Собор Уфимских святых

Недавно был создан Собор Уфимских святых – туда вошли 12 подвижников, которые когда-то жили в Башкирии.

Большая часть из них погибла в период становления советской власти – святых расстреливали за контрреволюционную агитацию.

Тело Симона Шлеева оказалось нетленным

Симон стал епископом Уфимским в 1920 году. В этом сане он пробыл всего год. Уже в августе 1921-го Владыку убили возле дома двумя выстрелами из револьвера двое в кожанках. Похоронен в Воскресенском кафедральном соборе Уфы (на его месте сейчас находится Башкирский академический театр драмы). В 1932 г. перезахоронен на Сергиевском кладбище Уфы – причем люди, выполнявшие перезахоронение, свидетельствуют о том, что останки Святителя нисколько не истлели за десятилетие.

Отец Евграф не смог бросить иконы

Современники описали протоиерея Евграфа Еварестова как рослого, красивого мужчину с проницательными глазами и орлиным носом. Практически всю жизнь посвятил служению Воскресенскому кафедральному собору. За него он и умер мученической смертью. Это произошло в 1919 году, когда красные окончательно взяли Уфу.

Отец Евграф единственный оставался в храме до последнего, не в силах бросить иконы. Его арестовали красноармейцы-латыши. Они ворвались с черного хода и сразу же стали обыскивать квартиру. Забрали все мало-мальски ценные вещи, награды, документы и фотографии и увели отца Евграфа.

«С арестованным старым священником (а ему было в то время уже 62 года) никто не церемонился, над ним издевались, его били, ему плевали в лицо, таскали за бороду, – пишет исследователь Нина Зимина. – По некоторым данным, отца Евграфа расстреляли за Сергиевским кладбищем. Его вели на расстрел в одном нижнем белье, босиком по снегу, он встретил смерть в бесконечном смирении».

Отец Максим умер в концлагере

Иеромонах Максим Попов совершил пешее паломничество в Киево-Печерскую лавру, за 6 месяцев пройдя путь до Киева и обратно с мешком сухарей и несколькими парами лаптей на смену. В революцию у семьи Поповых забрали все, опустошили амбары, свели со дворов скот, отобрали землю и хутор.

Отца Максима арестовали в Белебее, куда он пришел со своими прихожанами помолиться на праздновании Табынской иконы Божией Матери. Поводом для ареста послужило заявление корреспондента златоустовской газеты «Пролетарская мысль», проявившего революционную бдительность: увидев на рынке Белебея священника и монахиню, он заподозрил отца Максима в проведении агитации среди крестьян и сообщил об этом в «органы». Через три года отец Максим умер в Архангельской области от воспаления легких.

Погребальный звон разозлил красноармейцев

По семейному преданию, в день гибели отец Аверкий Северовостоков отпевал покойника, и когда в село вошел отряд красноармейцев, звучал погребальный звон колоколов. Они высказали недовольство, почему их встречает погребальный звон, и потребовали более торжественной встречи. Отец Аверкий ответил, что сначала он должен проводить усопшего, как подобает по церковному чину. За такую «встречу» священника и расстреляли.

Иерея Алексия расстреляли на пароходе

Отца Алексия Канцерова расстреляли на пароходе, где ехал карательный отряд, «обслуживающий» реку Белую. Предварительно смертников вывели из трюма и разместили по каютам; затем по очереди их вызывали на палубу, подводили к краю борта, и уже здесь два полупьяных красноармейца производили расстрел своих жертв.

После вызова очередного заложника происходила смена карателей, осуществлявших убийство. «...Мужественно встретил смерть отец Канцеров. «Бог вас простит, вы не знаете, что творите», – сказал он, поднявши крест в последнюю минуту. Трупы расстрелянных бросали в воду».

Даже в заключении думал о детях

Священномученик Петр Варламов был арестован и заключен под стражу в Стерлитамакский исправдом. Вскоре прошел слух, что арестованных угонят из Стерлитамака в Уфу. Матушка поехала проводить страдальца-мужа. Детей, которых у нее было пятеро, с собой не взяла.

Из воспоминаний старшей дочери иерея, Валентины, которой в ту пору было 8 лет: «Мама стала хлопотать, чтобы папу везти на лошади, на подводе, потому что папа больной, у него был катар желудка, схватывало иногда. Она отварила курочку ему, хотела передать. Ее не пускали нигде, она где-то по сугробам, через забор к нему пробралась. Он ей дал шерстяной пуховый свой шарф и говорит: «Нюра, у тебя ведь девочки, возьми этот шарф, пригодится ведь дочкам», даже тогда он думал не о себе, а о нас». Отца Петра расстреляли в Уфе. Предположительное место захоронения – Сергиевское кладбище.

За прополку огорода поставили к стенке

Как бы предчувствуя свою мученическую смерть, отец Тимофей Петропавловский служил литургию и по окончании ее – молебен своему небесному покровителю апостолу Тимофею и святой Софии. В этот день, 13 июля, красноармейцы во главе с комиссаром Антоном Гарбузом без боя заняли деревню Золотоношку.

А отец Тимофей ни сам не встретил Гарбуза, ни жене своей не позволил – он спокойно продолжал полоть на огороде картофель. Тимофея тотчас расстреляли у сельского амбара. Он получил пять пуль и три штыковых удара и умер со сложенными для крестного знамения перстами в присутствии прибежавшей жены.

Игуменья Маргарита не боялась смерти

В начале октября 1918г., ворвавшись в монастырскую ограду, большевики пожелали осквернить храм, но игуменья Маргарита Гунаронуло не пустила их туда. Матушка безбоязненно вышла к толпе большевиков и кротко сказала им: «Смерти я не боюсь, ибо только после смерти я явлюсь ко Господу Иисусу Христу, к которому всю жизнь свою стремилась». В ответ на эти слова посыпались площадная брань и требования открыть храм. Игуменья наотрез отказала, а большевики сказали ей: «Так смотри же: завтра рано утром мы убьем тебя»... С этими словами они ушли.

После их ухода, заперев на запоры церковную ограду, игуменья Маргарита вместе с сестрами отправилась в храм, где провела всю ночь в молитве, а за ранней обедней причастилась. Не успела игуменья выйти из храма, как большевики, видя матушку сходящей с амвона, взяли ее на прицел и в упор выстрелили. «Слава Тебе, Боже!» – громко сказала игуменья Маргарита, увидя большевиков с установленными против нее ружьями, и... замертво упала на пол, пронзенная ружейными пулями.

Киприана Яценко задавило бревнами

Отца Киприана обвинили в контрреволюционной агитации. В 1935 году он погиб. Киприана Александровича и других заключенных задавило насмерть упавшими с крутого берега штабелями бревен, когда они на берегу сгружали бревна с баржи.

Отец Моисей обладал даром исцеления

Преподобный Моисей Уфимский не любил мирской суеты, сторонился праздных разговоров, был далек от забот о хлебе насущном. Архиепископ Феодосий, управлявший в начале 70-х Уфимской епархией, перевел старца Моисея из баньки, в которой тот ютился, в архиерейский дом напротив Сергиевского храма. Но отец Моисей отказался жить в одних покоях с владыкой, говоря, что он слишком грешен, и поселился в полуподвальном помещении архиерейского дома.

Архимандрит Моисей обладал даром исцеления. Приезжали к нему из разных городов. Он прожил 68 лет. Погребен архимандрит по его завещанию на Демском кладбище Уфы.

В 2002 году святые мощи преподобного Моисея были перенесены с Демского кладбища в Сергиевский кафедральный собор, где находятся и по сей день.

Блаженная Варвара, затворница Скворчихинская

Эту девушку местные жители называли «куколкой» – в деревне она носила ботинки на каблучках и бархатную шляпку с бантом. После того, как к власти пришли большевики и учителей созвали для того, чтобы проповедовать атеизм, набожная Варвара оделась в тряпье, завела козочек и пасла их в молитвенном уединении, возвращаясь в дом поздним вечером.

А потом она и вовсе стала затворницей – жила на краю деревни Скворчихи (20 километров от Ишимбая). Выходила мало и в основном в сумерках или ночью. Она не стала заводить хозяйство, не имела никакого огородишка, не собирала ни грибы, ни ягоды, не запасала дрова – оставила все житейские попечения. Единственно, о чем позаботилась – выкопала родничок недалеко от избенки, который поныне почитается святым и целебным, и только из него брала водичку.

Затворница провидела будущее и обещала помощь при обращении к ней. В начале 50-х годов нашлись «премудрые» головы, которые увидели в Варваре американскую шпионку и силой заставили ее покинуть ее убежище. После пережитого испытания блаженная усугубила свой подвиг. Она перестала топить печку. Дрова, что заготовили люди, годами лежали нетронутые. Осенью 1962 года в избенке случился пожар. Она рассказывала, что «кошечка прыгнула и свалила керогаз, а потушить я не смогла». Избенка сгорела дотла.

Сначала жила она в избе на печке, а потом вышла на холодную веранду, жила там за сундуком. Годами носила она на теле рубашку, в которую вставляла булавки, остриями к телу. Открылось это, когда одевали затворницу после смерти. Мощи блаженной находятся в храме Тихвинской иконы Божией Матери женского монастыря в селе Приютово Белебеевского района.

Нина Зимина