Пустые руки, переполненное сердце: как пережить смерть ребенка в утробе

Пустые руки, переполненное сердце: как пережить смерть ребенка в утробе

(3 голоса5.0 из 5)

«Насту­пит зав­тра. Боль утих­нет. Но вы нико­гда не забу­дете сво­его дра­го­цен­ного ребёнка. Для исце­ле­ния нужны надежда,  время и любовь. Помните, что нужно при­нять, но не забыть», – гово­рит Широки Илс, автор книги «Пустые руки», мамам, чьи дети не дожили до рождения.

Мно­го­ме­сяч­ное ожи­да­ние при­хода малыша в мир – все­гда целая вол­ни­тель­ная эпоха. Но слу­ча­ются  непред­ви­ден­ные ослож­не­ния, выки­дыши, тяже­лые роды, в резуль­тате  чего ребе­нок так и не появ­ля­ется на свет. Состо­я­ние обоих роди­те­лей можно опре­де­лить как шоко­вое, но тяже­лее всего маме

Как не оце­пе­неть от горя и не пере­стать наде­яться? Автор книги, пере­жив­шая такой тра­ги­че­ский опыт, не гово­рит о Боге  и о вере прямо, но те смыслы, кото­рые  чита­ются между строк, взяты  из серд­це­вины хри­сти­ан­ского мировоззрения.

Широки Илс ищет для себя  ответы  и новые точки опоры – и делится ими со всеми, кто пере­жил подобное.

Пред­ва­рить пря­мую речь автора  книги хоте­лось бы горь­кими, но все же глу­боко вер­ными, искрен­ними и потому уте­ши­тель­ными сло­вами пра­во­слав­ного свя­щен­но­слу­жи­теля – архи­манд­рита Саввы (Мажуко): «…Когда мы, свя­щен­ники, гово­рим о смерти, то слов порой не хва­тает, потому что каж­дая смерть зорко хра­нит свое цело­муд­рие и каж­дая тра­ге­дия имеет свое лицо и непо­вто­ри­мый облик.

image 2 - Пустые руки, переполненное сердце: как пережить смерть ребенка в утробе

Нет смерти вообще. Каж­дая смерть – лична, каж­дое горе – кон­кретно. Все слова уте­ше­ния бес­сильны и бес­цветны там, где уместно одно лишь молчание.

Тяжело хоро­нить роди­те­лей. Бес­ко­нечно трудно пере­жить супруга. Невы­но­сима утрата люби­мого друга. Но ребе­нок – это что-то совсем дру­гое. Потому что испы­тать смерть ребенка – то же, что уме­реть самому.

Но это еще не все. Ты не про­сто умрешь, это было бы слиш­ком легко, – ты будешь жить с этой смер­тью, с этой болью, глу­бо­кой, про­ни­зы­ва­ю­щей, ною­щей. Она забе­рется в самую глу­бину. Смоет все краски. Отра­вит смех. Вой – един­ствен­ная рос­кошь, остав­лен­ная мерт­вецу. Боль, кото­рую ни с кем не разделишь.

Мне так совестно поды­мать глаза на моего друга, у кото­рого умер сын. У меня нет слов уте­ше­ния. Даже смот­реть на эту посто­ян­ную боль невы­но­симо – цело­муд­ренно и неумело скры­ва­е­мую муку, кото­рая с ним навсегда.

Как он живет? Живет ли он? Не знаю. Ино­гда мне кажется, что его про­сто нет. Его заме­нила тень. И это не душев­ные стра­да­ния, не лихо­радка эмо­ций. Боль эта – чистая физи­че­ская боль. Так болит тело на своей самой послед­ней незри­мой глу­бине. Когда уми­рает друг, с ним гиб­нет часть души. Но твой ребе­нок – воис­тину часть тебя, про­дол­же­ние тво­его тела.

Каж­дый умер­ший – чей-то сын, чья-то дочь. Каж­дое клад­бище – клад­бище детей. Они все умерли и про­дол­жают уми­рать, потому что смерть еще цар­ствует в этом мире, хотя ее все­вла­стие уже поко­леб­лено. И будут уми­рать дети. А вме­сте с ними познают смерть остав­ши­еся жить роди­тели. И всем над­ле­жит пройти этим скорб­ным путем.

Чего же я хочу? Не наг­лость ли с моей сто­роны что-то гово­рить о смерти детей, мне, монаху, чело­веку, защи­щен­ному от этой невы­ра­зи­мой боли, неуяз­ви­мому от такого опыта уми­ра­ния? Пусть я не познал вкус этой горечи, но мои глаза видят, а сердце спо­собно состра­дать, и един­ствен­ное, чего я хотел бы, это пла­кать с моим другом.

Поз­вольте дру­зьям делить с вами вашу грусть. Не прячь­тесь, они все равно все пой­мут и все заме­тят без вся­ких слов. Мы умеем состра­дать, пусть даже глу­бина этой боли нам непостижима.

Каж­дое горе – урок от Бога. Близ­кие учатся состра­да­нию и отзыв­чи­во­сти, но и сам скор­бя­щий дол­жен научиться при­ни­мать уча­стие своих дру­зей. Состра­дать – зна­чит учиться делить с близ­кими не только чужую боль, но и своей болью делиться, а мило­сер­дие  – это не только готов­ность помочь дру­гому, но еще и спо­соб­ность при­ни­мать жалость и сочув­ствие от дру­гих».

“Пустые руки”. Широки Илс

Вме­сте с Вами читала Вален­тина Киденко

Илл. из откры­тых источников

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки