Имея жизнь, вернулись к смерти — Тростников В.Н.

Имея жизнь, вернулись к смерти — Тростников В.Н.

(4 голоса4.0 из 5)

«И вышедши, Иисус шёл от храма. И приступили ученики Его, чтобы показать Ему здания храма. Иисус же сказал им: видите ли всё это? Истинно говорю вам: не останется здесь камня на камне; всё будет разрушено» (24:2). Долгая эсхатологическая беседа с учениками начинается с разговора вовсе не о конце света, а о конкретном историческом событии, которое произойдёт через тридцать лет — о разгроме Веспасианом восставших против Рима иудеев и разрушении их главной святыни — Соломонова храма в Иерусалиме. Это был не конец света, а всего лишь очередной сильный удар по ветхозаветной цивилизации, которая, однако, продержалась ещё 70 лет, после чего была окончательно уничтожена. И тут апостолы продемонстрировали тот же психологический эффект, который демонстрируем сегодня мы: конец своего уклада жизни они посчитали концом вообще всего. После слов Христа о разрушении храма они стали выпытывать у Него: «скажи нам, когда это будет? и какой признак Твоего пришествия и кончины века?» (24:3). А ведь об этих вещах Иисус даже не упоминал. Он им про Фому, они Ему про Ерёму. Но учитель снисходителен к непонятливым ученикам: интересуетесь признаками — извольте, скажу и о признаках. И начинает их перечислять.

Их перечень вызывает странное ощущение неоднородности. Событие, которому они предшествуют и которое подготавливают, вроде бы одно — конец света,— но это явно не так. Судите сами.

Первый признак в перечне — появление лжепророков и лжехристов, которые «соблазнят многих». Лжепророки, вероятно, были всегда, а лжехристы (лжемессии) — явление преимущественно современное. Таковым по сути был Маркс, обещавший праведникам (трудящимся) рай на земле (коммунизм). Прямо называли себя Христами некоторые хлысты, а также знаменитый Мун («придут под именем Моим»); в древности такого не отмечено. Значит, этот признак относится к Новому времени, и Иисус говорит о нём, что после него конец наступит не сразу. Конец чего? Может быть, Нового Времени?

Второй признак — войны и военные слухи. В конце первого—начале второго века Римская империя достигла максимальных размеров за всю свою историю и упёрлась в свои естественные границы: на севере и западе в море, на юге — в джунгли тропической Африки, на западе — в германо-славянский мир. На колоссальной территории воцарился Pax Romana — прообраз того Pax Americana, который в 1989 году предрекал Фукуяма уже во всепланетном масштабе. Серьёзные военные столкновения начали сотрясать Империю только в середине пятого века, когда в её пределы вторглись германские племена. Вполне возможно, что Иисус говорил именно о них, тогда под «концом» он имел в виду конец античной цивилизации.

Третий признак — восстанет народ на народ и царство на царство. Эти слова можно отнести и к падению Римской империи, но особенно хорошо они ложатся на двадцатый век с его двумя мировыми войнами, а после них и с холодной войной, разделившей все народы на два противостоящих друг другу лагеря. Если так, то под «концом» надо понимать конец Нового времени.

Четвёртый признак — глады, моры и землетрясения. Пока существовала Римская империя, ничего этого не было — она исправно снабжала население египетским зерном, удовлетворяя его требование «хлеба и зрелищ!». Глады и моры начались только в феодальной Европе; особенно слово «мор» подходит к «чёрной смерти» четырнадцатого века, унёсшей чуть ли не каждого третьего. Был голодомор также в Советской России в начале двадцатого века. Поэтому отнести этот прогноз Иисуса к какому-то конкретному историческому периоду весьма затруднительно.

Пятый признак — гонение на христиан. Первое гонение обрушилось на них в шестьдесят четвёртом году при Нероне, и многие из учеников Христа, с которыми он беседовал о «конце», оказались не только его свидетелями, но и его жертвами. Именно об этом гонении, скорее всего, предупреждал их Иисус: «Истинно говорю вам: не прейдёт род сей, как всё сие будет» (Мф. 24:34), однако если в понятие «род» включать и потомков, то пророчество можно отнести и к последующим гонениям, которых в Империи было десять. Но вот что настораживает: жесточайшее гонение на христиан происходило и в СССР, особенно в начале его существования. Так о каких же гонениях говорил Иисус — о древних или современных? Ответ очевиден: и о тех, и о других. Ведь это только нам, людям, свойственно любое событие прежде всего привязывать к пространству и времени — такова природа нашего восприятия и мышления, как это убедительно доказал Кант. Для Бога же, который пребывает вне времени, оно не имеет первостепенного значения, главное для Него — сущность события, его логическая структура, его внутренние закономерности. Он мыслит не феноменами, а ноуменами. Он творит сначала чистые смыслы, а потом вкладывает их в пространственно-временные события, и история показывает, что один и тот же по смыслу сюжет может воплощаться несколько раз в событиях, разнесённых по времени.

Универсальность представленного Иисусом апостолам подтверждается и дальше.

Шестой признак — измена христианству. В истории она произошла по крайней мере дважды — после Неронова гонения и после большевистского гонения, причём оба раза в массовом масштабе. На Первом Вселенском соборе 325 года даже обсуждался (и был решён положительно) вопрос, принимать ли обратно в лоно Церкви тех, кто, не выдержав пыток, от неё отрёкся. Амбивалентность предречённого здесь совершенно очевидна.

Седьмой признак — умножение беззакония и охлаждение любви. Это — точнейшее описание как того, что происходило в языческом Риме, погрязшем в разврате и кровавых зрелищах, так и того, что происходит сейчас на Западе, где ожили Содом и Гоморра. Опять явна амбивалентность.

Восьмой признак — осуществление евангельской проповеди во всей вселенной, во свидетельство всем народам. Указав на этот признак, Иисус добавил: «…и тогда придет конец» (Мф. 24:14).

Это — очень важное Откровение. Во-первых, совершенно ясно, что оно относится именно к нашему времени и больше ни к какому. Ещё Блаженный Августин в четвёртом веке понял, что это предсказание относится к какому-то отдалённому будущему, ибо, как он писал, «в Африке есть много племён, ничего не знающих о Евангелии». Только сегодня оно продаётся во всём мире и стоит дешевле буханки хлеба, а если кто и этих денег на него пожалеет, то евангельское общество готово выдать ему его бесплатно. И во всех отелях оно лежит на столике — читай сколько угодно. Во-вторых, из слов Иисуса вытекает, что это признак не конца какого-то исторического периода, а самого настоящего эсхатологического конца, когда небо свернётся как свиток. Это — признак уже не катастрофы, а финала.

Повторяемость и новизна в истории

Чем длиннее тот участок реки времён, который нам удаётся обозреть, тем больше мы убеждаемся, что её наполнение не так уж разнообразно. Народная мудрость подметила этот факт и отразила его пословицей «Новое — это хорошо забытое старое». А восточные религиозно-философские системы положили эту мысль в самую основу своей космологии и создали концепцию цикличности бытия, проникшую через мореплавателей в Древнюю Грецию, где её подхватил Гераклит. Мир рождается, проходит стадию детства, юности, зрелости и старости, а затем умирает, но тут же опять рождается, и всё повторяется заново. Эта космология оптимистична, ибо избавляет от удручающей мысли о «конце всего», но зато приводит к «дурной бесконечности», которая своей бессмысленностью удручает нисколько не меньше. Просвещённое Сыном Божьим сознание христиан этой бессмысленности принять не может. Евангелие делает нам подсказки для построения совсем другой версии происходящего, и этими подсказками являются притчи, которых в нём много.

Добавить Gravatar Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Открыть весь текст