Нескучный брак<br><span class="bg_bpub_book_author"><a class="bg_hlnames" href="http://azbyka.ru/otechnik/Andrej_Desnickij/" target="_blank" title="Андрей Сергеевич Десницкий">Андрей Десницкий</a></span>

Нескучный брак
Андрей Десницкий

(1 голос5.0 из 5)

Мы тогда очень пото­ро­пи­лись, мож­но было и подо­ждать ‒ закон­чить учё­бу, стать хоть немно­го само­сто­я­тель­ны­ми… Нашим детям мы имен­но так и сове­ту­ем… Ран­ний брак был нор­мой, жела­ние “сна­ча­ла нагу­лять­ся” не вос­при­ни­ма­ли всерьёз.

Осе­нью мы отпразд­но­ва­ли два­дцать лет нашей сва­дьбы. И для меня, и для Аси ‒ это боль­ше чем поло­ви­на жиз­ни, ведь тогда нам было восем­на­дцать и девят­на­дцать. Конеч­но, мы тогда очень пото­ро­пи­лись, мож­но было и подо­ждать ‒ закон­чить учё­бу, стать хоть немно­го само­сто­я­тель­ны­ми… Нашим детям мы имен­но так и сове­ту­ем. Но о сво­ём выбо­ре ‒ не жалеем.

Во-пер­вых, про­сто глу­по жалеть о чём-то, опре­де­лив­шем всю твою жизнь. Мож­но меч­тать, как бы ты родил­ся в сред­не­ве­ко­вом зам­ке или на тро­пи­че­ском ост­ро­ве, как бы ты был в мла­ден­че­стве усы­нов­лён коро­лём Нор­ве­гии или в юно­сти пошёл в кос­мо­нав­ты, но невоз­мож­но думать об этом все­рьёз. Это был бы уже совсем дру­гой чело­век, а не ты.

А кро­ме того, нам выпа­ло вме­сте взрос­леть. Навер­ное, это было совер­шен­но обыч­ным делом в те вре­ме­на, когда ран­ний брак был нор­мой, когда жела­ние “сна­ча­ла нагу­лять­ся” не вос­при­ни­ма­ли всерьёз.

Да, нагу­лять­ся… но и сфор­ми­ро­вать­ся, зако­сте­неть в каких-то сво­их при­выч­ках и при­стра­сти­ях так, что потом уже ниче­го не изме­нишь. А мы ста­ли поло­вин­ка­ми друг дру­га, едва вый­дя из дет­ства, и не про­сто “под­стро­и­лись” друг под дру­га ‒ срос­лись и спле­лись так, что не отде­лишь одно­го, не повре­див другого.

Мы очень раз­ные, едва ли не про­ти­во­по­лож­ные по харак­те­ру. При­ня­то счи­тать, что это хоро­шо, что так мои мед­ли­тель­ность, раци­о­наль­ность, осно­ва­тель­ность урав­но­ве­ши­ва­ют­ся подвиж­но­стью, эмо­ци­о­наль­но­стью, лег­ко­стью Аси. Да, так и есть. Но как это ино­гда раз­дра­жа­ет! Зато в жиз­нен­ных цен­но­стях сов­па­де­ние едва ли не пол­ное ‒ вот, навер­ное, ещё один резуль­тат ран­не­го бра­ка. Толь­ко пред­ста­вить себе, что мы вме­сте встре­ти­ли пере­строй­ку, раз­вал СССР, шоко­вые рыноч­ные рефор­мы, нынеш­нее не вполне понят­но что… Мы не про­сто обсуж­да­ли эти темы, мы жили этим, ино­гда даже, мож­но ска­зать, выживали.

И всё-таки исто­рии про семей­ные пары, кото­рые про­жи­ли вме­сте дол­гие деся­ти­ле­тия и ни разу при этом не поссо­ри­лись ‒ это явно не про нас. Идил­лии у нас нет, и нико­гда её, пожа­луй, не было ‒ с само­го нача­ла при­шлось с удив­ле­ни­ем узна­вать, что у люби­мо­го чело­ве­ка есть недо­стат­ки, и что влюб­лён­ность теря­ет­ся и ухо­дит, а люб­ви ещё нуж­но все­рьёз и дол­го учить­ся… Были и скан­да­лы, и кри­ки, и слё­зы, и мно­го все­го раз­но­го. Но важ­нее, что все­гда было и сей­час есть у нас очень мно­го глав­но­го и насто­я­ще­го. Начи­ная хотя бы с тро­их наших детей.

А ещё мы вме­сте откры­ли Бога. Это может пока­зать­ся стран­ным, но это так ‒ мы при­шли к вере не про­сто одно­вре­мен­но, но вме­сте, при­дя сна­ча­ла друг ко дру­гу. И когда потом ходи­ли в храм и слу­ша­ли такие ещё мало­по­нят­ные сло­ва молит­вы сами себе и друг дру­га и весь живот наш Хри­сту Богу пре­да­дим ‒ очень явствен­но ощу­щал­ся этот “живот наш”, общий на дво­их, в кото­ром уже была наша Анюта.

О бра­ке и Церк­ви сто­ит ска­зать несколь­ко слов осо­бо. Поче­му-то неред­ко у пра­во­слав­ных счи­та­ет­ся, что семей­ная жизнь ‒ что-то низ­шее, вто­рич­ное по срав­не­нию с жиз­нью цер­ков­ной, в иде­а­ле ‒ мона­ше­ской. Что-то такое посре­дине меж­ду физио­ло­ги­ей и домо­вод­ством… Навер­ное, это про­сто от недо­по­ни­ма­ния, чем на самом деле может быть эта самая семей­ная жизнь.

Одна моло­дая девуш­ка пода­лась в мона­ше­ство в “аль­тер­на­тив­ном” пра­во­сла­вии (то есть, по её мне­нию, в более воз­вы­шен­ном, суро­вом, пра­виль­ном, чем в нашей Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хии). Она напи­са­ла в сво­ём сете­вом днев­ни­ке: брак ‒ это так скуч­но! Может быть, это из серии “зелен вино­град”, а может быть, она и вправ­ду так дума­ет… Как бы то ни было, труд­но, на мой взгляд, подо­брать бра­ку худ­шее определение.

Семей­ная жизнь может быть раем и адом, она может быть какой угод­но, но толь­ко не скучной.

Да не о том ли гово­ри­лось без кон­ца и в совет­ские вре­ме­на, когда тихий семей­ный очаг про­ти­во­по­став­лял­ся оглу­ши­тель­ной борь­бе за народ­ное сча­стье, вели­ким строй­кам ком­му­низ­ма, нескон­ча­е­мым подви­гам поляр­ни­ков и погра­нич­ни­ков? Как некий хри­сти­а­ни­зи­ро­ван­ный вари­ант сего­дня зву­чит: аске­зе подвиж­ни­ков и отшель­ни­ков, заоб­лач­но­му полё­ту мыс­ли бого­сло­вов… Там ‒ что-то вели­кое и зна­чи­мое, все­лен­ское, а тут ‒ чай­ник на пли­те и дет­ские пелён­ки в ван­ной на верев­ке. Раз­ве мож­но сравнивать?

Толь­ко тогда, навер­ное, и Тай­ную Вече­рю при­дёт­ся нам запи­сы­вать в раз­ряд “быто­ву­хи”. Ну что там тако­го, в самом деле, про­изо­шло? Ну, собра­лись за празд­нич­ным сто­лом, выпи­ли-заку­си­ли, пого­во­ри­ли. Ника­ких тебе чудес, откро­ве­ний, собы­тий кос­ми­че­ско­го мас­шта­ба. Учи­тель раз­дал уче­ни­кам хлеб и налил вина ‒ так посту­па­ли отцы семейств и хозя­е­ва домов каж­дый вечер. А ведь тут самое повсе­днев­ное ста­но­вит­ся вме­сти­ли­щем для само­го великого.

Точ­но так же и в бра­ке. Не слу­чай­но в Биб­лии так упор­но и посто­ян­но отно­ше­ния Бога и Его Церк­ви (даже ещё и вет­хо­за­вет­ной Церк­ви) посто­ян­но упо­доб­ля­ют­ся отно­ше­ни­ям мужа и жены. Здесь, навер­ное, умест­но при­ве­сти цита­ту из Биб­лии. Вот хотя бы эту, из Посла­ния к Ефе­ся­нам (Еф. 5:22-25): Жены, пови­нуй­тесь сво­им мужьям, как Гос­по­ду, пото­му что муж есть гла­ва жены, как и Хри­стос гла­ва Церк­ви, и Он же Спа­си­тель тела. Но как Цер­ковь пови­ну­ет­ся Хри­сту, так и жены сво­им мужьям во всем. Мужья, люби­те сво­их жен, как и Хри­стос воз­лю­бил Цер­ковь и пре­дал Себя за нее.

Обыч­но в этих сло­вах видят какую-то уни­жен­ность жен­щи­ны: вот мол, сплош­ной домо­строй и сек­сизм, муж­ской шови­низм и про­чая непо­лит­кор­рект­ность. Но давай­те вчи­та­ем­ся: пови­нуй­тесь, жёны, сво­им мужьям не как Кара­ба­су-Бара­ба­су с плёт­кой, а как Цер­ковь пови­ну­ет­ся Хри­сту. Пови­ну­ет­ся, пото­му что любит, стре­мит­ся к Нему, из-за Него и суще­ству­ет. А мужья? Не про­сто обес­пе­чи­вай­те сво­их супруг всем необ­хо­ди­мым, а люби­те так, как Хри­стос ‒ без­ого­во­роч­но, без­за­вет­но, бес­пре­дель­но. Надо будет на крест ‒ на него и иди, не дожи­да­ясь при­зна­тель­но­сти и бла­го­дар­но­сти, как Хри­стос не дожи­дал­ся её от Апостолов.

Где же здесь нера­вен­ство? Обе сто­ро­ны долж­ны пол­но­стью, без остат­ка жить друг ради дру­га. Но при этом у них раз­ные роли. Это куда глуб­же и тонь­ше уны­лой полит­кор­рект­но­сти, при кото­рой мистер и мис­сис Икс долж­ны осу­ществ­лять все дей­ствия, от убор­ки гряз­ной посу­ды и до вос­пи­та­ния детей, на стро­го пари­тет­ных нача­лах, пока меж­ду ними суще­ству­ет вза­им­ное согла­сие по дан­но­му вопро­су. А исчер­па­лось оно ‒ оба сво­бод­ны, никто нико­му ниче­го не дол­жен. Нет, такая изна­чаль­ная само­цен­ность и пол­ная сво­бо­да от дру­го­го ‒ страш­нее само­го люто­го домо­строя, по-моему.

Неуже­ли тебя нико­гда не охва­ты­ва­ли сомне­ния, разо­ча­ро­ва­ния, не хоте­лось начать всё зано­во с какой-то дру­гой жен­щи­ной, ‒ пре­дви­жу невы­ска­зан­ный вопрос. Да, быва­ло. Неуже­ли не уста­ва­ли друг от дру­га, не тяго­ти­лись чем-то в дру­гом чело­ве­ке? Тоже быва­ло. Неуже­ли нико­гда боль­ше ни в кого не влюблялся?

Да, быва­ло и это. Но была, все­гда была память о серьёз­но­сти клят­вы, кото­рую дали перед Богом и друг перед дру­гом на вен­ча­нии. Вме­сте ‒ навсе­гда, в горе­стях и радо­стях. Уйти, когда надо­ест, и начать зано­во в дру­гом месте ‒ такой вари­ант про­сто был под запретом.

И этот запрет, на чей-то бег­лый взгляд ‒ стес­не­ние и огра­ни­че­ние. А на самом деле ‒ это огра­да на высо­ком мосту, кото­рый надо перей­ти, и ветер дует, и мост кача­ет­ся, и рав­но­ве­сие так лег­ко потерять…

Да и сама про­пасть зага­доч­ным обра­зом при­тя­ги­ва­ет к себе. Огра­да ‒ что­бы не свалиться.

Кто-то сочтёт это бед­но­стью ‒ вокруг “так мно­го деву­шек хоро­ших”, а я отка­зы­ваю себе в воз­мож­но­сти узнать их побли­же. Но я не думаю, что это бед­ность. Мож­но даже при­ду­мать об этом прит­чу. Один чело­век уто­лял жаж­ду напит­ка­ми, кото­рые поку­пал в раз­ных киос­ках: у это­го эти­кет­ка кра­си­вее, у того вкус обе­ща­ют поин­те­рес­нее, этот попе­ни­стей, тот поши­пу­чей… А дру­гой постро­ил себе дом око­ло чисто­го источ­ни­ка в горах, всю свою жизнь пил его воду и обу­стра­и­вал сам источ­ник. У пер­во­го, надо при­знать, куда боль­ше опы­та. Но у него так нико­гда и не было сво­е­го источ­ни­ка, а если он решит­ся его заве­сти, то все преж­ние бутыл­ки и эти­кет­ки не будут зна­чить ров­ным сче­том ниче­го. Ско­рее, обре­тя свой источ­ник, он будет отныне счи­тать их дегу­ста­цию пустой тра­той вре­ме­ни, кото­рая толь­ко отда­ля­ла встре­чу с род­ни­ком. Впро­чем, люди быва­ют раз­ные, навер­ня­ка мно­гим нра­вит­ся про­бо­вать всё подряд.

В тех девуш­ках и жен­щи­нах, кото­рые мне нра­ви­лись или в кото­рых я иной раз влюб­лял­ся, я, несо­мнен­но, видел какие-то при­вле­ка­тель­ные чер­ты, кото­рых не нахо­дил в той же мере в Асе. С ними быва­ло инте­рес­но общать­ся, это обще­ние даже вос­пол­ня­ло что-то, чего мог­ло недо­ста­вать наше­му с ней един­ству, но… все­гда очень чет­ко ощу­ща­лась та грань, за кото­рой мы с эти­ми девуш­ка­ми шли каж­дый сво­ей доро­гой. Общая постель или даже общее хозяй­ство, думаю, сдви­ну­ли бы эту грань немно­го даль­ше, но не отме­ни­ли бы её: до сих пор ты мне нужен, ты мне нуж­на, а даль­ше я уж сам. С Асей этой гра­ни не было с само­го нача­ла: мы вме­сте, и этим ска­за­но всё.

Так что вен­чан­ная жена ‒ как Роди­на или Цер­ковь, она у меня есть, она дале­ко не иде­аль­на, но имен­но она ‒ моя, и дру­гой не будет. Дело не в том, что сам я, чело­век дале­ко не совер­шен­ный, никак не могу рас­счи­ты­вать на совер­шен­ную жену, и даже не в том, что таких вооб­ще не водит­ся на све­те. Дело ско­рее в том, что род­ник у тво­е­го дома ‒ это вода, а не шам­пан­ское, и шам­пан­ским быть не может и не дол­жен. Никто не захо­чет жить с одним шам­пан­ским, без воды. Так и здесь ‒ в Асе может не быть чего-то тако­го, чего мне ино­гда хочет­ся, но в ней есть всё то, без чего я про­сто уже не смо­гу жить.

Андрей Дес­ниц­кий

Источ­ник: впер­вые опуб­ли­ко­ва­но в: Дес­ниц­кий А. С. Писа­ние ‒ Пре­да­ние ‒ совре­мен­ность. Киев, 2007 / «Аль­фа и Оме­га», № 2 (49), 2007 год

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки