу.

Старица Ольга предсказала многие события в жизни страны… Матушка говорила: «Страшные времена наступают. Кто веру сохранит? Такие испытания ожидают верующих! Некоторые уже пошли как мученики за веру…» … Как и все Христа ради юродивые, матушка давала пророческие указания чаще всего не прямыми словами, а иносказательно, действиями…

Как-то к матушке Ольге пришел диакон с детьми. Старица стала диакона укладывать в постель… Достала простыню и укутала диакона с головой. Вспомнили об этой встрече, когда через несколько месяцев диакон умер…

Был год, когда из-за жаркого и безводного лета горели леса и торфяники. Матушка сказала в один из дней этого лета: «Все солдатики упали в торф и сгорели. Помолимся за них!» Через несколько дней появилось сообщение, что солдаты, тушившие лесные пожары, сгорели в торфянике…

Чаще всего схимонахиня Ольга ходила на службы в храм Покрова на Землянке. Какое-то время матушка была алтарницей в этом храме, знала всех священников, служивших в нем, особенно любила владыку Антония (Нежинского), который ранее служил священником в этом храме.

Священник Михаил (Фарковец) вспоминает: «Мне пришлось, как приходскому священнику, окормлять матушку Ольгу, исповедовать ее. Я также приходил к ней домой (особенно в последний год ее жизни), чтобы причастить. Сколько раз причащал ее в доме на Таганке, там всегда было много народу… В Покровский храм схимонахиня Ольга ходила часто. Запомнилось, как уже во время службы даже до алтаря доносился сильный шум в храме – это означало, что пришла блаженная старица со своей свитой…

Однажды во время богослужения она громко запела, стоя возле кануна. Священник выглянул из алтаря – кто там шумит? – и пошел спросить, почему матушка мешает службе. А блаженная громко пела панихиду, поминая имя служившего иерея. Тот сказал: «Передайте матушке, чтобы она прекратила пение». Но старица, не обращая внимания на предупреждение, допела панихиду до конца. Вскоре этот священник умер…»

По рассказам очевидцев, приходил к схимонахине Ольге один мальчик. Перед его приходом старица говорила: «Расстилайте ковры, готовьте стол – батюшка придёт». Впоследствии этот мальчик стал священником.

Прозорливая старица отвечала на невысказанные вслух мысли, иногда называла имена тех, кто придет, часто давала приходящим почитать какую-нибудь духовную книгу, и человек находил там пророчество или точный ответ на свой вопрос.

Старица вразумляла своих духовных чад, что прежде следует приготовить себя к трапезе. Говорила: «Пища – дар Любви Божией, жертва природы, и все должны с великим благоговением, с молитвой вкушать ее». Сама подвижница с благоговением и трепетом относилась ко всему, что посылает Господь, и особенно часто вразумляла своих неразумных чад через трапезу.

Из воспоминаний духовной дочери старицы Ольги, Анны Павловны: «Матушка нас объединяла, укрывала, ограждала и утешала. Мы жили в атмосфере благодати. От неё предавалось настроение или состояние покоя…

А как она умела выбивать дурь из головы! Когда помыслы обуревают, назойливые мысли, или на что-то ненужное тянет. Тогда она глухой ночью будила и тащила за собой по святым московским местам.

«Никто не хочет ночью помолиться, хотя бы одну ночь не поспать! Тогда всё устроится, и поможет Бог!» – говорила она.

Это был также и образ: нельзя останавливаться в движении к Богу. А Господь поможет за это преодолеть себя. И от сна духовного она предостерегала — нельзя спасть, надо молиться, нельзя останавливаться…»

Из воспоминаний отца Виктора: «Вспоминается, как матушка Ольга велела мне читать Библию. Я листал страницы, а она, сидя напротив, пальцем указывала на какое-то место из Пророков и заставляла читать, затем останавливала, благословляла перелистать страницы – и снова я читал указанные места. Все прочитанное тогда представляется мне сейчас как повествование о всей моей жизни. Однажды она подошла ко мне и вдруг попросила ее благословить. А я тогда еще и не думал о священстве. Еще она сказала обо мне: «Он будет женат». А я в то время о монашеском постриге думал. Вышло все по ее словам – и женился, и священником стал. Больше всего матушка не любила, когда мы кого-то осуждали… Она запрещала осуждать, наказывала за осуждение строже всего… По ночам матушка много молилась, помогая людям… Такое чувство, что матушка нас не оставляет… Матушка Ольга ходила на Рогожское кладбище к могилке матушки Севастианы (схимонахиня Севастиана (1878-1970 гг.)). Когда старица Севастиана скончалась в 1970-м году, многие ее духовные чада перешли к матушке Ольге. Были и другие подвижники у нас – и они хранили Россию…»

Из воспоминаний А. П.: «Однажды матушка у метро запела громко «Избранной Воеводе…» Потом говорит мне: «Давай вместе петь «Возбранной Воеводе». Пропели мы вместе, после чего матушка говорит, показывая на метро: «Не надо туда». В этот день была авария в метро».

Духовные чада рассказывали, что старица часто путешествовала по Москве с тяжелыми мешками, дома набьёт их тряпками и идет спасать заблудшие души. На улице то одного, то другого попросит помочь поднести тяжёлый тюк, а сама идёт рядом с помощником и молится о спасении его души.

По свидетельству духовных детей блаженной старицы Ольги, она была необычайно крепкой и сильной, почти не болела, не боялась ни холода, ни жары, никакой работы. Многие изумлялись, откуда у нее в таком возрасте столько сил и энергии. Зимой 1973 года старицу внезапно начал душить кашлять, когда вызвали врача, она его к себе «не подпустила».

Незадолго до кончины старица говорила духовным чадам: «Когда я уйду, молитесь за меня, а я за всех буду молиться».

Из воспоминаний Анны Ивановны Аляевой: «Заболела матушка незадолго до праздника Крещение Господня… В день кончины я приехала вечером… В четыре часа ночи матушка тихо запела: «Милосердия двери отверзи нам, Благословенная Богородице…», — и после этих слов произошло чудо: лицо её просияло, помолодело, стало белым, как снег, вся комната освятилась дивным светом, и душа её тихо отошла ко Господу…»

Блаженная старица Ольга отошла ко Господу 23 января 1973 года. Отец Геннадий вспоминает: «Отпевал матушку отец Михаил Соболев, настоятель Покровского храма, в сослужении с другими священниками. Мне не пришлось там быть, не сподобился, нужно было служить в своем храме, никто не смог подменить. Когда гроб привезли на Калитниковское кладбище, я встретил матушку, три горсти зёмли бросил в могилу. В тот день мороз был сильный, градусов 25-30. Я сам не слышал, но матушка говорила одной из дочек: «Со временем на могиле моей чудеса будут совершаться»».

Из воспоминаний духовной дочери старицы Ольги, Клавдии: «…Приехала в Калитниковский храм на отпевание… Почитатели матушки собрали часть суммы, чтобы расплатиться за отпевание, купить свечи на подсвечники и для тех, кто будет молиться во время отпевания. Я всё сделала… потом подошла к гробу матушки и увидела, что от её тела идёт пар! Я подумала, что может мне кажется, подошла к Ивану Максимовичу [6] и попросила подойти к гробу.

— Видите что-нибудь?

— Вижу.

Мне кажется, что матушка утешала нас этим…» (Примечательно, что и много лет после смерти старицы, когда духовные чада собрались на её могилке, несмотря на холодную погоду за три часа никто не замёрз, присутствующие свидетельствовали, что даже когда они касались ограды –она казалась тёплой. Блаженная старица Ольга согревает своих духовных чад и по сей день.)

Похоронили блаженную старицу Ольгу с южной стороны храма на Калитниковском кладбище Москвы, вблизи церковной стены. (На могиле установлен большой крест из черного мрамора.)

После выхода книги о схимонахине Ольге эта могила на Калитниковском кладбище стала местом паломничества для многих православных людей. Приведём лишь несколько свидетельств благодатной помощи блаженной старицы Ольги:

Из воспоминаний Н.: «Позвонила мне подруга, очень взволнованная, и спросила, не знаю ли я, где находится могилка схимонахини Ольги. У нее очень тяжело заболел близкий человек, и она не знала что делать, куда и к кому обратиться. И вот в ночь на 22 января во сне она услышала голос, сказавший ей: «Сходи на могилку схимонахини Ольги и прочитай канон за болящего». Самым удивительным было то, что у меня на столе как раз лежал молитвослов с закладкой на странице, где был напечатан канон за болящего. Решила я перечитать книжечку с жизнеописанием матушки Ольги и обнаружила, что следующий день после нашего разговора – день кончины старицы, 23 января. Немедленно позвонила своей знакомой, и мы договорились побывать вместе 23 января на могилке матушки. Я захватила канон за болящего и поехала на кладбище. Мы с подругой были утешены, такая радость на сердце была. У могилки служили панихиды два священника. Встретили мы там и кошечек, не забывающих могилки, так любившей их матушки. Прочитали мы и канон. А больному после этого полегчало».

Из воспоминаний Елизаветы Дмитриевны Рыжковой: «Как-то матушка предсказала мне, что у сына будут неприятности с мочевым пузырём. И действительно, у моего сына было ночное недержание мочи до 14 лет. Приезжали мы на могилку матушки и я сказала сыну: «Давай попросим матушку помочь».

Прочитали молитвы, поклонились, попросили благословения, просили помочь, и с тех пор у сына ни разу не было случая повторения болезни…»

По свидетельству рабы Божией Н., она несколько лет назад впервые побывала на могилке старицы, по молитвам старицы ей удалось решить квартирный вопрос. Схимонахиня Ольга удивительным образом помогла ей осознать тяжесть греха осуждения. По молитвам блаженной старицы, она чудом осталась жива:однажды, направлялась к подъезжающему трамваю она внезапно увидела «несущийщиеся на огромной скорости» две легковые машины, она замерла и взмолилась: «Матушка, помоги!» По молитвам блаженной старицы Ольги машины объехали её с обеих сторон, «лишь чуть-чуть» задев пальто, не причинив ей никакого вреда.

Старица Ольга при жизни обещала духовным чадам, что если они попав в беду, попросят помощи, она услышит и поможет. Помогает она и сейчас всем, кто, прочитав книгу о её жизни, поверив в силу молитв подвижницы, обращается к ней за молитвенной помощью.

Помяни, Господи, во Царствии Твоем, схимонахиню Ольгу и сотвори ей вечную память, и ее молитвами сохрани и помилуй нас грешных.

Схимонахиня Серафима (Бирюлёвская) (1875-1950 гг.)

Схимонахиня Серафима (в миру Софья Ильинична Ушакова) родилась 19 июля 1875 года в благочестивой семье, проживавшей недалеко от Москвы в селе Кашино. Состоятельные родители Илия и Мария Ушаковы мечтали дать дочери блестящее образование, выдать выгодно замуж, однако по промыслу Божиему девушке суждено было стать невестой Христовой.

Незадолго до свадьбы она тайно покинула отчий дом, и направилась в Филимоновский Княже-Владимирский [7] женский монастырь. Здесь её приняли с любовью, дали послушание — приносить воду из колодца, расположенного в низине, к кельям. Пять лет София носила в гору тяжёлые ведра с водой, позже ей поручили сбор и заготовку на зиму грибов, были и другие послушания.

Для стяжания христианского смирения первое время послушницам полагалась не только выстаивать многочасовые монастырские службы, вычитывать келейно молитвенное правило, но и со смирением нести бремя тяжелых послушаний. Если трудности монастырской жизни не испугали послушницу, у неё не возникло желания вернуться в мир, если она, благодаря всевозрастающему смирению и трудолюбию сумела справиться с возложенными на неё обязанностями, то, как правило, после многолетнего искуса, её постригали в рясофор, а затем в мантию. К сожалению, мы не знаем, когда и с каким именем София приняла постриг, когда Господь сподобил её дать монашеские обеты.

Известно, что однажды зимой её, тяжело больную, сестры повезли на санях к врачу. Разыгралась метель. По дороге больная выпала из саней. После долгих поисков, её нашли сильно обмороженную, занесенную снегом. Божия избранница чудом осталась жива. (С тех пор ноги и руки страдалицы стали скрюченными, а тело покрылось язвами.) Вероятно, именно после этого случая и состоялся постриг в схиму, а небесным покровителем подвижницы стал преподобный Серафим Саровский.

В ноябре 1928 года монастырь закрыли, монахинь и послушниц выгнали. Кто-то из них уехал домой, некоторые нашли приют в близлежащих селах.

В холодный ноябрьский день схимонахиню Серафиму, лежащую на железной кровати, представители власти вынесли за ограду монастыря в березовую рощу. Схимонахиня Серафима долго лежала под открытым небом, пока сердобольная отроковица Мария не нашла её. (Мария любила схимонахиню Серафиму, по молитвам которой (незадолго до закрытия монастыря) получила исцеление — врачи предлагали ей ампутировать больной палец, угрожали, что иначе она останется без кисти руки. Мария рассказывала, что схимонахиня составила лекарство из свечных огарочков, еловых шишек, да маслица от двенадцати праздников… Схимонахиня мазала больной палец, а сама молилась. По молитвам схимонахини Серафимы всё кончилось благополучно, операция не понадобилась.)

Рассказывает раба Божия Раиса: «Маруся была маленькой девочкой, она была сиротой и жила с теткой, которая жила очень бедно…А жили они в Филимонках (в деревушке). У Маруси заболел пальчик… Врачи говорят, надо отрезать. Она прибежала в Филимоновский монастырь и как раз познакомилась со схимонахиней Серафимой. Она говорит: «Деточка, ничего у тебя не будет, все будет хорошо». Она ей прочитала молитву, помазала мазью и опухоль пропала, рука поправилась. С той поры она стала к матушке приходить. А когда начались гонения, пришли красноармейцы, всех монахинь разогнали. А матушка Серафима была же недвижима. Она была регентом этого храма. Ее на койке, вынесли недалеко от монастыря в березовую рощу. Это в ноябре месяце. И когда Маруся бросилась её искать, ей говорят, а вон твоя матушка… ее туда вон отнесли. Она побежала к тете и стала ее умолять… Как-то она сумела, где-то пристроиться. Сначала вот у тетки. И за матушкой ухаживала. Матушка ей говорила: «Не волнуйся Мария, все будет хорошо…»

Мария всей душой привязалась к схимонахине, решила для себя, что никогда не оставит страдалицу. Она не только ухаживала за больной, но нянчилась с чужими детьми, чтобы как-то заработать на жизнь. Через несколько лет схимонахиня Серафима сказала, что пора ей думать о замужестве. Из воспоминаний келейницы Марии: «Пришло время, матушка говорит:

— Нужно замуж выходить…

— Не хочу!

— Надо, девонька».

По молитвам прозорливой старицы вскоре посватался к девушке Кузьма Кузнецов. Мария ответила жениху, что согласна, но при условии, что с ними будет жить и матушка Серафима. Юноша согласился. После свадьбы Мария стала жить в доме Кузьмы в поселке совхоза Коммунарка. Нашлось место в доме Кузьмы и для схимонахини Серафимы.

В 1940 году у Марии и Кузьмы родился сын, а в 1947 году – дочь. Мальчика назвали Юрой, а девочку в честь схимонахини — Серафимой.

Рассказывает раба Божия Раиса: «…Тетя Маруся (келейница Мария) с моей мамой очень дружили, по рассказам мамы знаю, что схимонахиня Серафима помогала этой семье… Маруся с мужем оба работают, а схимонахиня лежит, читает, а сама вот люльку с этой девочкой и качает, и качает. Ну, а потом начались всякие обострения. Тут уже пришли… начали, вот там тот ходит, вот этот ходит… Ну, страшные были времена… Тут вот рядышком Лоза…, вот там сколько расстрелянных. В общем, мы жили под таким колпаком… »

Двадцать два года, до самой кончины схимонахини, Мария была ее келейницей. (Помогала ей монахиня Татьяна, в последние годы Господь послал ещё помощницу, Екатерину.) За все эти годы Мария не услышала ни единой жалобы от полупарализованной старицы. Ухаживая за больной, протирая скрюченные руки и ноги, обрабатывая гноящиеся язвы на теле подвижницы, Мария каждый раз удивлялась мужеству и безмерному терпению старицы, из уст, которой вырывался не стон, а благодарение Господу за всё. (У длительно лежащих больных на участках тела, которые подвергаются систематическому давлению, образуются пролежни — язвенно-некротические и дистрофические изменения тканей.)

За свою непоколебимую веру, неугасающую любовь к Господу и великое смирение страдалица удостоилась Даров Святого Духа: прозорливости и исцеления. Схимонахине Серафиме, столько лет страдающей от незаживающих язв, было дано Свыше врачевать телесные болезни и раны духовные.

По свидетельству современников, любвеобильная старица всегда была приветлива со всеми. Страдалица умела утешить, отогреть душу: «Смиренный дух её, покой душевный были удивительны! Сама всегда приветливая, в руках крест, на руке четки… Она — кому слово, кому водички со креста, кому маслица — врачуя духовные и телесные недуги».

К прозорливой старице за духовным советом и молитвенной помощью приезжали страждущие не только из окрестных сёл, но и из Москвы. Тайно приезжали монашествующие и священники.

По свидетельству протоиерея Алексия Байкова в то время и его родители: протодиакон Патриаршего Собора Пётр Петрович и матушка Александра Николаевна Байковы, глубоко почитавшие старицу Серафиму, приезжали к матушке Серафиме за духовным советом в п. Коммунарка через всю Москву. (Жили они на станции Лосиноостровская).

От старицы Серафимы верующие люди уходили обновлённые, забывая о своих переживаниях и недугах. По молитвам старицы неразрешимые житейские проблемы решались как бы сами собой. Молитва прозорливой старицы выводила людей на путь истинный.

Из воспоминаний рабы Божией Раисы: «…Мы то все время были под колпаком. У мамы папа был расстрелян, то есть мой дедушка. Папа сидел… И мама все время боялась. Вдруг ее заберут, и дети останутся одни, еще совсем маленькие…. Она очень переживала. Но все равно тайно все ходили к схимонахине Серафиме. И мама говорит моей старшей сестре, Милочка, ты пойди к монахине Серафиме, возьми творожечек, сметанку, куличек…. Пойди, она тебе освятит. Но только иди туда попозже, вечерком… Ну, Коммунарка была как на ладони… Директор НКВДешник, начальница отдел кадров тоже. Она, правда, нам как-то там симпатизировала. Говорила нам, будьте осторожнее, предупреждала.

И вот Милуша пошла, но что там девчонке было, 10-12 лет. Она приходит и просит: «Матушка, освятите!» А матушка Серафима её спрашивает: «Ну и как дочечка, вкусная сметанка-то с творожком?» А она: «А откуда вы знаете?» И прям… вспыхнула. «Да знаю деточка…, попробовала ты»… Она приходит и говорит: «Мама, я нечаянно, когда складывала, собирала и попробовала». И она вот, такая была прозорливая, матушка Серафима…

И к ней очень часто приезжали люди из Москвы …Однажды мужчина приезжал. У него не складывалась жизнь с женой. И жена его приезжала, жаловалась, что он поздно приходит. Матушка Серафима ей и говорит: «Он работает, а ты ведешь себя неправильно. Он придет вечером, а ты спроси: «Как ты себя чувствуешь? Да приготовь ему теплые носочки, да поставь ему щец горяченьких, и прими его ласково… Расспроси как, что…» И вот он приходит, а она так и сделала. Встретила его с теплыми носочками, посадила за стол, дала ему горячих щей. Как ты там мой дорогой поработал? А он говорит: «Что ж с тобой случилось? Кто ж тебя так надоумил?» А она и сказала. Говорит: «Я ездила в Коммунарку к схимонахине Серафиме…» И они очень часто потом к ней ездили. Они помогали этой семье. Семья Кузнецовых жила крайне бедно. (Ну, мы тогда все очень, очень бедно жили…) И таких людей было очень много».

Приведём цитату из жития схимонахини Серафимы: «Господь даровал матушке таинственные откровения, по которым она знала имена людей, которые ещё только собираются к ней, их намерения, тайные пожелания и истинные нужды. Многое ведомо было ей о судьбах людских. Так ещё за несколько лет до пожара, матушка сказала отцу Василию Моисееву (зная о тайном его намерении перейти в другой храм): «Не уходи, тебе еще храм строить». Так и случилось — именно он построил нынешний храм…»

Местные власти не могли не заметить нескончаемый людской поток к дому, где жила старица. Их пугало всевозрастающее почитание схимонахини, несколько раз Кузнецовых предупреждали, чтобы они не пускали посетителей к старице, дошло дело и до угроз.

Из воспоминаний дочери келейницы Марии, Серафимы Кузьминична Кузнецовой (1947 г. рождения):«…Нас из дома выгоняли, помню я держалась за мамину юбку… Пришли домой, а … дом на замке оказался. Мама говорит, мы не закрывали дверь, ничего. К нам подошли, видят замок на дверях, они постучали, постучали…, никто дверь не открывает. Дом остался цел. Дверь оказалась закрыта сама по себе – чудо! Пришли выгонять, а в дом попасть не смогли, дверь на «замке». Там были монашенки Гавриила, Серафима и еще третья монашенка была…

Бывало маме угрожали, говорили: «Уходите отсюда, где хотите, живите…»

Потом они жили в маленькой комнате: матушка Серафима, схим. Гавриила в деревне Жабкино… Монахиня Татьяна схиму приняла и стала Гавриилой. (У нее икона чуть не сгорела, большая икона, очень большая икона была, «Споручница грешных». В Филимонках, в доме возник пожар, и схимонахиня Гавриила эту икону схватила в охапку и на улицу выскочила. Дом сгорел, а икону она спасла. А икона эта потом пошла… на станцию Лобня, там батюшка был, Владынский. Икону забрал себе.) Потом схимонахиня Гавриила начала ухаживать за матушкой Серафимой…»

Старицу Серафиму перевезли в деревню Жабкино. В деревне Жабкино, расположенной недалеко от Бирюлёво, прозорливую старицу часто посещали верующие из Бирюлёвского Никольского храма. Перед кончиной матушка Серафима открыла настоятелю храма отцу Николаю Перехвальскому, что после её смерти молитва у ее могилы будет помогать больным.

17 февраля 1950 года (в Прощенное Воскресенье) схимонахиня Серафима мирно отошла ко Господу. По свидетельству очевидцев: «По смерти расправились у матушки ручки и ножки. И лежала она покойно, строгая и светлая. Когда выносили из дома гроб, все увидели на небе огромный огненный крест».

Отец Николай и отец Василий всю ночь читали над гробом новопреставленной Псалтирь. Утром приехали монашествующие, священнослужители, духовные чада старицы, все те, кто почитал великую подвижницу. Отпели её по монашескому чину. Гроб с телом схимонахини Серафимы обнесли вокруг храма и захоронили за алтарной частью. На могиле поставили её келейный крест. (На 40-й день после смерти старицы келейнице Марии приснился сон, что стоит схимонахиня Серафима «в свете на амвоне бирюлёвского храма», а рядом с ней она — Мария. Схимонахине Серафиме говорят: «Это самое Ваше место — понятно, но что тут делает Мария?» Старица отвечает: «Она служила со мною 22 года».)

В 1977 году по проекту застройки микрорайона Бирюлёво-Западное Бирюлёвское кладбище должны были уничтожить. Отец Василий Моисеев добился разрешения перезахоронить останки старицы Серафимы и ещё нескольких человек на территории церкви. Перезахоронить старицу было поручено отцу Алексию Байкову.

В июле 1979 года, после почти тридцатилетнего пребывания в земле, тело схимонахини подняли из могилы и переложили в новый гроб. По свидетельству очевидцев: «Одежда схимонахини Серафимы была цела, мощи нетленны. Лишь кипарисовый крест выпал из её рук». Отец Алексий Байков вложил этот крест в руки угодницы Божией.

Из воспоминаний отца Алексия Байкова о перезахоронении матушки Серафимы: «Она была … нетленная, я видел своими очами. Все нетленно, не то, что как обычно бывает…

Я молодой был, растерялся, конечно. Такую Святыню… Ну, ничего, Господь помог… Я все сделал как надо… Помолились, а потом предали земле, все как положено…»

Из воспоминаний дочери келейницы Марии, Серафимы Кузьминична Кузнецовой: «Помню перезахоронение было… Я ездила на перезахоронение… Стали могилу копать, земля мерзлая была, ломом стали бить, потом потихоньку стали рыть. Вытащили гроб, открыли, а она как живая. Как будто только положили ее. А ведь столько лет прошло. Как живая была, о. Алексей там был… Он подошел благословения спросил у матушки».

Больше полувека прошло со дня смерти старицы Серафимы, по сей день совершаются чудеса по молитвам схимонахини Серафимы за всех притекающих к ней.

Свидетельства молитвенной помощи схимонахини Серафимы

Однажды на могилку к старице Серафиме приехал из Приморского края мужчина. Он рассказал, что был серьёзно болен — «врачи от него отказались». Однажды ему приснилась монахиня, она посмотрела с состраданием на больного и сказала: «Поезжай-ка ты в Москву, найдешь там могилку схимонахини Серафимы, возьми земельки и исцелишься». Мужчина поехал в Москву, здесь целый месяц искал могилку праведницы, наконец, одна верующая женщина рассказала ему, что могилка схимонахини Серафимы находится в Бирюлёво у храма Святителя Николая Чудотворца.

Мужчина приехал в храм, рассказал о случившемся — его с радостью проводили к месту паломничества многих верующих людей…

По свидетельству протоиерея Алексия Байкова (февраль 2006 год) — каждый раз после молитвенного обращения к старице Серафиме он чувствует приток свежих сил: «Чувствую! Силы крепнут. Я молитвенно ее всегда поминаю и помню ее… Часто я служил панихиды, когда помоложе был… И сейчас поминаю матушку и её родителей… Подходил к могилке матушки Серафимы и просил: «Помоги мне, матушка Серафима»… Помогала она мне, конечно… Невидимо она помогала и храму…

Вот, что я могу сказать… Помог Господь мне, вот послужить… У нас служат отец Виталий (настоятель), отец Димитрий, отец Константин и я по немощи… Потихонечку, потихонечку тружусь. А мне уже годков то сколько… Будет 77».

По свидетельству священника Константина Кобелева 4 сентября 2000 года было попущено искушение — когда он пришел на службу, то не мог открыть дверь в алтарь.

Из рассказа священника Константина: «Там две двери, северная и южная и ни одна, ни другая не открывалась. Двери были крепко заперты, в дверных щелях виднелись щеколды, вставленные ключи не поворачивались. Позвали рабочих, которые безуспешно пытались, что-то сделать… Я пошел на могилу схимонахини Серафимы, помолился, покаялся, особо попросил матушку. Когда возвращался в храм, то встретил рабочих, которые возмущённо сказали: «Батюшка, зачем вы заставляете дверь открывать. Мы бились, бились, толкнули, а она открыта?!»

После молитвы на могилке старицы Серафимы, произошло чудо — дверь свободно открылась. После этого случая отец Константин каждый раз перед службой идет на могилу, помолиться.

Рассказывает священник Константин Кобелев (2006 г.): «Матушка Серафима является покровительницей нашего храма, помогающей нам и в большом и в малом. Когда понадеешься на свои силы, как в случае с дверью, даже и простые дела не получаются. И наоборот, когда обратишься к ней на могилке, то по её молитвам решаются сложные вопросы.

Например, один священник служит, а другой исповедует. В день, когда мало исповедников бывает: не попросишь помощи — и не успеешь за время службы поисповедовать всех желающих. И наоборот, молитвами матушки Серафимы, и с многими исповедниками справляешься.

Удивительный факт – общение усопших праведников. В день памяти моего духовного отца, протоиерея Александра Егорова, договорились с клириками храма святого славного пророка Божия Илии, что в Обыденском переулке в Москве, соборно послужить панихиду на его могиле. Батюшка похоронен на Ввенденском кладбище в Лефортово. Невозможно было назначить точное время.

Спрашиваю их:

— Когда поедете?

— После службы.

— И я после службы.

Но ведь служба проходит по-разному: зависит от числа людей, количества записок, треб. Да ещё и пробки на наших дорогах… Пошёл на могилку к матушке Серафиме и попросил её передать отцу Александру, наше желание встретиться.

И вот что получилось: когда я подъехал к кладбищу, то увидел, что мимо привезшего меня автомобиля проходят священники из того храма (в котором отец Александр прослужил 48 лет). Разве может такое получиться случайно: встреча секунда в секунду?!

При этом матушка скромная, даже исцеляет не заметно, как бы не ищет своей славы».

Верующие рассказывают, что зимой с могилки схимонахини Серафимы берут снег, кладут в баночку, когда вода растает, этой водой протирают больные места. ( При этом банку с водой держат в холодильнике, чтобы она не испортилась.) Летом – срывают травинки, чтобы приложить к больному месту. (Верующие поминают матушку Серафиму об упокоении, поскольку она не причислена еще к лику Святых, а потом просят ее о своих нуждах.)

Помогает старица Серафима при болезнях опорно-двигательного аппарата, поскольку сама была прикована многие годы к постели. Помогает в других болезнях.

Например, девочке К. врачи поставили диагноз бронхиальная астма. Взволнованный родители заказали панихиду, пришли на могилку схимонахини Серафимы, с благословения священника положили на могилу камушек, после панихиды взяли этот камушек и опустили в банку, из которой потом пили воду. По молитвам старицы Серафимы, девочка выздоровела. Теперь, когда её спрашивают: «Кто тебя вылечил?» Она уверенно отвечает: «Матушка Серафима».

Прихожанин N., рассказал священнику, что однажды после неосторожного движение, у него стал болеть плечевой сустав правой руки. Через некоторое время ему было уже трудно поднимать руку. («Если, что-то приходилось поднимать правой рукой, необходимо было помогать левой».) Он ходил на могилку, молился и в какой-то момент обнаружил, что рука больше не болит.

Из рассказа священника Константина: «Один прихожанин пришел на могилу. У него болело сердце (вероятно, стенокардия)… Это было на Крещение… Пользовался крещенской водой, но болезнь не проходила. Пришел на могилу и подумал: «Может взять протереть область сердца снегом». Даже было сомнение: «Как это так прибегать к такому не освященному, не к святой воде, была же святая вода крещенская». Тем не менее, после того как он протер этим снегом себе грудь, болезнь прошла…

Так же помогает матушка Серафима родителям выдать замуж детей и молодым — найти своего избранника. Так было и при жизни матушки. Пожилые прихожане рассказывали об этом.

Прихожанка А. рассказывала о том, что она приходила с молодым человеком к матушке, чтобы она их благословила на брак. Ей она дала икону Преподобного Серафима Саровского, а ему еще какую-то икону… Ей объяснили — это значит, матушка не благословила, если она благословляет — дает жениху икону Спасителя, а невесте икону Богородицы, как на Венчании… И действительно … прихожанка А. вышла замуж за другого».

Другая прихожанка П. рассказывала, что в 1949 году они с мамой приходили к матушке Серафиме. Приём уже закончился, и келейница не хотела их пускать. Тогда матушка из другой комнаты кричит: «Пусти Танюшку». Не видя их…»

Прозорливая старица Серафима, не видя посетителей, безошибочно назвала имя матери П., рабы Божией Татианы. По милости Божией Татиана с дочерью П. получила молитвенную помощь и благословение матушки Серафимы. Она попросила старицу помолиться и за вторую дочь, которая вскоре по молитвам подвижницы удачно вышла замуж.

Из воспоминаний прихожанки храма иконы Казанской Божией (с. Сосенки), рабы Божией Р.: «…3 ноября 1993 года мы познакомились с отцом Николаем (Н.К. Мартинкевич)… Первый молебен провели мы 4 ноября 1993 года.

И вот тогда мы познакомились поближе с батюшкой Николаем. Я говорю, батюшка вот тут… живет матушка Мария Кузнецова (келейница матушки Серафимы). Она говорит, если храм будет, я отдам Тихвинскую икону Божией Матери и лампадку схимонахини Серафимы.

А он говорит: «Я ее знаю».

— Откуда вы знаете?

— Я про нее слышал в Бирюлевском храме… Я учился в институте, студентом стал петь в Бирюлевском храме Святителя Николая и Чудотворца, где была похоронена схимонахиня Серафима. И я слышал много о ней всяких разговоров и чудес. И я пошел на могилку, помолился и попросил матушку: «Помоги, матушка Серафима! Если, поможешь, я стану священником». Вот его слова. У него была очень страшная болезнь позвоночника. Он лежал пластом».

Господь исцелил Николая, по молитвам старицы Серафимы. По промыслу Божиему ему предстояло принять священство и восстановить в селе Сосенки разрушенный храм. (Храм был закрыт в начале 30-х годов. Его передали местным властям, которые устроили в нем машинно-тракторную станцию. В годы войны в храме располагалась хлебопекарня, а с 50-х годов — завод фруктовых вод.) По просьбе верующих летом 1993 года храм был возвращен Русской Православной Церкви.)

О старице Серафиме рассказывает раба Божия Любовь, работающая в церковной лавке при храме Святителя Николая Чудотворца в Бирюлёво (февраль 2006 г.): «Я вот хочу рассказать одну историю, произошедшую по помощи, со стороны матушки Серафимы.

Гуляла я с внуком и как-то так нечаянно с варежками выронила ключи… Явилась домой, а ключей нет. А гуляли мы с внуком вокруг храма с коляской.

Прибежала обратно в храм по этой стёжке-дорожке, нет ключей. Обошла все. Ну, нигде нет ключей. Пошла к матушке на могилку, бухнулась на колени. Снег был тогда. И я в снег прямо головою: «Матушка, помоги, что делать?!»

А на этой связочке ключи от дома, ключи от работы, от гаража. В общем, вся связочка. Я прямо в каком-то забытье была.… И вдруг чувствую, так легко стало мне. Какая-то прямо теплота пошла, словно я не в снег, а в подушку теплую головою уткнулась. Постояла так, даже не помню сколько времени. Иду обратно, смотрю как будто ключи мои, на дорожке лежат. Словно их кто-то положил. А ведь помню, оббежала все, не было их. У всех спрашивала, всем говорила, кто увидит мои ключи…

И вдруг они лежат, словно их кто-то выложил. Я обратно на могилку к матушке: «Матушка, благодарю тебя!» И снова тоже ощущение, словно на подушку приложила голову, не в снег. И так я ей благодарна. И вообще очень много происходит такой помощи со стороны матушки. Даже по работе, где-то, что-то не ладится, расстроилось… Идешь тут же к ней на могилку: «Матушка, помоги! Успокой, матушка!»

На коленочки встанешь, и к ней припадешь.… И смотришь все облегчение. И внук вот, сколько бы мы не гуляли, он так же ручонкою тянется прямо туда. Там на могилочке лежит камушек, и он вот ручонку протягивает, держится за этот камушек. Подержится и все старается крестик поцеловать. Дети чувствуют помощь. Сегодня тоже вот так болела голова, ну просто аж в глазах темнеет. Опять пошла к матушке: «Матушка, помоги миленькая, до конца работы постоять хоть. Чтоб голова хоть свежая была».

Пришла и опять на коленочки в снег головою…

А когда вот летом, утром на работу иду — роса… Все равно идешь на могилку и росою лицо и умоешь. Целый день такая ясность, так все прямо хорошо… На душе чувствуешь такую радость, восторг.

Ощущаю ее помощь настолько близко. И о ней все время молюсь, записочки подаю, панихиды заказываю…

Чувствуется помощь ее, рядышком она, такая помощница… Сразу слышит нас. Чтобы не попросила, раз и приходит помощь».

Рассказывает раба Божия Елена (2006 г.): «Помогает матушка Серафима сдавать экзамены. Я всегда на могилку прихожу перед экзаменами, приложусь и успешно сдаю на четыре или пять. Даже, если я вообще не готова, совершено, не готова. И сдать просто, ну не могла бы никак, и вдруг сдаю.

А было и такое. Вот, например, потеряю я кого-нибудь в храме. Ну, как сказать…

Вот утром батюшка сказал мне найти его, а я не знаю где он, мне очень с ним нужно было поговорить. Пришла к матушке Серафиме, попросила помочь найти и тут же прямо встретилась с ним…

Живем мы в Бирюлево с 1996 года, а в церковь я начала ходить, наверное, где-то с 2000 года. С тех пор как узнала о матушке, стала приходить, просить помощи. Подружка моя, Ольга, она к матушке всегда заходила. Матушка много раз помогала, всего и не упомнишь. Придешь, попросишь и все как-то, управляется. Там на могилке камушек, все к нему прикладываются, кто поцелует, кто дотронется. Считается, что он целебный и стараются приложиться к нему. Земельку берут, постоянно цветочки срывают, снег берут. Мама моя приходит часто. Матушка Серафима все слышит, и может помочь близким по вашим просьбам. Как пишет иеромонах Василий, что если вы пришли на могилку к Святому или попросили, он уже молится за вас и за весь ваш род, роды родов».

Рассказывает раба Божия Ф.: «О схимонахине Серафиме узнала 2003 году, прочитала о ней на официальном сайте Xpaма Святителя Николая Чудотворца. Порадовалась, что жила такая молитвенница. Хотела даже съездить, побывать на могилке, но всё не получалось. Прошло года два и моя знакомая, проживающая недалеко от Xpaма Святителя Николая в Бирюлёво пообещала дать мне книгу о схимонахине Серафиме. Так как встретиться в ближайшие дни мы не могли, я вновь заглянула на сайт, перечитала житие и распечатала материал.

В этот день у меня внезапно заболел правый висок, я надеялась, что на следующий день проснусь с ясной головой, но не тут то было. Боль усилилась настолько, что отдавало в глаз, читать было не возможно. Я подумала, что это обычное переутомление, отложила работу, вышла подышать на свежий воздух – не помогло. Вернувшись дома, помолилась, помазала крестообразно висок освящённым маслицем, но боль не утихала. Хотела прочесть акафист, но из-за боли не было возможности прочесть даже строчку.

И тут я вспомнила о схимонахине Серафиме, прижалась виском к фотографии старицы, которая была на листке, распечатанном с сайта, и взмолилась: «Старица Серафима! Знаю, слышишь меня, помоги, пожалуйста, работать не могу!» Нужно признаться сразу стало немного легче, а минут через пять боль стихла совсем и появилась возможность работать.

Помогла мне однажды схимонахиня Серафима найти потерянную вещь дома. Дня два искала, решила уже, что придётся новую покупать, вдруг вспомнила, о матушке, тут же о помощи попросила, и сразу мысль — поискать ещё раз там, где уже несколько раз искала. Сразу нашла. Слава Богу, за всё!»

Из рассказа рабы Божией N (2006): «Помогает матушка Серафима, конечно, всего и не упомнишь. Я молюсь Господу, Богородице, Всем Святым и у матушке Серафимы помощи прошу. Вот как-то пришла на могилку, приложилась. У меня с работой не ладилось, мало платили, а устроиться на хорошо оплачиваемую не получалось. Понимаю, что нельзя просить вот так вот, сколько там, в цифрах определять, грешно ведь. А в голове все равно сумма эта (10000 руб.). И вдруг мне предлагают работу именно с этим окладом в 10000 рублей. Копеечка в копеечку. Слава Богу, за все!»

Раба Божия Татьяна, собиравшая дополнительный материал о старице Серафиме Бирюлёвской, сталкивалась с большими трудностями. Каждый раз она мысленно обращалась за помощью к схимонахине Серафиме, молилась на её могилке, и по молитвам угодницы Божией всё тут же устраивалось лучшим образом.

Татьяна планировала встретиться с отцом Алексием, ведь, по милости Божией, именно ему поручили перезахоронить великую подвижницу. Однако в храме ей сказали, что он сильно болен, и беспокоить его нельзя. В тот же день Татьяна со смирением сообщила об этом составителю книги, добавив: «На все воля Божия! Будем молиться и надеяться».

Когда через день она пришла в храм, по молитвам блаженной старицы Серафимы, ей посчастливилось увидеть отца Алексия.

Из рассказа р. Б. Татьяны: «Стою я на службе, и вдруг вижу в алтаре отец Алексий прошел. Думаю, показалось, что ли… А потом смотрю, он выходит из правой двери, я к нему за благословением, все объясняю… Он говорит: «Сейчас венчание будет, а потом…»

Удивилась я, вот ведь как оно бывает. Он именно в этот день венчал молодых. (Дети служащих в храме венчались и очень хотели, чтобы венчал отец Алексий.) Мне удалось сфотографировать батюшку Алексия и договориться с ним о встрече… Матушка Серафима помогла. Слава Богу, за все!»

Рассказывает раба Божия К.: «Нужно обязательно собирать материал о матушке Серафиме, больше писать о ней, если люди узнают, будут приезжать со своими нуждами, у могилки её такие же очереди будут, как на Даниловском кладбище в девяностые годы к блаженной Матроне Московской были до её прославления.

Хочу рассказать, как мне помогла матушку Серафима. Что-то страшное случилось со мной в начале марта 2006 года, как удар по голове, утром голова так закружилась, еле успела дойти до кровати. Родные испугались, говорить не могу, голову поднять не могу, на спину повернуться страшно, всё плывёт.

Молитву про себя даже читать не возможно, головокружение усиливается, до тошноты… Несколько часов это продолжалось, в какой-то момент попросила помощи у матушки Серафимы. Мысленно сразу получила ответ, что к вечеру пройдёт, поверила. Когда муж заговорил о скорой помощи, дала понять, что не нужно. После восьми часов вечера смогла подняться, умылась, начала говорить… (Дня три ещё была слабость.) Слава Богу, по молитвам схимонахини Серафимы без медицинской помощи пришла в себя.

На могилке матушки Серафимы я слышала много удивительных историй. Многие приходят на могилку, попросить молитвенной помощи у матушки, ставят свечи, обходят могилку со всех сторон, прикладываются к кресту, с верой притрагиваются к камушку, который лежит на могилке.

Помогала мне матушка Серафима находить и потерянные вещи. Ищу, бывало, ищу нужную вещь, не могу найти, а вспомню про матушку, попрошу помощи, сразу нахожу. Матушка Серафима очень помогает! Матушка Серафима, моли Бога о нас грешных!»

Рассказывает раба Божия Ольга (июнь 2006 — День Святой Троицы): «Я, раба Божия Ольга, хочу засвидетельствовать о чуде, которому была свидетелем, находясь на могиле у матушки Серафимы.

10 июня я приехала помолиться матушке Серафиме, попросить молитв матушки обо мне – грешной. Я пришла на могилку и зажгла свою свечу. Вдруг пошел дождь. Это было просто удивительно, потому что на небе не было облаков, но самое удивительное произошло потом. Дождь затушил все свечи, которые горели на могилке, но на моих глазах произошло возгорание свечи, красной по цвету, стоявшей немного в отдалении от других свечей. Я поняла, что это матушка Серафима меня благословила. На душе стало так радостно и светло от сознания того, что и по смерти матушка Серафима нас слышит и молится о нас у Престола Божия. Слава Богу, за все!»

Свидетельство рабы Божией Т.: «Весной 2006 года моя знакомая А., проживающая в данный момент заграницей, написала мне, что у ее двухлетнего малыша очень животик болит, бедняжка плачет и днём и ночью, сильно похудел за 2 месяца болезни, а врачи не могут сказать ничего вразумительного. Посетовала, что для того, чтобы получить направление в лабораторию, чтобы сделать нужный анализ ей нужно было бы побывать у нескольких врачей (у её мужа такая страховка). Ещё рассказала, что ко всему прочему не может найти водительские права.

Я рассказала ей, что на территории храма Святителя Николая Чудотворца в Бирюлево захоронена подвижница благочестия, сильная молитвенница, схимонахиня Серафима, при этом уточнила: «Свидетельствую сама, чтобы не попросила, на доброе дело, и не только мне, а моим близким и знакомым, во Славу Божию помощь приходит незамедлительно и бывает услышана быстро и чудесным образом!»

Вскоре я отправилась на могилку подвижницы и стала просить её о помощи (про себя сумбурно — вслух просить не было возможности, много людей у оградки ждали своей очереди). Стараясь не задерживать других, я коротко попросила матушку Серафиму: «Матушка Серафима, помоги моей знакомой А., сыночку ее младенчику Н. — мучается он, животик болит, и никак не могут причину найти… Все так сложно, тебе матушка многое известно, ты знаешь и мои спутанные мысли, помоги, услышь, матушка Серафима». Свечу зажгла и другим место уступила. (Отмечу, что моя знакомая прислала пожертвование, и я передала его на строительство храма в посёлке Коммунарка [8]. К сожалению, в посёлке, где столько лет жила великая молитвенница, священник пока служит в вагончике переоборудованном под часовню.)

И вот ведь, не зря схимонахиню Серафиму называют в народе еще одной Матронушкой – вскоре я получила письмо по электронной почте от знакомой, она сообщила, что, в тот день, когда я ходила на могилку к матушке, малыша сильно рвало, после этого болезнь стала отступать. Кроме того, она в храме встретила детского врача из посольства Российской Федерации и рассказала о своей беде. Терапевт осмотрела младенца сразу после службы, выписала направление, чтобы она смогла после литургии сдать необходимый анализ… В следующем письме моя знакомая сообщила, что ребенок поправился и всё ест с аппетитом. Нашла она и водительские права, уточнила, что «определённо была подсказка сверху» где нужно искать. Слава Богу, за всё!»

Вспоминает раба Божия Наталия: «В начале 80-х годов, я часто ходила в наш храм поминать свою недавно умершую бабушку, со своей соседкой, бабушкой Елизаветой (ныне умершей). И она меня подводила к могилке матушки Серафимы и говорила: «Вот, я всегда подхожу к этой могилочке, постою, воткну веточку вербы, постою и потом работаю всю неделю спокойно меня астма не мучает.

На праздник Рождества Пресвятой Богородицы нам очень хотелось поехать в Крестовоздвиженский монастырь, поклониться Животворящему Кресту Господню, который привозили 20-27 сентября 2005 года. Но так как мы с Наташей вместе трудимся в храме, то обе мы уйти не можем, кто-то в храме должен остаться, а поехать очень хотелось вместе. И вдруг, совершенно неожиданно, приходит р. Б. Вера. Она очень часто нам помогает в храме, так как живет в соседнем доме от храма. Но в большие праздники, после причастия, она уходит домой после службы и не приходит.

Мы с Наташей, продолжали убираться в храме… И вдруг приходит неожиданно Вера. Я так обрадовалась, и побежала сказать об этом Наташе, когда я к ней радостная подбежала, она меня опередила… и спросила: «Что Вера пришла?! Ну, правильно, я сейчас подошла к матушке Серафиме и попросила: «Матушка, пришли Веру!». А Вера, через 10 минут, подошла ко мне и сообщила:«А ты знаешь, почему я пришла? Я услышала дома слова: «Ступай в Храм»».

Эта Вера, по обычаю нашего храма, для возжигания лампад в храме, каждое утро приносит огонек с могилки матушки Серафимы и зажигает лампады и свечи, и всегда переживает, горит ли у матушки Серафимы лампадочка…»

Однажды у меня, появилось неприятное ощущение в руке, как будто онемела, я принесла домой в баночке снежок с могилки матушки Серафимы и помазала руку этой оттаявшей водой, и моментально все прошло.

А вообще помощь матушки Серафимы всегда чувствуется, наверное, это подтвердит каждый, кто трудится в храме. Слава Богу, за все!»

Готовится материал к прославлению схимонахини Серафимы Бирюлёвской. Просьба ко всем православным людям, лично знавшим старицу Серафиму, ко всем кто, узнав о старице недавно, мысленно обращался к ней за молитвенной помощью, и вскоре получал просимое, предоставить записанные свидетельства настоятелю храма Святителя Николая Чудотворца в Бирюлево, протоиерею Виталию Тогубицкому. (Москва 113543 Булатниковский пр., 8А) (От метро «Пражская»- автобус № 296 в сторону м / р-на «Бирюлёво-Западное». Остановка «Универсам».)

История возникновения Храма Святителя Николая Чудотворца, чудесная помощь старицы Серафимы (Бирюлёвской)

В 1900 году рядом с небольшим селом Бирюлёво при прокладке Рязанско-Уральской железной дороги стали селиться рабочие, железнодорожники — появился поселок, позже была выстроена станция Бирюлёво-Товарная.

Указом Священного Синода от 8 ноября 1911 года при строящейся церкви-школе на ст. Бирюлёво был открыт «самостоятельный приход с причтом из священника и псаломщика».

К апрелю 1912 года церковь была выстроена и освящена во имя Святого Благоверного князя Александра Невского. Церковь была размещена в деревянной пристройке к зданию училища. Следует отметить, что святой царь-мученик Николай [9] пожаловал денежное пособие на уплату долгов по постройке Александро-Невского храма.

В приход Александро-Невского храма кроме поселка железнодорожников вошло и село Бирюлёво. В 1916 году в приходе церкви состояло более 600 верующих.

В 1918 году после издания декрета об отделении церкви от государства и школы от церкви над Александро-Невским храмом нависла опасность быть упраздненным. Для сохранения храма верующие зарегистрировали православную общину и заключили договор с Московским уездным советом о передаче храма в бессрочное и бесплатное владение Общине. К сожалению, это мера всего лишь отодвинула дату закрытия храма, вскоре заговорили об «изоляции детей от религиозного влияния церкви», о «расширении школы за счет храма».

В начале 1924 года Александро-Невский храм был закрыт. Прихожане ликвидированного храма подали прошение на имя Патриарха Московского и всея Руси Тихона (ныне прославленного Святителя Тихона), в котором в частности говорилось: «Под влиянием столь прискорбных событий весьма многие прихожане стали рассеиваться по разным приходам, но не находили для себя нравственного удовлетворения. Это побудило нас обратиться к Советской власти за разрешением вновь построить храм на том участке земли, где находится кладбище».

По молитвам Патриарха Тихона, Президиум Моссовета разрешил приходскому совету Александро-Невской церкви построить новую церковь на территории кладбища, возникшего близ железнодорожной станции в период 1917-1923 годы.

По благословению Патриарха Московского и всея Руси Тихона началось строительство храма. Так как добровольный сбор средств по церквям на сооружение храма был запрещен, небольшая деревянная церковь была выстроена только на средства прихожан. (Следует отметить, что прихожане принимали посильное участие в строительстве церкви.)

14 декабря 1924 года церковь была освящена уже во имя святителя Николая Чудотворца, настоятелем храма стал священник Василий Конардов [10], репрессированный в 1937 году.

Позже настоятелем храма был назначен протоиерей Николай Перехвальский. Так случилось, что в начале пятидесятых годов протоиерей Николай Перехвальский по служебным делам был в Елоховском соборе, он обратил внимание на послушника Алексия Байкова и пригласил его приехать в храм святителя Николая Чудотворца в Бирюлёво. В 1955 году после окончания семинарии юноша приехал в Свято-Николаевский храм, здесь он встретил свою судьбу, Прасковью Слогину. Вся дальнейшая жизнь отца Алексия была неразрывно связана с Николаевским храмом — более 55 лет отец Алексий служит в храме Святителя Николая Чудотворца в Бирюлёво.

С горечью вспоминает отец Алексий о событиях 1956 года, в этот год скончался отец Николай, вскоре после его кончины сгорел храм.

Из воспоминаний отца Алексия Байкова: «1 марта храм наш сгорел… Примерно в три часа дня. Ну, я вам скажу, было много версий… Все началось с алтаря. Когда я пришел уже полыхало вовсю… Стою около двери, думаю: «Как спасти?»… Только я хотел, что-то предпринять — меня какая-то сила (оттолкнула) назад, и в это время крыша падает. Если бы секунда… и я бы туда прошел — я бы сам погиб… Господь сохранил меня! Слава Богу, за все!»

По свидетельству очевидцев: «Все это место выгорело. Тяжелые снега лежали вокруг… Пожарные машины не смогли подъехать, а людей не подпустил комсомольский патруль… Не пустили гасить огонь, не дали спасти иконы. (Уцелела лишь одна икона святителя Николая).

Все кресты и деревья возле храма выгорели. Один деревянный крест на могиле матушки Серафимы остался среди пепелища, только чуть-чуть нижний конец креста у земли обуглился. Всего меньше недели не было службы, пока приспосабливали сторожку под храм. Опять началась служба… Властям необходимо было ликвидировать приход. За день до прихода комиссии верующим стало известно, что на следующий день в 10 часов утра прибудет комиссия, которая должна зафиксировать отсутствие храма и, как следствие, отсутствие прихода. Тревожная весть мгновенно облетела всю округу. Верующие пригнали вагон с лесом. Православные мужчины и женщины работали всю ночь, по милости Божией, за ночь успели поставить сруб и укрепили стропила. Утром прибыла комиссия и вынуждена была констатировать, что «строение существует».

По мнению отца Константина Кобелева именно матушка Серафима — создательница нового храма Святителя Николая Чудотворца в Бирюлево: «Батюшка отец Василий Моисеев, еще был молодым священником, пришел к ней (незадолго до её смерти), она ему предсказала, что он будет строить храм…Какие храмы в то время…., когда наоборот только все уничтожалось или закрывалось… И вот то, что она ему, предсказала, что он будет строить храм, это конечно на него повлияло. Иначе как бы он решился сам бы без такого предсказания, без такого благословения приступить к какому-то строительству в то время, когда все священники находились под жестким контролем соответствующих органов и такая инициатива могла кончиться для него очень плачевно. А вот он имел такую веру. Помолился, сходил к ней на могилу, как я понимаю. И потом дерзнул приступить к этому делу. И у него и дальше все так получалось чудесным образом. Потому, что в то время, ну как это можно было храм построить… За все годы советской власти по всей стране было построено только сто храмов, по всей стране, за 70 лет. Причем это, не считая тех, которые были открыты на оккупированных территориях…»

Приведём факты из истории. «Первым сигналом готовящейся новой расправы с Церковью явилось Постановление ЦК КПСС от 7 июля 1954 года, которое призвало Министерство просвещения, комсомол, профсоюзы развернуть беспощадную борьбу с религией». Методы борьбы почти не отличались от методов 30-х годов. Священно служителей особо почитаемых в народе, старались перевести в отдаленные приходы, бывали случаи, когда пастырей переводили с прихода на приход несколько раз. Представители власти могли лишить регистрации любого приходского священника, а затем под разными предлогами отказывали в регистрации новому священнику. Если приход оставался без священника и служб более шести месяцев, его закрывали как не действующий. (Священникам из других храмов обслуживать такой храм запрещалось: «человек должен работать, там, где прописан». Если находились священнослужители, желающие переехать и прописаться рядом с храмом, им отказывали в прописке.)

Нередко пожарная инспекция могла запретить пользоваться храмом, требовали провести генеральный ремонт. В тех случаях, когда бедному приходу не хватало средств на ремонт, решающую роль играл запрет на использование средств «со стороны» благополучных приходов или со стороны епархии… ( В результате всех этих мер количество православных церквей к восьмидесятым годам сократилось вдвое.)

Именно поэтому сам факт того, что прихожане сгоревшего храма в годы богоборческого лихолетья не дали уничтожить приход, сумели противостоять изощрённым методам властей – является чудом Господним. Следует особо отметить: «Среди пепелища уцелел лишь один деревянный крест на могиле старицы Серафимы!» Не это ли указание на молитвенное ходатайство подвижницы перед Господом за православных людей проживавших в Бирюлево?!

С Божией помощью в короткие сроки был возведен новый храм. Иконы для церкви были переданы верующими из окрестных подмосковных деревень. Иконостас собрал художник-реставратор Вячеслав Андреевич Рыбаков из частей, которые удалось найти в недействующих храмах.

Много труда вложил в благоустройство храма настоятель протоиерей Василий Моисеев. 22 декабря 1957 года, в день праздника иконы Божией Матери «Нечаянная Радость», новый деревянный храм был торжественно освящен во имя святителя Николая Чудотворца.

В 1959 году в храме был устроен приставной престол во имя Покрова Божией Матери. В 1960 году поселок Бирюлёво вошел в состав Пролетарского района города Москвы. В 1977 году был завершен проект застройки микрорайона Бирюлёво-Западное. При осуществлении этого проекта Бирюлёвское кладбище должны были уничтожить.

Останки схимонахини Серафимы, отца Николая Перехвальского, других священнослужителей и некоторых прихожан был перезахоронены на территории церкви.

По сей день, к старице Серафиме на могилку приходят верующие люди: одни просят о помощи, другие приходят за советом, просят благословения, третьи благодарят за исцеление, быструю помощь в сложных жизненных обстоятельствах.

Схимонахиня Серафима, моли Бога о нас!

Приведем краткие свидетельства о подвижницах, которых духовно окормляла схимонахиня Серафима.

По свидетельству Людмилы Михайловны Волковой монахиня Татиана (в схиме Гавриила) в конце 70-х годов принимала страждущих. Когда Людмила Михайловна, после смерти пятнадцатилетнего сына, пришла за утешением к монахине Татиане, подвижница попросила свою келейницу Екатерину дать ей акафист Божией Матери «Скоропослушница».

Расстроенная женщина взяла книгу, попыталась читать, но не смогла. Поэтому искренне призналась, что ничего не понимает и не в состоянии прочесть. Тогда матушка взяла книгу в свои руки, посмотрела акафист и сама передала его ей со словами: «Читай, а где запнешься, — поправлю». По свидетельству Людмилы Михайловны, будто пелена спала с её глаз – она свободно стала читать, а матушка, знавшая акафист наизусть, иногда её поправляла.

После того как акафист был прочитан, молитвенница сказала:

— Теперь клади поклоны и проси…

— Что просить? –

— Ничего, Матерь Божия сама знает, что тебе нужно.

Через год у Людмилы Михайловны родился сын.

Из воспоминаний прихожанки храма иконы Казанской Божией Матери (с. Сосенки) рабы Божией Зинаиды: ««… Моя бабушка Матрена (Матрена Егоровна Буканова († 1963 гг.)) умерла, когда ей было 97 лет. И последние годы жизни, с 70 лет, она все время, просила, чтобы мы ее не беспокоили, и молилась на коленях с семи до девяти, и ходила в Коммунарку к матушке Серафиме… Все время она уходила на ночь перед праздниками, приходила утром. Или они ездили в какой-то храм прямо из Коммунарки, но ходили пешком через кладбище. Это я помню хорошо. Она пироги пекла, и они ходили туда в Коммунарку. Она говорила: «Я хожу к Серафиме, монашке…» Еще там была монашка Татьяна… она приходила к ней. Вот они вместе туда и ходили к матушке. И вот у Татьяны очень ножки болели и моя бабушка ей по бревну, говорила, чтобы она ходила. У бабушки дома елка или сосна была (они ее обстругали) и всех, кто заикался, она пускала по этому бревну. Бревно было метра четыре… И вот она по этому бревну пускала туда, обратно, туда обратно. И чтобы человек пел молитву какую-то. И вот он пел, туда сюда ходил (бревно лежало вдоль комнаты). И вот к ней ходили, все, все ходили…, помогала она.… А Матрену, научила матушка Серафима… Я даже помню еще, ходили и пели ребятишки. Бабушка Матрена собирала травы…

По Калужской дороге шли всегда нищие, и ее дом был первым на их пути. Куда они все время заходили. В деревне она собирала нищих. Кто просил подаяние и собирал куски. И все к бабушке Матрене шли. И она всех принимала…»

Cхимонахиня Гавриила (Александрова) (1876-1952 гг.)

Схимонахиня Гавриила (в миру Лидия Александровна Александрова) родилась 26 марта/8 апреля 1876 года в Москве в состоятельной семье Александровых, принадлежавшей к дворянскому сословию. Мама Лидии скончалась при родах, воспитанием девочки и её старшего брата занималась благочестивая бабушка. Она с детских лет прививала детям любовь к Богу, приобщала их к церковной жизни.

Лидия уже в ранней юности мечтала посвятить свою жизнь служению Богу, поэтому, когда бабушка начала говорить о возможном сватовстве, Лидия тайком ушла в монастырь. Однако ей не суждено было долго жить в монастыре, вскоре бабушка нашла её и увезла домой. По Промыслу Божиему ей суждено было стать монахиней в миру.

Однажды по совету знакомых Лидия пришла в храм на Маросейке, чтобы увидеть прозорливого старца Алексия Мечёва [11] (1859-1923 гг.). Когда после всенощного бдения начался торжественный молебен с чтением акафиста, ей показалось, что отец Алексий, не читал его, а беседовал с Царицей Небесной. Она почувствовала сердечную теплоту и забыла о том, что торопилась домой. Вскоре Лидия стала духовной дочерью прозорливого старца, по благословению старца она помогала надзирательнице детского приюта, устроенного при храме, убирала храм, была алтарницей, трудилась за свечным ящиком.

Старец Алексий говорил своим духовным чадам: «Будьте теплом и светом для окружающих… Старайтесь, чтобы ваш светильник ярко грел». Духовная дочь старца матушка Гавриила с годами возрастала духовно, со временем по молитвам святого праведного Алексия Мечёва стала духовным светильником.

Из воспоминаний монахини Иулиании: «Батюшка, особенно за богослужением, как бы светился каким–то особым, ни с чем не сравнимым внутренним светом. Обилие благодати, почивавшей на нём, иногда для некоторых проявлялась и вовне: он стоял на воздухе и из глаз его как бы сыпались искры… Старец отмечал: «Много нужно понести скорбей, чтобы научиться молиться. Сердце пастыря должно расшириться настолько, чтобы оно могло вместить в себя всех нуждающихся в нём».

Епископ Арсений говорил: «Но если молитва бодрит и освежает человека, то принятие на себя страданий ближних сокрушает сердце пастыря, делает его физически больным». Батюшка о. Алексий стал страдать той болезнью сердца, от которой впоследствии скончался…»

Отец Алексий отошёл ко Господу в 1923 году, после его кончины духовных чад старца окормлял его сын — будущий священномученик Сергий Мечёв (1892-1942 гг.), в 1929 году он был арестован и сослан на Север, в 1932 году храм Святителя Николая был закрыт, но «лампаду веры, надежды и Христовой любви с глубочайшим благоговением и мужеством» сохранила для страждущих схимонахиня Гавриила. Многие приходили на Маросейку в келью матушки Гавриилы за поддержкой и утешением. Она помогала людям, к ней обращались за духовным советом. Матушка всем старалась помочь, молилась за всех, приводила людей к Богу.

Из воспоминаний Надежды Г. Чертулиной: «Моё знакомство с этим редкостным по силе веры и духа человеком, ставшим мне впоследствии духовным наставником на пути спасения, состоялась в 1936 году. Мне было всего 14 лет… Матушка проживала в полуподвальном помещении, где мы часто бывали с мамой… Помню, что моя мама часто просила её мудрого совета о том, как поступить в той или иной жизненной ситуации. Сколько же она, а потом и я находили сердечного тепла и искреннего участия к нам, грешным! Какое великое счастье было для мирского человека найти утешение у своего наставника, особенно в то тяжелое время! Матушка подолгу беседовала со своими духовными чадами, призывала их к молитве и молилась вместе с ними, а перед уходом обязательно трижды читали «Песнь Богородице» пред Владимирской иконой Царицы Небесной…

Сколько творилось здесь сердечных молитв о спасении, сколько слёз пролито пред светлым образом Богородицы! В этих святых стенах получал облегчение и Божие благословение каждый страждущий, никто не уходил не утешенным, каждый обретал надежду и защиту…

Несомненно, эта праведница обладала Божием даром прозорливости… Приведу …пример. Когда я вышла замуж, моего мужа военного инженера. Должны были отправить в долгосрочную командировку, и я как всегда, пошла к нашей духовной покровительнице.

Схимонахиня Гавриила благословила меня образом Донской Царицы Небесной и дала акафист святителю Митрофану, Воронежскому чудотворцу. И муж получил назначение в Воронеж…

Схимонахиня Гавриила отошла ко Господу 4 ноября 1952 года… Моя мама часто вспоминала об одном замечательном факте. Однажды бабушка Лида (схимонахиня Гавриила), наблюдая за игрой детей, сказала, глядя на моего двоюродного брата Павла Шишкова: «Придёт время, они к нему исповедоваться будут приходить». Так она предвидела земной путь духовного подвига моего брата, ныне схиигумена Московского Данилова монастыря отца Рафаила.

Из воспоминаний схиигумена Рафаила (Шишкова) о схимонахине Гаврииле: «Лидия Александровна была примерно с 1917 года алтарницей в храме Святителя Николая в Клёниках и жила в церковном доме, во дворе, до дня своей смерти…

Мы жили в то время в селе Александровском, теперь это Москва, около ВДНХ.

В нашем приходском храме во имя Тихвинской иконы Божией Матери – пять престолов, и бабушка Лида обязательно приезжала на праздничную службу. (Она смолоду любила ездить на престольные праздники в различные храмы…) А после службы матушка заходила к нам на обед, где собирались все наши родные.

Остался в памяти рассказ матушки о чуде в Сарове: она во время своего паломничества заблудилась в Саровском лесу, долго плутала и обратилась с молитвой к преподобному Серафиму. Её молитва была услышана, и перед ней явилась дорожка, которая напрямую довела её до самого монастыря. Матушка считала, что так ей была указана дорога жизни, что от преподобного Серафима она «получила» прямую дорожку в обитель…

В то время было не принято расспрашивать… о духовной жизни, поэтому много о матушке мы не знаем. Постриг мог быть в Киеве, в Лавре, она туда ездила каждый год. А то, что матушка была схимницей, мы узнали лишь после её смерти. При подготовке к похоронам в заготовленном «на смерть» узелке обнаружили записку с её монашеским именем и схимническое облачение. Я думаю, что её пострижение произошло не без благословения святого праведного Алексия (Мечёва), который уже в те годы (до 1923 года) допустил матушку в алтарь.

После закрытия в 1932 году храма на Маросейке матушка молилась в Богоявленском соборе, у иконы Божией Матери «Взыскание погибших», за всех нас… и о многих других людях и семьях, опекаемых ею… Схимонахиня Гавриила оказала большое влияние на всю нашу многочисленную родню, на подрастающее поколение. Она не только разрешала наши жизненные проблемы – она приближала нас к Богу, к Храму, к Иисусовой молитве, молилась за нас. Есть примеры её прозорливости…

Ещё при жизни бабушка Лида указала место, где нам её похоронить на нашем приходском кладбище, у Тихвинской церкви, завещала подарить храму принадлежавший ей образ Владимирской Божией Матери, что и было исполнено…

По святым молитвам схимонахини Гавриилы, помощь Божия и заступление Царицы Небесной не оставляют нашу семью до сего дня… Как она и обещала при жизни, когда в трудных обстоятельствах просишь её о помощи, всегда эту помощь от неё получаешь. Она и посмертно хранит нас своими молитвами».

Из воспоминаний Надежды Г. Чертулиной: «Матушка Гавриила была дружна с одной благочестивой семьёй… Но особую любовь питала к их маленькой дочурке, которая с раннего детства была в храме вместе с родителями. Рассказывали, что сердце ребёнка было исполнено светлой любовью к Богу, она часто говорила: «Как я хочу быть вместе с Богом!» Безгранична была родительская скорбь, когда с эти чудесным ребёнком случилось несчастье – на улице её сбила машина. Бабушка Лида завещала похоронить себя в одной могиле со своей любимицей, так они и покоятся вместе на кладбище при Тихвинском храме.

Царствие Небесное, вечный покой и вечная память схимонахине Гаврииле и всем подвижникам и праведникам земли Российской, сохранившим и отстоявшим Святую православную веру в век минувший».

Схимонахиня Севастиана (1878-1970 гг.)

Схимонахиня Севастиана (в миру Ольга Иосифовна Лещева) родилась в Михаиловской Слободе, неподалёку от Бронниц, в 1878 году. В начале 20 века Ольга была принята в Московский Всехсвятский единоверческий женский монастырь, основанный в 1862 году по благословению святителя Филарета Московского.

Примечательно, что в тот день, когда Ольга пришла в монастырь, один богатый купец щедро одарил монастырь. Старица Нимфодора, проживающая тогда в монастыре сказала: «С этой послушницей Господь послал нам богатство». Вероятно, прозорливице было открыто, что в недалёком будущем послушница Ольга будет её достойной преемницей. Она взяла Ольгу в свою келью, и сама обучала её монашеской жизни.

Мы не знаем когда и с каким именем послушница Ольга приняла монашеский постриг, известно, что с именем Севастиана она была пострижена в схиму.

Незадолго до революции прозорливая старица Нимфодора предсказала, что в скором времени монахиням придётся оставить родную обитель — она взяла метлу и стала выгонять всех насельниц монастыря на площадь перед храмом. Когда в 1918 году представители власти прибыли в монастырь и объявили, что монахини должны в кратчайший срок освободить помещения, монахини вспомнили о предсказании старицы. (Официально монастырь был закрыт в 1922 году, после закрытия в нём был устроен рабочий посёлок).

Некоторые монахини, не успевшие вовремя покинуть обитель, оказались за решёткой в Бутырской тюрьме, среди них была и схимонахиня Севастиана. Многое пришлось претерпеть мученицам за веру, в тюрьме их подвергали изощрённым пыткам, по словам матушки Севастианы – «пятый угол показывали».

Матушка Севастиана вспоминала, что однажды в тюрьме, после избиения она вдруг увидела духовным взором события происходящие в разное время в разный странах. С этого времени, удостоившись даров Святого Духа: прозорливости и дара исцеления, старица стала помогать людям.

Вместе с ней в камере находилась молодая женщина, которая от отчаяния хотела наложить на себя руки. Прозорливой старице были открыты мысли женщины, она сумела уговорить её не губить свою душу, сказала, что Господь открыл ей, что их обеих скоро отпустят, попросила потерпеть лишь через три дня, уверила, что она первой выйдет на свободу. Так и случилось, через три дня женщину освободили, а через недёлю — старицу.

После освобождения схимонахиня Севастиана вернулась в родную обитель, здесь она встретила матушку Олимпиаду, которая поведала, что её духовная мать умерла. Старица Нимфодора перед смертью сказала ей не покидать монастырь, а дождаться возвращения их тюрьмы схимонахини Севастианы, благословила лишь съездить в деревню к родственнику –фельдшеру, попросить справку, что «умалишенная», чтобы не забрали в тюрьму.

По молитвам духовной матери матушку Олимпиаду не арестовали, она дождалась возвращения схимонахини Севастианы, и они вмести поехали искать новое пристанище. По дороге они встретили знакомую схимонахини Севастианы, которая помогла им устроиться с жильём, со временем зять знакомой, Василий Игнатьевич, помог им получить отдельную комнату недалеко от Никольского храма, в Рогожской слободе.

По рассказам современников старица Севастьяна некоторое время была регентом в Никольском храме, однажды во время молебна арестовали священника, матушка Севастьяна не растерялась, продолжила молебен, те места, которые должен был озвучивать иерей, она пела «мужским голосом».

Матушка старалась каждый день бывать в храме, чтобы его не закрыли, следила за порядком, охраняла, сторожила по ночам. Однажды она слёзно молилась: «Святителю отче Николае, опять побили стёкла… Помоги, защити свой храм, пошли батюшку, чтобы служил здесь и верующие могли молиться». Вдруг перед её духовным взором появился в полном облачении святитель Николай, он прошёл вдоль иконостаса, остановился у Царских ворот, внимательно посмотрел на неё и направился к храмовой иконе. Старица рассказывала, что Святитель дошёл до своей иконы и исчез, а вскоре после этого видения в храме появился новый священник и возобновились богослужения.

Удивительно теплыми отношения были у старицы Севастианы со Святейшим Патриархом Тихоном, он в праздники присылал ей поздравления и подарки. Летом 1922 года, когда святитель Тихон был под домашним арестом, старица ночью никем незамеченная, минуя часовых, пришла в Донской монастырь к Патриарху Тихону. Накануне по её просьбе Василий Игнатьевич достал муку, она испекла пять караваев хлеба для Патриарха.

В ту ночь Святейший не спал, обратившись к своему келейнику Якову, он сказал: «Как хочется горячего хлеба, если бы ты знал!»

Яков, пожимая плечами, ответил: «Где же я возьму, кругом охрана, ночь, никто не выпустит, да и где взять? Ваше Святейшество, три часа тридцать минут… »В ответ услышал: «Яшенька, она уже на пороге, поднимается по лестнице».

Келейник отправился к двери, открыл её и с удивлением взглянул на подошедшую к двери старицу. Патриарх благословил прозорливицу, с благодарностью принял хлеб и сказал: «Мать Севастьяна, пусть твои двери не закрываются от всех скорбящих людей».

Кроткая старица поведала, что три месяца томилась в тюрьме, Патриарх её утешил: «Обещаю, что ни одна вражья рука к тебе не прикоснётся».

По молитвам Святителя Тихона матушку Севастьяну в годы жестоких гонений больше не арестовывали, дожила она до глубокой старости: до последнего дыхания славила Господа, безбоязненно помогала страждущим людям.

Старица духовно окормляла священников, монашествующих и мирян. Известно, что незадолго до войны приходил к ней Георгий Константинович Жуков [12]. В то время многие из его окружения пострадали, великий военноначальник не был уверен, что останется на свободе, сможет ли послужить ещё Родине. Старица утешила его: «Всё будет хорошо, твоя победа будет!»

Когда началась Великая Отечественная война, враг рвался к Москве, она уверенно говорила верующим: «Москва – это ум на замке. И Москва на замке. Враги не войдут в неё. К Рязани не подойдут и близко, там такие великие столпы!» (Незадолго до начала войны старица Ольга и старица Севастиана закрыли Москву от врага «на замок» — они ночью с молитвой из одной точки в разных направлениях отправились по Садовому кольцу, встретившись, вышли на Бульварное кольцо и снова направились навстречу друг другу).

В послевоенные годы побывал у старицы Иван Максимович Скобцов (впоследствии известный старец иеромонах Мина (1922-2003 гг.)). Открывшая дверь келейница, сказала, что старица принять не может. Вскоре в дверях появилась матушка Севастьяна и велела вернуть Ивана Максимовича, упрекнула: «Ты же священника прогнала!» ( Следует отметить, что в то время Иван Максимович даже и не помышлял о священстве.)

Не только прозорливая старица Севастьяна говорила, что Иван Максимович Скобцов будет священником, предсказала это и старица Ольга, к которой после смерти матушки Севастьяны обращался за духовной помощью будущий старец Мина. (После смерти стариц, в январе 1975 года Иван Максимович подал прошение о принятии его в клир Рязанской епархии, 2 марта он был рукоположен во диакона, а через неделю рукоположен во священника, а в 1996 году – в сан протоиерея. За 27 лет священства ему довелось служить в тридцати храмах — стоило восстановить разрушенную церковь ,как его сразу направляли восстанавливать следующую. Духовные чада, следовавшие за ним, помогали в строительстве. После смерти супруги, в марте 2002 году отец Иоанн подал прошение о постриге в монашество.)

Однажды Иван Максимович вместе с одним священником пришел к дому старицы поздно вечером, когда взглянули на часы – было уже половина десятого, поэтому решили уйти, чтобы не беспокоить схимонахиню так поздно. В этот момент из дома вышла старица и спросила: «Ну и долго ли вас ещё ожидать?»

По молитвам прозорливой старицы Севастьяны исцелялись больные от телесных и душевных недугов, по её благословению создавались крепкие православные семьи, под её мудрым духовным руководством люди становились на Путь Истинный, очищались от грехов покаянием и молитвой.

Однажды к ней пришла больная, которой врачи советовали срочно лечь в больницу — она страдала от желчекаменной болезни и болезни печени.

Прозорливая старица сказала, что операция не потребуется, камни удалять не нужно, они выйдут сами. Посоветовала ей сходить помолиться в храм Вознесения Христова в Сокольниках, там исповедоваться и причаститься. Больная всё выполнила и чудесным образом, по молитвам старицы исцелилась. Когда необычайно крупные камни вышли, она пришла поблагодарить матушку. Смиренная молитвенница сказала: «Я человек смертный и грешный. Матушка, что, матушка сидит – и всё, а это Господь помог. Пойди и покажи врачам своим, чтобы они тоже прославили Бога, Который творит чудеса».

По рассказам духовных чад старицы многие больные по совету матушки отправлялись в Сокольники, просить Богородицу об исцелении перед Её чудотворной Иверской иконой.

По свидетельству духовной дочери схимонахини Севастьяны, однажды, когда она обратилась к старице за помощью, получила благословение ежедневно читать акафист святому мученику Трифону. Добросовестно выполняя послушание, она в скором времени получила просимое.

Перед смертью схимонахиня Севастьяна завещала своим духовным чадам обращаться за помощью к схимонахине Ольге. Матушка Ольга с несколькими монахинями в апреле 1970 года приехала проститься с духовной сестрой, 7 апреля 1970 года схимонахиня Севастьяна мирно отошла ко Господу.

Перед кончиной старица Севастьяна сказала: «У меня будет такой крест, на всём кладбище нет такого!» После кончины схимонахини её духовные чада сделали из труб цветного металла большой красивый крест и установили на её могиле.

Схимонахиня Севастиана похоронена на Рогожском кладбище, неподалеку от ворот. По сей день на ее могилу приходят многие верующие, имеются многочисленные свидетельства молитвенной помощи подвижницы, случаи исцеления и в наши дни.

Господи, упокой душу рабы Твоей, Севастьяны, со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Схиигуменья Мария (1879-1961 гг.)

В 1866 году в Саратовской губернии была основана женская монашеская община. В 1892 году церковные власти преобразовали её в женский монастырь в честь Владимирской иконы Богородицы. Известно, что в конце 19 века во Владимирском Вольском монастыре появилась 14-летняя послушница Пелагея. Позднее, при постриге в мантию, она получила имя Арсения, а в начале 20-го столетия стала игуменьей монастыря.

После революции 1917 года, когда Владимирский Вольский монастырь был закрыт, матушка Арсения по благословению своего духовника старца Иона нелегально поселилась в Загорске (Сергиев Посад был переименованный в Загорск). (Вероятно, именно в Загорске матушка Арсения была тайно пострижена в великую схиму с именем Мария, в честь св. Марии Магдалины). В Загорске матушка купила небольшую избу, где позже проживали и сестры её общины.

Старец Ион вместе с двумя другими подвижниками скрылся под землёй. По свидетельству одной из последних сестёр игуменьи Марии, которая видела тайное пристанище подвижников на берегу Волги, в пещерной церкви была зимняя печь, дым из которой выходил через многокилометровый лаз далеко в стороне, в глухом лесу.(С давних времён вдоль берега Волги тянулась сложнейшая система многокилометровых подземных ходов.) Пещера имела выход на поверхность в саду деревенского дома, где жила другая духовная дочь Ионы, монахиня Мария, от неё подвижники получали продукты, необходимые вещи, письма от монахинь. Сёстры из общины схиигуменьи Марии переписывались с ними, посылали им необходимые вещи и продукты…

Когда в послевоенные годы на Волге строили гидроэлектростанции, местность с пещерами ушла на дно гигантского водохранилища. Перед отъездом местные жители неоднократно подавали старцам условный знак — звонили в колокольчик у жерла пещеры. Но отшельники не отозвались…

Схиигуменьи Мария стала достойной преемницей своего духовника. К ней в Загорск постоянно приходили люди за советом или утешением. (По свидетельству очевидцев старица Мария принимала всех: православных, мусульманин, евреев.)

Отец Александр Мень, вместе с матерью и братом часто бывал у схиигуменьи Марии начиная с 1940-х годов. Из воспоминаний о. Александра Меня (1971 г.): «Подвижница и молитвенница, она была совершенно лишена черт ханжества, староверия и узости, которые нередко встречаются среди лиц её звания. Всегда полная пасхальной радости, глубоко преданная воле Божией, ощущения близости духовного мира, она напоминала чем-то преподобного Серафима или Франциска Ассизского. Я тогда, в сороковые годы, считал её подлинной святой. Она благословила меня (23 года назад) и на церковное служение, и на занятия Священным Писанием. У матери Марии была черта, роднящая её с Оптинскими старцами и которая так дорога мне в них. Эта черта — открытость к людям, их проблемам, их поискам, открытость миру. Именно это и приводило в Оптину лучших представителей русской культуры. Оптина, в сущности, начала после длительного перерыва диалог Церкви с обществом. Это было начинание исключительной важности, хотя со стороны начальства оно встретила недоверие и противодействие. Живое продолжение этого диалога я видел в лице о. Серафима (Батюкова) [13] и матери Марии. Поэтому на всю жизнь мне запала мысль о необходимости не прекращать этот диалог, участвуя в нём своими слабыми силами».

Схимница в любое время литургического года пела пасхальный тропарь, превратившийся в её непрестанную молитву, творимую во всех обстоятельствах жизни.

В общине схиигуменьи Марии все сёстры много работали, большое внимание придавали стяжанию и хранению смирения. Ежедневно монахини вычитывали утреннее и вечернее «правило». Ежедневно каждая монахиня читала Евангелие, Деяния апостолов и Апостольские послания в соответствии с литургическим календарём. В течение Великого Поста, времени бодрствования, монахини прочитывали все четыре Евангелия.

Схимонахиня Мария отошла ко Господу в 1961 году.

Господи, упокой душу схимонахини Марии, со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Блаженная Матрона (Московская) (1881-1952 гг.)

Блаженная Матрона родилась 22 ноября 1881 года в селе Себено Тульской обл. в бедной многодетной семье Димитрия и Наталии Никоновых. Девочка была слепой от рождения (у нее совсем не было глаз).

Из воспоминаний Анны Выборновой и Ксении Сифаровой: «Крестили Матрону в нашем храме, в сторожке при церкви. Когда её окунули в купель, то пошел аромат по всей сторожке… Все удивились. А священник сказал: «Эта девочка — дарованная от Господа. Она будет праведницей».

По свидетельству Павла Ивановича Прохорова, присутствовавшего при крещении Матроны, священник Василий сказал: «Я много крестил, но такое вижу в первый раз, и этот младенец будет свят… Если девочка что-то попросит, вы обязательно обратитесь прямо ко мне, идите и говорите прямо, что нужно». Он добавил, что Матрона встанет на его место и предскажет даже его кончину. Так впоследствии и получилось. Однажды ночью Матронушка вдруг сказала матери, что отец Василий умер. Когда родители пришли в дом священника, оказалось, что он действительно скончался.

Из воспоминаний Анны: «Однажды Матронушка говорит: «Мам, мне всё снится икона «Взыскание погибших». Божия Матерь к нам в церковь просится». Собрались бабы, Матронушка благословила их собирать деньги на икону во всех деревнях. Набрали всего: денег, хлеба, масло, яйца. Нашли в городе художника. Матрюшка спросила: «Ты сможешь написать эту икону?» Он ответил, что напишет. Матрюшка велела ему пойти покаяться в своих грехах, исповедоваться и причаститься. Прошло много времени, художник пришел к Матроне, и сказал, что ничего не может написать. Матрюшка и говорит ему: «Иди, раскайся в своих грехах, ты убил человека». Тогда он снова пошёл к священнику, покаялся, снова причастился, и пришёл к Матрюшеньке, попросил прощения, что сразу не раскаялся. Тогда она ему сказала: «Иди, теперь ты напишешь Чудотворную икону Царицы Небесной «Взыскание Погибших».

К этой иконе Чудотворной идут люди с любой болью, с любыми болезнями.Если нет дождя — засуха — её выносят на луг, среди нашего села и молятся, служат молебен все прихожане и, не успеют придти домой, как пойдёт дождь».

С ранних лет блаженной Матроне открывались не только человеческие грехи, она чувствовала приближение опасности, предвидела стихийные и общественные бедствия. По ее молитвам люди получали исцеление от болезней и утешение в скорбях. К избе Никоновых, к слепой девочке шли люди, тянулись подводы, телеги с больными из окрестных сел и деревень.

Желая отблагодарить Матрону за помощь, люди оставляли ее родителям продукты и подарки. Так девочка стала в семье кормилицей.

В 1925 году Матрона переехала в Москву. Из воспоминаний Паши, хозяйки дома в Царицыно, у которой некоторое время жила блаженная Матрона: «Её ближние часто посещали Киево-Печерскую Лавру, Троице-Сергиеву Лавру и другие святые места, и брали её с собой. Они посетили Иоаннов монастырь в Петербурге. В храме батюшка о. Иоанн Кронштадтский под конец службы вдруг сказал верующим: «Расступитесь! Дайте ход! Матронушка, иди-иди ко мне. Вот идёт моя смена — восьмой столб России».

С семи лет Матронушка начала предсказывать… Матушка говорила: «Психических заболеваний нет, есть духовные: немощные, расслабленные, одержимые духами злобы…

Со мной был такой случай: однажды, под праздник святителя Николая Чудотворца, в декабре… чувствую, темное облако стало входить в голову и меня выталкивать… Ум помрачился, страшно, я закричала… Матушка из другой комнаты: «Скорее, скорее ко мне». Мать подвела меня, матушка наложила руки на голову мне, прочла молитву и я пришла в себя…

Часто после отчитывания и приёма святой воды бывает рвота, так Матушка говорила: «Это хорошо, с рвотой они (духи злобы) выходят. Часто люди жаловались на различные болезни и недомогания, так матушка говорила: «…После приёма святой воды все болезни и недомогания исчезают». Матушка сказала: «Бывают мнимые болезни, их насылают. Боже упаси поднимать на улице что-нибудь из вещей или денег»…

По ночам матушка молилась, дремала на кулачке, полулёжа. Я как-то ночью подсмотрела, она наклонилась и с кем–то невидимым разговаривала… Матушка была совершенно неграмотная, а знала всё и ведала…

К матушке приезжали разные люди, в том числе и тёмные, после которых она болела, сникала и говорила: «За борьбу с ними она расплачивается болезнями». Рассказывала она мне, что сидячей она стала так: «Шла в храме после причастия и знала, что к ней подойдет женщина и отнимет у нее хождение (способность ходить)». Так и было. Сказала: «Я не избегала этого – такова была воля Божия»…

Учила нас не забывать крестить еду, особенно на ночь убирать всё и накрывать.

— Силою Животворящего Креста спасайтесь и защищайтесь. Враг наступает — надо обязательно молиться. Внезапная смерть бывает, если без молитвы. Враг на левом плече, а на правом — Ангел. Чаще креститесь: крест — такой же замок, как на двери.

Если вам что-нибудь будут обидное говорить, старые, больные, не слушайте их, а помогите им…

Я как-то спросила: «Почему Господь допустил стольких храмов закрыть»… А она мне: «На это воля Божия, сокращено количество храмов потому, что верующих будет мало, служить будет некому»… Спросила: «Почему же никто не борется?» Она: «Народ под гипнозом, не свой, страшная сила вступила в действие… раньше люди ходили в храмы, носили кресты, дома были защищены образами, лампадами…

Блаженная Матрона говорила: «Не горюй, скоро всю 58 статью распустят, не будет того, что было… (В лагере мне это помогало… её слова вселяли надежду.)

После войны сначала уберут Сталина, потом после него правители будут один хуже другого. Растащат Россию. Вот товарищи после войны поездят по заграница, разложатся и зубы сломают. Некоторые увидят, что хорошо, что плохо, что дальше жить по-прежнему — гибель. И появится в то время Михаил. Захочет он помочь, всё изменить, перевернуть, но если бы он знал, что ничего не изменит… А только поплатится… Начнутся смуты, распри, пойдёт одна партия на другую. Будет такое на малое время… Всё будет, и молебен на Красной площади, и панихиды по убиенном Помазаннике Божием и его семье. Потом придут прежние, и будет хуже, чем было! Жизнь будет всё хуже и хуже. Придёт время, когда перед вами положат крест и хлеб, и скажут: «Выбирайте. Мы выберем крест»…

Меня арестовали 6 января 1950 года. Объявили — 58 пункт 10-11 групповой, предъявили – «Церковно-монархическая группа». Много чудес было на следствии, Матушка невидимо расчищала обвинения. Ко мне пригласили гипнотизера, он всё время требовал смотреть ему в глаза и повторял: «Вы виновны». Заставляли подписать донос, ложь на брата, только что вернувшегося с войны. Молилась, просила помощи, вдруг вспомнила слова Матушки, что против гипноза нужно читать «Живый Помощи» (псалом 90). Я без страха смотрела и молилась. Гипнотизёр вышел из себя, кричал, вены вздулись от напряжения на лице, потом повалился на кожаный диван и сказал: «Я ничего с ней сделать не могу»».

Нескончаемым потоком шли к блаженной старице люди, за духовным наставлением, молитвенной помощью. По ее молитвам совершались чудеса исцеления от душевных и телесных болезней. Ее пророчества и предсказания многим людям помогли избежать опасностей и гибели, найти верный путь в непростых обстоятельствах.

Когда началась война, блаженная просила всех приходящих к ней приносить ивовые ветки. Она их ломала на палочки одинаковой длины, очищала от коры и молилась. Ее ближние вспоминали, что пальцы ее были в ранках. Матрона могла духовно присутствовать в различных местах, для ее духовного взора пространства не существовало. Она часто говорила, что бывает невидимо на фронтах, помогает нашим воинам. В день блаженная Матронушка принимала до сорока человек.

Блаженная старица Матронушка часто говорила: «Если народ теряет веру в Бога, то его постигают бедствия, а если не кается, то гибнет и исчезает с лица земли. Сколько народов исчезло, а Россия существовала и будет существовать. Молитесь, просите, кайтесь! Господь вас не оставит».

Из воспоминаний Анны Выборновой: «Однажды пришел милиционер забирать Матрону, а она ему и говорит: «Иди, иди скорей, у тебя несчастье в доме! А слепая от тебя никуда не денется, я сижу на постели, никуда не хожу». Он послушался. Поехал домой, а у него жена от керогаза обгорела. Но он успел довести ее до больницы. Приходит он на следующий день на работу, а у него спрашивают: «Ну что, слепую забрал?» А он отвечает: «Слепую я забирать никогда не буду. Если б слепая мне не сказала, я б жену потерял, а так я ее все-таки в больницу успел отвезти»».

Много раз Матрону хотели арестовать, часто, предвидя неприятности, до прихода милиции, просила увезти её на новое место.

Из рассказа Антонины Малаховой: «В 1952 году я с мамой была у Матронушки, перед её смертью… Мы пришли в Старо-Конюшенный переулок, к Евдокие Михайловне… У неё была большая комната, метров 40, иконы сверху донизу… Евдокия Михайловна нам рассказала, что матушка уехала на Сходню, дала её адрес… Уезжая (блаженная Матрона) предупредила: «Уезжаю, так надо. Против всех нас готовиться что-то страшное, мне здесь быть нельзя…»… Так и случилось.

Ночью пришли из МГБ три полковника и три солдата, окружили дом… (В эту ночь арестовали дочь хозяйки дома Зинаиду.)

На другой день мы поехали на Сходню… Вошли мы, выходит послушница её и говорит: «Она вас принять не может»… Мы упали на пол, на колени и плакали, молились, что она нас не принимает – мы грешные… Минут может, 20 стояли на коленях. Потом открылась из другой комнаты дверь и Матрона говорит: «Ну, пусть войдут»…

Вначале мама с ней разговаривала: «Я с мужем живу плохо». Матрона отвечает «…Виновата ты. Потому что у нас Господь голова, а Господь в мужском образе, и мужчине мы, женщины, должны подчиняться, ты должна венец сохранить до конца жизни своей»…

После этих слов мама стала молиться. Потом у них с отцом жизнь наладилась…

На прощанье матушка Матрона подозвала нас к себе, сказала: «Наклоните головы» и благословила нас и над нами что-то читала…

В начале мая хотели опять поехать к Матронушке… А нам сообщают, что Матрона умерла, и завтра (3 мая 1952 года) в 6 часов вечера её привезут в Храм Ризоположения…

У нас с мамой было задумано 3 мая поехать в Загорск к преподобному Сергию… Ну, говорим, в Загорск не поедем, а то не успеем завтра матушку Матрону встретить. Легли спать. Вдруг в половине пятого утра Матрона (приснилась) будит: «Вставай, вставай скорее, везде успеете, езжайте в Загорск»… Мы тут же собрались и поехали в монастырь, подали записочку за «новопреставленную блаженную Матрону»… На панихиде батюшка записочку взял и говорит: «А кто это подал записочку… она что умерла?» Мы говорим «Это мы подали. Да умерла. Сегодня её привезут в Храм Ризоположения в Москве».

Мы вернулись, успели… Гроб с её телом стоял посреди церкви, открытое лицо было у неё. Ручки маленькие, пухленькие, как у младенца, и все подходили прикладывались к ручкам.

Все, кто был в церкви, плакали, потеряли самое дорогое – Путеводительницу в жизни…

Её отпели… и 4 мая похоронили на Даниловском кладбище… Приходят люди, ставят свечи, священники служат панихиды. Горит у неё там неугасимая лампада с того дня, как её похоронили».

Блаженная старица мирно отошла ко Господу 2 мая 1952 года. Перед своей кончиной блаженная Матрона говорила: «Все, все приходите ко мне, рассказывайте, как живой, о своих скорбях, я буду вас видеть, и слышать, и помогать вам. После моей смерти на могилку мою мало будет ходить людей, только близкие, а когда и они умрут, запустеет моя могилка, разве изредка кто придет. Но через много лет люди узнают про меня и пойдут толпами за помощью в своих горестях и с просьбами помолиться за них ко Господу Богу, и я всем буду помогать и всех услышу». «Всех, кто обращается ко мне за помощью, я буду встречать при их смерти, каждого».

После праведной кончины старицы люди приходили на ее могилу на Даниловском кладбище, молились, призывали ее в помощь и получали утешение, исцеление и поддержку.

Из воспоминаний рабы Божией Фотинии (Москва): «О жизни блаженной старицы Матроны я узнала из книги, которую несколько лет назад мне дал схимонах Св. Данилова монастыря Гавриил. В 1993 году я рассказала схимнику о том, как во сне мне явилась благообразная старица. Она предложила мне четыре яблока, а когда я стала отказываться, говоря, что у меня есть свои, она ответила: «Бери, бери. Они освященные». Схимонах внимательно выслушал меня, и спросил: знаю ли я что-нибудь о блаженной Матроне, похороненной недалеко от монастыря на Даниловском кладбище. Я ответила, что никогда раньше не слышала о блаженной, тогда схимонах Гавриил попросил меня подождать у дверей братского корпуса. Через несколько минут он принёс из кельи книгу маленького формата в мягком переплёте: «Сказание о житии блаженной старицы Матроны»

Я не могу передать то впечатление, которое произвела на меня эта книга, скажу только, что ничего подобного раньше мне читать не приходилось. Позже я с большим трудом разыскала православную лавку, где еще продавалась эта книга, уговорила дать мне несколько экземпляров, оставила под залог свой паспорт, с тем, чтобы спустя некоторое время вернуть деньги за книги. Мне очень хотелось, чтобы у многих моих родных и знакомых в доме появилась книга о блаженной Матроне. Удивительно то, что в книге я нашла рассказ женщины, которой однажды приснилась старица. Блаженная Матрона протянула ей что-то круглое, в скором времени женщина получила квартиру и работу, хотя до этого долгое время находилась в затруднительном положении. Надо сказать, что в девяностых годах многие семьи бедствовали, заработная плата в государственных учреждениях задерживалась. Случалась, и нам было не на что купить самое необходимое. Схимонах Гавриил часто угощал меня фруктами, принесёнными ему его духовными детьми, а когда я отказывалась, говорил: «Мне много не надо, я уже старый, а у тебя трое малых детей, им нужны витамины».

Прошло несколько месяцев. Неожиданно моему мужу предложили работу по контракту заграницей. Через год вдали от Родины у нас родился четвёртый ребёнок, и вот тогда я и вспомнила об удивительном сне, поняла, о каких изменениях в жизни предупреждала меня блаженная Матрона.

Не задолго до этого мне очень хотелось попасть с детьми к старцу Кириллу, но в Лавре попасть к старцу было практически невозможно. Однажды мне с младшим сыном посчастливилось в Спасо-Преображенском Храме в Переделкино получить благословение старца, перед этим я видела сон: «Старца Кирилла на руках несут монахи, а он меня и двух батюшек около большой чаши, наполненной водой, благословляет».

Когда я была в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре попасть к архимандриту Кириллу так и не смогла, я рассказала сон его келейнику, передала записочку с нашими именами, попросила молитв старца. Келейник ответил, что если Господу угодно, чтобы я попала к старцу, то я обязательно попаду, безо всяких усилий. Так и случилось.

Вскоре после этого как-то днём я зашла во двор Спасо-Преображенского Храма и около Крестильни увидела двух незнакомых батюшек, они ожидали чего-то. Я подошла к ним, и в этот момент, неожиданно выглянул старец Кирилл и спросил: «Вы ко мне?» И пригласил нас войти. Это было чудо!

Но вот как попасть ещё раз к старцу со всеми детьми я не знала, через год, мне сказали, что старец вновь принимает в Переделкино, но в очереди придётся стоять целый день. Я знала, что в мороз мне с маленькими детьми не выстоять.

Накануне я была на могилке у блаженной Матронушки, и она, зная мое тайное желание, помогла мне вновь встретиться со старцем. Она буквально «продиктовала» текст молитвы (молитва как бы звучала в голове), которую я записала и воспряла духом: «У меня теперь важное дело, я должна обязательно показать молитву прозорливому старцу и сказать ему, что блаженную Матронушку пора прославлять».

Приехала с детьми в Переделкино, а там столько людей! Стала просить, чтобы меня пропустили к старцу, что у меня очень важное дело, а с детьми сложно. Но меня не слушали, в огромной очереди были все со своими важными делами.

Не знаю, откуда у меня взялась такая решимость, я обошла Крестильню и постучалась в окошко комнаты, где принимал старец. Он взглянул на меня и всё понял. Вышел в общую комнату и велел пустить меня с детьми через другую дверь. Когда я показала старцу молитву и сказала, что блаженную старицу пора прославлять, он с любовью по-доброму посмотрел на меня и кротко промолвил, показывая наверх: «Это не нам с тобой решать. Это уж пусть там они наверху решают. А дома можешь келейно молиться блаженной старице». Он благословил меня, ребятишек, подарил иконки и мы ушли.

Со слезами умиления я благодарила Господа и блаженную Матронушку. Ведь это она таким чудесным образом помогла мне с детками побывать у старца перед дальней дорогой».

Вечером 8 марта 1998 года в неделю торжества Православия по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II на Даниловском кладбище в Москве были обретены честные останки блаженной старицы Матроны.

30 апреля было совершено перенесение ее мощей в храм Святых Отцов Семи Вселенских Соборов, 1 мая 1998 года — в Покровский женский монастырь у Абельмановской заставы (ул. Таганская). Прославление блаженной Матронушки в лике местночтимых святых было торжественно совершено 2 мая 1999 года. С этого момента началось паломничество в обитель тысяч верующих людей.

Верующие едут в Покровскую обитель поклониться блаженной Матроне Московской, веря в силу ее благодатного заступничества. (День памяти блаженной Матроны – 19 апреля / 2 мая.)

Рассказывает Мария Косовская (Кишинев): «Я верю что Блаженная старица Матрона спасла наше хозяйства от урагана. Вот как это случилось.

Eще до обретения честных мощей Блаженной Старицы Матроны, мне довелось побывать на ее могилке, в Москве. Уже на прощание нам в дар на молитвенную память раздали молитвы к преподобной, песочек с могилки, да стебли роз. Вернувшись в Кишинев, я поехала к маме в Слободзию-Кремене, Сорокского р-на. Была глубокая осень, и я, с любовью и молитвой к блаженной Матренушке, посадила стебельки уже увядших роз, с надеждой, что они дадут ростки.

А через пару лет на наше село обрушился невиданной силы ураган: улицы превратились в бушующие реки, сметая все на своем пути – например, стадо коров было выброшено водой прямо в дом одного хозяина, автомобиль с пассажирами – перевернут и потоплен, все мосты – разрушены, а рельсы железного моста – сметены стихией и отброшены по соседству с нашим огородом. Град был очень крупным.

Прослышав про несчастье, я поехала проведать, что стало с домом и огородом. Кроме трех дыр в крыше сарая, ничто не напоминало о стихии. И дом, и огород стояли нетронутыми, и даже кукуруза, ничуть не согнувшись, красовалась около забора. Это настоящее чудо поразило и меня, и моих односельчан, серьезно пострадавших от разгула стихии. Со слезами на глазах я поблагодарила Господа и блаженную старицу Матрону за сохранность дома моей матери, которая в молодости осталась вдовой и посвятила детям остаток своей жизни, всю надежду возложив на Всемилостивого Господа».

Рассказывает раба Божия Р. Никитюк ( Марамоновка, Дондушень): «26 октября тяжело заболела моя дочь Светлана. С диагнозом «ботулизм» ее положили в реанимацию. Так как ее состояние не улучшалось, мне надо было ехать в Астрахань. 23 декабря я поехала в Бэлць за билетом и, сумев купить билет только до Москвы, огорченная, возвращалась домой, По дороге я встретилась со знакомой женщиной, которая, выслушав меня, дала мне книжку про блаженную Матрону.

Ночью прочитала книжку, со слезами горячо молилась нашей святой и Господь через ее молитвы услышал мою просьбу – утром я встала с мыслью съездить за билетом в Дрокию. Там удалось взять билет на Астрахань, на то же число, без интервалов.

Я не могу описать того моего состояния: выйдя из кассы, шла по тротуару, плакала в голос и вслух благодарила Матрону.

Светлана была в тяжелом состоянии до 10 февраля, пошла на поправку и выздоровела. Сами врачи не верили такому чуду. А мое материнское сердце радовалось и не переставало благодарить нашей скорой помощнице блаженной Матроне».

Молитва

О блаженная мати Матроно, душею на небеси пред Престолом Божиим предстоящи, телом же на земли почивающи, и данною ти свыше благодатию различныя чудеса источающи. Призри ныне милостивным твоим оком на ны, грешныя, в скорбех, болезнех и греховных искушениях дни свои иждивающия, утеши ны, отчаянныя, исцели недуги наши лютые, от Бога нам по грехом нашим попущаемые, избави нас от многих бед и обстояний, умоли Господа нашего Иисуса Христа простити нам все наши согрешения, беззакония и грехопадения, имиже мы от юности нашея даже до настоящаго дне и часа согрешихом, да твоими молитвами получивше благодать и велию милость, прославим в Троице Единаго Бога, Отца и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Схимонахиня Любовь (1901-1997 гг.)

Схимонахиня Любовь (в миру Пелагея Пантелеевна Верейкина) родилась 9/22 мая 1901 года (в день перенесения мощей Святителя Николая) в селе Верхне-Бешкино Алексеевского района Харьковской области. К сожалению, мы не располагаем сведениями о детских и юношеских годах подвижницы. Известно, что в 1917 году Пелагея Пантелеевна вышла замуж за односельчанина, Мартына Ивановича Верейкина, который был старше её на пять лет.

Из воспоминаний внука старицы Любови, Владимира: «…Бабушка 1901 года рождения. Она вышла замуж в 16 лет в 1917 г… (Документам не стоит доверять, потому что много менялось, и они даже где-то специально меняли годы.)

Она, не имела вообще никакого образования, она даже школу не закончила. Дедушка ее рано замуж взял. Она сирота, то есть она не знала, не помнила своих родителей… С детства она уже батрачила. Она была внешне очень красивая, и у нее даже прозвище было – Поля Красивая. Я знаю, что в Сочи они приехали откуда-то из Харьковской губернии. Потому, что у деда, ее мужа, непростая была судьба, в период раскулачивания…, он был зажиточным. (У него были золотые руки, он был краснодеревщиком, изобретателем… В доме, где они жили в Сочи, у него в подвале была мастерская. Там стояли два деревообрабатывающих профессиональных станка. У нас вообще у всех была мебель сделанная его руками…) И если мне не изменяет память — он вынужден был уже, женившись, и имея деток, прятаться…Они прятались от возмездия, сталинских репрессий…

Бабушка не имела образования. Каким-то чудесным образом ей был дан дар знания всего Писания наизусть. Она действительно знала Писание по примеру: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную». Из Евангелия от Иоанна, гл.3, стих 16. или наоборот ей скажешь, Исаия, 50 глава, 6 стих, она может мне его процитировать. Это вот для меня сверхъестественное…

…У бабули было призвание. Говорят, что в сорок лет… она была призвана… стать служанкой Божией… То есть Бог ее предузнал еще до рождения… И потом призвал…»

Из воспоминаний протоиерея Димитрия Шпанько (настоятеля Храма Живоначальной Троицы в посёлке Измайлово Московской области, Видновского района):

«Господи, благослови рассказать о Твоей служанушке, матушке нашей Любови. Так она себя называла: «Я служанушка…» К сожалению, такой памятью, какая была у матушки, не обладаю. Она знала всю Псалтирь наизусть… Она на самом деле действительно знала Псалтырь наизусть, а ведь Господь смиренных возвышает. Она себя все время смиряла, она как бы давала понять, что это память не ее, а Божие дарование…

По её воспоминаниям была записана вся её жизнь с трёхлетнего возраста, она говорила: «Я себя помню с трехлетнего возраста, тогда враг стал меня преследовать». Враг спасения рода человеческого… Была напечатана ее жизнь и все ее скорби, бумага хранилась у меня, но потом матушка Любовь сказала: «Батюшка, сожги… Господь мне сказал, что и без меня хватит на земле слез, еще твои добавятся. Сожги всё». И … вот поэтому пришлось все это сжечь по ее слову. Она рассказывала, что когда была молодая, то посватался к ней будущий ее супруг Мартын Иванович, он был достаточно состоятельный, она была дворянского происхождения, но из бедной семьи (обедневший дворянский род)… Когда Мартын Иванович к ней посватался, его родственники не хотели, чтобы он женился на ней… Как она говорила: «Мне сделали (навели порчу), во время венчания, я упала навзничь… Господь попустил… Потом венчание завершилось всё как положено … И вот я до сих пор чувствую то чародейство, которое надо мною было тогда сделано».

Она меня часто просила: «Ты, батюшка, почитай надо мною молитвы». Я читал. Она говорила: «Вот, не отпускает, значит, мне так надо терпеть». Она очень страшно мучилась, у нее были сильные головные боли. Она считала, что эти боли – следствие чародейства.

Потом она родила троих детей: Владимира, Тамару (в крещении Ефросиния) и Клаву. Они обе сейчас уже почили. (Тамара — через пол года после смерти матушки, а Клавдия недавно скончалась.) Сын Владимир пропал без вести».

По свидетельству протоиерея Димитрия старица рассказывала, что её муж был белогвардейцем, его разыскивали красноармейцы. Не найдя Мартына Верейкина, они решили заключить в тюрьму Пелагею с грудным младенцем. Представители власти надеялись, что он придёт к ним сам, узнав, что его близкие в тюрьме. Пелагею с ребёнком посадили в мужскую камеру. Старица рассказывала духовному сыну: «…И вот я села… и не сдвинулась с места… Сутки меня там держали. Думали, что муж придет разыскивать… И я в ужасе думала, как я буду кормить, сейчас ребенок начнет плакать, и что я буду делать. Общая камера». По милости Божией, ребёнок спал, не просыпаясь. Через сутки Пелагею освободили.

Многое пришлось пережить матушке в молодости, однажды ей с детьми угрожала смертельная опасность. (Их хотели убить в доме, где они собирались остановиться на ночлег.) Им лишь чудом удалось избежать смерти. Господь хранил свою избранницу. В 1937 году ей было чудесное видение — явился Святитель Николай и сказал, что в 1941 году начнется война, а в 1945 году закончится… Из воспоминаний старицы: «Мы сильно болели, я и дети. Лежим на кровати. Температура — под сорок. Вдруг среди комнаты появился человек. Он смотрит на меня и говорит: «Ты меня узнаешь?» А у нас, когда с матерью жили, была иконочка Святителя Николая. Смотрю, похож на Николая Чудотворца. Я, говорю: «Да, ты на Николая Чудотворца похож». — Да, говорит, ну, что пойдем со мною. И накрыл меня одеялом, и мы вдруг очутились на поле. Вижу, пасутся на поле немецкие коровы. Он мне говорит: «Умеешь доить?» …Конечно, говорю, умею.

– Ну, иди, проси подоить.

Я подошла, попросила — разрешили. Беру ведро, подхожу, начинаю доить. Надоила ведро молока. Мне Святитель Николай говорит: «Выливай на землю». Я вылила, а там кровью написано: «1941 год». Потом Святитель Николай говорит: «Идем дальше». Идем дальше — русское стадо коров. Святитель Николай говорит: «Иди проси подоить». Подошла, попросила, подоила. Святитель Николай говорит: «Выливай на землю». Вылила – 1945 год. «Вот теперь иди и проповедуй, что в 1941 году война начнется, а в 1945 она закончится». И потом вдруг я очутилась опять на своем месте, на кровати. …Святитель Николай прикоснулся к моему горлу, как бы, что-то вынул и бросил на пол… И я впала в забытье, мне стало легко… Утром просыпаюсь, температуры нет. Думаю, ну, наверное, бредила… Все проверила… Потом встаю, на пол смотрю, а там — сгусток гноя… на полу лежит. И я все поняла… И стала ходить по городу проповедовать.

Я работала в магазине в г. Сочи продавщицей и всем говорила, кто приходил: «Готовьтесь, в 1941 году будет война, в 1945 она закончится». Ну и все крутили пальцем у головы, кто как реагировал. Мало кто мне поверил…

Говорила: «Кайтесь. Вот в 41-году начнется война!» Ну, и когда немец-то напал в 41-году, то вспомнили сразу, что тут такая ходила, какая-то и говорила за сколько-то лет, что война-то будет, значит, она кто?»

Вскоре Пелагею арестовали по доносу, как «американскую шпионку», её избивали, пытались заморозить, пытали: «сажали в машину, в кузове которой со всех сторон торчали штыри, и возили по кочкам»… Затем — отправили в Москву на ул. Горького (Тверская). На допросах она вела себя мужественно. Следователям не удалось добиться нужных им признаний, якобы матушка связана с американцами, а она кроме Господа никого и не знала! Тогда был приглашён гипнотизёр. Он сидел напротив подвижницы, и крутил блестящие шарики, пытаясь воздействовать на матушку гипнозом, а она непрестанно молилась. Матушка рассказывала своему духовному сыну: «Он крутил, крутил свои эти шарики, крутил, и смотрю — сам заснул… (А из носа потекло… на костюм.) Встрепенулся вдруг, все увидел, что с ним произошло, и говорит: «Только никому ничего не говори… Я все, что надо тебе напишу». Для него ведь это был бы крах…. всей его карьеры!»

Из воспоминаний протоиерея Димитрия: «Матушке Господь давал и дух юродства: «Вот меня вызвали на допрос, допрашивают, с кем связана, где батюшки, которые причащают? Я никого не выдала… Меня выдавали, а я не выдавала. (При этом старица Любовь перекрестилась.) Верующих… батюшки на квартирах причащали, так как нельзя было открыто. А представители власти забирали верующих, и допрашивали… Меня вот следователь, посадил, я сижу. У него в столе в ящике наган лежит, и он так со мной ведет себя очень развязано… И мне говорит: «Ты знаешь, что я тебя на всю «катушку» (т.е. на 25 лет) посажу. А мне Дух говорит (я прямо через разум, через сердце чувствую): «Через год ты будешь на свободе». Я следователю и говорю: «Через год я буду на свободе. И он ухмыляется, смеется. А мне, Дух говорит: «Напугай, его».

Матушка Любовь пальцами обеих рук растянула себе рот, глаза, встала и как рыкающий лев издала пугающий рык, потом перекрестила его со словами: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа»! Он замолчал и пополз под стол, жмет сигнальную кнопку, вызывает дежурного и говорит ему: «Уберите ее отсюда»… После этого мне дали другого следователя. Очень порядочный такой человек был хороший… И я действительно через год была на свободе»». (В справке №0004165, выданной П. П. Верейкиной в тюрьме №1 г. Горького при освобождении 8 октября 1952 года написано, что она была осуждена Военным Трибуналом войск МГБ Краснодарского края 16 ноября 1951 года по ст. 58-10(часть 2), 58-11 УК РСФСР к лишению свободы на принудительное лечение сроком на один год)

Блаженную старицу с диагнозом шизофрения определили в тюремную больницу.

Здесь собрали пятидесятников, баптистов, адвентистов… Из православных была только блаженная Пелагея. Когда все начали спорить, чья вера истинная, блаженная, предложила им состязание: «Давайте сейчас ни есть, ни пить ничего и чья вера правая, тот и выдержит пост». Идея всем понравилось. Из рассказа матушки Любови: «И вот на третьи сутки, когда все уже сдались, у меня как полилось славословие, я стала славить Господа – Аллилуйя, аллилуйя, аллилуйя!!! И псалмы полились… Они говорят: «Всё, всё, всё… твоя вера правая…., всё, всё…»

Протоиерей Димитрий рассказывает: «Вот такая вот победа была одержана Православием над другими христианскими конфессиями, которые считали, что у них — истина. А на самом деле мы знаем, что истина там, где апостольская церковь, которая была самим Христом основана.

Матушка говорила, что в течение жизни она постилась 3 раза по 40 дней (апостольским постом) [14], несколько раз — по двадцать дней. Она постилась и по 10 дней, часто по три дня. Когда надо, что-то просить у Господа, она всегда молилась и постилась!

Матушка Любовь рассказывала, что однажды в Сочи пришла к ней соседка, мизинец и указательный палец выставила, остальные пальцы согнула и на икону показывает, а матушка Любовь ей говорит: «Ты, что Матери Божией рога строишь?!» Женщина испугалась, побежала домой. Потом выяснилось, что она отрубила себе палец. Дочь матушки узнала об этом, прибегает и говорит: «Мама, нас посадят!» Матушка Любовь пошла к соседке, спрашивает: «Где палец? Давайте его сюда». Приставила его на прежнее место, и палец по вере матушки был исцелён.

Когда с такими людьми как матушка общаешься — то, живо чувствуется близкое присутствие Божие… Она настоящий монашеский образ жизни вела, хотя жила в миру…

Однажды такой случай был в Сочи. Вдруг появился у них возле храма какой-то дедушка и сидит на паперти, не уходит и ни у кого ничего не берет. Все подходят, а он ни с кем не разговаривает. Пытаются ему дать, что-нибудь, а он ничего не берет. Что с ним делать не знают, говорят, надо к Пелагеи бежать, она знает. (Ее знали как глубоко верующую. Она любила всегда по праздникам принимать странников. В воскресные дни, праздники, кого-нибудь привести к себе домой, накормить. Этот обычай известный у святых. И Авраам отличался гостеприимством и Лот, в Ветхом Завете праведники, и в Новом Завете — Филарет Милостивый, они всегда пытались, накормить нуждающихся, особенно в воскресные, праздничные дни послужить ближнему, бедному, нищему.)

Так вот, люди говорят: «Иди матушка, там какой-то старик сидит, не знаем, что с ним делать». Матушка рассказывала: «И я бегом. Прибегаю и говорю: «Дедуль, ты чего сидишь? Пойдем к нам. Я кашки сварила, накормлю тебя, пойдем. А он так на меня посмотрел и говорит (протяжно): «Во..от! У меня ни одного зубика нет, а мне все сухари предлагают…» А это был Преподобный Серафим Саровский! Вот как это выяснилось. Матушка говорит: «Ну, вот идем мы с этим старичком, подходим к дому, а одна из дочек, в окно увидела и говорит: «Ну вот, опять мама «пьяницу» ведет». Ну, а мы заходим в дом, сели за стол, а он и говорит: «Ну, что опять мать твоя «пьяницу» привела?» (Дочка так сразу и села, потому что старичок не мог слышать того, что она сказала. Старичок тот рассказал, всю будущую жизнь дочерей матушки. Как они замуж выйдут, сколько детей у них будет.)

Матушка вспоминала, что он долго рассказывал о Христе, все слушали… до вечера. Потом она говорит: «Останься дедуль. Мы тебя здесь спать положим». А он отвечает: «Нет, я в домах не живу». И стал выходить из дому. Она пошла его провожать… Заходило солнышко, заходило и как зашло — его не стало!

Господь беседует с избранными своими. Господь открывал матушке в молитве волю Свою… И вот был такой случай. Матушка рассказывала: «Однажды я слышу голос: «Бери бумагу и пиши: «Я, Господь Иисус Христос повелеваю тебе отдать мою Матерь, находящуюся у тебя в поношении!» Сажусь и пишу… Затем слышу: ««Бери это письмо, стригись под мальчика. Надевай костюм и езжай в Сухуми». Матушка Любовь постриглась, надела костюм, взяла паспорт и по послушанию поехала.

Матушка Любовь рассказывала: «Я прихожу на станцию, мне надо на поезд. Спрашиваю: «Когда отправляется поезд?» Мне отвечают, что только что ушёл, а следующий будет только завтра… Будет только товарняк, и проходящий скорый поезд, который здесь не останавливается». Матушка начала молиться. Вдруг видит, идет на полном ходу скорый поезд, не останавливаясь, мчится мимо платформы. Слышит голос:

«Входи, не бойся!» (А поезд мчится полным ходом!) Матушка рассказывала: «И я вдруг вижу — поезд не мчится, а стоит на месте. Я вижу стоящий вагон, и вхожу в этот вагон – чудом оказываюсь на этом мчащемся поезде!»

Вот такое вот было чудо! Это вот она сама рассказывала… А там, что оказывается, было… У одной женщины в доме стоял большой образ Матери Божией, и Господу было угодно, чтобы икону вынесли из дома, где творились беззакония. Матушка была туда направлена, чтобы спасти икону от поношения. И вот она доехала до этого дома, Духом водимая. Ее привел Господь в тот дом, где жила эта женщина. Она ее нашла. Матушка молча входит в этот дом, достает это письмо, ей дает. Та молча читает это письмо и говорит: «Забирай!»

Матушка Любовь рассказывала: «Я забираю эту икону, ничего не говоря, выхожу из дому. А икона больше меня, там пуда два весу. И иду я с этой иконой, выхожу на дорогу горную».

По промыслу Божиему, мимо ехал милиционер на мотоцикле с коляской, он забрал икону, взял паспорт у матушки и уехал. Икону отвез в КПЗ. Матушка пришла в КПЗ, плакала, умоляла, чтобы ей вернули святыню. Но её и слушать не стали. Сама Царица Небесная её успокоила, дала понять, что икона будет томиться, вместо неё за решеткой. Матушка разыскала местного священника, рассказала о случившемся. Вскоре батюшка призвал верующих собрать необходимые средства, чтобы выкупить икону.

Рассказывает протоиерей Димитрий Шпанько: «Матушка говорила: «Я сироточка была и только три буквы знала, Вер – Верейкина, чтобы расписаться могла, а меня Господь всему научил»! Кроткий, говорит, смиренный…, она всегда так о Господе говорила.

Есть такая книга – «Земная жизнь Пресвятой Богородицы». И вот какая история связана с этой книгой в жизни матушки… Рассказывает сама матушка (из сохранившейся видеозаписи):

— Эта книга мне с Неба дана, я была сироткой, сидела на кухне, изучала Слово Божие… Вдруг, смотрю: город золотой спускается (это матушке видит ведение), а у них там площадка детская напротив окна (там, где матушка жила у родных) и так саженей на пять не доходит до земли. И Матерь Божия, золотые улицы из золота и блестящее одеяние на Ней, и шарф блестящий! Вдруг со всех домов выскочили большие собаки-овчарки и бросаются туда и лают, лают. Она – Матерь Божия ходит, они кругом бегают вокруг города. Она (Матерь Божия) сняла одежду одну и бросила им, они разорвали ее на куски, и там кусок лежит, и там кусок лежит, везде, и успокоились и пошли по домам. Тогда Она (Матерь Божия) мне через сердце говорит — иди и собери, и это тебе будет платье до смерти. И я оставила все и побежала…

Прибежала, собрала эти все куски, принесла в большую комнату, разложила, сама упала молиться – благодарить Господа! Что же это такое?! Положила все куски на стол. Дух мне через сердце говорит – «поезжай к Александре и ты материал этот возьмешь!»

У меня духовная дочь была Александра. Я встала, помолилась, быстренько на 23 трамвае поехала… Приехала… Александра, за двумя больными ухаживала. За одной – пророчицей – пятидесятницей, а другой неверующей. Я прибежала, она (Александра) рада. Она меня мамулькой звала: ««Мамулька пришла…, что такое?!»

А я говорю: «Шурочка, пойдем на кухню, я тебе расскажу какое мне сейчас было видение. И рассказала это все… Она: «Сейчас, пойдем в комнату». Взяла мою сумку и за шифоньером что-то (чем-то) шелестит, и все кладет, кладет в мою сумку. Думаю, какие-то листья кладет? И отдает сумку и говорит: «Иди там узнаешь, это тебе Матерь Божия платье дает до смерти».

Я побежала, прибегаю домой, разложила и все эти странички, все листья – сжатые. Посмотрела, все целые. Утюгом разгладила. И упала благодарить Господа: «Господи, что же это такое?! – Это тебе платье до смерти будет!»

А пятидесятница, за которой ухаживала Александра, она у них у (сектантов) – пророчица (была). А что собаки-овчарки – это ихние проповедники, они не могут Матерь Божию выносить, святых, они и разорвали…» Вот такое видение рассказала матушка».

Из воспоминаний внука старицы Любови, Владимира: «Свой первый постриг бабушка принимала в Катакомбной Церкви, тогда гонимой… Вот кого больше гонят, кого больше бьют за Христа, она туда и идет… Она как разведчик. У нее был дух боевой! Она воин была! При постриге она изменила имя и стала Мария, и даже фамилию, стала Боголюбская… А для меня, для нас, для семьи она — бабуля… Как стала она схимонахиней Любовью, не знаю…

Бабушка знала суть вещей. Это называется в православие — прозорливость… Почему люди стали к ней идти. Потому, что получали разрешение животрепещущих и серьезных проблем. Иногда может даже на грани жизни и смерти. Приходили к ней, общались, рассказывали, она слушала. Она ничего им не говорила, она просто им место в Писании давала. Прочитай такую-то главу, такой-то стих, по такую-то прочитай. Они ответ-то находят… Ситуация жизненная менялась, восстанавливались браки, дети переставали безобразничать. Она понимала суть вещей. То есть причину следственной связи…

Бабушка еще не при храме была, а жила у моей мамы (в Москве). Она любила Москву, потому что тут больше у нее общения было. Она очень любила людей…

Бабушка о себе рассказывала мало… Она никогда не была для меня матушкой и старицей…, но она для меня бабулечка была. Бабуля и я могу даже сказать, что мамой духовной… И если, что-то есть во мне Божие, то это от нее. То есть семя посеянное это от нее…

К ней тянулись и тянулись люди не просто. Вот действительно необычные, ищущие люди, особые, умные, одаренные, очень тянулись… Среди них священники, о. Дмитрий, о. Сергий, его приход в Торжке, но он сейчас в Москве… (Знаменитые киноактёры, родственники знаменитых людей…)

Когда я был молодым офицером, бабушку, как духовную наставницу, вообще не воспринимал…. Ну то есть, молиться, я молился с детства… Она ненавязчиво так, разными разведческими способами, сеяла, сеяла.… И поэтому для меня она была бабушкой, причем бабушкой любимой… Когда я приезжал к бабушке это для меня был рай… Для меня это Сочи до сих пор остаются …рай по ощущениям, по образу, проведения своего времени. А это же просто была любовь, ее любовь к внучку… А у бабушки ведь сын был Владимир, который пропал без вести. Причем после войны. Насколько я знаю…, уже победа была, и они уничтожали на Украине бандеровские банды… И вот он там, во время каких то боевых действия пропал…

Она всегда для меня была любимой бабушкой и когда уже у меня начало формироваться свое Богопознание мировоззрение уже духовное, то она для меня уже была важна, как наставник. То есть посоветоваться, советчик…

Я начал проявлять интерес к ней лично, когда увидел, какие известные люди сидят у нас дома… Если к бабуле такие люди ходят, так значит это интересно. И меня они притянули, и я уже стал участником. И потом действительно как магнитом к ней притягивались люди ищущие, интересные… Вот именно через этих людей приходящих к ней появился и у меня интерес. Я стал уже серьезно интересоваться…

Вот она как меня учила, что такое по ее пониманию, поклоняться в духе и Истине… В духе, с маленькой буквы, поклоняться Богу – это, имеется в виду, независимо от внешних атрибутов. То есть, это, позволяет тебе в духе поклоняться в тюрьме, в камере, в плену, на берегу моря, на кровати, в больнице…. Не обязательно в храме… Независимо от внешних атрибутов… То есть, ты вот храм Духа Святого и ты в нем… Царствие Божие внутри вас есть… Внутри вас Царствие Божие. Раз царствие, и царь там. Где-то там, в сердце…

…Бабуля … всегда говорила, что чем больше правил, чем больше внешних требований – это говорит только об одном. Об оскудении Духа. Вот чем меньше Духа святого, тем больше правил…

… Меня бабуля учила: «Тебе дается возможность, сынок!» (Она меня называла сынок почему-то всегда…) И она говорит: «Запомни, что Господь – это милость Божия, и Он тебя любым принимает, всегда. Как блудного сына, грязного… Он принимает. И это Его любовь, и мы такие должны быть. Вот этого Он хочет от нас, чтоб мы друг друга принимали. Какой есть, терпеть. Заткнуть уши, если он тебя ругает, пусть бьет тебя, люби его…»

У меня вот бабулина любимая молитва есть: «Господи, все, что не от Тебя, разруши. Убери, разруши, даже как дым, чтоб рассеялось. А все, что от Тебя, укрепи, вразуми меня, как делать и дай силы». (Моё ощущение, что в делах Божиих нам ничего не надо планировать.)

Она умела видеть знаки Божие в ситуациях… Нам повсюду знаки от Бога дают…

Богу важна ваша душа. У нас нет полного, настоящего, истинного покаяния которое приводит нас к Господу… Если дарует вам Господь покаяние, то это, как бабуля говорила, высшая награда… Люди… ее слову очень сильно доверяли…»

По свидетельству Владимира, духовная дочь старицы, Галина, до сих пор хранит как святыню письма матушки Любови. Одно из них она прочла ему по телефону. Рассказывает Владимир: «…Галина мне одно зачитала, оно на 15 минут. (Девяностого года было письмо.) Вероятно Галина, бабуле писала, что у неё что-то не получается, немощь какая-то, лень. Много спит, ест вкусное, не может себе в этом отказать. В ответ бабуля в начале письма славит Иисуса Христа и говорит: «Какая величайшая радость, что Сам Господь, Сын Божий призрел на нас. Вот этих убогих, грязных, слабых, ни на, что негодных…. Он на нас призрел!»…(Я когда услышал эти слова, сердце взволнованно забилось. И как же можно вообще жить в какой-то печали и грусти… Хотя она тоже конечно и печалилась, и грустила… И сколько она терпела.) Она пишет: «…Галочка, родненькая, сестричка… О том, что кушаешь, не переживай, это телу надо. И поспать. Главное, чтобы Дух твой не усыпал. И чтобы дух твой не отравился чем-то…» (Я думаю это, чтобы ты каким-нибудь учением не увлеклась, ненужным…)»

Из воспоминаний Валентины Мельниковой (Сочи): «Матушка Любовь ясно видела свой путь, имела верно идущие часы. Аккуратно и точно соблюдала свое слово… Ее жизнь — это постоянный процесс воспитания и обучения. У нее было много духовных чад повсюду. Иногда целыми семьями мы были под ее молитвенным покровом, что имеет место и в нашем случае. Нашей многодетной семье она помогла своим бесценным опытом, своей победой. Каждому она старалась помочь молитвенно, утешить словом…, согреть своею любовью… Мы видели в ней, ее подлинную суть — Любовь….

У матушки были Акафисты составленные лично ею. Один из них я переписала…

В критический моменты в нашей семье, я всегда прибегала к нему, читала… И действовал он очень сильно, о чем свидетельствует муж Александр. Акафист хранился у нас долгое время, а потом куда-то пропал…

Она молилась за всю землю…просила она о том, чтобы Россия с Украиной объединилась, был мир… Молилась за духовных чад и за батюшек… В Москве у нее много знакомых было…, за отца Дмитрия молилась… Мы часто читали Акафисты… Такая вот молитвенница была, и молитвы ее очень действенные были.

Помню, как-то матушка в предстоянии молитвенном была, я читала акафист по ее просьбе, а она встала вместе со мною перед иконами, и словно замерла вся…. Даже мне было трудно выдержать, простоять, а она весь акафист стояла не шелохнувшись. Такая вот сила Духа в ней была. А молилась она тогда за батюшку о. Дмитрия…, ему была необходима молитвенная поддержка…»

По свидетельству священника Димитрия, когда матушку просили: «Матушка Любовь, помолитесь за нас!». Она отвечала: «Матерь Божия, Она молится, кровавыми слезами!» Однажды схимонахиня Любовь, когда зашёл разговор о схиме, рассказала следующее: «Вот меня все спрашивают, где ты схиму принимала… Они не знают, что такое схима. Вот была у меня Мариечка, духовная моя сестричка, вот что она претерпела! Сын взял и закрыл ее в хлеву со свиньями, кормил вместе с ними: что свиньям давал, то и ей… Нет Мариечки месяц, нет Мариечки два месяца. Что случилось, куда делся человек? Никто не знает. Сына спрашивают, не знаю, говорит. Я стала молиться: «Господи! Открой мне, куда делась Мариечка…» Господь открыл: «Ее сын, закрыл в хлеву». Я говорю: «Всё, надо вызывать милицию!». Милицию вызвали. Действительно, приходим с милицией, а она лежит там, в хлеву, уже и встать не может, так ослабла! Вызвали скорую помощь и увезли ее в больницу. Мне видение было потом. Я вдруг вижу, с гор идут три женщины в белом одеянии. Радостные, веселые такие и мне говорят: «Передай Марии, что мы завтра в девять часов вечера за ней придем». И все. А это были ее мать, бабка и прабабка. Они были все благочестивой жизни… Я ей передала, она всё поняла, стала готовиться! На вход больница была уже закрыта. Она у медсестры спрашивает, который час? Ей отвечают: «Уже всё закрыто, к тебе никто не придет». – Нет, говорит, ко мне в девять часов придут! А, как девять часов настало, она руки протянула вперёд, приподнялась на кровати: «Мама!» И душа её освободилась от бренного тела. Вот это вот схима! Вот, терпение, какое!»

Рассказывает отец Димитрий: «Конечно, мне с матушкой довелось познакомиться не случайно. Случайностей у нас, у верующих, не бывает. Она приехала сюда из Сочи по приглашению. У нее было много духовных детей и в Москве, и в Америке, во многих местах, она со многими была знакома. Пригласили ее сюда в Москву. Она уже собиралась там умирать дома в Сочи.

Матушка рассказывала: «Господь мне однажды показывал, смерть праведника и смерть грешника». (Мы знаем, как в Писании написано, смерть грешников люта, и честна пред Господом смерть преподобных Его!) И я детей предупредила: «Не бойтесь, я пять дней буду лежать «мертвая», но только я не умру! И я действительно лежала пять дней, и конечно уже на третий день ко мне вызвали врачей. Потому, что думали, что уже всё: ни дыхания, ничего, никаких явных признаков жизни не было! У меня все начало холодеть с кончиков пальцев ног. Ноги не чувствую выше, голени, колени, ничего не чувствую, до пояса. Дальше пошло… до горла дошло и только тут вот, я чувствую пульс… вот только пульс. … И все слышу, все, все…, на многие, многие десятки километров, где чего делается».

Это — смерть праведника. А смерть грешника, говорит, такая, что он просит час на покаяние в ужасе…

И потом, когда она получила приглашение, сказала: «Клава, едем на работу в Москву, на духовную работу!»

С матушкой я познакомился в 1991 году еще, не будучи священнослужителем. Я таких людей никогда не встречал! То есть это настолько личность необыкновенная, светящаяся, полная любви…

Она приехала в этот момент из Сочи… Была несколько дней здесь, на ул. Маршала Тухачевского в Москве. Я к ней туда в комнатку, где она остановилась, приехал… Я тогда был далек от всех правильных понятий Православия, скажем так. Конечно, я читал уже Евангелие…., а Господь привел меня к матушке для духовного вскармливания.

Нужно было, чтобы кто-то направил, указал Путь. И вот этот Путь, через матушку Любовь, Господь мне указал. Путь истинный! У нее, конечно, был дар любви. Она им обладала! Ведь надо ж уметь любить, да, любить по христиански! Божией Любовью! Она такая вот была, если я день к ней не приеду, она переживала. Она молилась, ждала…

Самое большое чудо, для меня была её любовь! Как Апостол говорит: «Достигайте любви, которая есть союз совершенства…» Она обладала и даром языков…. И толкование давала. Она неграмотная была. Она водима Духом была. Самый большой дар – это любовь. И вот этот дар она стяжала своей жизнью, своими скорбями…. Я однажды у нее спросил: «Матушка, что же такое Истинное Православие?!» А она говорит: «Истинное Православие – это Крест и Евангелие!» Вот, что такое, Истинное Православие! Вот что она вынесла из жизни: умение любить и страдать, страдать и любить! А, что такое – Крест?! Это Страдание. А, что такое – Евангелие? Это Любовь! Вот и получается Истинное Православие! Все Святые подвижники этой Истиной всегда жили и хранили ее в своем сердце.

В 1992 году меня рукоположили, прислали на приход в посёлок Измайлово… Трудности были с храмом. В Храме был Институт Физики Земли… Освобождать помещение не хотели. Говорили: «Ищите себе другое место…»»

Многое пришлось пережить отцу Димитрию, в 1993 году Храм буквально «брали штурмом» с помощью казаков, чтобы войти, отстоять, вернуть то, что по праву принадлежало верующим. Накануне отец Димитрий звонил в Сочи, просил старицу помолиться, чтобы удалось задуманное. (До этого столько пришлось обить порогов, столько было разослано писем, но Храм не отдавали. После «штурма» 7 апреля 1993 года в день Благовещения Академия Наук была вынуждена искать новое помещение для сотрудников института.)

По свидетельству протоиерея Димитрия в 1993 году старица приехала в Москву по приглашению духовных чад. Некоторое время она жила у духовной дочери на Садово-Спасской улице. Отец Димитрий её там навещал. Однажды он робко предложил старице Любови: «Матушка, вы знаете, вот мы строим … там у себя, может быть, Вы к нам переберётесь?» Она с радостью согласилась.

Из воспоминаний протоиерея Димитрия: «Первый раз я привез её к нам в 1994 году. Это было на Пророка Илию. У нас еще ничего не было… Храм нуждался в большом ремонте. Я привез матушку и её дочь Тамару (Евфросинью). Тамара говорит: «Мама, ты посмотри, храм, в каком виде… Надо молиться, чтобы Господь послал человека, чтобы восстановить все разрушенное». Матушка мне сказала: «Ой, батюшка, у тебя, сколько ангелов в храме!»

Я считаю, что по ее молитвам, Господь послал нам такого человека (Сергея Николаевича Т.) И вот на его средства была выполнена вся роспись… Внешнее и внутреннее убранство — все было сделано. По матушкиным молитвам, так Господь расположил его сердце, что он доверился, почувствовал, душа его расположилась, что именно здесь он должен помочь. Матушка ему всю его жизнь прошедшую рассказала… Господь открывал ей человеческую душу».

Схимонахиня Любовь подарила старшей дочери Сергея Николаевича, Наталье, книгу о Пресвятой Богородице, свои четки и апостольник, а после блаженной кончины матушки Любови отец Димитрий передал Евангелие и фотографию старицы. Все эти годы святыни бережно хранились в семье Сергея Николаевича, однажды вечером, когда у младшей дочери заболел зуб, он приложил апостольник схимонахини Любови к щеке дочери, девочка спокойно уснула, проспала всю ночь, а на утро сообщила, что боль прошла… (Раба Божия Татьяна В., когда фотографировала в январе 2007 года книги, чётки и апостольник схимонахини Любови, обратила внимание на то, что апостольник и четки благоухали. Из рассказа Татьяны: «…Столько лет прошло! Апостольник и четки благоухали, словно источали запах дивного миро… я так удивилась, а батюшка Димитрий и Сергей Николаевич сказали: «Вот так от матушки Любови чудесно пахло и при жизни…»)

В 1996 году, для старицы на территории храма была построена небольшая келья, где схимонахиня Любовь и поселилась в августе 1996 года, и прожила здесь девять месяцев до своей кончины. (Следует отметить, что по молитвам старицы в храм были пожертвованы иконы, которые хранились в домах верующих в смутное время.)

Из воспоминаний протоиерея Димитрия: «В 1995 году мы со схимонахиней Любовью были у старца Даниила в гостях, он пригласил нас в сентябре месяце (на отдание праздника Успения). Долго у нас не получалось приехать, батюшка видя это, сказал:

«Так, быть и все!» Потребовал, и мы с матушкой прибыли туда.

А какая была встреча! Матушка перед этим молилась, вопрошала, кто ж такой батюшка Даниил….(С ним она была знакома только заочно.) И вот перед тем как поехать к отцу Даниилу, она молилась, чтобы Господь открыл ей — кто ж такой отец Даниил?!

Матушка рассказывала: «Я когда молилась, мне видение было: «Смотрю, стоит бочка с медом, и туда все несут, несут, несут мед ложками»». Мед это же царский продукт… (Господь открывал ей людей. То есть она знала, кто к ней едет. Её дети были свидетелями её прозорливости. Она говорила: «Клава готовь, сейчас к нам приедет вот такой-то человек». Господь открывал, и она наперёд знала какой человек, с каким настроением к ней идёт!)

При встрече с отцом Даниилом, она упала ему в ноги с такими словами и дважды повторила: «Батюшка — новый Серафим! Батюшка — новый Серафим! » Отец Даниил, когда потом вспоминал через несколько лет эту встречу, говорил: «Матушка Любовь так сказала потому, что почувствовала на мне некоторую благодать преподобного Серафима Саровского, а я преподобного Серафима любил и люблю, и всегда его прославляю. Вот эту некоторую часть благодати матушка и почувствовала».

А приехала она отчитаться. Видно мысль у нее такая была. Я говорит, отчитаюсь за жизнь, покаяние принесу. В годы гонений на веру, у нее был свой духовный старец Симеон. О котором она всегда говорила: «Это мой духовный старец Симеон. Перед своей кончиной он всех нас, своих духовных чад предал Господу». А матушке старец Симеон сказал: «Теперь у тебя духовника не будет»… Вероятно, провидел наперёд, да и время-то, какое было.… И вот матушка, отчитавшись отцу Даниилу за всю свою жизнь, говорит: «Теперь, батюшка, прочитайте мне: «Ныне отпущаеши…» На что отец Даниил отвечает: «Ну, это потом. Уходить еще пока рано, еще надо помолиться и здесь пожить». А матушка говорит: «Тогда благословите меня с вашими духовными (там несколько священников было) работать. То есть с нами работать, мы тогда совсем молодые были… А ведь духовно научить можно только от сердца к сердцу. Только соприкоснувшись, как от огня перенять огонь, это как от горящей свечи зажечь другую свечу, подобно этому и христианские сердца…

Вспоминаю слова, которые сказал матушке пришедший монах, о котором будет сказано чуть позже: «На тебе должно истинное Православие устоять». И слова Спасителя из Евангелия: «Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся» (Лк. 12:49)

Матушка рассказывала: «Однажды приходит ко мне домой монах (это было в Сочи), пришел и сказал, где у вас здесь вот такая-то служанка? (Она всегда называла себя служанушкой Господа. В Сочи её все знали, так как она иногда юродствовала…)

Так вот, приходит к ней этот монах, передает от Священномученика митрополита Петра (митрополита Крутицкого и Коломенского Петра (Полянского)) [15], окровавленные четки и камилавку (так она называла скуфейку) и хлебцы (это были антидоры [16]), которые оставались после литургии совершаемой святителями в застенках. Матушка называла их хлебцами. И отдает ей с такими словами: «На тебе должно Истинное Православие устоять!» Отслужил молебен… И говорит: «Только, хлебцы чтоб съела сама, никому не давай!» И ушел. Высокий такой, худощавый, монах. Кто был, ангел или человек, я его, говорит, больше в своей жизни никогда не видала. Оставил ей все, и ушел. А, что делать ничего не сказал… (Об этом она и отцу Даниилу при встрече рассказывала, когда отчитывалась.) Матушка Любовь говорила: «Как же его мучили! (Т.е. Митрополита Петра). У меня до сих пор волосы приподнимаются при воспоминании об этом. Все было в крови, четки и камилавка!»

Эти святыни матушка хранила и никому не показывала. Даже муж ничего не знал. Матушка рассказывала: «Муж был всегда такой кроткий, смиренный, но вот однажды подходит ко мне ночью, я открываю глаза, смотрю – он стоит такой страшный, борода всклокочена, в руке топор и говорит мне: «Почему ты сегодня не пришла ко мне, я весь день тебя прождал в подвале? Они (бесы) мне сказали, чтобы я тебя убил, а если, говорят, ты её не убьешь, то мы тебя убьём». Матушка ответила: «Да воскреснет Бог, да расточаться врази Его… Ты что?! Давай скорее умойся!» Топор у него из руки выпал. Матушка встала, помогла мужу умыться. Ей пришлось рассказать ему про святыню. Матушка сказала мужу: «Я уйду из дома, если не уйду, то они тебя замучают. Супруг не соглашался, чтобы матушка ушла. Тогда матушка говорит: «Пост, только постом можно спастись – 40 дней будем воздерживаться от пищи и молиться». Муж согласился. Постепенно с него всё сошло. Так за святыню, которую хранила матушка Любовь, враг нападал на неё. (Следует отметить, что перед смертью Мартын Иванович принял монашество с именем Симеон.)

Протоиерей Димитрий Дудко знал матушку, она к нему приезжала. (Протоиерей Димитрий Сергеевич Дудко (1922- 2004 гг.)) У них были духовные встречи. В 1975 году, она приехала к нему, рассказала ему всю эту историю, как к ней пришел монах из застенков от Святителя Митрополита Петра и передал вот эту Святыню… Протоиерей Димитрий никак не мог понять…, как…, почему передано было женщине. А в Евангелие сказано, что во Христе Иисусе же нет ни мужского пола, ни женского, но нова тварь. То есть новое творение Божие (ибо «несть мужеской пол ни женский», но во Христе — новое творение).

На вопрос: «Куда это делось?» Матушка ответила, что ей пришлось все это сжечь, потому, что было очень сильное гонение. (Вероятно, матушке было открыто поступить так, а не иначе…)

После кончины матушки старец Даниил засвидетельствовал о праведной ее жизни.

И говорил, что её прославят… Самый большой дар – это любовь. И она этот дар любви, так же, как и отец Даниил, стяжала, своей жизнью, и своими скорбями…

Один человек, который знал матушку Любовь более 25 лет, сказал о ней: «Это гений христианства!» Она действительно, знала все Писание, весь Ветхий Завет и Новый Завет. Даже буквально по главам, по стихам, она жила этим. (Отец Иоанн Кронштадтский написал книгу – «Моя жизнь во Христе». Этот Великий Праведник мог так написать, потому, что он действительно жил только Христом, он жил в Церкви, он жил Ею и в Ней. Он жил службами и Литургиями!) Матушка тоже жила именно Священным Писанием и жила Духовной жизнью, глубокой, внутренней духовной жизнью, очень любила церковные службы… Это отличительная черта, верного слуги Божия, истинного христианина. Не достаточно лишь исполнять церковные обряды. Для спасения важна — праведная жизнь. Правая вера! Когда человек ведет внутреннюю духовную жизнь — борется со страстями, борется со своими плохими наклонностями, приносит покаяние… И отличает его верность Богу».

По свидетельству отца Димитрия старица Любовь молила Господа, чтобы Он дал поболеть ей перед смертью. Господь исполнил ее прошение. Прошла Пасха 1997 года. На Светлой седмице отец Димитрий поехал к старцу Даниилу. Из воспоминаний отца Димитрия: «В этом году Великим постом в Донском монастыре было Мироварение. Старец Даниил благословил миро и для матушки. Но миро, какое? Над которым не была еще прочитана последняя молитва, после которой Миро становится той святыней, которая используется в трех случаях: во время крещения, при Великом освящении храма, и при помазании на царство.

По возращении в храм я прихожу к матушке и говорю ей: «Матушка, вот Вам от батюшки миро». Она возрадовалась, а на следующий день меня зовет к себе, и говорит:

— Батюшка, забери миро. Я не могу — я не достойна. Это такая большая Святыня! (У неё было большое благоговение к Святыне).

— Матушка, ну как же так? Отец Даниил это вам передал.

— Нет, что хочешь, делай, только я не могу, у себя его оставить.

— Давайте, раз отец Даниил благословил, я вас им и помажу. На голову вылью.

Она согласилась. Платок сразу сняла, и я крестообразно возлил ей на голову… Матушка, довольная, вся светится… Вся благоухает…»

Это было в пятницу на Светлой Седмице в день празднования иконы Божией Матери «Живоносный источник». А с воскресения на понедельник у схимонахини случился тяжелейший инсульт… (Уже после смерти матушки Любови вспомнилось отцу Димитрию Евангельское повествование о том, как перед крестными страданиями и смертью Спасителя, нашего Господа Иисуса Христа, пришла к Нему грешница с алавастровым сосудом мира и помазала Его… «Когда же Иисус был в Вифании, в доме Симона прокаженного, приступила к Нему женщина с алавастровым сосудом мира драгоценного и возливала Ему возлежащему на голову. Увидев это, ученики Его вознегодовали и говорили: к чему такая трата? Ибо можно было бы продать это миро за большую цену и дать нищим. Но Иисус, уразумев сие, сказал им: что смущаете женщину? она доброе дело сделала для Меня; ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда имеете; возлив миро сие на Тело Мое, она приготовила Меня к погребению…» (Мф. 26,6-12))

Из воспоминаний священника Димитрия: «5 мая 1997 года у матушки случился обширный инсульт (вся правая сторона была парализована). Говорить не может, двигаться она не двигалась, но все понимала. Ничего она ни ела, ни пила, пролежала так ровно неделю до следующего воскресения… Утром в понедельник я соборовал её. Во вторник на Радоницу — причастил. 11 мая в воскресенье на праздник жен-мироносиц в 10 часов утра после окончания литургии пришёл в келью и причастил матушку последний раз.

Как матушку Любовь причастил, у неё ноги начали холодеть…. Как вот она раньше рассказывала о смерти праведника – «холодеть начали». И через сорок минут после Причастия она мирно отошла ко Господу. Тихо, тихо, тихо. Как свеча, догорает, раз и все… И мы вызвали врача местного, она пришла, как бы освидетельствовала, констатировала смерть матушки… (Паспорта у матушки не было…)

В Храме гроб с телом матушки стоял одну ночь. 13 мая состоялось отпевание, которое возглавил архимандрит Даниил (Сарычев). (Во время прощания старец Даниил сказал: «У гробика матушки легко дышится!» Приезжал архимандрит Даниил помолиться на ее могилке на 9-й и 40-й день.

Еще при жизни, матушка Любовь желала быть погребенной на территории своего последнего земного странствия. Господь вполне исполнил ее прошение. Схимонахиня Любовь погребена на территории храма Живоначальной Троицы, в поселке Измайлово, Московской области. После кончины матушки старец Даниил засвидетельствовал о праведной ее жизни. И говорил, что ее обязательно прославят!» (Следует отметить, что по благословению старца Даниила на его пожертвование над местом упокоения схимонахини Любови была возведена часовенька. До храма Живоначальной Троицы можно добраться от ст. м. Пражская авт. 296 до автобусного круга, пересадка на авт. 297, ехать до остановки «Институт садоводства»)

И сейчас старица не оставляет своего духовного сына, он чувствует её молитвенную помощь по сей день, говорит: «Все эти годы благодаря ее молитвам, Господь хранил и хранит меня». Весьма непростая ситуация сложилась на новом приходе в селе Булатниково (отцу Димитрию дали второй приход). По молитвам старицы Любови и старца Даниила, 25 марта 2006 года состоялась закладка нового храма в Булатниково. В этом же году новый храм, по милости Божией, был построен.

Старица Любовь, моли Бога о нас!

Архимандрит Даниил (Сарычев) (1912-2006 гг.)

Архимандрит Даниил (Сарычев) родился 14 января 1912 года в деревне Зверево (Рязанская обл., Сторожиловский район) в крестьянской семье.

Из воспоминаний архимандрита Даниила: «Очень мне хотелось быть канонархом, и я часто молил об этом Господа. И вот когда мне было одиннадцать лет, моя мечта сбылась, и я стал канонархом Данилова монастыря…» По свидетельству современников у канонарха Ивана была уникальная память, абсолютный слух, он обладал сильным и красивым голосом (альт), знал наизусть многие мелодии религиозных песнопений. Многие верующие специально приходили в монастырь послушать юного канонарха. К 1930 году Данилов монастырь был закрыт. (В стенах монастыря разместили детский приемник-распределитель. Воссоздание монастыря началось лишь в 1983 году.)

Более пятидесяти насельников монастыря, проходивших по «делу о даниловском братстве» приняли мученическую кончину. Всю свою долгую жизнь архимандрит Даниил (Сарычев) помнил сотни имён подвижников благочестия, он не уставал рассказывать о них, старался приблизить тот день, когда они будут прославлены.

В юности архимандриту Даниилу посчастливилось получить благословение Святейшего Патриарха Тихона, он удостоился проводить в последний путь Святителя Тихона, ему суждено было дожить и до прославления Святителя.

Из воспоминаний старца Даниила:

«В 29-м году закрыли Троицкий собор нашего монастыря, в конце 30-го года и весь монастырь, который оставался последним действующим монастырем в Москве. Мощи благоверного князя Даниила Московского перенесли в находившийся за монастырской оградой, не принадлежащий к монастырю храм Воскресения Словущего. Туда же перешел из монастыря и любительский смешанный хор, регентом которого стал я…» (Позже в течение девяти с половиной лет он руководил хором в храме святителя Николая на Новокузнецкой.)

В 40-е годы Иван Сергеевич Сарычев руководил хором в храме святителя Николая (на Новокузнецкой), в 50-60 годы – хором в храме Ризоположнения (на Донской улице) и хором в Малом соборе Донского монастыря

27 апреля 1970 года в Троице-Сергиевой Лавре архимандрит Наум (Байбородин), постриг Ивана Сергеевича в монашество с именем Даниил. 17 декабря 1978 года состоялась диаконская хиротония (рукополагал Ивана Сергеевича — Святейший Патриарх Пимен (Извеков)). 2 августа 1988 года в Даниловом монастыре состоялась пресвитерская хиротония. (Через несколько лет уже в Донском монастыре иеромонах Даниил будет возведен в сан игумена.)

В 1990 году Донской монастырь был передан Московской Патриархии, и началось возобновление монашеской жизни. Освящение большого Донского собора состоялось 18 августа 1991 года. В 1991 году отец Даниил стал насельником Донского монастыря. 7 апреля 2000 года отец Даниил был возведен архиепископом Истринским Арсением (Епифановым) в сан архимандрита.

Из воспоминаний насельников Донского монастыря: «Это был великий молитвенник за Россию. За духовным советом к батюшке приходили многие люди со всех концов страны. Наделенный особыми духовными дарами, отец Даниил к каждому находил особый подход».

По рассказам современников архимандрит Даниил был старцем высокой духовной жизни, наделённый особыми духовными дарами. По свидетельству духовных чад старца — по молитвам прозорливого старца Даниила происходили чудеса исцеления, (исцелялись и верующие, страдавшие различными видами онкологических заболеваний), одинокие люди, потерявшие всякую надежду, обретали семейное счастье, в неблагополучные семьи возвращались мир и любовь, у бездетных супругов рождались дети.

Из воспоминаний рабы Божией Екатерины: «…Батюшка обладал великой любовью ко всем нам, и настоящей отцовской строгостью, дабы воспитать нас в Вере Православной, не поддельной, а истинной!

По его молитвам многое в жизни людей устраивалось. Решалось множество житейских проблем, проблем с работой, учёбой. Его всегда окружало великое множество людей… К Батюшке приезжало огромное количество людей с разных мест. Это были люди разного социального статуса, от министра, до простого люда. И для всех он находил время. Помогал своей молитвой, имеющей колоссальную силу».

24 июля 2006 года девяносточетырехлетнего старца Даниила, ослабшего во время длительной, изнурительной болезни, доставили в пятую городскую больницу с диагнозом двухстороннее воспаление лёгких.

8 сентября 2006 года, в праздник Сретения Владимирской иконы Пресвятой Богородицы, архимандрит Даниил последний раз удостоился принять Святые Дары.

Состояние старца ухудшалось с каждой минутой, священник Димитрий Шпанько начал читать отходную молитву. (Он успел трижды прочесть отходную).

В 22 часа 45 минут 8 сентября 2006 года старейший насельник московского Донского монастыря архимандрит Даниил (Сарычев) мирно отошел ко Господу.

В воскресенье 10 сентября в Большом Донском соборе обители состоялось отпевание архимандрита Даниила. Отпевание возглавил епископ Красногорский Савва (Волков). Епископ Савва отметил, что душа человека, который сподобился причаститься в день смерти, проходит к престолу Господню, минуя мытарства. Такое случается с высокими подвижниками или с людьми с исключительно чистыми сердцем.

Собор был переполнен верующими, духовные чада собрались в этот день проводить своего дорогого батюшку в последний путь. Архимандрита Даниила похоронили на кладбище Донского монастыря при большом стечении верующих и духовенства.

Господи, упокой душу архимандрита Даниила, со святыми упокой, и его молитвами спаси нас!

Прозорливые старицы Спасо-Влахернского монастыря

Схимонахиня Серафима (Кочеткова) и схимонахиния Мария (Буторова)

Схимонахиня Серафима (в миру Мавра Кочеткова) родилась в 1858 году. О жизни схимонахини Серафимы известно мало, лишь то, что в юности она решила посвятить себя служению Господу, тайно была пострижена в монашество, в число послушниц Спасо-Влахернского монастыря была определена в декабре 1908 года, а 7 августа 1909 года состоялся постриг в схиму. В монастырской книге отмечено, что матушка Серафима была неусыпная молитвенница и великая постница. Двадцать лет пролежала парализованная. Была прозорлива.

К прозорливой старице за духовным советом приезжали страждущие со всей округи, случалось, что схимонахиня давала ответ пришедшим еще до того, как они успевали поведать свое горе или обратиться с вопросом.

Глубоко почитал и часто посещал схимонахиню Серафиму епископ Дмитровский Серафим (Звездинский) [17].

Прозорливая старица со смирением несла крест болезни. Она предсказала день своей кончины, и предупредила, что в день ее похорон монастырь постигнет большая беда. Так и произошло — вспыхнул большой пожар, пришло известие об окончательном закрытии обители.

Многие верующие почитавшие матушку приходили после её блаженной кончины, на её могилу и получали благодатное утешение. (И в наши дни, страждущие получают облегчение в скорбях.)

После кончины схимонахини Серафимы слепая старица схимонахиня Мария окормляла её духовных чад. Она имела особый дар духовного зрения, так что приходившие к ней не замечали того, что она слепа. Прозорливой старице были открыты мысли приходящих к ней людей, часто она отвечала на вопрос, прежде чем посетители успевали вымолвить и слово.

Схимонахиня Мария (в миру Мария Семеновна Буторова) родилась в крестьянской семье. В 4 года ослепла, родители отдали девочку в монастырь. По свидетельству современников матушка Мария всегда творила умную молитву, пребывая в радости о Духе Святом. Многих верующих людей старица утешала в скорбях.

Похоронили матушку Марию в той же ограде, что и схимонахиню Серафиму.

(К сожалению, нам не известен год кончины старицы Марии.)

Шли годы, строения монастыря разрушались, но не зарастала тропинка к могилкам подвижнец. А когда недалеко от места захоронения схимонахинь началось строительство жилого дома, было принято решение о перезахоронении их останков. 2 октября 1987 года останки схимонахини Марии и схимонахини Серафимы были погребены у алтаря церкви Вознесения села Перемилово близ г. Яхромы.

Господи, упокой души схимонахини Серафимы и схимонахини Марии, со святыми упокой, и их молитвами спаси нас!

Краткая история Спасо-Влахернского монастыря

Своим возникновением Спасо-Влахернский женский монастырь обязан благочестивому семейству Головиных. На протяжении столетия (1798-1890г.г.) Головины строили в своем родовом имении – селе Деденево храм во имя Спаса Нерукотворного, в этот храм Головины передали хранившиеся у них старинные иконы, более трехсот частей святых мощей, церковную утварь.

С 1836 года отделкой храма занимался Гавриил Павлович Головин. Мать владельца села Анна Гавриловна (урожденная княжна Гагарина) пожелала устроить в селе женское общежитие по примеру первоначального заведения Спасо-Бородинского монастыря, по правилам существующего постановления о Троицкой Одигитриевой (Зосимовой) пустыни, с тем, чтобы впоследствии можно было обратить общежитие в монастырь.

В 1852 году подали прошение о учреждении общежития, на которое в том же году было получено Высочайшее соизволение. Головины пожертвовали будущему монастырю землю, усадьбу с шестью деревянными и одним каменным флигелем, мукомольную мельницу и каменный двухэтажный дом в Москве.

Митрополит Московский и Коломенский Филарет (Дроздов) назначил начальницей общежития послушницу Елизавету из Дивеевской обители. (Елизавета Андреевна Татаринова была родом из дворян).

Попечительница Анна Гавриловна в 1853 году приняла пострижение в рясофор с именем Иоанны, с тем же именем в 1855 году приняла пострижение в схиму и в 1856 г. скончалась.

Открытие общежития состоялось в 1854 году. В 1862 году община была переименована в общежительный монастырь. Начальница общежития Елизавета Андреевна 7 августа 1862 года была пострижена в иночество с именем Серафимы и 23 сентября возведена митрополитом Филаретом в сан игуменьи, в котором пробыла 35 лет. Заботясь о внешнем благолепии монастыря, матушка Серафима не оставляла своим попечением и внутреннего его устроения. Благочинный монастырей Московской Епархии архимандрит Пимен пишет следующее: «Относительно духовного устроения нельзя не поблагодарить начальницу: она бдительно старается соблюсти своих духовных чад от зла, праздности, пустословия, и для сего, во время работ младших сестер, всегда присутствует какая-нибудь старица и читает отеческие и душеполезные книги. Видно, что духовное семя сего великого подвижника нашего времени, блаженного старца Серафима, посеянное им в обители Дивеевской, оттуда проникло и в отдаленный от оной сей новый рассадник монашеского трезвения».

5 июня 1891 года обитель посетили Великий Князь Сергей Александрович со своею супругою Великою Княгинею Елизаветой Федоровной.

Игуменья Серафима скончалась в глубокой старости 31 июля 1897 года, её преемницей — настоятельницей Спасо-Влахернской обители стала казначея Леонида (в миру Лидия Михайловна Фризель, девице из дворян, пришедшая в святую обитель в 1859 году из Дивеевского монастыря). Сохранилась переписка матушки Леониды с прп. Амвросием Оптинским. При ней святая обитель во многом улучшилась: была построена новая каменная трапезная, аптека, больница, приглашен врач для сестер, исправлен корпус иконописной мастерской, построенный при игуменье Серафиме.

Следует отметить, что к 1914 году число монашествующих вместе с послушницами достигло 300 человек. Перед революцией 1917 года многие верующие из разных мест приезжали Спасо-Влахернский монастырь к старицам схимонахине Серафиме и схимонахине Марие за советом, помощью и наставлением.

В 1922 году монастырь был официально закрыт советской властью. Монахини организовали сельхозартель. В 1924 году комиссия обнаружила, что в «артели» сохранился монастырский уклад жизни, поэтому артель была ликвидирована — монахинь выгнали. Частично здания монастыря занял инвалидный дом, но службы при Спасском храме продолжались, и монахини жили в оставшихся незанятых монастырских постройках при храме. Окончательное разорение произошло около 1931 года.

27 мая 1931 года арестовали 40 монахинь Спасо-Влахернского монастыря, живших в окрестных деревнях. Среди арестованных была и инокиня Параскева (преподобноисповедница Параскева)

Долгие годы монастырь ветшал и разрушался, без боли нельзя было смотреть на величественные руины. Наконец, спустя семь десятилетий началось возрождение святой обители.

При открытии монастыря 20 апреля 2001 года в обитель вернулась и великая святыня гипсовый образ Спасителя в Терновом венце (святыню передал настоятель Вознесенского храма протоирей Анатолий (Пахмутов).

По преданию, перед этим образом Спасителя исцелились две слепорожденные девочки по молитвам священномученика епископа Серафима (Звездинского). После закрытия монастыря чудотворная икона сохранялась в храме Вознесения Господня с. Перемилово.

(Восстановление монастыря требует огромных сил и средств, обитель нуждается в помощи благотворителей. Адрес: Село Деденево, Дмитровский район, Московская область)

Старицы Спасо-Бородинского монастыря [19]

Схимонахиня Сарра († 1911 г.)

Традиция старчества в Спасо-Бородинском монастыре зародилась при игуменьи Марии (Тучковой, † 1852 г.), духовной дочери святителя Филарета Московского, обладавшей, даром утешения. После ее блаженной кончины духовно окормляла обитель схимонахиня Сарра (Потемкина, † 1911 г.), духовное чадо известного подвижника, старца Зосимы (Верховского, (1767-1833 гг.) (В июле 2000 года старец Зосима был прославлен как местночтимый в Московской епархии в лике преподобного.)

Схимонахиня Сарра родилась в знатной семье Потемкиных. Известно, что она поступила в монастырь отроковицей. Прозорливый старец Зосима благословил ее на жительство в Спасо-Бородинский монастырь к игумении Марии. Нелегок монашеский путь, трудно было молодой послушнице в Спасо-Бородинском монастыре, она решила перейти в другой монастырь. Узнав об этом, игуменья Мария с грустью заметила, что там её ждут лишь скорби и болезни. Предсказание сбылось, послушница со слезами пришла проситься обратно в родную обитель. Любвеобильная игуменья Мария приняла её с любовью. Страдания сказались на здоровье монахини, и до конца жизни она не могла ходить, ее носили. Слабая телесно, но сильная духом, она помогла многим людям, обращавшимся к ней за помощью. К ней шли за советом и с просьбой помолиться. Старец Амвросий Оптинский говорил ее духовным чадам: «Она у вас столп и молитвенница. Хоть в этой жизни мы с ней не свидимся, а духом часто беседуем. Я надеюсь на милосердие Божие, что мы увидимся с ней в будущей жизни». По свидетельству современников старица Сарра была маленького роста – «помещалась в бельевой корзинке».

По молитвам старицы Сарры исцелялись больные, к её советам многие прислушивались. По совету старицы у бесплодной родственницы одной из монахинь родился сын. Старица Сарра посоветовала женщине, десять лет страдавшей бесплодием отслужить в Спасском храме молебен Спасителю и преподобному Сергию, а потом — панихиду по игумений Марии. Через год у этой женщины родился сын.

Очень любила старица монахиню Митродору, она часто беседовали с ней о спасении, о делах Божиих, и однажды сказала: «А ты, Митродорушка, будешь выше меня» (В 1915 году монахиня Митродора приняла схиму с именем Рахиль).

Господи, упокой душу схимонахини Сарры, со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Преподобная Рахиль Бородинская (1833-1928 гг.)

Схимонахиня Рахиль (в миру Мария Короткова) родилась в богатой купеческой семье в городе Дорогобуже Смоленской губернии. С детства она отличалась особой набожностью, любовью к молитве, милосердием к нищим. В четырнадцать лет она вместе с подругами отправилась в паломничество в Киево-Печерскую Лавру. Придя туда, они решили сразу поклониться мощам преподобного Феодосия. Прикладываясь к раке, Мария увидела у изголовья старца, он заговорил с ней. Отвечая на ее сокровенное желание уйти в монастырь, старец сказал, что со временем оно исполнится. На обратном пути домой встретился им юродивый и закричал: «Вот какая счастливая! С самим преподобным Феодосием беседовала». Только тогда Мария поняла, что это был за старец. С этого времени преподобный до конца жизни был ее покровителем.

В семнадцать лет в Болдинском монастыре Мария исцелилась от тяжелой болезни глаз, после чего дала обет уйти в монастырь. В восемнадцать лет Мария тайно ушла из дома. Несколько лет она подвизалась в Смоленском Вознесенском монастыре.

В 1861 году, по милости Божией, она была принята в Святогорскую Успенскую пустынь Изюмского уезда Харьковской губернии.

В 1867 году будущая старица была переведена в Серпуховской Владычный монастырь. В монастыре она приняла иноческое пострижение от Митрополита Московского Филарета (Дроздова) с именем Павла.

В 1872 году по просьбе настоятельницы Спасо-Бородинского монастыря схиигуменьи Алексии (бывшей казначеи Владычней обители) она перешла в Спасо-Бородинскую женскую обитель. На второй седмице Великого поста, 13 марта 1885 года рясофорная послушница Павла была пострижена в мантию с именем Митродора, и вскоре ей было дано послушание алтарницы. Непосредственно перед этим назначением ей во сне явился преподобный Феодосий Печерский, благословляя принять из рук его кадило. Монахиня Митродора сподоблялась видеть ангелов у Престола, белого голубя над Святыми Дарами, ей также дано было видеть духовное состояние священников, что впоследствии проявилось в ее наставлениях иереям и мирским людям.

Главным и самым продолжительным ее послушанием была работа сначала на игуменской, а потом на общемонастырской кухне. Работа шла легко, потому что она за все принималась с молитвой к Богородице, прося ее благословения, вразумления и помощи в каждом деле. В 1912 году, в юбилейные Бородинские дни, она удостоилась чести готовить для царского стола. Тогда обитель Бородинскую посетил Государь Император Николай II с Царственной Фамилией. Монастырская трапеза так им понравилась, что Императрица пожелала видеть монахиню, которая ее приготовила, позже монахиня Митродора была удостоена чести быть представленной и Государю.

Особенно ревностно монахиня Митродора относилась к поминовению воинов, убиенных в 1812 году, которое было обязательным для всех сестер Спасо-Бородинского монастыря. Часто во сне она видела их в белых одеяниях с венцами на головах. Были и такие, у которых не было венцов, но с каждым годом число их уменьшалось, а число увенчанных росло. В последний же год своей жизни она видела, что воины заполнили весь монастырь.

Очень тесное духовное общение установилось у нее со старицей схимонахиней Саррой. Две подвижницы часто беседовали о спасении, о делах Божиих, и однажды матушка Сарра сказала: «А ты, Митродорушка, будешь выше меня». Слова старицы Сарры исполнились. Проходя обычные монастырские послушания, монахиня Митродора росла духовно. Когда ей было уже более семидесяти лет, Господь известил её, что в скором времени ей суждено удостоиться высшего монашеского чина.

17 ноября 1915 года монахиня Митродора была пострижена в схиму с именем Рахиль. Когда она в посте и молитве пребывала в храме после пострига, ей вновь явилась Матерь Божия. После принятия схимы матушка Рахиль была назначена старшей в богадельне.

К схимонахине стали обращаться за советом и наставлениями сестры обители и богомольцы, а однажды даже попросили благословить их. Старица всю ночь усердно молилась, а под утро, задремав в кресле, в тонком сне увидела Матерь Божию, Которая благословила ее и сказала: «Все твои прошения о людях будут исполняться. Я Сама буду благословлять тобою благословляемых». Это было благословение на подвиг старчества. В тяжелые послереволюционные годы многие приходили к старице и получали от нее мудрые духовные советы и благодатные утешения. Из многочисленных свидетельств современников известно о ее прозорливости и чудесах.

В сложное для России время, когда многие монастыри закрывались, а монашествующие изгонялись и преследовались, Спасо-Бородинский монастырь закрыть не посмели. Придя в монастырь, представители новой власти зашли к матушке Рахили. Перед ними сидела маленькая, худенькая доброжелательная старушка, которая предложила им выпить чаю. Когда же они захотели уйти, то почувствовали, что не могут двинуться с места, будто приросли к стульям. Им пришлось по неволе просить старицу, чтобы она благословила их уйти. Только после ее молитвы они смогли уйти, пообещав, что монастырь не закроется, пока она жива. (В 1928 году, после смерти старицы, монастырь закрыли. Долгое время в нем был музей, и лишь в 1992 году здесь появились новые насельницы.)

8 сентября 1928 года прозорливая старица предупредила своих духовных чад, что видится с ними в последний раз. Она попросила позвать к себе монастырского духовника отца Андрея со Святыми Дарами и приобщилась в последний раз. С этого момента она больше ничего не вкушала. Схимонахиня Рахиль скончалась в первом часу ночи с 9 на 10 октября 1928 года, хоронили ее в канун праздника Покрова Пресвятой Богородицы на кладбище за юго-восточной стеной обители, над её могилой позже была построена часовня.

Незадолго до смерти старица Рахиль говорила своим духовным чадам: «Кто меня будет помнить, того и я не забуду. Приходите ко мне на могилку, и вы получите облегчение и утешение. Я и после смерти буду помогать». Слова прозорливой старицы исполнились по ее блаженной кончине, приходящие к ее могилке, обретали утешение, получали исцеление от телесных и душевных недугов.

28 июля 1996 года по благословению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия Второго старица Спасо-Бородинского монастыря схимонахиня Рахиль была причислена к лику местночтимых святых Московской Епархии.День празднования церковной памяти преподобной Рахили – 27 сентября/10 октября.

В главном Владимирском соборе Спасо-Бородинского монастыря есть икона преподобной, на ней она держит свиток и в нем написаны слова, обращенные к каждому из нас: «На что призван, то и исполняй. Все земное заманчиво. Над голубым сводом есть еще небо, куда должны стремиться все живущие».

Преподобная мати Рахиль, моли Бога о нас!

Санкт–Петербургские подвижницы

Блаженные старицы 20 столетия, жившие в Санкт — Петербурге и его окрестностях, подобно своим великим предшественницам, жившим в 18-19 веках, за свою подвижническую жизнь и великое терпение и смирение обрели дерзновение молитвенно предстоять за страждущих пред Господом. Приведем краткое жизнеописание наиболее известных Петербургских праведниц последних столетий.

Ныне известная всему православному миру блаженная Ксения, потеряв в 26 лет любимого супруга, умершего без христианского приготовления, Андрея Феодоровича Петрова, (бывшего певчего придворного хора, служившего в звании полковника) начала подвиг юродства, чтобы умолить Создателя о помиловании внезапно скончавшегося супруга.

Молодая вдова отказалась от всех благ мира, надев на себя одежду супруга, стала скитаться по улицам Петербурга, сообщая всем, знавшим ее: «Ксеньюшка моя скончалась, и мирно почивает на кладбище, аз же грешный весь тут».

Долгие годы блаженная Ксения безропотно несла свой спасительный подвиг, непрестанно молясь, терпеливо переносила насмешки и побои, зной и стужу.

За соё великое смирение и любовь к ближним, блаженная Ксения удостоилась великих даров Святого Духа: дара прозорливости и исцеления. По свидетельству современников – её предсказания сбывались, по её молитвам исцелялись больные люди, блаженная помогала в устройстве семейного быта бедных людей.

Блаженная Ксения, подвизавшаяся 45 лет в подвиге юродства, отошла ко Господу в самом начале XIX века. Великая подвижница была погребена на Смоленском кладбище Петербурга, где в свое время она помогала строить церковь. (Когда началось строительство новой каменной церкви на Смоленском кладбище блаженная тайно по ночам, поднимала кирпичи и складывала на лесах.)

Чудеса исцелений по молитвам блаженной Ксении не прекратились и после ее смерти. В 1902 году над могилой блаженной Ксении была построена часовня с мраморным иконостасом и надгробием. В 1988 году блаженная Ксения была причислена к лику святых. (День памяти блаженной Ксении – 24 января/6 февраля)

Тропарь, глас 7:

Нищету Христову возлюбивши, безсмертныя трапезы ныне наслаждаешися, безумием мнимым безумие мира обличивши, смирением крестным силу Божию восприняла еси. Сего ради дар чудодейственныя помощи стяжавшая, Ксение блаженная, моли Христа Бога избавитися нам от всякаго зла покаянием.

Более 30 лет подвизалась в подвиге юродства блаженная Анна, продолжая молитвенное предстательство пред Господом за град святого Петра, начатое блаженной Ксенией.

Известно, что блаженная Анна родилась в состоятельной семье, закончила один из институтов Петербурга, после потери любимого юноши (он неожиданно для Анны женился на другой девушке) вступила на путь юродства.

По свидетельству современников блаженная Анна, облаченная в рубище, в белом чепце на голове, повязанном ситцевым платком, с огромным мешком за плечами и палкой в руках, обходила улицы города, по пути обличала гордость и заносчивость, предупреждала, предсказывала.

Блаженная Анна отошла ко Господу в 1853 году, по свидетельству очевидцев с 1 по 5 июля 1853 г. тысячи людей спешили к Спасской церкви на Сенной площади, чтобы попрощаться с почившей Санкт-Петербургской юродивой Анной. В день похорон — 5 июля — на Смоленском кладбище собралось около 40 тыс. человек. На протяжении многих десятилетий верующие петербуржцы, приходя на Смоленское кладбище, неизменно служили панихиды о рабе Божьей Анне вместе с блж. Ксенией. (К сожалению, часовня над могилой юродивой Анны не сохранилась. ((Анна Ивановна Лукашева, в некоторых литературных источниках указана фамилия — Лашкина).

Петербуржцы хранят в памяти имена и других подвижниц. На Смоленском кладбище погребены почитаемые народом блж. Марфа, Матрона, Ирина, Анна Ивановна Комиссарова, Ольга Ивановна, на Шуваловском кладбище — блж. старица Мария.

Вспоминая имена подвижниц, почитавшихся в 19 веке в городе святого Петра, хочется вспомнить и имя старицы Параскевы (Параскева Ивановна Ковригина (1816-1886 гг.). В книге «Источник живой жизни», повествующей о жизни и деятельности великого молитвенника и чудотворца, святого праведного Иоанна Крондштадтского(1829-1908 гг.), изданной в начале 20 столетия, можно найти материал о старице Параскеве.

Параскева Ивановна Ковригина родилась 14 октября 1816 года в крестьянской семье в деревне Фалагино (недалеко от г. Галича, Костромская губерния). Параскева была в семье младшей, с детских лет она отличалась смирением и кротость.

С двадцати летнего возраста Параскева стала часто посещать Решминскую обитель, здесь она и нашла духовного руководителя, прозорливого старца иеромонаха Илариона.

Духовный отец будущей старицы, старец Иларион, перед смертью благословил матушку Параскеву перебираться в Кронштадт, он сказал: «Там есть светило церкви Христовой – отец Иоанн, тебе должно служить при нём!»

По свидетельству составителя книги Н.И. Большакова († 1910 г.): «В то время в отце Иоанне Сергееве народ не видел ещё ничего выдающегося… Жителям Кронштадта… не могло не бросится в глаза того необычного обстоятельства, как Параскева Ивановна подолгу прогуливалась по улицам города с о. Иоанном Сергеевым, а также всюду сопровождала его, смиренно беседуя с ним, внимательно слушая его назидания…

Когда Параскева оставалась наедине, (толпа) осаждала её с расспросами об отце Иоанне, и о причине её долгих бесед с ним…Параскева Ивановна… просто объясняла им, как благотворно для духа действуют беседы о. протоиерея Сергеева и как обновляется человек, искренне раскрывший душу свою перед ним на исповеди… Образовалось… небольшое общество, которое переследовало Ковригину, имея … целью побеседовать с ней, раскрыть свои душевные и сердечные раны…, когда стеснялись сообщить что-либо… лично отцу Иоанну Сергееву…

Она убедила …о. протоиерея Иоанна устроить духовные беседы в достойных домах, для жаждующих духовного спасения… В 1881 году, Параскева Ивановна, не довольствуясь утвердившимися духовными беседами в Кронштадте, спешит в столицу… Нашлась и в Петербурге плодородная почва для духовного посева… Старица Параскева знакомит многие семейства с сим любящим пастырем, по молитвам которого в этих семействах, страждущих разнообразными недугами –водворялся мир, уничтожается супружеская неверность и несогласия или непокорность родительской воле, утверждается уважение к священным лицам…

Сильное духовное влияние старица Параскева имела и на всех, кто обращался к её посредничеству. И таких лиц было очень много…»

Пройдёт много лет и отец Иоанн Кронштадтский на вопрос о том, как и когда он начал молиться о больных и одержимых, вспоминая первые годы служения в Кронштадте, ответит:

«…Я боролся со злом обычными в пастырском деянии мерами и не только не выступал, как общий молитвенник и предстатель пред Богом, но даже и в глубине своей души такого желания и намерения не имел. Господу Богу угодно было поставить меня на иной путь. Случилось это таким образом: в Кронштадте жила благочестивая, прекрасной души женщина, Параскева Ивановна Ковригина, отдавшая себя на служение ближним. Она стала убедительно просить меня помолиться за того или иного страждущего, уверяя меня, что молитва моя за них будет действенна и для них полезна. Я же всё время отказывался, совершенно не считая себя достойным быть особенным посредником между людьми, нуждающимися в помощи Божией, и Богом. Но неотступные просьбы и уверения Параскевы Ивановны в помощи Божией, наконец, победили меня, и я, с твёрдым упованием и надеждою, стал обращаться с мольбой к Богу об исцелении болящих и расслабленных духом и телом. Господь слышал мои, хотя недостойные, молитвы и исполнял их: больные и расслабленные исцелялись. Это меня ободрило и укрепило. Я всё чаще и чаще стал обращаться к Богу по просьбе тех или других лиц, и Господь за молитвы наши общие творил и творит доселе многие дивные дела. Много чудес совершилось и совершается. В этом я вижу указание Божие мне, особое послушание от Бога — молиться за всех, просящих себе от Бога милости. Поэтому я никому не отказываю в своей молитве и для посещения больных по их просьбе езжу по всей России».

24 сентября 1886 года старица Параскева мирно отошла ко Господу. 27 сентября 1886 года, на погребении матушки Параскевы, Великий Пастырь сказал: «…Правда не только жизнь твоя, но и смерть твоя для всех, знавших тебя, весьма назидательна и поучительна. Ты своим словом и примером многих привлекла к Святой Церкви и блаженному житию: многих научила чаще исповедоваться и приобщаться Святых Таин для укрепления в Христовой жизни. И скончалась ты мирно и назидательно, с молитвой на устах и в твёрдом уповании на милость Божию к тебе и по смерти…

Да водворит Господь душу твою в селения праведных, откуда отбегает болезнь, печаль и воздыхание. Аминь»

Приведём отрывок из статьи «Похороны крестьянки П.И. Ковригиной», опубликованной в газете «Кронштадтский вестник», №117, октябрь 1886.

«В субботу, 27-го сентября, в церкви Дома трудолюбия происходило отпевание тела крестьянки Ярославской губ. Параскевы Ивановны Ковригиной. Покойная принадлежала к последовательницам нашего уважаемого протоиерея о. Иоанна. Она… вела подвижническую жизнь, отказалась задолго до смерти от употребления мясной пищи, кофе, чая и разного скоромного и постного масла, не пропускала ни одной божественной службы и, как говорят, имела дар предсказания. Чрез ее прославление о святости жизни и добродетелях отца Иоанна, последний сделался известным не только в Петербурге, но почти по всей России и даже за границей…

Отпевание и самые похороны происходили при торжественной обстановке. Литургию и отпевание совершал о. Иоанн в сослужении диакона и при хоре певчих… Не только храм, но и Медвежья улица были переполнены народом, в котором преобладал женский пол, и в числе женщин мы заметили много дам, принадлежащих к интеллигентному купечеству и дворянскому сословию.

Во время Литургии и отпевания многие из присутствующих плакали, и прощание с покойной происходило очень долго. По окончании богослужения, белый глазетовый гроб с останками покойной был вынесен из церкви богомолками, которые изъявили желание донести его на руках до места последнего упокоения… Последовательницы решили ежедневно по очереди ходить на кладбище и на могиле по ней совершать панихиды, и, кроме того, устроить подписку и на собранные деньги над ее прахом устроить часовню, наподобие часовни известной всему Петербургу Ксении, погребенной на Смоленском кладбище».

Впоследствии на могиле старицы Параскевы на кронштадтском Троицком кладбище была возведена каменная часовня, чудом сохранившаяся до наших дней. (24 сентября/7 октября – день памяти старицы Параскевы)

Блаженная Матронушка-босоножка (Петербургская) (1814–1911 гг.)

В 1814 году в деревне Ваниной Костромской губернии в крестьянской семье Щербининых родилась девочка, назвали ее Матроной. О детских годах ее ничего не известно. Известно, что Матрона вышла замуж за мещанина города Костромы Егора Мыльникова. Семья имела свой домик и бакалейную лавочку. Во время турецкой войны 1877–1878 гг. муж ее был призван в армию, Матронушка отправилась вместе с ним на фронт. Она была сестрой милосердия. Она помогала всем, как могла, всё своё мизерное жалование раздавала бедным солдатам.

После гибели на войне мужа, Матрона решила всю оставшуюся свою жизнь посвятила Богу. После того, как закончилась война Матрона вернулась в Кострому, продала имущество, деньги раздала нищим и отправилась странствовать, наложив на себя обет юродства Христа ради, с того момента и до самой своей смерти (в течение 33 лет) она ходила только босиком. Даже зимой Матронушка носила легкую летнюю, обязательно белую, одежду. Посещала она Соловецких чудотворцев, странствовала по святым местам России и четыре раза босая ходила в Иерусалим, в одно из посещений Иерусалима она приняла схиму с именем Марии, дав Богу обет скрывать это от всех.

Последние 30 лет своей жизни Матронушка провела в Санкт-Петербурге, жила она сначала на Петербургской стороне, а затем 16 лет — у часовни во имя иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». Босая зимой и летом, в легком белом одеянии, с посохом в руках часто молилась она у Скорбященской часовни.

Несколько тысяч человек каждый год посещали блаженную Матронушку, прося её о молитвенной помощи в болезнях, скорбях житейских и самых разнообразных нуждах. Она излучала любовь и тепло, была прозорлива, молитва ее, по воле Господа, имела огромную силу. Она принимала всех, утешала, давала советы, молилась вместе со страждущими. По её молитвам избавились от тяжкого недуга алкоголики, сохранилось много описаний случаев чудесных исцелений. Люди, имеющие какую-либо серьезную нужду, помолившись вместе с ней Господу Богу, получали необходимое. Многих людей Матронушка предупреждала о грозящей опасности. К ее советам внимательно прислушивались.

Прозорливая старица помогала людям своей молитвой, предостерегала от надвигающихся несчастий, многим открывала Промысел Божий. Высокопоставленные верноподданные Государя, отправляясь в места, охваченные эпидемиями и войнами, приходили к ней. Старица кропила каждого святой водой, благословляла иконой, и среди смертельной опасности они оставались невредимы. Но иногда блаженная старица отказывалась молиться о здравии, безошибочно называя день предстоящей смерти больного.

Получая иногда в дар большие средства, Матронушка тут же раздавала их обездоленным беднякам, посылала пожертвования в бедные приходы и монастыри, а также покупала Евангелия и иконы, которыми благословляла приходящих к ней людей.

С начала 1909 года Матронушка стала готовиться к смерти. Каждое воскресенье в течение последних двух лет жизни она причащалась Святых Таин и несколько раз соборовалась. В начале марта 1911 года она почувствовала сильное недомогание. Она слабела на глазах. К концу месяца старица сказала: «Вместе с водой и льдом уйду от вас». Старица тихо почила 30 марта 1911 года, когда на Неве начался ледоход.

День похорон Матронушки-Босоножки совпал с Вербным воскресеньем. Примечательно, что литургию в день похорон, совершал священник Петр Скипетров, ставший через несколько лет первым Петроградским мучеником. Следует отметить, что Матронушку высоко чтила Царская Семья, императрица Елизавета Фёдоровна, узнав о кончине блаженной старицы, долго плакала, по её распоряжению был прислан на могилу венок.

Похоронили блаженную в ограде часовни [20], где пребывала в то время чудотворная икона Божией Матери Всех Скорбящих Радосте с грошиками [21].

На похороны блаженной старицы Матроны собралось около 25 тысяч человек: среди них, по свидетельству очевидцев, были представители всех слоёв общества. Многочисленное духовенство совершало обряд отпевания. Трогательно звучали прощальные слова архимандрита Александра: «…Господь выделяет таких светильников, которые возбуждают в народе любовь к православной Церкви, ее пастырям… Будем молиться в надежде, что там, в ином мире, окажемся невдалеке от этой женщины, которая поднялась на такую духовную высоту. У высоты Престола не забудь нас, Матронушка, своими молитвами».

В советское время большая и красивая церковь во имя иконы «Всех скорбящих Радость» была разрушена, а могилка блаженной Матронушки затерялась. В 1990-е годы, сохранившаяся часовня превратилась в церковь, которая стала подворьем Зеленецкого Свято-Троицкого мужского монастыря.

В 1997 году была найдена и восстановлена могила блаженной Матронушки-Босоножки, около нее по воскресеньям совершаются панихиды. Вновь верующие люди получили возможность приходить к блаженной старице, чтобы просить её молитвенной помощи, Матронушка никого не отвергает, за всех молится, всем по мере возможности помогает…

Приведем несколько свидетельств верущих людей [22]:

Рассказывает Вера Петровна К. (Калужской обл.): «В декабре 1998 года я привезла лампадное масло с могилки Матренушки Босоножки, чтобы помазывать больное колено моего отца. Ему 84 года, и он страдает артритом коленного сустава. Раньше лечение при обострении болезни занимало полтора месяца. А теперь, когда я помазываю колено маслом, облегчение наступает через пять дней».

Из рассказа Павла К., получившего исцеление на могиле блаженной: «Мучился болью в пояснице 20 лет, никакие лекарства не помогали. Дошло до того, что при ходьбе стали отказывать ноги. Случайно оказался на пр. Обуховской обороны у храма. Спина так болела, что я стал искать, где бы посидеть. И тут на воротах церкви увидел надпись о том, что на берегу Невы находится могилка Матренушки Босоножки. Тогда я подошел к могилке, посмотрел на фотокарточку блаженной старицы и, глядя ей в глаза, попросил: «Бабушка Матрена, помоги мне, в это трудное время, мне так тяжело!». На следующий день я проснулся здоровым. Боль в пояснице прошла, при ходьбе теперь совсем не устаю».

Рассказывает Халида А. (С.-Петербург): «В 1998 году моя дочь заболела тяжелой формой туберкулеза. Шесть месяцев она провела в больнице, но лучше ей не стало. К тому же прибавились осложнения от отравления лекарствами. В марте 1999 года ее выписали домой, для продолжения лечения. Я не крещеная, хотя в душе верующая. Пришла в церковь «Всех Скорбящих Радосте», молилась Пресвятой Богородице, просила исцеления для дочери, молилась и на могилке блаженной Матренушки-Босоножки. Через пять недель при обследовании дочери впервые обнаружили улучшение состояния. Стала чаще приходить в церковь и на могилку. Молилась, как умела. Шестого июля повторное обследование (компьютерная томография легких) показало дальнейшие улучшения. Уповаю на милость Господа, заступничество Пресвятой Богородицы и молитвы блаженной Матренушки».

«В августе 1997 года пришла на могилку Матренушки и просила ее молитв за своего сына, который не работал, пил и скандалил в семье. И в октябре он нашел работу, которая ему нравится. Сын совсем изменился. Спасибо Матренушке за ее добро людям». (Лариса Е., Северодвинск)

Господи, упокой душу блаженной Матроны, со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Преподобномученица Мария (1874-1932 гг.)

Монахиня Мария (в миру Лидия Александровна Лелянова) родилась в 1874 году в семье купца Александра Ивановича Лелянова в Санкт-Петербурге. Семья Леляновых жила рядом с Преображенской церковью, на Забалканском проспекте в доме № 101. Здесь прошло беззаботное детство и молодость Лидии.

Перед выпускными экзаменами в гимназии Лидия заболела энцефалитом, который дал осложнение — болезнь Паркинсона, на экзамены ее привезли в инвалидной коляске. Лидия стала полным инвалидом.

Лидия с великим смирением несла свой крест, через молитву пришло утешение, она обрела душевный покой, духовную мудрость. По Промыслу Божиему ей предстояло стать утешительницей, духовной матерью многих верующих людей.

Обреченная на неподвижность, углубленная в постоянную Иисусову молитву, она сделалась чрезвычайно кроткой, смиренной и сосредоточенной.

В книге протопресвитера Михаила Польского «Новые мученики Российские» в главе посвящённой матушке Марие отмечено: «…Оказавшись полным физическим инвалидом, (она) не только не деградировала психически, но обнаружила совершенно необычные, несвойственные таким больным черты личности и характера: она сделалась чрезвычайно кроткой, смиренной, покорной, непритязательной, сосредоточенной в себе, углубилась в постоянную молитву, без малейшего ропота перенося свое тяжкое состояние».

В 1909 году родные привезли подвижницу г. Гатчину (Санкт-Петербургская губ.), здесь она жила в деревянном домике неподалеку от Павловского собора. В том же доме жил ее старший брат Владимир. (он был владельцем Елизаветинской аптеки.) По свидетельству профессора М. И. Андреевского, брат матушки Марии — слабенький, маленький благообразный старичок, самоотверженно ухаживал за ней и принимал многочисленных посетителей, приходивших к прозорливой старице за духовным советом.

В 1912 году Лидия потеряла способность двигаться, ей было тяжело говорить – «говорила она с полузакрытым ртом, медленно и монотонно скандируя». В 1921 году вокруг подвижницы возник молитвенный кружок. Он назывался Иоанновским по имени святого праведного Иоанна Кронштадтского. Постоянная совместная молитва братьев и сестер объединила их в духовную семью, готовую послужить ближнему своими делами милосердия. По свидетельству духовной дочери матушки Марии О. Э. Вейерт целью кружка было поддержание духовно-нравственного общения с больной, а также проведение в квартире болящей панихид, молебнов, молитвенных собраний. В него входили женщины разного возраста и сословий, чуткие сердцем, сострадательные и воспитанные родителями в православной вере. Некоторые позднее и пострадали за свою веру.

В 1922 году в Подворье Пятигорского Богородицкого монастыря (в Гатчине) Лидию постригли в монашество с именем Мария, постриг совершил архимандрит лаврский Макарий (Воскресенский) по благословению митрополита Петроградского Вениамина [23].

Иоанновская община сначала духовно окормлялась у протоиерея Иоанна Смолина, а после его кончины в 1927 году — у отца Петра Белавского. Вскоре отца Петра арестовали и сослали в Соловецкий Лагерь. Страдалица Мария в письмах утешала отца Петра: «…Посмотри на прекрасное небо: сейчас оно чистое и голубое, но вот появляются огромные белые облака, точно белоснежные глыбы льда прикрепились к небесному своду. Вот и это меняется белыми барашками. И вдруг появляются черные тучи с медным отливом, довольно скоро они сгущаются. В природе темно, у всего живого мира делается тревожное состояние — туча давит на мозг и сжимает сердце. Но вот поднялся ветер, грянул гром и полил обильный дождь; небо прояснилось, выглянуло солнышко, воздух очистился, повеяло приятной свежестью, все оживилось и человек воспрянул духом… Не то ли самое испытываешь ты, родной, и все, и я не исключение.

Когда после пролитых горячих слез очистится наше сердце и становится легко, легко? О, как много милости у Всемогущего. Счастье и вас не оставило и на севере. Счастье в том, что вы живете среди природы. Природа — это родная мать, которая воспитывает нас, утешает и радует. Дух дышит везде, и не было ни одного дня, чтобы не вспомнили тебя…»

Матушка Мария была знакома со многими священнослужителями. В 1928-1929 гг. матушку Марию посещал архиепископ Димитрий (Любимов). Митрополиты Вениамин (Казанский) и Иосиф (Петровых) подарили ей свои фотографии с надписями. Священномученик митрополит Вениамин Петроградский написал на подаренной матушке фотографии: «Глубокочтимой страдалице матушке Марии, утешившей, среди многих скорбящих, и меня грешного».

К монахине в миру приходили многие верующие, к её советам прислушивались, многие просили молитвенной помощи.

Свидетельство Анны Андреевны Фёдоровой: «Матушка Мария сказала мне посещать только церковь «Воскресения на крови», как Истинно-Православную Церковь, имеющую благодать Божию, в других же церквах благодати и правды нет, как отошедших от Православия и продавшихся власти».

Из воспоминаний профессора М.И. Андреевского, посетившего монахиню Марию в 1927 году: «В ответ на жалобу о мучительной и безысходной тоске, старица мудро ответила: «Тоска есть крест душевный, посылается она в помощь кающимся, которые не умеют раскаяться, т.е. после покаяния снова впадают в прежние грехи… А потому только два лекарства лечат это порой крайне тяжкое духовное страдание. Надо или научиться раскаиваться и приносить плоды покаяния, или со смирением, кротостью, терпением и великой благодарностью Господу нести этот крест духовный — тоску свою, памятуя, что несение этого креста вменяется Господом за плод покаяния… А ведь какое это великое утешение сознавать, что тоска твоя есть неосознанный плод покаяния, подсознательное самонаказание за отсутствие требуемых плодов… От мысли этой в умиление придти надо, и тогда тоска постепенно растает и истинные плоды покаяния зачнутся…»

Профессору довелось стать свидетелем чудесной помощи подвижницы и другим людям: «Юноша, унывающий после ареста и ссылки отца-священника, вышел от матушки с радостной улыбкой, сам решившись принять сан диакона. Молодая женщина от грусти пришла к светлой радости, также решившись на монашество. Пожилой мужчина, глубоко страдавший от смерти сына, вышел от матушки выпрямленный и ободренный. Пожилая женщина, пошедшая с плачем, вышла спокойная и твердая».

В феврале 1932 года схимонахиню вместе с братом арестовали. Причиной ареста было огромное духовное влияние старицы Марии… Чекисты волокли беспомощную подвижницу по полу, по земле за вывернутые руки, затем бесцеремонно закинули в кузов грузовика и отвезли в дом предварительного заключения.

По приговору Тройки НКВД монахиня Мария должна была быть выслана на 3 года высылке из Ленинградской области, однако из тюрьмы страдалицу перевели в тюремное отделение бывшей Александровской больницы на Фонтанке. (Брат монахини Марии, Владимир, через 9 месяцев следствия получил 5 лет заключения в концентрационном лагере Сибири, сестра Иулия, также проходила по «делу Иоанновской общины, Санкт-Петербург, 1932г.», её приговорили к трем год заключения в концлагере, различные сроки ссылки и лагеря получили также монахини из Покровского подворья, почитавшие матушку)

4/17 апреля апреля 1932 года матушка Мария скончалась в тюремной больнице. (Её подвергли мучительным операциям: подрезали сухожилия…). Тело выдали двоюродной сестре страдалицы для погребения на Смоленском кладбище. Могила подвижницы, находящаяся недалеко от часовни блаженной Ксении Петербургской, стала местом паломничества православных людей.

По свидетельству Зинаиды Пугачевой её мама Ольга Николаевна в детстве была у подвижницы, она и рассказала ей о прозорливой матушке: «Однажды бабушка взяла с собой в Гатчину мою маму, тогда еще 9-летнюю девочку. Бабушка хотела спросить у матушки Марии совета, как ей быть. Ходили слухи, что будут раскулачивать крепких крестьян. А мои родные были довольно зажиточными, потому что работали много. Мария встретила гостей очень приветливо. Особенно моей маме запомнилось ее лицо необыкновенной красоты, словно высеченное из мрамора. Матушка сказала: «Твою семью ожидает трагедия. Хозяина посадят в тюрьму, где он и сгинет. Семья распадется, а ты вот с этой девочкой поедешь через всю страну в ссылку».

Через пять лет все случилось, как сказала святая: ночью в дом ворвались какие-то люди. Дедушку арестовали и увезли в тюрьму. Бабушке разрешили взять маленький узелок с вещами, погрузили на подводу и повезли на станцию Александровскую. Там был целый эшелон раскулаченных крестьян, их отправили в ссылку в Красноярский край. Вместе с бабушкой поехала и моя мама, четырнадцатилетняя девочка. Долгих пять лет они проработали на лесоповале. Когда им удалось вернуться домой, им сказали, что дедушка умер в тюрьме. Где его могилка, мы так и не знаем. Так сбылось предсказание матушки Марии».

Рассказывает Анна Павловская: «В народе матушку Марию давно святой считают, потому что она до сих пор чудеса творит. Я сама могу свидетельствовать. В 2005 году было мне очень тяжко, болел ребенок, я ночи не спала. Одна знакомая женщина посоветовала сходить на могилку матери Марии и помолиться. Я пошла. Молилась долго, но ничего не произошло. Я уже было отчаялась, а ночью вижу сон — женщина с очень белым лицом говорит, а губы у нее не шевелятся. Кое-как разобрала слова: «Дом сгорит, уноси ребенка!»

Утром Анна Васильевна стала думать, куда можно увезти дочь. Родственников и знакомых, у которых можно пожить, у нее нет. Но и не последовать совету она не могла. В конце концов вызвала «скорую». Сказала, что дочке стало хуже, и упросила принять их в больницу. А через два дня муж позвонил — был пожар! Квартира этажом ниже вся выгорела. Анна Васильевна уверена, что точно сама задохнулась бы в дыму и не успела бы ребенка вынести…

Летом 2006 года Священный Синод Русской Православной Церкви включил в Собор новомучеников и исповедников Российских XX века и имя монахини Марии (Леляновой) (1874–1932 гг.). День памяти — 4/17 апреля (день мученической кончины).

В Соборе новомучеников и исповедников Российских XX века на июль 2006 года поименно канонизирован 1701 человек.

Тропарь Новомученикам и Исповедникам Российским

Днесь радостно ликует Церковь Русская, яко мати чада, прославляющи новомученики и исповедники своя: святители и иереи, царственныя страстотерпцы, благоверныя князи и княгини, преподобныя мужи и жены и вся православныя христианы, во дни гонения безбожнаго жизнь свою за веру во Христа положившия и кровьми Истину соблюдшия. Тех предстательством, Долготерпеливе Господи, страну нашу в Православии сохрани до скончания века.

Схимонахиня Мария (Маковкина) (1984-1971 гг.)

Схимонахиня Мария (Мария Павловна Маковкина) родилась в 1984 году.

В юности будущая подвижница жила в Москве. Известно, что после окончания фельдшерских курсов она побывала в Гефсиманском скиту у старца Варнавы [24]. Эта поездка предопределила всю ее жизнь. Келейник старца специально вышел из домика для того, чтобы из многочисленного люда пригласить именно ее, стоящую в очереди последней.

Матушка Мария позже вспоминала, что беседа с прозорливым старцем продолжалась два часа, старец предсказал всю её дальнейшую жизнь (предсказания сбылись).

По благословению старца Варнавы во время войны она начала работу в Санкт-Петербурге в Императорском госпитале, где в это время оказывали помощь раненным войнам Великие Княжны и Государыня Императрица Александра Федоровна. (По свидетельству начальника Министерства императорского двора: «Во время войны, сдав сестринские экзамены, старшие княжны работали в царскосельском госпитале, выказывая полную самоотверженность в деле… У всех четырех было заметно, что с раннего детства им было внушено чувство долга. Все, что они делали, было проникнуто основательностью в исполнении. Особенно это выражалось у двух старших. Они не только несли в полном смысле слова обязанности заурядных сестер милосердия, но и с большим умением ассистировали при операциях». Сохранились устные свидетельства солдат, которые говорили, что они выжили только благодаря тому, что узнали, что за ними ухаживали их Императрица или Великие княжны. Святые Царственные мученики, молите Бога о нас!)

Любовь и почтение к Царственным Мученикам матушка Мария сохраняла до конца своих дней.

Незадолго до начала войны по благословению митрополита Алексия и старца Серафима Вырицкого матушка Мария перешла на жительство при Никольском соборе.

В сентябре 1941 года немецко-фашистские войска вплотную подошли к Ленинграду. 8 сентября оккупантами был захвачен Шлиссельбург, вокруг Ленинграда замкнулось кольцо блокады. Германское командование, не сумев захватить город штурмом, решило задушить Ленинград голодом, холодом, непрерывными артиллерийскими обстрелами и авиационными бомбардировками. Тревогами и лишениями наполнилась жизнь Ленинграда.

Всю блокаду матушка Мария молилась в осажденном городе [25]. В блокаду она утешала и ободряла людей. Во время артиллерийских обстрелов старица слезно молилась Спасителю, Божией Матери, святителю Николаю об избавлении города и России от вражеского нашествия. Несмотря на слабость и воздушные тревоги, она постоянно ходила молиться на Смоленское кладбище к блаженной Ксении.

Ей довелось ночами молиться в Никольском соборе о спасении России вместе с митрополитом Алексием (Симанским) [26]. Митрополиту Ленинградскому и Новгородскому Алексию было предложено эвакуироваться из блокадного Ленинграда, но он остался в осаждённом городе, чтобы разделить трагическую участь своей паствы. Митрополит Алексий испытал все бедствия, выпавшие на долю блокадников-ленинградцев. В это трудное время митрополит Алексий утешал верующих, вселял в их сердца надежду на скорую победу, уверяя, что небесная защита Божией Матери и заступничество покровителя Ленинграда—Петербурга святого князя Александра Невского сохранят город. 29 марта 1942 года в Вербное воскресенье, накануне Пасхи, в ленинградских храмах было прочитано обращение митрополита Алексия к пастве. Митрополит Ленинградский Алексий в своем докладе на Соборе епископов Русской Православной Церкви 8 сентября 1943 года, во вторую годовщину блокады, говорил: «Мы отмечаем, как в Ленинграде усилилась молитва, как умножились жертвы народа через храмы Божии, как возвысился этот подвиг молитвенный и жертвенный».

Много сил на продолжение богослужебной жизни в блокадном городе положил владыка Алексий. Не боясь артобстрелов, он обходил церкви, встречаясь с духовенством и мирянами. По свидетельству очевидцев митрополит Алексий, испытывая все бедствия блокады, проявил героическую бодрость духа и огромное самообладание. Он постоянно совершал богослужения, ободрял и утешал верующих. Несмотря на голод и бомбежки, обессиленные люди с опухшими лицами, едва держась на ногах, ежедневно наполняли храм, где служил архипастырь, и во множестве приобщались у него святых Христовых Таин. В дни блокады владыка Алексий служил Божественную литургию один, без диакона, сам читал помянники. Каждый вечер он служил молебен Святителю Николаю, затем обходил Николо-Богоявленский собор, где жил тогда, с иконой Святителя Николая, моля его, чтобы он сохранил храм и город от разрушения.

27 января 1944 года блокада Ленинграда была окончательно снята — в Никольском соборе торжественный молебен служил сам митрополит Алексий.

Став Патриархом, он не раз посылал к матушке Марии «связных» — советовался с ней по важным вопросам церковной политики. (После своего переезда в Москву Владыка благословил старицу оставаться в соборе, где она и почила, проведя последние годы в комнатке при алтаре собора.)

Клавдия Петровна Петруненкова, рассказывала, что в Печерах она однажды услышала от одного из вернувшихся в Россию Валаамских старцев: «Мать Мария — это столп, на котором держится весь город и все вокруг».

По молитвам прозорливой старицы Марии люди спасались от преследований, исцелялись от тяжелых недугов. По свидетельству Клавдии Петровны — после кончины Святейшего Патриарха Алексия I, старица, отказавшись от пищи, молилась дни и ночи. После избрания святейшего Патрираха Пимена, она, облегченно вздохнув, сказала: «Слава Богу, верующего выбрали. Он верующий».

К прозорливой старице за духовным советом обращались монашествующие, священники и миряне, для многих их них она стала духовной матерью.

Схимонахиня Мария отошла ко Господу в 1971 году, тысячи людей пришли проводить в последний путь великую подвижницу. Похоронили схимонахиню Марию на Шуваловском кладбище, неподалеку от храма св. блгв. князя Александра Невского.

Старица Варвара Вырицкая (1907-1999 гг.)

25 октября / 7 ноября 1907 года в селе Пожегдин (Северный Зырянский край -республика Коми) в семье зажиточного крестьянина Федора Михайловича Третьякова родилась четвёртая девочка, при крещении её назвали Натальей.

Когда Наталье исполнилось 12 лет, она стала послушницей монастыря Иверской иконы Божией Матери. За два года до этого прозорливая старица Лукерья, проживавшая в монастыре, сообщила, что ей было видение — Сама Богородица велела, чтобы младшую дочь крестьянина Федора Михайловича Третьякова, Наталью, приняли в монастырь.

Когда в дом Третьяковых пришли монахи и рассказали о чудесном видении, Пелагея Федоровна, мать Натальи, прижимая младшую дочь к груди, взмолилась: «Царица Небесная, прости меня грешную! Не могу её отпустить, ей ещё и десяти годков нет…» А когда через два года за отроковицей вновь пришли монахи, она смирилась и отпустила младшую дочь в монастырь, благословив иконой Иверской Божией Матери и иконой «Неопалимая купина».

Из воспоминаний духовной дочери старицы Варвары, рабы Божией Марины: «Жила она там (в монастыре) достаточно долго. Но об этом периоде матушка Варвара немного рассказывала нам. Начнет, бывало, свой рассказ, а как дойдет до времен советских – в слезы. Например, когда говорила про то, как большевики, взявшие власть, решили разорить монастырь. Тот корпус, где жили монашки с послушницами, окружили работники НКВД, и прозвучал приказ: «Выходи по одной!» Долго молились монахини, закрыв двери и окна от солдатни, потом одна решила выйти к ним: «Что делать, все равно придется выходить». Расправа с ней произошла прямо под окнами. Увидев эту жестокость и глумление над своей сестрой во Христе, решили монахини не выходить и погибнуть голодной смертью. Сильно молились они в это время. Матушка всегда в этом месте плакала… Успокоившись немного, говорила: «Что пришлось пережить людям верующим, как глумились над ними, не приведи, Господи, снова таких испытаний!»

Стоит матушка Варвара на молитве в этом забаррикадировавшемся корпусе и вдруг видит рядом с собой батюшку Серафима Саровского. Говорит он ей: «Собирайся, я тебя проведу через кордон нечестивцев. Только не убойся, выведу я тебя». Собрала она узелок, и пошли они. Никто не увидел их. Привел батюшка ее в Вырицу, к отцу Серафиму. И стала матушка Варвара с тех пор там назидаться. Там и матушка Любушка была, и другие монахини, тогда еще, правда, послушницы. Это они потом уже стали монахинями Пюхтицкого и других монастырей. А ее батюшка Серафим Вырицкий [27] благословил выйти замуж, создать семью.

Господь послал матушке спокойного, уравновешенного мужа. И верующий был, да увели его из семьи, и двое деток – сын и дочка – не удержали… А муж в семье новой недолго прожил. Умер…»

Из воспоминаний Рабы Божией Нины: «Как матушка умела молиться! Теперь никто так и не молится… У неё в церкви любимой была икона Иверской Божией Матери… (Ниже приведён рассказ р. Б. Нины об обретении Иверской иконы Божией Матери.)

Однажды явилась матушке ночью Матерь Божия и говорит: «Иди в деревню Вырицу. Там будет направо прогон. В этом прогоне пасётся белая лошадь. Возьми эту лошадь и привези Меня. Поставь меня с левой стороны».

Матушка ничего не поняла и не придала этому значения. Матерь Божия явилась второй раз. Точь – в точь повторила свои слова, но уже грозно. Матушка опять ничего не поняла. В третий раз явилась Богородица и снова говорит: «Иди в Деревню Вырица… Возьми белую лошадь… Если не исполнишь – Я тебя накажу!»

Больше матушка не раздумывала… Бегом к отцу Михаилу. Всё ему рассказала. Батюшка очень серьёзно воспринял рассказ: «Знаю, есть в деревне Вырице прогон и белая лошадь есть в нём, а в церкви пустует место с левой стороны от алтаря. Всякое знамение, явление Царицы Небесной надобно исполнять неукоснительно. По воле Богородицы и Её Сына совершается всё на земле. За непослушание Им Бог может наказать не только отдельного человека, но и целые народы… Надо собирать народ, пойдём крестным ходом…»

Когда телега, запряженная белой лошадью, подъехала к церкви, всё было готово к шествию… Батюшка рассудил так: «Матерь Божья указала на белую лошадь – она и должна нас привести куда надо».

Возница отпустил… вожжи и лошадка… направилась по Кировскому проспекту… Повернула к мосту, переехав его… покатила вдоль речки… Вот и поворот к монастырю… Монастырская ограда сохранилась в целости, и даже ворота были заперты. Когда крестный ход приблизился к ним, они открылись как бы сами собой… Открыла их последняя игумения монастыря Анастасия Романова. Она доживала свой век тут же, за оградой, в своём домике. Настоятельница поклонилась и проговорила: «Поджидала вас, поджидала, следуйте за мной».

Икона была схоронена в одном их подсобных помещений… Когда с неё сняли рогожки, лик её просиял, что даже светлее сделалось. Люди падали ниц и возносили хвалу Царице Небесной. Говорят, многие испытали её благотворное влияние и даже исцелились.

Так игумения Романова передала Иверский образ Божией Матери в храм, построенный в честь трёхсотлетия династии Романовых.

Вот какие чудеса происходили вокруг матушки. Правда она ещё и монахиней не была. Икону поставили на указанное место и отслужили молебен…»

Прозорливый Вырицкий старец схимонах Серафим не раз говорил, что Россия обладает бесценным сокровищем — она является хранительницей святой православной веры. Истинное просвещение есть просвещение души светом Православия. Его духовная дочь, матушка Варвара, по его молитвам стала истинной хранительницей святой православной веры.

Известно, что старец Серафим Вырицкий советовал духовным чадам как можно чаще читать молитву св. Ефрема Сирина «Господи и Владыко живота моего…». Он говорил, что в этой молитве вся суть Православия, все Евангелие: «Читая её мы испрашиваем у Господа помощи на приобретение свойств нового человека». Грех осуждения старец Серафим называл одним из величайших духовных недугов, он говорил: «Мы имеем право судить только самих себя. Даже рассуждая о каком-либо человеке, мы уже невольно осуждаем его». Отец Серафим был глубоко убежден в том, что человек должен готовить себя для Вечности, призывал к покаянию, советовал духовным чадам «подвизаться в молитве Иисусовой, восходя от частого призывания имени Сына Божия к молитве непрестанной».

Матушка Варвара старалась всегда выполнять всё, что советовал ей прозорливый старец, она постоянно ощущала его молитвенную помощь. По молитвам духовника исцелилась её трёхлетняя дочь Галина. (По рассказам матушки, Галина внезапно заболела, перестала пить и есть, побледнела, потом стала синеть. Матушка боялась, что потеряет её.)

Матушка Варвара вспоминала, что весной 1949 года старец Серафим стал предупреждать духовных чад, что скоро Господь призовет его в Небесные обители. Когда матушка Варвара забеспокоилась, что не успеет с ним попрощаться, духовник ласково утешил её: «А ты не волнуйся, час кончины не пропустишь, Покровительница наша известит тебя. Тогда и беги ко мне». Так и случилось — в час кончины старца, комната, где жила тогда матушка, осветилась ярким светом.

Из воcпоминаний рабы Божией Марины: «Когда матушка Варвара (в Вырице) в послушании у батюшки Серафима возросла духовно, то приняла постриг. Постригал ее отец Феодосий Иерусалимский. Когда же приняла она схиму, то было ей явление Богородицы, которая сказала: «Теперь, Варварушка, ты будешь отмаливать младенцев»…

«Повела Пречистая Дева Матерь ручкой, – так нам матушка Варвара рассказывала, – и попала я в другой мир. Увидела я землю нашу как один океан огромный. И среди волн этих множество детей. Плывут они, несчастные, из последних сил пытаются ухватиться за какие-то щепочки, а волны захлестывают и топят их… Люди… своими руками бросали их в бушующую пучину волн. Дети тонули и кричали: «Мамочка, папа, зачем вы меня сюда бросили?! За что?! Я не хочу умирать! Ма-а-моч-ка! Помог-и-и! Мне страшно!»… И когда увидела я это, то упала Матушке Божией в ножки и взмолилась: «Матушка, что же это такое?! Почему такое творится?!» Богородица ответила мне: «По грехам людей наступает такая жизнь, и то, что ты видишь сейчас, будет происходить повсеместно. Родители добровольно примут на глаза свои шоры, и не будут понимать детей своих. Ум и сердце их будут заняты ублажением себя, прихотей тела своего. И детей своих они истреблять будут. Мешают они жизни их греховной. А Я, Варварушка, буду посылать людей к тебе по указанию Отца Нашего Небесного, и будешь ты отмаливать души младенцев этих невинных». – «Да как же я смогу отмолить их. Я же тоже щепка в этом море». Повела Матушка Божия ручкой, и на волнах тех появился плот: «Вот тебе, Варварушка, плот. И будут рядом с тобой всегда Иоанн Креститель и Ангел-хранитель. Кого призовешь к себе, тот и будет рядом, и поможет тебе. Назидай, вразумляй приходящих к тебе».

Поникла матушка от тяжести уготованного ей креста, а когда подняла голову – исчезло видение. Лишь тонкий аромат и сладость сердечная говорили, что не почудилось ей это. И понесла с этого времени матушка этот тяжелый крест. Так и мы к ней попали. Дала она нам епитимью по нашим грехам. Слава Богу за все!

Помню, приехала в Вырицу одна бабушка, а с ней внучка с болезнью Дауна – бедное дитя. А у матушки тогда находилось несколько человек. И эта бабушка говорит: «Один старец мне сказал, что подобные вещи у нас в стране отмаливают три матушки. Я побывала у двух. Ребенку лучше, но болезнь не уходит. Теперь я знаю, что здесь моя внучка по вашим молитвам получит исцеление». Такая сильная вера была у бабушки. Матушка Варвара на нее посмотрела, взяла ребятенка за ручку и подвела к своему святому уголку. Зажгла от лампадки свечку и дала девочке. Стала молиться. Сколько прошло тогда времени, не помню. У матушки оно как бы не существует, у времени там какое-то другое измерение. И вдруг девочка разворачивается к нам – а лицо светлое, чистое, красивое, ну просто ангел во плоти – и громко говорит: «Бабушка, ты посмотри, какие они все красивые!» И показывает взглядом куда-то вверх, на уровень потолка. Что она видела там, нам это не было открыто. Мы могли только по глазам девочки видеть эти неземную красоту и благодать. И еще душой чувствовали, что на наших глазах происходит что-то великое и чудесное. Все заплакали, и слова благодарности и молитвы полились из наших уст. Господь по матушкиным молитвам сотворил такое чудо.

Чудным образом по молитвам матушки нашей и муж мой исцелен был. Открылась у него язва, и от большой кровопотери упал гемоглобин. Врачи при этом опасались проводить операцию: «Выживет, так выживет. Мы помочь не в силах. Он может в таком состоянии и на операционном столе умереть»… Поехала я с сестрой к матушке. Зашли сначала к батюшке Серафиму на могилочку, помолились. Потом к матушке.

Сидит она на обочинке канавки, которая возле дома ее была. Матушка наша всегда заранее знала, кто придет к ней. Святые угодники говорили ей это. Стали мы заворачивать к дому, а она зовет: «Идите, идите ко мне. Мне уже сказано было, что вы должны ко мне прийти. Сижу, молюсь, вас поджидаючи». Сказала я ей свою беду, помолилась она и говорит: «Что делать, что делать… Ну, вон коровки рядом пасутся?» – «Пасутся». – «Иди, купи молочка, вскипяти его, остуди, чтоб тепленькое было. Пойдем в дом, я тебе еще медочку дам… Это и давай мужу своему». Я тогда говорю ей: «Матушка, я не могу за ним ухаживать, он же в реанимации лежит». – «Ничего, переведут».

Раз матушка сказала, значит, так и будет. Дала она мне меда, благословила, отправила. Приезжаю в больницу, а мне говорят: «Больной переведен в хирургическое отделение»… Стала ходить я к мужу. Вставать он не мог, сил совсем не было. Поила молочком с медом. У меня была уверенность, что Господь не оставит его, поставит на ноги, и что все это нужно для укрепления его веры… Кормлю я своего больного, как сказала матушка, ухаживаю. Священника пригласила, он его исповедовал, причастил…

Переливание супругу моему… сделали. Но снова проблема возникла: у него оказалась редкая группа. Опять к матушке за ее молитвами и советом. Приехала. «Ничего. Не волнуйся. Найдется кровь. Ищи… на предприятии. Надо по радио сказать». Так мы и сделали. Моя крестница объявила по селектору. Восемь человек подошли буквально через час. Перелили почти пять литров крови. Живет, слава Богу, после этого супруг мой.

Многое матушка, безусловно, брала на себя. Старенькая, немощная, болящая, она молитвой своей одолевала врага рода человеческого. Мстил он ей за это без устали. У матушки на могилке висит фотография, где ее левая рука перевязана тряпочкой. Она постоянно падала на эту ручку. И очень часто эта рука у нее была перевязана тряпочкой. И когда кого-то матушка отмаливала у Господа и Он являл чудо, то враг мстил тем, что она ломала свою ручку. Очень враг мучил ее…

Некоторые, видела, приезжали к ней разодетые, на дорогих машинах, все из себя… Приходили люди и бомжеватого вида: грязные, небритые, самый низ – она их обнимала, руки целовала. Это и для нас был великий урок…»

Рассказывает муж дочери матушки Варвары, Е.А. Удальцов: «…Человека безграмотного, но с верой безраздельной, несомненной, Создатель вознаградил удивительными способностями. Матушка умела прозревать в область будущего, настоящего и прошлого своих посетителей, проникала и в мысли собеседника, видела происходящие события не расстоянии, исцеляла больных от неизлечимых недугов, предсказывала и пророчествовала, обладала дарами молитвенного созерцания и духовного утешения.

Слава об удивительных способностях Вырицкой схимонахини распространилась очень быстро и далеко… Сотни… исцелённых, прозревших духовно, окрылённых верой уходили от неё. Матушка Варвара с большой любовью и теплотой относилась к своим духовным чадам. Она никогда не теряла их из виду, знала о всех их нуждах…

Матушка обычно говорила мало и кратко… Она вела аскетический образ жизни, довольствовалась малой толикой материальных благ. Всю жизнь вкушала самую малость простой, естественной пищи, содержащей растительную клетчатку. Чтобы держать тело в чистоте, постоянно постилась и часто «голодала»…

В «особо тяжких» случаях она молилась по несколько суток подряд, ничего не ела и не пила…

— Не пекитесь о теле, пекитесь о душе, — говорила матушка. — Не разменивайте земное мгновение жизни на услады. Кто как его пройдёт, тот так и жить дальше будет. Места на Небе каждому будут определены…

… Сколько я помню её, крестила она всегда и все. (Перед едой молилась, тщательно крестила еду.) Если одевалась, то всю одежду, включая каждый носок, сапог или варежку, если ела, то каждое блюдо, каждый кусочек «хлебушка». Без креста она не делала шага. Крестила неторопливо, вдумчиво, глубоко осознанно, проникновенно, с верой в силу и действенность креста. Неслучайно те, кто бывал у матушки, неизменно говорили: «Летишь от неё как на крыльях!»

Из воспоминаний духовной дочери старицы Варвары, рабы Божией Марины:

«Перед смертью матушка очень болела… Ходить не могла. Терпела: «Мне так должно». И столько при этом народу принимала! Нам не раз снились сны, что идем мы к матушке в больницу, а к ней очередь аж от вокзала. Вереницами стоят…

Последнее время она и говорила очень мало, только молилась. Но кого-то принимала. Лежала в Питере, в больнице Ксении Петербургской. Когда исповедовалась, причастилась, болезнь как будто отступила. Но утром в Покров матушка дала знать, что уйдет в этот день. Стала прощаться…»

14 октября 1999 года в праздник Покрова Божией Матери матушка Варвара мирно отошла ко Господу.

Схимонахиня Варвара, моли Бога о нас!

Блаженная Любушка (Сусанинская) (1912-1997 гг.)

Блаженная Любушка мало рассказывала о себе, известно только что родилась она 17 сентября 1912 года в многодетной крестьянской семье «на Смоленщине». Отец её Иван Лазарев был старостой деревенского храма. В четырёхлетнем возрасте Любушка осталась без матери, вскоре в годы репрессий погиб и её отец. Девочку взяла к себе близкая родственница. Когда ей исполнилось 18 лет, она уехала в Ленинград к старшему брату, он помог ей устроиться на фабрику «Красный треугольник». Примечательно то, что молоко, которое выдавалось всем работником на «вредном» производстве бесплатно, Любушка отдавала сослуживцам, у которых были дети. Вскоре она заболела, врачи порекомендовали сменить работу. Пришлось перейти на должность кастелянши на склад. Здесь её стали принуждать обманывать, делать приписки, Любушка ушла и с этой работы, а чуть позже решила уйти и из дома брата и стать странницей. Ночевала, где придётся, часто в лесу под открытым небом. Терпела холод и голод, мороз и дождь, ходила босая, полураздетая.

Странница побывала во многих церквях и монастырях России, но самым дорогим для неё местом стала Вырица, здесь жил её духовный отец иеромонах Серафим (недавно прославленный прп. Серафим Вырицкий). И после смерти старца Серафима, Любушка часто возвращалась в Вырицу, часами молилась у могилы старца.

Из воспоминаний Лукии Ивановны Мироновой: «Жила я в ту пору в Вырице, что под Ленинградом. Однажды пришла в собор на службу и слышу, все перешептываются: «Любушка, Любушка…» Смотрю — старушка, одета очень просто, вроде ничего особенного, но было в ней что-то такое, что выделяло ее среди других. Она вся была в молитве, как бы не от мира сего. Многие после службы к ней подходили, но я робела…

Пришла Любушка к нам в праздник святых апостолов Петра и Павла в 1974 году… Встретились мы с Любушкой на улице… Любушка спросила меня, где я живу, и попросилась переночевать. Я сказала ей тогда, что я грешная и недостойная, но буду рада. Только у меня внуки маленькие…

– Я детей не боюсь, – ответила Любушка…

Мы постелили ей на раскладушке, другого места не было. Так она и осталась жить в нашем доме… По благословению Любушки мы купили дом в Сусанино, рядом с храмом иконы Казанской Божией Матери, которую она особо чтила. Эту покупку она нам предсказала заранее, за три года. Любушка много молилась, особенно ночами. Она знала наизусть много акафистов. В Сусанино к ней все чаще стали обращаться люди, особенно в беде, в горе. Она за всех, кто к ней обращался, молилась, говорила им волю Божию – ей было открыто. Она чаще всего по своей ручке читала, словно книгу жизни открывала. По молитве, конечно, которая ее, праведницы, доходила до Бога. Многих Любушка отправляла молиться в монастырь на Карповку к святому прав. Иоанну Кронштадтскому или к блж. Ксении. Она их очень почитала… Она особо почитала Матерь Божию. Любушка, сирота, любила Ее всем сердцем, всей душою, как свою родную мать. И тоже в сердечной простоте по-своему с Ней говорила. Любушка рассказывала мне, что Царица Небесная неоднократно к ней являлась…

Молилась Любушка необычно и трогательно. И в храме, и дома она разговаривала с иконами на своем языке, обращаясь к образу на иконе как к живому. Иногда слезно просила о чем-то, иногда радовалась. Молилась она за всех, кто к ней обращался, молилась за Петербург, за Россию. Как-то сказала, что если люди будут всё так же грешить и не будут каяться в грехах, наступит страшное время… Молилась она истово, особенно по ночам. Любушка никогда не спала, как люди спят. Закутается, бывало, в одеяло, подремлет, сидя на диване, вот и весь сон. Молилась она непрестанно, а разговаривала мало… Скольким людям она помогала! Особенно любила детей и голубей, всегда их подкармливала…

В последние годы не было дня, чтобы к нам не приезжали люди, бывало, что и ночью, и не только миряне, но и монашествующие, духовенство. Отец Наум, архимандрит из Троице-Сергиевой лавры, часто к нам своих чад отправлял. Он и сам не раз бывал у нас, в Сусанино. Помню, предлагал Любушке постричь ее в монашество, однажды куклу прислал в монашеской одежде. Но Люба упорно отказывалась. Она говорила всегда: «Я странница. Так меня и поминайте…» (Блаженная Любушка прожила у Лукии Ивановны 22 года.)

Священник Михаил (Малеев) рассказывает: «Благословение на свой молитвенный подвиг Любушка получила от блаженной старицы Марии, жившей в Никольском соборе… Так странница поселилась в Вырице, а потом переехала в Сусанино. Таким образом, название посёлка стало для людей с разных концов России так же значимо, как название святых мест, бывших доселе… Мне довелось побывать у матушки несколько раз. Сусанино — посёлок, находящийся в часе езды от г. Ленинграда – стал местом паломничества людей со всех концов не только России, но и других стран.

Неоднократно мне приходилось сталкиваться с тем, что Любушка заранее знала, кто к ней едет и откуда. Предсказывала, затем выходила встречать гостей…

Она могла часами беседовать со святыми на иконах Сусанинского храма и в своём святом углу… Присутствовать на службах, где молилась Любушка, было до слёз умилительно и благостно. Молитвы она совершала только стоя, не позволяла себе за время Богослужения даже немного присесть… Наряду с особым молитвенным заступничеством старицы, можно говорить и о сокровенном прозрении ею таинственных судеб Божиих. Так, накануне трагедии в Оптиной пустыни на пасху 1993 года один из иноков спросил у неё, что его ждёт, и услышал в ответ: «Убьют, но только не тебя»…

Навсегда останется в памяти светлый образ этой, такой смиренной молитвенной души, ответами которой руководствовались не только простые верующие, но и те, которым поручено «кормило Церкви»: опытные духовники, владыки, духовенство…

Из воспоминаний Клавдии Георгиевны П.:

— Странница осела в Вырице, в семье Лукии Ивановны Мироновой, а когда хозяйка переселилась в Сусанино, поехала туда с ней… За стеной жила соседка. Она была недовольна, что ночи напролет из Любушкиной комнаты доносились громкие рыдания: блаженная плакала о мире погибающем, вымаливала народ.

Иеросхимонах Серафим Вырицкий говорил, что настанет время, когда за каждого верующего сорок грешников цепляться будут, чтобы он вытащил их из болота греховного. Таким спасителем для знавших ее стала блаженная Любушка. Она помогала в деле спасения от голода духовного не только в годы блокады, но и в мирное время, когда люди нуждаются в заступнике и утешителе не меньше, чем на войне. Домик в Сусанино стал народным прибежищем — туда устремились сотни, а затем и тысячи посетителей. Люди шли к Любушке, как к пророчице: что Господь возвестит, то она и скажет, и принимали ее ответ, как из уст Божиих.

В 1992 году в Сусанино прибыл протоигумен Горы Афонской. При встрече и прощании он просил блаженную записать его имя для молитвенной памяти и дважды услышал потрясший его ответ: «Не надо писать, я знаю отца Афанасия». Это «знаю» было произнесено с таким выражением, с каким она говорила об отдаленных от нее не только расстоянием, но и временем молитвенниках. Так она беседовала со святыми на иконах в Сусанинском храме Казанской иконы Божией Матери и в своем святом уголке…

Она спасала не только отдельных людей, но и целые города. В 1991 году в пригороде Сосновый Бор на ЛАЭС была авария. События развивались по той же схеме, что и на Чернобыле. Накануне Любушка очень волновалась, говорила: «Огонь, огонь!». Крестила дорогу к городу, до утра не спала, молилась — и беды не произошло…

Недальновидные, мы часто считаем, что беда отступает сама собой, плохое не происходит по случайности.

Блаженная Любушка Сусанинская совершала свои молитвы днем и ночью, не позволяя себе не только прилечь, но даже присесть. Она брала принесенный богомольцами хлеб, откусывала от него кусочек и по-детски простыми словами поминала приносящих. Люди, видя это, начинали плакать слезами любви и покаяния. Как короста спадала с их душ, оставался единственный вопль: «Господи, помилуй мя грешного!» Потом Любушка брала с собой остатки этого хлеба и кормила им птиц в церковной ограде.

Любушка всегда защищала несправедливо гонимых. На кого клевещут, кого обижают, на кого возводят напраслину — за таких молилась сугубо и всегда вымаливала. Но бывала и нелицеприятна — если человек того заслуживал, он мог подвергнуться от нее обличению, весьма ощутимому и болезненному Благословение она обычно давала, указывая на святого, которому нужно было особо молиться, отслужить молебен или прочитать акафист. Некоторым Любушка благословляла ставить свечи, говоря об этом, как об очень важном деле. Посетителям, которые приходили с сложными семейными и служебными проблемами, не мудрствуя, советовала: «Читайте молитвы дома, учите детей молиться». И действительно, в жизни этих людей не хватало главной ее основы, единого на потребу. Вследствие отсутствия молитвы и возникли проблемы, как естественное следствие жизни в доме, «построенном на песке» (Мф. 7:26-27).

Из воспоминаний монаха Моисея (Малинского): «В 1991 году я проповедовал Христа, тогда на Западной Украине, откуда я родом, было гонение на Православие. Власти решили выслать меня в Израиль. Пока оформляли визу, я поехал к отцу Науму в Троице-Сергиеву Лавру (отец Наум называл блаженную Любушку «живой продолжательницей блаженной Матроны»), а тот направил меня к Любушке. «Матушка, меня высылают в Иерусалим», — сказал я. А она как захлопает в ладоши, как воскликнет с радостью: «В Иерусалим! В Иерусалим!». Я понял, что такова воля Божия, и с легким сердцем покинул Родину. Грек архимандрит Дионисий постриг меня в Святогробском братстве с наречением имени в честь Законоучителя Моисея.

Вернувшись в Россию, я поспешил с друзьями к Любушке. Она повела нас в церковную сторожку: «Буду вас кормить». И все накладывала, накладывала, мы уже не можем кушать, а она все насыпает: «Ешьте». Это большой дар, когда старец или старица тебя кормит — значит, благодатью делится.

В другой раз отец Василий Швец послал нас в Санкт-Петербург, сказав: «Побываете у блаженной Ксенюшки, потом на Карповке, потом поедете к Любушке». Мы стали искать ночлег, нашли с трудом, а утром отправились в Сусанино. Когда вошли, старица строго заметила: «Вам же было сказано: к блаженной Ксении, потом на Карповку, и только потом ко мне». Мы поняли, что нарушили последовательность благословения: указание духовного отца надо соблюдать дословно, без изменений».

Анна Петровна (регент) вспоминает: «Однажды блаженная стояла на паперти и вдруг говорит: «Там убивают, не ходи, туда ходить не надо». — «Куда, Любушка?» — удивилась я, но она не объяснила. Вскоре на моего мужа Ивана напали, чуть не убили. Она всегда притчами говорила, наше дело было разуметь. Питалась скромно, брала не от всех.

Как-то я себя плохо почувствовала и попросила: «Любушка, помолись за меня». — «Молюсь, молюсь». — «Плохо мне, худо, Любушка». — «Пой Господу, пока ножки ходят». Вот я и пою. Сама она все время на паперти стояла, и все на ножках, на ножках — сидеть не любила. Великой души была человек!»

Матушка Людмила вспоминает: «Я думала: мы спрашиваем ее о своих житейских вопросах, а нам надо бы смотреть, как молится эта угодница Божия, пока она еще рядом с нами, на земле. Однажды Любушка долго молилась, потом подошла и сказала мне два греха, о которых никто кроме меня не знал: «Отмаливай, иначе Господь на Страшном суде взыщет».

Из воспоминаний матушки Валентины: «К Любушке мы ездили всей семьей… Однажды заболел мой внук Георгий: сочится гной, стафилококк… Я к Любушке: «Георгий умирает!» Она помолилась и сказала: «Будет жить». И все обошлось. Потом дочь заболела краснухой, и опять по молитвам Любушки болезнь прошла… Как-то глубокой осенью я даже дышать не могла, в носу были полипы.

Мы приехали к Любушке. Я рассказала ей о своей болезни. «Молись Богу и получишь помощь от Матери Божией, от Спасителя и Николая Угодника», — сказала Любушка. Я до платформы дойти не успела, как нос задышал нормально… Молилась она по руке. Пальчиком ведет и повторяет имена. Все ее духовные чада записаны у нее на руке — все мы, вся Россия. Для нашей семьи она была духовной «скорой помощью», и сейчас незамедлительно помогает, только попроси. Хоть Господь призвал ее к вечному блаженству, Любушка не оставляет нас, убогих, она всегда живая с нами».

Из воспоминаний Клавдия П.: «Перед кончиной Любушка посетила несколько обителей, и там почувствовали ее помощь… Так, после того, как блаженная старица побывала в Шамордино, женской обители, основанной прп. Амвросием Оптинским, им передали дом, который очень долго не отдавали монастырю. Матушка игумения попросила Любушку помолиться о передаче дома, и в скором времени хозяева принесли им ключи. Так и в Казанском монастыре в Вышнем Волочке, где она нашла вечное упокоение, обители передали все корпуса после того, как там поселилась блаженная».

Из воспоминаний игуменьи Феодоры: «Господь сподобил меня, недостойную, приехать первый раз к Любушке в Сусанино по благословению духовного отца схиархимандрита Серафима (Тяпочкина) (1894-1982 гг.).

14 января 1987 года. С тех пор одиннадцать лет, до самой блаженной кончины ее, я слушала ее и жила только по ее благословению и ее святыми молитвами.

В 1990 году мне предложили принять Вышневолоцкой Казанский женский монастырь, храмы и колокольня лежали в развалинах, сестрам жить было негде и не на что. А Любушка благословила: «Принимай». Несколько раз порывалась я оставить монастырь, так как приходилось жить с одной или двумя сестрами без средств к существованию, но когда приезжала к Любушке и говорила об этом, она и слушать не хотела: «Оставишь монастырь, он закроется, и Матерь Божия тебе не простит. Строй, строй и строй, построишь монастырь — Господь пошлет Свою милость». Только блаженная Любушка своими святыми молитвами помогла возродиться этой святой обители в честь Казанской Божией Матери, а в конце жизни и сама упокоилась здесь, вот Господь и послал Свою милость…

По прибытии в монастырь (29 января 1997 года) она сказала: «Вот я приехала домой». Когда мне было очень тяжело, я говорила Любушке: «Вас не будет, и я не смогу без Вас». А она мне отвечала: «Потерпи до лета». Я с тревогой ждала, что пройдет лето, и Любушка уедет. Но лето проходило, а Любушка у нас все жила, только начала болеть. И когда после сложной операции, которую ей сделали в Твери, она попросила отвезти ее в Казанский монастырь, я поняла, что Любушка останется у нас. Неожиданно ей стало хуже. Ее каждый день причащали. За сутки до смерти в 22 часа Любушка попросила еще раз причастить ее и этим дала понять, что скоро умрет. Все сестры и близкие чада, которые были в монастыре, начали подходить прощаться с ней. Она у всех просила прощения и молилась за нас. Все время писала пальцем по руке.

11 сентября в день Усекновения главы Иоанна Предтечи в 11 часов ее причастили, до последней минуты она была в сознании и молилась. За полчаса до смерти лицо ее начало просветляться. Видя ее последние минуты жизни на земле, мне было неловко за свою нерадивую жизнь и за то, что в келии никого не было, и я одна вижу блаженную кончину великой угодницы Божией. Я начала читать канон на исход души, затем Любушка три раза тихонько вздохнула и предала свою праведную душу Господу. Сразу же на ее лице запечатлелась блаженная улыбка. Она еще при жизни говорила, что Сама Матерь Божия Казанская придет за ней в белом платье. Похоронили блаженную старицу Любовь 13 сентября 1997 года в субботу возле Казанского собора с правой стороны алтаря. А на следующий день 14 сентября, по старому стилю 1 сентября — начало церковного новолетия. Только в этот день я, недостойная, поняла, почему она велела потерпеть до лета, оказывается, это значило — до церковного лета. Она, как только приехала к нам, уже знала день своей кончины…»

Блаженная Любушка, моли Бога о нас!

Мироносица раба Божия Вера (1923-2003 гг.)

Из воспоминаний дочери Веры Николаевной Емелиной, Людмилы Ивановны: «Родилась Вера Николаевна 23 февраля 1923 года в Херсонской области, г. Геническ. Семья была верующая. Родители с детства прививали любовь к Богу. Мама была домохозяйкой, дом был огромный и большое хозяйство, работы хватало. Отец с утра до ночи работал. Детей было 4, двое девочек умерли от болезни, осталась она и младший брат…

На все праздники приходили священники и известные люди. Двери комнат открывали и ставили большие столы, накрывались белые скатерти и ставились прекрасные яства. После ухода священников мыли посуду и вновь накрывали столы белыми скатертями и яства были такие же прекрасные, как и для священников, но это уже было для нищих… Отец мало того, что угощал и давал с собою угощение, но и покупал для них одежду и давал деньги. Он всю жизнь работал за десятерых и никогда ничего не жалел для людей и любил всех.

И вот такого замечательного человека пришли и арестовали… У мамы случился инфаркт, ноги опухли, и она почти не могла ходить. НКВДешники… приехали на большой машине и забрали все, что им показалось ценным и все запасы продуктов… оставили бедную женщину и детей голодными. Вдобавок они разломали в доме печь и полы, искали еще драгоценности.

Вере Николаевне было 10 лет, когда семья осталась без средств к существованию. И Верочка пошла к людям носить воду из колонки, два ведра на коромысле и третье в руке, чтобы доливать в два ведра, которые расплескивались по дороге. За эту тяжелую работу давали два пирожка, она их относила маме и брату. А ей давали испорченную кашу или кислые щи с огрызками хлеба. Маме она говорила, чтобы она не беспокоилась, что она сидит с ребенком и ее там хорошо кормят. (Когда ей исполнилось 13 лет ее взяли санитаркой в больницу.)

Единственное, что им оставили в доме, это корову, не хотели связываться. Наверное, знали, что на корову будут большие налоги. Денег не было, чтобы заплатить, дали огромный штраф, который они тем более не могли заплатить и мать с двумя детьми выгнали на улицу и закрыли дверь. Вероятно, желали прибрать к рукам дом. Но Верочка очень умная и ответственная поехала в Москву к Калинину и дом и корову вернули … (но) забрали в тюрьму маму.

Началась война. Вера Николаевна работала в больнице, ухаживала за ранеными, вытаскивала их с поля боя. Брат хоть и молодой, пошел в партизанский отряд.

Кончилась война, не обращая внимания на то, что брат был в партизанском отряде, его посадили, отправили сидеть в Ленинград. Брат передал Вере Николаевне с оказией записку: «Веруня, приезжай я умираю с голоду». Она бросила свой дом и поехала спасать брата. Она работала и подкармливала его. Вышла замуж за человека, который никогда не был против того, что она почти каждый день ездила в Церковь.

Столько сил и энергии было в ней. Вокруг нее всегда было много людей. Не имея образования, она имела мудрость и подход к людям, просто она их любила. К ней приходили письма со всех краев страны. Она могла просто поговорить с человеком, и ее уже не могли забыть. Ей не только писали, но приезжали со всего Союза. У нее была феноменальная память, она помнила все обо всех, все даты, все, что волновало людей, и она людям сочувствовала и всегда помогала советом. Она очень любила людей. И люди ее помнят и жалеют о ее кончине.

Вера Николаевна имела медаль «За доблестный труд» во время войны. У нее было много знакомых священнослужителей, и все ее уважали и ценили».

Из воспоминаний р. Б. Надежды (по благословению протоиерея Димитрия Шпанько): «С Верой Николаевной Емелиной мы познакомились осенью 2002 года, в нелегкие для нас с дочерью дни, когда в надежде на помощь Божию и молитвы блаж. Ксении, мы решили ехать в Санкт-Петербург. Одна знакомая подсказала остановиться у бабушки, которой дважды являлась сама матушка Ксения. Созвонились. Оказалось, нас очень ждут и с радостью примут. Приехали в Санкт-Петербург рано утром, с мамой и маленькой дочкой, наугад почти добрались до поселка Металлстрой, на окраине северной столицы – неприметный, по питерски серый уголок, который теперь стал нам таким родным! Как примут нас и ждут ли вообще? Дверь открылась, и все сомнения сразу рассеялись. Тонкий голосок весело зазвенел: «Дорогие мои! Как рада вас видеть». В маленькой комнатке помню все до мелочей. Справа у окна святой уголок с иконами. Почти каждая из них благословение духовников матушки Веры, среди которых были архиепископ Лука Войно-Ясенецкий [28], схиигумен Савва [29], архиепископ Мелитон [30].

Некоторые иконочки были подписаны этими Светильниками собственноручно. В этом самом углу в один из сорока (сороковых) дней по успении Верочки Николаевны сама зажглась лампадка. По двум сторонам комнаты три железные кровати, стол, за которым писались утешительные полные любви письма, цветок в кадке и на стене множество открыток, поделок от любимых внуков.

Вера Николаевна сготовила обед, составила план нашего паломничества и сказала, что будет нашим проводником. И все дни она ни на минуту не покидала нас, со слезами молилась о нас у матушки Ксении, на других святых могилках Смоленского кладбища, просила за нас св. Иоанна Кронштадтского. Без устали шагала по улицам Санкт-Петербурга в свои почти 80 лет, и мы еле успевали за ней. Долгими уютными вечерами рассказывала Вера Николаевна про свою жизнь, и как жаль, что половина того, что она рассказывала стерлась из памяти. Остались лишь самые яркие воспоминания. Простите, если буду неточной.

Родилась Вера Николаевна… в семье глубоко верующей. Отец был специалист высокого класса, кондитер-гастроном, дом был большой и в нем часто собирались священники. В большие праздники был обычай накрывать большие столы для детей. Священникам дарили облачения. В доме была комната для молитвы. Вера Николаевна маленькой девочкой вошла туда однажды. Перед большой иконой Господа (от пола да потолка) она просила: «Господи не дай мне богатства, а то я забуду Тебя. Не посылай бедности, а то я роптать на Тебя буду». Так вся жизнь ее и прошла по середине.

Она с ранних лет ухаживала в госпитале за больными и рассказала однажды такой случай: «Иду я однажды из госпиталя и думаю: как много добрых дел я сделала, довольна собой. Ночью же снится сон: «Стоит прекрасный юноша с золотыми локонами, в белой нежной одежде, (ангел), а перед ним Книга огромная, а в руке у него тросточка. Ей он ставит в этой книге звездочки за добрые дела людей. У кого-то большая звездочка, у кого-то поменьше. Ну, думает, ангел мне сейчас такую звезду поставит, а он поставил маленькую-маленькую точку». Обидно ей стало, а ангел говорит: «Ты свою награду уже получила».

Трудное время было, отца забрали, и они с матерью пошли к старцу, который был в гонение. Его келья ужаснула маленькую девочку, кровать, камень вместо подушки, а в углу кап-кап, вода как молоточками по голове. Вера Николаевна не выдержала и как закричит: — «не хочу, чтобы ты здесь жил!» А старец улыбнулся и сказал: — «А ты молись за меня и увидишь, как я служить в Большом храме буду». (Это сбылось много лет спустя. Встреча их была радостной.)

Позже маму тоже забрали и она поехала в Москву к Калинину. Охрана издевалась над девочкой, ей не давали пить, пока она не снимет крестик с шеи, но девочка смело отвечала: «Только с головой». Калинин узнал о девочке, которая ждет приема, и позвал ее. Рядом с ним сидел какой-то человек, который устрашал и издевался всячески, но маленькая девочка стойко защищала свою веру. Вдруг Калинин стукнул кулаком по столу и прогнал того человека. Оставшись с глазу на глаз (с ней) он сказал, что он и его жена, тоже верующие и что поможет ей (что и исполнил) маму отпустили, а ей он дал личного шофера на черной машине и комфортабельный номер в гостинице, где ей каждый день предлагали яства различные, но она ела только картошку и прочую простую пищу, а за все обеды расписывалась в книге.

У Веры Николаевны была мечта посмотреть храмы Москвы. Она пришла в один монастырь и мысль одна была уже – кто бы провел меня по московским храмам. Но она не говорила этого в слух. Вдруг одна пожилая монахиня обернулась и говорит: «Кто тут хочет посмотреть московские храмы?» Вера Николаевна сказала, что она и что у нее есть большая черная машина с шофером. Монахиня отвернулась и сказала: «По храмам не ездят на машине. Не поеду я с тобой». В слезах вера Николаевна уговорила ее идти пешком, отпустила машину. И вот они долго ходили по московским храмам. В то время Вера Николаевна болела рахитом, была маленького роста, ногти на руках были все темные. Вот пришли они в храм «Веры, Надежды, Любови и Софии». Матушка осталась и сказала: «Сходи, приложись ко всем иконам». Вера Николаевна приложилась и вышла. Матушка опять: «Ты не все еще сделала, сходи, приложись еще». Вера Николаевна пошла опять, прикладываться к иконам и тут выходят два священника, подошли к ней, о чем говорили, не помню, только над ее головкой стали служить водосвятный молебен. И пока служили, чашу с водой приходилось поднимать выше и выше, т.к. девочка росла на глазах. Воду из чаши вылили ей на головку, половину налили в бутылочку. И она всю жизнь хранила эту воду. (Когда мы с ней познакомились, вода эта хранилась уже в маленьком пузыречке, совершенно не испортилась.) От рахита не осталось и следа.

В Москве Вера Николаевна посчастливилось встретиться и познакомиться с митрополитом (не помню совсем с кем именно, очень жаль). Когда мать освободили, и она приехала встречать дочь на вокзал, то поначалу отталкивала от себя надоевшую высокую девочку и искала в толпе маленькую. Мать не узнала своей дочери, но когда узнала, сколько было радости!

Дальше картинки в памяти спутались. Помню отрывками: Тюрьма, Вера Николаевна приносит передачки знакомым батюшкам. Сидят по несколько часов, пишут номера на руках. Хоть на миг отойдешь, и тебя вызовут – считай зря сидел, сегодня уже не попадешь. Приходилось передавать табак с вещами и пищей, т.к. священников сильно били. А табак облегчал их положение, родственники сначала возмущались, что она неправильно (делает), но в ответах были слова благодарности, и Вера Николаевна была уверена, что так надо.

Однажды заработав денег, она с мамой решила поехать подлечиться в санаторий.

Решили заехать под благословение к знакомому митрополиту Константину [31].

(вероятно, священномученик митрополит Константин (Дьяков) — состав.). Вдруг келейница со скорбью говорит ужасную новость: «Его убили и хотят захоронить в общей могиле, но за деньги можно выкупить тело и самим похоронить. И вот эти деньги собранные на санаторий стали святой платой за тело убиенного священномученика.

Сколько смертей пережило ее сердце! Сколько умученных священников провожала она в последний путь. Страшное было время, и мы не могли сдержать слез, слушая скорбный рассказ.

Вот война. Госпиталь. Вера Николаевна – медсестра. В отдельной камере лежал больной тифом. Вера Николаевна безбоязненно ухаживала за ним, с любовью и молитвой. Все врачи в тайне думали, что и ей не избежать заразы, но она, облегчая страдания ближнего, осталась жива и здорова. Еще один интересный случай: «Оккупация, в госпитале оцепление несколько дней, нет ни одного врача. Промыслом Божиим только Вера Николаевна осталась там, внутри и в течение двух недель грязными не стираными тряпками перевязывала раны солдатам. Она лишь кричала: — «Богородица! Помоги!» За две недели – ни одного заражения. Когда прорвали оцепление, главврач вызвал ее в кабинет и сказал, что видимо она верующая, т.к. такое чудо возможно только верующему сердцу.

Каждый год, 17 декабря Вера Николаевна ездила на поклонение к мощам Св. муч. Варвары в Киев. Когда пришла война, она вновь собралась в паломническую поездку. Села в 1-й вагон – бомба попала в последний (вагон), дальше они поехали на другом поезде, села в последний вагон, бомба попала в первый (вагон). Пересела в следующий поезд, и здесь их задержали немцы. Ей пришлось говорить с их начальником, он был с переводчиком. Вера Николаевна увидела на ремне, на бляшке начальника надпись – «С нами Бог!» И сказала ему: «Снимите ее. Бог не с вами, а с нами!» Переводчик предупредил ее, что так говорить нельзя, иначе ее могут убить. Но Вера Николаевна безбоязненно исповедала свою веру. И вдруг начальник заговорил на русском языке. Он сказал, что уважает ее веру. Дал ей пропуск и продукты.

Господь вновь сохранил её, и она беспрепятственно добралась до Киева.

Там шла служба. Каждый год на праздник вмуч. Варвары ее переоблачали в новые одежды, а старые разрезали на маленькие кусочки и раздавали верующим…После службы батюшка всех одарял частицей облачения от мощей вмуч. Варвары, а ей в этот раз ничего не дал. Она очень в тайне огорчилась, но вдруг батюшка выносит ей из алтаря рукавичку, что была надета на мощи Великомуч. Варвары.(Эта рукавичка сейчас лежит под стеклом в храме Александра Невского, прихожанкой которого последние годы жизни была Вера Николаевна, рядом с этим храмом, в ограде церковной она и похоронена. Варварушкина рукавичка, так ее все называют в храме.)

Вера Николаевна помогала многим людям, для своей семьи она руковичку мало использовала. И вот однажды, когда ее дочь Людмила еще была маленькой, у нее на лице появилось небольшое пятно. Которое вероятно беспокоило и приносило неудобство девочке. И вдруг в доме появилась женщина (как видение) и Вере Николаевне было сказано: «Что же ты, имея такую Святыню, не приложила ее ребенку?!» Вера Николаевна поспешила приложить Варварушкину рукавичку к дочке. После чего обернулась, но никого уже не было в комнате. Девочка же после этого исцелилась.

Вера Николаевна видела много смерти и во время войны. Но свою жизнь предала Господу и, как говорила, не боялась войны. И Господь хранил ее на всех путях.

Возможно после войны, приехав в Металлстрой, у нее возникли большие проблемы с документами. Она уже была замужем и с двумя детьми. Положение было серьезное. Вера Николаевна в слезах пошла к часовенке матушки Ксении, молилась и просила ее помощи. Стемнело, она пошла вся в слезах, брела домой. Вдруг женщина, как монахиня, с посохом обгоняет ее и спрашивает:

— Ты плохо живешь?

– Нет, – говорит Вера Николаевна.

— Тебя обижает муж?

— Нет.

— Тебя не любят и не слушают дети?

— Слушают.

— Так чего же ты плачешь? Не плачь, все будет хорошо»

И она пропала. Только тут Вера Николаевна поняла, что это была сама Матушка Ксения. Вдруг ноги ее стали ватными, как будто их раздуло до необычайных размеров. Она еле дошла до трамвая, села и не могла поверить во все, но на следующий день все проблемы были легко решены.

Второй раз явления Матушки Ксении: работала в госпитале, 6 февраля она собралась к часовенке. Вызвались и сотрудницы (даже не верующие). Пошли на кладбище 8 человек. Вера Николаевна говорила им, что Ксеньюшка часто появляется в окошечке, в день ее памяти. Подруги не верили, но шли. Ждали долго, все замерзли, и пошли назад, осталась лишь Вера Николаевна. И вдруг в окошечке появилась матушка Ксения. «В платочке завязанном — рассказывала Вера Николаевна». Она позвала подруг, те, вернулись, и все до одной видели это чудесное видение.

Дальше в памяти лишь отрывки, невозможно связать их в рассказ. Помню, Вера Николаевна ездила в Пюхтицы (Пюхтинский монастырь), молилась за родственницу больную раком, служила молебны, привозила водичку и просфоры и та совершено исцелилась.

Своей верой Вера Николаевна зажигала другие сердца. И люди получали просимое. Однажды Вера Николаевна после молебна в часовенке вышла покормить ребенка на улицу. Вдруг одна дама подходит и говорит: «Совсем не помогает мне матушка Ксения; не знаю уж и большие свечи ставлю, не буду больше просить». А Вера Николаевна говорит, Вы не так просите, надо как ребенок у мамочки, если попросит конфетку ласково, а не с капризами, какая мать устоит? И большие свечи тут ни причем. Та задумалась и ушла. Через некоторое время в часовенке подходит к Вере Николаевне та женщина с мужем (красавец, военный, который ушел от нее к другой) и говорит: — «Спасибо Вам, вы помогли мне вернуть мужа, он в тот же вечер, как я сказала, так как вы научили, пришел и объявил, что лучше меня нет!» Вера Николаевна сказала: «Благодарите Ксенюшку».

Однажды пришли к ней домой две аферистки, как будто с пенсией чего-то решить, льготы какие-то, сели напротив икон. И среди иконочек – «Мамочка Ксения» — как Вера Николаевна ее звала. Вдруг одна вскакивает, тычет пальцем в эту иконочку и кричит: «А это, что у тебя? Матушка Ксения?» Обе сорвались с места и убежали. Так опять сохранил Господь по молитвам блаженной Ксении.

Мы еще не раз приезжали к Вере Николаевне. Однажды, перепутав день нашего приезда, она два дня подряд ходила в 5 часов утра в Александру Невскую лавру, где мы должны были встретиться. Не лишним будет сказать, что по приезде в Москву, через час все мои скорби рассыпались, Слава Богу, за все, за молитвы блаженной Ксении, за родную молитвенницу Веру Николаевну «образ христовой любви нам явившую». Не забуду фотографий — Вера Николаевна и святитель Лука крестят ребенка (все боялись, никто не хотел быть крестным), письма схиигумена Саввы, которые начинались: «Мироносице р.Б. Вере….», от многих других теперь уже так нам известных старцев. Духовное наследие Вениамина Петроградского, объяснение Божественной Литургии, такие неисчерпаемые сокровища в скромной маленькой комнатке.

«Кому все это будет нужно? Кто это будет хранить?» — говорила она мне. Все письма Вера Николаевна собиралась сжечь. Не знаю, сожгла ли. Не давно вот узнала, что в Петербурге в храме, при котором похоронена матушка Вера, у о. Константина есть аудиозаписи, где она сама рассказывает о себе и своей жизни. Слава Богу, за все!

Не задолго до своей кончины она ездила на могилку к старцу Николаю [32] (о. Залит), и к одному из Печерских старцев, который как потом рассказывали, никого не принимал, но Веру Николаевну принял радушно, долго беседовал, а она не забыла и о нас, все беспокоилась, спрашивала.

В последние ее дни мы звонили по телефону, и все тот же звонкий голосок отвечал: «Родные мои, любимые!!!» Это в моменты тяжкой болезни, она находила для нас теплые слова.

Говорят, перед смертью к ней являлся старец Николай (Гурьянов), а 24 августа (день памяти старца) выдался на 40-й день Веры Николаевны. Умерла же она накануне дня памяти Царственных мучеников, 16 июля (2003 г.).

Такого ревностного, апостольского исповедания веры сподобились мы быть случайными (понятно не случайными) свидетелями в нашей жизни… С Божией помощью пытаюсь вспомнить как можно больше, чтобы память о дорогом, таком светлом человеке не ушла в небытие….»

Приведём несколько строк из двух писем матушки Веры (2002-2003 гг.): «О Господи † возлюбленные мои, дорогие Валентина, Надежда, ангелочек Женечка. В дни праздников вы все были со мной рядом в Храме. Вы вошли в глубину моего сердца. Я возлюбила вас что вы, приезжали к нашей мамочке Св. Ксении, дарует вам Господь здравия, спасения… богатой милости, на многая и благая лета… Всех, вас люблю Св. любовью, за всех молюсь. Да хранит вас всех Господь и Матерь Божия, во Христе любящая всех, целую…

Христос Воскресе † мои дорогие о Воскресшем Господе, возлюбленные Надежа, ангелочек Евгения, Валентина, Ольга со чадами. Да воскреснет Он и в сердцах наших, мы во главе с Ним составили одну семью Отца Небесного, в которой царствует правда, святость, любовь, радость во Святом Духе, дарует вам Воскресший Господь здравия, многая и благая Лета. Всей вашей семье во вся дни вашей жизни».

Из воспоминаний внука Веры Николаевны, Виталия З.: «Грустно осознавать, что больше её не увижу, не посижу с ней на кухне до утра, разговаривая на беспокоящие меня и её темы…

Многое из того, что рассказывала мне бабушка, я смог понять и оценить когда её не стало…

Она незримо, но духовно (даже душевно) всегда со мной. Когда трудно, лишь стоит закрыть глаза, я слышу её спокойный, тихий голос. И я понимал, что всё суета, всё пройдёт, всё будет хорошо…

С младенческого возраста я ощущал добро и теплоту, исходящую от моей бабушки. Она помогла мне познать этот мир легко без напряжения, без ссор… Любая напряжённая ситуация разрешалась, не доходя до кризиса. И бабушка всегда объясняла, в чём я не прав, и как это можно исправить. Я впитывал её мудрость и знание жизни. В том, что она знает жизнь во всех её проявлениях, я не сомневался уже в юности, когда я стал понимать, что рассказы моей бабушки, это не просто интересные истории, а книга жизни, из которой я могу черпать всё, что мне пригодится для того, чтобы стать достойным человеком. Примеры её мужества и терпения, которые я узнал от неё, глубоко потрясли моё сознание. Они до сих пор заставляют ценить то, что у меня есть…

Воспоминания бабушки о её детстве, наполненном сначала … счастьем, затем… горем и тяжелым трудом, заставляют содрогнуться. Паломничество по церквям Украины – это сотни километров. Поездка в Москву к Калинину. Её стойкость в вере (давшая плоды). Заступничество за священство… Затем война: кровь госпиталей, смерть войнов … взрывы…

Помощь в организации госпиталя в Крыму. Сбор материалов и продовольствия (она одна на повозке в степи, вой волков, темнота. Но она говорила: «Божия Матерь со мной!»

После войны – Ленинград, подлость председателя колхоза, который уничтожил все её документы. Опять ночь, повозка, волки в лесу (уже в северном)… Она работала на заводе на вредном производстве. Холод, голод. Но вот лучик света – мой дедушка, который с огромным трудом добился её руки (ведь она хотела посвятить свою жизнь Богу.) Но ей было откровение, что и в миру ей много работы. У них родился сын, затем дочь (моя мама…) Наша семья не была богата, но духовно мы были спаяны… Она была тем, что связывало нас воедино.

И в конце своего жизненного пути она также связала воедино общину нашей церкви св. Александра Невского в посёлке Ижора. Она стала духовной матерью для многих прихожанок. Чужие люди, чужие проблемы она принимала как свои собственные. Утешала, наставляла и бранила своих духовных детей. Люди тянулись к ней всегда. Во многих городах страны у нас были знакомые люди, которых бабушка выручала в самых разных ситуациях. Узнав же её ближе, они становились ей как родные (в детстве у меня было ощущение, что родных у нас пол страны)… Мой дедушка всегда это разделял и не мешал бабушке в её делах. Они были настоящими мужем и женой, решали всё по любви и уважению друг к другу.

После смерти дедушки она всецело посвятила себя проблемам других людей. Ничего себе не желала. Жила для внуков, а так же для духовных сестёр. Ей невозможно было ничего подарить, накормить вкусненьким. Она всё отдавала, угощала гостей тем, что приносили предыдущие, и передавала подарки. Когда кто-то обижался на это – говорила: «Это двойной дар – двойная радость. Я рада, что получила ваш дар и Бог рад, что я порадовала им другого»…

Получалась «цепная реакция», которой так не хватает неверующим людям… Т.е. люди радуют друг друга. От одного к другому. При этом они думают друг о друге, и чувства одного становятся заботой другого и радостью третьего.

Люди чаще собираются, превозмогая каждодневную рутину, приходят в церковь. Они более открыты друг для друга, для веры в Бога. Так собирается община единоверцев, где каждый несёт в себе Бога и освещает другим людям дорогу к Храму… Бабушка, мне кажется, внесла свою лепту в дело возвращения к нам Веры…

Даже отъявленные негодяи вели себя при ней мягче. Непослушные дети притихали, чувствуя её добрый свет. Я неоднократно наблюдал это чудо превращения, видел силу её веры.

Забыл сказать, что, конечно же, меня в церковь привела (точнее принесла) бабушка. И мы вместе с ней были везде… Она воспитала меня в Вере и любви. Теперь я воспитываю своих детей в любви и понимании добра… Это лучшее, что я смогу сделать для моей любимой бабушки. Грустно, что я её больше не увижу, не увидят мои дети, но я расскажу им о ней».

Из воспоминаний р.Б. Людмилы и Татьяны: «16 июня в 0:30, 2003 года почила о Господе подвижница благочестия р.Б. Вера, 80 лет от роду. Родилась она в благочестивой христианской семье от Марии (полька) и Николая (чех). 23 февраля 1923 г. в Мелитопольском р-не в Крыму, г. Геническ. Выросла она в окружении верующих людей, священства. Дом ее родителей находился недалеко от Храма, где они принимали, кормили и одевали нищих, а особо любили странников и детей. Отец ее был врач, кондитер, повар. Никому они ни в чем не отказывали. Бывало, на Пасху красили яиц до 300 штук, торты — многокилограммовые, сладкое печенье и все… раздавалось. Лечил он животных своими необычными способами. Люди шли мимо ветлечебницы к его дому и денег за лечение никогда не брал…

Когда ей было пять лет, она вошла в молельную комнату, встала перед иконами и сказала: «Господи! Ты видишь, я возрастаю. Не дай мне богатства, чтобы я Тебя не забыла, но и бедность не дай мне, чтобы я на Тебя не роптала». А Ты, Матушка Пресвятая Богородица, помоги мне быть во многих и многих храмах!» И осторожно вышла из комнаты и поскакала на ножке. И в дальнейшем все это исполнилось.

Богослужения она посещала с родителями с великим благоговением. Дома мама спрашивала маленькую Веру, что читалось на Апостолов и на Евангелие, и она всегда отвечала с точностью.

Однажды, когда вся семья отправлялась на службу, отца попросили срочно придти к больному животному. По приходе домой за обеденным столом сидело священство, а Верочка сидела угрюмая. «Что с тобой Миколаевна? (так звали ее любовно все). Вздохнув, она ответила: «Шел мой папочка на обедню, а попал в харчевню». Отец начал возражать, а игумен ответил, что дочь права. Почему «Миколаевна», потому что не по-детски была мудрой в свои небольшие лета.

Каждому священнику она могла дать характеристику того дара, которым обладал тот или иной священник. Все удивлялись ее разуму.

У ее мамы сильно болели зубы, она усердно молилась в комнате, и ей явился священномученик Антипа в образе юноши и сказал: «Вот тебе ладанка, повесь ее маме на шею, у нее пройдет боль» и исчез на глазах. Она так и сделала, боль у мамы прекратилась.

В 1933 году начались гонения. Забрали ее отца, и больше его она никогда не видела. Был обыск, вывезли все иконы, книги. Дом опечатали и с мамой ее выгнали. Жить негде (и никто к себе не пускал, т.к. боялись), и девочка поехала искать правду в Москву. Пошла на прием в Кремль к Михаилу Калинину. В приемной ее обыскали, и охранник увидел у нее на шее металлический крест. Сказали: «Снимай!» и услышали твердое «Нет!» Лучше я уеду, чем сниму!»

На ее счастье проходил Калинин и заинтересовался необычным посетителем и повел ее к себе в кабинет. Она рассказала ему о своем горе. Выслушав, Калинин ответил, что ее вопрос он сразу решить не может, а в течение 10 дней. «Но мне негде жить!» А староста говорит: «Мы тебя устроим»!

Поселили ее в гостиницу из трех комнат со слугой, чтобы готовили, приставил к ней шофера с легковой машиной, чтобы смотреть Москву. Но всем этим она не пользовалась. Ее едой были 2-3 картошки в мундире и хлеб. Шофера она с утра отпускала, а сама ходила по храмам пешком. С одной монахиней она пошла в храм «Вера, Надежда, Любовь и мать их София».

Сама Вера была в свои 10 лет очень маленького роста. После Божественной Литургии был совершен водосвятный молебен и над ее головой держали сосуд с водой. По мере того, как она вырастала на глазах, сосуд поднимался выше и выше и она выросла до нормального состояния.

Много храмов она посетила в Москве. Вопрос Калинином был решен положительно. С двумя чемоданами подарков ее отправили домой. Когда Вера вышла из вокзала, уж дома, то мама ее не узнала и сказала, что это не моя дочь, т.к. она изменилась в росте.

В 1937 году начались репрессии на священство. Вера работала в больнице санитаркой. После работы спешила к тюрьме с передачами. Часто отстаивала многочасовые очереди, а перед ее носом дверцы закрывались, и она возвращалась ни с чем.

Пошла к начальнику тюрьмы и пригрозила ему Калининым, т.к. передачи не принимают. Ей он дал пропуск, и она без очереди отдавала передачи. При свидании со священниками видела их избитыми и с вырванными волосами на голове и бороде. И стала она передавать в передачах табак, который священники отдавали надзирателям и их перестали бить.

Когда ей дали первый отпуск и отпускные, поехала с мамой в Киев, остановилась у знакомых. Приходит конвоир (свой человек из тюрьмы) и сказал, что если вы внесете деньги за убиенного митрополита Константина, то его ночью вывезут за город, а положат в машине в простынь сверху всех убитых и вы возьмете его и похороните. Отдав все деньги, что были, они сделали, как им сказали. Ночью облачили и похоронили на кладбище.

В 1942 году она отправилась в Киев на праздник Варвары великомученицы в Киево-Михайловский собор. Добирались много дней с подругой под бомбежками. Но чудесным образом они добрались до Киева. И в сам праздник 17 декабря мощи великомученицы Варвары переодевали, и одеяние разрезали на кусочки и эту Святыню отдавали верующим. Но Веру все обходили, не давали… И она смиренно ждала. Затем священник из алтаря вынес варежку, которая была на руке у великомуч. Варвары и отдал ей.

Шли они на поклонение к Чудотворной иконе Божией Матери Почаевской в Успенскую Почаевскую Лавру. Опоздали на Литургию. Монахиня позвала священника и объяснила причину опоздания. Он их причастил и дал им две просфоры. Одну им, а другую соседке Марии, которая хотела им дать денег на дорогу, но не успела и об этом очень горевала. Когда ехали назад, у них не было пропуска, и была облава, и хотели их забрать в Германию. У одного офицера она увидела на бляшке ремня надпись – «С нами Бог». Вера начала кричать и говорить: «Не с вами Бог, а с нами, вы пришли на нашу землю»!

Офицер, он оказался комендантом, приказал привести Веру к себе в кабинет и сказал по-русски: «Я вижу, что ты верующая, и я верую в Бога. Я дам тебе пропуск, и вас посадят на поезд, только не говори, что я тебе сказал». С собой он дал ей чемодан, там оказались продукты, шоколад и они благополучно доехали домой. Дома ее встречала соседка Мария.

Во время Великой Отечественной Войны она была санитаркой. Ухаживала за ранеными. В открытых переломах, мелкие кости, обломки отбрасывала, соединяла большие, промывала в марганцовке и со слезами просила Божию Матерь, чтобы ни один солдат по ее вине не был ампутирован. Так и было.

Под бомбежками, ограждала себя с четырех сторон Крестом и смело шла, рядом рвались снаряды, погибали люди, но она была невредима.

После войны ей довелось встретиться с профессором Филатовым. Он был глубоко верующим человеком. В его кабинете был образ Иисуса Христа, перед которым он молился всегда перед операциями. В Вере он увидел добрую, трудолюбивую девушку, чистую веру, чуткую натуру и относился к ней благоговейно.

Он ей предложил учиться в институте, но она отказалась, т.к. дала Богу обещание никогда ни себе, ни другим не сделать ни одного укола. По этой причине она не может быть доктором.

Однажды Филатов устроил у себя вечер, и у него было верных друзей, и когда Вера пришла после вечерней, то увидела много народа, он посадил ее рядом с собой, предложил немного вина, но она отказалась, т.к. его никогда не пила, и не знала вкуса его.

Когда у Веры родилась дочь, на лице у девочки было большое пятно. Однажды когда она кормила ее грудью и скорбела, в комнату входит женщина и говорит: «Что ты скорбишь, если у тебя есть Святыня». И подходя к образам, попросила воды. Вера пошла на кухню за водой, вернулась, женщины нет. И тут Вера догадалась, что приходила Великомуч. Варвара, взяла рукавичку и приложила к лицу дочери, личико стало чистым.

Как-то в храме Вера обратила внимание на девушку, она плакала. На вопрос: «Что случилось?», показала забинтованную руку, которая гноилась. После службы она привела ее к себе домой, вместе помолились и прочитали Акафист Великомуч. Варваре, сняли повязку и через другую, чистую приложила рукавичку Вмуч. Варвары. Ушла на кухню, услышала крик, а когда пришла девушка показала затянувшуюся рану на руке. Девушка хотела отблагодарить, Вера сказала: «Не меня, отдай эти деньги в храм».

И таких случаев, когда р.Б. Вера помогала людям, было много. Когда словом, когда молилась Божиим угодникам и всех любила.

Когда Вера готовилась к отходу, эту Святыню рукавичку Вмуч. Варвары она отдала в храм Святого Благоверного Князя Александра Невского, где она и поныне. Рукавичка благоухала, вся была в миро. Когда ее несли в храм и в первую службу 17 декабря в день памяти Вмуч. Варвары.

Кто бы не обращался к Вере, она всем помогала».

Из воспоминаний р.Б. Елены: «Господи благослови! С Верой Николаевной Господь сподобил близко общаться месяца за четыре до ее отхода. Когда она заболела, ее духовные чада просили молиться о здравии рабы Божией Веры. С сестрами мы собрались, усердно от души молились. Я просила передать нижайший поклон Вере Николаевне через р.Б. Ольгу. На следующий день Оленька мне позвонила и сообщила, что В.Н. сказала: «Пусть эта детонька ко мне придет». Я очень обрадовалась. Так начались наши встречи. И это была милость Божия ко мне, грешной, так много они мне дали, и радости духовной и помощи.

В это время для меня через общение и молитвы этой старицы пришла помощь Божия.

При первой встрече, когда я пришла к ней домой, впечатление было ошеломляющее. Как будто я давно знаю этого человека, было не наговориться, меня грешную понимали, поддерживали. А когда она сказала: «У меня такое впечатление, что я тебя, детонька, знаю с пеленок, все у тебя будет хорошо». Мне стало как–то особенно радостно. Вскоре пришли духовные чада, мы читали ее любимый Акафист «Слава Бог за все!», молились за болящих, посидели, потрапезничали за столом. Пребывали все в духе любви. Я еще не уходила, а помышляла о следующей встрече. И, благословляя меня, Вера Николаевна сказала: «Ты можешь приходить всегда, когда захочешь».

Будучи духовным человеком, она могла заглянуть в душу каждого и дать то, что необходимо «едино на потребу» именно этой душе. Господь через нее помогал.

Все в нашем храме ее знали, любили и уважали. В возрасте 80 лет (так было всегда в ее жизни раньше) она посещала все Богослужения и старалась бывать на престольных праздниках в других храмах Санкт-Петербурга и области.

Удивительный был ее взгляд. Перед началом Богослужения, проходя мимо, скажет: «С праздником!» И на душе становилось радостно, празднично. Воистину глаза Веры Николаевны полные любви, свет излучали. Я тогда частенько плакала в Храме, позже много мне стало понятнее. Когда она говорила «С праздником» молилась за меня, и Господь давал утешение. Слава Богу! Все это было до нашего личного общения.

Как-то я сказала ей, что по молитвам св. блаженной Ксении Петербургской в моей жизни Господь сразу помогает. Утвердительно кивнув головой, она сказала: «Святая блаженная наша мати Ксения молится за тебя, а в храм наш тебя привел Господь по молитвам св. благоверного князя Александра Невского».

Со школьных лет я любила бывать в Александро-Невской Лавре, там молилась и Господь продлил годы жизни моей мамы (она тогда была больна), были жизненные ситуации еще, и Господь милосердствовал по молитвам св. благоверного Князя Александра Невского. К этому святому мое особое поклонение, почитание и любовь. Вера Николаевна сказала истинное, а ведь я ей ничего не рассказывала.

Была у меня ситуация, сейчас она мне кажется смешной, тогда непонятной. Выслушав меня, Верочка Николаевна все объяснила и потом убедилась, правильно ли я уразумела. И была строга.

Как-то прихожу и на вопрос как дела у сына и его семьи, я сказала, что невестка с внуком уехали на юг отдыхать, а сын работает, отпуск не дали. «Сын тоже должен отдохнуть. Я помолюсь», — сказала Вера Николаевна. Через два дня сын позвонил: «Мама у меня отпуск образовался, и я уезжаю на юг к своим». Радостная сообщаю Вере Николаевне, она улыбнулась, да на образа перекрестилась, благодаря.

В начале июня настоятель нашего храма благословил меня работать в трапезной, а другой батюшка детьми заниматься. Верой Николаевной сказала: «В храме останешься». Получилось после работы в трапезной осталась работать в храме. Работать в трапезной было не просто, поварского образования у меня нет, и все говорили: «Не справишься». А она молилась за меня и верила, что Господь поможет. А когда одна ее духовная дочь сказала: «Как это так получается? Не должно быть». Она ответила «Божие Благословение». И была очень довольна. У Веры Николаевны был дар Божий помогать людям. Высший дар от Бога – дар духовного рассуждения был у этой благочестивой подвижницы.

Слава Богу, за все! – так говорила всегда Вера Николаевна».

Господи, упокой душу подвижницы Веры со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Рязанские старицы

Блаженная Любушка Рязанская (1852–1920 гг.)

Блаженная Любушка (Любовь Семеновна Сухановская), как установлено по архивным данным, родилась в городе Рязани 28 августа/10 сентября 1852 года в семье пронского мещанина Сухановского Семена Ивановича. (В некоторых источниках указан 1960 год.Фамилия — Суханова) Крещена была в храме Николы Долгошея священником Петром Дмитриевичем Павловым (отцом академика Ивана Петровича Павлова).

В 1880 году семья лишилась кормильца. Известно, что вдова, Мария Ивановна Сухановская, поселилась с двумя дочерьми Любой и Ольгой во флигеле дома жены псаломщика Анисьи Александровны Лебедевой.

С детства Люба была лишена возможности двигаться. В пятнадцать лет девочка получила чудесное исцеление. Люба с матерью и сестрой жили тогда в маленьком домике недалеко от Казанского женского монастыря (в Рязани). В комнате, где лежала больная, находилась икона святителя Николая Чудотворца, каждый день Любушка горячо молилась, просила Святителя Николая об исцелении. И вот однажды, мать Любы, вернувшись домой, увидела, стоящую на ногах Любушку. Обрадованная мать бросилась к дочери с расспросами, в ответ услышала: «Явился Угодник Божий Николай и говорит мне: «Вставай, Люба, ходи и юродствуй». Я поднялась твёрдо на ноги, а он стал невидим.

Мать пошла к священнику и рассказала ему о чудесном исцелении и благословении на подвиг юродства. Священник, выслушав её, ответил: «Воля Божия, не задерживай дочь, отпусти её, и пусть она идёт и юродствует»…

С тех пор Любушка и начала нести свой тяжёлый крест. Она обошла все храмы и монастыри Рязани, вероятно во время молитвы в одном из них в её душе родилось желание уйти в «затвор на молитву», чтобы ничто мирское не отвлекало её. Любушка заточила себя между печкой и стеной в своём доме. А через три года, получив благословение свыше, вышла к людям. В скором времени о блаженной Любушке знала вся Рязань. О благообразной девушке в голубом платочке и цветном сарафане, предсказания которой сбывались, вскоре заговорил весь город. Купцы, к которым в лавку заходила блаженная и брала что-то без спросу, наперебой рассказывали, что в те дни торговля у них была на редкость удачной. Многие старались одарить блаженную Любушку, но не у всех она брала, а то, что взяла, непременно отдавала нуждающимся людям.

Любушка могла без приглашения прийти в любой дом, найти ножницы, вырезать из бумаги фигурку и подарить её хозяйке или хозяину дома. Таким необычным образом она предупреждала, предсказывала: кому даст лошадку или паровозик, тому предстоит дорога, кому веночек –замужество, а кому гробик — смерть грядет… Следует отметить, что фигурки она подавала молча, подаст — и уйдет.

В начале 1917 года блаженная Любушка металась по улицам города и повторяла: «Стены иерихонские падают, стены иерихонские падают!». После революции все поняли, о чём предупреждала блаженная.

Пожилым монахиням из Казанского монастыря она предсказала: «Вы-то косточки свои здесь в монастыре оставите, а другие – нет». Вскоре монастырь закрыли.

Как-то двум девочкам блаженная Любушка подарила бумажные иконки. Одной иконку святого благоверного Александра Невского, другой — иконку благоверной Анны Кашинской. Впоследствии первая вышла замуж за Александра, и жить молодым пришлось на станции «Александр Невский». Судьба второй была схожей с жизнью благоверной княгини Анны, она рано овдовела, одна воспитывала двоих детей.

Из воспоминаний Лизы М.: «Недели за три до своей смерти пришла к нам в дом Любушка… Сказала: «Лизонька, я ведь скоро умру, а ты за меня Богу молись, ходи на мою могилку, песочек бери, а гроб мой оббей розовым». Я её спрашиваю: «Песочек-то зачем мне?» И вижу, как после этих слов словно какая-то тень прошла по её лицу. Задумалась она не минутку и говорит: «Всё же бери песочек, насыпай в банку с цветами и в доме будет благодать». Когда Любушка умерла, я была на работе. Вернувшись домой, узнала о её смерти и тотчас пошла к ней… Я вспомнила просьбу Любушки — обить гроб розовым — и загоревала: как же исполнить её просьбу? Умерла она в 1921 году. В магазинах тогда ничего не было. Материю продавали по талонам, а наша семья уже всё отоварила… Пришла в магазин, стала говорить с заведующим: «Мне бы у вас хотя бы марли купить: гроб надо знакомой старушке обить…» Заведующий позвал мальчика-ученика: «Миша, там, на полке есть у нас розовая марля, ступай принеси»…

Смотрю, несёт мальчик целый ворох марли красивого густо розового цвета… Так обили её «Домик» в розовый цвет… Так исполнилось предсмертное желание Любушки».

21 февраля 1920 года блаженная Любовь отошла ко Господу. (В некоторых источниках указан 1921 г.) По свидетельству современников, в день похорон блаженной старицы все улицы на пути следования похоронной процессии были заполнены людьми. Ольга Семёновна, сестра блаженной, увидев, сколько людей провожает Любушку в последний путь, заплакала и сказала: «Сколько людей знали мою сестру, одна только я не знала».

Почитатели блаженной Любушки поставили памятник на её могиле. Но прошли годы… Не стало памятника… Однажды на кладбище появился военный, который привёл могилу блаженной в порядок: на свои средства купил и установил крест и ограду. Он рассказал, что был тяжело болен, врачи не могли ему помочь, но во сне ему явилась блаженная Любушка и сказала: «Не горюй и не волнуйся, поезжай в Рязань, найди на кладбище могилу Любови Семёновны, поставь вокруг ограду, после чего будешь здоров и счастлив». После того как военный всё выполнил, он действительно получил исцеление. После этого он ежегодно приезжал на могилку блаженной старицы, заказывал панихиду.

Сохранилось не мало рассказов жителей Москвы, Костромы, Нижнего Новгорода и других городов, свидетельствующих о молитвенной помощи покровительницы Рязани, блаженной Любушки.

Из воспоминаний Валентины (Украина): «Долгое время болела, лечилась у разных врачей, но не выздоравливала и потому стала приходить в отчаяние. Но однажды увидела сон. Приходит ко мне женщина и говорит:«…Я помогу тебе, но с условием, что ты съездишь в Рязань и побываешь на моей могиле». Я ответила, что согласна.

— Раз ты согласна, скоро будешь здорова. Я есть рязанская блаженная Любовь.

Приедешь в церковь Всех скорбящих Радость, исполнишь для себя заздравный молебен, а люди укажут тебе мою могилу». В августе 1992 года Валентина приехала поблагодарить блаженную старицу, в благодарность за исцеление она оставила щедрое пожертвование на ремонт часовни на могиле блаженной.

С июня 1998 года святые мощи блаженной Любови Рязанской пребывают в храме святителя Николая Чудотворца (в Ямской слободе) – в Николо-Ямском храме г. Рязани, а частичка мощей — в Благовещенском храме. Блаженная старица не оставляет без помощи тех, кто просит её молитвенного заступничества. (8/21 февраля — день памяти блаженной Любови Рязанской)

Блаженная Любушка, моли Бога о нас!

Блаженная Матрона Анемнясевская (1864-1936 гг.)

Блаженная Матрона Белякова родилась 6 ноября 1864 года в деревне Анемнясево Касимовского уезда Рязанской губернии в бедной многодетной крестьянской семье. В семилетнем возрасте Матрона перенесла оспу, после этой болезни девочка ослепла. Родители, часто избивали слепую дочь, после жестоких побоев девочка потеряла способность двигаться.

Из воспоминаний блаженной Матроны:

— Однажды, когда мне уже было десять лет, я нянчила по обыкновению сестренку, а мать ушла на речку. Каким-то образом нечаянно я уронила сестренку с крыльца на землю, страшно испугалась, заплакала и сама со страха прыгнула за ней туда же. В этот момент как раз подошла мать, она схватила меня и начала бить. Так она меня била, так била, что мне очень тяжело стало и трудно стало, и мне привиделось в этот момент: я увидела Царицу Небесную. Я сказала об этом матери, а она меня опять стала бить…

После этого кое-как залезла я на печку и пролежала до утра. Утром зовут меня есть блины, а я встать не могу, ноги не ходят, руки как изломанные, все тело болит. И вот с тех пор я не могла ни ходить, ни сидеть, а только лежала…

Мученица в родительском доме прожила до 17 лет, все это время терпеливо перенося скорби и обиды, находя в молитве утешение и отраду. Жители деревни Анемнясево относились к ней с большим уважением.

Однажды к Матроне обратился за помощью один крестьянин:

— Матреша, вот уж как ты лежишь несколько лет, ты, небось, Богу-то угодна. У меня спина болит, и я пилить не могу. Потрогай-ка спину, может быть и пройдет от тебя. Чего мне делать, лечился — доктора не помогают.

Матрона исполнила его просьбу — боли в спине, действительно, прекратились.

После этого чудесного исцеления, когда весть об избраннице Божией облетела всю округу, к блаженной Матроне стали приходить за молитвенной помощью не только односельчане, но и жители других деревень.

После смерти родителей много скорбей пришлось претерпеть Матроне от брата и сестры. Когда племянник блаженной Матроны, Матвей, предложил ей жить в его доме, блаженная с радостью согласилась. В доме племянника блаженная Матрона лежала в небольшой отдельной комнатке, в маленькой детской кроватке, а летом, когда в избе становилось душно, ее обычно выносили в сени, и там лежала она до зимы.

Блаженная Матрона вспоминала:

— Однажды в октябре месяце я лежала в сенях, ночью был сильный дождик. Вода через крышу полилась на меня, и я промокла до нитки. К утру случился мороз, я страшно озябла, и одежда вся на мне оледенела.

По внешнему своему виду Матреша была настолько мала, что казалась десятилетним ребенком.

Очевидцы рассказывали, что блаженная старица знала наизусть много молитв, акафистов, церковные песнопения. Голос у старицы был удивительно чистым и звонким.

На вопрос одного из удивленных посетителей, спросившего, как это она, будучи слепой, знает наизусть даже целые акафисты, Матрона ответила, что «придет добрый человек и прочитает что-нибудь, а я и запомню с Божией помощью».

Каждый месяц блаженная Матрона приглашала к себе приходского священника, день принятия Святых Христовых Таин, бывал для нее самым радостным днем.

Известно, что с семнадцати лет блаженная Матрона не ела мяса по понедельникам, средам и пятницам, всегда соблюдала строгий пост, а в церковные посты ела очень мало.

Блаженная Матрона с благоговением относилась к Иерусалиму, к монастырям Дивеевскому и Саровскому, считая их местами особенного присутствия благодати Божией.

Для старицы были открыты все духовные немощи приходящих к ней людей, она наставляла, обличала, раскрывая грехи и пороки, но вместе с тем и утешала в тяжелых обстоятельствах жизни. По молитвам блаженной Матроны страждущие получали исцеления от тяжелых недугов.

Исцеление Анны:

У девятнадцатилетней Анны, вступившей в партию против воли родителей, внезапно отнялись рука и нога. Шесть недель пролежала девушка дома неподвижно, врачи не могли ей помочь. Мать отвезла Анну к старице. После того, как блаженная Матрона помазала девушку маслицем из своей лампадки, Анна стала постепенно поправляться и начала ходить, но полное выздоровление последовало лишь после посещения Дивеевского монастыря, куда по благословению старицы отправилась мать с дочерью. После этого случая Анна стала глубоко верующим человеком.

Из воспоминаний епископа Калужского и Боровского Стефана:

— В тридцатых годах меня заключили в концлагерь. Я тогда был врачом, и мне поручили в лагере заведование медпунктом. Большинство заключенных находилось в таком тяжелом состоянии, что мое сердце не выдерживало, и я многих освобождал от работы, чтобы хоть как-нибудь помочь им, а наиболее слабых отправлял в больницу.

И вот как-то во время приема работавшая со мною медсестра (тоже лагерница) сказала мне:

— Доктор, я слышала, что на вас сделан донос, обвиняют вас в излишней мягкости по отношению к лагерникам, и вам грозит продление вашего срока в лагере до пятнадцати лет.

Медсестра была человек серьезный, в лагерных делах осведомленный, и поэтому я пришел в ужас от ее слов. Осужден я был на три года, которые уже подходили к концу, и рассчитывал месяцы и недели, отделявшие меня от долгожданной свободы, и вдруг — пятнадцать лет! Я не спал всю ночь, и когда вышел утром на работу, медсестра сокрушенно покачала головой, увидев мое осунувшееся лицо.

После приема больных она мне нерешительно сказала:

— Хочу вам, доктор, один совет дать, но боюсь, что вы меня на смех поднимете.

— Говорите, — попросил я.

— В том городе, откуда я родом, живет одна женщина, зовут ее Матронушка. Господь дал ей особую силу молитвы, и если она за кого начнет молиться, то обязательно вымолит. К ней много людей обращается, и она никому не отказывает, вот и вы ее попросите.

Я грустно усмехнулся:

— Пока мое письмо будет идти к ней, меня успеют осудить к пятнадцати годам.

— Да ей писать и не надо, вы покличьте… — смущаясь, сказала сестра.

— Покликать?! Отсюда? Она живет за сотни километров от нас!

— Я так и знала, что вы меня на смех поднимете, но только она отовсюду слышит, и вас услышит. Вы так сделайте: когда пойдете вечером на прогулку, отстаньте немного от всех и три раза громко крикните: «Матронушка, помоги мне, я в беде!» Она услышит и вас вызволит.

Мне все это казалось очень странным, но все-таки, выйдя на вечернюю прогулку, я сделал так, как меня научила моя помощница.

Прошел день, неделя, месяц. Меня никто не вызывал. Между тем среди администрации лагеря произошли перемены: одного сняли, другого назначили.

Прошло еще полгода, и наступил день моего освобождения. Получая в комендатуре документы, я попросил выписать мне направление в тот город, где жила Матронушка, так как еще перед тем, как ее покликать, дал обещание, что если она мне поможет, буду поминать ее ежедневно на молитве, а по выходе из лагеря первым долгом поеду и поблагодарю ее.

Пряча в карман документы, я услышал, что два парня, которых тоже выписывали на волю, едут в тот город. Я присоединился к ним, и мы отправились вместе.

Дорогой я начал спрашивать парней, не знают ли они Матронушки.

— Очень хорошо знаем, да ее все знают и в городе, и во всей округе. Мы бы вас к ней свели, если вам нужно, но мы живем не в городе, а в деревне, очень уж нам домой хочется. А вы так сделайте: как приедете, первого встречного спросите, где Матронушка живет, и вам покажут.

По приезде я так и сделал: спросил первого встретившегося мне мальчика.

— Идите этой улицей, — сказал он, — а потом поверните возле почты в переулок, там, в третьем доме слева и живет Матронушка.

С волнением подошел я к ее дому, и хотел было постучать в дверь, но она была не заперта, легко открылась. Стоя на пороге, я оглядел почти пустую комнату, посередине которой стоял стол, а на нем — довольно большой ящик.

— Можно войти? — громко спросил я.

— Входи, Сереженька, — раздался голос из ящика.

Я вздрогнул от неожиданности и нерешительно пошел на голос. Заглянув в ящик, я увидел в нем маленькую слепую женщину, неподвижно лежавшую на спине. Лицо у нее было удивительно светлое и ласковое. Поздоровавшись, я спросил:

— Откуда вы знаете мое имя?

— Да как же мне не знать! — зазвучал ее слабый, но чистый голос. — Ты же меня кликал, и я за тебя Богу молилась, потому и знаю. Садись, гостем будешь!

Я долго сидел у Матронушки. Она мне рассказала, что заболела в детстве какой-то тяжелой болезнью, после которой перестала расти и двигаться. В семье была бедность, мать, уходя на работу, укладывала ее в ящик и относила в церковь до самого вечера. Лежа в ящике, девочка слушала все церковные службы, проповеди. Прихожане жалели ребенка и приносили то вкусный кусочек, то одежонку. А кто просто приласкает и поудобнее уложит. Священник тоже жалел девочку и занимался с ней. Так и росла она в атмосфере большой духовности и молитвы.

Потом мы заговорили с Матронушкой о цели жизни, о вере, о Боге. Слушая, я поражался мудрости ее суждений, знанию святых отцов, ее глубокому проникновению и понял, что передо мной лежит не просто больная женщина, а большой перед Господом человек.

О себе Матронушка сказала, что ее скоро увезут в Москву, и попросила:

— Когда настанет время, что ты будешь стоять перед Престолом Божиим, поминай меня.

Мне не хотелось уходить от Матронушки, и я дал себе слово навестить ее как можно скорее, но не пришлось. Вскоре ее увезли в Москву и поместили в Бутырки, где она и скончалась. По кончине было ей семьдесят с лишним лет.

Из жития святой блаженной Матроны Анемнясевской:

«Летом 1935 года в Белькове было заведено дело «попов Правдолюбовых…», которое началось с доноса одного жителя г. Касимова на священника Николая Правдолюбова в связи с рукописной книгой (о блаженной Матроне), собранной и написанной им и его братом и приготовленной к печати. Были арестованы 10 человек (хотя должны были быть арестованы 12). Одна женщина умерла, получив повестку с требованием явиться в отделение НКВД г. Касимова. По списку должны была быть арестована и блаженная Матрона. Все арестованные были уже отправлены в Рязань и Москву, а Матрону боялись трогать.

Наконец, было собрано колхозное собрание, на котором постановили «изъять» Матрону Григорьевну Белякову как «вредного элемента».

Была послана машина за блаженной Матроной, подъехали к ее дому днем. Председатель сельсовета, преодолевая страх, поднял Матренушку с ее дощатой постели. Матрона закричала тоненьким голоском. Народ оцепенел. Председатель стал выносить. В дверях сказал:

— Ой, какая легкая.

Матрона сказала:

— И твои детки такими легкими будут.

Несколько лет назад протоиерей Троицкого храма поселка Гусь-Железный отец Серафим хоронил одного из сыновей тогдашнего председателя. Он был очень маленького роста. Все дети председателя перестали расти после ареста блаженной Матроны.

Машина дважды ломалась по дороге в Касимов, около Аникова и около Лощинина. Кто-то держал на руках блаженную Матрону, пока машину ремонтировали. Из Касимова ее быстро увезли в Рязань и затем в Москву.

Председатель, «изымавший» блаженную Матрону, несколько лет спустя очень тяжело умирал. Дело было летом. Дом стоял с открытыми окнами из-за жары. Он кричал так громко от боли, что слышало полдеревни. В народе говорили:

— Это тебе не Матрешеньку поднимать!..

Но он позвал священника и искренно и горячо каялся в своих грехах, умер в мире с Церковью.

Жительница деревни Белькова вспоминала:

— Не уберегли такую святыню, отлетела, как птица…

В Москве блаженная Матрона прожила почти год.

Предположительно, она была заключена в Бутырскую тюрьму. Но пробыла она там недолго, потому что сделалась объектом почитания почти всех без исключения заключенных, которые начали петь акафисты и молиться. Ее должны были куда-то деть. Убить боялись, а отправить в лагерь не позволял пример тюремного молитвенного подъема заключенных.

По другим данным, безнадежно болевшая мать следователя, ведшего дело блаженной Матроны, получила исцеление от Матроны, и следователь сумел освободить ее как больную и умирающую. Он поместил ее в тогдашний дом престарелых и увечных больных — хронических больных.

Документально засвидетельствовано, что блаженная Матрона умерла от сердечной недостаточности 16/29 июля 1936 года в Доме хроников имени Радищева в Москве, недалеко от храма Рождества Пресвятой Богородицы во Владыкине. (Рядом с Домом хроников было большое Владыкинское кладбище, частично сохранившееся до нашего времени, вероятно там и похоронили подвижницу. Место захоронения блаженной Матроны не известно.)

Прославление святой блаженной Матроны Анемнясевской было совершено в городе Касимове Рязанской епархии 9/22 апреля 1999 года.

Блаженная Матрона Анемнясевская, моли Бога о нас!

Тропарь, глас 8

Яко зарница небеснаго огня возсия в рязанстей стране блаженная старица святая Матрона, еяже память днесь творяще, воспоим Христа Бога, моляще Его даровати нам тоя предстательством в болезнех, бедах и скорбех терпение, и душам нашим велию милость.

Блаженная старица Анна (1871-1956 гг.)

Будущая старица Анна родилась в 1871 году в селе Ялтуново Лесное (недалеко от города Шацка Рязанская обл.)

В 19 лет Анна вышла замуж за Алексея Петрина (1870-1945 гг.). У Алексея Филипповича и Анны Дмитриевны родилось десять детей, многие умерли в младенчестве, осталось четверо: Михаил, Анисья, Матрона и Агафья. (Сын погиб во время Великой Отечественной войны, а дочерям было суждено претерпеть страдания ради Христа в тюрьмах и лагерях, по возвращению из заключения нести тяжёлый крест старчества.)

С детских лет Анна приучала дочерей к молитве и посту. Девочкам приходилось делать до трёхсот поклонов в день.

Духовным отцом Анны был старец Василий (Карпунин), по благословению старца Анна приняла на себя подвиг юродства. Над Анной Дмитриевной одни односельчане посмеивались, другие осуждали. За своё великое смирение, незлобие, доброту старица Анна удостоилась Даров Святого Духа: прозорливости и духовной мудрости.

После смерти старца Василия, духовником Анны стал старец Григории.

Старец Григорий приучал своих духовных чад к воздержанию, смирению. Известно, что старец сам не ел мясо и не благословлял своих духовных чад, учил своих послушниц молиться, читать по-славянски, петь… Из воспоминаний духовных дочерей старца, сестёр Петриных: «Бывало придёшь к отцу Григорию, он скажет петь «Отче наш» или «Да исправится молитва моя». Пропоём – нет, говорит, не получается, ещё раз, ещё. И так много раз, до тех пор, пока у всех слёзы ручьями не польются от умиления и единой сердечной молитвы».

Из жития старицы Анны: «… Жизнь Анны Дмитриевны стала непрерывным подвигом послушания и смирения. Возрастая от силы в силу, она под руководством старцев достигла высокой меры и сподобилась от Господа благодатных дарований…

На путь старческого служения Анна Дмитриевна была поставлена Самой Богородицей: «Явившись Анне у крыльца её дома, Матерь Божия повела подвижницу по дорожке, ведущей к источнику… Она сказала Анне, что её послушание заключается в том, чтобы принимать всех приходящих с их нуждами и бедами, всех встречать и провожать, давать ночлег и пропитание. Сказав это, Матерь Божия стала невидима».

Из воспоминаний Ксении (невестки старицы Анны): «С самого раннего утра в их дом шли один за другим люди, — нищие, калеки, голодные, нуждающиеся в духовной поддержке… Старица рассудительно отвечала на вопросы, наставляла, обличала в тайных грехах и пороках облегчала тяжесть горя и болезней».

Однажды к старице Анне обратилась за помощью старушка, которая не могла найти спрятанные сыном иконы. Анна Дмитриевна пообещала помочь. Через некоторое время она пришла в дом старушки, войдя, перекрестилась «на печь», и стала делать перед ней земные поклоны. Неверующий сын женщины, спрятавший в печи иконы, был вынужден подойти к печи, и достал из-под неё иконы.

Одной женщине, переносившей тяжелые испытания блаженная старица Анна как-то сказала: «Здесь на земле, можно терпеть всё. Ты теперь стоишь одной ногой на земле, а одной в огне, а там те, кто в огне, нестерпимо мучаются и страдают». Утешая скорбящих, терпящих поношение, старица говорила так: «Когда ругают – грехи снимают, а если бьют- на Небе венцы дают. Поучала, что главное к чему должен стремиться верующий человек –

Это к сердечному смирению и покорности воле Божией.

Для многих верующих старица была духовной наставницей, но силы с возрастом оставляли её.

По молитвам прозорливой старицы в день её смерти Господь собрал всех её духовных чад и близких у неё дома. (В начале 1965 года старица пообещала известить духовных дочерей о дне её смерти, при этом она сказала, что «даст телеграмму»- «Дух найдёт». Когда духовные дочери пришли в этот день в село, старица радостно воскликнула, обращаясь к старце дочери: «Вот Аниська, я же говорила, Дух найдёт, наши сельские не знают, а они уже пришли».)

Перед смертью старица многим предсказала будущие скорби, при этом утешила:

«Бог своих никогда не оставит… Ходите в храмы, молитесь, кому Церковь не Мать, тому Бог не отец… Умру — к моим девкам ходите». На вопрос близких на кого она всех оставляет, старица ответила: «На Анисью!» Следует отметить, что по словам старицы у неё ничего не болело, лишь «тело слабело».

Всю ночь с 1 на 2 мая старица утешала родных, а под утру 2 мая 1956 года велела читать отходную. На последних словах канона на исход души старица мирно отошла ко Господу.

Старицы Анисия, Матрона и Агафия

Старицы Анисия (1890-1982 гг.), Матрона (1902-1995 гг.) и Агафия (1910-1996 гг.)

В голодные послереволюционные годы прозорливый старец Сергий предсказал Алексию и Анне Петриным, что настанут такие времена, когда в их дом будут ездить из всех окрестных сёл и привозить всё необходимое. Прозорливец предвидел, что сестры будут нести крест старчества. Он часто молился за семью Петриных, не вкушал пищу по семь или девять дней. (Этот праведник сподобился мученической кончины. Его расстреляли в Моршанске.)

В 1933 году арестовали Анисию. Девушку приговорили к расстрелу, но в последний момент приговор был заменён на заключение и ссылку на10 лет. После освобождения её арестовывали дважды. Старица не любила вспоминать о тех страшных годах, говорила, что отсидела 10 лет за себя, а остальные – за весь мир. (Она отбывала срок в Сибири, на Дальнем Востоке и в Казахстане.)

Однажды ночью, когда подвижница молилась, она услышала голос: «Анисья, собирайся домой». От неожиданности девушка растерялась, до конца срока ей предстояла ждать долго, она даже не могла мечтать о досрочном освобождении.

Когда в молитве Анисья вопрошала: «Господи, кто же меня освободит? Последовал ответ: «Святитель Николай!» Свершилось чудо, вскоре среди ночи девушку освободили.

Когда Анисья добралась до Шацка, в храме Святителя Николая совершалась всенощная великому святому, накануне дня празднования его памяти.

Матрона и Агафья были арестованы в 1935 году. Их арестовали в храме, когда они украшали храм к Пасхе. Их отправили по этапу в Казахстан. Многое пришлось претерпеть сестрам в заточении в ссылке. Девушки всё делали с молитвой, в Казахстане им удалось вырастить небывалый для тех мест урожай. За добросовестный труд, сестры получали вознаграждение продуктами, поэтому часто посылали зерно родным.

После окончания войны, подошёл и срок освобождения сестёр, зимой 1946 года они вернулись домой. (Отец не дождался дочерей,брат погиб на фронте.)

По свидетельству современников в семье стариц царила духовная гармония. Старицы были разные, блаженная Анна так отзывалась о своих дочерях: «У моих дочерей разные дары, у каждой свой». После смерти блаженной Анны верующие обращались за советом к Анисии, относились к ней с благоговением, её считали «благомудрой». И в семье она была за старшую. Сестры ласково называли её Аниська. Она была очень доброй. Про неё говорили: «Доброта и любовь изливались из нее каким-то незримым светом, а её лицо озаряла почти всегда добрая радостная улыбка».

Вокруг сестёр собралась община девушек (более восьмидесяти человек), не выходивших замуж, девушки жили как монахини в миру. Строго постились, выполняли ежедневно молитвенное правило, во всём старались отсекать свою волю, обращались за духовной поддержкой к старице. Старица Анисья в свою очередь старалась уберечь вверенные души от искушений. Прозорливой старице открывались грехи верующих, даже греховные помыслы, она умело обличала, врачевала душевные раны, давала мудрые советы. По молитвам сестер многие верующие исцелялись. Бывали случаи, когда старицы направляли страждущих к блаженной Наталье.

Однажды одна женщина попросила старицу Анисью помолиться за курящего сына, который не мог избавиться от пагубной привычки. Старица лишь улыбнулась в ответ на просьбу. Вскоре по молитвам старицы юноша бросил курить.

Другая женщина как-то пожаловалась, что муж не соблюдает посты. Старица посоветовала ей сварить мужу жирный мясной бульон. Что она и выполнила. После такой еды у мужчины разболелся желудок, и он невольно был вынужден поститься.

Старица Анисья, имея глубокое смирение, учила смиряться и других. Она объясняла духовным дочерям, что Господь принимает предпринятое дело только тогда, когда оно имело за собой чистое смиренное сердце, а не напоказ. Старица учила совершать добрые дела в тайне. Анисья всегда носила светлые платки, говорила при этом, что чёрный цвет смирения, а у неё его нет. Сестры и их послушницы носили светлые головные уборы, светлые блузки и тёмные юбки.

По свидетельству современников старица Анисья многим предсказала грядущие события в жизни. Этой способностью Господь наградил всех трёх сестёр. О судьбах Церкви и России сёстры всегда говорили со скорбью. Анисья говорила, что русскому народу предстоит пережить многие беды. Спасётся тот, кто будет жить не так, как все.

Из воспоминаний насельника Святой горы Афон иеромонаха Николая (Генералова): «Когда у моего отца сильно болели ноги, была закупорка вен и другие болезни, а врачи были не в состоянии помочь, и он не мог уже ходить, а с трудом волочил ноги, передвигаясь на костылях, то т. Анисия сказала ему, что если он хочет вылечиться, то пусть едет на Вышу в психиатрическую больницу и возьмет из больницы к себе домой на постоянное жительство одну больную по имени Анастасия. Отец исполнил просьбу: взял из больницы к нам в дом рабу Божию Анастасию, которая к тому времени пробыла в психбольнице 18 лет. Она жила вместе с нами много лет, а затем снова стала шалить, убегать из дома в город Шацк, там кричала на власть имущих, обличала их, и оттуда ее снова увезли власти в психбольницу. Но ноги у моего отца совершенно излечились».

Старица Анисья дожила до глубокой старости, до девяносто двух лет сохранила трезвость ума. Она до последних дней сама себя обслуживала. Перед смертью лежала лишь три дня. 10 октября 1983 года она мирно отошла ко Господу.

Пятеро священников совершали отпевание новопреставленной старицы в Шацком Никольском храме. Несмотря на дождливую погоду, на Ялтуновском кладбище собрались верующие со всех окрестных сёл. Старицу Анисью похоронили рядом с её родителями.

Похоронив сестру, Матрона и Агафья прожили вместе ещё тринадцать лет. Сестры трудились в огороде, делали свечи, пели по праздникам на клиросе.

Люди по-прежнему шли в дом Петриных за помощью. Следует отметить, что старицы молились об исцелении страждущих только в тех случаях, когда предвидели, что полное выздоровление не повредит душе просящего. Старицы говорили, что переносить посильные болезни необходимо и спасительно. Случайно никто не болеет. Болезнь посылается Богом… как спасительный крест, или как епитимия за свои грехи или грехи рода. Во всех случаях, терпеливое несение болезней, без ропота и с благодарением, ходатайствует страдальцу спасение. Иногда, ниспосланная Богом болезнь является ограждением от больших грехов.

В августе 1994 года старица Матрона повредила себе ногу, она пролежала шесть месяцев, 4 февраля 1995 года праведница скончалась. Отпевали почившую в Ялтуновском храме. Проститься со старицей приехал архимандрит Алексий (Фролов), он и возглавил чин отпевания.

После смерти сестёр ослабевшая старица Агафья сокрушаясь, говорила: «Мне одной трудно окормить всех!»

К прозорливой старице приезжали миряне, настоятели монастырей, монахи, священники. На вопросы старица отвечала иносказательно или прикровенно, часто отвечала присказками.

Однажды к старице пришёл человек, заболевший раком лица. По молитвам старицы он получил исцеление.

Родителям больного мальчика, у которого на большом участке головы выпадали волосы, старица посоветовала мазать больные места елеем из храма, тем которым пользуются священники на помазании во время всенощных бдений. Вскоре не осталось и следа от болезни.

По свидетельству духовных чад, старица обладала добрым и любящим сердцем.

Многие говорили о таких качествах, как природная проницательность, острый ум и умение рассказывать.

Незадолго до смерти старицы, ухаживающая за ней женщина подумала: «Как в таком слабом, измождённом теле живёт такая крепкая, несокрушимая вера?» Старица вдруг перекрестилась и прошептала: «Верую, Господи, помоги моему неверию!»

Восьмого мая 1996 года старца закончила свой земной путь. По свидетельству очевидцев «вереница людей провожала почившую в храм». После того, как гроб с телом почившей внесли в церковь, Царские ворота открылись «сами собой».

Поздно вечером 9 мая из Москвы приехал Владыка Алексий. (Старицу Матрону Владыка отпевал будучи архимандритом.)

Владыка отслужил литию у гроба старицы, а 10 мая – в сослужении местного духовенства и приехавшего их Саранска священника, он отслужил заупокойную литургию. После неё, по полному Пасхальному чину было совершено отпевание усопшей.

В 1998 года по благословению двух архиереев на месте захоронения семьи Петриных была возведена часовня. Надпись на ней гласит: «Часовня трёх сестёр Девиц Анисии, Матроны, Агафии и их родителей Алексея и Анны Петриных, на месте сем погребённых, всю свою жизнь посвятивших Богу и ближним».

Блаженная Наталья († 1975 г.)

Блаженная Наталья родилась в селе Путятино рязанской губернии (40 км от Шацка). Известно, что родителей её звали Флор и Ирина. Рассказывают, что долгое время старица скиталась по селам, ночевала, где придётся. Позже её стали брать к себе верующие одинокие вдовы.

Хозяевам трудно было привыкнуть к чудачествам блаженной, но стоило им полюбить старицу, окружить её заботой, как она неожиданно исчезала.

Так, где она появлялась, жизнь менялась коренным образом. Она умело врачевала духовные и физические недуги, предсказывала, обличала.

По свидетельству современников она одевалась всегда в пёстрое, чаще всего в красный цветастый сарафан. Ногтей никогда не стригла, старалась избегать людей, делала вид, что сердится.

Из воспоминаний иеромонаха Николая (Генералова): «…Тетя Наталия благодатию Божией излечивала любые трудноизлечимые болезни… Одна знакомая женщина поехала к т. Наталии взять у нее благословение, чтобы сделать операцию, так как в почках и печени у нее врачи обнаружили камни, часто бывают приступы. Приехав к т. Наталии, она застала там и других посетителей, с которыми блаженная старица вела беседу. Больная несколько раз сказывала т. Наталии о своей болезни, но блаженная делала вид, что ничего не слышит и не понимает, о чем идет речь. И когда женщина уже отчаялась получить ответ и тихо сидела на диване, от горя, опустив голову, блаженная, улучив момент, со всей силы ударила по больному месту. Больная от боли скорчилась, но вскоре боли у нее утихли, а когда она пошла в больницу, то никаких камней у нее уже не было.

Многих т. Наталия излечивала водой из родника. В таких случаях она просила принести ей из родника воды, и, когда эту воду ставили перед ней на столике, то она осеняла ее простым крестным знамением со словами: «Пусть этой водой мажется и пьет натощак». Таким способом она исцелила многих от глазных болезней, многим восстановила зрение, в том числе и одному священнику. Когда же кто-то из ее знакомых заболевал серьезно и собирался поехать к Наталии, но из-за множества дел или, не имея транспорта откладывал свою поездку к ней, то т. Наталия, все это, зная, начинала «страдать» той же болезнью и часто просила своих послушниц помолиться о ее болезни и перекрестить больное место, например, зуб (хотя она уже к тому времени зубов совсем не имела), или щеку, или голову и другие члены тела. И охала, и плакала, а когда приходил к ней больной, ее послушницы уже знали, с какой он болезнью, так как т. Наталия этой болезнью уже «переболела» раньше…

Тетя Наталия так могла обличать людей в их грехах, что в ее поступках они видели свои пороки и проделки. Например, если кто-то плясал и не раскаялся в этом, то Наталия могла так подробно отплясать ее любимую плясовую, что та только краснела и смиренно просила прощения…

Т. Наталия людям делала столько доброго, молилась, исцеляла, наставляла, но зато и диавол не дремал — она была ему как гвоздь в глазу. Он много раз возбуждал против нее местные власти, дабы избавиться от нее, но Господь не попускал этому произойти. Всякий раз, когда кто-то рьяно выступал за ее изгнание, в то же самое время в его семье происходили какие-нибудь несчастья: то у сына ноги отнимутся, то жена смертельно заболеет. Зная причину, эти люди тайком шли к т. Наталии, прося у нее прощения и исцеления, и всегда его получали…

В 1989 году я побывал на поклонении в Иерусалиме, где встретил монахиню Т., которую, как выяснилось, благословила т. Наталия. Эта монахиня все подробно мне рассказала, как она была у Наталии, как блаженная все ей, юродствуя, предсказала, но поскольку в этом деле много схожего со случившимся с другим человеком, то вот и скажем о нем из первых уст. Им является пишущий эти строки насельник монастыря с мая 1978 года.

Весной 1975 года я, отслужив два года в армии, прибыл домой к себе с целью навсегда остаться в своей прекрасной деревне… Но совсем другое готовил мне Господь по молитвам старцев. Вскоре как я вернулся из армии, мать моя по обычаю своему посетила т. Наталию, которая сказала ей следующее: «У тебя сын Николай уже две недели как пришел из армии?» «Да», — отвечает мать. «Пусть придет ко мне, — продолжала старица, — я хочу его видеть». Когда мать вернулась от т. Наталии и мне сказала все это, я просто взорвался… И ответил матери, что не пойду, нечего мне там делать… Видя мое упорство, мать замолчала, но зато что-то внутри у меня стало «говорить», то есть творится непонятное. Каждую минуту приходили на память слова старицы, появилось желание ее видеть, но я старался отгонять такие мысли и упорно занимался своими делами. В таком состоянии прожил почти неделю. Но в последние дни недели появилось такое сильное желание побывать у старицы, что хоть пешком иди… Сначала поехал в город Шацк, оттуда в Ялтуново к сестрам, которым и объяснил цель своей поездки. Тогда т. Анисия благословила т. Ганю ехать со мной, так как я не знал, где живет старица. Из Ялтуново мы направились с т. Ганей в Шацк и рано утром отбыли автобусом в село Выселки. От автобусной остановки надо было пройти еще пару километров до дома старицы. Тетя Ганя идет, как всегда, радостная, а я иду «яко овча, влекомая на заклание»…

Тетя Ганя говорит: «Вот уже и подходим, сейчас узнаем, как она нас примет, может, в ладоши нам схлопает, то есть свадьбу предскажет, или еще что-нибудь учудит». Но вот наконец-то мы стучимся в дверь, нам открывает одна из ее послушниц, мы входим в дом. Вошли в комнату. Слева от нас стоял маленький столик, а рядом со столиком у стены кроватка, на которой и отдыхала старица. Только мы вошли, она привстала на койке, перекрестилась и говорит: «Ну, слава Богу! Николай пришел, а я ведь тебя жду целую неделю». То есть целую неделю она молилась о моем вразумлении.

Тут же блаженная начала приказывать своим послушницам нести мне разные вещи… Несут… Затем все, что было у нее на столике, все запихала в мою сумку. Даже яйцо, которое она не докушала, отдала мне. И все это делала со словами: «У него длинная дорога, ему это все в дороге пригодится». Затем благословила меня простым крестным знамением, и я облобызал ее руку, которая была такая, что проглядывали все жилочки и капилляры, была как бы прозрачная. Видя все это, одна из послушниц сказала: «Николай, никого так не встречала старица, а тебя как архиерея встретила». Тогда я просил, чтобы она узнала у блаженной, что все это значило? Та спросила и сказала мне, что т. Наталия говорит: ты монахом будешь…Когда блаженная сказала, что я буду монахом, я от скорби опешил. «Ну, нет, — думаю сам себе, — будет все-таки, как я хочу. А не как она этого хочет»… Зная мои мысли, она только улыбалась. По дороге тетя Ганя толкует мне, что, мол, раз уж блаженная сказала, так оно и будет, она не ошибается, а хлеб, сахар и другие вещи, которыми она тебя благословила — это к духовной пище, значит, быть тебе монахом. «Нет, — говорю я ей, — никогда…»

Но по святым молитвам стариц спустя пару месяцев Господь привел меня в Псково-Печерский монастырь. Туда же на одни сутки приехал издалека повидаться с отцом Иоанном Крестьянкиным один иеромонах М. Наутро он ехал машиной (такси) в Пюхтицкий женский монастырь, куда я должен был ехать и отвезти туда огромный чемодан со свечами, которые сделали матушки-сестры. После Литургии отец Иоанн благословил мне ехать на машине с иеромонахом М. в Пюхтицы. По дороге, разговаривая с шофером, иеромонах сказал, что он вскоре уезжает на Святой Афон, а поэтому решил повидаться с отцами перед отъездом, а в Пюхтицы едет лишь потому, что он там еще ни разу не был. «Теперь, Слава Богу, — продолжал он, — есть такая возможность поехать на Афон. Для этого надо подать прошение на имя Патриарха и ждать разрешения от греческих властей». Когда я все это услышал, то весьма обрадовался и сказал сам себе: тогда и я поеду на Афон. И вот в машине, по молитвам стариц, определился мой дальнейший путь. Вскоре я подал прошение, а в мае 1978 года накануне памяти Св. Николая мы, пять монахов, вступили на Св. Афон и поселились в Русской обители святителя Пантелеимона».

Блаженная старица советовала всем как можно чаще, достойно подготовившись, приступать к Святым Тайнам. Не любила, когда священники ходили в мирской одежде.

К блаженной старице приезжали архимандрит Кирилл (Павлов) вместе с ключарём Троицкого собора архимандритом Николаем (Самвонов) († 1990 г.) Получив исцеление от болезней, по молитвам старицы, приезжали поблагодарить молитвенницу.

В 1970 году блаженная тяжело заболела, долгая изнуряющая болезнь подкосила подвижницу. Она лежала без движения, часто теряла сознание. Старица выздоровела. Спустя несколько лет, в ноябре 1975 года, неожиданно для всех скончалась. По свидетельству очевидцев проводить подвижницу в последний путь собрались многие люди. Её похоронили на Новосельском кладбище.

Преподобная Анна Срезневская (1895-1958 гг.)

Схимонахиня Анна (в миру Анисия Гуреевна Столярова) родилась в 12 января 1895 года в селе Заполье Спасского уезда в семье благочестивых крестьян. В семье было четверо детей, Анисия выделялась наибольшим благочестием, она с раннего возраста пела на клиросе, читала псалмы.

В семнадцать лет по благословению родителей Анисья поступила в Ольховский монастырь, расположенный около села Гавриловское, Шиловского района. В монастыре она несла многие послушания, но главным для нее стало клиросное. Там же она была пострижена в инокини с именем Агния, в честь мученицы Христовой. В 1920 году после закрытия монастыря матушка Агния вернулась в родное село, здесь она поселилась около храма в маленькой сторожке, чтобы продолжать монашеский подвиг в миру.

В это же время, в соседнее село Срезнево в храм Казанской Божией Матери, игуменом Филаретом была принесена чудотворная икона Божией Матери «Споручница грешных». (Преподобномученик Филарет (Пряхин Иван Трофимович),в схиме Серафим, († 1942 г.) Игумен Филарет поселился рядом с храмом Казанской Божией Матери. Матушка Агния стала его духовной дочерью.

В 1928 году после ареста настоятеля храма о. Василия настоятелем храма был назначен иеромонах Сергий (Сорокин) (ныне причисленный к лику святых новомучеников российских). В 1931 году, на Троицу, арестовали игумена Филарета, через несколько дней матушку, затем иеромонаха Сергия. Матушку Агнию приговорили к трем годам лишения свободы. В 1934 году, отбыв наказание в конц. лагере, матушка вернулась на родину. В селе Срезнево она становиться псаломщицей в храме Казанской Божией Матери, хранительницей Чудотворного образа Божией Матери «Споручница грешных». Здесь живет она в сторожке, в храме продолжает нести монашеский подвиг.

Уже через несколько дней, возвращается из лагерей иеромонах Сергия, его назначают настоятелем храма в с. Срезнево. В те годы матушку Агнию знали монашествующие всей рязанской губернии, многие верующие приходили с. Срезнево, здесь собирались юродивые, и блаженные.

В ноябре 1937 года иеромонаха Сергии и матушка Агния были арестованы. Мученика за веру о. Сергия расстреляли, а матушку Агнию, обвинив в антисоветской агитации приговорили к десяти годам конц. лагерей. Отбывала она срок и в Казахстане, и на Камчатке, и дальнем Востоке, и в Сибири. Долгие годы каторжного труда не сломили матушку духовно, но здоровье ее было подорвано.

Близился день освобождения, но начальник лагеря решил оставить матушку ухаживать за своими детьми. Три года она воспитывая детей, а по ночам молилась. Однажды она увидела в неземном сиянии вмц. Варвару, которая ее успокоила, что скоро она вернётся в селе Срезнево. Так все и произошло. Начальника лагеря арестовали, а матушку Агнию отправили домой. В 1950 году матушка вернулась она в село Срезнево, где вновь поселилась в сторожке, стала псаломщицей и пела на клиросе

За крепкую веру, великое смирение и терпения матушка удостоилась Даров Святого Духа: прозорливости и рассудительности. Сохранились свидетельства о случаях исцеления по молитвам подвижницы.

После войны возле Срезневского храма поселилось много монахинь, и матушка Агния стала как бы настоятельницей маленького монастыря, игуменьей. Она установила среди них монастырский устав. Ходили крестным ходом вокруг храма, читая Богородичное правило. Ночами коленопреклоненно молились. Во всем была строгость и в то же время истинная христианская любовь.

Особую любовь она питала к детям, которые приходили в храм помолиться. В окрестных селах матушку почитали за святую. Многое было открыто прозорливой старице. Верующие приходили к матушке за утешением и духовным советом.

В 1958 году матушка тяжело заболела – у нее обнаружили рак пищевода. Перед смертью матушка приняла схиму с именем Анна. Умерла схимонахиня Анна 23 декабря 1958 года.

Хоронили подвижницу при большом стечении людей, многие верующие из окрестных сёл и деревень приехали проводить подвижницу в последний путь. Отпевал матушку схиархимандрит Серафим из храма с. Сушки. Память о подвижнице жила в сердцах людей десятилетия.

7 мая 2003 года состоялось прославление преподобноисповедницы схимонахини Анны. (Дни памяти- Собор новомучеников и исповедников Российских и 10/23 декабря)

Преподобная Анна, моли Бога о нас!

Блаженная старица Евдокия (Токаревская)

Краткое воспоминание о блаженной старице Евдокие Токаревской мы нашли в книге игумена Романа (Загребнева), ниже приводим эти воспоминания с небольшими сокращениями.

Из воспоминаний игумена Романа (Загребнева): «Случилось так, что одна блаженная старица по имени Евдокия, жившая в селе Токарево Рязанской области, прислала письмо моей духовной дочери монахине Варваре, в котором просила меня приехать и пособоровать ее. С этим письмом я пошел к отцу Алипию.

— Отец Наместник, — говорю, — вот блаженная Евдокия просит меня приехать пособоровать ее. Как вы благословите?

А он ответил:

— Бери требник и кати. Бог благословит!

По благословению все получилось удачно, и в один из ближайших вечеров мы уже предстали пред блаженной матушкой Евдокией.

— Ну что ж, хорошо, что приехали, — сказала та, — я сегодня приготовлюсь, а завтра, часикам к девяти, милости просим, уж соизвольте придти и исполнить Таинство Елеосвящения. Но к случаю, батюшка, осведомляю тебя, что собороваться-то буду не одна, а будет еще много людей, потому что случай-то хороший, и все этому рады.

— Да ведь мне-то, — объяснил я, — все равно читать чинопоследование, положенное по требнику, а уж сколько будет помазываться, думаю проблем не будет.

В назначенное время мы были на месте. Народу собралось человек двадцать… Приготовясь к молитвословию, я, как обычно, начал читать и петь чинопоследование…У одной женщины появился внутренний ропот на меня и на затянувшееся, по ее мнению, свершение Таинства. Я бы, конечно, никогда и не узнал бы об этом, если бы матушка Евдокия всенародно не обнаружила сего.

Лишь только нетерпеливая женщина окончила свой внутренний монолог, полный негодования в мой адрес, как блаженная во всеуслышание раскрыла ее тайные мысли… Когда матушка огласила вслух весь ее внутренний ропот, все насторожились. Недоумевали, почему блаженная произнесла такие слова, да притом в адрес батюшки? Но недаром русская пословица говорит: на воре шапка горит. Заговорила совесть и у этой женщины. Покраснев лицом и, видно, испытывая жуткий стыд, она попросила:

— Да молчи ты, дорогая матушка, пусть батюшка читает, я уже согласилась до конца стоять!

По окончании соборования, когда все разошлись, матушка пригласила за стол покушать и, между прочим, сказала:

— Батюшка, никогда ничего не пропускай из требника, ведь для кого же написано, как не для священнослужителя, чтобы этими словами молиться Жизнодавцу? И для чего написаны эти молитвы, именно Духом Святым, чтобы совершить любое Таинство для пользы и во спасение? Не пропускай из чинопоследования ничего, ибо молимся святыми молитвами духоносных отцов Живому, Вечному Богу и Творцу нашему. Если будем искажать и пропускать, не услышит Господь. Еще раз говорю, не человеку молимся, но Богу, слышишь, батюшка?

— Дорогая матушка, я стараюсь и впредь буду делать, как вы сказали, ибо другого намерения у меня нет, ведь я монах. Отдав себя Богу, как живую жертву, как же можно иначе? Спаси вас Господи за святые советы.

— Что бы ты хотел от Бога, я могу помолиться, и Он даст тебе! — сказала матушка. — Ибо я, как видишь, калека, на руках у меня нет по два пальчика, но когда молюсь я, грешная, Он слышит меня, убогую! И всегда верую по слову Самого Господа: «Просите и дастся вам!» И так бывает.

Такая радостная встреча с человеком горячей и дерзновенной веры меня умилила до слез.

— Ничего не хочу в этом мире: ни славы, ни почестей, — сказал я, — если можно, попроси у Господа о моем вечном спасении, чего я, дорогая матушка, всеусердно желаю!

— Ну, этого я буду просить у Господа! Вот за то святое желание я помолюсь!

Какие есть у Господа на земле люди! Они, поистине, дерзновенны в своих молитвах! Действенность молитв обнаруживает внутреннюю красоту сих богомольцев. Вот что рассказал мне брат Николай, впоследствии бывший иеродиаконом Псково-Печерской обители… Они жили почти рядом с матушкой и часто приходили к ней оказать необходимую по хозяйству помощь: поколоть дров, принести воды, сходить в магазин или что-то другое. «Как-то прибежал я к матушке, — рассказывает Николай, — рано утром, и. чтобы не нарушить ее покоя, осторожно открыл дверь. Она сидела на стуле посреди своей комнатки перед образами, плача и приговаривая: «Господи, вот какая я калека, не могу Тебе затеплить лампаду, а ведь так охота, чтобы она горела пред образом Твоим!» Я же, застыв как мертвый, продолжал стоять на пороге. И что же вы думаете? Лампада сама по себе зажглась. Я от радости заплакал и ушел назад домой, чтобы не смущать молитвенницу. Сам же с изумлением думал о том, какое же дерзновение имеют люди пред Богом? Какая сила молитвы этой матушки? Господи, слава Тебе, что есть у Тебя на земле такие сокровенные люди, ради которых мы грешные живем, часто без страха и рассуждения!» На этом Николай закончил свой рассказ!»

Блаженная Пелагия Рязанская (1890-1966 гг.)

Блаженная Пелагия родилась в селе Захарово Захаровского района Рязанской области в 1890 году. Слепой от рождения девочке было даровано Господом духовное зрение. В три года избранница Божия уже удивляла взрослых своей прозорливостью.

Из воспоминаний Петра Григорьевича Глазунова: «У Полюшки не было от рождения зрачков. Когда еще ее мать была в положении, то врач, лечивший ее и не знавший об этом, прописал ей хину. Она принимала хину от малярии… Вот Поля и родилась слепенькая. До трех лет она очень плакала… Когда ей исполнилось три годика, она как закричит: я вижу свет! А все удивлялись: какой свет, когда зрачков нету?! И вот уже с трех лет Полюшка начала предсказывать, говорила, что видит восходящих и нисходящих ангелов! С трех лет до семидесяти пяти лет с ней почти неразлучно пребывал преподобный Серафим Саровский.

Полюшка слепенькая знала всю Псалтирь наизусть, от корки до корки… Это был особый человек! Еще в детстве, когда Поле было пять-шесть лет, ее посещала одна хорошая монахиня и учила ее молиться. Она приходила и читала Полюшке и псалмы и молитвы. А какую хорошую память Бог дал блаженной Полюшке! Ведь самые большие псалмы с трех раз наизусть…»

По свидетельству очевидцев, блаженная Пелагия никогда не ела мяса, а в первую, четвертую и седьмую недели Великого поста вкушала лишь одну просфору, пила один стакан святой воды в день.

Многие верующие исцелялись по молитвам блаженной, получали советы и духовные наставления. Наставления блаженной Пелагии изобиловали яркими образами и сравнениями, которые не всегда нужно понимать буквально, так как вообще наставления блаженных носят зачастую прикровенный характер.

Из воспоминаний Петра, духовного сына блаженной Пелагии: «Однажды моя мама заболела и решила навестить девицу Пелагию прозорливую. Когда она приехала, блаженная Пелагия встретила её особо дружелюбно. Она уже знала, что моя мама беременна мною, знала и её тайную в голове мысль — сделать аборт, и отговорила её.

Прозорливая Поля, как её звали, очень много раз отводила меня от неминуемой смерти. И в этот раз Господь через свою угодницу сохранил мне жизнь. Сама Поля рассказывала мне, об этом спустя много лет…

Когда блаженная Поля гостила у нас, то к нам приходило и приезжало много народу, чтобы побеседовать и посоветоваться с ней. Вопросов и ответов было очень много. Блаженная Пелагия молилась красиво, осторожно, внимательно, ровно, словно маятник у часов, много молилась на коленях. Она много акафистов знала наизусть.

Я знаю один такой случай, когда слепенькая Пелагия стала креститься, и немного не донесла руку до плечевого сустава, а попала в ямку, то я хорошо помню, как она каялась! Блаженная Поля говорила — за кого из умерших мне молиться. За мою маму она сама целый год молилась, чтобы, как она сказала, мама прошла одно мытарство! Я догадался: за аборт, хотя она и не сделала его, но намерение тоже вменяется в грех.

Научила она меня читать Псалтирь и Каноны. А потом блаженная Пелагия благословила меня написать для одной бедной женщины весь Псалтирь. Блаженная девица Пелагия долго рассказывала мне значение разных псалмов, многих молитв. Однажды мы были вместе целых три дня: она только говорила, а я писал о значении каждого угодника Божия, кто от каких болезней помогает, многое другое… Полную тетрадь написал… Всегда говорила, что в храме надо строго всё соблюдать пред Богом, иметь страх, уважение к святыням. Человек рожден для рая…

Недопустимо ношение масок или искажение образа Божия в лице, нахождение идолов и собак в доме, разные гадания и обаяния… Если дом освящён — поселяется Господь, а если допустили собаку в дом — благодать Святого Духа уходит.

Блаженная Пелагия делала по десять тысяч поклонов за 14 часов молитвы в сутки. Блаженная Пелагия отмечала, что при правильном сложении перстов из них исходит огонь. И когда мы наносим на себя крестное знамение, то благодатный огонь опаляет, освящает и очищает наше тело. Кровь, подаваемая сердцем, проходит через огненный крест и поэтому очищается от всего дурного и страшного — всё сгорает! Поэтому, чем больше мы крестимся, говорила Пелагия, тем чище кровь, тем выше разум, тем ближе к Богу, тем быстрее доходит наша молитва до Господа. В этом — значение Креста!»

Из воспоминаний протодиакона Павла Ивановича Смирнова (Рязань): «Близкий Богу человек… Всю, свою жизнь я прослужил в Борисо-Глебском соборе. Происхождением же из векового духовного рода. Очень трудно, рассказывая о блаженной Полюшке, удержаться от слез… В моей жизни святее Поли никого не было!

Еще в детстве родители выгнали слепую Полюшку на улицу. Сначала ее принимали Александр Андреевич и Мария, а уж потом ее взяли к себе Орловы. С трехлетнего возраста Господь избрал Полю на особое служение… Полюшку нужно чтить и осторожней быть. Ведь она такой святой человек, такой близкий Богу человек!.. Она прямо разговаривала со святыми угодниками Божьими, и особенно с преподобным Серафимом Саровским. Блаженная девица Пелагия была прозорливая, хотя и слепорожденная.

…Блаженная Пелагия была очень близка к нашей семье. Она чтила мою маму. Мама рано умерла… Это было еще в 1927 году. Поля тогда читала по ней Псалтирь на память. Вот что такое Полюшка! Ведь она любой акафист с первого раза — наизусть!..

Вот однажды я с женой Клавдией Васильевной приехал с вопросом к Полюшке. Дело в том, что меня хотели послать служить в Ливан. Поля сразу посоветовалась с преподобным Серафимом и благословения мне не дала… И я не полетел, потому что уже знал на многих примерах: как девица Пелагия сказала — тому и быть! В то время в Патриархии с ней очень считались, очень к ней прислушивались. И решение о моей командировке было отменено.

Управляющий делами Московской Патриархии протопресвитер Николай Федорович Колчицкий тоже очень почитал блаженную Пелагию Рязанскую. По поручению патриарха Алексия (Симанского) он неоднократно посещал ее в Москве, чтобы получить от нее благословение. В столице Полюшку многие и знали, и чтили, и принимали… Да и в Киеве, и в Питере…

Некоторые молодые священники, которые Полю и не знали, возмущаются, когда узнают, что она поучала не только простых людей, но и монашество с духовенством…

Я под духовным руководством святой девицы Пелагии Рязанской прослужил в кафедральном соборе более пятидесяти лет. А теперь говорю всем, что Полюшка так сильно чтила сан и архиерейский и священнический, что старалась отвести недостойных от его принятия. А людей достойных, напротив, благословляла принимать сан.

Блаженную Пелагию Рязанскую прекрасно знал батюшка о. Василий Серебренников, который служил в Москве на Арбате в Филипповском переулке. Он был врач, ученый человек. Я у него лечил полипы на голосовых связках. Он составлял мне лекарства. А когда у меня в горле образовалась опухоль, то о. Василий советовал операцию. Я ему говорю, что был у Полюшки, что она сказала: «Операцию не делай»… По его совету я съездил на Черное море, но ничего не изменилось. А когда я вернулся в Рязань, то по молитве блаженной Полюшки полностью исцелился! Все прошло!..

Блаженная девица Пелагия исцеляла людей от любых болезней и недугов. Несколько раз я видел, как она это делала: накрестит-накрестит травку мать-мачеху да раздаст больным — кому от сердца, кому от почек, а кому от легких.

Однажды на панихиде одна женщина подала мне читать поминальную записку. Там было написано: «Об упокоении блаженного Иоанна»… Она рассказала, что ее взрослая дочь болела страшной неисцелимой болезнью. Должна была умереть. Сама она солочинская, из Солочи — местного курорта. Ведь как было-то: чуть что случится, так люди сразу бегут к блаженной Полюшке. Вот и она побежала к ней. А Поля ей с порога говорит: «Поминай все время блаженного Иоанна». Она начала подавать на панихидах записки с его именем, и дочь ее быстро поправилась, совсем выздоровела.

Ваня Высоцкий — это у нас в Рязани был такой юродивый Христа ради. Его во время революции убили камнями первые безбожники. Он был очень сильный, прямо как богатырь».

Из воспоминаний Марии Александровны Давыдовой (пос. Захарове Рязанской обл.): «Поля тут в Захарове то у одних пожила, то у других, а потом говорит Орловой: «Насть, возьми, меня к себе». А у их только двое было детей-то… Как взяла Настя Полю к себе жить, так родила еще пятерых… Поля сказала детям — кто кем будет, когда вырастет. Поэтому они дразнили Ваню: прокурор, прокурор!.. Сейчас Иван работает прокурором.

Последний их сынок был крикливый. Поля говорит: «Вот, Настенька, сейчас кричит, а потом… к нему без стука никто не войдет». Сейчас он работает главным врачом в Москве…

Как-то раз Нина — Настина дочка — приезжает летом на отпуск. А Петя, Полин крестник, ее сынок, ночью умер — заспала она его! К утру уж холодный был… Так Полюшка его отмолила да выходила! По ее молитве Господь Петю оживил! Да, таких людей сейчас нет!

… Полюшка блаженная очень много людей вылечила, отчитала молитвой… и просто хворых и бесноватых лечила… Как-то Поля говорит хозяйке: Насть, скоро меня будут забирать… За что же это, Поля?.. Как за что? — говорит, — время такое!..

А как только забрали Полюшку в тюрьму так она им там давай акафисты наизусть, да все на свете… И ей там сказали: больше мы не будем тебя тут держать, а если еще будешь, принимать кого, вот тогда уж посадим и не отпустим. И поэтому Полюшка пока перестала принимать людей. Последний раз Поля сидела: в тюрьме в 1939 году…

Блаженная девица Пелагия предсказала войну с Германией еще задолго до ее начала, даже день знала! Сегодня, — говорит, — война началась… Никто не верил, ведь сообщили нам только на четвертый день-то. Полюшка говорила: немец дойдет до нашей хаты, а от нее его и погоним! Так и было все: задержались на один день, как предсказала Поля, и назад…

Блаженная Поля нам говорила: вот вы, когда на кладбище ко мне придете, меня не слышите, а я-то ведь вас слышу!.. Встаньте на коленочки и говорите, когда чего надобно вам, я услышу, помогу…

Наш отец Геннадий ведь очень ее почитает, а матушка его все время зажигает лампадку в часовенке на ее могилке. Эту часовню приезжали святить монахи из Сергиевой Лавры…»

Из воспоминаний Николая Петровича Орлова (пос. Захарово Рязанской области):

«Полюшка наша — это святой человек! Ведь как ее народ любил!.. К ней все идут с горем, а от нее — как на крыльях! Ведь она все скажет да все расскажет: кому помолиться, какому угоднику Божию молебен отслужить… Блаженная Пелагия многих молитвой отчитывала: и от разных болезней исцелила, и бесов изгоняла!.. Молитву читает, а сама рукой крестит — то лоб, то затылок. Великую силу от Бога имеет!

К Пелагии часто приезжали священники из разных мест, а чаще всего из рязанского храма Бориса и Глеба. Они сейчас уже не служат: на покое. А некоторые из них уже и умерли… Многие в духовенстве, кто ее знал, чтили нашу Полюшку. И сейчас ведь часто приезжают на могилку послужить. Вот и часовенку там поставили…

Некоторые женщины сами рассказывали про то, как стали свидетелями удивительного чуда. Это было еще до войны. Ехали они в соседнее село на телеге, а с ними Полюшка блаженная была, всю дорогу читала псалтирь на память. И вдруг начался дождь, как из ведра, а их прямо стеной обходил! Вот чудо-то! Кругом гроза, ничего не видать, а их тележка с лошадкой сухие!

Слепая Полюшка, конечно, такую великую силу имела!.. Ей уже в три годика от Бога все было дано!

Полюшка блаженная не раз повторяла: «Приходите потом ко мне на могилку и все мне говорите. И хотя меня с вами не будет, но я все равно услышу и помогу!» И помогает. Ведь народу немало у неё на могилке-то…

Из воспоминаний Нины Николаевны Воеводиной (Рязань): «…Пошли к Полиной могилке. А кладбище — совсем недалеко от храма. Как только приблизились мы к оградке кладбища, я вдруг услышала необычную музыку: не то перезвон, не то трели какие!.. Не могу объяснить даже: какое-то пение необыкновенное! Я никогда ничего подобного не слышала! Я — в недоумении… Ведь зима, восемнадцатое февраля, и такое пение… Подошли к Полюшкиной могилке, а пение все продолжается, прямо как хрустальный перезвон!.. И никакой музыкальный инструмент этого не сделает! Где нахожусь, не пойму, как на Небесах!

Потом уже, когда мы возвращались с кладбища, я спрашиваю: «Тань, а кто же все-таки пел?» Она мне отвечает: «Так ты не поняла ничего?! Это же ангелы Божии святое место прославляли и радовались, что мы с тобой прибыли на Святую Землю!.. Теперь-то понимаешь?»

Вспоминает Петр Глазунов (Рязань): «Блаженную Пелагию Рязанскую очень близко знал и нынешний старец и духовник Псково-Печерского монастыря — архимандрит Иоанн (Крестьянкин) (1910-2006 гг.). Он в то время служил вторым священником в Летово. Это совсем близко от Захарове, где жила слепенькая Полюшка.

А настоятелем Летовского храма был в то время знаменитый протоиерей Иван Иванович Смирнов — будущий владыка Орловский и Брянский. Так их и звали — «два Ивана». Блаженная девица Пелагия еще тогда наказала отцу Иоанну (Крестьянкину), чтобы он в будущем поминал как праведного архиепископа Глеба (Смирнова).

Отец Иоанн (Крестьянкин) часто бывал у Полюшки в Захарове, не реже, чем отец Иван Смирнов, я сам видел. Они вообще очень дружны были. Иногда он помазывал ее освященным маслом из пузыречка.

У самого отца Иоанна были разные скорби: то шесть лет — в тюрьме просидел, то монахи на него очень нападали, то еще чего… Полюшка его утешала.

А вот однажды блаженная Поля очень сильно его ругала, напоминала ему его забытые грехи! А он горько плакал и очень ее благодарил… Она сама снимала с его души грехи, … в общем, учила его исповедывать. Девица Пелагия отцу Иоанну говорила: «Ты должен из человека как насос выкачивать грехи, как воду из колодца!»

Блаженную Пелагию Рязанскую очень близко знал нынешний архиепископ Варнава (Кедров), который сейчас Чебоксарский и Чувашский. Ведь он еще совсем маленький был, а она уже ему предсказала, что он будет владыкой! Это было так. Однажды тетя Дуня пришла к слепенькой Поле с двухлетним мальчиком Вовой. А Полюшка сразу перекрестилась и говорит: «Дай-ка я ему головку благословлю». И когда она ему головку крестила, то сказала: «Дунь, ты его береги, мальчик будет хороший, будет архиереем…»

Когда Владимир уже подрос, то девица Пелагия благословила его — к преподобному Сергию — учиться. Он вроде бы сомневался, что в семинарию его документы примут: ведь образование-то было — два класса!.. А она ему сказала: «Примут-примут, я уж преподобного уговорю и он все устроит!»

О нем были все время там очень хорошие отзывы… А какие прекрасные он делал митры!.. Сложнейшая работа!.. Позднее он был ризничим в Троице-Сергиевой Лавре.

У архиепископа Варнавы был родной дядя — протоиерей Петр Смирнов в селе Бахмачево, про которого блаженная Пелагия Рязанская говорила: «Отец Петр — батюшка святой жизни…» Она говорила нам, что он был прозорливый, что он получил от Господа золотой венец! Протоиерея Петра Полюшка слепенькая очень любила… Вот по молитвам Поли и своего дяди вся жизнь у владыки Варнавы и наладилась!

Иеросхимонах Сампсон говорил о блаженной старице так: «Я ее, Пелагею, почитаю за учительницу свою. Она меня научила молиться. Вернее, Бог через нее. Это было в Спасском. Она первый раз подошла ко мне. Вот это ее простое обращение к Богу, оно меня поразило. Она содрала с меня всю мою кожу. Кожа оказалась такой тонкой, тонкой пленкой. Выбросила в печку и больше ничего. Один раз и навсегда.

Даже опыты моего пребывания на допросах недостаточно открыли мне секрет плача, а она открыла. Поэтому я к ней отношусь с большим уважением. Она, конечно, не знает этого.

Любуюсь, как она молится, как она Богу предстоит».

Из воспоминаний старца Сампсона: «Молиться — это Богу предстоять… Это беседовать с Богом. Это такая простая-простая душа, которая сознает всю свою греховность, всю свою никчемность, свое бессилие, все свое омерзительное прошлое и имеет желание быть новой, проклиная старое все. Это сочетание богопредстояния — оно как раз выразилось у этой старушки так, очень просто.

Когда у нас зашел разговор об Иисусовой (молитве), она это по-своему восприняла, по-настоящему восприняла. «Помилуй меня» — так, как схимонах афонский Силуан…

Она каменно верующая. Вот нам всем образец. И когда я ее соборовал, она умирала, я убедился в этом. Я видел ее сияние, которое исходило от нее, при чтении 7-й молитвы, когда я кончил Евангелие. И она смеялась, когда я ее причащал. У нее был детский смех. Нам это непонятно, эта радость была детская. Для нас, погрязших в страстях, для нас непонятно».

Блаженная старица Пелагия рассказывала своим духовным чадам: каким святым дана Господом благодать исцелять, советовала обращаться к этим святым угодникам при разных нуждах и болезнях, учила читать Псалтирь, объясняла смысл и назначение каждого избранного псалма, призывала к покаянию и всепрощению.Блаженная Пелагия мирно отошла ко Господу в 1966 году.

Господи, упокой душу блаженной Пелагии, со святыми упокой, и её молитвами спаси нас!

Комментарии

[1] Епископ Неофит (в миру Николай Алексеевич Коробов) родился 15 января 1878 года в селе Новоселове Борисоглебского уезда Ярославской губернии в купеческой семье (его отец был владельцем двух магазинов в Санкт-Петербурге). После окончания гимназии Николай поступил в 1902 году в Валаамский монастырь, в монастыре окончил миссионерско-богословские курсы. В 1906 году был пострижен в монашество и рукоположен во иеродиакона, в 1910 году рукоположен во иеромонаха. В 1919 году он был назначен настоятелем Борисо-Глебского монастыря. С 1922 года зачислен в братство Покровского Углического монастыря. 25 апреля 1927 года — хиротонисан во епископа Городецкого, викария Нижегородского.
После ареста Ветлужского епископа Григория (Козлова) владыка Неофит был переведен в августе 1929 года в Ветлугу.
6 августа 1937 года епископ был арестован, он отказался отвечать на вопросы следователя, обвинил НКВД в арестах невиновных и предъявлении надуманных обвинений, за что был заключен в карцер. Следствие продолжалось август и сентябрь.
Владыку обвиняли в том, что он «проводил активную подрывную работу, направленную на свержение Советской власти и реставрацию капитализма в СССР», и что им была «создана церковно-фашистская, диверсионно-террористическая, шпионско-повстанческая организация… с общим числом свыше 60 участников». На основании этих обвинений 11 ноября 1937 года Тройка УНКВД приговорила епископа к расстрелу. Могила владыки находится на тюремном кладбище рядом со старообрядческой церковью.

[2] Иоанно-Предтеченский монастырь (несколько строк из летописи монастыря).
Древний Иоанно-Предтеченский монастырь расположен на высоком холме. Предание связывает основание девичьей обители в Белом городе близ Солянки с рождением царя Иоанна Васильевича IV Грозного. Первый русский царь, венчавшийся на царство Российское в 1547 году, родился в канун дня Усекновения главы святого Иоанна Предтечи 25 августа 1530 года и носил имя Крестителя Господня. Иоанно-Предтеченская обитель стала местом молитвы об упокоении Грозного государя, как ее царственного основателя.
В начале XVII века в Смутное время Ивановская обитель была разграблена польскими интервентами, но Божией милостью и усердием благочестивых русских царей вскоре восстановлена. В первой половине XVIII века обитель была опустошена двумя московскими пожарами, в 1761 году по велению императрицы Елизаветы Петровны монастырь был восстановлен «для призрения вдов и сирот заслуженных людей».
В Ивановском монастыре среди родовитых насельниц были опальные лица из царской семьи, позже в монастырь присылали на покаяние женщин совершивших тяжкие преступления. (В ХVI веке в обители была пострижена супруга старшего сына царя Иоанна Грозного царевича Иоанна, в монашестве Параскева, в начале ХVII века в в монастыре была заточена и пострижена с именем Елена супруга царя Василия Шуйского, в конце XVIII – начале ХIХ веков — дочь Императрицы Елизаветы Петровны и графа А. Г. Разумовского – княжна Августа Тараканова.)
После разорения Москвы французской армией во главе с Наполеоном в 1812 году Ивановская обитель была упразднена более чем на полвека. Лишь в октябре 1879 года состоялось освящение Иоанно-Предтеченского монастыря. Предполагалось возобновить Ивановский монастырь как общежительный. Первую настоятельницу игумению Рафаилу с сестрами преподобный Пимен нашел в подмосковной Аносиной Борисо-Глебской Пустыни.
К 1917 году в обители проживало свыше трехсот насельниц. В 1918 году Ивановская обитель была закрыта и превращена в концлагерь.
Собор Усекновения главы святого Иоанна Предтечи и Елизаветинская церковь продолжали действовать, как приходские, при них проживали около ста насельниц. В 1926 году храмы были закрыты. После окончательного закрытия священники и последние сестры с матушкой настоятельницей были изгнаны из обители. Известно, что иерей Алексий Скворцов принял мученический венец 4 июля 1938 года (он был расстрелен на Бутовском полигоне).Протоиерей Иосиф Будилович, бывший до 1918 году полковым священником, погиб в лагере.
В 1992 году Иоанно-Предтеченский монастырь был возвращен Русской Православной Церкви. По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II обитель была приписана к храму св. равноап. князя Владимира во главе с настоятелем прот. Сергием Романовым.
Освящение и первое богослужение в Елизаветинской церкви состоялось в 1995 году на Светлой седмице в день иконы Пресвятой Богородицы «Живоносный источник». В это пасхальное время, стала обильно мироточить икона Пресвятой Богородицы «Одигитрия», находящаяся в храме прп. Елизаветы Чудотворицы. 8 сентября 2002 года был торжественно освящен Казанский придел монастырского собора, в котором воссоздана уникальная живопись. 19 января 2002 году монастырю были возвращены его главные святыни – иконы святого Иоанна Предтечи с обручем и прп. Елизаветы Чудотворицы – святой игумении, жившей в Константинополе в V веке. Икона св. Иоанна Предтечи с обручем уникальна. Перед этим образом молились русские цари и ходили за ним крестным ходом. Икона хранилась в храме свв. апп. Петра и Павла на Яузе, в настоящее время — находится в монастырской часовне, каждый день открытой для богомольцев. К киоту иконы св. Пророка справа на металлической цепочке присоединен медный обруч. На нем полустертая, но различимая надпись: «Святый Великий Предтече и Крестителю Спасов Иоанне моли Бога о нас». (Верующие надевают обруч с верой и молитвой ко св. Иоанну Предтече на голову (известны многочисленные случаи исцеления). В наши дни не иссякает поток паломников, страждущих душевными и телесными недугами в монастырскую часовню.)
Святая обитель нуждается и в щедрых благотворителях, и в тех, кто желает потрудиться для его возрождения. (Иоанно-Претеченский монастырь находится по адресу: Москва, ст. м. Китай-город, Малый Ивановский переулок, д. 2, т. 624-0150 (cестринский корпус), 624-75-21 (часовня).)

[3] Женский Серпуховской Владычний монастырь (несколько строк из летописи монастыря).
Владычний монастырь основан в 1360 году святителем Алексием по особому изволению Божией Матери. В 1362 году уже «составлена была каменная церковь» трудами келейника святителя и ставшего первым настоятелем Владычнего монастыря преподобного Варлаама, через предстательство которого в 1878 году в обители была явлена чудотворная икона Божией Матери «Неупиваемая Чаша».
1598 — 1609 гг. — полная перестройка монастыря на средства Бориса Годунова в честь бескровной победы на реке Оке. Перестройка охватила все без исключения здания: расширен Введенский собор, построен двухъярусный храм в честь св. вмч. Георгия, монастырь обнесен каменной крепостной стеной с башнями и церковью над Святыми вратами в честь св. мч. Феодота Анкирского (1599 г).
1805-1806 гг. — Монастырь был в самом сильном упадке, и с течением времени клонился к совершенному запустению: братия разошлась, келлии и самые св. храмы, за неимением средств к надлежащему исправлению, пришли в упадок и запустение, Богослужение почти совсем остановилось.
1806 год — монастырь ожидал упразднения. Митрополит Платон, видя необходимость иметь в Серпуховском уезде девичий монастырь, испросил у Императора Александра I дозволение преобразовать оный из мужского в девичий.
1919 год — монастырь закрыт, на его территории размещена школа «красных военлетов», затем на ее базе создано военное летное училище. 1928 год — после закрытия собора утеряны сведения о месторасположении явленной чудотворной иконы «Неупиваемая Чаша».
1978 год — училище освободило территорию. 1995 год — в монастыре возрождена монашеская жизнь.

[4] Краткая история Покровско-Васильевского монастыря.
В середине 70-х годов XIX столетия благочестивый благотворитель крупный фабрикант Яков Иванович Лабзин построил на свои средства Покровско-Васильевский кладбищенский храм над могилами своей супруги Акилины и её брата Василия Ивановича Грязнова, бывшего компаньоном Лабзина по производству знаменитых Павлово-Посадских шалей. Я.И. Лабзин и В.И. Грязнов занимались широкой благотворительной деятельностью: устраивали школы и богадельни, делали крупные пожертвования на храмы и монастыри.
Василий Иванович Грязнов (1816-1869 гг.) (прославленный в лике святых в 1999 году – святой праведный Василий Павлово — Посадский) был молитвенником, подвижником, миссионером, обратившим в православие несколько тысяч старообрядцев. Доброта, благочестие и подвижническая жизнь Василия Ивановича привлекли к нему сердца многих раскольников, которые благодаря его духовно-нравственному влиянию воссоединились с Православной Церковью. Следует отметить, что когда в 1848 году в Павловском Посаде началась эпидемия холеры, по молитвам Василия Ивановича никто из обращавшихся к нему за молитвенной помощью не умер от этой болезни.
«Все скорби мира сего еще не беда переносить, — говорил подвижник, — а беда потерять веру в Бога, беда потерять жизнь христианскую, — это вот истинная беда, достойная плача и туги сердечной». Когда кто-либо из рабочих терпел неправду, Василий Иванович утешал его, говоря: «Терпи, переноси все. Ни на кого не обижайся. Бог за все вознаградит впоследствии».
В 1860-х годах он основал в Павловском Посаде мужское общежитие, правила и устав для которых были написаны свят. Филаретом, митрополитом Московским. В.И. Грязнов умер в феврале 1869 года, проводить его в последний путь пришли тысячи верующих людей.
Яков Иванович Лабзин решил построить храм над его могилой и могилой своей жены Акилины Ивановны, сестры В.И. Грязнова. Строительство Покровско – Васильевского храма еще не было окончено, когда Лабзин начал строить при храме женскую богадельню – в надежде, что со временем она преобразуется в монастырь. В 1874 году храм был построен, территория вокруг храма обнесена глухим забором, возле храма была построена деревянная звонница с полным набором колоколов.
Очень скоро при храме начали селиться женщины, которые желали целиком посвятить свою жизнь Богу. В 1884 году Лабзиным были построены два келейных корпуса, в которых поселились около сорока женщин.
2 декабря 1891 года благочестивый Яков Иванович Лабзин преставился ко Господу, после его кончины заботы по содержанию храма и женской общины перешли к трем его дочерям. Одна из них, Ольга Яковлевна, постоянно жила и трудилась вместе с другими насельницами общины. В начале 1903 года Указом Его Императорского Величества Покровско — Васильевская женская община была преобразована в женский общежительный монастырь того же наименования. Игуменией была назначена монахиня Алевтина. Сестры монастыря занимались рукоделием и огородничеством. При монастыре действовал приют для бедных детей и сирот.
После революции в 1920 году монастырь был закрыт, Покровско-Васильевский храм действовал как кладбищенский до 1931 года. После закрытия монастыря была снесена кирпичная ограда, в жилых корпусах разместили рабочее общежитие.
В 1989 году Покровско — Васильевский храм был возвращен Русской Православной Церкви. Первая Божественная литургия была совершена в 1990 году на Рождество Христово. В 1995 году было подано прошение об основании монастыря Высокопреосвященнейшему митрополиту Ювеналию, но в прошении не было указано какой монастырь мужской или женский. В июне того же года состоялось открытие мужского монастыря, которое возглавил Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий. Иеромонаха Андрея (Тонкова) возвели в сан игумена с вручением жезла.
В обители почитаются храмовая икона Покрова Божией Матери и «Скоропослушница», написанные на св. горе Афон. Чудом сохранилась ещё от старого монастыря икона св. великомученика и целителя Пантелеймона, которая прославилась уже в наше время чудесами исцелений неизлечимых больных.
В 2002 году в монастырь были доставлены более 100 частиц мощей Киево-Печерских святых, которые выставлены для поклонения молитвенной поддержки верующих. Перед иконостасом по обе стороны находятся ещё два ковчега с мощами древних святых, а также святых, которые просияли в Московских, Владимирских, Нижегородских и Воронежских приделах нашей земли. Особенное поклонение и внимание оказывается частице мощей святителя Иннокентия еп. Пензенского, который родился и получил своё первоначальное образование в Павловском Посаде. (По материалам сайта Покровско — Васильевского монастыря) (Настоятель монастыря — Игумен Андрей (Тонков) Адрес: 142500, Московская область, г. Павловский Посад, пос. М. Горького. Проезд до станции Павлово Посад от Курского вокзала г. Москвы на пригородных электричках Горьковского направления, следующих до конечных станций: Павлово Посад,Электрогорск,Владимир, Петушки, Крутое.)

[5] Каширский Никитский монастырь.
До революции Кашира относилась к Тульской епархии. В первой половине XIX века благочестивый купец Федор Руднев на месте деревянного кладбищенского храма святого великомученика Никиты, расположенного на западной окраине города, построил каменный храм с колокольней.
Московский святитель Филарет (в миру Василий Михайлович Дроздов, (1783-1867)) благословил монахиню Фомаиду обратиться к Тульскому архиерею с прошением о создании общины. Тульский епископ Дамаскин благословил открытие богадельни при Никитском храме, в 1843 году здесь зародилась община. Монахиня Фомаида, которая до этого подвизалась в Горицком монастыре, стала первой настоятельницей общины. При матушке Фомаиде было введено неусыпное чтение Псалтири, стали совершаться ежедневные богослужения.
Матушка Фомаида скончалась в возрасте 90 лет, в 1868 году её сменила монахиня Белевского Крестовоздвиженского монастыря Макария, под её руководством на месте деревянных домиков были возведены каменные корпуса, ограда, колокольня, собор и др. постройки.
В 1884 году община была преобразована в общежительный монастырь, а настоятельница стала игуменией. В неурожайный 1892 год в обители находили приют окрестные бедняки, здесь была построена школа для девочек, а в русско-японскую войну открыт госпиталь для раненых. (Среди жертвователей на монастырское строительство был Государь Император Николай II.)
Следует отметить, что насельницы монастыря находились под духовным руководством Оптинских старцев.
В 1919 году обитель была преобразована в трудовую артель. В конце 20-х годов монастырь был окончательно закрыт.
В ноябре 1941 году в Никитском храме находился штаб обороны города. Позднее значительную часть обители, включая Никитский храм, заняла носочно-чулочная фабрика.
Наконец, в 1998 году Преображенский храм был передан верующим.

[6] Иван Максимович — впоследствии иеромонах Мина (Скобцов) (1922-2003 гг.).

[7] Филимоновский Княже-Владимирский монастырь – был основан в честь чудесного избавления от гибели императора Александра III и его семьи при крушении царского поезда 17 октября 1888 года. (Семья императора Александра III из Крыма возвращалась в специальном царском поезде. 18 октября 1888 года, не доезжая до Харькова, на перегоне Тарановка — Борки Курско-Харьковско-Азовской железной дороги поезд потерпел крушение. Часть вагонов разнесло в щепки, погибло 20 человек, в основном из прислуги. В момент крушения поезда Александр III с женой и детьми находился в вагоне-столовой. Известно,что в вагоне были выбиты поперечные стенки, боковые стены треснули и крыша стала падать. Стоявшие в дверях камер-лакеи погибли, остальных спасло только то, что крыша при падении одним концом уперлась в пирамиду из тележек. Рослый император поддерживал крышу, пока из-под нее выбираались его близкие, среди них был и Наследник Николай Александрович.)
Монастырь был построен по образцу Черниговско-Гефсиманского скита с подземной усыпальницей, верхним и нижним храмами (Троицким и преп. Сергия Радонежского). Его первой игуменьей стала княжна Вера Борисовна Святополк-Четвертинская. По скорой блаженной кончине Веры Борисовны, указом от 18 июня 1893 года была назначена новая игуменья Анастасия — монахиня Казанской Головинской обители.
В ноябре 1928 года монастырь закрыли, с годами монастырь разрушился. Однако в последнее время в разрушенном монастырском храме уже действует придел преподобного Сергия Радонежского. Настоятель храма отец Александр.

[8] В посёлке Коммунарка в годы безверия буквально вся земля была пропитана кровью расстрелянных, замученных жертв политических репрессий. Здесь находится одно из самых крупных массовых захоронений жертв политических репрессий в Москве (спецобъект НКВД). В посёлке никогда не было храма, но, по промыслу Божиему, сейчас собираются построить храм Преображения Господня. (Посёлок расположен на 24-м километре Калужского шоссе.)
На месте предполагаемого строительства храма в посёлке Коммунарка установлен строительный вагончик, на крыше которого сооружен небольшой купол. Община имеет возможность служить молебны и панихиды в часовне. С начала апреля 2006 года Божественные Литургии.
Настоятель иерей Михаил (Котик) обращается ко всем верующим, внести свою лепту, помочь в Богоугодном деле.

[9] Церковная деятельность Императора Николая II была весьма широкой и охватывала все стороны церковной жизни.
В Его царствование Россия продолжала украшаться обителями и церквами. С 1894 — 1912 гг. было открыто 211 новых мужских и женских монастырей и 7546 новых церквей, не считая большого числа новых часовен и молитвенных домов…
В книге «Император Николай II как человек сильной воли» церковный историк Алферьев Евгений Евлампиевич (1908—1986 гг.) отмечает: «Среди огромных заслуг Императора Николая II-го в самых различных областях государственной жизни, видное место занимают Его исключительные заслуги в церковной деятельности…
С 1896 года по 1916 год, т. е. за двадцать лет царствования Императора Николая II, Русская Православная Церковь обогатилась большим числом новых святых и новых церковных торжеств… Первым был прославлен в 1896 г. святитель Феодосий Углицкий. В 1897 г. было установлено местное празднование свмуч. Исидора и с ним 72 мучеников в г. Юрьеве Ливонском, латинянами утопленных (1472 г.), а в начале XX века — празднование преп. Иова Почаевского.1903 год ознаменовался великими церковными торжествами по случаю прославления преп. Серафима Саровского Чудотворца…
12 июня 1909 г. состоялось восстановление празднества св. Княгини Анны Кашинской (супруги св. Вел. Кн. Михаила Ярославича Тверского, замученного в Орде 22 ноября 1318 года, правнука Всеволода Большого Гнезда)…
Обретение мощей св. Княгини Анны Кашинской произошло 28 июля 1649 года. 12 июня 1650 г. мощи святой были перенесены, в присутствии Царя Алексея Михайловича, в Кашинский Вознесенский собор. Однако, по почину Патриарха Иоакима, третьего преемника Патриарха Никона, Соборы 1677 и 1678 гг. постановили «празднования Ей не творити»… Через 260 лет, в царствование Императора Николая II, торжество восстановления празднования св. Анны Кашинской происходило в г. Кашине в православном Успенском соборе по единоверческому чину …
4 сентября 1911 г., в присутствии Вел. Кн. Елисаветы Феодоровны и Вел. Кн. Константина Константиновича, совершено было прославление мощей святителя Иоасафа Белгородского…
В 1911 г. было восстановлено церковное почитание преп. Евфросина Синозерского. Это был в царствование Императора Николая II второй случай — после св. Кн. Анны Кашинской — вторичного прославления святого, ошибочно исключенного из сонма Русских Святых во время реформ, предпринятых Патриархом Никоном в XVII веке…
17 февраля 1913 г. в Москве были торжественно прославлены мощи святителя Гермогена, Патриарха Московского и всея России… 28 июля 1914 г. состоялось прославление мощей святителя Питирима, Епископа Тамбовского.
Во время Великой Войны, 10 июня 1916 года, Митрополит Макарий Московский совершил прославление мощей святителя Иоанна, Митрополита Тобольского и Сибирского…»

[10] Священник Василий Конардов (1891-1937 гг.) родился в селе Волынщино (Московская обл.) в семье псаломщика Михаила Конардова. Отец Василий был арестован 28 ноября 1937 года. 1 декабря 1937 он был приговорён к расстрелу тройкой при УНКВД СССР по Московской области. 11 декабря 1937 года приговор был приведён в исполнения на «Бутовском полигоне» (посёлок Бутово, Московская область) (30.06.1989 – священника Василия реабилитировали посмертно.)
Упокой, Господи, раба Твоего священника Василия, со святыми упокой, и его молитвами спаси нас!

[11] Святой праведный Алексий Мечёв (1859-1923 гг.).
Старец Алексий Мечёв родился 17 марта 1859 года в Москве. Он учился в Заиконоспасском Училище, затем — в Московской Духовной Семинарии, а после окончания Семинарии поступил в псаломщики в церковь Знамения на Знаменку.
В 1884 году Алексий женился на Анне Молчановой. 18 ноября 1884 года был рукоположен во диакона в Никитском монастыре преосв. Мисаилом, епископом Можайским. 19 марта 1893 года был рукоположен во священника преосв. Нестором. Молодому священнику достался бедный приход маленькой церкви Св. Николая на Маросейке. Нужна была большая вера, чтобы, не смотря на трудности не упасть духом. Старец Алексий с грустью рассказывал духовным детям:
— Восемь лет я служил каждый день Литургию при пустом храме, один протоиерей говорил мне: «Как ни пройду мимо твоего храма, все у тебя звонят. Заходил я к тебе — пусто. Ничего не выйдет у тебя, понапрасну звонишь».
К несчастию тяжело заболела жена отца Алексия, ему одному приходилось заботиться о детях, ухаживать за прикованной к постели супругой. В августе 1902 году умирает жена отца Алексия.
По промыслу Божиему, в то время по делам благотворительности на Маросейку приехал о. Иоанн Кронштадтский. Великий пастырь сказал о. Алексию: «Ты жалуешься на скорби и думаешь — нет на свете горя больше твоего, так оно тебе тяжело. А ты будь с народом, войди в чужое горе, возьми его горе на себя и тогда увидишь, что твое несчастие мало, незначительно в сравнении с общим горем; и легче тебе станет».
Довелось о. Алексию и сослужить о. Иоанну Кронштадтскому в одной из московских церквей. После этой знаменательной встречи о. Алексий «весь уходит в чужое горе, растворяет свое горе в общей скорби». Вскоре о старце заговорила вся Москва. Церковь уже не может вместить всех желающих, «с раннего утра до поздней ночи толпится народ, среди простых людей, появляются профессора, врачи, учителя, писатели, инженеры, художники, артисты».
Cтарец Алексий говорил, что, Бог, дал ему детскую веру. Очевидцы рассказывали, что за богослужением он преображался. Его детская вера часто обнаруживалась в слезах, особенно за божественной литургией. Часто он затруднялся произносить возгласы: «Придите, ядите…» или «Твоя от Твоих». При этих словах по его изменившемуся голосу всякий в храме понимал, что он плачет. Его лицо было полно умиления, и плач его захватывал и служивших ему».
Из воспоминаний духовного сына старца Алексия: «Слишком запечатлелся перед нами образ о. Алексия. Нельзя забыть ни его светящихся приветом, небольших, но глядевших проникновенно голубых глаз, ни его чисто русского, родного благостно улыбающегося лица, на котором было написано столько доброты и душевной теплоты, что казалось их с избытком хватило бы на всех, кто имел счастье видеться и встречаться с ним. После большого семейного горя – потери близкого человека – я поспешил на Маросейку. Своим чутким сердцем о. Алексий понял всю глубину моей скорби и утешил без всяких слов одним лишь благостным видом. По окончании панихиды, у меня в порыве благодарности, невольно вырвалось: «Добрый Батюшка!».
У одной женщины, проживавшей в Туле, без вести пропал сын, ей посоветовали съездить в церковь «Николы в Клённиках» к старцу. Женщина приехала в Москву, пришла в церковь, и очень удивилась, когда после литургии услышала слава старца, протягивающего ей крест через головы шедших впереди неё людей:
— Молись как за живого.
Удивлению женщины не было предела, ведь священник впервые видел её, и не мог знать о её горе. А позже при личной встрече старец Алексий сказал:
— Вот тут на днях была у меня мать: всё о сыне беспокоится, а он преспокойно служит в Софии на табачной фабрике.
Затем благословил женщину и подарил бумажную иконку со словами:
— Ну, Бог благословит.
Позже стало известно, что вскоре женщина получила от сына из Болгарии письмо, в котором он сообщил, что работает в Софии на табачной фабрике.
Скончался о. Алексий 9/22 июня 1923 года. В августе 2000 года Юбилейный Архиерейский Собор определил: Пресвитера Московского Алексия Мечёва — причислить к лику святых. День памяти св. прав. Алексия, пресвитера Московского — 9/22 июня. Праведный отче Алексие, моли Бога о нас!

[12] Известно, что примерно в 1925 году командир кавалерийского полка Г. К. Жуков приезжал несколько раз к старцу Нектарию (по свидетельству Екатерины А. Денежкиной (хозяйки дома, где жил в двадцатых годах Оптинский старец Нектарий (ныне прославленный)). Оптинский старец благословил Г. К. Жукова и предсказал, что ему везде будет сопутствовать победа, добавил: «Ты будешь сильным полководцем. Учись. Твоя учёба даром не пройдёт».

[13] Архимандрит Серафим (Батюков) (1880-1942 гг.)
Архимандрит Серафим (в миру Сергей Михайлович Батюков) родился в 1880 году в Москве. Известно, что Сергий посещал лекции в Московской духовной академии, изучал богословие и святоотеческую литературу. До 1923 года Сергий ездил в Оптину пустынь к своему духовному отцу старцу Нектарию (1853-1928 гг.) (преподобный Нектарий Оптинский).
В 1920 году о. Сергий был вызван Патриархом Тихоном и назначен в церковь свв. бессребреников и мучеников Кира и Иоанна на Солянке. В 1922 году он принял монашество с именем Серафим, а в конце 1926 года был возведен в сан архимандрита.
В 1927 году о. Серафим был арестован по обвинению в укрытии церковных ценностей. То было время, когда множество духовных лиц и мирян пострадало, защищая свои святыни. Но впоследствии дело против отца Серафима было прекращено, так как выяснилось, что ценности увезли сербы.
В июле 1928 года, не приняв Декларацию митрополита Сергия, он ушёл из храма. Некоторое время он тайно жил в разных местах и, в конце концов, поселился нелегально в Загорске в доме монахини Ксении (Гришановой), которая с 1911 по 1925 гг. являлась монахиней Серафимо-Дивеевского монастыря. Известно, что у старца Серафима окормлялись и другие монахини Серафимо-Дивеевского монастыря, вынужденные покинуть обитель после ее закрытия в 1927 году. Старец поддерживал связь и с «подпольной общиной» схиигуменьи Марии, которых опекал и епископ Афанасий (Сахаров) (Святитель Афанасий Сахаров, (1887-1962 гг.)).
В доме монахини Ксении, в маленькой комнате, перед иконой Иверской Божией Матери, был поставлен алтарь и служилась литургия. Здесь бывали и совершали богослужение многие духовные лица. В перерывах между арестами бывал и епископ Афанасий, в юрисдикции которого находился о. Серафим. Сюда, в маленький дом на окраине города, стекались многочисленные духовные дети архимандрита за советом и утешением.
Духовные чада отмечали удивительную атмосферу, при которой совершалось Богослужение: в то время как в доме присутствовало на службе лишь два-три человека, старец служил в этой обстановке так же, как он служил прежде в большом, переполненном народом Храме. Вера Василевская вспоминает: «В эти благодатные минуты всей силой своей души, всем напряжением веры и любви, доступным человеку, батюшка молился за себя, за нас, за весь мир…»
Когда, однажды Вера с грустью сказала старцу, что очень сожалеет, что ей нельзя чаще встречаться с ним, старец рассказал о том, что он сам в своё время ездил к старцу Нектарию в Оптину пустынь лишь один раз в год. И заметил: «Мы должны ценить то, что мы имеем, а будет и такое время, когда у нас останется только Крест и Евангелие»…
Когда в 1942 году старец Серафим скончался, духовные чада старца приняли решение в течение года читать Псалтирь по своему наставнику, для того, чтобы вся Псалтирь прочитывалась ежедневно, ее разделили так, чтобы каждый ежедневно прочитывал по одной кафизме.
Старца Серафима похоронили «тут же в его «катакомбах» (в подполе деревянного дома в городе Загорске), под тем местом, где находился Престол, — как это делали в Церкви первых веков. (Следует уточнить, что могила старца находилась под домом, где он провёл свои последние годы жизни лишь до 8 декабря 1943 года. Через год после смерти старца сотрудники НКГБ вскрыли захоронение. Многие члены общины были арестованы).
Господи, упокой душу старца архимандрита Серафима, со святыми упокой, и его молитвами спаси нас!

[14] Апостольский пост — во время поста разрешается пить лишь воду.

[15] Священномученик Петр, митрополит Крутицкий и Коломенский.
Священномученик Пётр, митрополит Крутицкий и Коломенский (в миру Пётр Фёдорович Полянский) родился в 1862 году в благочестивой семье священника села Сторожевое Воронежской епархии. В 1885 году он закончил по I разряду Воронежскую Духовную Семинарию, а в 1892 году Московскую Духовную Академию и был оставлен при ней помощником инспектора.
После занятия ряда ответственных должностей в Жировицком духовном училище, Пётр Фёдорович был переведён в Петербург, в штат Синодального Учебного Комитета, членом которого он стал. В 1897 году защитил магистерскую диссертацию. Во время начавшихся гонений на святую Церковь, в 1920 году Святейший Патриарх Тихон предложил ему принять постриг, священство и стать его помощником в делах церковного управления.
Сразу после архиерейской хиротонии в 1920 году во епископа Подольского, Владыка Пётр был сослан в Великий Устюг, но после освобождения из-под ареста Святейшего Патриарха Тихона — вернулся в Москву, став ближайшим помощником Российского Первосвятителя. Вскоре он был возведён в сан архиепископа (1923 год), затем стал митрополитом Крутицким (1924 год) и был включён в состав Временного Патриаршего Синода.
В последние месяцы жизни Патриарха Тихона митрополит Пётр был его верным помощником во всех делах управления Церковью. В начале 1925 года Святейший назначил его кандидатом в Местоблюстители Патриаршего Престола. В этой должности Владыка Пётр был утверждён и Архиерейским Собором 1925 года.
В ноябре 1925 года митрополит Пётр был арестован. После заключения в Суздальском политизоляторе, Владыку привезли на Лубянку, где ему предлагали отказаться от первосвятительского служения в обмен на свободу, но он ответил, что ни при каких обстоятельствах не оставит своего служения.
В 1926 году Владыка был отправлен этапом в ссылку на три года в Тобольскую область (село Абалацкое на берегу реки Иртыш), а затем на Крайний Север, в тундру, в зимовье Хэ, расположенное в 200 километрах от Обдорска. Владыка вновь был арестован в 1930 году и заключён в Екатеринбургскую тюрьму на пять лет в одиночную камеру. Затем он был переведён в Верхнеуральский политизолятор.
Условия заключения Святителя были очень тяжелы. Владыка страдал оттого, что, чувствуя себя в ответе перед Богом за церковную жизнь, он был лишён всякой связи с внешним миром. 1931 году Владыку частично парализовало. В 1933 году больного астмой престарелого Святителя лишили прогулок в общем тюремном дворе. С 23 июля 1936 года Владыка Пётр — в Верхнеуральской тюрьме, вместо свободы получил новый срок заключения ещё на три года. К этому моменту ему было уже семьдесят четыре года, и власти решили объявить Святителя умершим, о чём и сообщили митрополиту Сергию, которому в декабре был присвоен титул Патриаршего Местоблюстителя — ещё при живом митрополите Местоблюстителе Петре. Так прошёл ещё год тяжкого заключения для больного старца-первосвятителя.
В июле 1937 года по распоряжению Сталина был разработан оперативный приказ о расстреле в течение четырёх месяцев всех находящихся в тюрьмах и лагерях исповедников. 27 сентября (10 октября н. ст.) 1937 года в 4 часа дня священномученик митрополит Пётр был расстрелян в Магнитогорской тюрьме.
Канонизирован Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в 1997 году.
(Дни памяти: Январь 23 (новомуч.), Сентябрь 27)

[16] «Антидор есть священный хлеб, который был принесен в предложение и которого середина была вынута и употреблена для священнодействия; этот хлеб как запечатленный копием и принявший божественные слова, преподается вместо страшных Даров, то есть Тайн, тем, которые не причащались их» (Святой Симеон Солунский).

[17] Священномученик Серафим (Звездинский) (1883-1937 гг.).
Священномученик Серафим (в миру Николай Иванович Звездинский) родился 7 апреля 1883 года в семье единоверческого священника Иоанна Звездинского (вероятно во Ржеве).
В 1895 году, после окончания церковного училища, Коля поступил в Заиконоспасское Духовное училище. С 1899 года Николай учился в Московской Духовной Семинарии. В храме Христа Спасителя в Москве епископом Парфением (Левицким) было совершено посвящение Николая в чтеца и иподиакона.
В 1902 году он тяжело заболел лимфангоитом, болезнью, тогда практически неизлечимой, но чудесным образом был исцелен по молитве перед образом еще не прославленного старца Серафима. Через год после этого Николай стал участником торжественного прославления преподобного Серафима Саровского. Исполненный благодарности за исцеление сына, отец Иоанн написал службу преподобному Серафиму.
Семинарию Николай Звездинский окончил в 1905 году и поступил в Московскую Духовную академию. Решившись на постриг, Николай испросил благословения и молитвенной помощи у своего духовного отца — старца Зосимовой пустыни иеромонаха Алексия [18] (Соловьева) (ныне прославленного).
26 сентября 1908 года совершился монашеский постриг Николая Ивановича с именем Серафим в честь преподобного Серафима Саровского.
22 октября 1908 года в академическом Покровском храме ректор посвятил монаха Серафима в иеродиакона, а 8 июля 1909 года совершилось его посвящение во иеромонаха. В этом же году он окончил Духовную академию со званием кандидата-магистранта богословия и вскоре получил назначение преподавать историю Церкви в Вифанской семинарии.
10 июня 1914 года иеромонах Серафим был возведен в сан архимандрита, назначен помощником наместника монастыря и освобожден от должности преподавателя Московской Духовной семинарии.
С августа 1914 года по август 1915 года он исполнял обязанности столичного наблюдателя церковноприходских школ, а в 1914 году — был избран председателем общества хоругвеносцев кафедрального Чудова монастыря. Исполняя обязанности настоятеля монастыря, архимандрит Серафим был строг к себе и другим в соблюдении уставов монашеского жития.
В Чудовом монастыре пережил отец Серафим обстрел Кремля в 1917 году. Представители новой власти закрыли Кремль, с весны 1918 года начали поступать распоряжения о выселении монахов. 26 июля 1918 года епископ Арсений и архимандрит Серафим покинули Чудов монастырь.
Побывав в Зосимовой пустыни, они в августе 1918 года отправились в Серафимо-Знаменский скит. Схиигуменья Фамарь, духовная дочь владыки, устроила в лесу близ скита для них киновию. Здесь, в полном уединении, они молились и трудились: копали грядки, рубили дрова. Отец Серафим читал Священное Писание по правилу преподобного Серафима: за неделю – четыре Евангелия, Деяния Апостолов и Послания…
В конце лета 1919 года архимандрит Серафим был вызван в Москву. 3 января 1920 года в храме Троицкого подворья Святейший Патриарх Тихон совершил епископскую хиротонию архимандрита Серафима.
25 января 1920 года владыка Серафим прибыл в Дмитров. Дмитровцы полюбили владыку после окончания службы они с пением молитв провожали его до самого дома. Вечерами после всенощной, в темноте, стоя на высоком крыльце, подолгу не расставался епископ со своими чадами.
В день Знамения Пресвятой Богородицы, 10 декабря 1922 года, владыка Серафим в последний раз служил в Дмитрове торжественное богослужение. 12 декабря, прибыв в Москву, направился на Лубянку, где был арестован. После окончания допросов его перевели в Бутырскую тюрьму. Он и здесь совершал Божественную литургию, исповедовал тех, кто никогда не был на исповеди, причащал, ободрял.
В Бутырской тюрьме епископ Серафим составил акафист Страждущему Христу Спасителю: «В несении креста спасительного, десницею Твоею мне ниспосланного, укрепи меня, вконец изнемогающего».
30 марта 1923 года епископу Серафиму вынесли приговор: «Два года ссылки в Зырянском крае». 14 мая 1923 года, поезд увез владыку в ссылку этапом в Усть-Сысольск.
Весной 1925 года окончился срок ссылки. В день Благовещения Пресвятой Богородицы пришла бумага об освобождении, и в это же утро пришла телеграмма о кончине Патриарха Тихона.
В Москве владыка с послушницами поселился сначала в Даниловском монастыре. В июле 1925 г. они прибыли в Борисоглебскую Аносину пустынь.
13 июля 1926 года владыку вызвали на Лубянку. В полдень он вернулся на Влахернское подворье и сказал: «Требуют выезда из Москвы… Получил назначение выехать на шесть месяцев в Дивеев или Саров».
17 июля 1926 года они приехали в Дивеево. После длительных переговоров с настоятельницей монастыря ссыльному епископу разрешили служить раннюю литургию в подвальном храме во имя иконы Божией Матери «Утоли моя печали» под Тихвинской церковью. 14 февраля 1927 года, после всенощной под Сретение, которую совершали дома в келии, он вдруг бросился к окну, к одному, к другому, с молитвенными восклицаниями: «Пречистая Дева Богородица идет по канавке. Не могу зреть пречудной Ее красоты и неизреченной милости!»
В Дивееве стал владыка свидетелем того, как из Сарова 30 марта 1927 года увезли мощи преподобного Серафима. Осенью 1927 года приехали представители власти и объявили о закрытии Дивеевской обители, а в ночь под 22 сентября были арестованы епископы Серафим и Зиновий, игуменья Александра, старшие сестры и духовенство. Всех заключили в Арзамасскую тюрьму. 26 сентября заключенных этапом отправили в Нижний Новгород. Вскоре из Нижегородской тюрьмы пришли известия, что у владыки Серафима опять начались приступы каменной болезни. 8 октября 1927 года епископов Серафима и Зиновия, игуменью Александру освободили, но 17 октября 1927 года епископов неожиданно вызвали в Москву.
С 1927 года по 1932 год владыка живёт в городе Меленки Владимирской губернии. Сюда к нему приезжают духовные чада: духовенство, монашествующие и миряне.
В апреле 1932 года владыку вновь арестовывают. 7 июля 1932 года был вынесен приговор – три года ссылки. Владыка с послушницами отбывал срок в Казахстане, позже его перевели на жительство в Уральск, затем – в Омск.
23 января 1935 года они выехали из Уральска, через Москву. Летом 1935 года срок ссылки закончился, но освобождения владыка не получил. Только осенью пришли бумаги. Епископ Серафим решил поселиться в Ишиме.
23 июня 1937 года владыку вновь арестовали. В Ишимской тюрьме у владыки начались сердечные приступы.
В одной из своих последних записок мученик за веру писал: «Я светел, бодр и радостен. Господь подкрепляет и окрыляет сознанием своей правоты, несмотря на тяжкие условия».
23 августа 1937 года тройка при Управлении НКВД по Омской области приговорила епископа Серафима (Звездинского) к расстрелу. 26 августа 1937 года приговор был приведен в исполнение.
В декабре 2000 года, апреле и июле 2001 года Собор новомучеников и исповедников Российских был пополнен еще 104 именами. В Московской Епархии со времени Юбилейного Архиерейского Собора канонизовано 225 новомучеников и исповедников, среди них Священномученик Серафим (Звездинский) (Август 13 (26)).
Священномученик Серафим, святитель земли Русской, моли Бога о всероссийской пастве твоей!

[18] Старец Смоленской Зосимовой пустыни Алексий (1846-1928 гг.) в 2000 году был причислен к лику святых угодников Божиих для всероссийского церковного почитания на Архиерейском Юбилейном Соборе. День памяти – 2 октября /19 сентября.
Преподобне отче наш Алексие, моли Бога о нас!

[19] Спасо-Бородинский монастырь.
Спасо-Бородинский монастырь находится в селе Семеновское (Можайский район, Московская область). Монастырь был основан вдовой генерала Александра Тучкова, Маргаритой, вскоре после знаменитого Бородинского сражения. Маргарита решила поселиться рядом с тем местом, где погиб её муж, чтобы молиться не только об упокоении души погибшего, но поминать всех воинов русской армии погибших на Бородинском поле.(Внутри средней Багратионовой флеши была возведена часовня, 1818-1820 года — церковь Спаса Нерукотворного, вокруг которой вскоре образовалась община, позже — монастырь.)
4 июля 1836 года в Троицком соборе Троице-Сергиевой лавры Маргарита Тучкова была пострижена свт. Филаретом в рясофор с именем Мелания, а 28 июня 1840 году – в мантию, с наречением имени Мария, и возведена в сан игумении. Сам святитель при постриге дал новой монахине свои клобук и рясу. Общине был дан статус монастыря, а Марию возводят в игуменьи новой обители. Игуменья Мария делала все, чтобы стать для каждой насельницы настоящей матерью. Поначалу игуменья Мария носила вериги и сняла их только по требованию своего духовника митрополита Филарета, который опасался за ее здоровье. Она повиновалась, но оставила за собой право надевать их в случае, если в монастыре между сестрами случались раздоры. «Молитесь, — говорила она, — и я буду молиться вместе с вами». Надевая вериги, казнила себя за чужие прегрешения, как за свои, повторяя: «Между матерью и детьми все общее». Монастырь стал известен в России и обрел многих благотворителей.
Умерла игуменья Мария в 1852 году в возрасте 72 лет, оставив после себя завещание, чтобы пока стоит обитель, в ней всегда поминали всех воинов, погибших на Бородинском поле. Одной схимонахине в течение многих лет в день битвы было видение. Она видела воинов в белых одеждах с венцами на головах. Из года в год число воинов в венцах увеличивалось, а простых воинов уменьшалось. Они заполняли весь монастырь.
В дни празднования столетия Бородинского сражения монастырь посещала Царская семья.
В начале XX века в монастыре было более 200 сестёр. На монастырских полях выращивалась пшеница, рожь, овес, были сенокосы и огороды. Монахини пекли хлеб, варили квас, ткали, шили одежду и обувь. В монастыре были переплетная и иконописная мастерские, библиотека. В церковно-приходской школе монастыря обучались грамоте крестьянские дети окрестных деревень. Монастырская богадельня давала кров, одежду и пропитание одиноким и больным старикам. Странноприимный дом был всегда открыт для прибывающих в монастырь богомольцев.
Спасо-Бородинский монастырь закрыли в конце 1920-х годов.
16 августа 1992 года звон колоколов возвестил об открытии Спасо-Бородинского монастыря. В настоящее время в монастыре ежедневно совершается положенный круг богослужения, читается Неусыпаемая Псалтирь. Сестры трудятся на различных послушаниях: в рукодельной, живописной, пошивочной мастерских, в просфорне и пекарне. Насельницы обители осваивают технику древнего лицевого шитья, вышивают иконы. Монастырь занимается миссионерско-просветительской деятельностью.
(143240 Московская область, Можайский район, с. Бородино, Спасо-Бородинский женский монастырь ((238)-5-10-35) игум. Таисия (Исаева)
Ст. Бородино Белорусской ж/д.

[20] Современный адрес: Проспект Обуховской стороны, 24.

[21] Петербургская икона Божией Матери «Всех скорбящих радость (с грошиками)».
23 июля 1888 года в деревне Клочки (недалеко от С.-Петербурга произошло чудесное событие. Во время грозы молния ударила в часовню находившуюся у Стеклянного завода, «обожгла внутренние стены и большую часть окон… просветила потемневшую от времени икону Божией Матери «Всех скорбящих радость»». Монахиня, сторожившая часовню нашла обновленную икону на полу, к иконе прилипли 12 монет выпавших из разбитой кружки для сбора пожертвований. На следующий день к часовне стали стекаться богомольцы, дабы посмотреть и поклониться святыне и оставить пожертвование на строительство новой часовни. В эти дни многие верующие получили исцеление у чудотворной иконы, среди них был мальчик Николай Грачев. (Николай Грачев стал иеродиаконом Троице-Сергиевой пустыни в Стрельне.)

[22] Случаи чудесной молитвенной помощи блаженной старицы Матронушки-Босоножки собраны братией подворья Зеленецкого мужского монастыря в С.-Петербурге.

[23] Митрополит Петроградский Вениамин (Казанский) — новомученик и исповедник, родился 17 апреля 1873 года в селе Нименский Погост Каргопольского уезда Олонецкой губернии в семье священника Павла Ивановича Казанского. Согласно родословной священство в роду будущего митрополита было потомственным — девять священников, один диакон, два пономаря и два дьячка, а также несколько преподавателей духовных училищ…
Василию Казанцеву было двадцать лет, когда он закончил Олонецкую духовную семинарию и поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию.
В двадцать два года, будучи студентом третьего курса Санкт-Петербургской духовной академии, он принял монашеский постриг. Через месяц был рукоположен во иеродиакона, а 19 мая 1896 года — во иеромонаха… В тридцать лет, когда иеромонах Вениамин был уже инспектором семинарии в Санкт-Петербурге, его возвели 18 февраля 1902 года в сан архимандрита и через несколько месяцев назначили ректором Самарской духовной семинарии.
Еще через три года его назначили ректором Санкт-Петербургской семинарии, а 24 января 1910 года он хиротонисан в епископы Гдовские и назначен четвертым викарием Санкт-Петербургской епархии. 22 ноября 1911 года он становится третьим викарием, 30 мая 1913-го — вторым, 20 марта 1914-го — первым.
25 мая 1917 года епископ Вениамин был утвержден архиепископом Петроградским и Ладожским… 14 августа 1917 года Вениамин был возведен в сан митрополита Петроградского и Гдовского, 7 декабря 1917 года избран заместителем члена Священного Синода, а 25 сентября 1918 года вошел в его состав.
Митрополит Вениамин пользовался глубоким почитанием как у своей паствы, так и даже у иноверцев и инородцев. Он был оклеветан и осуждён — суд вынес смертный приговор ( в ночь с 12 на 13 августа 1922 года он был расстрелян в окрестностях Петрограда).

[24] Преподобный Варнава старец Гефсиманского скита (1831-1906 гг.).
Преподобный Варнава старец Гефсиманского скита родился 24 января 1831 года в селе Прудищи Тульской области в семье крепостных крестьян Меркуловых.(При крещении младенца нарекли Василием.)
В 1851 году Василий был принят в Троице – Сергиеву Лавру. В 1852 году, по благословению отца Антония, наместника Лавры, его перевели в располагавшийся в трех верстах от Лавры Гефсиманский скит. В феврале 1856 году Василию удалось получить от помещика отпускную грамоту, 23 декабря 1857 г. он становится послушником.
Несколько лет пробыл послушник Василий на слесарном послушании. Позже он был приставлен к свечному ящику, также получил благословение читать в церкви Апостол и поучения из Пролога. Затем в 1859 году он был переведен в Пещерное отделение скита (будущий Черниговский скит), в котором и остался до самой своей кончины. Здесь ему приходилось водить богомольцев по пещерам, одновременно он исполнял послушание келейника у своего старца монаха Даниила.
20 ноября 1866 года после смерти старца Даниила послушник Василий был пострижен в монашество с наречением имени Варнава, в честь святого апостола Варнавы. 29 августа 1871 года отец Варнава был посвящен в сан иеродиакона, а 20 января 1872 года — рукоположен во иеромонаха.
20 января 1873 года, по благословению наместника Лавры архимандрита Антония он был назначен народным духовником Пещерного отделения Гефсиманского скита. Вскоре его назначают и братским духовником скита, а в 1890 году — духовником старшей братии скита и пещер.
К прозорливому старцу Варнаве приходили паломники со всей России, он помогал людям каяться, давал душеспасительные советы, по его молитвам исцелялись страждущие. Чаще всего старец советовал больным теплее молиться и чаще приступать к принятию Святых Таин Христовых, кроме того, советовал воздерживаться от излишеств во всём.
Сохранилось предание, что в 1905 году царь Николай II посетил старца. Известно, что старец Варнава не только подтвердил уже известное государю пророчество о предстоявшей судьбе, но и благословил его принять эту участь, укрепив в нем волю к несению своего креста, когда Господу угодно будет этот крест на него возложить.
Старец многим предсказывал будущие гонения за веру, давал прямые и точные указания как им жить в двадцатые, тридцатые и последующие годы. Предсказывал старец Варнава и грядущее возрождение Русской православной Церкви, и святую жизнь во Христе: «Преследования против веры будут постоянно увеличиваться, неслыханное доныне горе и мрак охватят все и вся, и храмы будут закрыты. Но когда уже невмоготу станет терпеть, то наступит освобождение. И настанет время рассвета. Храмы опять начнут воздвигаться. Перед концом будет рассвет».
17 февраля 1906 года старец Варнава «по совершении исповеди одной из духовных дочерей в домовой церкви Сергиево-Посадского дома призрения со крестом проследовал в алтарь и скончался». Он был похоронен при большом стечении братии, духовных детей и почитателей своих в нижней, подземной, церкви Архангела Михаила, невдалеке от чудотворной иконы Черниговской Божией Матери.
На его могилке почти сто лет происходили чудеса: люди излечивались от тяжелых болезней, находили духовное успокоение.
В 1995 году, в день Собора Радонежских святых, в Успенском Соборе московского Кремля Святейшим Патриархом была совершена канонизация иеромонаха Варнавы (Меркулова). ( Дни празднования — Июль 6 (Радонеж.), Февраль 17).
Преподобный отче Варнаво, моли Бога о нас!

[25] Когда началась Великая Отечественная война, Патриарх Антиохийский Александр III обратился с посланием к христианам всего мира о молитвенной и материальной помощи России. После обращения Александра III митрополит гор Ливанских Илия решил затвориться и просить Божию Матерь открыть, чем можно помочь России.
Он спустился в каменное подземелье, где, стоя на коленях, трое суток молился перед иконой Божией Матери. (Владыка всё это воздерживался от еды и не спал). Через трое суток бдения ему было видение: в огненном столбе он увидел Царицу Небесную, ему было открыто следующее: «Должны быть открыты во всей России храмы, монастыри, духовные академии священники должны быть возвращены с фронтов и тюрем, должны начать служить. Сейчас готовится к сдаче Ленинград, — сдавать его нельзя. Пусть вынесут чудотворную икону Казанской Божией Матери и обнесут Её крестным ходом вокруг города, тогда ни один враг не ступит на святую его землю. Это избранный город. Перед Казанской иконою нужно совершить молебен в Москве, затем она должна быть в Сталинграде, сдавать который врагу нельзя. Казанская икона должна идти с войсками до границ России».
Владыке было открыто то, что когда война окончится, он должен приехать в Россию и рассказать о том, как она была спасена. Владыка связался с представителями Русской Церкви, с правительством. (И теперь хранятся телеграммы, переданные митрополитом в Москву) Всё произошло так, как было предсказано.
По свидетельству очевидцев Сталин со всей серьезностью отнесся к посланию и поручил своему секретарю выяснить у историков все, что касается чудотворной иконы, и в частности историю спасения ею Москвы. Вскоре ему доложили, что действительно в 1612 году, когда ополчение князя Пожарского вошло в Москву и освободило Китай-город от поляков, те закрылись в Кремле. Князь не хотел выбивать их оттуда, опасаясь, что при этом пострадает святое для всей Руси место, особенно кремлевские храмы. Поэтому было решено обойти с Казанской иконой Божией Матери вокруг Кремля, молясь, чтобы он остался целым. И это возымело свое действие: поляки объявили, что готовы покинуть Москву.
Сталин вызвал к себе митрополита Ленинградского Алексия (Симанского) и обещал исполнить всё. Из Владимирского собора вынесли Казанскую икону Божией Матери и обошли с Ней крестным ходом вокруг Ленинграда. Город выстоял. Знаменитая Сталинградская битва началась с молебна перед этой чудотворной иконой. Икону вывозили на самые трудные участки фронта. (В то время открыли 22 тысячи храмов. Были открыты духовные семинарии, академии, Троице-Сергиева, Киево-Печерская лавры, некоторые монастыри. Было разрешено перенести мощи святителя Алексия, митрополита Московского и всея Руси, в московский Богоявленский собор, где всю войну стояла та самая чудотворная икона Казанской Божией Матери, которая была с ополчением 1612 года.)
В октябре 1947 года Сталин пригласил митрополита Илию в Россию. Перед приездом гостя Сталин вызвал владыку Алексия, ставшего тогда уже Патриархом, и спросил: «Чем может отблагодарить митрополита Илию Русская Церковь?» Святейший предложил подарить митрополиту Ливанскому икону Казанской Божией Матери, крест с драгоценностями и панагию, украшенную драгоценными каменьями из всех областей страны, чтобы вся Россия участвовала в этом подарке. По распоряжению Сталина самые искусные ювелиры изготовили панагию и крест.
Правительство решило наградить митрополита Илию Сталинской премией за помощь нашей стране во время Великой Отечественной войны. Митрополит Илия принял с благодарностью панагию и крест, а от Сталинской премии отказался, сказав: «Пусть они пойдут на нужды вашей страны. Мы сами решили передать вашей стране 200 000 долларов для помощи детям сиротам, у которых родители погибли на войне».

Из истории чудотворной иконы

Икона Божией Матери «Казанская» явилась в 1579 году в Казани, вскоре после взятия Казанского царства у татар Иоанном Грозным.
Казань очень пострадала от пожаров, истребивших часть города прилегающую к кремлю. По преданию дочери стрельца, дом которого пострадал во время пожара, Матроне, в видении Богородица указала место обретения иконы (до пожара на этом месте в их доме стаяла печь). Икона была обнаружена завернутой в рукав ветхой одежды из сукна вишнёвого цвета. Полагают, что она была зарыта еще до покорения Казани.
Слух о чудотворной иконе разнесся по всему городу, и тогда архиепископ в присутствии градоначальника, с крестным ходом перенес икону в ближайшую церковь св. Николая, а оттуда в Благовещенский собор. При следовании иконы в храм многие больные, особенно слепцы, получили исцеление. В 1575 г. список с иконы был отправлен в Москву к царю Иоанну Васильевичу, который на месте обретения иконы приказал построить храм во имя новоявленной иконы и устроить женский монастырь. Многие списки с этой иконы прославились в свое время чудесами.
Явление Казанской иконы празднуется 8 июля, в день её обретения и 22 октября в память избавления Москвы от поляков. Благословляя Императора Петра на основание новой столицы на Неве, святитель Митрофан Воронежский говорил: «Казанская икона Божией Матери будет покровом нового города и всего народа твоего. До тех пор пока икона будет в столице и пред ней будут молиться православные, в город не ступит нога врага». Вся последующая история подтверждает пророчество святителя. Казанская икона Богоматери споспешествовала победам Петра I, затем – фельдмаршала М. И. Кутузова, глубоко почитавшего эту святыню и завещавшего похоронить себя в Казанском соборе, что и было исполнено. Незадолго перед началом войны икона была перенесена из закрывшейся Смоленской церкви в Князь-Владимирский собор.

[26] Митрополит Ленинградский Алексий (Симанский; (1877-1970 гг.)).
Во время войны согласно предложению митрополита Ленинградского Алексия, десять православных приходов Ленинграда начали сбор пожертвований в Фонд обороны страны и советского Красного Креста с 23 июня 1941 года. В осажденном городе производились самые массовые перечисления в фонд обороны страны.
В сентябре 1941 года немецко-фашистские войска вплотную подошли к Ленинграду. 8 сентября оккупантами был захвачен Шлиссельбург, вокруг Ленинграда замкнулось кольцо блокады. 29 марта 1942 года в Вербное воскресенье, накануне Пасхи, в ленинградских храмах было прочитано обращение митрополита Алексия к пастве.
Государство вынуждено было идти навстречу Церкви. В блокадном городе для полноценного совершения Божественной литургии власти выделяли епархии белую муку и вино. А осенью 1943 года пережившие блокаду священнослужители (из пятидесяти священнослужителей, живших в осажденном городе, около двадцати умерли от голода) были награждены медалями «За оборону Ленинграда». Это первая правительственная награда, которой были награждены священнослужители в советский период.
27 января 1944 года блокада Ленинграда была окончательно снята. В честь этого события в городе прогремел победный салют. В Никольском соборе торжественный молебен служил сам митрополит Алексий. За 872 дня блокады ленинградцы потеряли более 800 тыс. жителей и защитников города, но не отдали Ленинграда врагу. Вместе со всеми блокадниками чаша горя и слез была до конца испита ленинградскими священнослужителями, выполнявшими своё христианское и патриотическое служение. И память об этом навсегда останется в истории России.

[27] Св. преподобный Серафим Вырицкий (1865-1949 гг.) (в миру Василий Николаевич Муравьев) родился 31 марта/13 апреля 1866 года в деревне Вахромеево Арефинской волости Рыбинского уезда Ярославской губернии. При крещении он был назван Василием в честь прп. Василия Нового, исповедника. С девятилетнего возраста и отрок Василий постился вместе со взрослыми. В воскресные и праздничные дни семья Муравьевых посещала храм, исповедовалась и причащалась Святых Христовых Таин.
В молодости будущий иеромонах Серафим (Василий Николаевич Муравьёв) мечтал стать монахом, однако прозорливый старец Александро-Невской лавры благословил его оставаться в миру, создать семью, воспитать детей и вместе с супругой посвятить оставшуюся жизнь монашескому подвигу.
Василий занялся заготовкой пушнины. Успешно торговал в России, во Франции, Германии, Англии. Большую часть доходов отдавал на нужды монастырей, богаделен. Нажил с женой сына и дочь, после смерти годовалой дочки, по обоюдному согласию, жил с женой как брат с сестрой. Через несколько лет семья приняла решения раздать состояние по монастырям, и посвятить свою дальнейшую жизнь служению Господу.
По свидетельству духовных детей старец некоторое время пробыл на Афоне, молился о вразумлении, как жить дальше. Получил откровение от Царицы Небесной — идти в Россию. В 1920 году Василий принимает монашество с именем Варнава. В 1927 году при принятии схимы инок был наречен Серафимом и избран братией Духовником Александро-Невской Лавры. Весть о прозорливом старце приводила в монастырь сотни посетителей. Страждущие получали от старца утешение и наставления, как жить в сложное послереволюционное время. С 1929 года старец арестовывался 14 раз. И в тюрьмах и лагерях схимонах Серафим продолжал свой старческий подвиг, укреплял веру и вселял надежду в души заключенных. После возвращения из заключения в 1933 году старец поселился в Вырице. Во время войны схимонах Серафим, подобно прп. Серафиму Саровскому, 1000 ночей молился в саду перед иконой святого, просил о спасении России.
Прозорливый старец отошёл ко Господу ночью 3 апреля 1949 года.
В августе 2000 года Освященный Юбилейный Архиерейский Собор определил: «Причислить к лику святых Русской Православной Церкви для общецерковного почитания… преподобного Серафима Вырицкого. Память преподобного Серафима Вырицкого праздновать — 21 марта / 3 апреля».

Кондак, глас 5:

Уподобился еси древним отцем и подвигом добрым подвизался еси, благодатию Христовою просветився, от Негоже прием дарование чудес, недугующих исцеляти, печальных и скорбящих утешати, обидимых и гонимых защищати и всем в нуждах сущим ограду и скорое избавление подавати. Сего ради, яко великого чудотворца чтуще, молим тя, чада твоя, преподобне Серафиме, от всех бед избави нас молитвами твоими.

[28] Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) (1877-1961 гг.).
Святитель Лука (в миру Валентин Ф. Войно-Ясенецкий) 27 апреля 1877 года в Керчи в многодетной семье провизора Феликса Станиславовича Войно-Ясенецкого. В конце восьмидесятых годов семья переехала в Киев. Феликс Станиславович, был католиком, но его супруга, Мария Дмитриевна, родилась в православной семье, поэтому и детей воспитывала в православных традициях.
В 1898 году Валентин поступил на медицинский факультет Киевского университета, в 1903 году успешно окончил его. Началась русско-японская война. 30 марта 1904 года Валентин в составе отряда Красного Креста выехал на Дальний Восток. В Чите началась практика молодого хирурга. В 1904 году Валентин женился на сестре милосердия Анне Васильевне Ланской. Вскоре молодые переехали в уездный городок Ардатов, затем перебрались в село Верхний Лубаж. Из соседних губерний приезжали больные к молодому хирургу. Однажды после удачной операции, выполненной Валентином, прозрел молодой нищий. В скором времени исцелённый юноша собрал слепцов со всей округи, многим из них молодой хирург вернул зрение. С 1907 по 1916 год он набирает материал для докторской диссертации. Валентин приезжает в Москву, устраивается на работу в клинике крупного учёного П.И. Дьяконова.
В 1915 году в Петрограде вышла первая книга В.Ф. Войно-Ясенецкого «Региональная анестезия», которая принесла молодому врачу известность в научных кругах. В 1916 году, успешно защитив свою монографию «Региональная анестезия», как диссертацию, он получает степень доктора медицины. В Переславле-Залесском Валентин выполняет сложнейшие операции, в том числе на сердце и мозге. Не смотря на занятость, Валентин в воскресные и праздничные дни посещает церковь. Однажды, составляя план будущей книги «Очерки гнойной хирургии», Валентин вдруг подумал, что «когда эта книга будет написана, на ней будет стоять имя Епископа».
По промыслу Божиему жизнь Валентина сложилась таким образом, что в феврале 1922 года, после смерти жены, по благословению епископа Ташкентского и Туркестанского Иннокентия он принял сан диакона, а через неделю уже был рукоположен в сан священника.
В 1923 году ссыльный епископ Уфимский Андрей тайно постриг отца Валентина в монашество, дав ему, новое имя – Лука, в честь евангелиста и апостола Луки, который по преданию был иконописцем и врачом. На съезде туркестанское духовенство, зная высокую духовную жизнь Войно-Ясенецкого, избрало его на Ташкентскую Архиерейскую кафедру.
31 мая 1923 года под Самаркандом два ссыльных Архиерея совершают над ним архиерейскую хиротонию. Патриарх Тихон утвердил и признал законной хиротонию. Вскоре последовали арест и ссылка в город Енисейск. В ссылке Владыка активно занимается врачебной деятельностью. В 1926 году Владыка Лука вновь возвращается в Ташкент. После первых же удачно проведённых операций, весть о талантливом хирурге молниеносно пронеслась по всей округе. На врача, читающего молитвы перед каждой операцией, говорящего, что Бог его руками исцеляет больных, стали писать доносы. В награду за бескорыстное служение народу, власти отправили Владыку в Туруханск, затем Красноярск, позже в заполярный поселок Плахино. 1926 год тяжело больной Владыка возвращается из ссылки и приступает к работе. Однако в 1930 году последовал новый арест. Тяжелый год, проведенный в тюрьме, спровоцировал новые болезни (склероз аорты, кардиосклероз, расширение сердца, сердечная декомпенсация, отеки). Поле тюрьмы последовала ссылка в Котлас, а затем в Архангельск. В 1933 году, после освобождения, Владыке пришлось работать в Андижане, здесь он заболел тропической лихорадкой, осложнившейся отслойкой сетчатки левого глаза. После двух неудачных операции последовала полная потеря зрения на левый глаз.
С 1935 года Владыка возглавляет главную операционную в Институте неотложной помощи в Ташкенте. Однако в 1937 году шестидесятилетнего профессора вновь арестовывают по обвинение в шпионаже в пользу иностранной разведки. Круглосуточные допросы, перемежающиеся с издевательствами и пытками, не сломили Владыку Луку. Вскоре он был приговорён к трём годам ссылки по этапу: Ташкент, Алма-Ата, Новосибирск, Красноярск, Большая Мурта, Томск.
С 1941 года ссыльный профессор консультировал все госпитали Красноярского края. Когда в 1942 году срок ссылки закончился, Владыка Лука получил назначение возглавить Красноярскую епархию с возведением в сан Архиепископа. Напряженную работу хирурга Владыка Лука совмещает с борьбой за Православие — добивается открытия новых храмов. В 1944 году госпиталь из Красноярска переезжает в Тамбов, и Архиепископ Лука получает назначение на Тамбовскую кафедру. 1945 год — Луку ссылают в Симферополь. В 1946 году Владыку назначают Архиепископом Крымским и Симферопольским.
Лишённый возможности трудиться в больнице, учёный продолжает принимать больных у себя дома, на его двери было вывешено объявление, в котором сообщалось, что профессор медицины ведет бесплатный приём больных. Самые безнадёжные больные, исцелялись после посещения Владыки Луки. По свидетельству очевидцев в последние годы жизни, теряя зрение, Владыка продолжал помогать страждущим, консультировал, вымаливал безнадёжно больных людей.
В 1956 году Владыка полностью ослеп. Но больные, верующие в силу молитв старца всё так же обращались к нему за помощью. Однажды к Владыке Луке обратилась за помощью мать больной Галины, с диагнозом: саркома головного мозга.
— Я буду молиться, — пообещал Владыка Лука.
Господь услышал молитвы праведника, Галина выздоровела, впоследствии она закончила мединститут, защитила кандидатскую диссертацию…
Многие люди были благодарны Владыке Луке, в своих письмах они писали ему, что он оживил их и духовно. Владыка и сам считал, что как бы высоко не ценилась людьми его медицинская деятельность, но архиерейская деятельность была неизмеримо важнее.
Преставился Святитель Лука 11 июня 1961 года. В этот день Церковь праздновала память всех святых, в земле Российской просиявших. Вскоре на могиле Святителя Луки стали происходить чудеса исцелений.
Определением Синода Украинской Православной Церкви от 22 ноября 1995 года Архиепископ Симферопольский и Крымский Лука причислен к лику местночтимых святых.

Тропарь Святителю Луке, глас 1

Возвестителю пути спасительного, исповедниче и Архипастырю Крымския земли, истинный хранителю отеческих преданий, врачу богомудрый Святителю Луко, Христа Спаса непрестанно моли веру непоколебиму Православным даровати, и спасение, и велию милость.

[29] Схиигумен Савва (1898-1980 гг.).
Схиигумен Савва родился 12/25 ноября 1898 года на Кубани в многодетной семье, при крещении был наречён Николаем. В восьмилетнем возрасте случилось несчастие: Николай провалился в прорубь. Чудом, спасённый мальчик тяжело заболел, надежд на выздоровление было очень мало. Изнурённому болезнью ребёнку было чудесным образом открыто его будущее.
Николай успешно окончил церковно-приходскую школу, во время войны в 1914 году был досрочно мобилизован в армию и направлен на Турецкий фронт. После войны Николай учился в военно-инженерном училище, а потом продолжил обучение в Московском инженерно-строительном институте. После окончания института работал по специальности, но все эти годы мечтал посвятить себя служению Господу. Однажды, после горячей молитвы перед сном, в тонком сне будущий подвижник сподобился увидеть святую великомученицу Параскеву. Святая дева указала Николаю путь к монашеству.
В тридцати пятилетнем возрасте Николаю Михайловичу посчастливилось попасть к афонскому старцу Иллариону. Старец предсказал скорое открытие монастырей, утешил: «Будешь жить в лавре».
С 1941 году Николай Михайлович работал в Наркомздраве в отделе строительства по санитарии и профилактике древесины (работники Наркомздрава имели временную бронь). Всё своё свободное время Николай Михайлович проводил в молитве, за чтением Священного писания, посещал храм.
Вскоре предсказание старца Иллариона начало сбываться: в Москве в Новодевичьем монастыре открылась Духовная Семинария (позже семинария была переведена в г. Загорск). Николай Михайлович, получивший рекомендацию от протоирея Иоанна, успешно сдал вступительный экзамен и был зачислен в семинарию. Летом он принимал участие в восстановительных работах, ведущихся в лавре.
25 октября / 7 ноября 1948 года в Троице-Сергиевой лавре наместником лавры архимандритом Иоанном было совершено пострижение Николая Михайловича в монахи. При постриге он был наречён Саввой, в память преподобного Саввы Сторожевского.
В первые годы иноку Савве пришлось по послушанию быть экономом, позже наместник лавры, по благословению Святейшего Патриарха, назначил его духовником богомольцев. Со временем старец схиигумен Алексий благословил иеромонаха Савву помогать ему в духовничестве и передал ему свой духовных опыт, а перед самой кончиной возложил на иеромонаха Савву подвиг старчества.
Число желающих исповедоваться быстро увеличивалось, многие верующие получали по молитвам старца Саввы исцеление, он старался в каждом сердце разжечь искру Божественного дара, не только духовно, но и материально помогать нуждающимся людям, отдавая всего себя служению ближнему.
Летом 1954 год пришёл приказ патриарха о переводе отца Саввы в Псково-Печерский монастырь.
В 1958 году старец Савва был назначен настоятелем храма Казанской Божией Матери в городе Великие Луки. За два месяца храм был приведён в порядок. Слухи о прозорливом старце распространялись молниеносно, маленький храм не мог вместить всех богомольцев. Выполнив послушание в Великих Луках, старец вернулся в родную обитель. А через год ему уже предстояло по послушанию отправиться в село Палица Псковской области. Тяжёлые испытания подорвали здоровье старца, в 1960 году тяжелобольной старец Савва вернулся в монастырь.
Старец неоднократно говорил своим духовным чадам:
— Никогда не торопитесь в молитве … Каждое святое слово — это великая творческая сила. Каждое слово приближает нас к Богу… Некоторые просят молиться за отца, за дочь, за брата, сестру, а сами нисколько не стараются молиться… Знаете, как батюшке тяжело бывает? Ведь он часть грехов человека берёт на себя… Берегите свой сердечный сосуд, чтобы сохранить его чистым, оградите его оградой — непрестанной молитвой… За твёрдую веру, за непрестанную молитву душа принимает Святого Духа и делается сосудом Божественной благодати… Очень хорошо делают те, кто сочетает Иисусову молитву с дыханьем… Сочетать молитву с дыханием нужно так: до обеда: вдох – «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий…», выдох – «помилуй меня грешного». После обеда: вдох – «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий…», выдох – «молитвами Богородицы помилуй меня грешного». В любое время, в любом месте, при любых занятиях в сердце своём всегда надо взывать к Нему, хотя бы кратко: «Господи, помилуй!», «Господи, помоги!»
Заботливый пастырь советовал духовным детям ежедневно исполнять Богородичное правило — 150 молитв «Богородице Дево, радуйся». Призывал чаще читать Евангелие, особенное внимание советовал уделять Нагорной Проповеди Спасителя (Мф. 5:1-12), 15 главе Евангелия от Иоанна о любви и послание апостола Павла к римлянам (гл.13).
При разрешении «недоумённых» вопросов благословлял тянуть жребий.
Он говорил: «Можно и даже похвально пользоваться жребием в недоуменных случаях. Перед этим надо сделать три поклона с Иисусовой молитвой и прочитать «Царю Небесный», трижды «Отче наш», трижды «Богородице Дево, радуйся» и «Верую». Только надо иметь живую веру и уповать на Бога».
Из воспоминания духовная дочери старца Саввы:
— Когда мы приходили к нему со своими бедами, он, печально глядя на нас, говорил:
— Ну что так печалишься, потерпи. Это всё временное. Вся наша жизнь впереди…
Он одобрял тех, кто в трудных случаях (после молитв) тянул жребий: «Жребий полезен тем, что отсекает твою волю».
Старец говорил: «Болезни Бог посылает и за совершенные грехи, и для того, чтобы предотвратить их в будущем, и для очищения души. Плоть — враг наш, необузданный конь, а болезнь — удила, его сдерживающие. Святые Отцы говорят, что перед смертью каждому очень полезно года два полежать в постели, пострадать, высохнуть, чтобы душа очистилась, смогла войти в обитель рая».
Телесные силы старца ослабевали, зная, по откровению свыше о дне смерти, старец писал духовные завещания для духовных чад, для братии.
В воскресенье 14/27 июля 1980 года монастырский колокол Псково-Печерской Свято-Успенской обители возвестил о кончине схиигумена Саввы.

[30] Архиепископ Мелитон (1897-1986 гг.).
Архиепископ Мелитон (в миру Михаил Дмитриевич Соловьёв) родился 14/27 октября 1897 г. в Пензенской губернии, с 6–ти лет пел в церковном хоре. С 1906 г. по 1912 г. он учился в школе с миссионерским уклоном, а в 1914 – 1915 г.г., – в Тамбовском миссионерском училище. В Первую мировую войну он служил в армии интендантом, а в Великую Отечественную войну оказался в интендантском штабе старшим лейтенантом.
24 ноября 1921 г. был рукоположен во диакона, а 23 января 1922 г. – во иерея. До 1927 г. отец Михаил служил в Пензенской епархии, а затем до 1934 г. – в Московской епархии под Можайском, где и был арестован. Когда отца Михаила арестовали, то его семью, – матушку с 5–ю детьми, – выселили из приходского дома церкви Ильи Пророка. Семья ютилась в крохотной комнатке родителей отца Михаила.
После отбытия заключения отец Михаил вернулся к семье в деревню Бородухино возле города Малоярославец, где в начальной школе преподавала его жена. После болезни жены он стал преподавать в школе, вскоре стал ее директором и впоследствии был избран депутатом Райсовета.
Возвратился к пастырскому служению в начале 1954 г. и служил настоятелем Казанского собора в городе Луга Ленинградской епархии. Отец Михаил заочно окончил Ленинградскую семинарию и Ленинградскую Духовную Академию (ЛДА), а за сочинение «Святой Дмитрий Ростовский и его религиозно – нравственные воззрения» удостоен степени кандидата богословия.
В 1966 г. был назначен настоятелем Свято–Троицкой церкви в г. Всеволожске Ленинградской епархии, а в 1968 г. – благочинным храмов 2–го пригородного округа. В начале 1970 г. отец Михаил становится духовником академии и семинарии, а 16 июля 1970 г. он принимает монашество с именем Мелитон в Троице – Сергиевой Лавре, и 17 июля возводится в сан архимандрита.
26 июля 1970 г. за Божественной Литургией в Свято – Троицком Соборе бывшей Александро–Невской Лавры была совершена хиротония архимандрита Мелитона во епископа города Тихвина. По словам владыки Мелитона на его религиозное мировоззрение с раннего детства имела большое влияние его мать – Мария Григорьевна. «Покойная моя мать Мария была глубоко верующим человеком. Скажу более, она была строго церковным человеком. Ей я и обязан своим религиозным воспитанием. Сама она была под руководством известного у нас в Пензенской епархии благодатного старца, великого подвижника и молитвенника священника отца Николая Болоховского. К нему она привела и меня, когда мне было ещё семь лет. С того времени в течение двадцати лет я находился под постоянным его влиянием. Отец Николай весь смысл в жизни христианина видел в «частом причащении Святых Христовых Таин. По его благословению я с детства ежемесячно причащался Святых Таин, а так же с его благословения пошёл учиться в духовную школу.
Владыка Мелитон много лет был викарным Архиереем Санкт-Петербургской Епархии, некоторое время занимал должность ректора Санкт-Петербургских Духовных Школ. За годы своего служения Церкви он воспитал много священнослужителей, и даже архипастырей.
Владыка очень почитал архимандрита Серафима (Тяпочкина) из села Ракитного Белгородской епархии, в 1982 г. на второй день Пасхи 16/19 апреля владыка сидел и диктовал письмо (у него было плохо со зрением, – катаракта обоих глаз, впоследствии оперированная), потом вдруг сосредоточился и сказал: «Не стало с нами архимандрита Серафима». Позже стало известно, что именно в этот день скончался архимандрит Серафим (Тяпочкин).
Владыка сочетал в себе великую благодать богословия и простую детскую веру. Все говорившие на его похоронах отмечали его любовь к Богу и ближним, благоговение перед алтарём Христовым, и что он с великим смирением и радостью предстоял перед Престолом.
Владыка скончался во вторник 4 ноября 1986 года, а перед этим в воскресение 2 ноября переодевавшие его отец Николай Аксёнов {внук владыки) и ещё кто–то были поражены изменением его лица. Как говорил отец Николай Амбарцумов в слове на литургии перед отпеванием: появилась «целеустремлённая сосредоточенность на его лице, как плод всей его жизни. Оно стало иконописным».

[31] Вероятно — Митрополит Константин (Дьяков) – (1864-1937 гг.).
Митрополит Константин (в миру Дьяков Константин Григорьевич) родился 19 мая 1864 г., с. Старая Водолага Харьковской области. Окончил Харьковскую Духовную Академию. Митрополит Константин в 1923 г. был арестован в Харькове, обвинение не было предъявлено, освобожден через 2 месяца. В 1926 году повторно арестован в Харькове, освобожден через 3 недели, обвинение не предъявлено.
29 октября 1937 года митрополит Константин был арестован в третий раз. По некоторым данным мученик за веру скончался во время допроса 10 ноября 1937 года в Лукьяновской тюрьме (Киев).
После канонизации в 1993 году Священномученик митрополит Константин (Дьяков) почитается как местночтимый святой Слободского края.

[32] Старец Николай (Гурьянов) (1909-2002 гг.).
Старец Николай ( в миру Николай Алексеевич Гурьянов) родился 24 мая 1909 года в селе Чудские в Санкт -Петербургской епархии в благочестивой семье Гурьяновых. Любовь к храму и церковному пению была присуща всем членам его семьи: его отец Алексей Иванович был регентом церковного хора, старший брат Михаил был профессором, преподавал в Санкт — Петербургской консерватории. В 1928 году отец Николай окончил педагогический техникум, потом недолго учился в педагогическом институте. В конце тридцатых годов он был арестован, прошёл этапы, лагеря, ссылки.
8 февраля 1942 года он был рукоположен в сан диакона, 15 февраля — в иерея.
С 1943 года по 1959 годы отец Николай является настоятелем храма святителя Николая в селе Гегобросты Литовской ССР. В 1958 году отец Николай переведён в Псковскую епархию настоятелем храма святителя Николая на остров Залит.
Старец Николай сподобился многих даров Духа Святого, среди них — дары прозорливости, исцеления, чудотворений. Со всей России к старцу приезжали на остров Залит верующие люди, нуждающиеся в духовном совете, в молитвенной помощи старца.
Митрофорный протоиерей Николай Гурьянов скончался 24 августа 2002 года на 93 году жизни, после его кончины стало известно, что в свое время он принял тайный монашеский постриг, который скрывал по смирению.
Господи, упокой души схиигумена Саввы, Архиепископа Мелитона, старца Николая со святыми упокой, и их молитвами спаси нас!

Оставить комментарий » 6 комментариев
  • Вероника, 21.03.2016

    Спасибо вам большое!!! Замечательная книга!

    Ответить »
  • Фотиния М., 23.08.2016

    Очень рада, что прочла эту книгу. Спасибо.

    Ответить »
  • нелли, 27.11.2016

    Спасибо огромное за публикацию. Прочитав, поняла, как далека я от праведности. По сути я  жила только для себя, не для Бога и не для других. По сути — я никто. Но Господь любит меня и ждет обращения. Но что мне делать, я не знаю.

    Ответить »
  • Татьяна, 24.12.2016

    Вдохновляет , — поболее бы таких людей на Земле .

    Ответить »
  • Ирина, 04.02.2017

    Очень хочу приобрести эту книгу, уже во второй раз. Однажды я покупала это издание и с большим удовольствием перечитывала несколько раз, делая пометки важные для себя, каждый раз находила что-то новое. Дала почитать книгу одной хорошей знакомой, а потребовать обратно не смогла, так как книга пришлась по душе моей знакомой, да и человек она хороший, работали вместе, и я подарила книгу ей в память о себе. Уже не один год захожу в магазины православной литературы спрашиваю, но мне отвечают отказом. Огромная к вам просьба, если есть такая возможность, пришлите мне эту книгу. Не люблю читатиь в интернете, хочу держать книгу в руках. Заранее благодарна, с уважением Ирина

    Ответить »
Авторы