Родители заложили в нас понимание нерушимости брака<br><span class="bg_bpub_book_author">Борис Лазарев</span>

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака
Борис Лазарев

(6 голосов4.2 из 5)

Борис Лаза­рев для «Азбу­ки супружества»

Борис Лаза­рев родил­ся в 1960 году в Москве. В школь­ные годы сни­мал­ся в кино. В 1977 году закон­чил деся­ти­лет­ку. Не посту­пил в Щукин­ское теат­раль­ное учи­ли­ще. Что­бы не идти в армию, посту­пил в Радио­тех­ни­кум, где учил­ся стар­ший брат. В 1980 году закон­чил, пошёл в армию, в 1987 году защи­тил диплом Меха­ни­че­ско­го факуль­те­та Мос­ков­ско­го тех­но­ло­ги­че­ско­го инсти­ту­та мясо­мо­лоч­ной про­мыш­лен­но­сти, рабо­тал с 14 лет, сни­ма­ясь в кино. В 1990 году уехал за гра­ни­цу, вер­нул­ся. С 1992 года заве­ду­ет книж­ной лав­кой в хра­ме бла­го­вер­но­го царе­ви­ча Димит­рия при Пер­вой Град­ской боль­ни­це. В 1996 году женил­ся на при­хо­жан­ке хра­ма, выпуск­ни­це Свя­то-Димит­ри­ев­ско­го учи­ли­ща сестер мило­сер­дия. У них 6 сыно­вей и 2 доче­ри. Стар­ше­му сыну 25 лет, млад­ше­му 12. 

– Борис, ты рос в пол­ной семье? 

– Да. У отца был непро­стой харак­тер, из-за это­го воз­ни­ка­ли слож­но­сти, но у мамы хва­ти­ло тер­пе­ния и муд­ро­сти, что­бы сохра­нить семью. Я бла­го­да­рен маме за это: уже после её смер­ти, мне уда­лось вос­ста­но­вить доб­рые отно­ше­ния с отцом (он пере­жил маму на семь лет). С при­хо­дом к вере я стал по-дру­го­му отно­сить­ся к роди­те­лю: мне не хоте­лось быть Хамом. И Бог помог мне изжить все оби­ды и недо­воль­ства. В кон­це жиз­ни папа тяже­ло болел, но болезнь пере­но­сил стой­ко и муже­ствен­но: при­шёл к Богу, испо­ве­до­вал­ся, при­ча­щал­ся. Мы с ним окон­ча­тель­но при­ми­ри­лись. Он умер бук­валь­но у меня на руках, сидя рядом со мной на диване и поло­жив голо­ву мне на пле­чо. Роди­те­ли зало­жи­ли в нас пони­ма­ние неру­ши­мо­сти бра­ка. Мой стар­ший брат Гена женат уже 43 года, он тоже все­гда гово­рил, что чем женить­ся несколь­ко раз, луч­ше вооб­ще не женить­ся. Мы по-дру­го­му брак не пред­став­ля­ли, и я думаю, что это бла­го­да­ря родителям.

– А как ты позна­ко­мил­ся со сво­ей женой? 

– Мы ходи­ли в один храм. Еще до зна­ком­ства оба какое-то вре­мя жили за гра­ни­цей с мыс­ля­ми там остать­ся (я в Гер­ма­нии, потом в Вен­грии, Даша во Фран­ции), но вер­ну­лись. Так полу­чи­лось, что почти одно­вре­мен­но, в 1992 году. В цер­ковь ходил с 1987 года, а в храм царе­ви­ча Димит­рия меня при­вел слу­чай. Вер­нув­шись, я искал одно­го чело­ве­ка, близ­ко­го дру­га бра­та, Воло­дю Гама­зо­ва. Они когда-то вме­сте игра­ли в люби­тель­ском ансам­бле: Гена на бас-гита­ре, а Воло­дя на кла­виш­ных и очень кра­си­во пел. Я по при­ме­ру бра­та тоже всю жизнь музи­ци­рую. Они были для меня как стар­шие бра­тья. Гена стар­ше на шесть лет и с дет­ства был во всем для меня примером.

Воло­дя при­шёл в Цер­ковь рань­ше меня, мы с ним слу­чай­но уви­де­лись ещё до мое­го отъ­ез­да в хра­ме свя­ти­те­ля Нико­лая на Маро­сей­ке, он и его боль­шая семья (у них с Любой было шесть пар­ней) были чада­ми отца Алек­сандра Кули­ко­ва. А на тот момент он рабо­тал води­те­лем у отца Арка­дия Шато­ва. Так я попал в храм царе­ви­ча Димит­рия. До мое­го отъ­ез­да за гра­ни­цу он, зная, что я хочу женить­ся, сове­то­вал мне с этим вопро­сом обра­тить­ся к свя­щен­ни­ку. Но тогда, в девя­но­стом, это для меня про­зву­ча­ло нелепо.

Даша в храм при­шла, вер­нув­шись из Фран­ции. Она дочь извест­но­го поэта Юрия Кубла­нов­ско­го, вынуж­ден­но­го с 1982 до 1990 года жить в эми­гра­ции, была в дет­стве кре­ще­на отцом Алек­сан­дром Менем. Юрий Михай­ло­вич, как мно­гая тогдаш­няя интел­ли­ген­ция, ездил к нему в Новую Дерев­ню, у него он и брал бла­го­сло­ве­ние на отъ­езд из СССР. Как толь­ко появи­лась воз­мож­ность, он вер­нул­ся, а Даша, наобо­рот, поеха­ла во Фран­цию и даже нача­ла там учить­ся в инсти­ту­те для ино­стран­цев в горо­де Рам­буйе. И всё же не смог­ла остать­ся: в том смыс­ле, что, как и её отец, ску­ча­ла по Родине. И здесь она посту­пи­ла в Свя­то-Димит­ри­ев­ское учи­ли­ще сестер мило­сер­дия. Есте­ствен­но, ста­ла при­хо­жан­кой Боль­нич­но­го храма.

Позна­ко­ми­лись мы в 1995 году. То есть я её видел, она была очень при­вле­ка­тель­на, но мы не обща­лись. Отец Арка­дий, зная, что я думаю о женить­бе (мне было уже 35 лет – пора), вдруг спро­сил: «Вот есть Даша Кубла­нов­ская, можешь с ней позна­ко­мить­ся». Зная, что я инте­ре­су­юсь поэ­зи­ей, батюш­ка одна­жды даже пода­рил мне книж­ку сти­хов Кубла­нов­ско­го, но я уж никак не ожи­дал, что он посо­ве­ту­ет мне позна­ко­мить­ся с Дашей. Чело­век я кон­такт­ный и для меня не про­бле­ма с кем-то най­ти общий язык, но вот к Даше я не мог подой­ти аж два меся­ца – види­мо, боял­ся, что она меня отверг­нет. И вот насту­пил май, и я решил­ся. Тогда мы впер­вые про­гу­ля­лись по Нескуч­но­му саду. У неё не было ко мне ника­ких чувств, но я‑то уже был влюб­лен по уши.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

А летом она с подру­га­ми поеха­ла отды­хать в Крым, и отец Арка­дий посо­ве­то­вал мне отпра­вить­ся с ними, а заод­но и при­смот­реть: всё же одни деви­цы, и на море. Я поехал. Жил отдель­но, рядом. Пона­ча­лу тоже ниче­го не скла­ды­ва­лось. Даша оста­ва­лась такой же: без осо­бо­го вни­ма­ния ко мне, подру­ги вдо­ба­вок ещё и под­ка­лы­ва­ли. На шут­ки я не отве­чал, при­ни­мая как испы­та­ние, но одна­жды, види­мо, не выдер­жал и решил объ­яс­нить­ся, что вот ниче­го не полу­ча­ет­ся; серд­цу не при­ка­жешь, шут­ки подруг меня доко­на­ли. Ночью слу­чи­лась гро­за, а я жил в доми­ке пря­мо над обры­вом – подо мной море. Было даже жут­ко­ва­то. Впер­вые решил­ся читать ака­фист Пре­свя­той Богородице.

На сле­ду­ю­щее утро мы поеха­ли в Ялту. Стою в тес­но­те, читаю пра­ви­ло, и вдруг чув­ствую, что Даша через пле­чо смот­рит в мой молит­вен­ник. Меня как буд­то про­ши­ло: что-то про­изо­шло. Потом уже она мне рас­ска­за­ла: «После тво­е­го вче­ра объ­яс­не­ния, я поду­ма­ла: если чело­век в меня влюб­лен, что же я, дура, его отвергаю?»

Вско­ре её подруж­ки уеха­ли. У нас было в запа­се два дня, и тогда на бере­гу моря я впер­вые при­знал­ся ей в люб­ви. В Моск­ву я воз­вра­щал­ся самым счаст­ли­вым на Зем­ле. Отец Арка­дий, узнав обо всём и пора­до­вав­шись, ска­зал нам год повстре­чать­ся. Каж­дый день для нас стал осо­бен­ным и радост­ным, о чём мы толь­ко не пере­го­во­ри­ли: о люби­мой лите­ра­ту­ре, о жиз­ни, о вере.

Осень, зима, Вели­кий пост про­ле­те­ли быст­ро. Встре­тив Свет­лое Хри­сто­во Вос­кре­се­ние в хра­ме на ноч­ной служ­бе, вече­ром мы соби­ра­лись к дру­гу на день рож­де­ния. Но неожи­дан­но празд­но­ва­ние пере­нес­лось, и мы отпра­ви­лись в свой храм на вечер­нюю Пас­халь­ную. После служ­бы отец Арка­дий подо­звал Дашу и спро­сил, гото­ва ли она вый­ти за меня замуж. Для себя мы уже всё реши­ли и жда­ли, но слу­чи­лось это неожи­дан­но. Она ска­за­ла, что соглас­на. Подо­звав меня, он объ­явил с амво­на о нашей помолв­ке. А через пять недель, 19 мая, в день мно­го­стра­даль­но­го Иова и день рож­де­ния импе­ра­то­ра Нико­лая, мы обвен­ча­лись. Была боль­шая при­ход­ская свадьба.

– Жили сна­ча­ла вме­сте с родителями? 

– Нет, отец Арка­дий через при­хо­жан нашёл нам квар­ти­ру. Он счи­тал, что мы долж­ны жить пона­ча­лу отдель­но. Через год, когда я отвёз Дашу в род­дом, вер­нул­ся к отцу. Папа уже тяже­ло болел, и надо было за ним при­гля­ды­вать. Дашу с нашим пер­вен­цем Ваней из род­до­ма я при­вёз к себе домой. И хоро­шо! Папа успел уви­деть пер­во­го вну­ка, 27 дней они были вме­сте. 12 мая папа умер. А мы оста­лись втроём.

– А ты уже рабо­тал в цер­ков­ной лав­ке? И сего­дня, рабо­тая в хра­ме, обес­пе­чить семью муд­ре­но, что уж гово­рить о девяностых. 

– Слож­но было. Но… Меня даже дети одно вре­мя спра­ши­ва­ли: «Папа, у тебя же есть обра­зо­ва­ние, поче­му ты рабо­та­ешь в хра­ме, свеч­ки носишь?..» – «Это мой выбор», – отве­чал я. До хра­ма я жил при­воль­но, мне все­го хва­та­ло: рабо­тал, ездил за гра­ни­цу, чем-то при­тор­го­вы­вал. Но, при­дя в Цер­ковь, мно­гое пере­осмыс­лил. В девя­но­стые годы люди часто при­ни­ма­ли реше­ния, со сто­ро­ны мно­гим казав­ши­е­ся безум­ны­ми. Даша оста­ви­ла уче­бу во Фран­ции, вер­ну­лась в Моск­ву, посту­пи­ла в учи­ли­ще сестер мило­сер­дия. Я, при­дя в Боль­нич­ный храм, вско­ре полу­чил бла­го­сло­ве­ние орга­ни­зо­вать цер­ков­ную лав­ку как вспо­мо­же­ние при­хо­ду: тогда про­шло чуть боль­ше года, как храм вер­ну­ли Церк­ви. Со сто­ро­ны тех, кто знал меня как вполне успеш­но­го, обес­пе­чен­но­го чело­ве­ка, зани­мав­ше­го­ся биз­не­сом, мяг­ко гово­ря, удив­ля­ло, что я стал рабо­тать в хра­ме. Когда отец Арка­дий бла­го­сло­вил открыть первую цер­ков­ную точ­ку от наше­го боль­нич­но­го при­хо­да в цен­траль­ном книж­ном мага­зине в Люб­ли­но – в рай­оне, где я родил­ся, вырос и жил, – то неко­то­рые, знав­шие меня, спе­ци­аль­но при­ез­жа­ли в мага­зин, что­бы посмот­реть, как на дико­вин­ку: а что ты здесь дела­ешь, ты же уехал за гра­ни­цу?.. Но жизнь пока­за­ла, что я сде­лал пра­виль­ный выбор. Не при­ди я в храм, мы бы не позна­ко­ми­лись с Дашей, не роди­лись бы наши дети. Теперь даже поду­мать об этом страшно.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– Но мно­гие же, воцер­ков­ля­ясь и ста­но­вясь при­хо­жа­на­ми како­го-то хра­ма, оста­ют­ся на свет­ской рабо­те, непло­хо зара­ба­ты­ва­ют, дела­ют карье­ру. И в хра­ме царе­ви­ча Димит­рия навер­ня­ка нема­ло таких прихожан.

– Конеч­но. И ко мне, когда у нас уже были дети, посту­па­ли заман­чи­вые пред­ло­же­ния: идти управ­ля­ю­щим усадь­бы; заме­сти­те­лем како­го-то про­из­вод­ства к дру­гу-биз­не­сме­ну, ещё что-то… И я раз­ду­мы­вал, как быть, сове­то­вал­ся с отцом Арка­ди­ем. Он в свою оче­редь ни на чём не наста­и­вал, но тогда спро­сил меня: «А кто же будет рабо­тать в хра­ме?» Кста­ти, почти такой же вопрос я услы­шал от свя­щен­ни­ка, у кото­ро­го испо­ве­до­вал­ся и хотел полу­чить бла­го­сло­ве­ние на отъ­езд из Рос­сии: «Вот у вас столь­ко закон­чен­ных обра­зо­ва­ний, а вы уез­жа­е­те. А кто же тогда оста­нет­ся здесь рабо­тать?» Тогда это меня не удер­жа­ло, но я всё же вер­нул­ся… И здесь, уже в Боль­нич­ном хра­ме, кото­рый я стал счи­тал сво­им, остав­лял сомне­ния и соглашался.

Мы жили труд­но. Ты сам пони­ма­ешь, что в Церк­ви не зара­бо­та­ешь. Дона­ши­ва­ли одеж­ду, кото­рую при­вез­ли из Евро­пы. Но были так счаст­ли­вы, что и труд­но­стей не заме­ча­ли; всё устра­и­ва­лось как бы само собой. И в то же вре­мя не забы­ва­ли бла­го­да­рить Бога, мы чув­ство­ва­ли и зна­ли эту забо­ту о нас через отца Арка­дия. Как, впро­чем, и обо всех при­хо­жа­нах. Я уже гово­рил, что как толь­ко мы поже­ни­лись, он сра­зу нашел нам квар­ти­ру. На сле­ду­ю­щий год рож­да­ет­ся Ваня, а через три меся­ца тесть зовёт бес­сроч­но жить в Пере­дел­ки­но. Четы­ре года мы про­жи­ли на шикар­ной писа­тель­ской даче. Дом боль­шой, двух­этаж­ный, мы с Юри­ем Михай­ло­ви­чем друг дру­га не стес­ня­ли. И ему хоро­шо, он тогда мно­го ездил по стране, а, воз­вра­ща­ясь, знал, что его ждут. В Пере­дел­кине роди­лись Соня, Дуня, Коля.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– Отды­хать в те годы не ездили? 

– От одной нашей при­хо­жан­ки, Милы Позд­ня­ко­вой, услы­ша­ли, что роди­те­ли не долж­ны отды­хать отдель­но от детей до како­го-то воз­рас­та, и с этим согла­си­лись. Да и лето мы про­во­ди­ли за горо­дом, в Пере­дел­кине, здесь нас всё устра­и­ва­ло: лес, воз­дух, дру­зья – это во-пер­вых. А во-вто­рых, у нас не было денег, что­бы куда-то дале­ко поехать. А пооди­ноч­ке мы нику­да не езди­ли, я на день-то уез­жал с тру­дом от Даши и от детей. Мы с ней не рас­ста­ём­ся. И пер­вый раз поеха­ли вдво­ем в Париж к её дру­зьям в 2016 году, отпразд­но­вать два­дца­ти­ле­тие со дня наше­го вен­ча­ния. Пла­ни­ро­ва­ли на неде­лю, уже были куп­ле­ны обрат­ные биле­ты, но потом Даша засо­мне­ва­лась, как же целую неде­лю дети будут без нас, и уго­во­ри­ла меня поме­нять обрат­ные биле­ты. Про­бы­ли мы в Пари­же не неде­лю, а все­го пять дней.

В 2001 году Юрий Михай­ло­вич женит­ся на Ната­лье Поле­но­вой, и уже на сле­ду­ю­щий год Ната­ша зовёт нас при­е­хать на лето в Поле­но­во. Пона­ча­лу мы даже рас­стро­и­лись: уез­жать из наси­жен­но­го Пере­дел­ки­на. Но доста­точ­но при­е­хать туда хоть раз, и уже ста­но­вит­ся невоз­мож­ным жить без поле­нов­ской кра­со­ты: и Ока, и хол­мы, и сама усадь­ба, её рас­по­ло­же­ние. Несрав­ни­мо ни с чем! Уже два­дцать лет мы неиз­мен­но при­ез­жа­ем, и не толь­ко летом, а при любой возможности.

Все любят море, купать­ся, греть­ся на солн­це. Вот и мы одна­жды, в 2012 году, собра­лись, соблаз­нив­шись на пред­ло­же­ние рай­он­ных вла­стей, поехать по путёв­ке в так назы­ва­е­мый пан­си­о­нат. В Туап­се. Боль­ше не езди­ли. Всё-таки надо ездить по соб­ствен­но­му выбо­ру и при нали­чии средств. Хотя детям и там было хоро­шо – всё же море. Нет, вспом­нил, мы ещё езди­ли в 2014 в Абха­зию на машине без стар­ших детей. Было очень жар­ко – июль, жили стес­нён­но, но дети наку­па­лись, и на машине ком­форт­нее передвигаться.

Одно вре­мя мы отправ­ля­ли стар­ших, Ваню и Соню, в лет­ний при­ход­ской двух­не­дель­ный пала­точ­ный лагерь. Дети толь­ко и счи­та­ли дни, когда вер­нут­ся домой. Види­мо, в нашей семье силь­ная тяга быть вме­сте. Были, прав­да, и поезд­ки зимой на Вол­гу – при­ход сни­мал пан­си­о­нат под Бори­со­глеб­ском. Вот там было на ред­кость хоро­шо: лыжи, рос­кош­ные гор­ки, игры, кон­кур­сы… Тогда эти лаге­ря устра­и­ва­лись ныне покой­ным отцом Васи­ли­ем Сека­чё­вым. Дети вспо­ми­на­ют с воодушевлением.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– Они учи­лись в шко­ле при храме? 

– Да, начи­на­ли все, кро­ме послед­них двух, Пети и Паши. Стар­ше­го, Ваню, соби­ра­лись отдать в Тра­ди­ци­он­ную гим­на­зию (ныне Свя­то-Пет­ров­ская шко­ла), и его туда бра­ли с удо­воль­стви­ем, но в это самое вре­мя появ­ля­ет­ся наша при­ход­ская шко­ла. Я посчи­тал, что непа­три­о­тич­но будет, если Ваня не пой­дёт в нашу шко­лу. И всё же в шестом клас­се он пере­шел в «Тра­ди­ци­он­ку», а после окон­ча­ния девя­то­го клас­са, посту­пил в гим­на­зию 1567. Туда же в своё вре­мя пере­шла и Соня, они учи­лись в гума­ни­тар­ных клас­сах. Дуня, склон­ная к пению, после девя­ти­лет­ки посту­пи­ла в музы­каль­ный класс при ПСТГУ. А вот Коля и Лёша доучи­лись в Свя­то-Димит­ри­ев­ской шко­ле до кон­ца, Лёша закон­чил с золо­той меда­лью. Сей­час там доучи­ва­ет­ся Арка­ша, в деся­том клас­се, он всем дово­лен. Когда мы отда­ва­ли стар­ших детей в шко­лу, были убеж­де­ны, что они долж­ны учить­ся толь­ко в пра­во­слав­ной. Теперь думаю, что дети могут учить­ся и в обыч­ной шко­ле, гим­на­зии. Нам повез­ло, у нас в рай­оне есть ста­рая и хоро­шая шко­ла име­ни Ана­то­лия Фрид­ма­на (её пер­во­го дирек­то­ра и созда­те­ля), и наши два млад­ших сына, Петя и Паша, учат­ся в ней. Она бук­валь­но за углом, в пяти­де­ся­ти мет­рах от наше­го подъ­ез­да. Это хоро­шо ещё тем, что дети могут выспать­ся и не тра­тить с утра силы, что­бы добрать­ся в наби­том людь­ми мет­ро до шко­лы. У стар­ших детей ухо­ди­ло в день на поезд­ку пол­то­ра-два часа. А ведь ещё надо было после заня­тий в шко­ле ехать в музы­каль­ную. Вот и вста­ва­ли в поло­вине шесто­го, а воз­вра­ща­лись под вечер к семи. Конеч­но, им было тяже­ло… А пре­иму­ще­ство мно­го­дет­ной семьи в том, что млад­шие дети берут при­мер со стар­ших, поэто­му к ним мно­гое в обыч­ной шко­ле не при­ли­па­ет. А даль­ше посмотрим.

– Музы­кой зани­ма­лись, пото­му что вы с женой так реши­ли, или это было их желание? 

– Да, все наши дети учат­ся или учи­лись музы­ке. Это допол­ни­тель­ное не толь­ко обра­зо­ва­ние, но и все­сто­рон­нее раз­ви­тие. Мы убеж­де­ны, что дети долж­ны быть заня­ты. Необя­за­тель­но музы­кой, есть мас­са все­воз­мож­ных и доступ­ных круж­ков. И не все ста­но­вят­ся про­фес­си­о­наль­ны­ми музы­кан­та­ми. Хотя для Дуни пение ста­ло люби­мым заня­ти­ем, во мно­гом бла­го­да­ря, не побо­юсь ска­зать, вели­ко­му дири­жё­ру и педа­го­гу Любо­ви Вик­то­ровне Алда­ко­вой, созда­те­лю и руко­во­ди­те­лю в тече­нии пяти­де­ся­ти лет хора «Вес­нян­ка». Дуня успеш­но учит­ся в кон­сер­ва­то­рии на дирижёрском.

Само­сто­я­тель­но до опре­де­лён­но­го воз­рас­та наши дети ред­ко гуля­ли, все­гда с кем-то из нас или с бабуш­кой. Мы живём рядом с пре­крас­ным пар­ком вокруг Дура­сов­ской усадь­бы в Люб­ли­но, с пру­да­ми, с гор­ка­ми. Каж­до­днев­но зимой до шко­лы мы в пар­ке ката­лись с гор на ледян­ках, сне­го­ка­тах, на лыжах по замёрз­ше­му пру­ду. А со школь­ни­ка­ми по выходным.

Кста­ти у Вани музы­ка не пошла (он учил­ся играть на флей­те). Ста­ла болеть голо­ва, и мы его забра­ли. Но, уже учась в ГИТИ­Се, пона­ча­лу на актёр­ском, затем на теат­ро­вед­че­ском, он посе­то­вал на то, что не закон­чил музы­кал­ку, пото­му, как сей­час ему бы при­го­ди­лись зна­ния в музы­ке. И сей­час, полу­чая вто­рое, режис­сёр­ское, обра­зо­ва­ние, счи­та­ет заня­тия музы­кой обя­за­тель­ны­ми. Он и все осталь­ные дети с дет­ства участ­во­ва­ли во все­воз­мож­ных теат­раль­ных поста­нов­ках. Им это нравится.

Что­бы сде­лать детей счаст­ли­вы­ми надо толь­ко одно – быть с ними во всём. Им не надо мно­го игру­шек, им надо, что­бы роди­те­ли игра­ли с ними, чита­ли им, гуля­ли с ними, радо­ва­лись с ними. Надо выби­рать те игры, кото­рые инте­рес­ны нам, взрос­лым, тогда и нашим детям они полю­бят­ся. Мы увле­чён­но соби­ра­ем паз­лы, игра­ем в настоль­ные игры – в нашей семье есть люби­мые. Конеч­но, взрос­лея, дети мень­ше участ­ву­ют в общих играх, но тем не менее нет-нет, а пред­ло­жат поиг­рать в какую-нибудь игру.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– Чте­ние детям вслух у вас не практиковалось? 

– До сих пор чита­ем. Уже толь­ко млад­ше­му, две­на­дца­ти­лет­не­му. А Коля до шест­на­дца­ти лет слу­шал. Он, в отли­чие от дру­гих, не такой кни­го­чей, но слу­шать, когда ему чита­ют вслух, готов бесконечно.

– А филь­мы, пере­да­чи вме­сте смотрели? 

– У нас нико­гда не было теле­ви­зо­ра. В 2005 году, когда у меня появил­ся ноут­бук, мы вось­ми­лет­не­му Ване пока­за­ли пер­вые филь­мы про рысь Куна­ка: «Тро­пой бес­ко­рыст­ной люб­ви» и «Рысь выхо­дит на тро­пу». А до это­го и негде было смот­реть. И неко­гда. Спро­си любо­го наше­го ребен­ка – они отве­тят, что все­гда были по уши заня­ты. Вот поиг­рать, что-то посо­би­рать, погу­лять, пока­тать­ся – это да! Бла­го было Пере­дел­ки­но, и есть Поленово.

– То есть не смот­ре­ли не пото­му, что ты был прин­ци­пи­аль­но про­тив кино? 

– Я счи­таю, что малень­ким детям игро­вое кино не нуж­но. Но у нас и потреб­но­сти не было. Мы очень любим читать. Даша нача­ла Ване с года читать сказ­ки Пуш­ки­на, он до позд­ней ночи не давал нам покоя – давай читать и всё! В два с поло­ви­ной года уже мог, стоя на сту­ле, читать наизусть люби­мо­го «Конь­ка-Гор­бун­ка» или «Боро­ди­но». Соня к восем­на­дца­ти годам про­чи­та­ла все­го Досто­ев­ско­го. Я не хва­люсь и не счи­таю, что это пра­виль­но. Это ско­рее непра­виль­но, но ей понра­ви­лось, и она про­чи­та­ла. Думаю, теперь будет пере­чи­ты­вать уже с боль­шим пони­ма­ни­ем. Мень­ше чита­ли Дуня и Коля, но зато слу­ша­те­ли были отменные.

Для детей мы устра­и­ва­ли рисо­валь­ные вече­ра. К нам при­ез­жа­ли дру­зья, тоже мно­го­дет­ные роди­те­ли, с детьми, а обу­ча­ли рисун­ку их наши прихожане-художники.

Пом­нит­ся, во вре­мя этих вече­ров мои дру­зья-роди­те­ли Костя Баси­лов и Егор Отро­щен­ко, что­бы себя чем-то занять, заво­ди­ли раз­го­вор о совре­мен­ном тогда кино, напри­мер, Кусту­ри­цы. Так я даже не знал, о ком они гово­рят. В этом не было прин­ци­пи­аль­ной пози­ции, хотя кино я знаю с ран­не­го дет­ства не толь­ко как зри­тель – я сни­мал­ся в кино. Не ска­жу, что в кино всё пло­хо, но там мно­го иллю­зий, обма­на, мно­го, что­бы гру­бо не ска­зать, «гря­зи». Мой стар­ший сын недав­но в раз­го­во­ре о кино мне ска­зал: как режис­сёр, извест­ный сво­ей пороч­ной жиз­нью, не скры­ва­ю­щей это­го, может сни­мать «хоро­шее» дет­ское кино?! Счи­таю, до опре­де­лен­но­го воз­рас­та детям это не нуж­но. Понят­но они не могут все­го ска­зать роди­те­лям, но нас не упре­ка­ли за то, что они не виде­ли всей тогдаш­ней кинопродукции.

А, повзрос­лев, смог­ли сами выбрать, что смот­реть, и их взгляд и созна­ние не были заму­со­ре­ны мод­ны­ми и брос­ки­ми кино­ге­ро­я­ми. Напри­мер, Ваня теперь раз­би­ра­ет­ся в кино гораз­до луч­ше меня (в кино – как искус­стве), пони­ма­ет его гораз­до глуб­же. Я в дет­стве смот­рел всё под­ряд, а в резуль­та­те сто­я­ще­го кино видел мало, но кучу совет­ской идео­ло­ги­че­ской помойки.

– К теат­ру у тебя такое же кри­ти­че­ское отно­ше­ние? Не ходи­ли с детьми в театр?

– В театр с детьми мы не ходи­ли про­сто пото­му, что не пони­ма­ли, что мож­но посмот­реть вме­сте с детьми. Если бы зна­ли, то поче­му нет. У нас были стар­шие дру­зья, тоже мно­го­дет­ные роди­те­ли, вку­су кото­рых мы дове­ря­ли, мы сове­то­ва­лись с ними, что мож­но посмот­реть в теат­ре. К сожа­ле­нию, и в теат­ре немно­го хоро­ше­го. Уже когда Ваня учил­ся в стар­ших клас­сах, Даша купи­ла ему билет в МХТ на «Женить­бу Фига­ро», и с той поры он страст­но увлёк­ся теат­ром. Бла­го­да­ря это­му мы сей­час с Дашей ходим в театр, он нас обес­пе­чи­ва­ет кон­тра­мар­ка­ми. И дети ходят на спек­так­ли, под­хо­дя­щие для их возраста.

В Поле­но­ве заве­де­на тра­ди­ция домаш­не­го теат­ра ещё самим Васи­ли­ем Дмит­ро­ви­чем. После худож­ни­ка теат­ром зани­ма­лись его доче­ри, Оль­га и Ната­лия, внуч­ка, Еле­на Ана­то­льев­на, а сей­час пра­внуч­ка Оль­га Пер­чен­ко­ва. Со вре­ме­нем театр стал назы­вать­ся «Бала­ган Кури­ца и Петух». Наши дети с пяти-шести лет задей­ство­ва­ны в поста­нов­ках. А на Новый год спек­такль ста­ви­ла Ната­лья Нико­ла­ев­на Гра­мо­ли­на, мно­го­лет­ний дирек­тор музея-усадь­бы и жена вну­ка худож­ни­ка. Послед­ние годы наши маль­чиш­ки участ­ву­ют в них в каче­стве Деда Моро­за. Сей­час Ваня гото­вит к лету поста­нов­ку гого­лев­ских «Игро­ков» с уча­сти­ем сво­ей жены, сту­дент­ки ГИТИ­Са, Лиза­ве­ты, и сво­их четы­рёх бра­тьев: Коли, Лёши, Арка­ши и Пети. Ваня женат и живёт отдель­но, сни­ма­ет жильё, вот туда-то после сво­их днев­ных заня­тий к вече­ру съез­жа­ют­ся бра­тья на репе­ти­цию. Стар­ший брат – стро­гий режис­сёр, все мобиль­ные теле­фо­ны на это вре­мя отклю­ча­ют. Из-за заня­то­сти поста­нов­ка рас­тя­ну­лась, уже вто­рой год репе­ти­ру­ют: две неде­ли актив­но, потом пару недель у них пере­дыш­ка, и сно­ва за работу.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– А дома на Рож­де­ство, на Пас­ху устра­и­ва­ли какие-то домаш­ние кон­цер­ты? Может, с друзьями. 

– Мы все­гда жили очень актив­но, со сто­ро­ны может пока­зать­ся, даже чрез­мер­но. Объ­еди­нив­шись с дру­ги­ми мно­го­дет­ны­ми при­хо­жа­на­ми, мы, четы­ре-пять семей, уез­жа­ли к нашим дру­зьям за город и там устра­и­ва­ли спек­так­ли: на Рож­де­ство и на Пас­ху. В при­хо­де в Голи­цын­ском зале у нас регу­ляр­но про­хо­ди­ли вече­ра клас­си­че­ской музы­ки, в кото­рых участ­во­ва­ли и дети при­хо­жан, и про­фес­си­о­наль­ные музыканты.

– Спор­том дети занимались? 

– Коля, Лёша, Петя и Паша – пре­крас­ные фут­бо­ли­сты. Коля сей­час ведёт в нашей вос­крес­ной шко­ле фут­боль­ную сек­цию, а в Свя­то-Димит­ри­ев­ской шко­ле онлайн пре­по­да­ет физ­куль­ту­ру, при­том, что закан­чи­ва­ет учё­бу в архи­тек­тур­ном кол­ле­дже. У нас тут неда­ле­ко «Дом пио­не­ров» (так его по-ста­ро­му назы­ва­ют), там наши сыно­вья зани­ма­ют­ся фут­бо­лом. Очень хоро­шая сек­ция. Повез­ло им с тре­не­ром. Отлич­ный моло­дой парень! Ни мата, ни зло­упо­треб­ле­ний, но твер­дый, муже­ствен­ный и увле­чён­ный. Само­заб­вен­но с маль­чиш­ка­ми зани­ма­ет­ся. В любую погоду!

– А масте­рить ты их учил или сам не очень это умеешь? 

– Я рука­ми делать умею всё, но ни одно­го из сыно­вей тол­ком ниче­му не научил – пло­хой учи­тель. Вот Соня, хоть и девуш­ка, в этом смыс­ле в меня. По обра­зо­ва­нию искус­ство­вед и рабо­та­ет по спе­ци­аль­но­сти, но не боит­ся ни отвер­ток, ни пилы: у себя дома, в квар­ти­ре, пода­рен­ной её Дедом-крёст­ным, Юри­ем Михай­ло­ви­чем, сама орга­ни­зо­ва­ла и сде­ла­ла ремонт. А из сыно­вей толь­ко Коля рука­стый и Арка­дий. Коле нра­вит­ся гото­вить, всё режет так быст­ро и лов­ко, что не усле­дишь. Они и почи­нить всё могут, и собрать. Тоже в меня. А осталь­ные не то что отлы­ни­ва­ют, но когда боль­шая семья и есть тот, кто смо­жет сде­лать и это достав­ля­ет ему удо­воль­ствие, то он дела­ет, а они энту­зи­аз­ма не про­яв­ля­ют. Гуманитарии.

Да, но вот чего у них не отнять, так это то, что они уже с дет­ства при­уче­ны тру­дить­ся. Сей­час пояс­ню. В Поле­но­ве есть тра­ди­ция, когда дети водят экс­кур­сии по музею. Так вот все наши дети, начи­ная с вось­ми лет, води­ли или про­дол­жа­ют водить летом в свои кани­ку­лы экс­кур­сии по музею. Это насто­я­щая рабо­та – ответ­ствен­ная и тре­бу­ю­щая вни­ма­ния и преж­де все­го увле­че­ния тем, о чём ты рас­ска­зы­ва­ешь мно­го­чис­лен­ным посе­ти­те­лям. Музей это опла­чи­ва­ет. Мы нико­гда не при­нуж­да­ли их к тому, в Поле­но­ве нель­зя нахо­дить­ся без дела, внут­рен­нее чув­ство под­ска­зы­ва­ет и под­тал­ки­ва­ет не толь­ко к созер­ца­нию, но и к про­дол­же­нию дела про­све­ще­ния, зало­жен­но­го худож­ни­ком Васи­ли­ем Дмит­ри­е­ви­чем Поленовым.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– Воз­ни­ка­ли ли у вас с женой такие спо­ры, когда самим дого­во­рить­ся не уда­ва­лось и при­хо­ди­лось вме­сте идти к духовнику? 

– Тако­го не пом­ню. По пово­ду вос­пи­та­ния детей у нас были вопро­сы, но спор­ных – нико­гда. Я чело­век эмо­ци­о­наль­ный, вспыль­чи­вый, могу на что-то отре­а­ги­ро­вать бур­но, в запа­ле и оби­деть, но так же быст­ро и при­ми­рюсь. До ссор нико­гда не дохо­ди­ло. У нас счаст­ли­вый брак. Пер­вое вре­мя меня не поки­да­ла мысль: Гос­по­ди, за что мне такое сча­стье, такая заме­ча­тель­ная жена?! Со вре­ме­нем я стал пони­мать, от чего зави­сит семей­ное сча­стье. Чело­век рож­да­ет­ся с потреб­но­стью быть люби­мым, и тогда, обла­дая этой любо­вью, он может и сам научить­ся любить. Но если он не стре­мит­ся к ней, избе­га­ет её, стес­ня­ет­ся, счи­тая, что излиш­няя неж­ность, мяг­кость, забо­та – это лишь про­яв­ле­ния сла­бых, он вряд ли научит­ся любить, а соот­вет­ствен­но и не будет счаст­ли­вым. Осно­ва семей­но­го сча­стья – жела­ние любить и быть любимым.

– У кого-то из ваших детей было в пере­ход­ном воз­расте охла­жде­ние к цер­ков­ной жиз­ни, к вере?

– Были вопро­сы, сомне­ния, так они и у меня быва­ют, но мы всё это обсуж­да­ем. До сих пор на вос­крес­ные и празд­нич­ные служ­бы съез­жа­ет­ся вся семья, теперь уже с жена­ми, с мужья­ми. Млад­шие с нами, а сред­ние и стар­шие уже само­сто­я­тель­ны, пони­ма­ют, что без Бога никак. Тако­го, что­бы кто-то из детей пре­кра­щал ходить в храм, не было. Наобо­рот, если вдруг мы с Дашей по каким-то при­чи­нам про­пус­ка­ем вос­крес­ную служ­бу (что быва­ет ред­ко), те дети, кото­рые уже живут отдель­но, зво­нят и спра­ши­ва­ют: «А чего это вы сего­дня не при­шли в храм?»

При этом у нас нико­гда не было при­нуж­де­ния ходить в цер­ковь. Малень­ких детей, конеч­но, води­ли в храм. А потом тако­го, что сего­дня обя­за­тель­но идё­те на служ­бу, не было. Сами идут, необходимость.

Есть у нас и такая тра­ди­ция: к Рож­де­ству мы все втайне друг от дру­га учим сти­хи, что­бы потом, после Рож­де­ствен­ской ноч­ной служ­бы, собрать­ся за боль­шим сто­лом и, как пода­рок Ново­рож­ден­но­му Хри­сту, чита­ем друг дру­гу. И отга­ды­ва­ем поэтов. Необя­за­тель­но это сти­хи о Рож­де­стве – все извест­ные мы уже перечитали.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– Одним из важ­ней­ших педа­го­ги­че­ских прин­ци­пов отец Борис Ничи­по­ров счи­тал вовле­че­ние роди­те­лей в дет­ский досуг. Не орга­ни­за­цию, не кон­троль, а пол­но­цен­ное уча­стие роди­те­лей в этом досу­ге. И во все меро­при­я­тия сво­е­го цен­тра «Новая Кор­че­ва» он все­гда ста­рал­ся вовлечь роди­те­лей. Как я пони­маю, у вас в семье это осу­ще­стви­лось есте­ствен­ным образом? 

– Да, для нас это было орга­нич­но. Мы пони­ма­ли, что без это­го детей не вырас­тить. Наши дети бла­го­дар­ны за то, что мы все­гда были с ними. Но мы их не вос­пи­ты­ва­ли по книж­кам. У нас был духов­ник, отец Арка­дий (ныне епи­скоп Пан­те­ле­и­мон), кото­рый кре­стил всех наших детей, были при­ме­ры дру­гих мно­го­дет­ных семей наших при­хо­жан. Одну при­хо­жан­ку, у кото­рой тоже восемь детей, я когда-то спро­сил, как надо их вос­пи­ты­вать. Она отве­ти­ла: «Боря, я поня­ла, что их надо толь­ко кор­мить и любить». Для меня это внут­рен­няя установка.

– Сколь­ко ваших детей уже жена­ты или замужем? 

– Пока двое: стар­ший сын Ваня и млад­шая дочь Дуня.

– Невест­ка и зять тоже верующие? 

– Они тоже без при­нуж­де­ния, но зная наши поже­ла­ния (не тре­бо­ва­ния), воцер­ко­ви­лись после зна­ком­ства с наши­ми детьми. Дуня со сво­им буду­щим мужем, Васей Поспе­ло­вым, позна­ко­ми­лась в Поле­но­ве. Васин отец, Петя Поспе­лов, мно­го лет писал музы­ку к поле­нов­ским спек­так­лям, а его жена Еле­на, музы­каль­ный кри­тик, разу­чи­ва­ла с детьми пес­ни. Вася стар­ше Дуни на шесть лет, был, как и мно­гие, кре­щён, но не воцер­ко­в­лён. Мы, как когда-то и нам отец Арка­дий, ска­за­ли им год подо­ждать, что­бы убе­дить­ся в серьез­но­сти сво­их чувств и наме­ре­ний. Ни к чему Васю не понуж­да­ли, но, види­мо, любовь к Дуне сде­ла­ла свое дело, он стал ходить в наш храм и испо­ве­до­вать­ся у отца Алек­сандра Лавру­хи­на, и через год отец Алек­сандр и отец Нико­лай Пет­ров их повенчали.

Ваня со сво­ей женой Лизой позна­ко­мил­ся в ГИТИ­Се – она там учит­ся на актёр­ском. При­е­ха­ла из Крас­но­да­ра. Тоже была кре­ще­на, но не воцер­ко­в­ле­на. Теперь они ходят в храм вме­сте, обвен­ча­лись. Мы тоже в это не вме­ши­ва­лись. Они взрос­лые люди, и сами долж­ны отве­чать за свой выбор. Конеч­но, дети зна­ют наше с Дашей отно­ше­ние к бра­ку. Мы – за хри­сти­ан­ский брак, за союз дво­их до конца.

И ещё хочу доба­вить, что для нас было до слёз при­ят­но и неожи­дан­но. Уже после нашей крат­ко­сроч­ной вылаз­ки во Фран­цию стар­шие дети дари­ли нам с Дашей поезд­ки и в Гер­ма­нию, в Швей­ца­рию, в Австрию.

Родители заложили в нас понимание нерушимости брака

– Жизнь вашей семьи тес­но свя­за­на с при­хо­дом. В мате­ри­аль­ном смыс­ле вы все­гда жили скром­но, а в пер­вые годы труд­но. Общи­на как-то помогала? 

– Лёня, вот с это­го надо было начать. Для нас, нашей семьи, общи­на – это всё. Когда мне по рабо­те была нуж­на маши­на, и, зная, что у меня дав­но води­тель­ские пра­ва, отец Арка­дий содей­ство­вал в покуп­ке мик­ро­ав­то­бу­са. Преж­де все­го маши­на мне нуж­на была для рабо­ты – я возил кни­ги, утварь, всё необ­хо­ди­мое для жиз­не­де­я­тель­но­сти хра­ма, и сей­час это так, но, посколь­ку сво­ей маши­ны у меня нет, я в сво­бод­ное от рабо­ты вре­мя поль­зу­юсь ею как сво­им авто­мо­би­лем. И веща­ми, про­дук­та­ми нам в хра­ме не раз помо­га­ли. Все наши дети вырос­ли и рас­тут в при­хо­де, участ­ву­ют во мно­гих при­ход­ских меро­при­я­ти­ях. При­ход наша опо­ра. Мы дей­стви­тель­но все­гда жили скром­но, но без помо­щи при­хо­да нам было бы гораз­до трудней.

Бесе­до­вал Лео­нид Виноградов

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки