Прот. Димитрий Смирнов: «Человек – это семья»

Прот. Димитрий Смирнов: «Человек – это семья»

(9 голосов4.6 из 5)

Про­то­и­е­рей Димит­рий Смир­нов часто встре­ча­ется с моло­де­жью, его кредо – прямо отве­чать на ост­рые вопросы. Вспо­ми­наем  встречу бого­слова, автора теле­про­грамм, свя­щен­ника, насто­я­теля хра­мов со сту­ден­тами МГУТУ им. Раз­умов­ского в 2018 году.

 О рождаемости

– Отец Димит­рий, как можно обо­зна­чить самую важ­ную  рус­скую проблему?

– Самая боль­шая наци­о­наль­ная про­блема – мы выми­раем. Может быть, слы­шали про дипло­до­ков, игу­а­но­до­нов, мамон­тов – они все вымерли, тро­гло­диты вымерли, и вот мы сей­час, как эти тро­гло­диты, выми­раем с беше­ной ско­ро­стью. Осо­бенно русские.

Около двух­сот наро­дов живет в нашем Оте­че­стве, но эти народы  не создали этого госу­дар­ства. Это госу­дар­ство создал рус­ский народ. И вот самая боль­шая смерт­ность и самая ничтож­ная рож­да­е­мость – это в рус­ском народе.

Чтобы оце­нить, как мы далеко ушли, если отмо­таем ленту исто­рии на сто лет, то в сред­нем сто лет назад рус­ская жен­щина рож­дала восемь детей. Ну, конечно, пят­на­дцать чело­век детей, два­дцать – это было обыч­ное явле­ние, но в сред­нем, сред­нее ариф­ме­ти­че­ское – восемь детей. Мы были самые пло­до­ви­тые не только в Европе, но и среди наро­дов Азии. Нигде в Азии не было такого при­ро­ста населения.

maxresdefault - Прот. Димитрий Смирнов: «Человек – это семья»

При нашем послед­нем импе­ра­торе Рос­сия уве­ли­чила свою чис­лен­ность на шесть­де­сят мил­ли­о­нов чело­век, только за время  его прав­ле­ния. А сей­час у нас сред­ний воз­раст рос­си­я­нина стал сорок лет. 

Но вы посмот­рите на кадры из Сирии, когда наши жур­на­ли­сты пока­зы­вают сирий­ские кар­тинки, пол­но­стью раз­ру­шен­ные города, а на фоне бегают дети, и среди них – один-двое взрослых.

Почему? Потому что сирийцы – народ моло­дой, там много детей, юно­шей и деву­шек, а людей пен­си­он­ного, пред­пен­си­он­ного воз­раста  не так много.

Почему? Потому что у них боль­шие семьи. Поэтому, если посмот­реть на те тен­ден­ции, кото­рые сей­час суще­ствуют в нашем народе, то ока­жется – про­гнозы раз­ные можно делать, но через два­дцать или трид­цать лет может ока­заться, что ника­кой Рос­сии, а тем более Феде­ра­ции уже не будет. На тер­ри­то­рии евро­пей­ской части будут жить мусуль­мане, а за Ура­лом будут жить китайцы.

А что будем делать мы? Они нам дадут  какую-нибудь работу – при­мерно такую, кото­рую делают сей­час наши бра­тья-таджики. Потому что у них нет в обы­чае людям дру­гой веры, дру­гой куль­туры давать работу, кото­рая имеет вес в обще­стве, а самим идти на какую попало.

Вот,  посмот­рим на наш Казах­стан. Там рус­ских нет на высо­ких долж­но­стях – только  казахи. Вы люди моло­дые, это все ждет вас и ваши детей. 

Поэтому очень важно нам – один уче­ный, мой друг, уже ему за семь­де­сят, он тру­дится в МГУ, рабо­тает на кафедре демо­гра­фии, социо­ло­гии, – он под­счи­тал: чтобы сохра­нить хотя бы наши 146 мил­ли­о­нов до конца века, надо, чтобы каж­дая семья рус­ская, кото­рая сей­час суще­ствует, родила вось­мого ребенка. 

Ясно, что это уто­пия. Любой здесь при­сут­ству­ю­щей девушке скажи: хочешь родить восемь детей? Она при­дет в ужас. Потому что всё это очень необычно. А люди, осо­бенно моло­дые, на них мода вли­яет, они очень склонны к под­ра­жа­нию, поэтому идти про­тив всей среды, в кото­рой живем, иметь восемь детей – это уто­пия. Поэтому мы без вся­ких войн – ну, кроме, может быть, тор­го­вых или вся­ких санк­ций, мы уни­что­жаем сами себя.

Абортивное сознание

Недавно мы отпразд­но­вали  мрач­ный юби­лей. Это указ Ленина о раз­ре­ше­нии абор­тов в нашей стране. Аме­рика раз­ре­шила аборты только в 1972 году, у нас пяти­де­ся­ти­лет­няя фора, и за эти пять­де­сят лет, что мы уби­ваем своих детей, мы уни­что­жили три насе­ле­ния страны.

Был такой чело­век, кото­рый родился в семье девят­на­дца­тым. Звали его Дмит­рий Ива­но­вич Мен­де­леев. Он был по основ­ной спе­ци­аль­но­сти химик. Я даже думаю, что вы в школе про­хо­дили пери­о­ди­че­скую систему, кото­рая носит его слав­ное имя. Сей­час хотят в честь него аэро­порт назвать.

Я думаю, он дей­стви­тельно вели­кий чело­век, бес­спорно. Он ана­ли­зи­ро­вал рус­скую пере­пись насе­ле­ния, кото­рая была устро­ена на год 300-летия дома Рома­но­вых, вывел тен­ден­цию и сооб­щил нам, что к концу два­дца­того века в Рос­сии будет жить шесть­сот мил­ли­о­нов человек.

При той рож­да­е­мо­сти, при той смерт­но­сти, при той дет­ской смерт­но­сти, и так далее. То есть мы не досчи­ты­ва­емся, сами видите, какой цифры. Где эти мил­ли­оны? Где эти сотни мил­ли­о­нов, кото­рых мы не можем досчитаться?

А они про­сто не роди­лись. С «бла­го­сло­ве­ния» своих пап их убили соб­ствен­ные мамы, с помо­щью меди­ков, кото­рых под­го­то­вили в вузах, кото­рые бес­платно учили аку­ше­ров-гине­ко­ло­гов не помо­гать при родах, а уби­вать детей.  То же  про­дол­жа­ется до сих пор.

И, несмотря на все при­зывы Церкви, лично Пат­ри­арха – и Алек­сия, и Пат­ри­арха Кирилла, с места ничего не сдви­га­ется. Почему? Потому что наш народ имеет абор­тив­ное сознание.

Убить чело­века, даже если он твой сын или дочь, не пред­став­ля­ется ничем ужас­ным. Такая при­вычка. И вот такую осо­бен­ность чело­ве­че­ской пси­хо­ло­гии знали фаши­сты. Чтобы вос­пи­тать маль­чи­ков опре­де­лен­ного душев­ного строя, готовя в «Гит­ле­рю­генде» буду­щих эсе­сов­цев, они давали им выра­щи­вать кро­ли­ков. А потом каж­дый дол­жен был убить сво­его кро­лика, и убить довольно жестоко. Вот это глав­ное, о чем я хотел сказать.

О разводах и безотцовщине

Вто­рая про­блема. В про­шлом году в Санкт-Петер­бурге, сто лет назад это была наша пер­вая сто­лица, а теперь вто­рая, – было 90% раз­во­дов. Как-то инте­ресно: в стране, в кото­рой сто лет назад раз­во­дов прак­ти­че­ски не было, только в выс­шем слое обще­ства самом – рафи­ни­ро­ван­ном дво­рян­стве, потому что, чтобы раз­вод осу­ще­ствить, нужно было бла­го­сло­ве­ние самого импе­ра­тора, то теперь 90% бра­ков разводится.

Это о чем гово­рит? Что семья прак­ти­че­ски умерла. А дети рож­да­ются только в семье, или их «нагу­ли­вают». Потому что инстинкт-то чадо­рож­де­ния  есть, но тогда рож­да­ется только один ребе­но­чек. При рож­де­нии только одного ребе­ночка, во-пер­вых, он не полу­чает вос­пи­та­ния, потому что мама должна рабо­тать, а ребе­нок рас­тет неиз­вестно как.

И раньше  в моем дет­стве было поня­тие «без­от­цов­щина». То есть это ребе­нок, кото­рому очень трудно вырасти. Во вся­ком слу­чае, по ста­ти­стике, в какой-то хоро­ший вуз попасть довольно трудно. 

Не потому что ребе­нок тупой – нет, а про­сто вся энер­гия души ухо­дит на пре­одо­ле­ние вот этой травмы, потому что нет отца.

Вот эта вто­рая тема, кото­рая должна вообще-то не давать спать каж­дому рос­си­я­нину. Потому что если непроч­ная семья, то госу­дар­ство  рых­лое, оно не жиз­не­спо­собно. Вот мы все: «Рос­сия, впе­ред!», а она не спо­собна уже идти ни в какой «впе­ред», она деградирует.

Доро­гая ауди­то­рия, назо­вите, пожа­луй­ста, хотя бы одного ныне живу­щего вели­кого рус­ского писа­теля. Назо­вите вели­кого рус­ского ком­по­зи­тора. Под­ни­мите руку и ска­жите, если вы зна­ете рус­ского поэта. Увы, нет ярких имен гениев. Речь о том, что Рос­сия оску­дела. Понимаете?

Это след­ствие, что мы посто­янно уби­ваем детей, как в Спарте. Помните, в школе про­хо­дили: если ребе­но­чек рож­дался немножко с дефек­тами, его бро­сали со скалы.

И вме­сте с этими дитён­ками выбра­сы­вали суво­ро­вых, куту­зо­вых, барк­лай-де-толли, жуко­вых, чер­ня­хов­ских, и так далее. Поэтому я очень рад, что уда­лось вос­поль­зо­ваться таким слу­чаем и мне с вами поговорить.

Потому что страна через неко­то­рое, очень неболь­шое время, вся будет в ваших руках. Кто-то из вас выбе­рет себе какой-то скром­ный путь. А кто-то из вас зай­мет какие-нибудь поло­же­ния, где вы смо­жете вли­ять на всю ситу­а­цию. И вот от того, как вы будете вли­ять и на что, зави­сит буду­щее целой страны. Вот это очень важно.

Я при­зы­ваю – более того, я пони­маю, что это как бы тщетно, но как ваш дедушка по воз­расту  я счи­таю это  своим дол­гом. Тем более, я свя­щен­ник, из рода свя­щен­ни­ков, и вся Москва усы­пана хра­мами, где слу­жили мои предки. Я вот начал слу­жить в храме Кре­сто­воз­дви­жен­ском, в кото­ром до меня слу­жил мой пра­пра­дед, а до него пра­пра­пра­дед, пони­ма­ете? А сей­час из всего нашего рода один я остался свя­щен­ник, а у нас их были десятки.

Так что вот, доро­гие мои, мы с вами при­е­хали в очень тяже­лый период исто­рии нашей страны и нашего народа. И конечно, один Вла­ди­мир Вла­ди­ми­ро­вич Путин не смо­жет  всего испра­вить, хотя он чело­век дей­стви­тельно заме­ча­тель­ный настолько, что нам зави­дуют все осталь­ные. Напри­мер, у один­на­дцати руко­во­ди­те­лей госу­дарств Европы вообще нет детей. Понимаете?

Мы идем ноздря в ноздрю за Евро­пой, кото­рая катится в про­пасть. Вот это очень труд­ная ситу­а­ция. Поэтому я хотел при­звать вас хотя бы поду­мать, на эти темы что-то почи­тать, помимо эст­рады поин­те­ре­со­ваться исто­рией страны. Это очень при­го­дится вам в даль­ней­шем, чтобы оце­ни­вать то, что будет про­ис­хо­дить рядом с вами и вокруг вас. Вот это главное.

Во что веруем?

Очень много в чело­веке зави­сит от того, во что или в кого он верует. Колоссально. 

Вот, напри­мер, я спе­ци­ально при­веду в при­мер не Рос­сию, а быв­ший ее огром­ный пре­крас­ный кусок, кото­рый назы­ва­ется Укра­ина. Что это зна­чит – Укра­ина? Укра­ина – это зна­чит окра­ина рус­ской земли. Да, это самый ее цве­ту­щий юг.

И вот совре­мен­ная исто­рия пред­ла­гает каж­дому укра­инцу выбор. Вот тебе Мишка Дени­сенко, кото­рый объ­явил себя пат­ри­ар­хом, кото­рый само­зва­нец, клят­во­пре­ступ­ник. И за то, что он поклялся на Кре­сте и Еван­ге­лии, а потом изме­нил своей клятве, его отлу­чили от свя­щен­ного сана, он пере­стал быть свя­щен­ни­ком; кото­рый, будучи мона­хом, женился и родил двух детей.

Кото­рый украл цер­ков­ные деньги; кото­рый, еще, будучи архи­манд­ри­том, зани­мался закры­тием Киево-Печер­ской Лавры вме­сте с орга­нами без­опас­но­сти. И тогда, при Хру­щёве, это ему уда­лось. И кото­рый пре­тен­дует на то, чтобы осно­вать новую цер­ковь на Укра­ине. И дру­гой. Вос­пи­тан­ник Тро­ице-Сер­ги­е­вой Лавры, мит­ро­по­лит, бла­жен­ней­ший Онуф­рий, чело­век без страха и упрека, скром­ней­ший, бла­го­род­ней­ший, молитвенный.

Выби­рай, чело­век. Вот тебе исто­рия пред­ла­гает: выбе­решь вот этого, или ты выбе­решь того. Пре­ступ­ника или святого. 

Вот такая кол­ли­зия, такой же выбор стоял у нас и в 1917 году. У нас на пре­столе был импе­ра­тор. Несмотря на всю кле­вету, кото­рую на него воз­во­дили в тече­ние семи­де­сяти лет, Цер­ковь его при­об­щила к лику свя­тых. Свя­той человек.

И вто­рой. Ленин. Ате­ист, боль­ной хро­ни­че­ски сифи­ли­сом чело­век, из-за кото­рого не мог иметь детей, изме­нял посто­янно своей супруге совер­шенно открыто. И абсо­лют­ный зло­дей. Его руки в крови не по локоть, а по плечи. Можете почи­тать его самого.

Я когда в вось­мом классе начал читать Ленина, ужас­нулся. У нас тогда были такие уроки, когда нужно было кон­спек­ти­ро­вать. И вот, на выбор: вот тебе импе­ра­тор свя­той; а вот тебе вот этот, из Швей­ца­рии при­е­хав­ший чело­век, кото­рый нена­ви­дел всё рус­ское. И выбрали его. И то, во что впала страна на десятки лет, отзы­ва­ется нам до сих пор.

И по-преж­нему огром­ная часть страны счи­тает его вели­ким гением. Отчего так про­ис­хо­дит? Не хотят книги читать, не верят доку­мен­там с печа­тью, не верят пись­мам Ильича, где он сам про­сит у мамы денег на то, чтобы лечиться от сифи­лиса, кото­рый он зара­бо­тал в Швейцарии.

Чело­век, кото­рый вообще нико­гда в жизни не рабо­тал нигде, а жил только на деньги, кото­рые собрала ему социал-демо­кра­тия. И вроде бы исто­рия эта как бы нас не каса­ется, нас тогда не было, и про это было страшно поду­мать сто лет назад. Но нет ника­кой гаран­тии, что к вам, каж­дому из вас исто­рия при­дви­нется, и вы должны будете делать выбор, и выби­рать между хоро­шим и пло­хим. И никак не удастся что-то в этом изменить.

Вот мы сей­час нахо­димся в Каза­чьем Уни­вер­си­тете. А что про­ис­хо­дило с каза­ками сто лет назад? Ведь были убиты мил­ли­оны каза­ков! Не тысячи, не сотни тысяч, а мил­ли­оны! Убиты и их дети, убиты и их жены. И то, что воз­рож­да­ется каза­че­ство – мучи­тельно, больно – это чудо, кото­рое гово­рит, что в народе есть еще остатки сил.

Родину защищать –  святое дело

Ува­жа­е­мый отец Димит­рий, Вы дол­гое время воз­глав­ляли Сино­даль­ный Коми­тет по вза­и­мо­дей­ствию с Воору­жен­ными Силами.  Как соот­но­сится запо­ведь «не убий» и то, что свя­щен­ники бла­го­слов­ляют сол­дат на войну?

– Война – это дело свя­щен­ное. Потому что на войну люди ходят для того, чтобы защи­щать Родину, свои церкви, свое накоп­лен­ное в стране богат­ство, своих жен, детей, отцов, матерей.

Это не убий­ство, это вынуж­ден­ная мера, когда при­хо­дят мон­голы, шведы, фран­цузы, англи­чане, поляки, и делают, что хотят. Из хра­мов делают конюшни, жгут города, кожи сни­мают с невин­ных людей, уби­вают, наси­луют, гра­бят, выво­зят всё вплоть до почвы – немцы ваго­нами выво­зили чернозем.

Начи­ная с мон­го­лов, они брали в полон и про­да­вали на неволь­ни­чьем рынке (у нас в Рос­сии это было в Крыму) рус­ских людей, выру­чали за них боль­шие деньги, потому что они были хороши собой, и очень были сильны.

Иван Васи­лье­вич Гроз­ный, когда взял Казань, он в Казани осво­бо­дил восемь­де­сят тысяч рус­ских плен­ни­ков. Потому что у татар это был глав­ный биз­нес: захва­ты­вать по окра­и­нам Руси людей и ими торговать.

Поэтому война, мы так к ней и отно­симся – это самое боль­шое, свя­тое дело. Хри­стос ска­зал, и в Писа­нии это запи­сано: нет больше той любви, когда  чело­век душу свою поло­жит за други своя.

А убий­ство – нет, убий­ство –  это с целью завла­деть иму­ще­ством дру­гого. А война осво­бо­ди­тель­ная – это отдать самое доро­гое, свою жизнь, при­чи­нить горе своей матери, а если она есть, то и жене, оста­вить детей без отца ради выс­ших целей.

Поэтому Цер­ковь бла­го­слов­ляет, и я сам бла­го­слов­лял и кос­ми­че­ские корабли, и наши «Тополя». Даже я участ­во­вал, когда Рого­зин был пред­ста­ви­те­лем при НАТО от Рос­сии, послом был. И он гово­рил на про­ща­ние, когда служба закон­чи­лась: «Я оставлю два подарка, два дерева, один зовут «Тополь», а дру­гой «Тополь‑М». Они до сих пор рас­тут в его рези­ден­ции. Так что это совсем дру­гое дело.

Отец Димит­рий, у меня такой вопрос. В Вет­хом Завете было запре­щено вку­шать сви­нину,  а в Новом Завете раз­ре­шено. Можете как-нибудь это объяснить?

– Конечно, могу. Во вре­мена Вет­хого Завета не было меди­цины, а сви­ное мясо про­во­ци­рует раз­ви­тие таких пара­зи­тов, кото­рые смер­тельны для чело­века. Чтобы сохра­нить в исто­рии народ Изра­и­лев, Гос­подь запре­тил есть сви­нину, чтобы этот народ жил бы в исто­рии, иначе он умер бы от эпидемий.

Потому что они жили в жар­кой стране, не было холо­диль­ни­ков, не было даже, как у нас, у сла­вян, ледя­ных ям, в кото­рых можно было хра­нить сколько угодно мясо. И поэтому вот такой запрет, именно на рели­ги­оз­ном уровне совер­шен­ней­шее табу, сохра­нил в исто­рии эту норму. И в этом народе при­шел Мес­сия, Кото­рый стал для всех образ­цом той рели­гии и осно­ва­те­лем той веры, кото­рую мы все исповедуем.

Тогда почему же мусуль­мане не при­дер­жи­ва­ются этого, хотя они счи­тают, что Иисус Хри­стос  – это один из самых глав­ных пророков?

– Мусуль­мане, кото­рые Коран  хотя бы читали разок, они сви­нины не едят. А осталь­ные, ну как же,  рус­ские – вроде хри­сти­ане, мно­гие даже стали крест носить на себе, но они же не явля­ются хри­сти­а­нами по своей сути. Потому что они не знают ни одной заповеди.

Я сей­час начну вас спра­ши­вать. Напри­мер, зна­ете, что сего­дня начался пост Рож­де­ствен­ский. А спрошу: из чего он состоит? Ну, три чело­века ска­жут. То есть вы рус­ские, вы кре­ще­ные, ваши предки были на про­тя­же­нии сто­ле­тий кре­ще­ными веру­ю­щими людьми, а вы не зна­ете ничего.

Также и совре­мен­ные мусуль­мане. Что совре­мен­ный пра­во­слав­ный, что совре­мен­ный мусуль­ма­нин: «Откройте дверь, кто там?..» Почему? Потому что книг не читаем, а только в «тан­чики», вот и все. Наш учи­тель в инсти­туте (я окон­чил педа­го­ги­че­ский инсти­тут) гово­рил так: «густоп­со­вое неве­же­ство». Пита­емся только слу­хами, один что-то ска­зал, дру­гой ска­зал, а вот мне одна ска­зала – за этим не стоит ника­кой информации.

Человек – это семья

– Может ли казак жениться на девушке дру­гой религии?

– Дру­гой рели­гии – нет, не может, если он веру­ю­щий пра­во­слав­ный хри­сти­а­нин. Но и среди каза­ков были и като­лики, были и люте­ране, были и мусульмане.

Мусуль­ма­нам Коран раз­ре­шает жениться на хри­сти­ан­ках. Цер­ковь не раз­ре­шает хри­сти­а­нам жениться на мусуль­ман­ках. Почему, сей­час объ­ясню. Очень мне нра­вится этот вопрос, потому что я этой темой зани­ма­юсь трид­цать лет. С точки зре­ния Гос­пода и Спа­си­теля нашего Иисуса Хри­ста семья – это не есть чело­ве­че­ский инсти­тут, как у нас гово­рят, «инсти­тут семьи тер­пит крах».

Семья – это не инсти­тут, это уста­нов­ле­ние Божие. Бог создал муж­чину и жен­щину, и создал чело­века сразу, как семью. Поэтому чело­век – это семья. 

Как же может быть жена и муж, кото­рые делят общее ложе, общий дом, общее хозяй­ство, у них общие дети – а у них в голове и в сердце раз­ное: одна мусуль­манка, а дру­гой хри­сти­а­нин? Нико­гда в этой семье не будет ладу. Либо они должны оба стать ком­му­ни­стами и забыть свою веру, либо кому-то перейти в другую.

Так и девушки, кото­рые уез­жают в Тур­цию, они при­ни­мают ислам. А муж? А муж при­ни­мает дру­гую жен­щину, или тре­тью, сколько поз­во­ляет его доход. Нра­вится или не нра­вится, но ты ислам при­няла – вот, доволь­ствуйся. То есть он, муж, ни к какой любов­нице не ходит, зачем? У него три-четыре жены дома. Будь, милая, довольна.

А у хри­стиан не так. Семья подобна домаш­ней Церкви, где муж – это свя­щен­ник, жена– это дья­кон, во всем ему помощ­ник, а дети – это народ Божий, кото­рый отец с помо­щью жены дол­жен при­ве­сти к Хри­сту, их воцерковить. 

Такую задачу можно решить только при духов­ном един­стве мужа и жены. Потому что для семьи постав­лена очень высо­кая задача. Мы рас­смат­ри­ваем семью как, во-пер­вых, духов­ный союз, когда общее един­ство духов­ных целей и вер­шина этой цели есть любовь. Ну, а где любовь, там вер­ность.

Если чело­век любит родину, он ей верен. Если чело­век любит свое слу­же­ние, он верен при­сяге. Ему легче с жиз­нью рас­статься, чем нару­шить слово при­сяги. Вот такие высо­кие иде­алы нам хри­сти­ан­ство диктует.

Поэтому тут ника­кого сме­ше­ния нет, ника­кого нет уни­чи­же­ния для мусуль­ман – да, при­ни­май хри­сти­ан­ство, кре­стись, и давай будем учиться запо­ве­дям Божиим – и все, и пожа­луй­ста, будешь мной вла­деть. А так – нет, извини.

Это дела­ется ради детей, ради буду­щего, чтобы у детей не было шизо­фре­нии. Как я в одном жур­нале про­чел: если папа гово­рит «да», а мама гово­рит «нет», от этого бывают нерв­ные дети. 

Если хотите, чтобы дети были пси­хо­паты, тогда давайте. И так оно и бывает, когда роди­тели руга­ются при детях. А между роди­те­лями должна быть только любовь и верность. 

Живём за счет труда

– Как создать усло­вия для рож­де­ния ребенка в семье так, как в Европе? Там есть усло­вия, в Швей­ца­рии, Австрии, в ряде скан­ди­нав­ских стран пла­тится около двух-трех тысяч евро на содер­жа­ние ребенка. А как в наших совре­мен­ных усло­виях детей обеспечивать?

– Эле­мен­тарно. Надо всем, кто при день­гах, пере­стать воровать.

– А что в наших силах?

– В наших силах – про­фес­си­о­нально рабо­тать. Все страны евро­пей­ские и аме­ри­кан­ские жили ограб­ле­нием дру­гих наро­дов. Рос­сия – нет, и это при тяже­лей­шем кли­мате, в кото­ром люди обычно не живут, веч­ная мерз­лота  – четыре пятых территории.

Если греку нужно стро­ить дом в один пусто­те­лый кир­пич, и там будет тепло, там нет в домах даже отоп­ле­ния, то рус­скому нужно стро­ить стены в шесть­де­сят сан­ти­мет­ров, чтобы не замерз­нуть зимой и еще топить. У нас каж­дый домик – это очень доро­гое соору­же­ние. Поэтому нам при­хо­дится очень боль­шие деньги тратить.

У нас народу  пере­ва­лило за сто мил­ли­о­нов, а пахот­ных земель с чер­но­зе­мом не так уж много, очень тяже­лое зем­ле­де­лие, и так далее. Все дается очень тяже­лым тру­дом, и рус­ские под­ни­мали все окра­ин­ные земли.

И если кто-то хотел рабо­тать на импе­рию, все могли, поэтому у нас все­гда и англи­чане слу­жили, и немцы, и таджики. Пожа­луй­ста, если ты хочешь выбиться в люди, тебе была открыта дорога и при цар­ской, и даже при совет­ской вла­сти. Не за счет ограб­ле­ния, а только за счет труда. А сей­час насту­пает рас­плата  для Европы.

Вот у меня есть при­хо­жанка, она ино­странка. Я при своих воз­мож­но­стях два года ей доби­вался пас­порта. Она без пас­порта жила. Она живет в Рос­сии трид­цать лет. Вы можете себе пред­ста­вить? Она бы одна нико­гда этого не полу­чила, это невоз­можно, ее гоняли, как мячик от пинг-понга.

А если, напри­мер, сей­час взять, спе­ци­ально в каж­дом городе постро­ить по два дома, и кинуть клич: доро­гие рус­ские немцы, воз­вра­щай­тесь на свою исто­ри­че­скую родину, если для вас Гер­ма­ния не стала мате­рью! Потому что сна­чала немцы-то зазы­вали, а сей­час такого нет. Даже туда, в запад­ную часть не очень берут.

Неко­то­рые хорошо устра­и­ва­ются, но есть и очень тра­ги­че­ские исто­рии. И обя­за­тельно под­ни­мутся и при­едут. И так везде. Хотя Гер­ма­ния – самая бога­тая из евро­пей­ских стран, и немцы умеют рабо­тать, они этим прославились.

И разум, и чувства

Три года назад в школе я писал ито­го­вое сочи­не­ние «Чув­ства и разум», но тогда мне было шест­на­дцать лет, я тогда не особо при­да­вал этому зна­че­ние, а сей­час, когда я пол­тора года нахо­жусь вдали от сво­его дома, пони­маю, что с каж­дым годом эта тема ста­но­вится все акту­аль­нее. То есть, как отно­ситься к миру, как найти себе девушку, осно­вы­ва­ясь на чем: на чув­ствах или на разуме?

–Дело в том, что чело­век неде­лим. Древ­няя меди­цина не выде­ляла одну болезнь, лечили сразу чело­века, потому что все органы свя­заны. Поэтому и здесь нельзя у чело­века забрать чув­ства и изу­чать только разум. Мы должны стре­миться к тому, чтобы достичь гар­мо­нии. Что такое гар­мо­ния? Когда все в балансе и в порядке. А это ситу­а­ция, когда чув­ства кон­тро­ли­ру­ются разумом.

Ну, напри­мер, ты встре­тил девушку, и она тебе при­но­сит спра­вочку, а там напи­сано: «поло­жи­тельно ВИЧ-инфи­ци­ро­ван­ная». Чув­ства-то у тебя про­дол­жают ею вос­хи­щаться, но семей­ной жиз­нью лучше не рис­ко­вать. Поэтому разуму ты гово­ришь: стой, разум, послу­шай мамочку – раз уж девочка в таком юном воз­расте сумела где-то под­хва­тить ВИЧ, то поищи другую.

Найди такую, кото­рая будет тебя любить, и каж­дого ребенка, кото­рого ты родишь от нее, чтобы она ждала и ска­зала: вот, сколько будет – столько и будет. 

Вот тебе желаю какую неве­сту. И глав­ное: побольше рожайте дето­чек, и не бой­тесь, потому что это – основа нашего бытия.

Соб. инф.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки