Собе­се­до­ва­ния отца духов­ного со своими при­хо­жа­нами о молитве как едином верном источ­нике всех воз­мож­ных благ для чело­века

про­то­и­е­рей Иоанн Гапо­нов

Оглав­ле­ние



Беседа 1. О важ­но­сти молитвы

Бог, сотво­рив­ший мир и все, что в нем, будучи Гос­по­дом неба и земли, не тре­бует слу­же­ния рук чело­ве­че­ских, как бы име­ю­щий в чем-либо нужду, Сам давая всему и жизнь и дыха­ние и все. Он неда­леко от каж­дого из нас: ибо мы Им живем и дви­жемся и суще­ствуем (Деян. 17:24–28).

Бога мы назы­ваем Все­со­вер­шен­ным, потому что Он есть пол­нота и совер­шен­ство, сокро­вище всех благ и Пода­тель жизни, неис­чер­па­е­мый источ­ник всех даров, как духов­ных, так и телес­ных. Всякое даяние доброе и всякий дар совер­шен­ный нис­хо­дит свыше, от Отца светов, у Кото­рого нет изме­не­ния и ни тени пере­мены (Иак. 1:17). Бог создал всех нас и про­мыш­ляет о каждом чело­веке: пове­ле­вает солнцу Своему вос­хо­дить над злыми и доб­рыми и посы­лает дождь на пра­вед­ных и непра­вед­ных (Мф. 5:45).

Бог знает, что для нас полезно, знает все наши нужды и силен испол­нить их даже без нашей просьбы, однако ска­зано: Про­сите, и дано будет вам (Мф. 7:7); моли­тесь за оби­жа­ю­щих вас и гоня­щих вас (Мф. 5:44); помо­лись Отцу твоему, Кото­рый втайне (Мф. 6:5); бодр­ствуйте и моли­тесь, чтобы не впасть в иску­ше­ние (Мф. 26:41); должно всегда молиться и не уны­вать (Лк. 18:1). Гос­подь запо­ве­дал хри­сти­а­нам молиться и дал им обра­зец в молитве «Отче наш» (Мф. 6:9–13).

Он же и разъ­яс­нил людям, почему они должны молиться: Всякий про­ся­щий (у Бога) полу­чает, и ищущий нахо­дит, и сту­ча­щему отво­рят. Есть ли между вами такой чело­век, кото­рый, когда сын его попро­сит у него хлеба, подал бы ему камень? Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небес­ный даст блага про­ся­щим у Него (Мф. 7:8–11). Бла­женны нищие духом, ибо их есть цар­ство небес­ное (Мф. 5:3).

Важ­ность молитвы заклю­ча­ется в том, что чело­век в молитве обща­ется с Самим Богом, обра­ща­ется к Нему как к Отцу и Бла­го­де­телю и удо­ста­и­ва­ется Его любви, помощи и вся­че­ских благ, и, нако­нец, осо­знает, что истин­ное благо и состоит в том, чтобы позна­вать Бога и при­бли­жаться к Нему; молитва сама по себе явля­ется высо­чай­шим даром и благом не только для чело­века, но и для Анге­лов.

Склон­ный к гор­до­сти, в молитве чело­век сми­ря­ется пред Богом, осо­знает свою полную нищету, как телес­ную, так и духов­ную; учится позна­вать все­мо­гу­ще­ство Божие и свою бес­по­мощ­ность, неис­чер­па­е­мую любовь и мило­сер­дие Божие и свое ока­ян­ство и склон­ность ко злу.

Нако­нец, молясь, чело­век из плот­ского ста­но­вится духов­ным; при­бли­жа­ясь к Богу, начи­нает все более и более отре­каться от мира и его куми­ров, стра­шиться вечной поги­бели и искать спа­се­ния.

Если же чело­век не молится, то все более и более уда­ля­ется и отвра­ща­ется от Бога, ста­но­вится врагом Божиим, рабом своих стра­стей, мира и диа­вола.

Таким обра­зом, молитва явля­ется осно­ва­нием и сущ­но­стью всей жизни хри­сти­а­нина. Гос­подь запо­ве­дал нам искать не вре­мен­ного, зем­ного бла­го­по­лу­чия, но прежде всего — вечных благ, цар­ствия небес­ного (Лк. 12:31), кото­рое нахо­дится внутри, в сердце чело­века (Лк. 17:21); иными сло­вами, цар­ствие небес­ное — это и есть молитва, очи­ща­ю­щая, про­све­ща­ю­щая и освя­ща­ю­щая сердце чело­века.

Все выше­ска­зан­ное не исчер­пы­вает, но уже доста­точно пока­зы­вает важ­ность молитвы. Хри­сти­а­нину прежде всего необ­хо­димо молиться. Но, к несча­стью, не все молятся, да и те, кто молится, не умеют молиться, не зная и не пони­мая, что тре­бу­ется для того, чтобы наша молитва дости­гала своей цели. Многие же только думают, что молятся, и тратят довольно много вре­мени на пре­бы­ва­ние в храме или вычи­ты­ва­ние пра­вила у себя дома, но при этом, как это ни кажется страш­ным или стран­ным, они нико­гда не молятся и поэтому далеки от своего спа­се­ния.

Как же такое может быть? Вспом­ните про фари­сея из еван­гель­ской притчи: не имея долж­ного пред­став­ле­ния о Боге, веры в Его все­мо­гу­ще­ство, все­ве­де­ние и другие Боже­ствен­ные и непо­сти­жи­мые для нас свой­ства, не имея страха Божия, фари­сей думал, что молитва — это повод для само­лю­бо­ва­ния, некий внеш­ний обряд, кото­рый должно совер­шать весьма вну­ши­тельно и цере­монно, напо­каз всем вокруг,— пусть нази­да­ются, какой он бла­го­че­сти­вый и пра­вед­ный, пусть берут с него пример. Подоб­ные люди не познали и не воз­лю­били Бога всем серд­цем, поэтому они при­бли­жа­ются к Нему устами своими и языком своим чтут Его, сердце же их далеко отстоит от Бога; они дви­жимы не бла­го­го­ве­нием и не стра­хом Божиим, но запо­ве­дями чело­ве­че­скими, то есть тще­сла­вием, или чело­ве­ко­уго­дием, или стра­хом нака­за­ния от более силь­ных людей (см. Ис. 29:13).

О том, что такое нередко бывает среди хри­стиан, писал свт. Тихон Задон­ский[1] и другие Св. Отцы, в этом вы можете и сами убе­диться. Спро­сите у этих «бого­моль­цев», о чем они только что моли­лись,— они придут в край­нее затруд­не­ние и в лучшем случае скажут, что они читали пра­вило или были в храме. Может быть, кто-то в ответ честно скажет: «Я плохо слушал слова молитвы (или же не думал о молитве), потому что меня очень бес­по­коит одна про­блема, и я все думал, как мне ее решить». Спро­сите у него, верит ли он, что Бог без труда решил бы его про­блему, если бы он только попро­сил Его об этом со всем сми­ре­нием и сокру­ше­нием. Отве­том было бы мол­ча­ние и полное непо­ни­ма­ние вопроса. Увы, многие «молит­вен­ники» не верят, что молитва им чем-то помо­жет, а скорее склонны исполь­зо­вать всякие хит­ро­сти и прочие не совсем под­хо­дя­щие меры для дости­же­ния своих целей.

Как видим, не доста­точно просто прийти в храм или про­чи­тать пра­вило, но надо учиться молитве, чтобы молиться пра­вильно, для очи­ще­ния и про­ще­ния своих грехов, а не для их умно­же­ния, так как и непра­виль­ная молитва явля­ется грехом (см. Пс. 108:7). Это крат­кое отступ­ле­ние было сде­лано, чтобы при­влечь ваше вни­ма­ние к важ­но­сти молитвы и про­бу­дить долж­ное усер­дие к тому, чтобы учиться молиться пра­вильно.

Воз­можно, вни­ма­тельно обду­мав все только что ска­зан­ное, кто-нибудь сму­тится и скажет: «Но как браться за такое дело, кото­рое тре­бует пол­ноты духов­ного совер­шен­ства и жизни истинно хри­сти­ан­ской? Как я далек от всего духов­ного, ибо весь ум мой при­гвож­ден к земным вещам!» Такого иска­теля правды Божией мы утешим и обод­рим: подоб­ные слова уже есть молитва[2], подоб­ное рас­по­ло­же­ние духа уже есть нищета духов­ная, нужная для молитвы. Глав­ное — поло­жить начало благое и осо­знать, что мы совер­шенно не умеем молиться, тогда мы будем усердно искать духов­ного настав­ле­ния и искренне желать хотя бы вку­сить той бла­го­дат­ной молитвы, кото­рую стя­жали пре­по­доб­ные отцы, посвя­щав­шие всю свою жизнь молитве.

Итак, будем учиться молитве, вни­ма­тельно читая и слушая слово Божие, изучая опыт и настав­ле­ния Св. Отцов и учи­те­лей Св. Церкви, познав­ших ее важ­ность, силу и досто­ин­ство и испы­тав­ших на деле ее бла­го­дат­ные плоды.

Вот что гово­рит о молитве святой Иоанн Зла­то­уст: «Будет спра­вед­ливо назвать молитву нер­вами души: ибо как тело дер­жится, дви­жется, стоит и живет с помо­щью нервов,— так и душа бла­го­устро­ен­ная легко про­хо­дит тесный и труд­ный путь бла­го­че­стия при посред­стве святых молитв. Если же ты лишишь себя молитвы, то будешь как рыба, извле­чен­ная из воды: ибо как вода состав­ляет жизнь рыбы, так молитва состав­ляет жизнь твоей души»[3].

Святой Иоанн Лествич­ник учит: «Для души пища — молитва: ибо как тело без пищи осла­бе­вает, так и душа без молитвы; да и не может душа иначе полу­чить от Бога бла­го­дать, ожив­ля­ю­щую и укреп­ля­ю­щую ее, если не испро­сит ее посред­ством молитвы»[4].

«Молитва,— гово­рит св. Исаак Сирин, — есть при­вле­че­ние помощи, источ­ник спа­се­ния, сокро­вище упо­ва­ния, при­ста­нище, защи­ща­ю­щее от вол­не­ний, свет во тьме сидя­щим, укреп­ле­ние немощ­ных, покров во время иску­ше­ний, помощь в тяжкой болезни, щит, ограж­да­ю­щий на брани, стрела, изощ­рен­ная против врагов,— словом, все вели­кие блага от молитвы»[5].

По словам св. Фео­дора Едес­ского, «молитва есть стена твер­дая, при­ста­нище покой­ное, страж доб­ро­де­те­лей, стра­стей пагуба, кре­пость души, чисти­лище разума, утруж­ден­ных покой, пла­чу­щих уте­ше­ние, Ангель­ское насла­жде­ние, при­вле­че­ние благ, Царица доб­ро­де­те­лей»[6].

По учению св. Гри­го­рия Синай­ского, «молитва есть осу­ществ­ле­ние надежды, явле­ние любви, Ангель­ское дви­же­ние, сила Бес­плот­ных, заня­тие и весе­лье их, бла­го­вест­во­ва­ние Божие, удо­сто­ве­ре­ние сердца, при­знак освя­ще­ния, залог Свя­того Духа, радость Иису­сова, весе­лье души, знак при­ми­ре­ния, печать Хри­стова, луч умного солнца, заря сердец, утвер­жде­ние хри­сти­ан­ства, Божия бла­го­дать и Божия пре­муд­рость, или лучше — начало всякой пре­муд­ро­сти, заня­тие мона­хов, жизнь без­молв­ни­ков, при­чина покоя, сви­де­тель­ство ангель­ской жизни: и нужно ли гово­рить более? Молитва есть Боже­ствен­ная сила, про­из­во­дя­щая все во всех, ибо кто молит­вой про­из­во­дит все о Христе Иисусе, тот имеет одну силу с Отцом, Сыном и Св. Духом»[7].

Так важна молитва! Она объ­ем­лет собою и небо, и землю; заклю­чает в себе и вре­мен­ное, и вечное! Без молитвы нельзя войти в цар­ство небес­ное, нельзя совер­шить ни одного истинно доб­рого дела, ни помыс­лить чего-либо доб­рого, нако­нец, нельзя сде­лать ни одного шага в хри­сти­ан­ской, бого­угод­ной жизни! Может ли кто быть несчаст­нее того чело­века, кото­рый не молится Богу и не забо­тится о при­об­ре­те­нии молитвы — сего дара высо­чай­шего, дара Боже­ствен­ного? Одни только злые дела и злые помыслы свой­ственны чело­веку, живу­щему без молитвы. Тот, кто не молится, обу­ре­ва­ется стра­стями, ста­но­вится весь плот­ским, злым, завист­ли­вым и лука­вым — упо­доб­ля­ется скотам несмыс­лен­ным и, хуже того, самим бесам. Если же око твое будет худо, то все тело твое будет темно. Итак, если свет, кото­рый в тебе, тьма, то какова же тьма? (Мф. 6:23).

Братья о Христе Иисусе! Моли­тесь молит­вою креп­кою, дабы были вы во всем крепки; моли­тесь всегда, дабы не осла­беть в усер­дии; полю­бите молитву, и Гос­подь вас воз­лю­бит; усва­и­вайте себе молитву, и сам Гос­подь вас себе усвоит; а если Гос­подь будет с нами, то ничего не убо­имся, нико­гда не посты­димся, ни в чем не будем иметь недо­статка. Аминь.

Беседа 2. О силе молитвы

Какова сила молитвы? Можно отве­тить очень кратко: для молитвы нет ничего невоз­мож­ного. Так сильна молитва к Богу!

Сам Гос­подь наш Иисус Хри­стос дал всем веру­ю­щим в Него такое обе­ща­ние: Истинно, истинно говорю вам: о чем ни попро­сите Отца во имя Мое, даcт вам (Ин. 16:23). «Нет такой вещи, кото­рую невоз­можно было бы испро­сить молит­вой у Бога; только было бы про­си­мое хорошо и испра­ши­ва­лось как должно»,— так учил вели­кий свя­ти­тель нашей Пра­во­слав­ной Церкви Димит­рий Ростов­ский[8].

Молит­вой побеж­да­ется при­рода и изме­ня­ются ее законы. Неплод­ная Анна, мать про­рока Саму­ила, молит­вой испро­сила себе сына у Бога. Пра­вед­ные Иоаким и Анна, будучи неплод­ными и уже пре­ста­ре­лыми, не пере­ста­вали молиться и молит­вой испро­сили у Бога Дочь, подоб­ной Кото­рой не было на земле. Пророк Илия молит­вой заклю­чил небо на три с поло­ви­ной года и потом опять молит­вой низвел дождь на землю, иссох­шую от такого страш­ного без­до­ж­дия.

Молитва крайне необ­хо­дима в брани против врагов види­мых и неви­ди­мых как силь­ней­шее оружие. Вот что об этом гово­рит свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст: «Если демоны видят нас воору­жен­ными молит­вою, они тотчас убе­гают с таким стра­хом, с каким раз­бой­ники и пре­ступ­ники укло­ня­ются от меча пра­во­су­дия, отто­чен­ного и направ­лен­ного на их головы»[9]. Победу над демо­нами дарует моля­щимся Сам Гос­подь наш Иисус Хри­стос, ска­зав­ший: Именем Моим будут изго­нять бесов (Мк. 16:17).

Гос­подь сил, при­зы­ва­е­мый на помощь, также укреп­ляет силы воинов, защи­ща­ю­щих свой народ и Оте­че­ство, и делает их непо­бе­ди­мыми. В Ветхом Завете мы нахо­дим повест­во­ва­ние, в кото­ром духов­ная брань упо­доб­ля­ется насто­я­щему сра­же­нию. Между древними изра­иль­тя­нами во главе с Иису­сом Нави­ном и их непри­ми­ри­мыми вра­гами — ама­ли­ки­тя­нами, потом­ками Ама­лика, внука Исава, сра­же­ние про­дол­жа­лось целый день; когда руки про­рока Моисея, издали смот­рев­шего на битву и молив­ше­гося, были воз­деты к небу, тогда победа скло­ня­лась на сто­рону изра­иль­тян; а когда они, осла­бе­вая, опус­ка­лись, успех пере­хо­дил на сто­рону ама­ли­ки­тян. Аарон и Ор, увидев это, стали с обеих сторон под­дер­жи­вать осла­бев­шие руки моля­ще­гося Моисея. И были руки его под­няты до захож­де­ния солнца. И низ­ло­жил Иисус (Навин) Ама­лика и народ его острием меча (Исх. 17:8–13).

Молитва невоз­мож­ное делает воз­мож­ным, ибо все воз­можно Богу (Мк. 10:27). Иисус Навин силою молитвы оста­но­вил луну и солнце (Нав. 10:13). Пророк Исаия посред­ством молитвы воз­вра­тил назад сол­неч­ную тень на десять сту­пе­ней на глазах у царя Езекии (Ис. 38:8). Пророк Моисей силою молитвы раз­де­лил воды Черм­ного моря, так что они рас­сту­пи­лись, и прошли сыны Изра­и­левы посреди моря, как по суше, а воды стояли стеною справа и слева (Исх. 14:15–22). Три бла­го­че­сти­вых отрока, ввер­жен­ные в рас­ка­лен­ную печь по пове­ле­нию царя Вави­лон­ского, молясь Богу и веруя, что он силен их спасти, оста­лись невре­ди­мыми (Дан. гл. 3).

Молитва при­вле­кает на нас неви­ди­мую силу Божию для избав­ле­ния от любых бед и напа­стей. Апо­столы Хри­стовы Павел и Сила, бро­шен­ные в тем­ницу, около полу­ночи, молясь, вос­пе­вали Бога вдруг сде­ла­лось вели­кое зем­ле­тря­се­ние, так что поко­ле­ба­лось осно­ва­ние тем­ницы; тотчас отво­ри­лись все двери, и у всех узы осла­бели (Деян. 16:24–26).

Пока­ян­ная молитва удер­жи­вает руку пра­во­су­дия Божия, уже про­стер­тую для пора­же­ния греш­ни­ков. Так пророк Иона, погло­щен­ный китом мор­ским за непо­слу­ша­ние Богу, не погиб, но молился с твер­дой верой в мило­сер­дие Божие, и пове­лел Гос­подь киту, и он изверг Иону на сушу (Ион. гл. 2). Нине­ви­тяне, услы­шав от про­рока, что через сорок дней их город будет раз­ру­шен, пове­рили Богу, и объ­явили пост, и оде­лись во вре­тища, от боль­шого из них до малого, обра­ти­лись от злого пути своего и крепко вопи­яли к Богу, и так отвра­тили гнев Божий и испро­сили себе поми­ло­ва­ние (Ион. гл. 3).

Спра­вед­ливо сказал свт. Иоанн Зла­то­уст, что нет ничего силь­нее молитвы[10]. Молитва творит любые, самые неве­ро­ят­ные чудеса. Но отчего же у нас такое бес­си­лие, такая немощь души и тела? Нет у нас молитвы, не знаем ее, не умеем молиться, но, что самое страш­ное, не любим и не хотим молиться. Гос­поди! Научи нас молиться! Помоги нам желать молиться! Наставь нас молить Тебя о даро­ва­нии нам молитвы! Аминь.

Беседа 3. О бла­го­твор­но­сти молитвы

Молитва, войдя в сердце чело­века, ведет за собою и все доб­ро­де­тели, подобно царице, сопро­вож­да­е­мой свитой[11]. Если бесе­ду­ю­щие с мужами муд­рыми от частого собе­се­до­ва­ния скоро сами ста­но­вятся муд­рыми, то что ска­зать о тех, кото­рые в молитве своей бесе­дуют с Богом? Какою доб­ро­де­те­лью, позна­нием, муд­ро­стью, бла­го­дат­ным даро­ва­нием не испол­нит их молитва? Поис­тине, тот не погре­шит, кто при­знает молитву при­чи­ною всякой доб­ро­де­тели и правды в чело­веке и кто скажет, что без молитвы душа вообще не сможет сде­латься бла­го­че­сти­вою[12].

Первый бла­го­твор­ный плод молитвы – спа­си­тель­ный страх Божий, кото­рый про­яв­ля­ется в укло­не­нии моля­ще­гося от вся­кого греха и в стрем­ле­нии к бого­уго­жде­нию. По словам свт. Иоанна Зла­то­уста, кто воз­несся мыс­ленно на небо и при­бли­зил себя к Гос­поду, тот отла­гает всякое житей­ское попе­че­ние, окры­ля­ется и ста­но­вится выше стра­стей чело­ве­че­ских[13].

Самый же вожде­лен­ный плод молитвы, вся цель хри­сти­ан­ской жизни, по учению прп. Сера­фима Саров­ского, – это стя­жа­ние Духа Свя­таго (Лк. 11:13). Уте­ши­тель Благой в скор­бях и испы­та­ниях сей жизни, Дух Святой про­све­щает, вра­зум­ляет, научает нас всему и соде­лы­вает наше спа­се­ние: побуж­дает к пока­я­нию, очи­щает от грехов и освя­щает.

Бла­го­дат­ные дары Свя­того Духа пода­ются нам в Таин­ствах Св. Церкви по молит­вам свя­щен­но­слу­жи­те­лей, усерд­ной молит­вой и мы должны под­го­то­вить себя к при­ня­тию бла­го­дати. Так, в Таин­стве Еле­освя­ще­ния молит­вой вра­чу­ются болезни душев­ные и телес­ные. Болен ли кто из вас, пусть при­зо­вет пре­сви­те­ров Церкви, и пусть помо­лятся над ним, пома­зав его елеем во имя Гос­подне. И молитва веры исце­лит боля­щего, и вос­ста­вит его Гос­подь; и если он сделал грехи, про­стятся ему. При­зна­вай­тесь друг пред другом в про­ступ­ках и моли­тесь друг за друга, чтобы исце­литься: много может уси­лен­ная молитва пра­вед­ного (Иак. 5:14–16).

Молитва не только вра­чует душу и тело, она бла­го­датно изме­няет все есте­ство чело­ве­че­ское: злого делает добрым, гнев­ли­вого крот­ким, блуд­ного цело­муд­рен­ным, болт­ли­вого мол­ча­ли­вым, гор­дого сми­рен­ным, иными сло­вами, греш­ника делает пра­вед­ным. При­вле­ка­е­мый в молитве Дух Святой про­го­няет стра­сти и низ­во­дит в сердце бла­го­дат­ный мир, уте­ше­ние и уми­ле­ние, так что моля­щийся вос­пе­вает Бога вместе с Анге­лами: Слава в вышних Богу и на земли мир, в чело­ве­цех бла­го­во­ле­ние (Лк. 2:14).

Кратко и выра­зи­тельно о бла­го­твор­но­сти молитвы сказал св. апо­стол Павел в Посла­нии к рим­ля­нам: Всякий, кто при­зо­вет имя Гос­подне, спа­сется (Рим. 10:13). А св. Иоанн Лествич­ник молитву назы­вает Божиим при­ми­ре­нием, очи­ще­нием грехов, источ­ни­ком доб­ро­де­те­лей, пода­тель­ни­цей бла­го­дат­ных даро­ва­ний, неви­ди­мым пре­успе­я­нием, про­све­ще­нием мыслей, утвер­жде­нием надежды, раз­ру­ше­нием печали, уто­ле­нием гнева, пред­зна­ме­но­ва­нием гря­ду­щей славы[14].

А мы все, кто не любит и ленится молиться, знаем ли, что полезно и бла­го­творно для нас? Не упо­доб­ля­емся ли мы блуд­ному сыну из еван­гель­ской притчи, кото­рый тяго­тился пре­бы­ва­нием в доме Отчем? Кто из нас не любит молиться, тот враг самому себе и враг своему веч­ному спа­се­нию! Аминь.

Беседа 4. О необ­хо­ди­мо­сти молитвы

Итак, мы убе­ди­лись, как важна, сильна и бла­го­творна молитва. Из этих спа­си­тель­ных качеств молитвы выте­кает и ее насущ­ная необ­хо­ди­мость для чело­века, самого по себе сла­бого, ото­всюду тес­ни­мого и, без помощи Божией, глу­боко несчаст­ного.

Посмот­рите, что с нами слу­ча­ется каждый день, почти каждый час? Мы бес­пре­станно опа­са­емся поте­рять здо­ро­вье или соб­ствен­ную жизнь, кого-нибудь из близ­ких, сред­ства к суще­ство­ва­нию, иму­ще­ство, жилье, работу; под­вер­жены тыся­чам других бед и зол, угро­жа­ю­щих ото­всюду. Мы бес­пре­станно в опас­но­сти поте­рять веру и впасть в самые тяжкие грехи: и мир соблаз­няет нас, и плоть наша вос­стает на нас, и диавол ходит, как рыка­ю­щий лев, ища, кого погло­тить (1Пет. 5:8).

Кто нас спа­сает и защи­щает от всех пред­сто­я­щих и угро­жа­ю­щих нашему бес­си­лию опас­но­стей, как не Гос­подь Мило­серд­ный? Будем же усердно молиться Ему. Если же и постиг­нет нас какая-нибудь беда по воле Божией, то молитва помо­жет нам уви­деть в слу­чив­шемся руку Божию, при­нять пра­вед­ное нака­за­ние, то есть вра­зум­ле­ние Божие, и ска­зать с бла­го­дар­но­стью Богу: Наг я вышел из чрева матери моей, наг и воз­вра­щусь. Гос­подь дал, Гос­подь и взял; как угодно было Гос­поду, так и сде­ла­лось; да будет имя Гос­подне бла­го­сло­венно! (Иов. 1:21).

Когда постиг­нет нас от Гос­пода нака­за­ние, сразу заду­ма­емся, а что мы вообще имеем, чего бы Гос­подь нам не дал,— только грехи и паде­ния. Сколько было у нас отступ­ле­ний от закона Божия, сколько ссор и пре­ре­ка­ний, сколько обид и неправд; сколько непо­чте­ния к высшим; сколько неис­пол­не­ния своих обя­зан­но­стей; сколько буйств, пьян­ства и вся­кого рода раз­врата; сколько в семьях наших непо­ряд­ков; сколько невер­но­сти между супру­гами; сколько от детей непо­чте­ния и непо­ви­но­ве­ния воле родив­ших и вос­пи­тав­ших их? Как же мы без тре­пета можем жить со всеми такими и подоб­ными нечи­сто­тами; как до сих пор еще не под­пали под тяжкую руку Божию, пре­се­ка­ю­щую и иско­ре­ня­ю­щую всякое зло? Но как уми­ло­сти­вить Пра­вед­ного Бога, если не молит­вой сокру­шен­ного и сми­рен­ного сердца?

Стран­ство­ва­ние наше среди мира сего трудно и опасно: море житей­ское про­странно и велико, волны стра­стей и смя­те­ния кипят на нем повсюду. Кораблю жизни нашей не удер­жаться на плаву без надеж­ного Корм­чего. Духов­ные немощи, телес­ные болезни и житей­ские скорби нередко бывают для нас так тяжки и невы­но­симы, что мы подчас теряем дух, уны­ваем и отча­и­ва­емся. Кто же нас под­дер­жит, кто даст нам силы, кре­пость духа, надежду, тер­пе­ние и упо­ва­ние, если не Сам Бог через усерд­ную нашу к Нему молитву?

Только молитва может быть истин­ным под­креп­ле­нием и твер­дой опорой на всех путях нашей жизни. Она питает, обод­ряет и живит нас свыше — от Бога Мило­серд­ного, низ­во­дит в наши унылые души и скорб­ные сердца бла­го­твор­ные лучи веры, надежды, тер­пе­ния и упо­ва­ния и избав­ляет от всяких бед.

Гос­подь наш Иисус Хри­стос про­сти­рает ко всем сер­до­боль­ный глас Свой: При­дите ко Мне, все труж­да­ю­щи­еся и обре­ме­нен­ные, и Я успо­кою вас (Мф. 11:28), — и Сам неви­димо при­хо­дит к воз­ды­ха­ю­щим пред Ним в бла­го­го­вей­ной молитве. И если легче и отрад­нее бывает нашему скорб­ному сердцу, когда оно откроет свое горе и раз­де­лит его с другом своим, то какого уте­ше­ния может ожи­дать себе тот, кто в пре­дан­ной и усерд­ной молитве изо­льет печаль свою пред Гос­по­дом и с упо­ва­нием воз­ло­жит на Него бремя скор­бей своих? Никто из друзей земных не срав­ня­ется в бла­го­сти и щед­ро­тах с Отцом нашим Небес­ным, и никто из людей не силен даро­вать нам того уте­ше­ния, какое всегда может нис­по­слать нам непо­сти­жи­мый в мило­стях и бога­тый в щед­ро­тах Своих Бог.

Так необ­хо­дима молитва для нас, слабых, бедных и немощ­ных, на путях мно­госкорб­ной жизни нашей! Без нее невоз­можно ни обой­тись, ни спа­стись чело­веку даже на земле. О необ­хо­ди­мо­сти молитвы для нашего веч­ного спа­се­ния мы уже гово­рили в преды­ду­щих бесе­дах.

Счаст­ливы те люди, кото­рые умеют молиться; напро­тив, край­нее бед­ствие пости­гает того, кто не умеет молиться. Не уметь молиться рав­но­сильно тому, чтобы не иметь ничего доб­рого и навечно обречь себя на том­ле­ние и муку. Аминь.

Беседа 5. При­знаки и виды молитвы

Выра­зить, что такое молитва в суще­стве своем, по насто­я­щему невоз­можно, ибо молитва есть высо­чай­ший дар Божий и молитве истин­ной научает Сам Дух Святой (Рим. 8:26). Мы же, ново­на­чаль­ные, можем в общих чертах соста­вить себе поня­тие о молитве и начать при­об­щаться к ней, изучая и усва­и­вая ее харак­тер­ные при­знаки.

До тех пор пока мы еще не можем достой­ным обра­зом молиться, мы похожи на тех, кото­рые учат малых детей ходить. Ста­райся всегда мысль свою горевоз­но­сить или, лучше ска­зать, углуб­лять свою мысль в разу­ме­ние молит­вен­ных слов, и хотя бы она по мла­ден­че­ству своему уто­ми­лась, опять ее вос­став­ляй, ибо непо­сто­ян­ство свой­ственно нашей мысли, но Могу­щий все утвер­дить, конечно, и мысль твою может вос­ста­вить[15].

Итак, первый при­знак истин­ной молитвы есть полное отре­ше­ние от земных и житей­ских помыс­лов и сосре­до­то­чен­ное вни­ма­ние на словах молитвы. И дей­стви­тельно, для того чтобы молитва имела внут­рен­нюю силу, моля­щийся должен молиться всем суще­ством своим, всем помыш­ле­нием своим и всем серд­цем своим, и только тогда живей­шим обра­зом ощутит он сопри­сут­ствие бла­го­дати и силы Божией, кото­рые помо­гут ему воз­не­сти ум и сердце к Богу.

По словам св. Анто­ния Вели­кого, та молитва несо­вер­шенна, в кото­рой мы даже не разу­меем то, о чем молимся[16]. Второй при­знак истин­ной молитвы как бы допол­няет первый: нельзя цели­ком сосре­до­то­читься на том, что не понятно. Когда мы молимся о своих нуждах, нет необ­хо­ди­мо­сти их разъ­яс­нять. Но когда мы молимся по молит­во­слову и про­из­но­сим молитвы Святых Отцов, то часто эти молитвы бывают не совсем понятны, иногда потому что напи­саны на древ­нем языке, но самое глав­ное, потому что мы еще не пони­маем их под­лин­ного смысла, еще далеки от под­линно духов­ной жизни, еще не достигли такой высоты в своих помыш­ле­ниях, чув­ствах и жела­ниях.

Третий при­знак молитвы, кото­рый мы назо­вем, пожа­луй, самым глав­ным: долж­ное бла­го­го­ве­ние. Молитва — это сер­деч­ное собе­се­до­ва­ние чело­века с Богом, иногда даже в одной глу­бине духа своего, без посред­ства наруж­ных знаков. Чтобы истинно молиться, надо иметь сынов­нее отно­ше­ние к Богу, имея при этом веру во вез­де­су­щие Божие и Его таин­ственно-бла­го­дат­ное в нас пре­бы­ва­ние. Должно бесе­до­вать с Ним с сынов­ней любо­вью, как с другом сердца; должно откры­вать Ему свою душу и пре­да­вать себя в Его Святую волю, как все свои мысли, чув­ство­ва­ния, жела­ния — словом, всего себя пре­дает в волю бла­го­по­пе­чи­тель­ного отца бла­го­дарно-пре­дан­ное дитя. Истин­ное бла­го­го­ве­ние помимо сынов­ней любви и пре­дан­но­сти под­ра­зу­ме­вает и страх Божий, ибо мы, греш­ные, молясь, пред­стоим Вла­дыке неба и земли. Страх Божий во многом помо­жет нам не отвле­каться и не рас­се­и­ваться умом.

Нако­нец, вспом­ним запо­ведь Гос­пода о том, что должно молиться Ему духом и исти­ной (Ин. 4:23–4). Истина — это Святое Пра­во­сла­вие, то есть совер­шен­ная непо­гре­ши­тель­ная вера в Пре­свя­тую Троицу, поэтому Гос­подь отвер­гает молитвы ере­ти­ков и тех, кто погре­шает против истин Св. Церкви. Молиться духом — это значит отре­шиться от всего зем­ного и житей­ского, воз­но­сясь к Богу мыслью и серд­цем со всем вни­ма­нием и усер­дием, бла­го­го­ве­нием и разу­ме­нием смысла молитвы. При этом ста­но­вится оче­вид­ным, что молиться лишь внешне, напо­каз, по-фари­сей­ски, как бы испол­няя какой-то обяд или обычай, или, срав­ни­вая молитву с какой-то скуч­ной и тяже­лой обя­зан­но­стью, торо­питься и про­из­но­сить слова молитвы небрежно и ско­ро­го­вор­кой, чтобы побыст­рее закон­чить, — есть вели­кий грех пред Богом.

Нужно еще ска­зать о при­зна­ках бла­го­че­сти­вой и бого­угод­ной молитвы в храме: вхо­дить в храм и пре­бы­вать в нем должно со стра­хом Божиим, ибо здесь неви­димо при­сут­ствует Сам Бог, Его Пре­чи­стая Матерь, Ангелы и святые. Необ­хо­димо при­ло­жить усилие, чтобы оста­вить за две­рями храма все житей­ское и по мере усер­дия ути­шать все свои помыслы; молиться сле­дует молча, стоя на одном месте. Тому же, кто в храме вер­тится, ози­ра­ется, шумит, раз­го­ва­ри­вает, ходит туда и сюда, мешает другим молиться, тол­ка­ется, ску­чает или, что еще хуже, шутит и сме­ется, — спра­вед­ливо нужно ска­зать: Друг, для чего ты пришел? (Мф. 26:50). Такой чело­век всем своим видом пока­зы­вает, что нисколько не боится и не почи­тает Бога, не верит и не пони­мает, что таким обра­зом он оскорб­ляет святой храм, собра­ние веру­ю­щих и Самого Бога.

Итак, мы видим, что по своим при­зна­кам молитва бывает истин­ной и бывает погре­ши­тель­ной. Теперь посмот­рим, какие можно выде­лить виды истин­ной молитвы. Чело­век, бесе­ду­ю­щий с Богом в молитве, или про­слав­ляет Его за Боже­ствен­ные совер­шен­ства, или бла­го­да­рит Его за бла­го­де­я­ния, или просит Его о своих нуждах[17]. Поэтому выде­ляют три глав­ных вида молит­во­сло­вий: сла­во­сло­вие, бла­го­да­ре­ние и про­ше­ние.

В сла­во­сло­вии мы про­слав­ляем Бога как Творца все­со­вер­шен­ного, все­пра­вед­ного, все­свя­того, все­до­воль­ного, все­б­ла­жен­ного. В бла­го­да­ре­нии мы бла­го­да­рим Бога как Про­мыс­ли­теля, Иску­пи­теля и Освя­ти­теля — все­бла­гого, все­щед­рого, все­ми­ло­сти­вого. В про­ше­нии — просим и молим Все­свя­тую, Еди­но­сущ­ную, Живо­тво­ря­щую и Нераз­дель­ную Троицу о про­ще­нии наших согре­ше­ний и нис­по­сла­нии нам благ, во-первых, вечных и духов­ных, а во-вторых, вре­мен­ных и телес­ных.

По мере чистоты, какую при­об­ре­тает чей-либо ум, и по свой­ству состо­я­ния, в каком обре­та­ется моля­щийся, эти основ­ные виды молитвы еще более раз­но­об­ра­зятся, и поэтому можно ска­зать, что вообще никто не имеет молитвы совер­шенно еди­но­об­раз­ной. По мнению неко­то­рых учи­те­лей Церкви, про­ше­ние осо­бенно при­лично начи­на­ю­щим, кото­рые еще свя­заны узами житей­скими и еще уязв­ля­ются тер­нием поро­ков; бла­го­да­ре­ние — тем, чье пре­успе­я­ние в доб­ро­де­те­лях достигло некоей более высо­кой сте­пени духов­ного совер­шен­ства, откуда они бла­го­дарно и с любо­вью созер­цают мило­сти и щед­роты Гос­подни; сла­во­сло­вие — тем, кто, исторг­нув из сердец своих терния обли­че­ний сове­сти, спо­койно, чистым умом воз­но­сятся до созер­ца­ния совер­шенств высо­чай­ших, Боже­ствен­ных.

Оче­видно, что чело­век, даже еще и не достиг­ший духов­ного совер­шен­ства, может иногда вос­сы­лать чистые и усерд­ные молитвы. Даже и тот, кто еще при­вя­зан к земле, но воз­му­ща­ется помыс­лом о гря­ду­щем Суде, при­хо­дит иногда в такое сокру­ше­ние, что не менее горит серд­цем, чем тот, кто насла­жда­ется неиз­ре­чен­ным весе­льем и радо­стью при созер­ца­нии Боже­ствен­ных совер­шенств. Такой чело­век, зная, что только ради заслуг Спа­си­теля ему многое про­ща­ется, начи­нает, по слову Гос­пода, много любить (Лк. 7:40–50).

Ибо щедр и мно­го­мило­стив к нам, греш­ным, Отец Небес­ный! Сла­дость молит­вен­ного с Ним собе­се­до­ва­ния дает вку­шать как совер­шен­ным, так и несо­вер­шен­ным в жизни хри­сти­ан­ской, дабы всех спасти и при­ве­сти в разум истины; дабы все равно и с надеж­дой на одно мило­сер­дие Божие про­сили, искали и тол­кали до тех пор, пока не отвер­зутся двери бла­го­сти Божией, милу­ю­щей и спа­са­ю­щей всех нас, по единой любви Отца Небес­ного!

Братья и друзья! Вели­кое и высо­кое дело — молитва истин­ная! А кто из нас имеет хотя бы самые малые начатки молитвы истин­ной? Но не скор­бите и не отча­и­вай­тесь, а только про­сите Гос­пода Бога, чтобы бла­го­дать Все­свя­того Духа кос­ну­лась сердца нашего. Тогда и мы сможем про­слав­лять, бла­го­да­рить и про­сить мило­серд­ного Бога, как должно. Аминь.

Беседа 6. О сла­во­сло­вии

Дав общее поня­тие о молитве хва­леб­ной, бла­го­дар­ствен­ной и про­си­тель­ной, побе­се­дуем о каждой из них несколько подроб­нее, чтобы видеть и побуж­де­ния, и образцы для каждой из них. В молитве хва­леб­ной мы должны про­слав­лять Гос­пода Бога за Его высо­кие совер­шен­ства, види­мые во всех тво­ре­ниях. Если мы будем вни­ма­тельны, то увидим, что сама при­рода непре­станно про­слав­ляет Своего Творца пением птиц или тор­же­ствен­ным мол­ча­ли­вым вели­чием ноч­ного звезд­ного неба, тор­же­ством жиз­нен­ной силы и кра­соты, послу­ша­нием Про­мыслу, соде­лав­шему все благим, гар­мо­нич­ным и зако­но­мер­ным. По словам псал­мо­певца Давида, небеса пове­дают славу Божию, о делах же рук Его воз­ве­щает твердь (Пс. 18:2). В при­роде, на что ни посмот­ришь, все пре­мудро, все до бес­ко­неч­но­сти вели­ко­лепно и стройно. Все в мире являет непо­сти­жи­мое вели­чие Божие и бла­гость Творца. Солнце, луна и звезды, свет, огонь, вода, земля, все стихии, все твари, все живот­ные и венец тво­ре­ний Божиих — чело­век — все создано Словом Божиим, ожи­во­тво­ря­ется Его Духом и дер­жится Его силой и могу­ще­ством.

Потому псал­мо­пе­вец и при­зы­вает все создан­ные твари, небес­ные и земные, сло­вес­ные и бес­сло­вес­ные, оду­шев­лен­ные и неоду­шев­лен­ные,— про­слав­лять Бога, Творца своего: Хва­лите Гос­пода с небес, хва­лите Его в вышних. Хва­лите Его, все Ангелы Его; хва­лите Его, все Силы Его. Хва­лите Его, солнце и луна; хва­лите Его, все звезды и свет. Хва­лите Его, небеса небес и вода, кото­ра­я­пре­выше небес. Хва­лите Гос­пода от земли, змии и все бездны; огонь, град, снег, лед, ветер бурный, испол­ня­ю­щие слово Его; горы и все холмы, дре­ва­п­ло­до­нос­ные и все кедры; звери и все скоты, пре­смы­ка­ю­щи­еся и птицы пер­на­тые; цари земные и все люди, князи и все судии земные; юноши и девы, старцы с отро­ками (Пс. 148:1–4, 7–12).

В Апо­ка­лип­сисе также читаем, что Гос­поду, сидя­щему на небес­ном пре­столе,всякое созда­ние, нахо­дя­ще­еся на небе, и на земле, и под землей, и на море, и все, что в них, воз­дает бла­го­сло­ве­ние, и честь, и славу, и покло­не­ние во веки веков (Апок. 5:13).

Если Гос­пода славят и служат Ему все твари, даже без­душ­ные и бес­сло­вес­ные, как же не сла­во­сло­вить Гос­пода чело­веку, Божьему тво­ре­нию, разум­ному, сло­вес­ному и обла­го­де­тель­ство­ван­ному Им в высо­чай­шей сте­пени, чело­веку, кото­рому Сам Сын Божий послу­жил Своим воче­ло­ве­че­нием и устро­е­нием его веч­ного спа­се­ния?

О непре­мен­ной обя­зан­но­сти хри­стиан про­слав­лять Бога всеми силами души и телес­ной чисто­той св. апо­стол Павел писал в Посла­нии к корин­фя­нам: Про­слав­ляйте Бога и в телах ваших, и в душах ваших, кото­рые суть Божии (1Кор. 6:20). И Сам Гос­подь наш Иисус Хри­стос, запо­ве­дуя тво­рить добро, целью всей хри­сти­ан­ской нрав­ствен­но­сти поста­вил един­ственно славу Божию: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и про­слав­ляли Отца вашего Небес­ного (Мф. 5:16),— и, настав­ляя уче­ни­ков Своих, как должно молиться, прежде всего запо­ве­дал гово­рить так: «Отче наш, да свя­тится имя Твое». И Сам Он явил нам пример того, как про­слав­лять Бога, совер­шив по воле Отца Своего дело спа­се­ния чело­ве­че­ского. Ныне про­сла­вился Сын Чело­ве­че­ский, и Бог про­сла­вился в Нем. Я про­сла­вил Тебя на земле, совер­шил дело, кото­рое Ты пору­чил Мне испол­нить (Ин. 13:31; 17, 4). Все от века бла­го­уго­див­шие Богу нахо­дили высо­кое бла­жен­ство в сла­во­сло­вии Гос­пода. Бла­жени живу­щии в доме Твоем: в веки веков вос­хва­лят Тебя, — сви­де­тель­ствует пророк Давид (Пс. 83:5).

Как же нам должно про­слав­лять Бога, Творца нашего, в Троице Святой покла­ня­е­мого? И словом, и делом.

Глав­ное содер­жа­ние всего нашего пра­во­слав­ного бого­слу­же­ния — про­слав­ле­ние Гос­пода: и на вечерне, и на утрене, и на Литур­гии Св. Цер­ковь непре­станно сла­во­сло­вит Гос­пода. Все ее молитвы, чтения и пес­но­пе­ния начи­на­ются, или про­дол­жа­ются, или окан­чи­ва­ются сла­во­сло­вием Бога.

На вечерне поется тро­га­тель­ная песнь: «Свете тихий святыя славы Бес­смерт­наго Отца Небес­наго, Свя­таго, Бла­жен­наго, Иисусе Христе! При­шедше на запад солнца, видевше свет вечер­ний, поем Отца, Сына и Свя­таго Духа, Бога. Достоин еси во вся вре­мена пет быти гласы пре­по­доб­ными, Сыне Божий, живот даяй; темже мир Тя славит».

Во время утрен­него бого­слу­же­ния каждый день Пра­во­слав­ная Цер­ковь про­из­но­сит уми­ли­тель­ное сла­во­сло­вие, кото­рое вос­пе­вали Ангелы, про­слав­ляя Рож­де­ство Спа­си­теля от Прис­но­девы Марии: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в чело­ве­цех бла­го­во­ле­ние».

Осо­бенно тор­же­ственно Св. Цер­ковь сла­во­сло­вит Гос­пода на Боже­ствен­ной Литур­гии. Напри­мер, в Херу­вим­ской песне, моля­щи­еся в храме упо­доб­ля­ются Херу­ви­мам, сла­вя­щим Бога и вос­пе­ва­ю­щим Живо­тво­ря­щей Троице Три­свя­тую песнь: «Иже Херу­вимы тайно обра­зу­юще и Живо­тво­ря­щей Троице Три­свя­тую песнь при­пе­ва­юще, всякое ныне житей­ское отло­жим попе­че­ние». Далее в Евха­ри­сти­че­ском каноне моля­щи­еся при­но­сят Гос­поду сла­во­сло­вие и «жертву хва­ле­ния», звучит побед­ная песнь верных: «Свят, Свят, Свят Гос­подь Саваоф, исполнь небо и земля славы Твоея; осанна в вышних, бла­го­сло­вен Грядый во Имя Гос­подне, осанна в вышних».

В книгах Свя­щен­ного Писа­ния есть много хва­леб­ных песен, напри­мер, песнь пра­вед­ной Анны, став­шей мате­рью про­рока Саму­ила, силу молитвы кото­рой мы при­во­дили в пример в одной из преды­ду­щих бесед (1Цар. 2:1–10); песнь Бого­ро­дицы (Лк. 1:46–55); песнь Моисея (Исх. 15:1–19). В Псал­тири есть много хва­леб­ных псал­мов, с над­пи­са­нием: алли­луия, т. е. «хва­лите Бога». В этой беседе мы уже цити­ро­вали хва­леб­ный псалом 104. Почи­тайте также псалмы 105, 106, 110, 111, 112, 134, 145, 147, 148 и 150 — и вы уви­дите живое изоб­ра­же­ние славы Божией. Есть много хва­леб­ных молитв и ака­фи­стов: Спа­си­телю, Матери Божией и святым, осо­бенно про­слав­ля­е­мым Св. Цер­ко­вью.

Хри­сти­ане! Ходите чаще в цер­ковь Божию, моли­тесь с нею так, как она молится; читайте Боже­ствен­ные книги, осо­бенно бого­вдох­но­вен­ные хва­леб­ные псалмы про­рока Давида; чаще читайте с чув­ством и уми­ле­нием ака­фи­сты Христу Спа­си­телю, Его Пре­чи­стой Матери и святым угод­ни­кам Божиим. Таким обра­зом вы будете учиться, как пра­вильно молиться и про­слав­лять живым словом сла­ви­мого всеми тва­рями Бога.

Но самое высо­кое и полез­ное для чело­века про­слав­ле­ние Бога — это про­слав­ле­ние делами, достой­ными Бога! Живите честно, неуко­риз­ненно, по-хри­сти­ан­ски, как тре­бует святой закон нашей Пра­во­слав­ной Церкви и делайте, что вну­шает вам благая и чистая совесть. Живите так, чтобы и не покло­ня­ю­щи­еся Истин­ному Богу, глядя на вашу добрую хри­сти­ан­скую жизнь, ска­зали: «Велик и Свят Бог веры хри­сти­ан­ской, Кото­рому так свято и бла­го­честно служат нося­щие на себе Его святое имя».

Кто так про­сла­вит Гос­пода, в духе и истине, того и Сам Гос­подь про­сла­вит, если и не в сей жизни, то уж непре­менно в буду­щей, по непре­лож­ному Его обе­ща­нию: Про­славлю про­слав­ля­ю­щих Меня (1Цар. 2:30)! Аминь.

Беседа 7. О молитве бла­го­дар­ствен­ной

Самая первая и оче­вид­ная обя­зан­ность вся­кого чело­века — бла­го­да­рить Гос­пода Бога, Творца, Про­мыс­ли­теля и Пода­теля всех благ. К бла­го­дар­ной молитве рас­по­ла­гает сама при­рода чело­века, кото­рый рож­да­ется нагим и нищим, то есть ничего не име­ю­щим и не уме­ю­щим и во всем испы­ты­ва­ю­щим нужду — нам есте­ственно быть бла­го­дар­ными и роди­те­лям, и вос­пи­та­те­лям, и учи­те­лям, и вся­кому бла­го­де­телю. Но кто более Гос­пода нашего бла­го­де­тель­ствует нам? Он даро­вал нам бытие, в Его руках наша жизнь, и Он забо­тится о нас на всех путях ее. Им мы живем, дви­жемся и суще­ствуем (Деян. 17:28); от Него исхо­дят все дары, духов­ные и телес­ные; от Него мы полу­чили наш ум, наше здра­вие, душев­ное и телес­ное, все наше бла­го­со­сто­я­ние. Гос­подь дает нам пищу, одежду и покров; нежных роди­те­лей и добрых детей; любя­щих супру­гов, добрых началь­ни­ков, пре­успе­я­ние в вере и мир между людьми. От Него нис­хо­дит все доброе, все нужное и полез­ное для нас.

Он же посы­лает дожди и бла­го­рас­тво­ре­ние воз­духа, урожай на полях и в садах; Он не только забо­тится о насущ­ном для нас, но и дарит нам радость невин­ных удо­воль­ствий и насла­жде­ний: кра­соту и мно­го­об­ра­зие при­роды, нежные аро­маты цветов и чудес­ное пение птиц.

Он любит и питает нас не только на земле и для земли, но с осо­бен­ной Оте­че­ской любо­вью ведет нас к бла­жен­ной веч­но­сти и цар­ству, кото­рое Он уго­то­вал для нас на небе­сах. Он Сына Своего Еди­но­род­ного не поща­дил, но ради нас и нашего спа­се­ния предал Его на смерть (Рим. 8:32). Мало того, что в бес­чис­лен­ных дарах и щед­ро­тах Своих про­яв­ляет Гос­подь любовь Свою к чело­веку, но даже гне­ва­ясь и нака­зы­вая, Он пока­зы­вает неиз­мен­ную высо­чай­шую Оте­че­скую заботу и попе­че­ние о чело­веке, ибо цель Его нака­за­ний — это всегда наше исправ­ле­ние для жизни вечной.

Помимо этой есте­ствен­ной потреб­но­сти чело­века бла­го­да­рить своего Бла­го­де­теля, Творца и Про­мыс­ли­теля, мы, хри­сти­ане, имеем и апо­столь­скую запо­ведь отно­си­тельно бла­го­дар­ствен­ной молитвы. Апо­стол Павел ясно сказал: За все бла­го­да­рите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе (1Фес. 5:18). Вспом­ним также случай с деся­тью про­ка­жен­ными, про­сив­шими у Гос­пода исце­ле­ния. По про­мыслу Божию они очи­сти­лись посте­пенно, пока шли пока­заться свя­щен­ни­кам. Когда же один из них, видя, что исце­лен, вер­нулся к Иисусу, пал к ногам Его и бла­го­да­рил, про­слав­ляя Бога, тогда Гос­подь наш Иисус Хри­стос сказал: Не десять ли очи­сти­лись? Где же прочие девять? Как они не воз­вра­ти­лись и не пришли воз­дать славу Богу? (Лк. 17:12–18). Так, Сам Спа­си­тель, обли­чая девять небла­го­дар­ных про­ка­жен­ных, ясно ука­зы­вает на необ­хо­ди­мость бла­го­да­ре­ния Бога.

К сожа­ле­нию, многие забы­вают побла­го­да­рить Бога за Его щедрую милость или за какое-либо кон­крет­ное бла­го­де­я­ние. А ведь надо бла­го­да­рить Бога не только за при­ят­ное, но и за все скорб­ное,

что бывает с нами, ибо все посы­лает нам Бог для нашей пользы и вра­зум­ле­ния, для нашего блага и веч­ного спа­се­ния. Тот же, кто не только не бла­го­да­рит, но еще и ропщет, сильно погре­шает.

Где же найти руко­вод­ство для того, чтобы научиться быть бла­го­дар­ным и воз­но­сить к Богу бла­го­дар­ствен­ные молитвы?

В бого­слу­же­ниях нашей Пра­во­слав­ной Церкви нередко молитвы бла­го­дар­ствен­ные бывают одно­вре­менно и хва­леб­ными. И наобо­рот, созер­цая вели­чие Божие, мы при­по­ми­наем и полу­ча­е­мые от Него бла­го­де­я­ния, поэтому в одно и то же время и сла­во­сло­вим, и бла­го­да­рим Гос­пода. На Боже­ствен­ной Литур­гии свя­щен­ник воз­гла­шает от лица всех веру­ю­щих: «Бла­го­да­рим Гос­пода»,— и далее воз­но­сятся сла­во­сло­вия Пре­свя­той Троице. С особым бла­го­го­ве­нием и тре­пе­том во время Евха­ри­сти­че­ского канона хор поет: «Тебе поем, Тебе бла­го­сло­вим, Тебе бла­го­да­рим, Гос­поди, и молим Ти ся, Боже наш».

Итак, кто хочет бла­го­да­рить Гос­пода — пусть идет в св. цер­ковь, молится и бла­го­да­рит с нею. Тем более что в храме иногда совер­ша­ется и осо­бен­ное бла­го­дар­ствен­ное моле­ние, или бла­го­дар­ствен­ный моле­бен. Иди, объяви слу­жи­те­лям Церкви радость твоего сердца и необ­хо­ди­мость изли­я­ния бла­го­дар­ной души твоей пред Гос­по­дом твоим. Тебе будет сладко и уте­ши­тельно, когда свя­щен­ники и другие веру­ю­щие воз­не­сут бла­го­дар­ное моле­ние Гос­поду Богу вместе с тобой, и молитва твоя окры­лится!

Обра­зец пре­вос­ход­ной молитвы бла­го­дар­ствен­ной — молитвы по при­ча­ще­нии. А если угодно тебе и в доме своем побла­го­да­рить Гос­пода молит­вою сердца, сове­туем читать псалмы царя Давида, кото­рый в жизни много пре­тер­пел, много свер­ши­лось над ним чудных бла­го­де­я­ний от Выш­него. Пророк Божий Давид всем серд­цем своим любил Гос­пода, и поэтому от всей души бла­го­да­рил и славил Его, и своей рукой напи­сал многие бла­го­дар­ствен­ные песни (псалмы: 17, 123, 128, 115, 117). Аминь.

Беседа 8. О молитве про­си­тель­ной

Как уже гово­ри­лось выше, про­си­тель­ная молитва более других видов молитвы понятна и близка ново­на­чаль­ным. Ведь и само слово «молитва» озна­чает уси­лен­ную просьбу, про­ше­ние. Мы обра­ща­емся с моль­бою к Мило­серд­ному Гос­поду, когда чув­ствуем нужду в Его помощи или просим Его о чем-то необ­хо­ди­мом или даже об особом даре, также, глу­боко созна­вая свое недо­сто­ин­ство, когда испра­ши­ваем у Него про­ще­ния в соде­ян­ных нами пре­гре­ше­ниях. Этот вид молитвы весьма близок чело­веку и необ­хо­дим на каждом шагу его жизни.

Сами по себе мы слабы, бедны; без помощи Божией ничего не можем ни сде­лать, ни помыс­лить доб­рого, ни отвра­тить от себя опас­но­сти, ни защи­тить себя от зла; без благ и даров Божиих вообще не можем ни жить, ни даже суще­ство­вать. А сколько паде­ний и грехов совер­шаем мы бук­вально каждую минуту нашей жизни? Жить же под стра­хом суда Божия весьма тягостно,— осо­бенно когда совесть наша про­бу­дится и пред­ста­вит кара­ю­щую руку Пра­вед­ного Бога. Поэтому каждый день, каждый час, каждую минуту чело­веку должно пом­нить свою немощь и про­сить Гос­пода о помощи и заступ­ле­нии, или о пода­я­нии ему насущ­ных даров или о про­ще­нии его согре­ше­ний и поми­ло­ва­нии.

Где найти образцы про­си­тель­ной молитвы? Тоже в бого­слу­же­ниях нашей Пра­во­слав­ной Церкви, кото­рая каждое слу­же­ние свое начи­нает про­ше­ни­ями (екте­ни­ями) о всех нужных дарах бла­го­сти Божией. А самая высо­кая и образ­цо­вая про­си­тель­ная молитва — это молитва Гос­подня «Отче наш», исшед­шая из слад­чай­ших уст Самого Гос­пода Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. В ней содер­жатся все роды про­ше­ний и все виды нужд чело­ве­че­ских: в ней просим и о хлебе насущ­ном, нужном для тела и души, просим и о цар­ствии небес­ном, просим об остав­ле­нии нам пре­гре­ше­ний, и об избав­ле­нии нас от опас­но­сти поте­рять веру или впасть в тяжкий грех, и, нако­нец, об уда­ле­нии от нас вся­кого зла и самого духа злобы, врага нашего спа­се­ния. Эту молитву вся­кому хри­сти­а­нину должно читать бес­пре­станно, и мало того, надо учиться, пони­мая глу­бо­кое зна­че­ние каж­дого слова, погру­жаться всею мыслию и душою в сокро­вен­ную силу и сла­дость ее.

Если молишься с чув­ством и сер­деч­ным уми­ле­нием, то этого доста­точно для начала, но, как гово­рил св. апо­стол Павел, нужно стре­миться и к боль­шим даро­ва­ниям (1Кор. 12:31). Сде­лайте слова молитвы Гос­под­ней своим сер­деч­ным побуж­де­нием и про­ше­нием, то есть умо­ляйте Гос­пода о даро­ва­нии вам страха Божия, зная, что он есть начало спа­се­ния; молите Его о том, чтобы воз­лю­бить Его всем серд­цем и охла­деть к миру; чтобы научиться тво­рить волю Божию и не слу­жить своим стра­стям; нако­нец, моли­тесь, чтобы Гос­подь отверз для вас двери истин­ного пока­я­ния и помог вам испол­нять запо­ведь о любви к ближ­нему и нести свой крест. И таким обра­зом молитва Гос­подня станет вашим учи­те­лем, помо­жет вам сде­лать свою жизнь истинно хри­сти­ан­ской и научит, как пра­вильно молиться. Моли­тесь, хри­сти­ане, так, как научил нас молиться Сам Гос­подь наш Иисус Хри­стос. Молит­вою Гос­под­нею можно все испро­сить у Бога; лишь помните о том, что молиться надо не только устами, но и всем умом, то есть не отвле­ка­ясь, и всем серд­цем, то есть искренне желая того, о чем гово­рится в молитве.

У про­рока Давида много про­си­тель­ных псал­мов, где со всею силою изоб­ра­жены чув­ства созна­тель­ной души, воз­но­ся­щейся горе — к Богу. Много псал­мов, в кото­рых моля­щийся пророк, будучи про­ник­нут глу­бо­ким чув­ством своих немо­щей, пла­менно просит Гос­пода — Отца Светов — про­све­тить очи его, утвер­дить стопы, даро­вать силы и уте­шить его на пути к Боже­ствен­ному свету. Есть много псал­мов, где живо изли­лись неиз­гла­го­лан­ные воз­ды­ха­ния Духа, хода­тай­ству­ю­щего о спа­се­нии. Читайте псалмы: 118, 16, 85, 89, 101, 141 и подоб­ные, и нази­дайте себя во спа­се­ние.

При чтении же псал­мов не сму­щай­тесь тем, что вы не сразу будете пони­мать весь смысл какого-либо псалма; здесь не тре­бу­ется полное пони­ма­ние, как в других молит­вах, в виду осо­бого зна­че­ния Бого­дух­но­вен­ной Псал­тыри. Псалмы научают чита­ю­щего их самому духу молитвы, низ­водя бла­го­дать Свя­таго Духа в ум и сердце, при этом таин­ственно Дух Святой Сам молится за нас, если мы с долж­ным усер­дием и бла­го­го­ве­нием читаем псалмы, даже и не совсем их пони­мая.

Известно много слу­чаев, когда само по себе чтение псал­мов испол­няло чудес­ным обра­зом даже невы­ска­зан­ные в молитве завет­ные жела­ния и насущ­ные потреб­но­сти моля­ще­гося, ибо Бог знает наши нужды и не тре­бует изло­же­ния просьбы, но смот­рит на готов­ность нашего сердца при­нять Его дар, а чтение псал­мов как раз и под­го­тав­ли­вает сердце к при­ня­тию бла­го­дати, смяг­чает, уми­ро­тво­ряет, очи­щает и освя­щает его. При полном же пони­ма­нии смысла псалма, сердце моля­ще­гося силою Духа Свя­того укреп­ля­ется в стрем­ле­нии к бого­уго­жде­нию и реши­мо­сти укло­няться от зла. Все Святые Отцы и учи­тели Церкви при­да­вали огром­ное зна­че­ние чтению (и пению) псал­мов для хри­сти­а­нина.

В нашей Пра­во­слав­ной Церкви много молитв и кано­нов, напи­сан­ных в духе про­си­тель­ной и вместе с тем пока­ян­ной молитвы. К ним отно­сятся молитвы утрен­ние и вечер­ние, канон молеб­ный ко Пре­свя­той Бого­ро­дице, и многие другие. Эти молит­во­сло­вия чрез­вы­чайно тро­га­тельны и уми­ли­тельны, они успо­ка­и­вают душу, пора­жен­ную какою-либо скор­бью. Такие молитвы надо очень хорошо пони­мать и не забы­вать читать посто­янно! А кто не может читать, должен про­сить других помочь ему или слу­шать такие молитвы в храме, лучше же всего выучить несколько таких молитв наизусть.

Молитв соб­ственно пока­ян­ных в нашей Пра­во­слав­ной Церкви тоже много. Осо­бенно уми­ли­те­лен канон св. Андрея Крит­ского, чита­е­мый в храме на неко­то­рых бого­слу­же­ниях во время Вели­кого Поста. Для слу­ша­ния этого пока­ян­ного канона должно непре­менно при­хо­дить на все вечерни в первую сед­мицу Вели­кого поста и в среду чет­вер­той недели. Уди­ви­тельно тро­га­тельны молитвы пред Святым При­ча­ще­нием. Наи­бо­лее крат­ким и совер­шен­ным образ­цом пока­ян­ной молитвы явля­ется 50‑й псалом Давида; сюда же можно отне­сти и псалмы: 6, 12, 37, 38, и другие. Здесь же надо доба­вить, что осо­бенно жела­тельно читать Псал­тырь во время св. поста для более пол­ного пока­я­ния и долж­ного при­го­тов­ле­ния к при­ня­тию Св. Таин, ибо вся Псал­тырь есть пре­вос­ход­ная молитва души пре­дан­ной, бла­го­го­вей­ной и сокру­шен­ной пред Серд­це­вед­цем Богом. Аминь.

Беседа 9. О молитве внут­рен­ней и внеш­ней

Человек состоит из души и тела, и Бога он должен про­слав­лять и в душе и в теле. Сле­до­ва­тельно, и молитва может быть как внут­рен­ней, то есть мол­ча­ли­вой и тайной, так и внеш­ней, то есть слы­ши­мой и види­мой для других.

При внут­рен­ней молитве чело­век бесе­дует с Богом умом и серд­цем, без наруж­ных дей­ствий. Так, Моисей при виде войск фара­она у Черм­ного моря не про­из­но­сил вслух слов молитвы, но Гос­подь сказал ему: Что ты вопи­ешь ко Мне? (Исх. 14:15). И Анна, мать Саму­и­лова, о кото­рой мы уже дважды упо­ми­нали, тоже изли­вала пред Гос­по­дом душу свою без слов, правда, можно было видеть, как дви­га­лись ее губы (1Цар. 1:13). Есть ука­за­ния на такую молитву и у про­рока Давида: Гос­поди, пред Тобою все жела­ние мое, и воз­ды­ха­ние мое от Тебя не ута­и­лось. Я же, как глухой, не слышал, и, как немой, не отвер­зал уст своих. Ибо на Тебя, Гос­поди, уповал, Ты услы­шишь, Гос­поди Боже мой (Пс. 37, стихи 10, 14, 16).

При внеш­ней молитве чело­век свои про­ше­ния и жела­ния сердца выра­жает сло­вами, покло­нами, коле­но­пре­кло­не­нием, крест­ным зна­ме­нием и дру­гими наруж­ными зна­ками бла­го­го­ве­ния, напри­мер: воз­де­я­нием рук к небу, сле­зами, воз­ды­ха­ни­ями.

Какая молитва совер­шен­нее? Как мы уже упо­ми­нали, насто­я­щая молитва должна тво­риться в духе и истине (Ин. 4:24). То есть ум, сердце и дух чело­века должны без­условно участ­во­вать в молитве как сред­стве обще­ния чело­века с Богом, ибо Бог есть дух (там же). Дух чело­ве­че­ский, отре­ша­ю­щийся от всего зем­ного, погру­жен­ный в глу­бо­кое созна­ние вели­чия Божия и воз­но­ся­щийся к Богу, есть жертва, угод­ная Богу (Пс. 50:19).

Но чело­век не может себя пол­но­стью выра­зить без уча­стия своего тела, даже в молитве, ибо для него вполне есте­ственно пре­даться молитве цели­ком и пол­но­стью, всем своим суще­ством. Поэтому Гос­подь сказал: От избытка сердца гово­рят уста (Мф. 12:34). Чело­век, даже неза­метно для себя, если он очень сильно что-то пере­жи­вает, начи­нает изли­вать душу свою в словах или пении, в слезах или рыда­ниях, или даже во внеш­них жестах. Поэтому внеш­няя молитва, осо­бенно поклоны и другие знаки бла­го­го­ве­ния, явля­ется есте­ствен­ным выра­же­нием внут­рен­ней молитвы. Вспом­ним, как мытарь ударял себя в грудь от избытка пока­ян­ных чувств, и Гос­подь принял его молитву и поста­вил в пример его пока­я­ние.

Но конечно, такая молитва, дохо­дя­щая до само­заб­ве­ния, будет бого­угод­ной только при усло­вии уеди­не­ния. Если же чело­век нахо­дится в храме или в другом людном месте, он должен сдер­жи­вать себя, не пока­зы­вать внешне свое бла­го­че­стие, подобно фари­сею. Осо­бенно при обще­ствен­ной молитве в храме необ­хо­димо соблю­дать во всем поря­док и бла­го­чи­ние. Здесь даже под­пе­ва­ние хору певчих не всегда будет уместно, тем более нельзя под­пе­вать свя­щен­но­слу­жи­те­лям или про­из­но­сить вслух слова молитвы; поклоны и крест­ное зна­ме­ние в храме надо делать сооб­разно Цер­ков­ному уставу.

В чистом виде, без вся­кого внеш­него выра­же­ния, внут­рен­няя молитва уместна и очень удобна для чело­века, кото­рый по какой-либо при­чине не может уеди­ниться и должен совер­шать свою молитву совер­шенно тайно от окру­жа­ю­щих. Где бы мы ни были и чтобы мы ни делали, всегда умом и серд­цем можем вопи­ять к Богу: «Гос­поди, поми­луй меня! Гос­поди, спаси меня! Гос­поди, не оставь меня!» Если чело­век нахо­дится в пути или среди толпы, можно неза­метно для других про себя читать псалмы, напри­мер, 50‑й или 90‑й, или другие, кото­рые хра­нятся в памяти.

Вот, что об этом сказал свт. Иоанн Зла­то­уст: «Как воз­можно, ска­жешь мне, чело­веку свет­скому, име­ю­щему обя­зан­ность службы, молиться по три часа и при­хо­дить в Цер­ковь? Воз­можно и весьма легко. Если же когда и нельзя тебе прийти в цер­ковь, так можно, и нахо­дясь в при­сут­ствен­ном месте, совер­шить моле­ние при заня­тии делами, потому что для этого не столько нужно слово, сколько мысль; не столько про­сти­ра­ние рук, сколько напря­же­ние души; не столько опре­де­лен­ное поло­же­ние тела, сколько рас­по­ло­же­ние духа. Анна, мать про­рока Саму­ила, была услы­шана не потому, чтобы испус­кала гром­кий и силь­ный вопль, но потому, что сильно взы­вала внут­ренне — серд­цем. И не было слышно голоса ее,— гово­рит Писа­ние (1Цар. 1:13). Но Бог услы­шал ее.

Не станем же гово­рить в свое оправ­да­ние и того, что дом молитвы неблизко. Бла­го­дать Духа нас самих сде­лала хра­мами Божи­ими, если только мы бди­тельны. Где бы ты ни был, везде сердце твое может быть жерт­вен­ни­ком. Покажи только добрую волю, и не поме­шает тебе в этом место, не вос­пре­пят­ствует и время. Если ты и не пре­кло­нишь колен, не ста­нешь бить себя в грудь и не про­стрешь рук к небу, а только пока­жешь горя­чую душу — то сде­ла­ешь все нужное для молитвы. Можно и жене, сидя за прял­кой или зани­ма­ясь тка­че­ством, воз­не­сти ум свой горе и воз­звать с усер­дием к Богу. Можно и мужу, нахо­дясь в путе­ше­ствии, совер­шать вни­ма­тель­ные молитвы. А кому-то, сидя в мастер­ской и сшивая кожи, можно воз­не­сти душу ко Гос­поду. И слуге, зани­ма­ясь покуп­ками, входя в дом и исходя из него, или рабо­тая на кухне (когда нельзя идти в цер­ковь), можно совер­шать искрен­нюю и усерд­ную молитву.

Бог не гну­ша­ется местом. Он тре­бует только пла­мен­ного сердца и чистой души. А чтобы уве­риться тебе, что для молитвы, при случае, не тре­бу­ется ни опре­де­лен­ное поло­же­ние тела, ни место, ни время, но мысль твер­дая и бла­го­го­вей­ная, то вспомни ап. Павла, кото­рый, лежа в тем­нице, рас­про­стер­тый и совсем не спо­соб­ный стоять (этого не поз­во­ляла ему колода, в кото­рую забиты были ноги его), все же молился и в таком поло­же­нии с усер­дием. Его молитва потрясла тем­ницу до самого осно­ва­ния, устра­шила тем­нич­ного стража и рас­по­ло­жила его к при­ня­тию Свя­того Кре­ще­ния. Также и царь Езекия, не стоя прямо и не пре­кло­нив колен, но лежа на постели, по при­чине болезни, и повер­нув­шись к стене, лишь с горя­чим и искрен­ним усер­дием из глу­бины души воз­звал к Богу,— и отме­нен был уже объ­яв­лен­ный ему при­го­вор. Он воз­вра­тил себе бла­го­во­ле­ние Божие и полу­чил преж­нее здо­ро­вье. Один во рве, напол­нен­ном тиною, другой во рве льви­ном, а третий даже внутри кита, при­звав Бога, избе­гал вся­кого бед­ствия и полу­чал небес­ную милость.

Говоря это, в то же время и убеж­даю вас,— про­дол­жает свт. Иоанн Зла­то­уст,— чаще при­хо­дить в цер­ковь и дома молиться уеди­ненно во всякое сво­бод­ное время с пре­кло­не­нием колен и воз­де­я­нием рук. Если же в какое-либо время или в каком-либо месте будете нахо­диться среди других людей, тогда, чтобы не остав­лять молитв, необ­хо­димо совер­шать их и при­зы­вать Бога таким обра­зом, как я, по любви своей, сказал вам. Не теряйте надежду, что и от такой молитвы вы при­об­ре­тете не мень­шую пользу и жизнь про­ве­дете в спо­кой­ствии и полу­чите цар­ствие небес­ное»[18].

Вспом­ним еще пре­крас­ное хри­сти­ан­ское пра­вило, данное Вла­ди­ми­ром Моно­ма­хом детям своим отно­си­тельно внут­рен­ней молитвы. «Дети мои,— гово­рил он,— в пути на коне, не имея дела, вместо сует­ных мыслей читайте наизусть молитвы или повто­ряйте хотя бы самую крат­кую, но лучшую: «Гос­поди, поми­луй!»

Итак, мы видим, что иногда молитва внут­рен­няя не сопро­вож­да­ется внеш­ней молит­вой, то есть внеш­ними зна­ками бла­го­го­ве­ния. Однако внеш­няя молитва не может быть бого­угод­ной сама по себе, без молитвы внут­рен­ней, ибо, как мы пока­зали выше, она явля­ется всего лишь внеш­ним выра­же­нием внут­рен­ней молитвы. Без воз­но­ше­ния ума и сердца к Гос­поду, без страха Божия и долж­ной веры в Него внеш­ние дви­же­ния, изоб­ра­жа­ю­щие молит­вен­ное дей­ствие, явля­ются лице­ме­рием и не только не угодны Богу, но и про­гнев­ляют Его. О такой погре­ши­тель­ной молитве мы отча­сти упо­мя­нули в первой беседе. Здесь же еще доба­вим, что устное внеш­нее чтение молитвы без внут­рен­него молит­вен­ного устро­е­ния, без уча­стия в молитве ума и сердца, явля­ется грехом празд­но­сло­вия и упо­ми­на­ния имени Божия всуе.

Что же надо делать, чтобы не согре­шать неугод­ной Богу, лице­мер­ной или сует­ной молит­вой? Начи­ная молиться, и даже прежде молитвы, надо мыс­ленно взойти на умное небо и отре­шиться от зем­ного тяго­те­ния и суеты, надо помыс­лить о непо­сти­жи­мом вели­чии Божием, Его вез­де­су­щии, все­ве­де­нии, все­мо­гу­ще­стве; вспом­нить, что Ему со стра­хом пред­стоят непо­сти­жи­мые для нас мно­же­ства Анге­лов и Сил Небес­ных; здесь же можно вспом­нить, что Бог создал весь мир, землю, и небо, и все, что в них, что Он слышит не только каждое наше слово, но и знает каждое наше помыш­ле­ние сер­деч­ное; нако­нец, надо помыс­лить, что Он свят и пра­ве­ден, и гну­ша­ется всякой неправды и нечи­стоты, и тут же надо помыс­лить о нашей гре­хов­но­сти, нечи­стоте, сует­но­сти и вообще ничтож­но­сти. Кто будет таким обра­зом гото­виться к молитве, осо­бенно в уеди­не­нии, в ночной час или ранним утром, тот непре­менно испол­нится страха Божия и сокру­шится серд­цем.

Если же так черство у кого-нибудь сердце, что и этим раз­мыш­ле­нием не смяг­ча­ется, тогда можно класть усерд­ные поклоны и читать псалмы, кото­рые воз­буж­дают в сердце страх Божий, напри­мер, псалмы 5, 10, 35, 36, 49, 50, 93, и осо­бенно псалом 140. Если и это не помо­жет, надо изме­нить жизнь свою: поми­риться со всеми, всех про­стить, попро­сить про­ще­ния у тех, кого оби­дели, и очи­стить совесть свою, испра­вив все, в чем она обли­чает. Надо во всем ста­раться быть воз­дер­жан­нее, осо­бенно сдер­жи­вать язык свой, больше мол­чать и чаще помыш­лять о веч­но­сти, смерти и буду­щем нака­за­нии для греш­ни­ков; читать жития святых, глав­ным обра­зом пре­по­доб­ных отцов, кото­рые стя­жали дар молитвы, Св. Писа­ние и духов­ную лите­ра­туру, попы­таться вник­нуть в смысл молит­во­сло­вий. Если же чув­ство страха Божия все же не при­хо­дит, не надо отча­и­ваться, не надо и остав­лять молитву, но каждый раз долж­ным обра­зом ста­раться при­го­то­виться к ней и молиться вни­ма­тельно. Про­сите, и дано будет вам; ищите, и най­дете; сту­чите, и отво­рят вам; ибо всякий про­ся­щий полу­чает, и ищущий нахо­дит, и сту­ча­щему отво­рят (Мф. 7, 7–8). Аминь.

Беседа 10. О молитве непре­стан­ной

Высшее каче­ство молитвы внут­рен­ней есть молитва непре­стан­ная. Она бывает тогда, когда чело­век внутри своего сердца и во глу­бине духа со сми­ре­нием и верою непре­станно воз­во­дит мысль и сердце к Серд­це­ведцу и Вла­дыке. Такой чело­век молится всегда и везде, во всяком поло­же­нии и при всяком деле: при сто­я­нии и сиде­нии, при хож­де­нии и отдох­но­ве­нии, при делах част­ных и обще­ствен­ных, при раз­го­во­рах и мол­ча­нии, при при­ня­тии пищи и пития, в уеди­не­нии и в обще­стве.

Люди опыт­ные в молит­во­сло­вии, монахи и отшель­ники, молятся непре­станно. О них еще гово­рят, что они творят молитву Иису­сову. Сама по себе молитва Иису­сова очень проста, она заклю­ча­ется в непре­стан­ном умном или сер­деч­ном при­зы­ва­нии спа­си­тель­ного имени Иисуса Христа: «Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, поми­луй мя, греш­наго!» Или: «Иисусе Христе, Сыне Божий, спаси мя, поги­ба­ю­щего!»

Имя Иисуса Христа много значит для веру­ю­щего: ибо нет дру­гого имени под небом, дан­ного чело­ве­кам, кото­рым над­ле­жало бы нам спа­стись (Деян. 4:12). Одним именем Иисуса Христа апо­столы и пре­по­доб­ные тво­рили чудеса: бесов изго­няли, немощ­ных вра­че­вали, тайное про­зре­вали, гря­ду­щее пред­ска­зы­вали. Гос­подь дал веру­ю­щим в Него такое обе­то­ва­ние: Если чего попро­сите у Отца во имя Мое, то сделаю (Ин. 14:13).

Гос­подь наш Иисус Хри­стос запо­ве­дал своим уче­ни­кам всегда молиться и не уны­вать (Лк. 18:1), бодр­ство­вать во всякое время и молиться (Лк. 21:36). Святой апо­стол Павел также писал хри­сти­а­нам: Непре­станно моли­тесь. За все бла­го­да­рите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе (1Фес. 5:17–18). Он же и в другом месте запо­ве­дал: Всякою молит­вою и про­ше­нием моли­тесь во всякое время духом (Еф. 6:18).

Нет ни одной минуты в жизни чело­века, когда бы он был сво­бо­ден от воз­мож­но­сти гре­хо­па­де­ния, от козней диа­воль­ских, нако­нец, от какой-либо опас­но­сти или угрозы для его жизни и здо­ро­вья. Каждую минуту чело­век нуж­да­ется в помощи Божией, и поэтому каждую минуту он должен при­зы­вать в уме и сердце своем Гос­пода, Кото­рый один хранит его жизнь, непре­станно соблю­дает его во всех напа­стях, спа­сает от вся­кого зла. Гос­подь всегда готов вни­мать нашей молитве или нашему к Нему обра­ще­нию, только бы совер­ша­лось оно в духе и истине.

По запо­веди Гос­под­ней — про­сить обо всем во имя Его и непре­станно молиться — и по духов­ной потреб­но­сти в непре­стан­ной молитве пре­по­доб­ные и бого­нос­ные Святые Отцы наши и уста­но­вили тво­рить молитву Иису­сову, и много о ней напи­сали духов­ных настав­ле­ний. Опыт непре­стан­ной духов­ной молитвы и учение о ней широко пред­став­лены в собран­ных в книге под назва­нием «Доб­ро­то­лю­бие» тво­ре­ниях святых Мака­рия Еги­пет­ского, Исаака Сирина, Нила Сор­ского, Симеона Нового Бого­слова, Гри­го­рия Сина­ита, и других. О молитве Иису­со­вой учили также старец Паисий Велич­ков­ский и пре­по­доб­ный Сера­фим Саров­ский.

Конечно, нам, ново­на­чаль­ным, еще не уме­ю­щим вообще молиться, нельзя сразу осва­и­вать изящ­ней­шее и все­со­вер­шен­ней­шее тво­ре­ние умной молитвы. Это и понятно: тот, кто не умеет ходить, не будет пытаться влезть на высо­кую вер­шину. Но и мы можем непре­станно помыш­лять о Боге, о веч­но­сти, о смерт­ном часе, о жизни буду­щего века, о еван­гель­ских собы­тиях, запо­ве­дях, о Про­мысле Божием, о житии святых и их нази­да­ниях, словом, в законе Гос­под­нем поучаться день и ночь (Пс. 1:2), вни­ма­тельно сле­дить за своими мыс­лями и чув­ствами, укло­няться от вся­кого зла и вся­кого греха и понуж­дать себя со стра­хом Божиим испол­нять все наши обя­зан­но­сти. И это уси­лен­ное вни­ма­ние к себе, непре­стан­ное памя­то­ва­ние о Боге, о том, что мы ходим пред Ним и Он все видит и слышит, также явля­ется непре­стан­ной молит­вой.

Вот что сказал об этом свт. Васи­лий Вели­кий: «Надо не столько в словах заклю­чать молитву, сколько видеть силу ее в душев­ном про­из­во­ле­нии и в доб­ро­де­тель­ных дей­ствиях, с молит­вою совер­ша­е­мых всегда, в тече­ние целой жизни, ибо ска­зано: Едите ли, пьете ли, или иное что дела­ете, все делайте во славу Божию (1Кор. 10:31). Сидишь за столом,— про­дол­жает все­лен­ский учи­тель,— твори молитву. Вку­ша­ешь хлеб — воз­да­вай бла­го­да­ре­ние Пода­телю. Под­креп­ля­ешь вином немощь тела — помни Нис­по­слав­шего тебе дар сей на весе­лье сердцу и в облег­че­ние неду­гов. Пита­ешь ли себя пищей — и тогда не пре­кра­щай памя­то­ва­ния о Бла­го­де­теле. Наде­ва­ешь рубашку — обра­тись с бла­го­да­ре­нием к Дав­шему. Обле­ка­ешься в верх­нюю одежду — и тогда воз­неси ум твой к Богу, Даро­вав­шему нам при­кры­тие удоб­ное и для зим­него и для лет­него вре­мени, спо­соб­ное и сохра­нять здо­ро­вье наше, и при­кры­вать наготу. Прошел день — бла­го­дари Создав­шего солнце, при свете кото­рого мы совер­шаем днев­ные дела свои, и Дав­шего огонь, чтобы светил нам во время мрака и служил для многих других житей­ских нужд. А когда насту­пит ночь, тогда откро­ются для тебя еще и другие побуж­де­ния к молитве. Взи­ра­ешь на небо, пле­ня­ешься кра­со­тою звезд — воз­неси моле­ние Творцу, соверши сла­во­сло­вие Вер­хов­ному Худож­нику мира, Кото­рый все пре­муд­ро­стью сотво­рил. Когда же будет время сна, поверг­нись пред Тем, Кто посред­ством сна невольно иногда успо­ка­и­вает нас от непре­рыв­ных трудов и тем вос­ста­нав­ли­вает кре­пость сил наших. Таким обра­зом непре­станно будешь молиться, не в словах заклю­чая молитву, но через все тече­ние жизни при­бли­жа­ясь к Богу, чтобы жизнь твоя была непре­рыв­ною и непре­стан­ною молит­вою»[19].

Свя­ти­тель Гри­го­рий Бого­слов так гово­рил о непре­стан­ной молитве: «Памя­то­ва­ние о Боге необ­хо­ди­мее, чем дыха­ние, и без сего памя­то­ва­ния не должно ничего делать. И я из числа одоб­ря­ю­щих слово, кото­рое пове­ле­вает поучаться день и ночь, взы­вать к Богу вече­ром, и утром, и в пол­день, позна­вать и бла­го­слов­лять Гос­пода во всякое время (псалмы 1, 54, 33). А вслед за Мои­сеем добавлю, что должно памя­то­вать о Боге и ложась, и вста­вая, и идя доро­гой (Втор. 6:7), и испол­няя дела свои, и этим памя­то­ва­нием непре­станно воз­во­дить себя к чистоте»[20].

Итак, умо­ляем вас: не отлу­чайте сердец ваших от Бога, но при­лежно хра­ните их от вся­кого злого помыш­ле­ния или чув­ства непре­стан­ною памя­тью о Гос­поде нашем Иисусе Христе. Аминь.

Беседа 11. О соеди­не­нии молитвы внут­рен­ней с внеш­ней

Молитва есть сер­деч­ное собе­се­до­ва­ние чело­века с Богом. Может ли быть такое собе­се­до­ва­ние без внут­рен­него мира? Нет. Может ли быть мир внут­рен­ний без согла­сия души с телом? Нет. Может ли быть строй­ное согла­сие там, где душа хотела бы воз­но­ситься, желала бы чув­ство­вать и бла­го­го­веть, а тело, скло­нив­шись вниз, нахо­ди­лось бы в сонном, полу­мерт­вом состо­я­нии? Оче­видно, нет! Сле­до­ва­тельно, истин­ная, сер­деч­ная молитва — молитва живая, бодр­ствен­ная, воз­вы­ша­ю­щая до небес душу и дела­ю­щая легким, как бы незем­ным и непло­тя­ным тело чело­ве­че­ское — должна быть такой, кото­рая обни­мала бы всего чело­века, и внут­рен­него, и внеш­него.

Мы отно­симся к миру внеш­нему, кото­рый влияет на наш мир внут­рен­ний, поэтому необ­хо­димо соеди­нять молитву внут­рен­нюю с внеш­ней.

Живя боль­шей частью во внеш­нем мире и зани­ма­ясь пред­ме­тами земной жизни, мы имеем нужду не в одном внут­рен­нем моле­нии, но и во внеш­них про­яв­ле­ниях молит­во­сло­вий. Таким обра­зом, внут­рен­ние молит­вен­ные чув­ство­ва­ния побуж­дают нас и ко внеш­ним их выра­же­ниям. И наобо­рот, внеш­ние силь­ные выра­же­ния — коле­но­пре­кло­не­ние, поклоны и прочее — сооб­щают внут­рен­ним молит­вен­ным чув­ство­ва­ниям боль­шую силу и жизнь.

Поскольку чело­век состоит из души и тела, он не может обой­тись без внеш­него руко­вод­ства ко внут­рен­нему совер­шен­ству. Это ясно дока­зал Сам Гос­подь Иисус Хри­стос тем, что для сооб­ще­ния даров бла­го­дати Своей уста­но­вил в Церкви таин­ствен­ные свя­щен­но­дей­ствия, где есть сто­рона види­мая и неви­ди­мая, внеш­няя и внут­рен­няя. На осно­ва­нии этого наша Св. Пра­во­слав­ная Цер­ковь, единая, верная и неиз­мен­ная руко­во­ди­тель­ница к совер­шен­ству и к жизни вечной, в состав своего бого­слу­же­ния вклю­чила внеш­ние про­яв­ле­ния молит­во­сло­вий: крест­ное зна­ме­ние, поклоны, коле­но­пре­кло­не­ние, воз­ве­де­ние очей и воз­де­я­ние рук к небу и т. п. И чтобы во время молитвы сами глаза наши были заняты пред­ме­тами духов­ными, и через то мы бы рас­по­ла­га­лись к молит­вен­ным чув­ство­ва­ниям, научает нас молиться перед свя­тыми ико­нами. По при­чине тесной связи души с телом, чув­ство­ва­ния молит­вен­ные, бла­го­го­вей­ные, сла­дост­ные и осо­бенно вос­тор­жен­ные не могут не выра­жаться внешне, как об этом уже гово­ри­лось в преды­ду­щей беседе. За исклю­че­нием весьма немно­гих осо­бен­ных слу­чаев, внут­рен­няя молитва не может не про­яв­ляться в дей­ствиях внеш­них. У кого сердце горит пла­ме­нем молит­вен­ным, у того все взы­вает, все гово­рит: уста дви­жутся, руки воз­но­сятся, слезы текут, колени пре­кло­ня­ются, грудь содро­га­ется! Кто духом бодр­ствует, у того и тело не спит.

Из ска­зан­ного нами о молитве внут­рен­ней и внеш­ней заметьте для себя самое важное:

  1. Сле­дуйте и твердо дер­жи­тесь правил и поста­нов­ле­ний Св. Хри­сто­вой Церкви. Как она учит молиться, так и моли­тесь. Лучше и вернее ее никто вас не научит. Читайте молитвы, ходите в Цер­ковь, кре­сти­тесь, пола­гайте поклоны и плачьте — кому Бог дает слезы. Все это будет спо­соб­ство­вать внут­рен­нему совер­шен­ству молитвы истин­ной. Только знайте, что одно внеш­нее без внут­рен­него оскорб­ляет свя­тость Божию и будет вам не полезно. Потому, во всех внеш­них про­яв­ле­ниях молитвы непре­менно участ­вуйте серд­цем. Ста­рай­тесь, чтобы внут­рен­ние чув­ства всегда соот­вет­ство­вали вашим словам и дви­же­ниям, и, насколько воз­можно, избе­гайте тще­сла­вия, чтобы люди не хва­лили вас, как бого­моль­цев. Иначе ваша молитва будет бес­по­лезна и даже оскор­би­тельна для Бога.
  2. Если же кто не ходит в Цер­ковь молиться Богу и вообще не молится внеш­ней молит­вой даже в уеди­не­нии, то есть не читает молитв по молит­во­слову (если не знает их наизусть), не кре­стится, не пола­гает покло­нов, не про­ли­вает слез и т. п., тот нахо­дится в обо­льще­нии, думая, что он молится духом, в глу­бине своего сердца. Нет, скорее здесь речь идет о лено­сти, чем о дея­тель­но­сти духов­ной. К сожа­ле­нию, есть такие люди, кото­рые ленятся встать к утрени, не имеют рас­по­ло­же­ния про­сто­ять всю Литур­гию, вечерню и даже про­чи­тать молитвы утрен­ние и вечер­ние, и в изви­не­ние своего нера­де­ния гово­рят, что они уже нахо­дятся выше других и потому молятся духовно. Но между тем Сам Иисус Хри­стос, будучи духо­вен в высо­чай­шей сте­пени, духов­ную молитву Свою выра­жал и сло­вами, и бла­го­го­вей­ными дви­же­ни­ями тела, напри­мер, воз­ве­де­нием очей на небо, а иногда пре­кло­не­нием колен на землю, даже когда Он молился один в Геф­си­ман­ском саду (см. Ин. 17:1; Лк. 22:41; Мф. 26:39).

Судите сами, может ли быть духов­ным тот, кто холо­ден и ленив, кто телес­ный покой пред­по­чи­тает цер­ков­ной службе? Нет! Тот молится духом, у кого и ночь, как день, про­те­кает в молитве; он мало спит, мало ест, чтобы побольше помо­литься и попла­кать пред Гос­по­дом,— такими были все святые и духо­нос­ные пре­по­доб­ные отцы наши, вели­кие молит­вен­ники и чудо­творцы. А кто нахо­дится в бес­печ­но­сти, рас­слаб­ле­нии духов­ном и гово­рит, к соблазну других, что он молится Богу духовно,— тот лжет против Бога и сове­сти, за что и будет осуж­ден от Серд­це­ведца Пра­вед­ного Бога! Аминь.

Беседа 12. О молитве част­ной и обще­ствен­ной

Бывает осо­бен­ное настро­е­ние духа и некая осо­бен­ная потреб­ность — уда­литься от взора люд­ского и от шума мир­ского, чтобы наедине сла­достно и бес­пре­пят­ственно помо­литься Мило­серд­ному Богу и излить душу свою пред Ним единым. Молитва, наедине совер­ша­е­мая, назы­ва­ется част­ной. Такая молитва имеет осо­бен­ную важ­ность уже потому, что запо­ве­дана Самим Иису­сом Хри­стом: Ты же, когда молишься, войди в ком­нату твою и, затво­рив дверь твою, помо­лись Отцу твоему, Кото­рый втайне; и Отец твой, видя­щий тайное, воз­даст тебе явно (Мф. 6:6). И Сам Гос­подь наш Иисус Хри­стос любил уеди­няться для молитвы. Об этом повест­вует еван­ге­лист: И, отпу­стив народ, Он взошел на гору помо­литься наедине; и вече­ром оста­вался там один (Мф. 14:23); иногда же Он уходил в пустыню и там молился (Лк. 5:16); иногда Он уеди­ненно про­во­дил целые ночи в молитве к Отцу Своему Небес­ному (Лк. 6:12).

Уеди­нен­ную молитву, по при­меру Христа Спа­си­теля своего, любили все подвиж­ники бла­го­че­стия, осо­бенно посвя­тив­шие себя житию ино­че­скому. В древ­но­сти даже многие началь­ники оби­те­лей остав­ляли свои кино­вии и иногда на весь Вели­кий Пост уеди­ня­лись в пустыне, чтобы наедине сла­дост­нее и уми­лен­нее помо­литься Богу, при­не­сти пока­я­ние и омыть душу свою сле­зами сокру­шен­ного сердца. Без вся­кого сомне­ния, много и теперь любя­щих сокро­вен­ную молитву, чьи вздохи, слезы и молит­вен­ные подвиги одному Серд­це­ведцу известны.

К част­ной молитве отно­сится и семей­ная молитва, кото­рая обык­но­венно совер­ша­ется одним семей­ством или несколь­кими лицами, близ­кими между собой по род­ству или каким-либо отно­ше­ниям. Такая молитва, полу­чив­шая свое начало от пат­ри­ар­хов, совер­ша­лась во все вре­мена и ныне весьма часто совер­ша­ется. Молитва семей­ная чрез­вы­чайно поучи­тельна и нази­да­тельна. При домаш­ней молитве все члены семьи вза­имно нази­да­ются и утвер­жда­ются в вере и бла­го­че­стии. Этот сов­мест­ный подвиг спа­си­тельно дей­ствует на каж­дого; здесь бла­го­го­ве­ние и страх Божий от одного пере­да­ется к дру­гому. Каждый член семей­ства, видя, как молятся другие, убеж­да­ется их при­ме­ром и сам делает то же. Осо­бенно бла­го­творно вли­я­ние семей­ной молитвы на юных членов семей­ства, когда стар­шие своим нагляд­ным добрым при­ме­ром утвер­ждают их в добре, что силь­нее вся­кого слова, всяких вну­ше­ний, тре­бо­ва­ний и даже угроз. Юные дети, видя бла­го­че­сти­вую рев­ность стар­ших, на целую жизнь неиз­гла­димо запе­чат­ле­вают в себе чув­ство бого­по­чи­та­ния.

Обще­ствен­ная же молитва совер­ша­ется обще­ством веру­ю­щих под руко­вод­ством слу­жи­те­лей Церкви в опре­де­лен­ном порядке и не иначе как по пра­ви­лам цер­ков­ным. Важ­ность обще­ствен­ной молитвы оче­видна, так как молитва эта полу­чила свое начало от Самого Бога, Кото­рый через Моисея назна­чил древним изра­иль­тя­нам для общей молитвы и место, и время, и все необ­хо­ди­мое для ее совер­ше­ния. Сам Иисус Хри­стос при­ме­ром своим под­твер­дил важ­ность обще­ствен­ной молитвы. Каждый празд­ник Пасхи Он при­хо­дил в Иеру­са­лим и посе­щал святой храм (Ин. 2:13–17); часто про­по­ве­до­вал в храме, посто­янно ока­зы­вал осо­бен­ное ува­же­ние храму, забо­тился об устро­е­нии в нем порядка и бла­го­чи­ния и, нако­нец, обещал осо­бен­ное бла­го­дат­ное при­сут­ствие Свое посреди тех, кото­рые соби­ра­ются во имя Его (Мф. 18:20).

Сви­де­тели дел Хри­сто­вых, про­по­вед­ники Боже­ствен­ного Его учения — апо­столы Хри­стовы — сами совер­шали общие молитвы и вообще утвер­дили поря­док и пра­вила обще­ствен­ной, цер­ков­ной молитвы. Первые хри­сти­ане каждый день пре­бы­вали в храме на молитве (Деян. 2:46). Наша Пра­во­слав­ная Цер­ковь и по сей день со всей точ­но­стью соблю­дает и хранит опре­де­лен­ный чин и поря­док бого­слу­же­ний.

Гос­подь Бог мно­го­мило­стив к нам, греш­ным! Он при­ни­мает от нас молитву и част­ную, и обще­ствен­ную, кто какую может при­не­сти по своему рас­по­ло­же­нию духа, по своим нуждам и потреб­но­стям. Ты хочешь попла­кать и излить душу свою пред одним Серд­це­вед­цем, молись наедине, молись сокро­венно; только молись искренно, бла­го­го­вейно, со все­це­лой пре­дан­но­стью Гос­поду Богу. Ты жела­ешь помо­литься с домаш­ней цер­ко­вью, т. е. своим семей­ством, имеешь полную сво­боду и воз­мож­ность. Однако совсем остав­лять обще­ствен­ную молитву в храме никому нельзя. Здесь все мы сово­купно явля­емся пред Богом, как дети пред Отцом, про­слав­ляем Его еди­ными устами и единым серд­цем, здесь мы вза­имно нази­даем друг друга и поуча­емся; но даже если кто и соблаз­ня­ется из-за небла­го­го­ве­ния других, Гос­подь помо­жет и даст ему молит­вен­ное уте­ше­ние. Здесь при­сут­ствие Божие бывает для нас наи­бо­лее ощу­тимо и оче­видно. В целом мире нет места отрад­нее, чем место обще­ствен­ной молитвы — святой храм. Нико­гда и нигде в жизни мы столь не воз­вы­ша­емся, как в храме на общей молитве, где мы упо­доб­ля­емся Херу­ви­мам и Сера­фи­мам. Аминь.

Беседа 13. Кто должен молиться

Молиться должны все: и пра­вед­ные, и греш­ные; и здо­ро­вые, и боль­ные; и старые, и малые,— все без изъ­я­тия.

Люди, достиг­шие совер­шен­ства непо­роч­ной жизни, не могут не молиться. Молитва есть такая внут­рен­няя потреб­ность их духа, без кото­рой они не могут жить. Молитва состав­ляет глав­ное их заня­тие, глав­ное их сокро­вище и услаж­де­ние сердца. Не молиться для чело­века свя­того значит и не жить. И если бы кто спро­сил, что для него лучше — уме­реть или не молиться, он, навер­ное, согла­сился бы на первое.

Как пра­вед­ный нахо­дит в себе мно­же­ство побуж­де­ний молиться и бла­го­да­рить Бога, так и греш­ник имеет нужду обра­титься к Богу. И кому же молиться, как не греш­нику, при­дав­лен­ному тяже­стью грехов своих? У него нет мира в сове­сти и спо­кой­ствия в душе — он в бес­пре­стан­ной тре­воге и вол­не­нии; жизнь ему в тягость; семей­ные отно­ше­ния не в радость; долж­ност­ные обя­зан­но­сти не к чести и славе. Само небо кажется ему без­участ­ным, земля — небла­го­дар­ной. Все его тяго­тит и мучит. Как ему не молиться и не взы­вать к Богу о помощи? То, что он греш­ник, а Бог пра­ве­ден, не должно сму­щать греш­ника, про­сти­ра­ю­щего к небу молит­вен­ный глас свой. Бог по бла­го­сти и мило­сер­дию Своему, при­ни­ма­ю­щий молитву пра­вед­ного, не отвер­гает и молитвы вся­кого греш­ника. Внимал Он молитве пра­вед­ных Моисея, Илии, Заха­рии и Ели­са­веты, и других святых; принял и молитву греш­ных нине­ви­тян, Мана­сии, мытаря, раз­бой­ника, и подоб­ных.

Греш­ник, чув­ству­ю­щий тяжесть своего состо­я­ния, утешься тем, что Гос­подь тебе гово­рит: Я пришел при­звать не пра­вед­ни­ков, но греш­ни­ков к пока­я­нию (Мф. 9:13). У Его ног были поми­ло­ваны пла­чу­щие блуд­ницы, и ты можешь быть поми­ло­ван, — только надо иметь сокру­шен­ное сердце, надо пони­мать бед­ствен­ное свое состо­я­ние, чтобы молитва была пла­мен­ная и искрен­няя. Тяжел твой грех? Обод­рись тем, что нет греха, побеж­да­ю­щего мило­сер­дие Божие. Грехи целого мира ничего не значат пред одной каплей Крови Хри­сто­вой, про­ли­той Им за спа­се­ние наше и с верою нами при­ни­ма­е­мой в Боже­ствен­ном Таин­стве При­ча­ще­ния. Только веруй и спасен будешь. Веруй чисто­сер­дечно той святой истине, что где при­умно­жа­ется грех, там при­умно­жа­ется и бла­го­дать от Бога (Рим. 5:20). Бог не хочет смерти греш­ника (Иез. 33:11) и все упо­тре­бит ко спа­се­нию его, если он только захо­чет спа­стись.

Здо­ро­вый должен молиться и бла­го­да­рить Бога за свое здо­ро­вье, кото­рое без помощи Божией непрочно и нена­дежно. А для боля­щих и чающих уте­ше­ния Хри­стова молитва состав­ляет един­ствен­ную надежду и уте­ше­ние. Они должны день и ночь взы­вать к Богу в надежде на Его бла­го­дать и поми­ло­ва­ние!

Ста­рики, пожив­шие на свете много лет, много потру­див­ши­еся, много испы­тав­шие всего и много видев­шие над собою доб­рого и злого, под закат жизни только и имеют отраду в молитве, чтобы Мило­серд­ный Гос­подь спо­до­бил их кон­чины хри­сти­ан­ской и доб­рого ответа на страш­ном Суде Хри­сто­вом. Поскольку молитва дает нам силу и укреп­ляет на всех путях нашей жизни, то она необ­хо­дима нахо­дя­щимся во всяком воз­расте. Она необ­хо­дима для совер­шен­но­лет­них, под­ви­за­ю­щихся и тру­дя­щихся на поприще жизни семей­ной и граж­дан­ской; необ­хо­дима для юношей, всту­па­ю­щих на то же поприще или еще к нему гото­вя­щихся, чтобы Гос­подь открыл их ум и напра­вил сердце к иска­нию истины и к дела­нию добра. Необ­хо­дима молитва для детей и мла­ден­цев, у кото­рых самые нежные чув­ства и невин­ное сердце. К ним ближе всех Гос­подь и их св. Ангелы-Хра­ни­тели.

Бла­го­дать Хри­стова и все доброе в сердце дет­ском сохра­ня­ется по мере того, как дети с первых же дней при­об­ре­тают благой навык молиться и уко­ре­нять в сердце своем страх Божий. Крайне нехо­рошо посту­пают те, кто не при­учает детей молиться Богу с момента раз­ви­тия спо­соб­но­сти гово­рить. Что заучит дитя с первых дней, что войдет ему в голову с колы­бели, то и уко­ре­нится в нем на всю жизнь. То дела­ется легко впо­след­ствии, к чему при­вык­нешь с самого начала. Очень грустно и больно видеть детей, уже зна­ко­мых с цен­но­стями мира сего и лепе­чу­щих без­жиз­нен­ные слова на ино­стран­ных языках, но не зна­ю­щих ни одной, даже Гос­под­ней молитвы! Этот грех всей тяже­стью падет на без­за­бот­ных роди­те­лей и вос­пи­та­те­лей. Речь идет не о том, чтобы застав­лять детей читать молитвы и тем все­лять в них неко­то­рое отвра­ще­ние к молитве. Мы имеем в виду бла­го­ра­зум­ное при­уче­ние детей к молитве самым посте­пен­ным и легким упраж­не­нием в заучи­ва­нии ими крат­ких молитв, напри­мер: «Святый Боже, Святый Креп­кий, Святый Бес­смерт­ный, поми­луй нас!», «Бого­ро­дице Дево, радуйся», «Царю Небес­ный», «Отче наш» и т. п. В соот­вет­ствии с раз­ви­тием их души и молитва их может и должна вос­хо­дить на более высо­кие сту­пени, но посте­пенно. А с самого начала доста­точно при­учить дитя пере­кре­ститься и поло­жить два или три поклона за себя, отца и мать. Глав­ное, чтобы дети знали первый свой долг и первую, высшую потреб­ность — молиться. Надо уста­но­вить непре­мен­ное пра­вило, чтобы дитя вста­вало с постели и ложи­лось только с крест­ным зна­ме­нием и крат­кой молит­вой, чтобы при­выкло не вку­шать ничего, пока не совер­шит молитву. При этом заметьте, почтен­ней­шие отцы и матери, раз и навсе­гда: никто не заме­нит вас в деле обу­че­ния ваших детей молитве, ничей пример в их глазах не будет столь нази­да­тель­ным, как только ваш соб­ствен­ный. Навык посто­янно молиться в поло­жен­ное время посте­пенно сде­ла­ется непре­мен­ным долгом для ребенка, и он впо­след­ствии будет скор­беть, если не испол­нит его. Тогда надо поста­раться помочь ему в этом, и даже если воз­ник­нут какие-либо пре­пят­ствия, не делать исклю­че­ния из этого пра­вила. Надо все устро­ить так, чтобы жела­ние помо­литься дей­стви­тельно было достиг­нуто. Счаст­ливо дитя, кото­рое с первых дней поймет, что без молитвы не может быть бла­го­сло­вен­ного дня, ника­кого и ни в чем успеха. О таком ребенке смело могут радо­ваться и родив­шие и вос­пи­ты­ва­ю­щие. Аминь.

Беседа 14. Когда должно молиться

Молитва внут­рен­няя, то есть непре­стан­ное памя­то­ва­ние о Боге, как мы уже гово­рили, должна быть в сердце и уме всегда, должна начи­наться при про­буж­де­нии и окан­чи­ваться при засы­па­нии (неко­то­рые же и во сне помнят о Боге и даже под­со­зна­тельно раз­мыш­ляют о боже­ствен­ных вещах). Для молитвы же внеш­ней есть опре­де­лен­ное время и место. В нашей Пра­во­слав­ной Церкви, еще по при­меру древ­них, поло­жено молиться каж­дому хри­сти­а­нину утром, в пол­день и вече­ром. Вече­ром, и утром, и в пол­день буду умо­лять и вопи­ять, и Он услы­шит голос мой,— так гово­рил псал­мо­пе­вец (Пс. 54:18).

Утром мы молимся, чтобы первые дви­же­ния ума и сердца посвя­тить Богу и ничего не начи­нать без Его помощи и бла­го­сло­ве­ния. Заутра пред­стану перед Тобой, и уви­дишь меня, по мно­же­ству мило­сти Твоей войду в дом Твой, покло­нюсь храму свя­тому Твоему, в страхе Твоем (Пс. 5, стихи 4, 8). Если же нет воз­мож­но­сти прийти утром в храм, можно и нужно читать утрен­ние молитвы дома по молит­во­слову с долж­ным при­го­тов­ле­нием и бла­го­го­ве­нием, о кото­рых мы уже много гово­рили. Эти молитвы, пре­крас­ные, нази­да­тель­ные и уми­ли­тель­ные, напи­саны свя­тыми и пре­по­доб­ными отцами-молит­вен­ни­ками; тща­тельно вник­ните в их смысл, выучите их наизусть, читайте их посто­янно и учи­тесь воз­буж­дать в себе те же чув­ства и помыш­ле­ния, кото­рые испы­ты­вали святые,— и тогда вы непре­менно научи­тесь молиться!

«В пол­день,— гово­рит свт. Васи­лий Вели­кий,— при­знали мы необ­хо­ди­мым молиться в под­ра­жа­ние святым, а также для того, чтобы изба­виться от сети ловцов и от слова мятеж­ного, от напа­де­ний беса полу­ден­ного (Пс. 90, стихи 3, 6)»[21].

По окон­ча­нии дня должно бла­го­да­рить Бога за то доброе, что мы сде­лали с Его помо­щью в этот день, а вместе с тем должно испо­ве­до­вать пред Богом и свои грехи, в про­дол­же­ние дня нами соде­ян­ные. Сон есть подо­бие смерти. Ложась в постель, мы как бы ложимся во гроб; в ночное время душе бывает как-то тяже­лее, чем утром или днем, когда чело­век бодр­ствует, а если он засы­пает, то ста­но­вится совер­шенно без­за­щит­ным, во сне многим слу­ча­лось и уми­рать. Надо в это гроз­ное время испо­ве­дать свои грехи пред Богом. Силы наши вос­ста­нав­ли­ва­ются, когда сон бывает мирен и душа нахо­дится в без­мя­теж­ном состо­я­нии.

Поэтому, отходя ко сну, должно молить Бога, чтобы сон наш был мирен, легок и без­мя­те­жен. К тому же во время сна часто бывают ночные виде­ния или сонные нечи­стые меч­та­ния, так что нужно перед сном про­сить Бога, чтобы Он, Мило­серд­ный, изба­вил нас от сетей лука­вого, осенил светом лица Своего, помог уснуть без меч­та­ния, сохра­нил помы­сел невре­ди­мым, послал Ангела мирна, хра­ни­теля и настав­ника души и тела, избав­ля­ю­щего нас от всех врагов види­мых и неви­ди­мых. Вечер­ние молитвы пре­вос­ходно объ­яс­няют всю важ­ность ноч­ного вре­мени и глу­боко про­ник­нуты духом молит­вен­ного испо­ве­да­ния, сокру­ше­ния, уми­ле­ния и слез­ного про­ше­ния о соблю­де­нии нас, ко сну отхо­дя­щих, от вся­кого сопро­тив­ного обсто­я­ния. Когда, с Божией помо­щью, про­чи­та­ешь их с чув­ством и смыс­лом, ощу­тимо засы­па­ешь сном слад­ким, тихим и вста­ешь с одра с легким настро­е­нием души!

Вечер­ним бого­слу­же­нием в храме окан­чи­ва­ется один день и начи­на­ется сле­ду­ю­щий. В этом бого­слу­же­нии мы то бла­го­да­рим Винов­ника и Про­мыс­ли­теля нашей жизни, то изли­ваем чув­ства пока­я­ния, то просим про­ще­ния наших пре­гре­ше­ний и, молясь о святом про­вож­де­нии ноч­ного вре­мени, славим тех святых, о кото­рых напо­ми­нает нам сле­ду­ю­щий день. При­ме­ни­тельно ко вре­мени Св. Цер­ковь молит Гос­пода: «Спо­доби, Гос­поди, в вечер сей без греха сохра­ни­тися нам»; и каждый вечер повто­ряет молитву св. Симеона Бого­при­имца: Ныне отпу­ща­еши раба Твоего, Вла­дыко, по гла­голу Твоему, с миром. Этой пред­смерт­ной молит­вой вну­ша­ется нам, чтобы мы желали кон­чины бла­жен­ной и, гото­вясь к ней, с окон­ча­нием каж­дого дня могли ска­зать то же, что хри­сти­а­нину жела­тельно ска­зать пред кон­чи­ной своей жизни: «Я отхожу с миром; вижу спа­се­ние Твое, Гос­поди, прими дух мой!»

После днев­ной суеты быть в храме и слу­шать вечер­нее бого­слу­же­ние весьма уте­ши­тельно. Время между вечер­ней и сном про­во­дится с какой-то осо­бен­ной лег­ко­стью и удо­воль­ствием. Спро­сите у тех, кто любит бывать в храме на вечерне, что их застав­ляет спе­шить в цер­ковь Божию тогда, когда другие сидят еще за сто­лами или уже после столов поко­ятся на мягких ложах. Они вам без сомне­ния отве­тят: «Побы­вайте сами на вечер­нем бого­слу­же­нии и помо­ли­тесь со Святой Цер­ко­вью, тогда узна­ете, как сладко хри­сти­а­нину, когда он пре­дает себя в руки Оте­че­ского Про­мысла Божия и оста­ется в мире и благой надежде». Аминь.

Беседа 15. О цер­ков­ной молитве

Утреня обычно совер­ша­ется в храме рано утром, перед Боже­ствен­ной Литур­гией. Это бого­слу­же­ние начи­на­ется шесто­псал­мием. Шесть избран­ных псал­мов (3, 37, 62, 87, 102 и 142) так тро­га­тельны, уте­ши­тельны и поучи­тельны, что в самом вели­ком греш­нике спо­собны воз­бу­дить чув­ства пока­я­ния и надежды на мило­сер­дие Божие, сильны уте­шить и обод­рить душу, пора­жен­ную самой лютой скор­бью.

Гос­поди, что ся умно­жиша сту­жа­ю­щии ми? — так вопиет к Богу моля­щийся при виде мно­же­ства врагов своего спа­се­ния и успо­ка­и­вает себя твер­дой надеж­дой на помощь небес­ную: Гос­подне есть спа­се­ние, и на людех Твоих бла­го­сло­ве­ние Твое (Пс. 3, стихи 2, 9).

Гос­поди, да не яро­стию Твоею обли­чиши мене, ниже гневом Твоим нака­жеши мене,— молится тре­пе­щу­щий перед прав­дой Божией греш­ник, чув­ствуя свою винов­ность и созна­вая, что нет и не может быть ни исце­ле­ния, ни покоя телу, отя­го­щен­ному бре­ме­нем без­за­ко­ний. И поскольку никто не утешит опла­ки­ва­ю­щего грехи свои, кроме Христа Бога нашего, то и вопиет он к Спа­си­телю: Не остави мене, Гос­поди Боже мой, не отступи от мене. Вонми в помощь мою, Гос­поди спа­се­ния моего (Пс. 37, стихи 2 и 22–23).

Боже, Боже мой, к Тебе утрен­нюю! Так бла­го­че­сти­вая душа изъ­яв­ляет пла­мен­ное стрем­ле­ние свое к Богу: она всегда помыш­ляет о Нем, вос­по­ми­нает о Нем на постели своей, обра­ща­ется к Нему с молит­вой ранним утром, срав­ни­вает себя с жаж­ду­щим в пустыни, для кото­рого так отрадна молитва к Богу; с птен­цом, кото­рый нахо­дит без­опас­ность под кровом крыл Его; с мла­ден­цем, при­ник­шим к матери своей, кото­рая нежно обни­мет и под­дер­жит его своей рукой (Пс. 62).

Гос­поди Боже спа­се­ния моего, во дни воз­звах и в нощи пред Тобою. Яко испол­нися зол душа моя, и живот мой аду при­бли­жися. Познав­ший свое ока­ян­ство видит ту бездну, кото­рая готова погло­тить его, потому и взы­вает к своему Спа­си­телю: Да внидет пред Тя молитва моя, при­к­лони ухо Твое к моле­нию моему (Пс. 87, 2–3).

Бла­го­слови, душе моя, Гос­пода, и вся внут­рен­няя моя, имя Святое Его. Когда сердце каю­ще­гося ощутит уте­ше­ние бла­го­дати,— он в святом вос­торге бла­го­слов­ляет Гос­пода, очи­ща­ю­щего все наши без­за­ко­ния, исце­ля­ю­щего все наши недуги, избав­ля­ю­щего жизнь нашу от истле­ния. Испы­тав на себе и увидев, что благий Про­мысл Божий непре­станно забо­тится обо всех своих созда­ниях, он и сам бла­го­слов­ляет Гос­пода и желает, чтобы все живое всегда и на всяком месте бла­го­слов­ляло вла­ды­че­ство Его (Пс. 102).

Кто может похва­литься своей непо­роч­но­стью? Поэтому поми­ло­ван­ный и при­ми­рен­ный с Богом греш­ник все еще чув­ствует свое недо­сто­ин­ство перед Все­свя­тей­шим, и потому молится: Гос­поди, услыши молитву мою! И не вниди в суд с рабом Твоим, яко не оправ­дится пред Тобою всяк живый. Враг не остав­ляет нас нико­гда; но мы с надеж­дою воз­де­ваем руки наши к Богу, жаждем Его, как земля без­вод­ная дождя, и молимся — да пока­жет нам путь Свой, да научит тво­рить волю Свою, и Духом Благим да наста­вит нас на правый путь (Пс. 142).

На утрени также по Уставу чита­ются и другие псалмы. Мы уже много гово­рили о вели­кой силе и зна­че­нии псал­мов для молит­вен­ного устро­е­ния хри­сти­а­нина; при чтении в храме они еще силь­нее воз­дей­ствуют на душу и сердце.

Затем чита­ется канон, посвя­щен­ный свя­тому или празд­нику дня. Молитвы канона всегда очень нази­да­тельны, и их сле­дует слу­шать осо­бенно вни­ма­тельно.

После канона на вели­ком сла­во­сло­вии свя­щен­ник, вос­кли­цая: «Слава Тебе, Пока­зав­шему нам свет»,— бла­го­да­рит со всей Цер­ко­вью Бога как за свет, вос­си­яв­ший нам по окон­ча­нии ночи, так и за свет веры, про­све­тив­ший нас, подобно солнцу, и соде­лав­ший нас сынами света и дня (1Фес. 5:5).

Вообще все утрен­нее бого­слу­же­ние сим­во­ли­зи­рует зарю хри­сти­ан­ства после мрака тени смерт­ной (Иов. 10:22) и имеет своей целью про­слав­ле­ние имени Божия и про­све­ще­ние нас светом от лица Божия, чтобы напра­ви­лись стопы наши к дела­нию Боже­ствен­ных запо­ве­дей (молитва 1‑го часа).

После утрени душа, окры­лен­ная сла­до­стью слов Божиих, бывает легка, добра и спо­собна к делам самым важным, благим и полез­ным. Нико­гда так не про­чи­та­ешь, так не поду­ма­ешь, так не ска­жешь, так не напи­шешь, так не посо­ве­ту­ешь, так ничем не рас­по­ря­дишься, как это бывает после утрени, когда в душе отра­жа­ется сла­дость цер­ков­ного чтения и пения и когда суета мир­ская еще не вытес­нила из нашей души той тишины и того света, кото­рые напол­няют нас на утрен­нем бого­слу­же­нии.

Но осо­бен­ная роль утрени еще заклю­ча­ется и в том, чтобы под­го­то­вить моля­щихся к Боже­ствен­ной Литур­гии, кото­рая явля­ется наи­бо­лее важным бого­слу­же­нием ново­за­вет­ной Церкви, сим­во­ли­зи­ру­ю­щим пол­ноту и совер­шен­ство спа­се­ния мира. Литур­гия тор­же­ственно вос­по­ми­нает и живо­пи­сует высо­чай­шее таин­ство искуп­ле­ния и тре­бует осо­бого вни­ма­ния и бла­го­го­ве­ния от пред­сто­я­щих и моля­щихся. При­уго­тов­ляя моля­щихся к достой­ному уча­стию в высо­кой и таин­ствен­ной жертве все­мир­ного искуп­ле­ния, Св. Цер­ковь срав­ни­вает их с Херу­ви­мами. Когда же при­но­сится бес­кров­ная жертва Тела и Крови Гос­под­ней, необ­хо­димо, чтобы всякая веру­ю­щая душа пред­сто­яла со стра­хом и тре­пе­том. В этот момент совер­ша­ется высо­чай­шее чудо все­мо­гу­щей любви Божией: не огнь сходит с неба, как когда-то он сходил на жертвы вет­хо­за­вет­ные, а Сам Дух Святой нис­хо­дит и пре­тво­ряет хлеб и вино в истин­ные Тело и Кровь нашего Спа­си­теля. Здесь мы должны пасть на землю и воз­дать бла­го­го­вей­ное покло­не­ние Гос­поду, веще­ственно при­сут­ству­ю­щему на Святом пре­столе! Вся Боже­ствен­ная Литур­гия сопро­вож­да­ется такими свя­щен­ными и зна­ме­на­тель­ными дей­стви­ями, что разве одно только камен­ное сердце не уми­лится, не сокру­шится и выйдет из храма Божия без осо­бен­ных добрых чувств и без бла­го­го­вей­ного рас­по­ло­же­ния духа.

Счаст­лив, трижды счаст­лив тот, кто любит посе­щать храм Божий всегда, но осо­бенно Боже­ствен­ную Литур­гию! Вечерня, утреня и Литур­гия, за неко­то­рым исклю­че­нием, совер­ша­ются каждый день в году. Кто хочет, тот может всегда быть в храме Божием при их совер­ше­нии и молиться. Также в нашей Пра­во­слав­ной Церкви много празд­ни­ков Гос­под­ских, Бого­ро­дич­ных и хра­мо­вых, когда служба совер­ша­ется тор­же­ствен­нее и имеет неко­то­рые осо­бен­но­сти. Стыдно не прийти в храм и не помо­литься Гос­поду Богу, напри­мер, в день Бла­го­ве­ще­ния, Рож­де­ства Хри­стова, Кре­ще­ния, Пре­об­ра­же­ния, Пасхи, Воз­не­се­ния, Пятидесят­ницы или Соше­ствия Свя­того Духа, Рож­де­ства Бого­ма­тери, Ее вве­де­ния во храм, Ее чест­ного Успе­ния и в другие дни, осо­бенно чтимые Св. Цер­ко­вью. Для каж­дого при­хода, сверх поло­жен­ных Цер­ко­вью важных празд­ни­ков, осо­быми счи­та­ются и те празд­ники, в честь кото­рых освя­щены храмы и пре­столы, напри­мер, в честь свт. Нико­лая, Покрова Пре­свя­той Бого­ро­дицы, св. Вар­вары Вели­ко­му­че­ницы, Рож­де­ства Иоанна Пред­течи и подоб­ные. Даже непро­сти­тельно без особой при­чины при­хо­жа­нину не помо­литься Гос­поду Богу в свой хра­мо­вый празд­ник и не попро­сить мило­сти у того Свя­того, кото­рый явля­ется покро­ви­те­лем при­хода, и Ангелу-Хра­ни­телю той церкви, чье имя она носит.

Кроме празд­ни­ков есть немало и других слу­чаев для обя­за­тель­ного посе­ще­ния храма и молитвы в нем, прежде всего для уча­стия в цер­ков­ных Таин­ствах: Кре­ще­ния, Миро­по­ма­за­ния, Пока­я­ния, При­ча­ще­ния, Брака, Еле­освя­ще­ния. Хри­сти­а­нин должен быть свят во всем и всегда: дома и на работе, при начи­на­нии своих дел и при их окон­ча­нии, в бла­го­по­лу­чии и бед­ствиях, в здра­вии, болез­нях и самой смерти. Святая Цер­ковь, со всей мате­рин­ской забот­ли­во­стью воз­водя чад своих к свя­то­сти и хри­сти­ан­ской непо­роч­но­сти, пре­по­дает нам в разных слу­чаях свое освя­ще­ние посред­ством молитв. Есть у нее спе­ци­аль­ные молитвы на освя­ще­ние не только храмов, но и домов наших, нив и пажи­тей, источ­ни­ков, воды, хлеба, пищи, плодов, стад, гумна и других потреб­но­стей жизни чело­ве­че­ской. Есть и молитвы, освя­ща­ю­щие наши начи­на­ния и дела; есть молитвы в случае обще­ствен­ных бед­ствий: засухи, непо­годы, мора и т. п. Молитва сопро­вож­дает хри­стиан в послед­ний путь, при пере­ходе из мира сего в веч­ность. Во всех этих слу­чаях моле­ние Св. Церкви бла­го­творно, тро­га­тельно и нази­да­тельно. При­бе­гать к Ее молит­вам есть прямая обя­зан­ность хри­сти­а­нина, всегда име­ю­щего нужду в помощи и уте­ше­нии Хри­сто­вом.

Конечно, при необ­хо­ди­мо­сти можно молиться на всяком месте, ибо Бог всегда и везде услы­шит нас. Но обще­ствен­ные бого­слу­же­ния, совер­ша­е­мые в храмах Божиих или в опре­де­лен­ных святых местах, осо­бенно в празд­ники, тре­буют от нас уча­стия в них. И тот чело­век согре­шил бы, кото­рый при бла­го­ве­сте в церкви Божией или во время какого-нибудь крест­ного хода или обще­ствен­ного моле­ния, сказал бы, что он пред­по­чи­тает молиться Богу дома. В таких словах, во-первых, обна­ру­жи­вает себя дух гор­до­сти, про­тив­ной Богу; во-вторых, духов­ное рас­слаб­ле­ние и леность; и, в‑третьих, что самое важное, дух без­ве­рия и непо­ви­но­ве­ния Матери нашей Св. Хри­сто­вой Церкви. А кто не будет на земле иметь Ее своею мате­рью, тот на небе не будет иметь Отцом своим Бога. Аминь.

Беседа 16. Что нужно для молитвы истин­ной и Богу при­ят­ной

Мы уже много гово­рили об этом в разных бесе­дах, теперь же скажем и о том, что тре­бу­ется от нас для того, чтобы наши молитвы были пло­до­твор­ными, т. е. чтобы Мило­серд­ный Бог слышал наши молитвы и испол­нял наши про­ше­ния.

Прежде всего для этого надо иметь истин­ную веру Божию. Сам Гос­подь велит так молиться и гово­рит нам в святом Еван­ге­лии: Имейте веру Божию, ибо истинно говорю вам, если кто скажет горе сей: «под­ни­мись и вверг­нись в море», и не усо­мнится в сердце своем, но пове­рит, что сбу­дется по словам его, — будет ему, что ни скажет. Потому говорю вам: все чего ни будете про­сить в молитве, верьте, что полу­чите, — и будет вам. И когда стоите на молитве, про­щайте, если что имеете на кого, дабы и Отец ваш Небес­ный про­стил вам согре­ше­ния ваши. Если же не про­ща­ете, то и Отец ваш Небес­ный не про­стит вам согре­ше­ний ваших (Мк. 11:23–26).

Итак, чтобы молитвы наши были для нас спа­си­тель­ными, надо иметь совер­шен­ную веру в Бога и совер­шен­ную любовь к ближ­ним. Об этом гово­рится и в другом месте: Если ты при­не­сешь дар твой к жерт­вен­нику и там вспом­нишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жерт­вен­ни­ком, и пойди, прежде при­ми­рись с братом твоим, и тогда приди и при­неси дар твой (Мф. 5:23–24). Под даром и жерт­вой пони­ма­ется при­но­си­мая нами Богу молитва.

Как же нам научиться истин­ной живой вере и все­про­ща­ю­щей любви к ближ­ним? Только через молитву, через усилие под­няться над землей, при­бли­зиться к Богу и сде­латься духов­ными, ибо живу­щие по плоти о плот­ском помыш­ляют, а живу­щие по духу — о духов­ном (Рим. 8:5).

Истин­ная вера в Бога есть живая уве­рен­ность в Нем как Творце и Про­мыс­ли­теле всего види­мого и неви­ди­мого, такая уве­рен­ность появ­ля­ется только в сердце посто­янно моля­ще­гося чело­века и посте­пенно креп­нет и ста­но­вится несо­мнен­ной, бла­го­го­вей­ной, все­це­лой и без­услов­ной.

Итак, воз­люб­лен­ные, если мы хотим помо­литься по-хри­сти­ан­ски, душе­спа­си­тельно и пло­до­творно, то должны всем серд­цем и всей душой, с истин­ной верой обра­титься к Отцу нашему Небес­ному. Мы должны открыть перед Ним душу, сердце и все помыш­ле­ния наши со всей дет­ской про­сто­той, со всей сынов­ней пре­дан­но­стью и надеж­дой. Он, Бла­гост­ней­ший, даст нам все. Он — Отец всех, Он любит нас и из любви к нам дал нам Еди­но­род­ного Сына Своего. Так неужели Он не даст нам и все потреб­ное для вре­мен­ной жизни, когда уже дал нам с Еди­но­род­ным Сыном Своим и через Него жизнь вечную? Веруйте несо­мненно, воз­люб­лен­ные, что даст, даст Гос­подь нам все потреб­ное для нас, только попро­сим с верою, именем Гос­пода нашего Иисуса Христа, Слад­чай­шего Спа­си­теля и Иску­пи­теля нашего. Аминь.

Беседа 17. О вере

Вся сила молитвы — от веры истин­ной. Без такой веры невоз­можно уго­дить Богу. Но кто нам даст такую веру, кото­рая была бы угодна Богу? Гос­подь воз­на­граж­дает ищущих Его (Евр. 11:6). Но как искать, где? Увы, столько людей в мире блуж­дают в поис­ках истины и порой не нахо­дят ее или, думая, что нашли, страшно пре­льща­ются и поги­бают.

Никто не при­хо­дит к Богу, кроме как через Гос­пода нашего Иисуса Христа! Он есть свет, кото­рый пришел в мир, чтобы всякий веру­ю­щий в Него не оста­вался во тьме (Ин. 12:46). Он есть путь, и истина, и жизнь (Ин. 14:6); Он силен обо­га­тить нас богат­ством истин­ного разума и истин­ной веры; Он силен даро­вать нам вечную жизнь; от Него и святая вера наша про­ис­хо­дит (Деян. 3:16).

Итак, не имея совер­шен­ной веры, будем испра­ши­вать ее у Мило­серд­ного Бога нашего Иисуса Христа. Мы имеем даже обра­зец такой молитвы в св. Еван­ге­лии. Вспом­ним, что Гос­подь сказал отцу бес­но­ва­того отрока: Если сколько-нибудь можешь веро­вать, все воз­можно веру­ю­щему. И тотчас отец отрока вос­клик­нул со сле­зами: «Верую, Гос­поди! Помоги моему неве­рию» (Мк. 9:23–24). И Гос­подь, конечно, помог ему!

Мы видим, что вера испра­ши­ва­ется сер­деч­ным сокру­ше­нием и сле­зами. Как же уми­лить и сокру­шить свое сердце? Отве­чая на этот труд­ный вопрос, вспом­ним заме­ча­ние пре­по­доб­ного Кас­си­ана Рим­ля­нина о том, что есть бес­чис­лен­ные случаи, посред­ством кото­рых, по бла­го­сти Божией, можно истре­бить бес­чув­ствен­ность и разо­гнать тяжкий сон душ наших[22].

Мы с вами уже гово­рили, как нужно под­го­то­вить себя к молитве для стя­жа­ния страха Божия, а здесь заме­тим сле­ду­ю­щее: надо глу­боко заду­маться над тем, что с нами про­ис­хо­дило на путях нашей жизни, и уви­деть, с одной сто­роны,— мило­сер­дие Божие к нам, Его благой Про­мысл о нас, а с другой,— наше соб­ствен­ное ока­ян­ство, небла­го­дар­ность, бес­чув­ствен­ность. Поду­майте, что все, что было в нас доб­рого,— все от Бога: Он дает нам и дыха­ние, и силы, и воз­мож­но­сти, Он укреп­ляет наш ум и тело, Он обе­ре­гает нас от зла и неиз­менно любит и щадит нас. Сколько Он терпит наших без­об­ра­зий, без­за­ко­ний, ропота, небла­го­дар­но­сти, неве­рия. Поду­майте, как мы посту­паем с дру­гими людьми и как Бог посту­пает с нами, и нам станет стыдно и горько. Как мы посту­паем со своим Отцом, Созда­те­лем, Бла­го­де­те­лем! При этом мы должны пора­зиться своей бед­но­стью, полной зави­си­мо­стью от Бога, почув­ство­вать всю свою наготу и немощь. Как Бог вообще терпит нас! Насколько непо­сти­жимы для нас Его мило­сер­дие, любовь, бла­гость.

Пре­бы­вая доста­точно долго в таких чув­ствах и раз­мыш­ле­ниях, надо стре­миться остаться в уеди­не­нии и тишине, наедине с серд­цем своим и с молит­вой, никого и ничего не видеть и не слы­шать, и ожи­дать бла­го­го­вейно и сми­ренно посе­ще­ния Божия, то есть сер­деч­ного уми­ле­ния и сокру­ше­ния. Когда все мир­ское, сует­ное умолк­нет в чело­веке, тогда сердце будет согре­ваться и напол­няться любо­вью к Богу. Если молитва не нару­ша­ется ника­ким сомне­нием, лиша­ю­щим нас уве­рен­но­сти в испол­не­нии про­ше­ния, то мы скоро почув­ствуем, что уже во время самого нашего молит­во­сло­вия при­об­рели то, о чем про­сили. Нико­гда мы не должны сомне­ваться, что молитвы наши дей­стви­тельно услы­шаны Богом. И всегда надо пом­нить, что для Бога нет ничего тай­ного, от Него ничего нико­гда не ута­ится и не скро­ется.

Правда, иногда гово­рят, что такая-то молитва или молитва такого-то не была услы­шана. Это гово­рят в том смысле, что она не была испол­нена, что Гос­подь не даро­вал про­си­мого. Мило­серд­ный, но вместе с тем и Пра­вед­ный Гос­подь, знает для нас полез­ное и поэтому не всегда подает про­си­мое. Надо не только учиться вере в Гос­пода, но и учиться верить Самому Гос­поду: если Он не посы­лает про­си­мого, значит дей­стви­тельно оно нам не полезно. Бывают и другие случаи, когда Гос­подь дает про­си­мое, но не сразу, пода­вая нам, помимо про­си­мого, и повод к тер­пе­нию и сми­ре­нию. Так Он посту­пил с хана­не­ян­кой, став­шей для всех образ­цом непо­ко­ле­би­мой веры, тер­пе­ния и сми­ре­ния,— Сам Гос­подь похва­лил ее веру. Дерзай, бедная и греш­ная душа, даже осо­зна­вая свое недо­сто­ин­ство, с твер­дым упо­ва­нием при­бли­жайся к своему Гос­поду, молись Ему и взывай, как жена хана­ней­ская: «Гос­поди, помоги мне!» Пример хана­не­янки (Мф. 15:22–28) пока­зы­вает нам, что истин­ной вере свой­ственна неот­ступ­ность в молитве, непо­ко­ле­би­мая надежда на бла­гость Божию и Его бес­ко­неч­ное мило­сер­дие!

Хри­сти­а­нин, начи­на­ю­щий молиться Богу! Взывай из глу­бины души к Слад­чай­шему Спа­си­телю всех Иисусу Христу, да дарует Он сердцу твоему святую веру, да кос­нется тебя бла­го­дать Его, да про­све­тит тьму твою чудный свет Его. Взывай посто­янно и с твер­дой надеж­дой на Его мило­сер­дие. Пере­кре­стясь и поверг­нув­шись на землю, сми­ренно и бла­го­го­вейно, всею кре­по­стью души проси Гос­пода так: Верую, Гос­поди, помоги моему неве­рию! Проси, и Он, Все­бла­гой, даст тебе веру, как неко­гда Он дал веру воз­люб­лен­ным уче­ни­кам Своим. Проси, да помо­жет твоему неве­рию, как неко­гда Он помог отцу бес­но­ва­того; проси с уве­рен­но­стью, зная, что Гос­подь близ тебя; проси, бесе­дуя с Ним наедине, во глу­бине души своей, обли­вая ложе свое сле­зами сокру­шен­ного сердца. Проси так, чтобы один Серд­це­ве­дец знал твое про­ше­ние; проси, пре­да­ва­ясь во всем святой воле Божией; проси пла­менно, неот­ступно, ни в чем на себя не пола­га­ясь; проси, нако­нец, так, как Сам Гос­подь Бог научит тебя и помо­жет тебе про­сить! Аминь.

Беседа 18. О при­зы­ва­нии слад­чай­шего имени Гос­пода Бога и Спаса нашего Иисуса Христа

Бог наш, хотя Тро­и­чен в Лицах — Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой, но един по Суще­ству: как Бог Отец Все­мо­гущ, Все­пра­ве­ден и Все­б­лаг, так равно Все­мо­гущ, Все­пра­ве­ден и Все­б­лаг Бог Сын и Бог Дух Святой. По такому еди­но­су­щию все Лица Пре­свя­той Троицы равно участ­вуют в деле нашего освя­ще­ния. Поэтому когда Пра­во­слав­ная Цер­ковь запо­ве­дует нам молиться Богу, то это значит молиться всей Пре­свя­той Троице — Богу Отцу, Богу Сыну и Богу Духу Свя­тому.

Но поскольку дело спа­се­ния нашего совер­шил Иисус Хри­стос заслу­гами Своими, а по Воз­не­се­нии Своем Он нис­по­слал Все­свя­того Духа, Кото­рый дей­ствует в Церкви, Ею управ­ляет и живит Ее, то молиться Гос­поду Богу должно через Духа Свя­того во имя Иисуса Христа.

Святая Цер­ковь все молит­во­сло­вия и бого­слу­же­ния обык­но­венно начи­нает при­зы­ва­нием Свя­того Духа: «Царю Небес­ный, Уте­ши­телю, Душе истины…», потом испра­ши­вает всех даров от Бога Отца именем Гос­пода нашего Иисуса Христа. Поэтому имя Гос­пода нашего Иисуса Христа пре­сладко для всей Церкви, страшно врагу нашего спа­се­ния, уте­ши­тельно небе­сам, бла­го­при­ятно Отцу Небес­ному. Святые настав­ники и учи­тели Пра­во­слав­ной Церкви запо­ве­дуют непре­станно пре­бы­вать в молитве именем Гос­пода Иисуса, чтобы сердце обняло Гос­пода и Гос­подь — сердце, и чтобы были они едины. Нельзя отвле­кать от Бога сердца своего, надо хра­нить в нем всегда память о Гос­поде нашем Иисусе Христе, пока внутри, в сердце, не утвер­дится имя Гос­подне, и ни о чем другом не думать, как только о том, чтобы все­лился в нас Хри­стос. Так учил свт. Иоанн Зла­то­уст[23].

О молитве непре­стан­ной и о молитве Иису­со­вой мы уже гово­рили в одной из про­шлых бесед. Сейчас же обра­тим вни­ма­ние на сле­ду­ю­щее: хотя мы и не дер­заем при­сту­пать к умному дела­нию, но по мере сил своих и мы должны при случае про­го­ва­ри­вать Иису­сову молитву про себя и тща­тельно обду­мы­вать ее слова. То, что мы пока не готовы при­сту­пить к подвигу молитвы Иису­со­вой, вовсе не озна­чает, что она нам не нужна. Наобо­рот, мы должны стре­миться к тому, чтобы взойти когда-нибудь на такую сту­пень, когда Бог бла­го­сло­вит и нас тво­рить эту молитву. Да не сму­ща­ется сердце ваше; веруйте в Бога и в Меня веруйте (Ин. 14:1).

Молитва Иису­сова есть утвер­жде­ние веры в Пре­свя­тую Троицу, ибо где вера в Сына Божия, там и вера в Бога Отца, и где поми­ло­ва­ние и спа­се­ние греш­ни­ков, там и Дух Святой, пода­ю­щий им спа­си­тель­ную бла­го­дать.

Молитва Иису­сова помо­жет нам всегда помыш­лять о том, что сделал для нас Бог и Гос­подь наш Иисус Хри­стос. Он наш Гос­подь, но умер ради нашего спа­се­ния позор­ной и мучи­тель­ной смер­тью. И мы должны все пре­тер­петь ради Него и, прежде всего, не жалеть себя для испол­не­ния запо­ве­дей Его. Он, Вла­дыка, умыл ноги Своим уче­ни­кам, и мы должны, под­ра­жая Ему, слу­жить ближ­ним со всем сми­ре­нием и любо­вью. Он, и воз­нес­шись на небеса, про­дол­жает слу­жить нашему спа­се­нию, слушая и испол­няя наши молитвы, и мы должны слу­жить Ему всей жизнью нашей, взяв крест само­от­вер­же­ния и после­дуя за Ним.

Молитва Иису­сова помо­жет нам всегда пом­нить о своей немощи, гре­хов­но­сти и ока­ян­стве — и укло­няться от греха, от вся­кого зла и иску­ше­ния. Как же иначе мы можем про­сить об избав­ле­нии, если сами будем любить грех и под­вер­гать себя бес­чис­лен­ным иску­ше­ниям?

Молитва Иису­сова помо­жет нам быть мило­сти­выми к ближ­ним, про­щать обиды, тер­петь неспра­вед­ли­во­сти, не осуж­дать никого. Ведь если просим для себя поми­ло­ва­ния, значит, и других должны мило­вать.

Нако­нец, как мы уже гово­рили, одним именем Слад­чай­шего Гос­пода нашего Иисуса Христа, с верою при­зы­ва­е­мым, всего можно испро­сить у Бога! Будем же с верою при­зы­вать имя Гос­пода Иисуса, нимало не сомне­ва­ясь. Сомне­ва­ю­щийся подо­бен мор­ской волне, ветром под­ни­ма­е­мой и раз­ве­ва­е­мой. Да не думает такой чело­век полу­чить что-нибудь от Гос­пода. Чело­век с дво­я­щи­мися мыс­лями не тверд во всех путях своих (Иак. 1:6–8). Для веру­ю­щего нет ничего невоз­мож­ного. Вера в сердце чело­ве­че­ском есть высо­чай­ший дар Божий. Вера в Гос­пода нашего Иисуса Христа все­мощна, она спо­собна тво­рить чудеса. Но все дело в твер­дой уве­рен­но­сти. Ска­зано: Если скажет и не усо­мнится в сердце своем, но пове­рит, что сбу­дется по словам его (Мк. 11:23),значит, вся сила веры в несо­мнен­но­сти.

Кто будет про­сить и в сердце своем помыс­лит: может, получу, а может, и не получу,— тот нико­гда не полу­чит; а кто будет про­сить с такою уве­рен­но­стью, что он непре­менно полу­чит,— тот и полу­чит законно про­си­мое. Сле­до­ва­тельно, надо про­сить так, как если бы про­си­мое мы уже видели в руках Все­щед­рого Бога; надо про­сить так, чтобы оно уже пода­ва­лось нам и мы уже полу­чали его. Надо про­сить твердо, несо­мненно, с убеж­де­нием, что Бог даст нам про­си­мое,— и полу­чим. Чудная сила веры! Лишь бы сердце наше не дво­и­лось, лишь бы не вкра­лось в нас сомне­ние. А веру­ю­щему Гос­пода нашего Иисуса Христа все воз­можно! Аминь.

Беседа 19. О любви

В злую и нечи­стую душу не входит небес­ная муд­рость, Хри­стова бла­го­дать и Божия сила. Сле­до­ва­тельно, в сердце нашем до тех пор не утвер­дится Боже­ствен­ная, спа­си­тель­ная сила веры и дух молитвы, пока оно не сде­ла­ется к тому спо­соб­ным. Что же нужно со сто­роны моля­ще­гося для того, чтобы сердце его спо­собно было при­нять в себя веру Хри­стову и дар молитвы?

Нужно взыс­кать спа­се­ния, то есть про­ще­ния Богом всех грехов наших. Без такого про­ще­ния сердце наше нико­гда не сможет быть чистым и спо­соб­ным к при­ня­тию бла­го­дати Хри­сто­вой. Ска­зано: Ста­рай­тесь иметь мир со всеми и свя­тость, без кото­рой никто не увидит Гос­пода (Евр. 12:14). Наша свя­тость, то есть про­ще­ние грехов наших, осно­вы­ва­ется на любви и про­ще­нии нами бра­тьев наших. Нам будет про­щено тогда, когда и мы будем про­щать; и напро­тив, нам нико­гда не про­стится, если мы не будем про­щать других. Сле­до­ва­тельно, глав­ное усло­вие для того, чтобы полу­чить про­ще­ние от Бога в грехах своих и спа­се­ние, чтобы очи­стить сердце свое и соде­лать его храмом, достой­ным вме­стить в себя высо­чай­ший дар Божий — живую веру в Него,— глав­ное усло­вие для всего этого состоит в любви к ближ­ним и нашей незло­па­мят­но­сти.

Все выше­ска­зан­ное осно­вано на словах Гос­пода нашего Иисуса Христа, о кото­рых мы гово­рили в одной из про­шлых бесед, но повто­рим их ввиду их вели­кой важ­но­сти: И когда стоите на молитве, про­щайте, если что имеете на кого, дабы и Отец ваш Небес­ный про­стил вам согре­ше­ния ваши. Если же не про­ща­ете, то и Отец ваш Небес­ный не про­стит вам согре­ше­ний ваших (Мк. 11:25–26). Если ты при­не­сешь дар твой к жерт­вен­нику и там вспом­нишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жерт­вен­ни­ком, и пойди, прежде при­ми­рись с братом твоим, и тогда приди и при­неси дар твой (Мф. 5:23–24).

Имейте усерд­ную любовь друг ко другу,— учит нас и апо­стол,— потому что любовь покры­вает мно­же­ство грехов (1Пет. 4:8). Любовь не делает ближ­нему зла; итак, любовь есть испол­не­ние закона (Рим. 13:10). Любовь — одно из непо­сти­жи­мых свойств Божиих, и поэтому ею наша душа очи­ща­ется, про­све­ща­ется, рас­ши­ря­ется и дела­ется спо­соб­ной при­нять и вме­стить в себя Любовь высо­чай­шую — Самого Бога — со всеми дарами Его бла­го­дати. А памя­то­зло­бие и вражда, напро­тив, про­изо­шли от диа­вола; ими омра­ча­ется ум, сжи­ма­ется сердце и стес­ня­ется дух наш, ими мы отда­ля­емся от вся­кого добра, от всякой доб­ро­де­тели и лиша­емся любви.

Итак, воз­люб­лен­ные о Гос­поде, во всякое время, осо­бенно при­сту­пая к молитве, не имейте ника­кой вражды и гнева, но со всеми имейте мир и любовь. Мир и любовь от Бога, а гнев и вражда от диа­вола. Как же мы со свой­ствами, враж­деб­ными Богу, смеем при­сту­пить к Нему, смеем про­сить Его мило­сти и бла­го­дати? Не заслу­жим ли вместо мило­сти Его гнев, и притом — пра­вед­ный? Вду­май­тесь: все, что от нас тре­бу­ется для нашего спа­се­ния,— это про­ще­ние обид, дело для нас посиль­ное. Лишь за одно про­ще­ние обе­ща­ется нам вели­кое воз­на­граж­де­ние выше всякой нашей заслуги — про­ще­ние всех грехов наших. Если будем гне­ваться и враж­до­вать, не будем знать покоя и радо­сти, а если про­стим, то сердце наше сде­ла­ется спо­соб­ным к при­ня­тию даров бла­го­дати Божией, мы обре­тем в душе мир небес­ный и духов­ную радость. Неужели мы будем так злы к себе же самим, что пожерт­вуем вели­ким даром и соб­ствен­ным сча­стьем — и ради чего?

О, заду­май­тесь, заду­май­тесь, вы, кото­рые не хотите про­стить ближ­нему: един­ствен­ная при­чина, по кото­рой чело­век не хочет про­стить ближ­него — это злоба и нена­висть по отно­ше­нию к нему, что явля­ется тяжким грехом. Может ли такой злой греш­ник ожи­дать для себя бла­го­сти и мило­сер­дия от Бога, если, упо­доб­ля­ясь демону, нена­ви­дит Его люби­мое созда­ние, Его люби­мое чадо — чело­века. Какой дар от Его щедрот нис­по­шлется нам, неми­ло­сти­вым, какой свет от Его свя­то­сти про­льется в нашу темную душу?

Нет, нет, воз­люб­лен­ный, с гневом и враж­дой и не начи­най молиться; молитва твоя не будет тихим изли­я­нием души твоей пред Богом. Ты более поху­лишь имя Божие, заслу­жишь Его гнев и нака­за­ние. Да и как ска­жешь: И остави нам долги наша, якоже и мы остав­ляем долж­ни­ком нашим? Неужели будешь лгать Богу? Неужели ска­жешь:

не оставь, как и я не остав­ляю? Об этом страшно и поду­мать. Ты оскорб­лен? Твое само­лю­бие уязв­лено? Сми­рись в сердце своем, поду­май, что не без воли Божией с тобой это про­изо­шло; еще сми­рись и поду­май, может быть, ты дей­стви­тельно вино­ват; если в этот раз не был вино­ват, так значит, когда-то раньше в чем-нибудь подоб­ном про­ви­нился и тогда не был обли­чен.

Осо­знай, нако­нец, что это иску­ше­ние от врага, кото­рый хочет всегда и везде посе­ять вражду и нена­висть — не будь его слугой или игруш­кой в его руках, понуди себя про­стить от души и тем докажи, что ты Хри­стов, а не вражий. Поду­май, что оскор­бив­ший тебя такой же немощ­ный чело­век, как и ты, он по немощи своей так посту­пил с тобой,— мы, силь­ные, должны сно­сить немощи бес­силь­ных и не себе уго­ждать (Рим. 15:1). Пожа­лей его, ведь и он муча­ется и стра­дает от того, что про­изо­шло,— помо­лись же за него и про­тяни ему руку помощи, то есть крот­кое про­ще­ние обиды. Только так ты испра­вишь ближ­него, если он согре­шил; злоба же и вражда не спо­собна к лече­нию этой раны.

Тогда только начи­най молиться, когда в сердце твоем водво­рится мир и тишина. Тогда и душа твоя спо­собна будет при­нять дар бла­го­дати и дух молитвы. Помни, что вражда и памя­то­зло­бие воз­му­щают душу, а Бог есть Бог мира. Не бывать там делу Божию, где нет мира Хри­стова и тишины сер­деч­ной. Если по какой-либо при­чине ты не можешь попро­сить про­ще­ния у того, на кого оби­жался, или объ­яс­ниться с ним,— не сму­щайся, это не страшно: прости ему заочно, поми­рись с ним в сердце своем пред очами Все­ви­дя­щего Бога. Нужно само дело, нужна любовь и бла­го­сер­дие, а внеш­нее испол­нится и после, по молитве твоей Гос­подь все устроит. Даже лучше сна­чала про­стить в сердце, а потом и объ­яс­ниться. Бог видит наше сердце и одно доброе рас­по­ло­же­ние при­ем­лет как жертву вели­кую. Аминь.

Беседа 20. Что еще нужно для бла­го­успеш­ной молитвы

Помимо истин­ной веры и хри­сти­ан­ской любви, для бла­го­успеш­но­сти нашей молитвы нужно еще, чтобы она совер­ша­лась:

1) С пре­дель­ной чисто­той сердца. «Должно сперва самому себя очи­стить, а потом уже бесе­до­вать с Чистым»,— гово­рит свт. Гри­го­рий Бого­слов[24]. Все мы более или менее грешны и повинны пред Богом, но Гос­подь, по сви­де­тель­ству Свя­щен­ного Писа­ния, мило­стиво внимал моле­ниям даже греш­ни­ков, когда они моли­лись, пре­бы­вая в пока­я­нии и сер­деч­ном сокру­ше­нии. Вспом­ним, напри­мер, молитву Манас­сии, мытаря, раз­бой­ника, и других, подоб­ных им. Сле­до­ва­тельно, для бла­го­успеш­но­сти молитв, от нас, греш­ных, при­но­си­мых, нужно, по край­ней мере, созна­ние своей винов­но­сти перед Богом, реши­тель­ное наме­ре­ние или даже обет испра­вить свою жизнь, слезы и сокру­ше­ние сер­деч­ное о том, что мы про­гнев­ляем Бога и недо­стойно служим Ему.

Свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст гово­рит так: «Подо­бает молиться неза­ма­ран­ному сквер­нами. Что же, ска­жешь, если впаду в согре­ше­ние? Очисти себя. Как? Плачь, стенай, подай мило­стыню, при­ми­рись с тем, кого обидел, очисти язык, чтобы более не про­гнев­лять Бога»[25]. Здесь же надо доба­вить, что осуж­де­ние ближ­них, кото­рое многие и за грех не счи­тают, в одно мгно­ве­ние лишает нас плодов дли­тель­ного пока­я­ния и осквер­няет наше сердце. Бой­тесь этого греха, чтобы очи­стить свое сердце и научиться чистой молитве;

2) Молитва должна быть совер­ша­ема со сми­ре­нием хри­сти­ан­ским. Отец Небес­ный осо­бенно при­зи­рает на сми­рен­ных рабов Своих (Ис. 66:2). Молитва сми­рен­ного, по словам бого­муд­рых, про­ник­нет сквозь облака (Сир. 35:17). Бог гордым про­ти­вится, а сми­рен­ным дает бла­го­дать (Иак. 4:6; 1Петр. 5:5). Сми­рен­ная молитва мытаря даро­вала ему отпу­ще­ние грехов и оправ­да­ние (Лк. 18:10–14); за сми­рен­ную молитву сотник полу­чил жела­е­мую милость и похвалу от Гос­пода (Мф. 8:5–13). Не гор­ди­тесь, братья, ничем, если хотите помо­литься свято и душе­спа­си­тельно. От гордых Бог не примет моле­ний и не испол­нит их молитв;

3) Молитву надо совер­шать без тще­сла­вия и лице­ме­рия. Надо молиться не перед людьми, но перед Богом, и твердо верить, что Отец наш Небес­ный видит наше сердце. По словам Спа­си­теля, надо войти в ком­нату свою и затво­рить двери, дабы не явиться бого­моль­цем перед людьми (Мф. 6:6). Поэтому, по учению свт. Иоанна Зла­то­уста, при молитве не должно быть ни вопля, ни лишних и неуме­рен­ных дви­же­ний. Он гово­рит: «Многие худо посту­пают в том, что своими непри­стой­ными взы­ва­ни­ями невольно при­вле­кают на себя вни­ма­ние и, таким обра­зом, как своим поло­же­нием, так и воплем делают себя смеш­ными. Должно совер­шать молитву без лишних дви­же­ний тела и непри­стой­ных взы­ва­ний, но с благим и искрен­ним рас­по­ло­же­нием; не с шумом и звуком, не выка­зы­вая себя, но со всей кро­то­стью, сокру­ше­нием сердца и непри­твор­ными сле­зами. Хотя бы ты и скор­бел душою и не мог не вопи­ять, но даже и в силь­ной скорби при­лич­нее и бого­угод­нее молиться и про­сить так, как я сказал»[26] ;

4) Досто­ин­ство молитвы должно заклю­чаться не в мно­го­сло­вии, но в силе чув­ство­ва­ний. «Не витий­ствуй в молитве твоей сло­вами,— гово­рит один из святых мужей. — Отцу Небес­ному угодна бывает самая про­стая и бес­хит­рост­ная немота детей. Не заботься также быть в ней мно­го­слов­ным, дабы, при­ис­ки­вая слова, не рас­се­ять самую мысль. Мытарь одним словом уми­ло­сти­вил Бога; и раз­бой­ник одним крат­ким рече­нием, про­из­не­сен­ным с верою, испро­сил себе спа­се­ние»[27].

Молитва самая крат­кая, но с чув­ством и от сердца про­из­не­сен­ная, гораздо бла­го­твор­нее молитвы длин­ной, но без чувств и не от сердца про­из­не­сен­ной. Однако этим отнюдь не уни­жа­ются более про­стран­ные моле­ния, как, напри­мер, наши обще­ствен­ные бого­слу­же­ния: вечерня, утреня и Литур­гия, или пение ака­фи­стов, молеб­нов и т. п. Здесь гово­рится о том, чтобы мы, молясь Богу наедине о своих нуждах, не забо­ти­лись о кра­соте выра­же­ний, не рас­суж­дали вслух или про себя, под­би­рая слова и как бы любу­ясь своим крас­но­ре­чием. Мысль и чув­ство, страх Божий — глав­ное в молитве; при лишних же словах или заботе об их строй­ной форме мысль теря­ется и чув­ство уходит, вместо сердца начи­нает гово­рить рас­су­док, кото­рый более свой­стве­нен плот­скому муд­ро­ва­нию, а не духов­ному.

Во время молитвы нечего витий­ство­вать и нет нужды забо­титься о том, как точнее выра­зиться или объ­яс­нить то, что нам нужно. Мы обра­ща­емся к Богу, Кото­рый лучше нас знает, что нам нужно и что для нас полезно. Если же мы будем запо­ми­нать и усва­и­вать молитвы из молит­во­слова или те, что чита­ются в храме, пусть даже и довольно про­стран­ные, но напи­сан­ные свя­тыми людьми,— это только помо­жет нам научиться пра­вильно молиться о своих нуждах. В этих молит­во­сло­виях мысль не только не рас­се­и­ва­ется, но еще более под­дер­жи­ва­ется строй­ным изло­же­нием и целе­на­прав­лен­ной после­до­ва­тель­но­стью.

Если мы будем вни­ма­тельны во время службы и не поз­во­лим уму своему отвле­каться, но будем усердно молиться во всеми, про­ни­ка­ясь сло­вами молитв, чита­е­мых в храме, то спо­до­бимся сер­деч­ного уми­ле­ния, доб­рого чув­ства, кото­рое рож­да­ется не вдруг, а посте­пенно, когда мно­гими уте­ши­тель­ными сло­вами чтений и пес­но­пе­ний, мно­гими теп­лыми, сер­деч­ными про­ше­ни­ями и воз­ды­ха­ни­ями, мно­гими живыми при­ме­рами и срав­не­ни­ями пора­жа­ется память, вооб­ра­же­ние и напол­ня­ется весь ум чита­ю­щего или слу­ша­ю­щего бого­мольца;

5) Молитва бывает осо­бенно бла­го­плодна, когда она соеди­ня­ется с постом и мило­сты­ней хри­сти­ан­ской. «Кто постится,— учит свт. Иоанн Зла­то­уст,— тот ста­но­вится легким и окры­ля­ется, с бодрым духом молится, уга­шает злые похоти, уми­ло­стив­ляет Бога и сми­ряет над­мен­ный свой дух. Кто молится и вместе постится, тот имеет два крыла, лег­чай­шие самого ветра; тако­вой не дрем­лет, не мно­го­сло­вит, не зевает, не рас­сла­бе­вает на молитве, что со мно­гими бывает, но он быст­рее огня и выше земли, поэтому осо­бенно пока­зы­вает себя врагом и рато­бор­цем против злых духов»[28]. Нет силь­нее молитвы того, кто пред­стоит пред Богом с укро­щен­ным чревом и с щед­ро­да­тель­ной рукой, ибо ска­зано: Милу­ю­щий нищего, дает взаймы Богу, по даянию же его воз­дастся ему (Притч. 19:17);

6) Самое глав­ное для успеха молитвы — это молить Мило­серд­ного Бога, чтобы Сам Он научил нас истин­ной молитве: ибо Он дает молитву моля­ще­муся. А мы сами даже и не знаем, ни о чем, ни как нам должно молиться; и если бы не хода­тай­ство­вал за нас Дух Святой, у нас не было бы истин­ной молитвы (Рим. 8:26).

Братья хри­сти­ане! Для успеш­ной молитвы нужно про­во­дить под­лин­ную жизнь хри­сти­ан­скую, кото­рая одна только и пока­зы­вает истин­ность нашей веры. Что пользы, братия мои, если кто гово­рит, что он имеет веру, а дел не имеет? может ли эта вера спасти его? Если брат или сестра наги и не имеют днев­ного про­пи­та­ния, а кто-нибудь из вас скажет им: “Идите с миром, грей­тесь и питай­тесь”, но не даст им потреб­ного для тела: что пользы? Так и вера, если не имеет дел, мертва сама по себе (Иак. 2:14–17). Аминь.

Беседа 21. О при­зы­ва­нии святых во время молитвы

Человек сам по себе слаб и немо­щен, а Бог для чело­века и Благ, и Мно­го­мило­стив. Потому, кроме неви­ди­мого Своего руко­вод­ства, Он, Все­бла­гой, дает чело­веку помощь через св. Своих угод­ни­ков. Угод­ники Божии, при­над­лежа к Церкви Небес­ной и стоя на высших сту­пе­нях при­бли­же­ния к Богу, наши слабые и недо­стой­ные молитвы своими свя­тыми молит­вами под­креп­ляют, очи­щают и при­но­сят их Богу. Мило­серд­ный Бог, при­емля молитвы святых, как аромат бла­го­ухан­ный и жертву чистую, за их любовь и хода­тай­ство о нас, греш­ных, за их святые молитвы, при­ем­лет и наши молитвы и подает нам Свои мило­сти через тех же святых, с верой и любо­вью нами при­зы­ва­е­мых.

Учение о при­зы­ва­нии в молитве святых угод­ни­ков Божиих есть самое древ­нее. Напри­мер, когда пророк Давид молился: Гос­поди, Боже Авра­ама, Исаака и Изра­иля, отцов наших!— тогда он вос­по­ми­нал святых пра­от­цев в под­креп­ле­ние своей молитвы (1Пар. 29:18). Подоб­ным обра­зом и наша Пра­во­слав­ная Цер­ковь при­зы­вает Христа Бога нашего молит­вами Пре­чи­стой Его Матери и всех святых.

Свя­ти­тель Кирилл Иеру­са­лим­ский гово­рит об этом так: «Поми­наем прежде почив­ших, во-первых, пат­ри­ар­хов, про­ро­ков, апо­сто­лов, муче­ни­ков, чтобы их молит­вами и пред­ста­тель­ством принял Бог моле­ние наше»[29].

Пра­во­слав­ная Цер­ковь не напрасно при­зы­вает на помощь святых: тому, что Мило­серд­ный Бог молит­вами и пред­ста­тель­ством их при­ем­лет наши молитвы и подает нам про­си­мое, есть бес­чис­лен­ные дока­за­тель­ства. Возь­мите жития святых, и на каждой стра­нице вы уви­дите бла­го­де­я­ния их бед­ному чело­ве­че­ству; уви­дите, сколько может усерд­ная молитва пра­вед­ного (Иак. 5:16). Обра­тимся, по край­ней мере, мыс­ленно к помощи святых нашей Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви: целому сонму чудо­твор­цев Киево-Печер­ских; Миха­ила, Петра, Алек­сия, Ионы и Филиппа Мос­ков­ских; Сергия Радо­неж­ского; Мит­ро­фана Воро­неж­ского, Афа­на­сия Лубен­ского; Димит­рия и Авра­амия — Ростов­ских Чудо­твор­цев, Сергия и Гер­мана — Вала­ам­ских Чудо­твор­цев; Вар­ла­ама Хутын­ского, Фео­до­сия Тотем­ского; Давида и Евфро­си­нии — Муром­ских Чудо­твор­цев; Миха­ила и Фео­дора — Чер­ни­гов­ских Чудо­твор­цев, и других. Мы увидим море чудес и неизоб­ра­зи­мые бла­го­де­я­ния, кото­рыми, как семе­нем жиз­нен­ным, про­цве­тало и про­цве­тает воз­люб­лен­ное наше Оте­че­ство. Мы увидим, что свя­тыми их молит­вами и пред­ста­тель­ством жили и дер­жа­лись бла­го­че­сти­вые предки наши, живем и дер­жимся мы, мно­го­греш­ные и недо­стой­ные!

Братья о Гос­поде! Каждый из нас имеет свои особые нужды и ока­зы­ва­ется в особых обсто­я­тель­ствах, когда необ­хо­дима особая помощь святых угод­ни­ков Божиих. Читайте жития святых, поучай­тесь их святой жизнью и чуде­сами и при­зы­вайте их на помощь. Они, как небо­жи­тели, пре­ис­пол­нены любви чистой, совер­шен­ной. За одно наше сер­деч­ное воз­зва­ние, за одно молит­вен­ное обра­ще­ние они с любо­вью готовы поспе­шить на помощь к нам, бедным и немощ­ным. Они сами жили на земле, испы­тали все труд­но­сти житей­ские и знают, какова наша земная горь­кая жизнь; знают, сколько у нас здесь и бед, и скор­бей, и потому скоро при­хо­дят на помощь и готовы помочь нам достиг­нуть цар­ствия небес­ного. При­зы­вайте, братья, в молит­вах святых угод­ни­ков Божиих.

Мило­серд­ный Бог дарует святым Своим такую бла­го­дать и силу, что они могут всегда и везде слы­шать нас и во всем нам помо­гать. Хорошо, если кто может изли­вать свою душу у мощей святых. Здесь невольно рож­да­ется осо­бенно святое, бла­го­го­вей­ное чув­ство, а с ним живей­шая вера и пла­мен­ное обра­ще­ние к помощи святых. Кто может и в состо­я­нии — моли­тесь у мощей святых угод­ни­ков Божиих. Мощи святых, как спа­си­тель­ные источ­ники, кото­рые даро­вал нам Вла­дыка Хри­стос, исто­чают мно­го­раз­лич­ные бла­го­де­я­ния. Мощи святых, по оби­та­ю­щей в них Боже­ствен­ной бла­го­дати, бывают рав­но­мощны душам святых, когда с верою и бла­го­го­ве­нием ося­за­ются или почи­та­ются[30]. Стоять и молиться у мощей святых значит почти то же, что и бесе­до­вать с ними лично.

Нетлен­ные и живо­нос­ные мощи угод­ника Божия — это сокро­вище мно­го­цен­ное, кото­рое вручил нам Бог чудес. Пред­стоя им, как самому живому угод­нику Божию, мы при­па­даем и молимся, чтобы он принял моле­ния наши и вознес их на жерт­вен­ник бла­го­у­тро­бия Божия [31].

Чье сердце не уми­лится, чей дух не тро­нется, у кого не поте­кут слезы при виде чуда нетле­ния, при при­бли­же­нии к истин­ной свя­то­сти, при мысли, что мы при­об­рели добрых друзей и бла­го­де­те­лей чело­ве­че­ства, кото­рые молятся об отпу­ще­нии пре­гре­ше­ний наших и ограж­де­нии нас от бед и напа­стей? Кого Бог удо­ста­и­вал повер­гаться бла­го­го­вей­ной душой перед мощами святых, тот вспом­нит со мной, мно­го­греш­ным, как было сердцу при­ятно и душе радостно. В то время забы­ва­ется все земное, и ты пре­ис­пол­ня­ешься чем-то высшим, отхо­дишь легким и спо­кой­ным и не хочешь рас­статься с теми бла­го­дат­ными местами, где почи­вают, обла­го­дат­ство­ван­ные мощи. Так радостно, бла­го­творно и душе­спа­си­тельно изли­вать душу и молитвы свои пред мощами святых!

Но кто лишен сей бла­го­дати, тот может молиться святым угод­ни­кам Хри­сто­вым на всяком месте, верой и любо­вью при­зы­вая их на помощь. Они везде могут услы­шать нас и ото­всюду, по данной им бла­го­дати, могут помо­гать нам. На море ли или на суше, в горах ли или в пусты­нях, в граде или весях — где бы мы ни были и откуда бы ни воз­звали к ним о помощи, они, люб­ве­обиль­ные, всегда готовы даро­вать нам про­си­мые блага. Очи их всегда при­зи­рают на нас, немощ­ных, и уши их всегда отвер­сты к молитве нашей. Они братья наши, они друзья наши, они отцы и матери наши, они наши хода­таи и защит­ники.

Только надо молиться им пла­менно, усердно и с обетом — в честь их сде­лать какое-нибудь святое и бого­угод­ное дело. Можно, напри­мер, помочь бед­ному семей­ству, или при­стро­ить сироту несчаст­ную, или отка­заться от какой-либо вред­ной стра­сти: пьян­ства, рас­се­ян­но­сти, воров­ства и подоб­ного; или стать усерд­нее к делу Божию: каждый вос­крес­ный и празд­нич­ный день ходить в Цер­ковь, или во Святую Четы­ре­де­сят­ницу про­честь Еван­ге­лие и т. п. Такими и подоб­ными обе­тами наши молитвы дела­ются пло­до­твор­ными. Только данный обет непре­менно должен быть испол­нен: иначе мы перед лицом святых угод­ни­ков Божиих ока­жемся лжи­выми, и тем про­гне­ваем их любовь, и не удо­сто­имся полу­чить от них ника­кой помощи. Аминь.

Беседа 22. Что прежде всего должно про­сить у Бога

Мы уже упо­ми­нали о том, что неко­то­рые молитвы не бывают услы­шаны в том смысле, что моля­щийся не полу­чает про­си­мого. Отчего это про­ис­хо­дит? Оттого, что часто люди, еще не отре­шив­ши­еся от плот­ского муд­ро­ва­ния, не пони­мая своей пользы и насущ­ных потреб­но­стей, часто просят не то, что должно про­сить, или просят по при­хоти, а не ради своего веч­ного спа­се­ния. Святой ап. Иаков учил об этом: Про­сите и не полу­ча­ете, потому что про­сите не на добро, а чтобы упо­тре­бить для ваших вожде­ле­ний. Не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот ста­но­вится врагом Богу (Иак. 4:3–4).

Душа наша важнее тела, а веч­ность дороже вре­мен­ной жизни. Душа бес­смертна, а тело тленно. Во вре­мени жить будем недолго, а в веч­но­сти житие наше будет бес­ко­неч­ное. Сле­до­ва­тельно, сам разум вну­шает прежде всего про­сить благ духов­ных, а потом уже и телес­ных.

Самое высшее духов­ное благо есть цар­ствие Божие, его-то и должно про­сить у Бога прежде и больше всего на свете. Это будет сооб­разно с потреб­но­стью нашей души и с волей Гос­пода нашего Иисуса Христа, Кото­рый именно так и сказал: Ищите же прежде цар­ства Божия и правды его, и это все при­ло­жится вам (Мф. 6:33).

Что же такое цар­ствие Божие? По учению св. апо­стола, оно есть правда, мир и радость о Духе Святом (Рим. 14:17). Правда или оправ­да­ние пода­ется нам смер­тью и вос­кре­се­нием Христа. Мир водво­ря­ется в душе нашей, когда совесть наша не мучит нас, когда плоть не вос­стает против духа, когда в нас гос­под­ствует не страсть низкая и закон гре­хов­ный, а нрав­ствен­ность чистая, сооб­раз­ная с зако­нами Боже­ствен­ными. Радость про­ли­ва­ется во все суще­ство наше, когда не только насто­я­щее, но и буду­щее, по вере и надежде нашей на Бога и Его мило­сер­дие, весе­лит и питает нас надеж­дой на лучшую бла­жен­ней­шую жизнь.

Видите, воз­люб­лен­ные, что цар­ствие Божие, то есть оправ­да­ние нас заслу­гами Хри­сто­выми, Его мир и Его Боже­ствен­ная радость есть первое и высо­чай­шее благо. Оно дорого для веч­но­сти, оно должно быть един­ственно вожде­лен­ным и во вре­мен­ной жизни. Вся веч­ность на нем осно­вана; и на земле оно прежде всего нужно тем, кто гото­вится к бла­жен­ной веч­но­сти. Воз­люб­лен­ные! Молите, молите Мило­серд­ного Бога, да дарует Он, Бла­гост­ней­ший, всем нам цар­ствие Свое, да про­льет в души и сердца наши Свой мир, Свою радость, Свое оправ­да­ние. Непре­станно, уси­ленно и неот­ступно про­сите сего высо­чай­шего блага.

Пока не будут у вас уми­ро­тво­рены и дух, и тело, сердце, жела­ния и помыш­ле­ния; пока вы не будете чув­ство­вать при­бли­же­ния бла­го­дати и силы Божией к вам; пока, нако­нец, вы ничего на свете так не поже­ла­ете, как быть в обще­нии с Богом и слу­жить Ему от всего сердца, до тех пор вы не будете еще ничего иметь, хотя бы и многое имели из сокро­вищ земных: ибо вы не будете иметь цар­ствия Хри­стова. В таком случае моли­тесь усердно, лейте слезы и неот­ступно про­сите, чтобы даро­вал вам Отец Небес­ный вели­кую Свою бла­го­дать — цар­ствие Свое небес­ное; чтобы отверз ваши души и сердца для при­ня­тия Его даров бла­го­дат­ных. Велико и нево­об­ра­зимо само по себе то, что дарует Мило­серд­ный Гос­подь сердцу чело­ве­че­скому: ощу­тить Его бли­зость.

Ничего нет и не может быть сла­дост­нее, уте­ши­тель­нее и успо­ко­и­тель­нее для сердца чело­ве­че­ского, чем бли­зость к нам бла­го­дати и силы Божией. Про­сите же именем Гос­пода нашего Иисуса Христа, про­сите вели­кой Его мило­сти — цар­ствия небес­ного! Скоро готов Он даро­вать нам Боже­ствен­ную бла­го­дать Свою и Свое цар­ство. Для водво­ре­ния цар­ствия Своего в нас Гос­подь наш Иисус Хри­стос и при­хо­дил к нам, греш­ным. И теперь Он, Бла­гост­ней­ший, с нами всегда, чтобы цар­ству Его водво­риться и Ему цар­ство­вать в нас вечно. Аминь.

Беседа 23. О про­ше­нии благ, нужных для жизни вре­мен­ной

Мы состоим из души и тела, живем в мире веще­ствен­ном, имеем разные необ­хо­ди­мые потреб­но­сти, свя­заны раз­лич­ными отно­ше­ни­ями и обя­зан­но­стями: семей­ными, граж­дан­скими, цер­ков­ными и т. п. Сле­до­ва­тельно, кроме одного высо­чай­шего блага на земле — цар­ствия Божия, то есть водво­ре­ния в нас правды, мира и радо­сти духов­ной, мы должны забо­титься о при­об­ре­те­нии и других благ, нужных для совер­шен­ства земной нашей жизни. Сам Спа­си­тель не запре­тил забо­титься о благах земных. Он только сказал, что прежде всего должно искать цар­ствия Божия, а все прочее при­ло­жится (Мф. 6:33), — т. е. все нужное дастся нам по мере нашего при­бли­же­ния к Богу и Его с нами соеди­не­ния.

Блага земные, отно­сясь к душе и телу, могут быть внут­рен­ними и внеш­ними. К благам внут­рен­ним должно отне­сти обра­зо­ва­ние ума и усо­вер­шен­ство­ва­ние сердца. Чело­век, как член Св. Церкви и опре­де­лен­ного обще­ства, пока живет на земле, должен про­хо­дить раз­лич­ные слу­же­ния по отно­ше­нию к Богу, ближ­нему и самому себе. Но ника­кого слу­же­ния не может он пройти достойно без истин­ного обра­зо­ва­ния ума и сердца. Ему должно знать и нахо­дить истину, знать и ценить доб­ро­де­тели, откры­вать и пре­сле­до­вать порок, щадить и мило­вать чело­ве­че­ство. Как же все это может он делать без свет­лого разума и доб­рого сердца? Сле­до­ва­тельно, вся­кому чело­веку нужно про­сить у Бога про­све­ще­ния разума и усо­вер­шен­ство­ва­ния своего сердца, как благ необ­хо­ди­мых и спа­си­тель­ных.

Про­све­ще­ние ума и усо­вер­шен­ство­ва­ние сердца — такие блага, кото­рые услаж­дают нередко горь­кую жизнь чело­ве­че­скую! В ком ум здра­вый и сердце доброе, обо­га­щен­ное чув­ствами хри­сти­ан­скими, тот счаст­ли­вей­ший чело­век на свете! Из него выйдет мудрый и бла­го­де­тель­ный судья, храб­рый и вместе доб­ро­душ­ный воин, самый полез­ный и искус­ный настав­ник, верный и послуш­ный сын Церкви, пре­дан­ный и неиз­мен­ный слуга Оте­че­ству, самый лучший семья­нин и самый при­ят­ный собе­сед­ник, самый полез­ный друг и совет­ник во всем. Какое пре­крас­ное суще­ство — чело­век со здра­вым умом и благим серд­цем! Кто не поже­лает быть и умным, и добрым? Но как этого достиг­нуть? Вся пре­муд­рость и весь разум от Бога, Источ­ника всякой пре­муд­ро­сти и разума, и все добрые и благие сер­деч­ные чув­ства от Него, Все­бла­гого. Сле­до­ва­тельно, к Нему, как Вер­хов­ному Пода­телю всех благ, как пер­вому Источ­нику истины и добра, к Нему и должно обра­щаться с моле­нием теплым, чтобы Он, Все­мо­гу­щий, дал нам и разум здра­вый, и сердце доброе! У Него, Все­мо­гу­щего и Все­щед­рого, бездна бла­го­дати и спа­си­тель­ных средств для немощ­ного и сла­бого чело­века. Он и непо­сред­ственно и опо­сре­до­ванно дей­ствует на чело­века и про­из­во­дит в нем все по Своей воле.

Кто молится и просит Его, нередко полу­чает такое веде­ние, кото­рое, не завися от средств чело­ве­че­ских, про­све­щает его разу­мом и веде­нием высшим. Все святые, имев­шие пома­за­ние от Свя­того Духа, при­частны были такому знанию (1Ин. 2:27). А часто Все­бла­гой Бог дарует нам разные случаи к про­све­ще­нию нашего ума и сердца. Иногда, напри­мер, дей­ствием Про­мысла откры­ва­ется для нас воз­мож­ность иметь руко­во­ди­те­лем извест­ного доб­рого настав­ника, побы­вать в извест­ном вос­пи­та­тель­ном заве­де­нии, про­чи­тать несколько душе­по­лез­ных настав­ле­ний, с дет­ства полю­бить чтение хоро­ших, нрав­ствен­ных книг, а осо­бенно Слова Божия и т. п. Все такие и подоб­ные случаи непре­менно про­ис­хо­дят по дей­ствию Про­мысла Божия, по мере нашего обра­ще­ния к Богу.

Потому-то в Пра­во­слав­ной Хри­сти­ан­ской Церкви перед нача­лом учения юношей поло­жено молеб­ное пение Гос­поду Богу об отгна­нии от сердец их нера­зу­мия, о пода­нии им пре­муд­ро­сти от Пре­стола Божия, чтобы быть им в радость и уте­ше­ние роди­те­лям своим; чтобы скоро при­нять, быстро научиться, пони­мать и пом­нить доброе и душе­спа­си­тель­ное учение!

Моли­тесь, братья, о себе и о чадах ваших, и Гос­подь Бог про­све­тит вас светом Своим — Светом Хри­сто­вым. Только этот свет истинно про­све­щает вся­кого чело­века и настав­ляет к дела­нию добра. К молитве о непо­сред­ствен­ном Божием про­све­ще­нии нашего разума и сердца при­ла­гайте со своей сто­роны дея­тель­ней­шие меры к тому, чтобы корнем и нача­лом обра­зо­ва­ния детей ваших был страх Божий, чер­па­е­мый из Свя­того Писа­ния, как из глав­ного источ­ника вся­кого позна­ния и вся­кого веде­ния путей совер­шен­ней­ших, веду­щих к бла­го­че­сти­вой жизни.

Для этого с самых первых дней соб­ствен­ным при­ме­ром воз­буж­дайте в чадах ваших любовь к чтению Слова Божия. В нем есть все, что только нужно нам для земли и для неба, в нем содер­жатся уроки и настав­ле­ния на всю жизнь нашу, на все наши нужды и потреб­но­сти, в нем нет ученых фило­соф­ских рас­суж­де­ний, нет утон­чен­ных и изыс­кан­ных правил, нужных для света и при­ли­чий мир­ских, зато в нем есть то, чего нет во всех книгах: в нем дух и сила всего нрав­ствен­ного закона. Нет ни одного такого порока, кото­рого бы Боже­ствен­ное Еван­ге­лие не осуж­дало, и ни одной доб­ро­де­тели, кото­рой бы оно не запо­ве­до­вало.

В Слове Божием — такие запо­веди, кото­рые служат осно­ва­нием бла­го­ден­ствия всех сооб­ществ чело­ве­че­ских. Все Боже­ствен­ные книги дышат миром, исти­ной и любо­вью. Счаст­лив, кто знаком с этими кни­гами!

Для руко­вод­ства детей изби­райте в настав­ники людей чест­ных и добрых, зна­ю­щих Бога и чтущих Святые Его запо­веди.

Вся­че­ски бере­ги­тесь обще­ния детей с людьми без­нрав­ствен­ными. Они укажут вам тысячи удо­воль­ствий во вред ребенку; а всякое непоз­во­ли­тель­ное удо­воль­ствие в юном чело­веке есть яд для его души и спо­соб­но­стей!

Когда Бог дает чадам нашим даро­ва­ния, и Про­мыс­лом Его они разо­вьются и при­об­ре­тется знание, пусть это знание посвя­ща­ется во славу имени Божия, на пользу ближ­него и соб­ствен­ное сча­стье. Пусть чада ваши про­хо­дят жиз­нен­ные испы­та­ния разумно и бого­бо­яз­ненно; пусть делают добро, помо­гают собра­тьям, оти­рают слезы пла­чу­щих, вра­чуют язвы уязв­лен­ных! Пусть все это делают из бла­го­дар­но­сти к Про­мыслу Божию, без всяких корыст­ных целей; а когда при­об­ре­тут и от Бога бла­го­сло­ве­ние, и от людей дове­рие и ува­же­ние,— тогда в зре­ло­сти и в ста­ро­сти вкусят истин­ную сер­деч­ную радость и удо­воль­ствие. Это сча­стье, извест­ное одним только умным и добрым, в прямом зна­че­нии слова!

Может быть, неко­то­рые из вас поду­мают: «Мы имеем, слава Богу, и разум, и сердце, а не помним, моли­лись ли мы когда Гос­поду Богу о нис­по­сла­нии нам тако­вых благ?» Быть не может, чтобы не моли­лись, чтобы когда-либо не при­зы­вали Духа Свя­того, Гос­пода Живо­тво­ря­щего и Про­све­ща­ю­щего — да при­и­дет Он, Все­мо­гу­щий, в сердца и помыш­ле­ния наши. А если мы не моли­лись, так непре­менно моли­лись за нас другие: прежде всего — духов­ная мать наша — Святая Цер­ковь, при бла­го­дат­ном воз­рож­де­нии нас Святым Кре­ще­нием, молится о про­све­ще­нии нас разу­мом и бла­го­че­стием, чтобы мы соде­ла­лись сынами света. Потом уже роди­тели наши или добрые род­ствен­ники наши, если не в храме, так непре­менно в глу­бине духа своего перед Все­ве­ду­щим откры­вали жела­ния сердца своего о нис­по­сла­нии нам и здра­вого разума, и доб­рого сердца.

Это непре­менно так. Бог Пре­ми­ло­серд­ный, видя благие жела­ния наших роди­те­лей и род­ствен­ни­ков и пред­видя в нас добрую надежду в буду­щем, обо­га­щает нас разу­мом и позна­нием. Без Бога и Его бла­го­дати нико­гда не может быть ни здра­вого разума, ни доб­рого сердца, ибо откуда все это возь­мется? От при­роды чело­века? Но он весь тьма! Если и явля­ется иногда нечто похо­жее на свет в тех, кто не знает Бога, то свет этот ничтож­ный, скоро исче­за­ю­щий, подобно огням воз­душ­ным. Посмот­рите на учение Бого­про­све­щен­ных Отцов Церкви и учение соб­ственно чело­ве­че­ское, назы­ва­е­мое фило­соф­ским, кото­рое не осно­вано на Откро­ве­нии Боже­ствен­ном. Первое учение верное, вечное, бла­го­твор­ное для всех и каж­дого, а второе — нечто меч­та­тель­ное, не име­ю­щее ни силы, ни жизни, теря­ю­щее убе­ди­тель­ность даже спустя пол­века!

Да, братья, именно так! Без Бога ничего не бывает. Сле­до­ва­тельно, без Его бла­го­дати ни разума, ни сердца доб­рого у нас быть не может. Все, что мы ищем — все от Него. Если что и имеем, то, оче­видно, без заслуг наших, а непре­менно с бла­гими и пре­муд­рыми целями Про­мысла. Бог дает нам не столько по заслу­гам нашим, сколько для при­зва­ния нас к Себе всеми щед­ро­тами любви Своей. Если мы имеем какой разум, если у нас сердце доброе, бла­го­да­рим Гос­пода! Это наше сокро­вище непре­менно от Его бла­го­стыни. Так будем же бла­го­да­рить Гос­пода за все в насто­я­щем и про­сить о боль­шем утвер­жде­нии нас в истине и добре, в разуме и бла­го­че­стии хри­сти­ан­ском, пока не достиг­нем меры воз­раста и испол­не­ния Хри­стова! Аминь.

Беседа 24. О благах внеш­них

К благам внеш­ним отно­сится: во-первых, наше здо­ро­вье телес­ное, потом — внеш­нее наше бла­го­по­лу­чие, нако­нец — честь или доброе имя. Здо­ро­вье есть вели­чай­ший дар от Бога: без здо­ро­вья жизнь мучи­тельна и чело­век себе в тягость. Без опре­де­лен­ного состо­я­ния чело­век во многом не дости­гает целей: и науки любят доста­ток; и семей­ная жизнь не будет при­ятна без достатка; и долж­ност­ные обя­зан­но­сти легче и, неко­то­рым обра­зом, без­опас­нее при достатке. Иногда пре­крас­ные даро­ва­ния и быст­рый полет духа не дости­гают цели потому, соб­ственно, что недо­ста­вало средств туда-то поехать, там-то обра­зо­вать себя, то и то про­чи­тать, того-то послу­шать, на то или другое взойти поприще. Иногда и дети в тягость, и радо­сти семей­ные не в радость, когда нечем жить, нечем под­дер­жать себя и семей­ство, нечего дать тре­бу­ю­щим, нечем уте­шить ни себя, ни своих близ­ких. Бывает, что у самого бла­го­род­ного, но бед­ного чело­века, как гово­рят, совесть поне­воле «кушать просит», оттого иногда нару­ша­ются долж­ност­ные его обя­зан­но­сти. А без чести и доб­рого имени чело­век не может быть бла­го­на­деж­ным граж­да­ни­ном, добрым отцом, верным супру­гом, при­мер­ным слу­жи­те­лем Церкви, неуко­риз­нен­ным судьей, при­лич­ным началь­ни­ком. Без чести и доб­рого имени чело­век будет как бы умер­ший для жизни.

Самые бого­про­све­щен­ные люди очень доро­жат честью и добрым именем. Святой ап. Павел согла­шался лучше уме­реть, чем лишиться чести (1Кор. 9:15). Сле­до­ва­тельно, можно и должно про­сить себе от Мило­серд­ного Бога и здо­ро­вья телес­ного, и хлеба насущ­ного, и доб­рого имени. Все это само по себе не явля­ется злом. Но про­сить здо­ро­вья телес­ного должно только с той целью, чтобы оно не пре­пят­ство­вало, а спо­соб­ство­вало дви­же­ниям нашего духа; чтобы наша духов­ная дея­тель­ность через попе­че­ние наше о теле не сокра­ща­лась, а напро­тив, рас­про­стра­ня­лась, воз­вы­ша­лась и дохо­дила до того, чтобы само тело могло быть жили­щем Духа Божия.

Не всегда полезно про­сить сокро­вищ земных, но про­сить хлеба насущ­ного нам запо­ве­дал Сам Гос­подь (Мф. 6:11). Если же Гос­подь даст нам не только доста­ток, но и изоби­лие, надо про­сить Его о том, чтобы мы могли по воле Божией упо­треб­лять свои излишки во славу Божию, на пользу ближ­них, а потом уже и соб­ствен­ную. Про­сить чести также не всегда полезно, ибо даже уме­рен­ное стрем­ле­ние к чести может пере­ро­диться в неуме­рен­ное често­лю­бие; но вполне бла­го­че­стиво про­сить Гос­пода огра­дить нас от кле­веты чело­ве­че­ской и зло­сло­вия. Если же и постиг­нет нас неспра­вед­ли­вость со сто­роны людей, надо при­нять это как нака­за­ние или вра­зум­ле­ние из руки Божией, не роп­тать на обид­чи­ков и не мстить им, но про­стить от всего сердца, тогда и Бог про­стит нам наши бес­чис­лен­ные грехи. Гос­подь силен оста­вить добрую память о нас на земле, если мы будет забо­титься только о Его славе, избе­гая славы для себя, ибо Он сказал: Я про­славлю про­слав­ля­ю­щих Меня (1Цар. 2:30).

Когда Гос­подь Бог дает вам здо­ро­вье и силы телес­ные, упо­треб­ляйте их на труды и заня­тия полез­ные, а отнюдь не на постыд­ные стра­сти,— не на пло­то­уго­дие, хули­ган­ство, воров­ство, гра­би­тель­ство и вся­кого рода наси­лия. Не надей­тесь на гра­би­тель­ство и не тще­славь­тесь хище­нием; когда богат­ство умно­жа­ется, не при­ла­гайте к нему сердца (Пс. 61:11). Стро­я­щий дом свой на чужие деньги — то же, что соби­ра­ю­щий камни для своей могилы (Сир. 21:9). Бере­ги­тесь любо­с­тя­жа­ния, ибо жизнь чело­века не зави­сит от изоби­лия его имения (Лк. 12:15). Для хри­сти­а­нина вели­кое при­об­ре­те­ние — быть бла­го­че­сти­вым и доволь­ным своим состо­я­нием. Ибо мы ничего не при­несли в мир; явно, что ничего не можем и выне­сти из него. Имея про­пи­та­ние и одежду, будем довольны тем. А жела­ю­щие обо­га­щаться впа­дают в иску­ше­ние и в сеть и во многие без­рас­суд­ные и вред­ные похоти, кото­рые погру­жают людей в бед­ствие и пагубу; ибо корень всех зол есть среб­ро­лю­бие, кото­рому пре­дав­шись, неко­то­рые укло­ни­лись от веры и сами себя под­вергли многим скор­бям (1Тим. 6:6–10). Аминь.

Беседа 25. Хри­сти­а­нин должен молиться не только о себе, но и о других

Христи­ан­ская любовь объ­ем­лет всех и каж­дого. По хри­сти­ан­скому бра­то­лю­бию, чего себе желаем, того должны желать и ближ­нему, чего себе у Бога просим, того должны про­сить и другим. Но из ближ­них наших имеют осо­бен­ное право на нашу о них молитву те, кто сози­дает и устро­яет благо, как общее всех, так и, в част­но­сти, каж­дого из нас.

Лицо первое и высо­чай­шее, о ком мы должны молить и про­сить Бога, — это Свя­тей­ший Пат­ри­арх: он — вер­хов­ный покро­ви­тель Церкви и испо­ве­ду­е­мой нами пра­во­слав­ной веры. Его вера и бла­го­че­стие под­дер­жи­вает, укреп­ляет и обод­ряет нашу веру и бла­го­че­стие. Мы обя­заны молиться за него, дабы почи­вал на нем Дух Божий, насаж­да­ю­щий и уко­ре­ня­ю­щий на земле Цер­ковь Хри­стову.

Далее, нам сле­дует молиться о тех, кто нахо­дится у власти, кто обес­пе­чи­вает закон­ность суда, сохран­ность порядка и соблю­де­ние зако­нов. Мы обя­заны молиться за них, чтобы Все­выш­ний нис­по­слал им Духа страха Божия, Духа пре­муд­ро­сти и разума, чтобы Гос­подь сотво­рил их истин­ными рев­ни­те­лями о пра­во­слав­ной вере и пользе всего Оте­че­ства; сотво­рил их чест­ными, дея­тель­ными, муд­рыми и бла­го­де­тель­ными для всех и награж­дал бы их самих за труды о нас миром душев­ным, здра­вием телес­ным, дол­го­ден­ствием и бла­го­ден­ствием.

Затем, мы должны молиться о защит­ни­ках нашего Оте­че­ства от врагов внеш­них и внут­рен­них, мы обя­заны про­сить Бога за них, чтобы Гос­подь даро­вал им Дух совета и кре­по­сти.

Далее, мы должны молиться за наших бла­го­де­те­лей, о тех, кто забо­тится о бла­го­по­лу­чии нашем и делает для нас добро, и, прежде всего, о роди­те­лях и вос­пи­та­те­лях наших, о пас­ты­рях и отцах духов­ных, о настав­ни­ках, началь­ни­ках и покро­ви­те­лях.

Любовь хри­сти­ан­ская обя­зы­вает нас молить Бога за всех людей, даже за врагов. Такова запо­ведь Гос­пода нашего Иисуса Христа: Моли­тесь за оби­жа­ю­щих вас и гоня­щих вас, да будете сынами Отца вашего Небес­ного, ибо Он пове­ле­вает солнцу Своему вос­хо­дить над злыми и доб­рыми и посы­лает дождь на пра­вед­ных и непра­вед­ных (Мф. 5:44–45).

Обя­зан­ность хри­сти­ан­ская лежит на всех нас молиться не только о живых, но и об умер­ших,— отцах и бра­тьях наших по вере, скон­чав­шихся в надежде вос­кре­се­ния и жизни вечной. Моли­тесь за них здесь, на земле, а они будут за вас молиться там, на небе­сах. Поми­найте их и раз­да­вайте за душу их мило­стыню. Поми­но­ве­ние в Церкви Божией и мило­стыня за умер­ших — вели­кое для них бла­го­де­я­ние.

Братья! Моли­тесь за всех: такова есть воля Божия; испол­нив такую волю Божию, тихо и без­молвно пожи­вем во всяком бла­го­че­стии и чистоте. Аминь.

Беседа 26. Молитва должна быть посто­ян­ной и неот­ступ­ной

Часто слу­ча­ется, что мы, прося от Бога себе извест­ных благ и не дости­гая вдруг цели про­ше­ний, начи­наем сму­щаться и осла­бе­вать в молитве. Такое сму­ще­ние и есть одна из первых причин, почему иногда мило­сер­дие Божие не внем­лет нашим про­ше­ниям, нетвер­дым и непо­сто­ян­ным. Каж­дому из нас весьма необ­хо­димо знать, как посто­янно и как неот­ступно должно про­сить Бога о нис­по­сла­нии нам какого-либо блага и когда пре­кра­щать свои про­ше­ния.

Послу­шаем Самого Слад­чай­шего нашего Иисуса Христа, что именно Он сказал об этом пред­мете. Для боль­шей ясно­сти про­чтем Его Боже­ствен­ные слова из Свя­того Еван­ге­лия. Святой еван­ге­лист Лука повест­вует, что Гос­подь пред­ло­жил неко­гда уче­ни­кам Своим притчу о том, что должно всегда молиться и не уны­вать, говоря: в одном городе был неко­то­рый судья, кото­рый Бога не боялся и людей не сты­дился. В том же городе была одна вдова, и она, при­ходя к нему, гово­рила: «Защити меня от сопер­ника моего». Но он долгое время не хотел. А после сказал сам в себе: «Хотя я и Бога не боюсь и людей не сты­жусь, но, как эта вдова не дает мне покоя, защищу ее, чтобы она не при­хо­дила больше доку­чать мне». И сказал Гос­подь: слы­шите, что гово­рит судья непра­вед­ный? Бог ли не защи­тит избран­ных Своих, вопи­ю­щих к Нему день и ночь, хотя и медлит защи­щать их? Ска­зы­ваю вам, что подаст им защиту вскоре (Лк. 18:1–8).

Для боль­шей ясно­сти пояс­ним смысл этой притчи: Мило­серд­ный Бог всегда люб­ве­обиль­нее самого доб­рей­шего чело­века. Сле­до­ва­тельно, доста­точно было бы ука­зать на судью пра­вед­ного с тем заклю­че­нием, что если чело­век слу­шает и выпол­няет про­ше­ния, то тем более Бог. Но Спа­си­тель пред­став­ляет судью жесто­кого и бес­че­ло­веч­ного, не име­ю­щего ни сове­сти, ни страха Божия, кото­рый удо­вле­тво­рил про­ше­ние бедной вдовы только из-за ее неот­ступ­но­сти. Итак, если настой­чи­вая молитва и злую при­роду скло­няет к состра­да­нию и мило­сер­дию, то что же ей невоз­можно выпро­сить у Пре­бла­гого Отца Небес­ного, Кото­рый обильно дает нам все потреб­ное к жизни вре­мен­ной и вечной. Ведь Гос­подь создал нас, иску­пил нас и обещал нам цар­ствие без всяких заслуг наших, по одной Своей неизъ­яс­ни­мой бла­го­сти и непо­сти­жи­мой любви к роду чело­ве­че­скому!

Эту же мысль о том, что должно про­сить Бога неот­ступно, Слад­чай­ший наш Спа­си­тель объ­яс­няет и в другом месте. По просьбе одного из уче­ни­ков, Иисус Хри­стос, научив их молиться, сказал: Если кто-нибудь из вас, имея друга, придет к нему в пол­ночь и скажет ему: «Друг! Дай мне взаймы три хлеба, ибо друг мой с дороги зашел ко мне, и мне нечего пред­ло­жить ему»; а тотиз­нутри скажет ему в ответ: «Не бес­по­кой меня, двери уже заперты, и дети мои со мною на постели; не могу встать и дать тебе». Если, говорю вам, он не вста­нет и не даст ему по дружбе с ним, то по неот­ступ­но­сти его, встав,даст ему, сколько просит. И Я скажу вам: про­сите, и дано будет вам; ищите, и най­дете; сту­чи­тесь, и отво­рят вам; ибо всякий про­ся­щий полу­чает, и ищущий нахо­дит, и сту­ча­щему отво­рят (Лк. 11:5–10).

Итак, должно про­сить посто­янно и неот­ступно с надеж­дою на мило­сер­дие Божие. Должно про­сить до тех пор, пока не выпро­сим; должно про­сить не как-нибудь, пере­кре­стясь и сказав: «Гос­поди, поми­луй меня, Гос­поди, помоги мне»,— как бы мимо­летно, ско­ро­течно и нетвердо. Должно про­сить не раз, не два и не три раза, но, если Богу угодно испы­тать нашу веру, должно про­сить несколько раз, пол­года, год, целую жизнь. Да, так про­сили святые пра­отцы Иоаким и Анна и многие другие. Трудно, ска­жете, не полу­чая, не осла­бе­вать в надежде. Что делать? Дей­стви­тельно трудно! Но скоро выпро­шен­ное меньше ценится и быст­рее забы­ва­ется, а Гос­подь хочет, чтобы мы пом­нили Его дары, были Ему бла­го­дарны и имели в Него твер­дую веру и несо­мнен­ную надежду до конца дней наших. Аминь.

Беседа 27. О тер­пе­нии и само­от­вер­же­нии

Мило­серд­ный Бог если и отка­зы­вает нам в просьбе, то не без особой при­чины. Если Он не испол­няет, то есть как бы не слышит наши молитвы, надо разо­браться: то ли мы просим, что сооб­разно с волей Божией, со сча­стьем ближ­него и с нашим спа­се­нием? А если мы просим благ поз­во­ли­тель­ных, но Бог не внем­лет нашим про­ше­ниям? Тогда, наверно, не имеем долж­ной в Него веры и любви к ближ­нему. Это непре­менно так! Поэтому Бог, не отве­чая на наши моле­ния, хочет тем самым вра­зу­мить нас, чтобы мы очи­стили свое сердце и про­сили бы усерд­нее. Но нико­гда не должно отча­и­ваться в полу­че­нии от Него, Все­щед­рого, мило­стей, если про­ше­ния наши законны и мы просим с верой и любо­вью. Мы непре­менно полу­чим, если будем про­сить, как должно. Только надо заме­тить, что молитва невоз­можна без осо­бен­ного по­двига. Надо учиться тер­петь: без тер­пе­ния ничего не достиг­нем.

Пути Божии для нас, слабых, непо­сти­жимы. Мы не можем знать, почему и с какой целью иногда Бог отла­гает удо­вле­тво­ре­ние наших про­ше­ний. Иногда Пра­вед­ный Бог и людям самым бла­го­че­сти­вым отве­чает не вдруг. Даже ап. Павел и тот три раза просил, чтобы отсту­пил от него ангел сатаны, удру­ча­ю­щий его плоть, но Гос­подь отве­тил ему: Довольно для тебя бла­го­дати Моей, ибо сила Моя совер­ша­ется в немощи. Вра­зу­мив­шись этим, апо­стол научился бла­го­ду­ше­ство­вать в немо­щах, в обидах, в нуждах, в гоне­ниях, в при­тес­не­ниях за Христа (2Кор. 12:7–10). Оче­видно, что Гос­подь подал ему для этого осо­бен­ную бла­го­дать и таким обра­зом отве­тил на его молитву. Вели­кий пророк Даниил, желая достиг­нуть разу­ме­ния, провел в посте и в сето­ва­нии три сед­мицы дней, и по про­ше­ствии трех недель явился к нему Ангел и сооб­щил ему откро­ве­ние вели­кой силы (Дан. 10:1–13). Каковы были Авраам и Сарра, но и те ждали обе­то­ван­ного сына Исаака до самой глу­бо­кой ста­ро­сти.

Уди­ви­тельно ли, если иногда наши слабые моле­ния не сразу испол­ня­ются? Часто мы просим и не то, что нужно, и не так, как сле­дует про­сить. Подчас мы хотим помо­литься и в то же время спра­ши­ваем, как долго будет про­дол­жаться служба? Более часа помо­литься для многих уже трудно. А чтобы несколько дней похо­дить в цер­ковь Божию; чтобы выслу­шать несколько вечер­них, утрен­них Бого­слу­же­ний и Литур­гий; чтобы — для Христа — раньше встать и позже лечь; чтобы нало­жить на себя несколько доб­ро­воль­ных постов и лише­ний; чтобы несколько раз схо­дить и покло­ниться мощам святых угод­ни­ков — Киев­ских, Воро­неж­ского, и других,— это для многих, как они гово­рят, невоз­можно и выше их сил! Порой боимся и насме­шек от нера­зум­ных! Боимся, что домаш­ние наши не так нас поймут; да и чего только мы не боимся, зато не сты­димся с хлад­ной душой пред­сто­ять Богу и святым Его!

Слу­ча­лось видеть: в одной ком­нате идет моле­бен, а в другой — хозяин или хозяйка зани­мает гостей. Как можно оста­вить гостей?— Почтут за невни­ма­ние. Да, боимся уко­ризны за невни­ма­ние к подоб­ным нам, а Творцу и Богу служим как-нибудь! Иногда про­чтешь Святое Еван­ге­лие, и некому дать поце­ло­вать Его; иногда кон­чатся моле­ния, и некому дать обло­бы­зать Свя­того Креста. Что же за жизнь и сила в таких заоч­ных молит­вах: зака­зал моле­бен, подал запи­сочку, и пусть за меня помо­лятся,— неужели таким обра­зом воз­можно что-либо выпро­сить даже у чело­века поря­доч­ного?

Нет, нет, братья, если мы хотим молиться пло­до­творно и душе­спа­си­тельно, то должны сами прийти на моле­бен, на службу в храм и молиться не как-нибудь наскоро, а неот­ступно и посто­янно. Для успеха молитвы тре­бу­ется подвиг. Ска­зано апо­сто­лом: Будьте посто­янны в молитве, бодр­ствуя в ней с бла­го­да­ре­нием (Кол. 4:2). Для успеха молитвы, кроме внеш­них жертв, тре­бу­ется соб­ствен­ное само­от­вер­же­ние. Надо про­сить и про­сить, чтобы слабые и нередко нечи­стые молитвы наши взошли к Свя­тей­шему Богу; надо искать и искать, чтобы обре­сти духов­ные блага; надо сту­чать и сту­чать, чтобы отверз­лась дверь мило­сер­дия, нами же часто затво­ря­е­мая!

Но дивно мило­сер­дие Божие к нам, греш­ным! Часто просим Бога, Отца нашего Небес­ного, и сами сознаем, что моле­ние наше слабо и недо­стойно. Но при всем том Он, Бла­гост­ней­ший, слышит наши молитвы и, Своей любо­вью покры­вая наши недо­статки, как Отец сер­до­боль­ный, подает про­си­мое. Чего бы Ты, Гос­поди, Все­щед­рый и Преб­ла­жен­ный, не даро­вал нам, если бы мы всегда про­сили Тебя с верой и любо­вью, с тер­пе­нием и бла­го­да­ре­нием?! Аминь.

Беседа 28. О духов­ном бодр­ство­ва­нии и трез­ве­нии во время молитвы

Молитва — это силь­ней­шее оружие против диа­вола и козней его. Род диа­воль­ский ничем так не побеж­да­ется, как молит­вой и постом. Поэтому враг нашего спа­се­ния, сильно боясь молитв, всеми силами ста­ра­ется мешать нашим молит­вам. Он дей­ствует на наше вооб­ра­же­ние обра­зами, нас пре­льща­ю­щими или воз­му­ща­ю­щими; раз­вле­кает наши мысли пред­ме­тами посто­рон­ними; нако­нец, через пре­сы­щен­ную или же рас­слаб­лен­ную плоть наво­дит на душу дре­моту и духов­ное бес­си­лие. Поэтому моля­щийся строго должен смот­реть за собой и бодро отра­жать все козни вражьи.

Вооб­ра­же­ние — это такая спо­соб­ность в чело­веке, посред­ством кото­рой внеш­ние образы при­ни­ма­ются и пере­да­ются душе нашей. Чем совер­шен­нее и нрав­ствен­нее чело­век, тем силь­нее и живее его вооб­ра­же­ние; а чем живее вооб­ра­же­ние, тем явствен­нее и пора­зи­тель­нее бывают образы, им при­ни­ма­е­мые. С другой сто­роны, дьявол, как суще­ство по про­ис­хож­де­нию своему высшее и духов­ное, может при­ни­мать разные образы или виды пред­ме­тов внеш­них. Он не может непо­сред­ственно дей­ство­вать на дух чело­ве­че­ский, но может дей­ство­вать на него опо­сре­до­ванно, то есть через мир явле­ний, или мир внеш­ний. Видя моля­ще­гося, он может при­ни­мать, если Бог попус­кает, разные образы, вред­ные для моля­ще­гося, и эти образы пред­став­ляет вооб­ра­же­нию чело­века или для воз­буж­де­ния какой-либо стра­сти,— напри­мер, стра­сти често­лю­бия, коры­сто­лю­бия и пло­то­уго­дия,— или для про­из­ве­де­ния мнимой радо­сти, или мнимой скорби и страха. В жиз­не­опи­са­ниях святых такие случаи мно­го­чис­ленны. Сам Спа­си­тель, молив­шийся в пустыне, был иску­шаем дья­во­лом. И апо­стол гово­рит нам:Трез­ви­тесь, бодр­ствуйте, потому что про­тив­ник ваш диавол ходит, как рыка­ю­щий лев, ища кого погло­тить (1Пет. 5:8).

Но случаи, когда дьявол через образы и явле­ния дей­ствует на чело­века, редко бывают с ново­на­чаль­ными. Обычно враг ста­ра­ется рас­се­ять мысли чело­века, сто­я­щего на молитве, воз­буж­дая в нем совсем неумест­ные и ненуж­ные вос­по­ми­на­ния давно минув­ших дел, или заботу о нуждах повсе­днев­ных, или опа­се­ние по поводу воз­мож­ных и даже невоз­мож­ных непри­ят­но­стей. Из соб­ствен­ного опыта и из опыта других известно, что, когда чело­век молится — и молится, по-види­мому, с хоро­шим рас­по­ло­же­нием духа,— вдруг неиз­вестно почему, без всякой при­чин­ной связи, при­хо­дят такие мысли, кото­рые воз­му­щают душу и лишают ее внут­рен­него мира. В резуль­тате вся сла­дость молитвы исче­зает, и мы с уны­нием остав­ляем молитву. А когда молиться пере­стаем, тогда как бы успо­ка­и­ва­емся. Такое состо­я­ние при начале молитвы наво­дит на нас какой-то мрак и даже скорбь, пока не помо­жет мило­сер­дие Божие усто­ять против вра­жьих наве­тов, име­ю­щих цель истре­бить у нас рас­по­ло­же­ние к молитве.

Такая рас­се­ян­ность мыслей через вос­по­ми­на­ния осо­бенно свой­ственна людям мир­ским, сле­до­ва­тельно, чтобы бороться с рас­се­ян­но­стью надо отвы­кать от мир­ских при­вы­чек и при­вя­зан­но­стей, быть более рав­но­душ­ным к сует­ным увле­че­ниям мира сего. Также свой­ственно слабой при­роде чело­ве­че­ской во время молитвы испы­ты­вать какую-то тяжесть, дре­моту и сон духов­ный. Это часто бывает с нами и по самым разным при­чи­нам, начи­ная от пре­сы­ще­ния желудка и кончая повы­шен­ной тем­пе­ра­ту­рой. Словно какой-то тяже­стью при­дав­ли­ва­ется душа наша к земле, не спо­собна бывает воз­но­ситься к небу, не в состо­я­нии зани­маться духов­ным, созер­цать Бога, бесе­до­вать со свя­тыми Анге­лами и свя­тыми угод­ни­ками. Бывает, что молитва нам в тягость, покло­нов класть мы не в состо­я­нии; стоять бодро не можем; ищем места, где бы при­сло­ниться или обо что опе­реться.

Да, мы не Ангелы бес­те­лес­ные, но люди, обло­жен­ные немощ­ной плотью. Но что же делать? Бодр­ствуйте и моли­тесь, чтобы не впасть в иску­ше­ние: дух бодр, плоть же немощна (Мф. 26:41). Надо понуж­дать себя к молитве, а для этого взять для себя у духов­ного отца посиль­ное пра­вило и испол­нять его во что бы то ни стало, еже­дневно. Будем молиться, и неза­метно плоть наша при­вык­нет к молитве и утруж­де­нию и будет более покор­ной духу. Цар­ство небес­ное силою берется, и только упо­треб­ля­ю­щие усилие вос­хи­щают его (Мф. 11:12). Аминь.

Беседа 29. Как про­ти­во­дей­ство­вать врагу нашего спа­се­ния

Что пред­при­нять для того, чтобы враг нашего спа­се­ния не дей­ство­вал на наше вооб­ра­же­ние обра­зами, нас воз­му­ща­ю­щими, на наши мысли — наве­тами и соблаз­нами, на наши немощи — дре­мо­той и изне­мо­же­нием?

Есть целые книги о брани духов­ной, в кото­рых опи­сы­ва­ются разные спо­собы, кото­рыми нужно поль­зо­ваться с долж­ным рас­суж­де­нием, при­ме­няя их к себе. В связи с пред­ме­том нашего раз­го­вора, мы обра­тим вни­ма­ние на сле­ду­ю­щее:

1. Враг нашего спа­се­ния ужа­са­ется и тре­пе­щет рас­пя­того Спа­си­теля. Крест Гос­по­день для него самое страш­ное, а для верных самое все­мощ­ное оружие, при виде кото­рого диавол, по учению Святой Церкви, тря­сется и бежит, «не терпя взи­рати на силу его». Сле­до­ва­тельно, козни вражьи, измыш­ля­е­мые для воз­му­ще­ния нашего вооб­ра­же­ния раз­ными видами и обра­зами, и можно, и должно раз­ру­шать Кре­стом Хри­сто­вым. Чтобы ни пред­став­ля­лось нашему вооб­ра­же­нию во время молитвы, какие бы ни воз­никли виды, увле­ка­ю­щие нас и льстя­щие нашему само­лю­бию, или воз­му­ща­ю­щие наш внут­рен­ний мир и воз­буж­да­ю­щие трепет,— нужно в тишине и спо­кой­ствии ограж­дать себя Чест­ным Кре­стом Хри­сто­вым. При этом, по воз­мож­но­сти, не сле­дует обна­ру­жи­вать внешне внут­рен­него состо­я­ния души, а хлад­но­кровно и с пре­зре­нием к врагу внут­ренне при­зы­вать имя Хри­стово с верой и упо­ва­нием на еди­ного Побе­ди­теля смерти и ада. Этого бывает довольно для обра­ще­ния в бег­ство врагов нашего спа­се­ния.

Но когда мрак, окру­жа­ю­щий нас, не рас­се­и­ва­ется и враг нашего спа­се­ния не отсту­пает, то нужно посто­янно иметь перед собой образ Христа рас­пя­того. И до тех пор не сво­дить и умствен­ного, и телес­ного взора с этого образа и не пре­кра­щать внут­рен­ней молитвы, при­зы­вая имя Иисуса Христа, пока не испол­нится Его, Слад­чай­шего, обе­то­ва­ние: Именем Моим будут изго­нять бесов (Мк. 16:17). Таким обра­зом рас­се­ятся все нечи­стые, вред­ные образы в нашем вооб­ра­же­нии.

В под­креп­ле­ние наших немо­щей сле­дует пого­веть и при­ча­ститься Святых Хри­сто­вых Таин. Молит­вой и постом побеж­да­ется враг, а в при­об­ще­нии мы тес­ней­шим обра­зом соеди­ня­емся с Иису­сом Хри­стом — Побе­ди­те­лем смерти и ада. Хорошо делают те, кто часто говеет и при­об­ща­ется Святых Таин и держит пред собой образ рас­пя­того Христа Спа­си­теля всегда и во всякое время. Пре­красно делают и те, кто с мла­ден­че­ства, нося на себе види­мый крест рас­пя­того Гос­пода Иисуса, крест­ным зна­ме­нием ограж­дает себя — и входы и выходы, и пищу и питие, и одежду и постели!

2. Мы во всем руко­вод­ству­емся верой, поэтому можно при­нять за пра­вило, что всякое виде­ние, пред­став­ля­ю­ще­еся вопреки нашему жела­нию во время молитвы, есть для нас иску­ше­ние. По этой при­чине, не будем думать о том, как бы во время молитвы иметь какое-либо созер­ца­ние или виде­ние. Молитву должно совер­шать просто и сми­ренно, ста­ра­ясь воз­бу­дить в сердце чув­ство уми­ле­ния и сокру­ше­ния. Впро­чем, это пра­вило только для начи­на­ю­щих или несо­вер­шен­ных в духов­ной жизни. Те же, кото­рые имеют пома­за­ние от Свя­того Духа по дару сего пома­за­ния, по богат­ству любви, излив­шейся Духом Святым в сердца их, знают все и легко могут рас­по­знать Духа, кото­рый от Бога, и духа лжи. Не боясь врага и его нава­жде­ний, они могут иметь и дей­стви­тельно имеют неко­то­рые чистые виде­ния среди молитв, о чем мы знаем из их жития и духов­ных настав­ле­ний.

Пре­по­доб­ный Мака­рий Вели­кий опи­сы­вал подоб­ное состо­я­ние святых во время молитвы, при кото­рой пре­да­ются забве­нию все земные попе­че­ния и помыслы и весь ум бывает напол­нен и пленен Боже­ствен­ными, небес­ными, бес­пре­дель­ными, непо­сти­жи­мыми и некими чуд­ными вещами, каких чело­ве­че­ским словом выра­зить невоз­можно; и когда свет бла­го­дати, сия­ю­щий в сердце, откры­вает внут­рен­ней­ший, глу­бо­чай­ший и сокро­вен­ней­ший свет, весь чело­век погру­жа­ется в сла­дость и созер­ца­ние и уже не вла­деет сам собой, но ста­но­вится как бы чужим и враж­деб­ным сему миру по при­чине высо­чай­шей любви, сла­до­сти и сокро­вен­ных таинств, им созер­ца­е­мых [32]. Нам же, начи­на­ю­щим, надо бояться и опа­саться подоб­ных состо­я­ний, ибо мы, неза­метно для себя, можем впасть в пре­лесть бесов­скую, кото­рая при­во­дит чело­века к поги­бели.

3. Трудно бороться с дья­во­лом, когда он дей­ствует на вооб­ра­же­ние, но не менее трудно побеж­дать его, когда он раз­ными соблаз­нами рас­се­и­вает мысли чело­ве­че­ские во время молитвы. Чтобы мысли свои удер­жать в нужных пре­де­лах и чтобы разные посто­рон­ние и сокро­вен­ные вос­по­ми­на­ния и вещи не воз­му­щали чувств и умствен­ного взора моля­ще­гося чело­века, должно:

Во-первых, всегда под­го­тав­ли­вать себя к молитве и не начи­нать ее, не ощутив страха Божия, не помыс­лив о том, что Бог вни­мает каж­дому нашему слову, каж­дому помыслу и может нака­зать нас, если мы про­явим небреж­ность, невни­ма­ние и неува­же­ние к Нему. Малей­шее укло­не­ние от цели молитвы сле­дует счи­тать делом зако­но­пре­ступ­ным (каким оно, по сути и явля­ется), побуж­да­ю­щим Отца нашего Небес­ного не на милость, а на гнев. Нужно все свое вни­ма­ние сосре­до­то­чить на словах молитвы, если же оно укло­ни­лось по немощи нашей, также не должно сму­щаться, но тут же, как заме­тим это, опять напра­вить его на слова молитвы.

Во-вторых, если мы молимся не по молит­во­слову, но просим Гос­пода наедине о своих нуждах, нужно молиться с уве­рен­но­стью, что Отец наш Небес­ный еще прежде нашего про­ше­ния знает, о чем мы хотим помо­литься, и что Он непре­менно даст полез­ное нам, и о чем мы будем про­сить с верой и надеж­дой. Сле­до­ва­тельно, о наших нуждах надо молиться очень кратко, про­сить жела­е­мого серд­цем пре­дан­ным и бла­го­го­вей­ным, во всем пола­га­ясь на волю Отца Небес­ного и не забо­тясь о том, как лучше выра­зить нашу просьбу, не при­по­ми­ная излиш­них подроб­но­стей и всех обсто­я­тельств дела и тем более не раз­мыш­ляя о том, что мы должны сами пред­при­нять. Такую запо­ведь дал хри­сти­а­нам св. ап. Павел: Не заботь­тесь ни о чем, но всегда в молитве и про­ше­нии с бла­го­да­ре­нием откры­вайте свои жела­ния пред Богом (Флп. 4:6).

В-тре­тьих, когда мысли до того рас­се­ются, что чело­век уже не в состо­я­нии бывает овла­деть ими, тогда, не пыта­ясь ничего при­по­ми­нать или обду­мать, сосре­до­то­чим все силы душев­ные на какой-либо одной крат­чай­шей внут­рен­ней молитве, напри­мер, на таких словах: «Гос­поди, поми­луй меня!» Пре­кра­тив все внеш­ние дей­ствия и не обра­щая вни­ма­ния на ощу­ще­ния чув­ствен­ные, заклю­чимся, так ска­зать, всем суще­ством в глу­бине духа или сердца и станем ожи­дать, пока вихрь про­не­сется и насту­пит тишина. Тогда опять можно про­дол­жать молитву. И лучше зара­нее при­об­ре­сти такой навык и спо­соб­ность заклю­чаться в себе и бесе­до­вать в глу­бине духа своего с Богом; можно посо­ве­то­вать упраж­няться в этом в удоб­ное время, когда, оста­вив внеш­ние заня­тия, могли бы мы в уеди­не­нии и тишине сердца своего стать пред Богом не с тем только, чтобы пред­ло­жить Ему свои нужды, но более с тем, чтобы открыть пред Ним свою душу.

Это должно делать в про­стоте и сми­ре­нии, не ожидая, не про­из­ве­дет ли Бог в нас какое-либо дей­ствие или впе­чат­ле­ние. Он Сам знает, что нам полезно. Сна­чала для нашей при­роды это пока­жется скуч­ным и тяже­лым, но со вре­ме­нем сде­ла­ется легким и, нако­нец, обра­тится в навык для души, так что это будет ей сла­до­стью и уте­ше­нием во всех трудах, стра­да­ниях и горе­стях житей­ских. Такое состо­я­ние вос­хи­тит ее на небо еще при жизни тела, доста­вит ей мир, пре­вос­хо­дя­щий всякое поня­тие, и про­льет радость, кото­рую никто у нее не отни­мет (Ин. 16:22)!

4. При телес­ном здра­вии уста­лость и дре­мота духов­ная во время молитвы обычно бывают от пре­сы­ще­ния или пере­утом­ле­ния. Дух ста­но­вится бодрее, если мы постимся, тогда и сна тре­бу­ется меньше. Пре­сы­ще­ние же рас­по­ла­гает ко сну и ослаб­ляет всю духов­ную дея­тель­ность в чело­веке. И поэтому Спа­си­тель дал всем веру­ю­щим такую запо­ведь: Смот­рите же за собою, чтобы сердца ваши не отяг­ча­лись объ­яде­нием и пьян­ством (Лк. 21:34).

Вни­майте же, братья, моли­тесь, ограж­дая себя чест­ным Кре­стом Хри­сто­вым; моли­тесь, имея посто­янно перед взором телес­ным и духов­ным образ рас­пя­того Христа Спа­си­теля; моли­тесь без раз­вле­че­ния и рас­се­ян­но­сти, но цело­муд­рен­ным умом и невоз­му­щен­ным серд­цем; моли­тесь, нако­нец, в посте и воз­дер­жа­нии, тогда враг ничего не сде­лает против вас, и ваша молитва будет сла­до­стью для вас и бла­го­уха­нием пред Богом! Аминь.

Беседа 30. Когда молитва бывает погре­ши­тель­ной

Бог не только не при­ем­лет от нас погре­ши­тель­ной молитвы, но и нака­зы­вает за нее. Мы уже доста­точно много гово­рили и об истин­ной, и о погре­ши­тель­ной молитве, но сейчас кратко повто­рим самое глав­ное ввиду осо­бен­ной важ­но­сти пред­мета и для сугу­бого предо­сте­ре­же­ния от греха.

Во-первых, погре­шают те, кто молится без пра­виль­ной и искрен­ной веры в Бога и Гос­пода нашего Иисуса Христа; ибо без веры уго­дить Богу невоз­можно, по учению св. ап. Павла (Евр. 11:6), и по слову св. ап. Иакова, сомне­ва­ю­щийся подо­бен мор­ской волне, ветром под­ни­ма­е­мой и раз­ве­ва­е­мой. Да не думает такой чело­век полу­чить что-нибудь от Бога (Иак. 1:6–7).

Во-вторых, погре­шают те, кто молится, нахо­дясь в ссоре, в злобе и вражде с кем-либо. Сам Спа­си­тель сказал: Если не будете про­щать людям согре­ше­ния их, то Отец ваш не про­стит вам согре­ше­ний ваших (Мф. 6:15). Со злобой и враж­дой на ближ­него и не думай молиться: такая молитва сильно про­гнев­ляет Бога, Кото­рый весь есть бла­гость и любовь. Молитва, про­из­но­си­мая серд­цем, не при­ми­рив­шимся с ближ­ним, при­ятна одному врагу нашего спа­се­ния: ибо он — отец злобы, и все дела­е­мое в злобе есть его при­об­ре­те­ние.

В равной сте­пени погре­шают те, кто, при­зы­вая мило­сер­дие Божие и испра­ши­вая благ для себя, сам бывает жесто­ко­серд­ным к про­ше­ниям бедных и не ока­зы­вает им помощи. Потому-то и ска­зано: Кто заты­кает ухо свое от вопля бед­ного, тот и сам будет вопить — и не будет услы­шан (Притч. 21:13). Гос­подь ожи­дает от него только молитвы пока­я­ния в своей жесто­ко­сти к тем, кото­рые назы­ва­ются мень­шей бра­тией Хри­сто­вой.

В‑третьих, сильно погре­шают те, кто молится само­на­де­янно и над­менно, подобно фари­сею из еван­гель­ской притчи, выстав­ляя в молитве соб­ствен­ные заслуги, а дру­гого в мыслях осуж­дая. Часто, часто мы молимся подоб­ной молит­вой, сами того не заме­чая. Напом­ним эти слова фари­сея, чтобы нам не забы­ваться и не про­ни­каться подоб­ными мыс­лями: Боже! Бла­го­дарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, гра­би­тели, обид­чики, пре­лю­бо­деи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю деся­тую часть из всего, что при­об­ре­таю (Лк. 18:11–12). Такая молитва — гордая, опи­ра­ю­ща­яся на мнение о своей пра­вед­но­сти, а не на веру в мило­сер­дие Божие, не только не оправ­дала фари­сея, но еще и вме­ни­лась ему в грех, как бого­про­тив­ная (Лк. 18:14).

В‑четвертых, сугубо погре­шает тот, кто молится лице­мерно, без долж­ного бла­го­го­ве­ния и страха Божия, чтобы пока­зать себя бла­го­че­сти­вым перед людьми, в сущ­но­сти, по сердцу и по внут­рен­нему чув­ству, не явля­ясь не только бла­го­че­сти­вым, но даже хоть сколько-нибудь веру­ю­щим. Разве верит в Бога тот, кто молится для того, чтобы его похва­лили, и нисколько не боится Божия гнева. Гос­подь гневно обли­чал фари­сеев: Горе вам, книж­ники и фари­сеи, лице­меры, что поеда­ете домы вдов и лице­мерно долго моли­тесь: за то при­мете тем боль­шее осуж­де­ние (Мф. 23:14).

В‑пятых, как мы уже гово­рили, погре­шают и те, кто молится без вни­ма­ния и усер­дия, ско­ро­го­вор­кой или рас­се­янно, про­из­нося слова молитвы только языком, но душой и чув­ством пре­бы­вая в другом месте. Такая молитва подобна празд­но­сло­вию или пустому звону металла. О таких молит­вен­ни­ках Гос­подь сказал: Лице­меры! хорошо про­ро­че­ство­вал о вас Исаия, говоря: при­бли­жа­ются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня; но тщетно чтут Меня (Мф. 15:7–9).

В‑шестых, погре­шают те, кто молится, нерас­ка­янно пре­бы­вая в грехе, то есть, чув­ствуя уко­ре­ния сове­сти, не хочет оста­вить какого-либо кон­крет­ного греха, не просит в своих молит­вах про­ще­ния у Гос­пода, не обе­щает оста­вить свой грех и более к нему не воз­вра­щаться. И когда вы про­сти­ра­ете руки ваши, Я закры­ваю от вас очи Мои, — гово­рит Бог. — Омой­тесь, очи­сти­тесь; уда­лите злые деяния ваши от очей Моих; пере­станьте делать зло; научи­тесь делать добро, ищите правды, спа­сайте угне­тен­ного, защи­щайте сироту, всту­пай­тесь за вдову. Тогда при­дите (Ис. 1:15–18). И в другом месте гово­рит пророк Исаия: Без­за­ко­ния ваши про­из­вели раз­де­ле­ние между вами и Богом вашим, и грехи ваши отвра­щают лице Его от вас, чтобы не слы­шать (Ис. 59:1–2).

Нако­нец, в‑седьмых, погре­шают те, кто при­но­сит Богу молитву без­рас­суд­ную, просит невоз­мож­ного или бес­по­лез­ного для нас, просит не с доброй целью, как гово­рит ап. Иаков: Про­сите и не полу­ча­ете, потому что про­сите не на добро, а чтобы упо­тре­бить для ваших вожде­ле­ний. Не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот ста­но­вится врагом Богу (Иак. 4:3–4). Напри­мер, про­сить богат­ства для рос­кош­ной жизни, про­сить об отмще­нии врагам или даже о их гибели, вообще про­сить у Бога помощи для совер­ше­ния греха — в высшей сте­пени грешно и без­рас­судно. Аминь.

Думай и посто­янно держи в памяти, что Бог есть твой Бог, Творец, Гос­подь, Царь и Про­мыс­ли­тель; хотя и всех Он есть Бог и хотя всем равно пове­ле­вает укло­ниться от зла и тво­рить благое, но при­ни­май это пове­ле­ние, как бы каса­ю­ще­еся одного тебя. Тогда с помо­щью Его поро­дится в тебе новое дви­же­ние и новый дух; и чем чаще будешь поучаться в этом раз­мыш­ле­нии и поуче­нии, тем день ото дня боль­шее усер­дие почув­ству­ешь внутри себя к бого­по­чи­та­нию и бла­го­че­стию. Но везде нужна молитва: мы без Бога раз­мыш­лять о Боге по-над­ле­жа­щему не можем.

свя­ти­тель Тихон Задон­ский

При­ло­же­ние

Явле­ние силы Божией

Домаш­няя Беда. 1862 г.

Лет две­на­дцать назад слу­чи­лось в городе К. необык­но­вен­ное про­ис­ше­ствие, кото­рое, для славы Божией, я изла­гаю просто, без всяких при­крас и изме­не­ний.

Жена чинов­ника, моло­дая жен­щина К. М., от при­роды сла­бого здо­ро­вья, всегда после родов была так рас­слаб­ленна и худа, что док­тора пред­рекли ей — если она еще раз забе­ре­ме­неет и родит, то не пере­не­сет этого и должна будет уме­реть. Но прошло немного вре­мени, и она опять сде­ла­лась бере­менна. Бедная жен­щина очень пере­жи­вала, боясь своего поло­же­ния, и с вели­ким стра­хом ожи­дала раз­ре­ше­ния родов, как зло­по­луч­ного и неиз­беж­ного конца своей жизни. Еще более уны­вала и стра­дала она, когда видела перед собой трех пре­крас­ных малю­ток, своих детей, кото­рые должны были остаться сиро­тами. Она пла­кала без надежды оте­реть когда-нибудь горь­кие слезы.

В это время при­везли в город чудо­твор­ную Калуж­скую икону Божией Матери. К.М. пошла в цер­ковь (хотя она была люте­ранка) и усердно со сле­зами моли­лась перед святым изоб­ра­же­нием Заступ­ницы всех скор­бя­щих, чтобы Она, единая наша надежда и Хода­та­ица перед Спа­си­те­лем нашим, помогла ей удачно раз­ре­шиться от бре­мени. Жен­щина дала обе­ща­ние, что если после­дует бла­го­по­луч­ное раз­ре­ше­ние и она будет здо­рова, то примет пра­во­слав­ную веру. В удо­сто­ве­ре­ние пре­дан­но­сти и любви к Божией Матери она достала себе малень­кий обра­зок чудо­твор­ной иконы и дер­жала его у себя скрытно, не сказав об этом своему мужу, упря­мому люте­ра­нину.

Дав обе­ща­ние при­нять пра­во­сла­вие, К. М. сде­ла­лась спо­кой­нее, грусть ее умень­ши­лась, и она не с таким уже стра­хом ожи­дала роко­вого дня. Так про­текло несколько меся­цев, и нако­нец при­бли­зи­лось время родов. К боль­шому удив­ле­нию мужа и все зна­ю­щих ее, она бла­го­по­лучно родила сына и стала поправ­ляться, не чув­ствуя ника­ких осо­бенно дурных послед­ствий. В таком спо­кой­ном и без­опас­ном состо­я­нии она и не думала уже испол­нить свое обе­ща­ние Божией Матери — как вдруг, без всякой при­чины, зане­могла, болезнь быстро уси­ли­ва­лась, она слегла в постель; лучший доктор Т. (немец) ее лечит, про­пи­сы­вает и дает лекар­ства,— не помо­гает; созы­вают кон­си­ли­умы, на кото­рые при­гла­шают меди­ков Б. и Г. (тоже немцев), а боль­ной все хуже и хуже; медики поло­жи­тельно ска­зали, что она должна уме­реть, что нет ника­кой надежды на выздо­ров­ле­ние. В таком отча­ян­ном поло­же­нии вспом­нила она свое обе­ща­ние, зары­дала и гово­рит жен­щине, кото­рая ходила за ее детьми: «Подай мне образ Божией Матери; он там спря­тан, достань скорее и дай мне его». Та отыс­кала и при­несла. Боль­ная начала цело­вать его и обли­вать сле­зами; мужа не было дома, а когда он пришел,— боль­ная настой­чиво изъ­явила жела­ние при­нять пра­во­слав­ную веру и стала про­сить его при­гла­сить пра­во­слав­ного свя­щен­ника. Муж ужасно встре­во­жился. «Ты с ума сошла,— гово­рил он ей,— я люте­ра­нин, а ты хочешь быть другой веры, — это невоз­можно, нет, нет!» Уми­ра­ю­щая пла­кала, умо­ляла, но упря­мец не согла­шался; он сказал об этом док­то­рам и своим зна­ко­мым, кото­рые все были люте­ра­нами; те стали убеж­дать ее оста­вить без­рас­суд­ное наме­ре­ние и нако­нец решили, что она поме­ша­лась (это гово­рил мне сам муж ее). Между тем боль­ная не пере­ста­вала со сле­зами умо­лять его при­гла­сить свя­щен­ника. Видя ее неот­ступ­ное моле­ние и горь­кие слезы, док­тора посо­ве­то­вали мужу поз­во­лить ей пома­заться в пра­во­слав­ную веру, так как боль­ная, как было видно по всему, не про­жи­вет и трех дней. «Все равно, — гово­рили они, — она умрет непре­менно, зачем же смот­реть, как она плачет и уби­ва­ется!» Муж согла­сился, в полном убеж­де­нии, что через два-три дня его жена будет лежать на столе. При­гла­сили всеми ува­жа­е­мого про­то­и­е­рея А.Б., кото­рый сперва наедине рас­спро­сил ее о поводе к ее обра­ще­нию и о том, твердо ли она реши­лась при­нять пра­во­сла­вие и испол­нять все поста­нов­ле­ния пра­во­слав­ной Церкви. Затем он научил ее глав­ным дог­ма­там пра­во­слав­ной веры и на другой день пома­зал ее святым миром, после чего испо­ве­дал и при­ча­стил ее Святых Таин. Стра­да­лица была так больна и слаба, что лежала непо­движно, не могла сама повер­нуться и при­под­няться на постели, несколько дней не при­ни­мала ника­кой пищи и не имела сна, но когда свя­щен­ник спро­сил, может ли она повто­рять за ним молитву: «Верую, Гос­поди, и испо­ве­дую…», то боль­ная сама при­под­ня­лась на постели и всю молитву за свя­щен­ни­ком про­го­во­рила внятно и твердо. После при­ча­стия она заснула и спала довольно долго; а проснув­шись, при­няла немного пищи, пульс стал ровнее, и день ото дня она стала видимо поправ­ляться и ожи­вать. Удив­лен­ные док­тора при­пи­сали это, конечно, счаст­ли­вому кри­зису и объ­яс­нили по-своему такой исход болезни; муж же реши­тельно воз­не­на­ви­дел свою жену, и не про­хо­дило дня, чтобы он не устра­и­вал самых воз­му­ти­тель­ных сцен в своей семье. Между тем боль­ная вскоре совер­шенно выздо­ро­вела. Став пра­во­слав­ной не по одному лишь имени, она неопу­сти­тельно ходила в цер­ковь, соблю­дала все посты, была кротка, сми­ренна и с тер­пе­нием пере­но­сила суро­вое обра­ще­ние своего мужа, кото­рый все более и более раз­дра­жался против нее и нако­нец про­гнал ее от себя совсем; бедная должна была выехать в другую губер­нию к своему брату.

Такая жесто­кость и вопи­ю­щая неспра­вед­ли­вость ее мужа, такое неве­рие к совер­шив­ше­муся чуду и кощун­ство над Пра­во­сла­вием навлекли в конце концов на него пра­вед­ный гнев Божий. Вскоре по отъ­езде жены, он зане­мог, поме­шался в уме и, по болезни, был уволен со службы. Заме­ча­тельно в этом случае явле­ние пра­во­су­дия Божия: так как муж уверял всех, что «жена его сошла с ума» и при этом кощун­ство­вал над пра­во­слав­ной верой, то Гос­подь Бог отнял у него самого разум. Жена лишь только узнала об этом, немед­ленно воз­вра­ти­лась к нему, взяла его с собой в К. и там с истинно-хри­сти­ан­ской любо­вью и само­от­вер­же­нием уха­жи­вала за ним. Но он все более ста­но­вился неспо­кой­ным и раз­дра­жи­тель­ным, так что родные вынуж­дены были отвезти его в Москву и отдать в боль­ницу, где он через пол­года и умер.

Само­ви­дец Х.

Исце­ля­ю­щая сила молитвы

Молитва веры спасет боля­щего (Иак. 5:15)

Бла­жен­ный Авгу­стин в книге о граде Божием (22, гл. 8) опи­сы­вает чудес­ное исце­ле­ние одного боль­ного, чему он был сви­де­те­лем, кото­рое пока­зы­вает, как сильна перед Отцом Небес­ным молитва пра­вед­ного, воз­но­си­мая от сердца сокру­шен­ного и сми­рен­ного.

«По при­бы­тии в Кар­фа­ген,— гово­рит блаж. Авгу­стин, — я и брат мой Алипий были при­гла­шены оста­но­виться в доме одного бла­го­че­сти­вого и бого­бо­яз­нен­ного чело­века, по имени Инно­кен­тий; к сожа­ле­нию, мы нашли этого пра­вед­ника страж­ду­щим от тяж­кого недуга: вся нижняя часть спины его была покрыта мно­же­ством заста­ре­лых свищей. Врачи исто­щили свое искус­ство для исце­ле­ния боля­щего и, посред­ством мучи­тель­ной опе­ра­ции, успели закрыть боль­шую часть ран, но оста­лась одна такая жесто­кая и опас­ная, что ста­ра­ния их, в про­дол­же­ние мно­гого вре­мени, оста­ва­лись без­успеш­ными. Нако­нец, после всех усилий искус­ства, врачи объ­явили, что оста­ется или стра­дать без­на­дежно, или решиться на вто­рич­ную опе­ра­цию. При этом слове боль­ной ощутил такой ужас, что неко­то­рое время не мог про­из­не­сти ни одного слова. Его тяжкие стра­да­ния, его без­от­рад­ное поло­же­ние сооб­щили всему семей­ству без­утеш­ную скорбь, так что каза­лось, будто мы были в доме умер­шего. Каждый день святые[33] и между ними епи­скоп города Узы при­хо­дили наве­щать боля­щего. Мы уте­шали его и убеж­дали не терять надежды на Бога, тер­пе­ливо и с упо­ва­нием пре­даться в волю Его Про­мысла. Потом мы начали молиться. Когда, по обык­но­ве­нию, мы пре­кло­нили колена и про­стер­лись на земле, боль­ной так стре­ми­тельно сделал вслед за нами то же самое, что каза­лось, будто кто-то его вытолк­нул с одра болезни. Невоз­можно пере­ска­зать, с какой горяч­но­стью, с какими сле­зами, с каким воплем и сте­на­ни­ями он молился! Поис­тине уди­ви­тельно было, как могло тело, почти уже уми­ра­ю­щее, пере­не­сти все эти силь­ные потря­се­ния! Я не знаю, моли­лись ли другие, и не было ли вни­ма­ние их погло­щено столь необыч­ным зре­ли­щем; что каса­ется меня, то я не мог опом­ниться и только тайно в душе моей гово­рил: «Гос­поди! Если Ты не услы­шишь этой молитвы, то какая другая будет при­нята Тобою?» Ибо мне каза­лось, что и при дверях гроба молитва не могла быть воз­но­сима с боль­шей горяч­но­стью. Когда мы окон­чили молитву, епи­скоп пре­по­дал нам свое бла­го­сло­ве­ние, и мы разо­шлись, поже­лав твер­до­сти и бла­го­ду­шия боля­щему, кото­рый, со своей сто­роны, просил нас наве­стить его на сле­ду­ю­щий день (назна­чен­ный для второй опе­ра­ции).

Утром этого дня мы собра­лись к боль­ному, по обе­ща­нии врачи при­го­то­вили все для про­из­вод­ства опе­ра­ции и раз­ло­жили свои инстру­менты, взгляд на кото­рые при­во­дил всех при­сут­ство­вав­ших в неволь­ное содро­га­ние. Те, кото­рые имели больше твер­до­сти, ста­ра­лись успо­ко­ить и обод­рить стра­дальца. Между тем врач снял повязки и с инстру­мен­том в руках искал рану, несколько раз рас­смат­ри­вал ее, щупал, но раны уже не было! На ее месте остался один плотно сомкнув­шийся рубец. При этом зре­лище все мы от изум­ле­ния радостно вос­клик­нули и со сле­зами бла­го­дарно про­сла­вили бла­го­дать и мило­сер­дие свя­того Про­мысла».

Бог тре­бует в молитве не кра­соты речи и не слов изыс­кан­ных, но кра­соты души, и когда она воз­гла­сит угод­ное Ему, то полу­чает все.

Хри­стос дал нам обра­зец молитвы, научая нас, что быть услы­шан­ным Богом зави­сит не от мно­же­ства слов, а от бди­тель­но­сти души.

свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст


При­ме­ча­ния:

1. Сокро­вище духов­ное от мира соби­ра­е­мое. Гл. 15.
2. Молитва к св. Иоанну Пред­тече.
3. 12‑е слово о молитве.
4. Лествица. Слово 28.
5. Слово о при­бли­же­нии к Богу.
6. Доб­ро­то­лю­бие. Ч. IV. С. 116.
7. Доб­ро­то­лю­бие. Ч. IV. С. 77.
8. Слово о молитве при начале войны со шве­дами. Тво­ре­ния. Ч. II. С. 204.
9. См. «Синоп­сис свт. Димит­рия Ростов­ского. С. 129.
10. Свт. Иоанн Зла­то­уст. Слово 8. Против ано­меев.
11. См. Свт. Иоанн Зла­то­уст. 2 слово о молитве.
12. См. Кате­хи­зи­че­ские поуче­ния прот. Гри­го­рия Дья­ченко. О хри­сти­ан­ской молитве.
13. Беседа 11. Об Анне, матери про­рока Саму­ила.
14. Лествица. Сл. 28.
15. См. Кате­хи­зи­че­ские поуче­ния прот. Гри­го­рия Дья­ченко. О хри­сти­ан­ской молитве.
16. Прп. Иоанн Кас­сиан Рим­ля­нин. Собе­се­до­ва­ния еги­пет­ских подвиж­ни­ков. Аввы Исаака о молитве. Гл. 31.
17. Кате­хи­зис свт. Фила­рета Мос­ков­ского.
18. Беседа об Анне, матери про­рока Саму­ила.
19. Беседа пятая, на память муче­ницы Улитты.
20. Слово 27. Против евно­миан.
21. Свт. Васи­лий Вели­кий. Вопросы и ответы, Вопрос 37.
22. Собе­се­до­ва­ния еги­пет­ских подвиж­ни­ков. Аввы Исаака о молитве. Гл. 35.
23. Доб­ро­то­лю­бие. Том 2. Гл. 21.
24. Слово 39.
25. Беседа 5 на еван­ге­ли­ста Матфея.
26. Беседа 19 на еван­ге­ли­ста Матфея.
27. Лествица. Слово 28.
28. Беседа 57 на еван­ге­ли­ста Матфея.
29. Поуче­ние тай­но­вод­ствен­ное пятое. Гл. 9.
30. Свт. Гри­го­рий Бого­слов. Первое обли­чи­тель­ное слово на Иули­а­ния.
31. См. молитву вторую пре­по­доб­ному отцу нашему Сергию.
32. Прп. Мака­рий Вели­кий. Беседа о том, что слу­ча­ется с хри­сти­а­нами во время молитвы.
33. Так назы­ва­лись хри­сти­ане в первые века хри­сти­ан­ства.

печа­та­ется по изда­нию: Прот. Иоанн Гапо­нов. Собе­се­до­ва­ния отца духов­ного со своими при­хо­жа­нами о молитве, как едином верном источ­нике всех воз­мож­ных благ для чело­века. Харь­ков. 1859. Цензор — архи­манд­рит Сергий.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки