Разговор с братом

Разговор с братом

(9 голосов5.0 из 5)

Стихи Алек­сандра Меси­това о дет­стве, взрос­ле­нии  и вере дороги непод­дель­ной сер­деч­ной теп­ло­той. “Раз­го­вор с бра­том” – по сути, неспеш­ный раз­го­вор по душам с каж­дым как с бра­том во Хри­сте – порой дове­ри­тель­ный, а ино­гда по-брат­ски жест­кий и откровенный. 

 Об авторе

image 256x300 - Разговор с братомАлек­сандр Меси­тов – член Союза писа­те­лей РФ. Его книги сти­хов и рас­ска­зов в раз­ное время  выхо­дили в изда­тель­ствах «Худо­же­ствен­ная лите­ра­тура», «Моло­дая гвар­дия», в Северо-Запад­ном и При­ок­ском книж­ных издательствах.

Алек­сандр Михай­ло­вич Меси­тов окон­чил жур­фак МГУ, рабо­тал в СМИ на Севере, затем в Туль­ской прессе, был редак­то­ром област­ной газеты, успешно зани­мался книгоизданием.

Он вос­пи­тал пре­крас­ных детей, кото­рые достойно про­дол­жили его в твор­че­стве и в про­фес­сии: Арсе­ний – жур­на­лист, Никита – пре­по­да­ва­тель Лит­ин­сти­тута, Полина – начи­на­ю­щий режиссер.

Выйдя на пен­сию, под Тулой в местечке Тор­хово он зажил в согла­сии с при­ро­дой в своём доме в окру­же­нии коз, кро­ли­ков и кур, кошек и собак, как на своём малом спа­си­тель­ном “ков­чеге”.

Алек­сандр Михай­ло­вич все­гда инте­ре­со­вался исто­рией мест­ного до осно­ва­ния раз­ру­шен­ного храма, болел душой, что на кило­метры вокруг нет ни одной церкви и жите­лям села негде помолиться.

Теперь его молит­вами, да и физи­че­ским тру­дом на месте руин воз­во­дится храм во имя Гру­зин­ской иконы Божией Матери, в кото­ром он ста­ро­ста. Цер­ковь стро­ится на сред­ства мест­ных жите­лей  и самого ста­ро­сты, на малый доход от его при­уса­деб­ного хозяй­ства  тяжело, бук­вально по кирпичику. 

На стра­ничке при­хода в соц­се­тях рас­ска­зы­ва­ется, как можно при­об­ре­сти имен­ной кир­пич – посильно поучаст­во­вать в доб­ром деле.

Стихи Александра Меситова
из сборника “Шарлаховый простор”

* * *

Гвоздь заби­ваю – печали юдоль.
Слово молчу – слышу див­ное пенье.

В каж­дом гвозде – Иису­сова боль,
В каж­дой молитве – весна и спасенье!

zv3 12 225x300 - Разговор с братом

Сон

Я уви­дел дале­кое детство,
Наш запу­щен­ный ска­зоч­ный парк.
И овраг, и род­ник по соседству,
И базарно-рого­жен­ский тракт.

Вот ромашки к груди подступают,
Я сижу на траве-мураве.
А стре­козы с царь­ками летают
И сидят на моем рукаве.

Белый ангел со мною играет.
И шмели золо­тые жужжат.
Далеко, над цепоч­кой сараев,
Сизари в синем небе кружат.

Я тону в обла­ках по колено,
А навстречу сквозь пла­мень и лед
Три­жды свет­лая бабушка Лена
На таре­лочке блин­чик несет.

zv3 17 217x300 - Разговор с братом

* * *

Помню, как долго звонили
Ночью ненаст­ной и злой…
Помню, отца хоронили,
Помню, ста­рухи рядили:

– Надо ж, какой молодой…

Клад­бище в тощих суглинках,
В соч­ной листве деревца…
Пили вино на поминках,
Куртки висели на спинках…

Вот и не стало отца.

Малость оста­лась нам, крошка:
Кепка зеле­ная та,
Песня его да гармошка,
Да за сто­лом у окошка

Вме­сто него пустота.

Время помча­лось, листая
Про­мельк дождей и снегов.
Сби­лись года мои в стаю,
И полу­чи­лось, что стал я

Старше отца моего.

Что же, и мой век не длинный,
В землю уйду я, в песок…
Где-то под рай­ской рябиной
Ска­жет отец мой любимый:

– Ста­рый какой ты, сынок…

zv3 85 300x225 - Разговор с братом

Пас­халь­ный акростих

Хлеб слад­чай­ший из церкви несут.
Радость в сердце ликует и бьется.
И весен­нее небо смеется.
Снег рас­таял… Травы изумруд.
Торже­ствуют и поле, и лес,
Осиян­ные лас­кою горней.
Снова гром, снова звон колокольный.

Всюду правды сия­ю­щий крест.
О, душа моя, руку мне дай,
Скинь уста­лость, открой свои вежды.
Как дается нам много надежды –
Райских весей заве­щан­ный край.
Едут гости. Пекут каравай.
Сыплют дети цвет­ной скорлупою
Ежевич­ной, брус­нич­ной, рябою…

Морошка

Вот и август – и кру­тится мошка,
И над гни­лью тунд­ро­вых болот
Золо­тыми огнями морошка
Над тра­вою и мхами встает.

Под ногами кача­ются кочки,
Каж­дой кочке поклоны дарю,
И трех­перстно беру огонечки,
Будто крест­ное знамя творю.

Сколько ягод-то, ягод-то сколько –
Запоз­да­лый созрел урожай.
Отра­жает зер­каль­ным осколком
Озерцо этот неж­ный пожар.

Жаден я. Уже с вер­хом ведерко.
Самых спе­лых беру и беру…
Губы, спек­шись, покро­ются коркой –
Я соле­ную корку сдеру.

Гас­нет солнце, и вновь на болотах
Небо пла­вит вечер­нюю медь.
Не успеть мне доде­лать работу…
Как же так, я обя­зан успеть!

По болоту, по зыб­кой опушке,
Спо­ты­ка­ясь, ведро волочу.
…До сих пор уми­ра­ю­щий Пушкин
Про­сит Даля:
– Морошки хочу…

16 июля. Тобольск

Если будут убивать, только бы не мучили.
Царевич Алексей

На царев­нах дорож­ные платья,
Рядом батюшка, лас­ков и прост.

Солн­цем лет­ним прон­зен сад Ипатьев,
Свеж забор в гоме­ри­че­ский рост.

Дети светлы, но хмуры солдаты,
Им не в радость царе­вен игра.

Широки и тупы, как лопаты,
У вин­то­вок штыки типа “Гра”.

Тишь да гладь, да чадят папироски,
Да стоит пуле­мет у дверей.

И убийца, това­рищ Юровский,
Дым пус­кает сквозь вырез ноздрей.

Вече­реет. А в сердце тревога.
Запа­сает царица свечей.

Оста­ется до ночи немного,
Чет­верть суток до вре­мени «Ч».

Палачи в кара­улке присели,
И у них, знать, обы­чай таков.

Латыши, упыри, фарисеи –
Иску­си­тели пуль и штыков.

Вот завел гру­зо­вик злую песню.
Вспых­нул свет на вто­ром этаже…

И над Русью Свя­той в поднебесье
Сонмы анге­лов пла­чут уже.

Тьма. Луны золо­ти­стый ковчежец
Про­плы­вает под ропот берез…

И нис­хо­дит в под­вал самодержец,
И вос­хо­дит к Гол­гофе Христос.

zv3 24 194x300 - Разговор с братом

Раз­го­вор с братом

Ты пом­нишь, Слава, наш за шах­той дом?
Еще беда к нам в окна не смотрела.

Был жив отец. И лам­почка горела
В том кори­доре, длин­ном и глухом.

И мы с тобой попе­ре­менно, брат,
Носили уголь в вед­рах из сарая,

Топили печь. И наша печь сырая
Плыла в тумане, как боль­шой фрегат.

Как хорошо тогда нам всем жилось,
И каж­дый празд­ник был в поселке весел.

Тогда засто­лье было ради песен.
Откуда столько радо­сти бралось?

И выно­си­лись сту­лья во дворы,
И рас­чех­ля­лись ста­рые гармошки.

Вино и лук и круг­лые картошки
На общий стол несли мы, как дары.

Потом сидели рядом при отце,
Он пил и пел: «Нельзя за речку Маше…»

И мамка наша, всех на свете краше,
Сто­яла в крас­ном пла­тье на крыльце.

А в сквере цвел кро­ва­вый бересклет,
И песня в сердце сладко отзывалась…

Но как-то вдруг все сразу оборвалось,
И про­ле­тело страшно много лет.

Теперь не то, теперь иной пример.
Иная жизнь. Иные дуют ветры.

И не зву­чат на пло­щади оркестры,
И клуб забит, и в запу­сте­нье сквер.

А мы живем, мы хорошо живем.
Во всем доста­ток – и в боль­шом и малом.

Квар­тира есть, еды все­гда навалом…
Ты пом­нишь, Слава, наш за шах­той дом?

Ах, Славка, Славка, пом­нишь серый дым
Над нашим домом чер­ным, кособоким?

Кото­рый все казался нам убогим,
А ока­зался… свет­лым и святым!

zv3 93 300x225 - Разговор с братом

* * *

Поби­рушки у рынка не редкость.
И одна­жды, средь сытых калек,
Акку­рат­ная чистая бедность
У меня попро­сила на хлеб.

Глаз таких я не видел у женщин,
Взор, как будто с иконы, обжег.
Я нащу­пал монетку поменьше
Дал, не глядя, и дальше пошел.

Что ж так взгляд этот мучит и сверлит
И уснуть не дает все никак?

Я вчера Бого­ро­дицу встретил.
Не узнал. И подал ей пятак…

Всту­пи­тель­ная ста­тья Вален­тины Киденко
Иллю­стра­ции  фото­ху­дож­ника Ген­на­дия Михеева
Храм во имя Гру­зин­ской иконы Божией Матери в Тор­хово ВКонтакте

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки