<span class=bg_bpub_book_author>Тростников В.Н.</span><br>Трактат о любви. Духовные таинства

Тростников В.Н.
Трактат о любви. Духовные таинства

(6 голосов4.5 из 5)

Оглавление

Цель «Трак­тата о любви» В.Н. Трост­ни­кова – разо­браться в зна­че­нии одного-един­ствен­ного, но часто упо­треб­ля­е­мого нами слова «любовь». Неужели этому надо посвя­щать целое иссле­до­ва­ние? Да, полу­ча­ется так, потому что слово-то одно, а зна­че­ний у него много. Путь истин­ной любви обри­со­ван увле­ка­тельно, понятно и близко моло­дому и про­све­щен­ному совре­мен­ному чита­телю, кото­рый убе­дится, что любовь в ее выс­шем про­яв­ле­нии есть любовь к Богу. Это книга – для всех любя­щих сердец.

От автора

Эта книга для меня дороже любого из дру­гих моих тек­стов, ибо она – плод более чем трид­ца­ти­лет­них раз­мыш­ле­ний. Еще в семи­де­ся­тых годах я почув­ство­вал, что, не раз­га­дав сущ­но­сти любви, я не пойму в этом мире ничего, и, посвя­тив раз­ду­мьям на эту тему несколько лет, решил, что нашел нако­нец раз­гадку. Вооду­шев­лен­ный этим, я засел за пишу­щую машинку и напе­ча­тал сам­из­да­тов­скую руко­пись почти в пять­сот стра­ниц «Мысли о любви». В кругу моих зна­ко­мых она поль­зо­ва­лась успе­хом – Вла­ди­мир Высоц­кий, напри­мер, ска­зал, что от неё «в пол­ном вос­торге». Отрывки из моих «Мыс­лей» были напе­ча­таны в жур­нале «Кубань» и ещё где-то, но пол­но­стью книга, к сча­стью, опуб­ли­ко­вана не была. Почему «к сча­стью»? По той при­чине, что поло­жен­ная в её основу кон­цеп­ция была, как я понял много позже, непра­вильна. Я повто­рил ошибку Вла­ди­мира Соло­вьева, счи­тав­шего, что экс­таз влюб­лён­ных имеет боже­ствен­ное про­ис­хож­де­ние. Это при­дало моему сочи­не­нию рез­кий анти­фрей­дов­ский пафос, при­вед­ший к тому, что заодно с ложью пси­хо­ана­лиза о якобы при­су­щих всем нам «ком­плек­сах» я отверг и его вер­ное уче­ние о «суб­ли­ма­ции». Нахо­дясь все еще в своём соло­вьёв­ском заблуж­де­нии, я про­дол­жал рабо­тать над кни­гой и сокра­тил её почти вдвое. Эту редак­цию согла­си­лись опуб­ли­ко­вать в изда­тель­стве «Палом­ник» и взяли книгу в про­из­вод­ство. Однако архи­манд­рит Тихон посчи­тал, что такая тема более под­хо­дит для изда­тель­ства Сре­тен­ского мона­стыря, и выку­пил руко­пись у «Палом­ника». Над тек­стом начал рабо­тать новый редак­тор и сде­лал много заме­ча­ний, кото­рые реко­мен­до­вал мне учесть. Полу­чив от него текст, испещ­рён­ный помет­ками на полях, я на время отло­жил его в сто­рону, так как был тогда занят чем-то сроч­ным. И опять «к сча­стью», так как именно в этот период я начал осо­зна­вать фено­мен любви по-новому. Я глу­боко при­зна­те­лен мно­гим людям, мне помо­гав­шим. Всех их не пере­честь, но я не могу не назвать поименно Ната­лью Сёмину, Петра Про­ценко и Андрея Шулика, Дарью Ана­ньеву, Елену Кол­ча­нову и трёх моих дочек: Лену, Нину и осо­бенно млад­шень­кую, Лизу, кото­рые вдох­но­вили меня самим своим суще­ство­ва­нием. Лизоньке я и хотел вна­чале посвя­тить эту книгу, но потом понял, что она должна быть адре­со­вана всем любя­щим сердцам.

Вик­тор Тростников

От издателя

Умеем ли мы любить? Куда, в какие про­стран­ства про­ло­жит нам дорогу любовь, если попы­таться дове­сти её до логи­че­ского умствен­ного совершенства?

Новая книга «ТРАКТАТ О ЛЮБВИ. Духов­ные таин­ства» совре­мен­ного рус­ского мыс­ли­теля Вик­тора Нико­ла­е­вича Трост­ни­кова видится весьма цен­ной тем, что в очень совре­мен­ной манере рас­ска­зы­вает о соот­но­ше­ниях телес­ного и духов­ного пони­ма­ния любви. Можно ска­зать, здесь пред­став­лена квинт­эс­сен­ция дис­курса о любви, про­дол­жа­ю­ще­гося на всём про­тя­же­нии хри­сти­ан­ской эпохи. Раньше, в трак­товке Пла­тона, любовь при­об­ре­тала две основ­ные сущ­но­сти – «страсть» и «само­по­жерт­во­ва­ние» (бес­ко­рыст­ное «агапэ»), обе они имели источ­ни­ком эсте­ти­че­ское чув­ство. Но, раз­мыш­ляя в кон­тек­сте хри­сти­ан­ской эти­че­ской куль­туры, важно под­черк­нуть, что в своей зем­ной чело­ве­че­ской любви лич­ность по сути оста­ётся всё-таки рав­но­знач­ной себе или группе людей, пусть даже в бла­го­сти. А на доро­гах к выс­шему пони­ма­нию любви лич­ность спо­собна при­бли­зиться к позна­нию Бога. Погру­же­ние в воду, как некий пере­смотр мира вещ­ного и пере­ход в новое состо­я­ние, а именно – кре­ще­ние, – тоже нахо­дит своё место в этой кон­цеп­ции. Хорошо, что в книге Трост­ни­кова непро­стые раз­мыш­ле­ния совсем не стра­дают сухой бого­слов­ской «науч­но­стью» и не гре­шат хан­же­ством в отно­ше­нии к плот­ской любви.

Этот путь от зем­ного до небес­ного обри­со­ван увле­ка­тельно, понятно и близко моло­дому и про­све­щён­ному совре­мен­ному чита­телю, кото­рый убе­дится, что любовь в её выс­шем про­яв­ле­нии есть любовь к Богу. И кол­ли­зии любви зем­ной раз­ре­ша­ются в нашем пред­став­ле­нии о Боже­ствен­ной Тро­ице, кото­рая в миру сродни Семье. Именно пони­ма­ние сокро­вен­ной сущ­но­сти Тро­ицы, кото­рое отли­чает хри­сти­ан­ство от ряда дру­гих моно­те­и­сти­че­ских рели­гий, и есть глав­ная цен­ность, кото­рую хра­нит Пра­во­сла­вие. Наверно, так любовь пре­хо­дя­щая сли­ва­ется с любо­вью вечной.

Р. Огин­ский

Часть 1

Цель пред­сто­я­щего нам раз­го­вора – разо­браться в зна­че­нии одного-един­ствен­ного, но часто упо­треб­ля­е­мого нами слова «любовь». Неужели же этому раз­бору надо посвя­щать целое иссле­до­ва­ние? Да, полу­ча­ется так, потому что слово-то одно, а зна­че­ний много. Мешает ли мно­го­знач­ность нашей речи и письму? Как пра­вило, нет. Услы­шав или про­чи­тав слово, мы по всей фразе момен­тально пони­маем, какое из его зна­че­ний име­ется в виду.

Но вот с «любо­вью» дело обстоит хуже. Правда, одно из зна­че­ний опо­зна­ётся быстро. Каж­дому понятно, что «мой началь­ник любит лесть» или «моя дочь любит мака­роны» – это совсем не то, что «Ромео любит Джу­льетту» или «Гос­подь любит пра­вед­ных». В англий­ском языке для мака­рон и вовсе дру­гое слово упо­треб­ля­ется – не «love», а «like». Но и взя­тое в более узком зна­че­нии рус­ское слово «любовь» – отно­ше­ние между живыми суще­ствами, к кото­рым можно при­чис­лить Бога, анге­лов, людей и даже неко­то­рых выс­ших живот­ных, напри­мер собак, – остав­ляет в себе несколько раз­ных зна­че­ний, кото­рые мы сва­ли­ваем в кучу. В ней нам и при­дётся поко­паться, рас­кла­ды­вая её содер­жи­мое по раз­ным полочкам.

Место, кото­рое зани­мает слово в нашей жизни, опре­де­ля­ется выра­жа­е­мым этим сло­вом поня­тием, а раз­ли­че­ние поня­тий – дело не столько язы­ко­зна­ния, сколько фило­со­фии, ибо только она спо­собна выявить сущ­ность поня­тия, то есть его истин­ный смысл, чтобы по этому скры­тому в нём глу­бин­ному смыслу его иден­ти­фи­ци­ро­вать. Так что, взяв­шись за выпол­не­ние своей задачи, нам при­дётся немного пофи­ло­соф­ство­вать. И вот пер­вый фило­соф­ский вопрос: отбро­сив ту любовь, где вме­сто «он любит» можно ска­зать «ему нра­вится», и говоря лишь о чув­стве, свя­зы­ва­ю­щем между собой оду­шев­лён­ные субъ­екты, можем ли мы выде­лить нечто такое, что при­суще всем видам этой любви и явля­ется самым общим её признаком?

Посмот­рим сна­чала, как об этом при­нято думать. В пре­ди­сло­вии к издан­ной в пер­вых годах ХХ века книге «Любовь в пись­мах выда­ю­щихся людей» извест­ный поэт того вре­мени Фёдор Соло­губ писал: «Ни в чём так полно, радостно и светло не выра­жа­ется душа чело­века, как в отно­ше­ниях любви. Когда к чело­веку при­хо­дит любовь, могу­ще­ствен­ная сила, дви­жу­щая мирами и серд­цами, низ­во­дя­щая небо на землю и землю пре­об­ра­жа­ю­щая в сла­дост­ный Эдем, то в душе чело­века уми­рает всё слу­чай­ное и рас­кры­ва­ются луч­шие её стороны».

В чём же состоит это луч­шее в чело­веке, дрем­лю­щее в обыч­ном состо­я­нии и про­сы­па­ю­ще­еся лишь тогда, когда в сердце вспы­хи­вает любовь? Соло­губ отве­чает на этот вопрос так: «Тот, кто любит, не только тре­бует, но и отдаёт, не только жаж­дет насла­жде­ний, но и готов к наи­выс­шим подви­гам само­от­ре­че­ния. Зажжён­ный любо­вью, он дер­зает и на то, что пре­вы­шает его силы».

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки