Ребёнок боится школы. Что делать? Советует психолог

Ребёнок боится школы. Что делать? Советует психолог

(4 голоса5.0 из 5)

Окон­ча­ние лета вызы­вает у ребенка спад настро­е­ния. Школа  и учёба не вдох­нов­ляют. Уче­ние еще не нача­лось, а  энер­гии и моти­ва­ции для него уже нет. Как спра­виться с этой про­бле­мой, рас­ска­зы­вает пси­хо­лог Ната­лия Власихина.

Беседа состо­я­лась в пря­мом эфире радио «Теос» и его пере­дачи «Фор­мула семьи». С  Н. Вла­си­хи­ной бесе­дует веду­щий про­граммы В. Юртов.

– Итак, дети идут в школу. И это ужас не только для роди­те­лей – «пред­вку­ше­ние» пред­сто­я­щих бес­сон­ных ночей, напи­са­ния рефе­ра­тов, выпи­ли­ва­ния и выде­лы­ва­ния чего-то из пла­сти­лина – всё это нас ожи­дает в той или иной степени. 

Неко­то­рые дети боятся идти в школу, и сего­дня мы и будем гово­рить именно об этом. 

scale 1200 1 - Ребёнок боится школы. Что делать? Советует психолог

Ната­лья Вяче­сла­вовна, вот наша тема: ребе­нок  боится школы до исте­рики – что, соб­ственно говоря, делать в этой ситу­а­ции нам самим с собой, с нашими детьми, и что делать детям, подросткам?

– Пого­во­рим именно о таком остром неже­ла­нии идти в школу. Итак, что с ребён­ком про­ис­хо­дит? Воз­ни­кает вопрос, что за ост­рая реак­ция – вплоть до исте­рик, с чем она может быть свя­зана, если порас­суж­дать на эту тему, что за этим может стоять.

Мы возь­мём, так ска­жем, рабо­чий вари­ант, что это началь­ная школа, млад­шая школа, напри­мер, класс вто­рой-тре­тий, и ребё­нок начи­нает рыдать, он начи­нает гово­рить, что я, мол, не хочу в эту школу,  и это ост­рая реак­ция. Понятно, что после кани­кул всем осо­бенно не хочется. С чем это может быть связано?

– Я думаю, что-то не полу­ча­ется в школе, над ним изде­ва­ются учи­теля и одно­класс­ники,. Как ока­зы­ва­ется, мы часто даже не пони­маем, что наши дети не пони­мают каких-то вещей, когда это свя­зано с дислек­сией, дисграфией. 

Эти про­блемы мы, как роди­тели, часто про­сто не пони­маем, не видим их, что именно в этом беда для ребенка, это кош­мар и ужас – идти в школу с такими бедами и проблемами. 

Воз­можно, над ним изде­ва­лись по дру­гому какому-то поводу дети, одно­класс­ники, и он в ожи­да­нии оче­ред­ного года ужаса и кошмара. 

Какое-то пере­жи­тое наси­лие в про­шлом от взрос­лых – да всё, что угодно. Либо неадек­ват­ное пове­де­ние роди­те­лей, кото­рое сопро­вож­дает их весь год. 

Вот они думают, что всё лето мы классно с папой, с мамой время вме­сте про­во­дили, а сей­час нач­нутся скан­далы и исте­рики, руко­при­клад­ство, лише­ние сла­до­стей, ком­пью­те­ров, план­ше­тов и всего осталь­ного. И это, навер­ное, тоже может напрягать?

– Дей­стви­тельно, вот эти все при­чины могут иметь место. То есть это либо про­блема в какой-то несо­сто­я­тель­но­сти, либо в отно­ше­ниях со сверст­ни­ками, либо в реак­циях родителей.

Дело в том, что раз­го­вор можно начи­нать с того, как роди­тели отно­сятся к такой реак­ции. То есть насколько они вос­при­ни­мают это дей­стви­тельно серьезно для того, чтобы в этом разбираться.

Обычно они начи­нают как-то «аги­ти­ро­вать за совет­скую власть» – в том плане, что ты, мол, потерпи, да там дру­зья, там вот… – но если это гово­рят, не разо­брав­шись, что стоит за вот этой реак­цией, то эти слова про­сто уйдут в пустоту, и напря­же­ние у ребёнка останется.

Если  прямо гово­рить о реко­мен­да­циях, то пер­вый момент, если это про­ис­хо­дит, то с ребён­ком важно пого­во­рить на эту тему. Важно, чтобы раз­го­вор был непри­нуж­дён­ный – где-нибудь в парке, чтобы было хоро­шее настро­е­ние, чтобы он как-то рас­ска­зал, что такое происходит.

– Ната­лья, но ведь даже когда роди­тели дели­кат­ные и так­тич­ные, дипло­ма­тич­ные, всё равно есть дети, кото­рые про­сто не рассказывают. 

И они не рас­ска­зы­вают ни какие-то стыд­ные постыд­ные вещи – пред­по­ло­жим, о сек­су­аль­ном наси­лии им стыдно рассказать. 

Они в прин­ципе не хотят  дове­рять роди­те­лям свои про­блемы, свои мысли, свои пере­жи­ва­ния – при том, что на самом-то деле их любят и им доверяют.

– Юрий, здесь у меня воз­ни­кает вопрос вот к этому «не хотят». Всё равно роди­тели и дети как-то обща­ются, и, может быть, с одним роди­те­лем лучше контакт.

По край­ней мере, заго­во­рите  о настро­е­нии: слу­шай, мне это понятно, я тоже не хочу ходить на работу, то есть не все­гда хочу – после отпуска не хочу, я могу тоже быть уставшим.

А вот ты вчера так пла­кал, гово­рил, что ты не хочешь в школу, что тебе там не нра­вится – а что тебе там осо­бенно не нравится?

Можно вот так зайти, подыс­кать какие-то вопросы, и это не выве­ды­ва­ние, а серьёз­ные раз­го­воры, именно такой жанр обсуждения.

Такой хоро­ший приём, когда роди­тель (и, кстати, для детей это очень полезно) при­со­еди­ня­ется к ребенку и гово­рит: зна­ешь, я тебя очень пони­маю, когда я ходил в школу, у меня тоже были такие настро­е­ния в конце каникул.

Ребё­нок пони­мает, что он, соб­ственно, тут не один. То есть мы можем не хотеть ходить на работу, мы можем там чего-то не хотеть, и они могут этого хотеть и не хотеть. И вот здесь вот эта леги­тим­ность, что да, такое воз­можно, ты про­сто мне рас­скажи, что такое.

Откуда эта кар­тинка, что обя­за­тельно надо хотеть в школу? Необязательно. 

Но на самом деле здесь вопрос вот этого настро­е­ния, что же там происходит.

Более того, часто роди­тели в курсе, почему такая реак­ция. Потому что есть какие-то слож­но­сти, какие-то про­блемы с про­шлого учеб­ного года, кото­рые могут тянуться.

И тогда у нас стоит вопрос, как их решать в буду­щем году, то есть что роди­тель может сделать.

Если это травля сверст­ни­ков и отсут­ствие кон­такта, то это одна исто­рия, и ребёнку важно помо­гать в этом разобраться. 

Если это каса­ется учебы, то здесь задача дру­гая – так или иначе создать ребенку воз­мож­ность для полу­че­ния успеха, потому что это важно.

– Ком­мен­та­рий от Марины: «Меня как взрос­лого тоже напря­гают вынуж­ден­ное нака­за­ние и лише­ния моего ребёнка из-за учёбы». 

То есть она уже ожи­дает этих про­блем, неиз­беж­ной необ­хо­ди­мо­сти нака­зы­вать ребёнка, и вот эти отри­ца­тель­ные пред­вку­ше­ния её напрягают.

– Здесь очень хочется спро­сить, сколько лет ребёнку, потому что если это напря­гает даже роди­теля, то может быть имеет смысл поис­кать дру­гие пути дис­ци­плины, огра­ни­че­ний и дого­ва­ри­ваться вме­сте с ребён­ком, чтобы это не носило такой мучи­тель­ный характер.

Ребёнку, может быть, сложно учиться, он дей­стви­тельно этого может не хотеть, потому что ему сложно, и здесь надо раз­би­раться с этими сложностями. 

И вот здесь, кстати говоря, я бы хотела, чтобы роди­тели поду­мали о рас­по­рядке дня на учеб­ный год: доста­точно ли ребё­нок отды­хает, доста­точно ли он спит, как он пита­ется, сколько он гуляет.

Здесь очень важно, чтобы это отдель­ной стро­кой в голове как-то отпе­ча­та­лось, что школа – это не вся жизнь ребенка. Школа – это только часть. И вот здесь, может быть, надо пере­смот­реть тре­бо­ва­ния, пере­смот­реть своё вос­при­я­тие – напри­мер, вот тех же оце­нок. Что роди­тель хочет от школы? Чтобы ребё­нок – что?

Мне бы очень хоте­лось, чтобы за школь­ное время мой ребё­нок увлекся, понял, какая область ему инте­ресна, чтобы он научился учиться. 

Потому что в наше время никуда не денешься, всю жизнь будешь учиться, ничего не поде­ла­ешь. И важно, чтобы какой-то мало­маль­ский инте­рес к этому про­цессу сохра­нился. Как бы это фан­та­стично ни зву­чало в рам­ках нашей школы, но тем не менее.

Хочется, чтобы ребё­нок подру­жился, чтобы у него было много дру­зей. Потому что я могу ска­зать, что мои самые ста­рые дру­зья – это ещё со школы. И чтобы он вот это школь­ное время вспо­ми­нал с увле­че­нием, чтобы он, может быть, куда-то ходил, ещё чем-то инте­ре­со­вался, во что-то играл, чем-то зани­мался. Это очень важно.

И когда роди­тель честно себе отве­чает на вопрос, чего он хочет: он хочет круг­лого отлич­ника, и, что назы­ва­ется, мы за ценой не постоим, но это будет у нас одна исто­рия учеб­ного года. Либо он хочет дру­гих вещей.

И вот здесь вопрос, кото­рый очень важен: насколько в этом про­цессе он видит сво­его ребёнка – с его инди­ви­ду­аль­но­стью, дис­гра­фией, дислек­сией, инте­ре­сами, огра­ни­че­нием сил – по тем­пе­ра­менту, уста­ло­стью, круж­ками. Насколько он видит отдель­ного чело­века в этом процессе.

– Допу­стим, у ребёнка есть про­блема. Вот, в част­но­сти, у моего сред­него ребенка были и есть про­блемы с кон­цен­тра­цией внимания. 

В какой-то момент мы решили отве­сти его к пси­хо­логу, и этот пси­хо­лог про­вела с ним ряд тестов. Эти тесты настолько захва­тили моего сына – и эта новая ситу­а­ция: пси­хо­лог, тесты, каби­нет, что-то необыч­ное, – что он все тесты решил выше среднего.

scale 1200 2 - Ребёнок боится школы. Что делать? Советует психолог

А пси­хо­лог потом ска­зала: зачем вы при­шли с этим ребён­ком ко мне, если у него резуль­таты выше сред­него по кон­цен­тра­ции вни­ма­ния и по всему осталь­ному? Я говорю: да ему про­сто инте­ресно было, поэтому он сконцентрировался. 

Но если мы пере­не­семся в обыч­ную быто­вую ситу­а­цию, то всё вер­нётся на круги своя – это вита­ние в обла­ках, это рас­се­ян­ное вни­ма­ние. Как быть, если мы, допу­стим, как роди­тели, при­хо­дим к пси­хо­ло­гам, а пси­хо­логи не верят, что у ребенка проблемы?

– Навер­ное, здесь вопрос в рас­ши­рен­ной диа­гно­стике и в том, что – да, это тесты, но это же один инстру­мент. Если мы гово­рим о про­из­воль­ном и непро­из­воль­ном вни­ма­нии, то у ребёнка может быть непро­из­воль­ное вни­ма­ние, то есть когда ему интересно.

Взять, напри­мер, дру­гого ребёнка: он может часами по инструк­ции соби­рать и раз­би­рать «Лего». Но там, где нужна про­из­воль­ная кон­цен­тра­ция, то есть мне неин­те­ресно, но я сосре­до­та­чи­ва­юсь, – вот с этим уже может быть сложность.

И тогда нужно сде­лать акцент на этот запрос. Мно­гие вещи, кото­рые мы можем делать, не все­гда инте­ресны, но всё равно нам надо сосре­до­та­чи­ваться, что-то делать, писать, разрабатывать.

И что делать тогда с про­из­воль­ным вни­ма­нием и где-то, может быть, воле­выми харак­те­ри­сти­ками? Да, тесты могут увлечь, ребё­нок сосре­до­то­чится, тут ещё незна­ко­мая тётя – да, такое возможно.

– Сооб­ще­ние от Марины: «Стоит ли пла­тить ребёнку деньги за хоро­шую учёбу, ведь оценки – это и есть поощ­ре­ние, но они почему-то не помо­гают как стимул?»

– Здесь на этот счёт суще­ствует очень много мне­ний. Вот этот под­ход может не решать проблему.

Если у ребёнка всё полу­ча­ется легче пуха и пера, но он по лени своей про­сто «забил», то есть совер­шенно легко учился на «отлично». А потом как-то всё это стало неин­те­ресно… Но вот сам момент моти­ва­ции – это всё-таки про какую-то внут­рен­нюю при­чину, что же про­ис­хо­дит там, что совсем ничего не интересно.

Может быть, какие-то пред­меты более или менее инте­ресны. Может быть, это какие-то слож­но­сти порядка дис­гра­фии, дислек­сии, про­сто чело­веку сложно, а, напри­мер, в музыке у него всё получается.

Поэтому здесь вопрос в этой внут­рен­ней при­чине. Потому что деньги – это не тот сти­мул: ребё­нок может заго­реться, но при этом у него всё равно не полу­чится, потому что при­чины дру­гие, а роди­телю кажется, что не работает.

– Вопрос по поводу дислек­сии и дис­гра­фии. У нас сего­дня что ни ребё­нок, то у него дислек­сия и дисграфия. 

Это дей­стви­тельно про­блема, кото­рая стала такой мас­со­вой, или это про­сто мод­ная про­блема, кото­рую мы ищем у своих детей по каким-то при­чи­нам. Что это такое?

– Во-пер­вых, дислек­сия, дис­гра­фия  – это всё-таки диа­гнозы, как, соб­ственно говоря, и син­дром дефи­цита вни­ма­ния и гипе­р­ак­тив­но­сти – это тоже диа­гноз. И поэтому, изви­ните, каж­дого бед­ного холе­рика под СДВГ под­пи­хи­вать – это тоже не вари­ант. То есть это вопрос к дефек­то­логу, к лого­педу, к тому,  к кому можно отве­сти ребёнка продиагностировать.

И тогда он гово­рит о том, что – да, ско­рее это вот это. Это один момент. То, что стало этого больше –  не факт, про­сто об этом стали говорить.

Раньше счи­та­лось: «ах, ты плохо чита­ешь, зна­чит, ты про­сто мало чита­ешь, и вообще ты ленишься, больше читай и всё прой­дёт» – а то, что у ребёнка про­сто рас­плы­ва­ются буквы, и он не может это про­чи­тать, у него вообще дру­гое вос­при­я­тие – это уже другое.

Здесь я бы не зани­ма­лась само­ди­а­гно­сти­кой, а если есть какие-то вопросы, то про­сто отвела бы к спе­ци­а­ли­сту и уже под­твер­дила или не под­твер­дила свои опасения.

В целом совре­мен­ные дети, конечно, от нас отли­ча­ются – по одной про­стой при­чине: у нас не было интер­нета. Потому что сей­час у детей более раз­виты дру­гие навыки, с этим при­хо­дится считаться.

Да, вни­ма­ние, сосре­до­то­чен­ность стала именно хуже в том плане, что если мы посмот­рим циф­ро­вые тех­но­ло­гии, то там всё быст­рей. То есть вот эта сосре­до­то­чен­ность на чём-то одном, вот это коли­че­ство вре­мени стало меньше.

Даже если ты за собой пона­блю­да­ешь: если там что-то мед­ленно гру­зится, или там ещё что-то, ты быстро пере­клю­ча­ешься с ссылки на ссылку, не ждёшь. И вот у детей это также присутствует.

– Мы настолько при­выкли к тому, что у нас всё быстро про­ис­хо­дит, что мы уже не готовы ждать, когда это про­ис­хо­дит с нор­маль­ной скоростью. 

– И вот здесь вопрос так же более к раз­ви­то­сти, напри­мер, про­стран­ствен­ного вооб­ра­же­ния, там более раз­ви­тость, с одной сто­роны, именно реак­ции, но менее –вер­баль­ного интеллекта.

То есть сей­час детей надо застав­лять гово­рить, чтобы они учи­лись гово­рить и доно­сить свою мысль, и делать ставку на те навыки, кото­рые могут быть менее задействованы.

– Татьяна пишет: «Подруга делает всё за ребёнка две­на­дцати лет, и он при­но­сит нор­маль­ные оценки. 

Только где тут потом само­сто­я­тель­ность и ответственность?» 

Верно ли это реше­ние про­блемы с уче­бой, когда роди­тели, чтобы, может быть, не позо­риться, чтобы ребёнка не позо­рить – или чтобы у него атте­стат хоро­ший был – делают все за него?

– Мы воз­вра­ща­емся к вопросу, кото­рый я уже зада­вала: чего роди­тель хочет от школы? Если я всё делаю за ребёнка, и мне важны его хоро­шие оценки и больше ничего, то тогда это вот такой ответ на вопрос.

Но здесь же ещё  есть момент сфор­ми­ро­ван­но­сти навы­ков обу­че­ния. То есть насколько я могу сам, напри­мер, себя орга­ни­зо­вать, насколько я могу сам что-то про­чи­тать, что-то напи­сать, про­ана­ли­зи­ро­вать полу­чен­ную информацию.

Даже в Интер­нете найти – вот, каза­лось бы, сей­час жалу­ются по поводу того, что всё они смот­рят в  Сети. Ну, хорошо, смот­рят – но даже если нужно напи­сать рефе­рат – не про­сто его сдуть, а именно, напи­сать по инфор­ма­ции, кото­рая там предоставлена.

И вот здесь боль­шой вопрос: как чело­век ана­ли­зи­рует полу­чен­ную инфор­ма­цию, как он отсе­и­вает её, что он берёт, и вот эти навыки важны в про­цессе обу­че­ния. И вот если роди­тель прямо всё делает, то у меня тогда воз­ни­кает вопрос: как ребё­нок справ­ля­ется, напри­мер, с теми же кон­троль­ными в классе.

И если в этом ком­мен­та­рии про­зву­чало, что он учится на пятёрки – ну, тогда он что-то пони­мает, может, они вме­сте делают. Потому что есть же само­сто­я­тель­ная работа в классе. И если роди­тели всё делают за ребенка, то ребё­нок в классе не будет справ­ляться и писать кон­троль­ные, и, таким обра­зом, совер­шенно ничего не будет знать.

Это пер­вый момент. А вто­рой момент – ну, хорошо, такой ребё­нок посту­пает в вуз – и всё, вот это про­верка. Если посту­пает, то пер­вый семестр и пер­вая сес­сия часто рас­став­ляют всё по местам.

И это не вопрос зна­ний, а вопрос сфор­ми­ро­ван­но­сти навы­ков обу­че­ния. Тем более  если вуз слож­ный, и есть ещё вопрос дис­ци­плины и орга­ни­за­ции обучения.

То есть, чтобы быть допу­щен­ным до экза­ме­нов в первую сес­сию, тебе надо очень хорошо побе­гать, надо сдать зачеты, тебе надо успеть, бежать, пой­мать пре­по­да­ва­теля и под нос сунуть эту зачётку, чтобы он про тебя не забыл.

В вузе на пер­вом курсе и даже, к сожа­ле­нию, на вто­ром неко­то­рые не справ­ля­ются, выле­тают. Потому что стал­ки­ва­ются с той реаль­но­стью, когда при­хо­дится делать всё самому, и никто не будет сто­ять над тобой и что-то говорить.

– Есть боль­шая про­блема: мно­гим детям сего­дня про­сто ничего не надо, им неин­те­ресно, учиться они не хотят, и, как ты ни пыта­ешься их моти­ви­ро­вать, менять школу, менять пре­по­да­ва­теля, что-то ещё – в общем, ничего не помо­гает, они как не хотели учиться, так и не хотят.

– Вот с этим явно не согла­шусь, потому что, с одной сто­роны, много детей, кото­рые ничего не хотят, и они, напри­мер, сидят в этих ком­пью­тер­ных играх. Но я счи­таю, важно разо­браться, что стоит за этим «ничего не хочу».

Потому что, если мы гово­рим о сред­ней школе, это млад­ший под­рост­ко­вый воз­раст, то этот уход в ком­пью­тер­ные игры – это может быть уход ком­пен­са­тор­ного типа, то есть ком­пен­са­ция пло­хого само­чув­ствия, то есть что-то с чело­ве­ком про­ис­хо­дит, и ему так тошно, что он туда уходит.

А, с дру­гой сто­роны, это тот воз­раст, когда очень важно про­бо­вать раз­ные заня­тия. И в этом воз­расте, если посмот­реть, есть также доста­точно много детей, кото­рые увле­ка­ются какими-то вещами. Дру­гой момент, что вот это увле­че­ние может быть не по душе родителям.

Потому что если, напри­мер, ну хорошо – взять даже это ком­пью­тер­ные игры, то тогда можно попро­бо­вать про­грам­ми­ро­ва­ние этих игр, то есть созда­ние этих игр.

Это может быть робо­то­тех­ника – и я знаю людей, детей моих дру­зей, кото­рые не выле­зали из ком­пью­тер­ных игр, а теперь они про­грам­ми­сты, и вообще всё прекрасно.

То есть они пере­клю­чи­лись на созда­ние, изу­чили, как это созда­ётся, и это стало эта­ким делом жизни.

И если тебе нра­вятся ком­пью­тер­ные игры, ты можешь их созда­вать – ско­рее, это дело –мате­ма­тика. А  для того, чтобы тебе из точки А при­быть вот в ту точку Б, тебе надо  знать хотя бы вот эти два пред­мета, напри­мер, мате­ма­тику и английский.

То есть, вот моти­ва­ция. А бывает так, что чело­веку, напри­мер, в школе неин­те­ресно. Но я знаю несколь­ких детей, кото­рые зани­ма­ются в Бота­ни­че­ском саду или в круж­ках, свя­зан­ных с рас­те­ни­ями и прямо там горят, при­чем мальчики.

Есть те, кто, напри­мер, соби­рал машинки, соби­рал поезда и пошёл по этому пути. Это такой воз­раст, когда роди­телю важно пред­ла­гать. И не так, что «я запи­сал тебя в кру­жок, вот ты и ходи, раз я тебя записал!»

Нет, это всё-таки экс­пе­ри­мент. Потому что здесь же очень важно, если ребё­нок втя­ги­ва­ется, и ему инте­ресна и тусовка, и сами заня­тия, и он ходит, и ему нра­вится – так это же замечательно!

Я вспо­ми­наю свой ран­ний под­рост­ко­вый воз­раст – очень много было вещей инте­рес­ных, и я дей­стви­тельно про­бо­вала много чего, про­бо­вала зани­маться и в круж­ках, и в секциях.

– Я про­бо­вал, Дом пио­не­ров и юных тех­ни­ков я обе­жал и побы­вал прак­ти­че­ски везде, в каж­дом кружке, оста­но­вив­шись на двух из них. 

Но, правда, не все дети такие, мно­гим правда ничего не инте­ресно. И роди­те­лей этих детей это очень и очень беспокоит.

– Да, вот здесь часто этот симп­том, когда всё неин­те­ресно – опять же, он из раз­ряда ком­пен­са­ции. Но это из раз­ряда, когда пере­да­вили, и это часто  вопросы к началь­ной школе, к тому, когда запи­сали в кучу круж­ков: англий­ский, «раз­ви­валки», и у ребёнка нет права выбора. И в резуль­тате у него после таких вот «ты будешь ходить вот туда, туда, туда» нет про­стран­ства и воз­мож­но­сти про­сто сесть, или поле­жать и поду­мать: а что же надо мне, что мне интересно?

И вот здесь инте­рес важно про­буж­дать, то есть зада­вать вопросы, чтобы было инте­ресно быть в этом про­цессе. То есть я бы обра­щала вни­ма­ние не на то, что ему ничего не инте­ресно –  а на то, что за этим стоит.

Где-то, может, пере­жали, где-то устал, а может, и депрес­сия, кто знает. Потому что за сло­вами «ему ничего не инте­ресно» – может сто­ять дру­гое: «ему ничего не инте­ресно из того, что нра­вится нам».

– Навер­ное, ты где-то права, а где-то я с тобой не согла­шусь. Ведь, если роди­тели более-менее бес­по­ко­ятся о судьбе ребенка, то когда ему неин­те­ресно одно, опять же ему под­со­вы­вают что-то дру­гое, потом вто­рое, тре­тье, чет­вёр­тое, пятое, деся­тое, – и вот, всё неинтересно.

– Здесь пер­вый шаг – пре­кра­тить это под­со­вы­ва­ние, оста­вить ребенка в покое и заняться самому тем, что тебе инте­ресно. Потому что часто под­ростки задают такой вопрос: а как я могу чем-то увле­каться, когда я не вижу твоей увлеченности?

И здесь есть важ­ный момент, что если роди­тель сам увле­чен жиз­нью, и у него есть то, что ему нра­вится, чем он зани­ма­ется, то часто для детей это очень хоро­ший при­мер в том, чтобы любо­зна­тель­ность и любо­пыт­ство сохранялись.

И тогда юный чело­век видит, что роди­тель любит читать – при­чём читает не то, что ему надо, а то, что ему нра­вится; или зани­ма­ется спор­том, или рыбал­кой, или создает какие-то проекты.

Воз­вра­ща­ясь к ответу, важно спро­сить: что же такое с чело­ве­ком про­ис­хо­дит, что ему, как мне кажется, ничего не интересно? 

Как раз то, что может уби­вать инте­рес к чему бы то ни было, это посто­ян­ная гипе­ро­пека и ощу­ще­ние ребён­ком себя как под микроскопом. 

То есть очень важно, чтобы вот это было время, про­стран­ство, где ребё­нок предо­став­лен сам себе. 

А если ребё­нок посто­янно как под при­це­лом: «что ты дела­ешь, куда ты пошёл, а что ты сей­час чита­ешь, а что ты сей­час смот­ришь?» – ну, что же это такое-то, ну, дайте уже чело­веку в покое-то побыть, сво­ими делами позаниматься!

Было про­ве­дено иссле­до­ва­ние, коли мы тут заго­во­рили о под­рост­ках, – под­ростки, когда их спра­ши­вали о том, что бы вы поже­лали своим роди­те­лям, чтобы они как-то могли сде­лать, чтобы вам было хорошо, – то боль­шая часть отве­тила: я хочу поже­лать роди­те­лям про­сто быть счастливыми.

И вот это сча­стье роди­теля – в том, что он отдельно, он увле­чен, вообще, что он счаст­ли­вый чело­век – это для под­ростка очень важно.

– Моя дочка очень хочет в садик, и меня это оби­жает, если честно. Мне кажется, что она меня не любит. Глу­боко в душе у меня это засело как ревность. 

А есть всё-таки дети, кото­рые в кол­лек­тив не хотят, они, правда, боятся пред­сто­я­щей школы. 

Как мы, роди­тели, можем под­го­то­вить малень­ких детей, кото­рым пред­стоит пойти в пер­вый класс? Они боятся всего – неиз­вест­но­сти, и, может быть, ещё тысячу чего. Что мы можем сделать?

– Под­го­то­ви­тель­ный про­цесс – это работа, когда ребёнку вот эта неиз­вест­ность ста­но­вится извест­но­стью. То есть мы всё рас­ска­зы­ваем, пока­зы­ваем. Можно прийти в школу, попро­сить прой­тись по этим эта­жам, пока­зать, где туа­лет, где будет класс. Вот эту неиз­вест­ность сде­лать известностью.

– И если все-таки повы­шен­ное бес­по­кой­ство у самих роди­те­лей,  то им как с этим справиться?

– Роди­те­лям надо задать себе вопрос: что именно меня бес­по­коит? Бес­по­коит, что ребё­нок не справится?

Кстати, роди­тели могут пере­но­сить свои школь­ные травмы, коих предо­ста­точно, на своих детей, и через своих детей помо­гать себе. Соот­вет­ственно, здесь надо про­ана­ли­зи­ро­вать отно­ше­ние к школе самого роди­теля, и это также может помочь отде­лять себя от ребёнка.

– Как бы мы ни умели отде­лять себя от школы и как бы мы ни пыта­лись скон­цен­три­ро­вать уси­лия сво­его ребенка только лишь на успе­хах – всё равно мы регу­лярно про­ва­ли­ва­емся, и нам непросто. 

И, может, стоит ино­гда про­сто отдох­нуть, попить с ребен­ком чаю, начать жить, а не гоняться за оцен­ками, за успе­хами в школе – его и вашими соб­ствен­ными в нем, в этом ребенке.

Всем вам, как и себе, желаю поменьше пере­жи­вать, потому что нам пред­стоит доста­точно тяже­лый, непро­стой путь. 

Соб. инф.
Радио-эфир пере­дачи «Фор­мула семьи» на радио «Теос»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки