- От издательства
- "Остерегайтесь производящих разделения и соблазны…"
- «Истинное послушание – послушание Богу…»
- «Господь пришел грешников спасать, и горе, если священник встанет на пути Его…»
- Бояться подмены
- Младостарчество – соблазн нашего времени
- Спасительна ли вера в ложь? или Создал ли святитель Игнатий Брянчанинов «богословие непослушания»
- Лжестарчество и тоталитарность
- «Охранитесь от пристрастия к наставнику»
- Хотят ли духовные чада взрослеть?
- Леность духовная
- Духовность как ответственность
- Богословие от невежества
- «Плоды суеверия – погибель»
- Отлучит ли нас от Бога страх грядущих испытаний?
- Секты и ереси, паразитирующие на Православии
- Сектантские тенденции в некоторых внутрицерковных группах
- Богословские соблазны монархического движения
- Покаяние или псевдопокаяние? или Как искупить грех аборта
- «Во вред себе и всем»
- «Нельзя вместе поклоняться убийцам и их жертвам…»
- Не вносить соблазн в Церковь
- Эпоха митрополита Макария
- Царь Иван Грозный и современное сектантство
- Идея этой канонизации – провокационная
- «Страсти» по чудесам
- О чудесах и знамениях
- Лжедуховность
- Соблазн «особого служения», или Как навязывают почитание псевдоиконы «Воскрешающая Русь»
- Мироточение икон в восприятии современников
- Духовная смута
- «Вытрезви свой ум…
- «Лживые пророки покоя себе не дают»
- Итоговый документ секции «Клуб православных журналистов» XI Международных Рождественских, образовательных Чтений
- Интеллигенция: Православие без берегов?
- «Отступление идет по земле, и надо держаться Церкви»
- Послесловие
- Примечания
Интеллигенция: Православие без берегов?
Михаил Дунаев, преподаватель Московской Духовной Академии
Надо сказать, что интеллигенция наша всегда страдала недугом— гордыней рассудка, который признавала высшим судьей во всех сомнениях и спорах, подменяя причудливыми построениями собственного помраченного ума осмысление великих духовных истин. Помимо того, она всегда отстаивала свою свободу, не сознавая, что необузданная свобода, за которую ратует, есть свобода греховных помыслов и страстей. А страсти помрачают сердце и ум. И когда человек вознамеривается внимать только этим помутненным источникам, то создается некое мировоззрение, которое я бы назвал «православием без берегов», самочинным «православием», которое не признает никаких критериев истины, кроме собственных претензий и собственного невежества. Как бы тяжко ни было нашей гордыне, нужно признать, что нет иных критериев Православия, которые пребывали бы вне Священного Писания и вне Священного Предания Церкви Христовой. Поэтому не худо бы во всех сомнениях советоваться с теми, кто всем житием своим свидетельствует о чистоте собственного сердца. Это – Святые Отцы Церкви.
Однако интеллигентская рассудочность не желает с этим смириться. Недавно публицист Михаил Антонов заявил, что нечего, мол, слушать Святых Отцов, у нас христианство, а не святоотечество.
Это характерно ныне для многих: отвергнуть Святых Отцов, а тем самым и Церковь, признавая высшим авторитетом собственный «здравый» смысл собственных измышлений, ту самую мудрость мира сего, которую Апостол назвал безумием перед Господом.
Из источника невежества и гордыни питается кампания против нашей Церкви, Святых Отцов, против богословов. Святые Отцы – истинные, великие богословы, не нам, грешным, чета, не внесли в учение ничего, сверх данного Господом, но лишь раскрывали Его Откровения в применении к конкретным обстоятельствам земного бытия.
Но ведь так хочется от себя что–нибудь внести нашим интеллигентам, а богословы со своей косностью, отсталостью мешают, гордыню потешить мешают. И можно измыслить нечто понятное, приятное, удобное, не требующее духовных усилий, то, что идет от окаянного сердца.
Богословы–то хорошо знают, что все ереси пошли именно от самочинных толкований Откровений Писания. Когда не Церкви, а лишь собственному разумению вверялись погрязшие в гордыне ересиархи. Именно этот источник питает и все обновленческие поползновения, которые угрожают ныне духовному здоровью нашей Церкви. Все это новое, самочинное, что пытаются внести в церковную жизнь во всех сферах ревнители свобод, вовсе не безобидно для духовного здоровья человека, но отстаивается с жестким упорством, переходящим в обвинение всякому, кто противится насаждаемым нововведениям.
Вспоминаю эпизод на Международной конференции по Достоевскому, проходившей несколько лет назад в Старой Руссе. После нее состоялся банкет с традиционными возлияниями за полночь. Наутро, после плотного завтрака* мы приехали в Юрьев монастырь, когда уже шел Евхаристический канон. Нужно сказать, что некоторые служители Церкви заискивают перед интеллигенцией и потакают ее претензиям. С нами ехал батюшка из Старой Руссы, он спросил:
– Кто хочет причаститься?
Желающие нашлись, человек десять. Священник отвел их в сторону, каждого поочередно накрыл епитрахилью – ни на что иное времени не оставалось – и благословил на приобщение Святых Христовых Тайн. Они, гордые собой, подошли к Чаше и ожидали если не восхищения этим своим поступком, то хотя бы умиления. Ни о каких, конечно, правилах подготовки ко Святому Причащению, ни о необходимом говений речь не шла. Я заметил тогда, что нельзя профанировать Таинство. Мне ответили, что я не люблю людей, ведь они хотят причащаться, а я закрываю им дорогу к Богу. Поэтому я – душитель свободы, мечтаю вернуть сталинские порядки. Нельзя стеснять человека условными формальностями. Если есть у него порыв, надо всячески облегчить этот путь, а не сдерживать. Подобная демагогия характерна для нынешней либеральной интеллигенции. Она всегда жила по законам двойной морали. Как писал кн. Вяземский еще сто пятьдесят лет назад: «Себе дается власть и сила – себя наверх, других под спуд». Вот себе позволяется делать что угодно, говорить что угодно, любые критерии выдвигать. Свобода признается только для себя.
Знать азы вероучения, правила церковной жизни, уставные требования объявляется необязательным. Ведь критерий истины обретается в окаянном сердце и помраченном уме.
Еще один пример. Оживилась кампания по реабилитации Л.Толстого. Кто только не обвиняет Церковь в суровости и несправедливости по отношению к великому писателю. Что может означать отмена решения Священного Синода? Только одно: признание учения Толстого православным. Но это – нелепость. Невозможно черное называть белым, и наоборот. Почему эта нелепость должна привести к всеобщему примирению – непонятно. Ну, давайте ради всеобщего примирения объявим, что на Северном полюсе пальмы растут. Глупо было бы. То же самое и с Толстым. И все же с каким–то непостижимым упрямством, вопреки всякой очевидности даже серьезные ученые заявляют, что Толстой – это и есть выражение Православия, и только косные богословы не желают этого понять. Дать бы себе труд изучить, что такое православное вероучение, да нет, зачем, не надо слушать никаких докторов богословия, надо сердце свое слушать. С таким же упорством отстаивается «православие» книги Даниила Андреева «Роза мира».
А эти ревнители самочинного «православия» всегда стремились и будут стремиться к размыванию границ Церкви. Церковь для них не указ и не авторитет. Это началось давно, еще в начале XX века, во времена религиозных собраний, вдохновленных Мережковским. Какова была истинная цель тех собраний? Говоря прямо – наставить Церковь на путь истинный. Церковь не так все делает и не туда, куда надо, идет. Интеллигенция лучше знает, надо наставить, подправить. На основе чего? Рациональных интеллигентских домыслов. Эта идея скоро обнаружилась, вдохновители были очень недовольны и продолжали собираться, но уже без участия представителей Церкви.
Надо понимать, что нужны ясные догматы, уставные требования. Представим, что отменили правила дорожного движения. Что начнется на наших дорогах?.. По сути, на это хотят обречь и православную жизнь. Пусть никто не обвинит меня, что я хочу дорожное движение отождествить с Церковью. Но нашу церковную жизнь хотят уподобить этому хаотическому движению – без правил, без руля и без ветрил…
(Радио «Радонеж», г. Москва)
