<span class=bg_bpub_book_author>Сост.: Ильюнина Л.А.</span><br>Святой Крым. Древние обители

Сост.: Ильюнина Л.А.
Святой Крым. Древние обители

(2 голоса5.0 из 5)

Оглавление

Ори­ги­нал с фотографиями

На перекрестке цивилизаций

Даже при бег­лом взгляде на карту Крыма потря­сает коли­че­ство хра­мов и мона­сты­рей, кото­рыми освя­щен этот неболь­шой полу­ост­ров. А в древ­но­сти было их намного больше. До сего вре-мени наиме­но­ва­ние «свя­той» имеют мно­гие гор­ные кряжи Крыма, реки, ручьи и озера, уще­лья, уро­чища, балки, мысы, отроги, источ­ники и леса[1]. Не знаю, есть ли где-нибудь еще такая земля, где память о свя­то­сти в ее топо­ни­мах утвер­жда­лась бы с таким постоянством.

По сви­де­тель­ствам исто­ри­ков, в преж­ние вре­мена на всех или почти на всех воз­вы­шен­но­стях Тавриды[2] сто­яли кре­сты. Хри­сти­ан­ство сюда при­шло уже через несколько лет после Вос­кре­се­ния Спа­си­теля и утвер­жда­лось среди раз­ных наро­дов и пле­мен на про­тя­же­нии всей исто­рии Крыма.

Палом­ни­че­ство по Крыму дает нам уни­каль­ную воз­мож­ность путе­ше­ствия во вре­мени. Здесь каж­дый камень хра­нит огром­ное прошлое.

В Крыму про­буж­да­ется обострен­ное чув­ство ско­ро­теч­но­сти зем­ного вре­мени — волны моря напо­ми­нают о вол­нах вре­мени, о смене наро­дов и рас. Почти все посе­ле­ния в Крыму «мно­го­слой­ные» — они стоят на местах, где с дав­них пор сели­лись люди. Одно только пере­чис­ле­ние наро­дов и госу­дар­ствен­ных обра­зо­ва­ний, кото­рые суще­ство­вали на про­тя­же­нии веков на этой пре­крас­ной земле, впе­чат­ляет: тавры, ким­ме­рийцы, скифы, греки, готы, гунны, сар­маты, аланы, угры, пече­неги, хазары, половцы, рим-ляне, гену­эзцы, вене­ци­анцы, турки, татары, славяне.

Крым все­гда стоял на пере­крестке циви­ли­за­ций и про­дол­жает быть таким пере­крест­ком. За него все­гда шла борьба, подоб­ная посто­ян­ной борьбе за Свя­тую Землю Палестины.

О миро­вой исто­ри­че­ской зна­чи­мо­сти Крыма глубже и пре­крас­нее всех из когда-либо писав­ших о нем ска­зал Мак­си­ми­лиан Воло­шин[3]:

Здесь стык хреб­тов Кав­каза и Балкан,
И побе­ре­жьям этих скуд­ных стран
Вели­кий пафос лирики завещан
С пер­во­на­чаль­ных дней, когда вулкан
Метал огонь из недр глу­бин­ных трещин
И дым­ный факел в небе потрясал.
Вон там — за про­фи­лем при­бреж­ных скал…
Доселе гре­зят берега мои
Смо­ле­ные ахей­ские ладьи,
И мерт­вых кли­чет голос Одиссея,
И ким­ме­рий­ская глу­хая мгла
На всех путях и долах залегла,
Про­ва­лами бес­па­мят­ства чернея.
Наносы рек на сажень глубины
Насы­щены кам­нями, черепками,
Могиль­ни­ками, пеп­лом, костяками.
В одно русло долз­дями сметены
И гру­бые обжиги неолита,
И скор­лупа милет­ских тон­ких ваз,
И позвонки каких-то приш­лых рас,
Чей облик стерт, а имя позабыто.
Сар­мат­ский меч и скиф­ская стрела,
Оль­вий­ский герб, слез­ница из стекла,
Татар­ский глёт зеленовато-бусый
Сосед­ствуют с вене­ци­ан­ской бусой.
А в кладке стен кор­дон­ного поста
Среди булыж­ни­ков оцепенели
Узор­ная араб­ская плита
И угол визан­тий­ской капители.
Каких после­дов в этой почве нет
Для архео­лога и нумизмата —
От рим­ских блях и эллин­ских монет
До пуго­вицы рус­ского солдата.
Здесь, в этих склад­ках моря и земли,
Люд­ских куль­тур не про­сы­хала пле­сень — Про­стор сто­ле­тий был для жизни тесен, Пока­мест мы — Рос­сия — не пришли.

Эта книга заду­мана как путе­ше­ствие не только в про­стран­стве, но и во вре­мени. При этом зара­нее ого­во­рюсь, что это очень лич­ное путе­ше­ствие. Не только с датами и фак­тами, разно-образ­ными све­де­ни­ями и инфор­ма­цией мы хотим вас позна­ко­мить, но и поде­литься пере­жи­ва­ни­ями, свя­зан­ными с тем или иным местом. В Крыму мы можем почув­ство­вать мощь все­лен­ского Пра­во­сла­вия, но только при усло­вии осо­зна­ния себя наслед­ни­ками вели­кой куль­туры, памят­ники кото­рой встре­чают нас на Крым­ской земле почти на каж­дом шагу. И потому начать наше путе­ше­ствие, несо­мненно, сле­дует с того места, кото­рое сосре­до­то­чило в себе «бег вре­мени» — с Хер­со­неса или, как назы­вали его в древ­но­сти — с Хер­сона или Корсуня.

Наша колыбель

Рас­по­ло­жен­ный на берегу одной из мно­го­чис­лен­ных сева­сто­поль­ских бухт Хер­со­нес[4] — колы­бель нашей веры и нашей куль­туры[5]. Нач­нем с мета­фи­зи­че­ской куль­туры Древ­ней Гре­ции, кото­рая стала осно­вой бого­слов­ских поня­тий свя­тых отцов Церкви и пере­дала мно­гие свои дости­же­ния хри­сти­ан­скому изоб­ра­зи­тель­ному искусству.

Поз­волю себе лич­ные вос­по­ми­на­ния. Много лет назад автору этих строк посчаст­ли­ви­лось участ­во­вать в рас­коп­ках древ­него города, и при таком близ­ком сопри­кос­но­ве­нии с отшу­мев­шей на этих бере­гах жиз­нью тех, кого мы назы­ваем «древними гре­ками»[6], роди­лось бла­го­го­ве­ние перед этой глу­бо­кой и воз­вы­шен­ной куль­ту­рой. Потом, побы­вав в мемо­ри­аль­ном каби­нете свя­щен­ника Павла Фло­рен­ского, я уви­дела, что напро­тив крас­ного угла с ико­нами на его книж­ных шка­фах «парят» фото­гра­фии антич­ных ста­туй, под­твер­ждая не им одним выска­зан­ное утвер­жде­ние: греки (сами того не осо­зна­вая) жили ожи­да­нием Хри­ста. Уче­ние о мире и о чело­веке, откры­тое Спа­си­те­лем, они в своих луч­ших про­из­ве­де­ниях пред­чув­ство­вали и пред­ска­зы­вали. Они были «дето­во­ди­те­лями ко Христу».

В Хер­со­несе в про­шлом году открыли новую экс­по­зи­цию антич­ной части музея, эпи­граф к ней, выве­ден­ный боль­шими бук­вами на стене, гла­сит: «Антич­ность оста­вила нам бес­смерт­ные образцы нрав­ствен­ного вели­чия и доб­ле­сти. Ф. Зелинский».

Спра­вед­ли­вость этих слов выда­ю­ще­гося рус­ского исто­рика начала XX века пони­мали наслед­ники Хер­со­неса: экс­по­наты, кото­рые сей­час укра­шают антич­ную экс­по­зи­цию, прежде хра­ни­лись в Свято-Вла­ди­мир­ском мона­стыре, рас­по­ла­гав­шемся на тер­ри­то­рии древ­него города. Потому, прежде чем я начну рас­ска­зы­вать о хри­сти­ан­ских свя­ты­нях Хер­сона-Кор­суня, поз­волю себе кратко рас­ска­зать и о древ­ней исто­рии города.

В «Одис­сее» Гомер изоб­ра­жает землю, кото­рая теперь носит назва­ние Крым, в мрач­ных тонах:

Плыли; корабль наш бежал,
пови­ну­ясь кор­милу и ветру.
Были весь день паруса путе­вод­ным дыха­нием полны.
Солнце тем вре­ме­нем село, и все потем­нели дороги.
Скоро при­шли мы к глу­бо­ко­те­ку­щим водам Океана;
Там ким­ме­риян печаль­ная область, покры­тая вечно
Влаж­ным тума­ном и мглой облаков;
нико­гда не являет
Оку людей там лица луче­зар­ного Гелиос, землю
Он поки­дает, всходя на звез­дами обиль­ное небо,
С неба ль, звез­дами обильного,
схо­дит, к земле обращаясь;
Ночь без­от­рад­ная там искони окру­жает живущих.

Мрач­ное вос­при­я­тие ныне нами убла­жа­е­мой за тепло и кра­соту земли было свя­зано с нра­вами наро­дов, жив­ших в те вре­мена на ней, о кото­рых «отец исто­ри­ков» Геродот писал так: «Жили они раз­боем и вой­ной, при­нося в жертву богине Деве потер­пев­ших кру­ше­ние море­хо­дов и всех элли­нов, кого захва­тят в откры­том море». Это он напи­сал о тав­рах и ким­ме­рий­цах. Воин­ствен­ным и жесто­ким наро­дом были и скифы, при­шед­шие на эту землю в VII веке до P. X. Гре­кам суж­дено было обла­го­ро­дить эту землю.

В Север­ное При­чер­но­мо­рье гре­ков влекли пло­до­род­ные почвы, бога­тый рас­ти­тель­ный и живот­ный мир, оби­лие рыбы, удоб­ные гавани. Веду­щую роль в коло­ни­за­ции играл мало­азий­ский город Милет. Во вто­рой поло­вине VII в. до P. X. было осно­вано пер­вое в Север­ном При­чер­но­мо­рье посе­ле­ние на о. Бере­зань, на рубеже VII—VI или в начале VI в. до P. X. — Оль­вия (с. Пару­тино) и Пан­ти­ка­пей (Керчь). В VI в до P. X. — Фео­до­сия, Ним­фей, Мир­ме­кий, Тири­така, Ким­ме­рик в восточ­ном Крыму; Фана­го­рия, Гер­мо­насса, Синдская гавань, Кепы — на ази­ат­ской сто­роне Кер­чен­ского про­лива. В юго-запад­ном Крыму осно­вы­ва­ются Кер­ки­ни­тида (Евпа­то­рия) и Хер- сонес (Сева­сто­поль).

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки