Месяцеслов. Сентябрь

Сентябрь (Септемврий – September – от septem – семь) своим наименованием показывает, что в древности (у евреев, египтян, персов, римлян, греков и других) был седьмым месяцем в году, так как началом года у древнейших народов считался месяц Март. «Месяц сей (Низан, соответствующий нашему марту), предписывал Иудеям Богодухновенный их законодатель Моисей, да будет вам начало месяцев, первый будет вам в месяцех лета». (Исх.12:2). В старину и в России начало года считали с марта месяца до 1343 года (по другим – до 1492 года). «Сей есть», говорится в Следованной Псалтири и друг. старин. богослуж. книгах под 1 числом Марта, «в месяцех месяц, зане в онь началобытный свет сей видимый и Адам сотворен бысть и вся тварь его ради... Сего ради от перваго числа его начало приемлют вси крузи – солнечный и вруце-лето, и высокость, и равноденствие составляется в нем». У преп. Нестора Летописца первое марта считается началом года. Такое же счисление годов с марта месяца было принято и другими летописцами¹.

Первое марта служило началом года для округления чисел при начинании года от праздника Пасхи – Воскресения Господа, даровавшего новую жизнь, новое лето людям. С праздника Пасхи начинается церковное летосчисление для дней недели и переходящих праздников. С Пасхи ведется порядок седмиц, порядок чтений апостолов и евангелий на литургиях, ряд столпов утренних воскресных евангелий и ряд столпов гласов октоиха. Пасха есть новое лето для христианина. (Прот. К. Никольский. Чин летопроводства, стр. 98).

Но не одна весна (начинающаяся с марта), а и осень (начинающаяся с сентября) – во все времена была важна для людей; поэтому и осень была началом нового года с древних времен у первобытных народов. Основание начинать новый год осенью указано отчасти самою природою и важнейшими событиями ветхого завета и христианской церкви. Указание природы видно из того, что, с окончанием лета, обыкновенно заканчивается жатва и труды года. По собранию плодов, как по достижении цели природы и земледелия, наступает новый кругооборот дел и новых надежд на будущее плодородие. Согласно с этим течением природы осень, и именно седьмой месяц (сентябрь) был началом года у древнейшего из народов – у народа Божия – евреев (Исх.23:16) и у других народов (греков, римлян). Главным и основным числом в определении частей времени у евреев принято было число семь. Господь, Царь веков, положивший времена и лета в своей власти (Деян.1:7), и в оные, к славе имени Своего и для нашего упокоения от дел житейских, узаконивший различные дни и праздники, дал повеление в Ветхом Завете праздновать седьмый день (Исх.20:9), месяц (Лев.23:24) и седьмой или субботний год (Втор.31:10) и седьмый из седьмых, или субботних годов (Лев.25:8–10). После 6 седмичных дней у евреев был праздник – суббота – день седьмой; после 7 седмиц, или 49 дней по Пасхе, праздновалась Пятидесятница. Протекло 6 месяцев года: праздновалось новолетие года гражданского. Оканчивалось шесть лет: праздновалось новолетие года субботнего. Проходило семь седьмин лет, или 49 лет, праздновалось новолетие пятидесятого года, называвшегося юбилеем (Лев.25:8). Новолетие простого гражданского года совершалось в первый день седьмого месяца (Тисри), соответствующего нашему сентябрю и было особенным праздником. В книге Левит пишется: «Рече Господь к Моисею, глаголя, рцы сыновом Израилевым, глаголя: месяца седьмаго, в первый день месяца, да будет вам покой; всякаго дела работна да не сотворите, и принесете всесожжение Господу» (Лев.23:24–25). Как Творец мира, Бог, по шестидневном творении, в седьмой день почил, благословил и освятил его, – так и человеку заповедал: шесть дней делай, в день же седьмый суббота Господу Богу твоему, да не сотвориши всякаго дела в онь, зане в шести днех сотвори Господь небо и землю, и море, и вся, яже в них, и почи в день седьмый: сего ради благослови Господь день седьмый и освяти его (Исх.20:10–11). Так и в седьмой месяц Господь заповедал избранному своему народу прекращать свои обыденные занятия и праздновать в оный. В месяц седьмый, егда скончаете жита земли, празднуйте Господу седмь дней... Законно вечно в роды ваша, в месяц седьмый празднуйте (Лев.23:39–41). В этот праздник было священное собрание у евреев: умножались жертвы (Чис.29:1–6); народ в скинии, а после в храме и синагогах слушал чтение закона, умилялся душою, воспоминая неисследимые над собою судьбы Божия. Св. Димитрий Ростовский, объясняя, какие были побуждения к празднованию в первый день сентября, пишет (см. Четьи Минеи. Сентябрь, 1875 г. 2 л.): «Кая же бе вина сего празднования, внемли: В сей месяц ковчег Ноев, умаляющимся водам потопным, ста на горах Араратских (Быт.8:4); в сей месяц св. пророк Моисей сниде вторицею с горы, имый лице прославленно, несый новыя скрижали, имущия в себе законы Господни написаны (Исх.34:29); в сей месяц в полцех Израилевых нача созидатися скиния Господня (Исх.35:1–35); в сей месяц Архиерей великий в скинию, глаголемую Святая Святых, по второй завесе бывшую, единою в лето сам вхождаше, приносити службу не без крове за себе и о людских невежествиих (Послание к Евр.9:3–7); в сей месяц людие Божии от грехов, чрез всецелый год содеянных, очищахуся, смирающе постом души своя пред Богом и приносяще всесожжения Господеви (Лев.23:24); в сей месяц освящен бысть пречудный и преславный храм Господень, Соломоном созданный, и Кивот Завета в него внесен (3Цар.8:2); в сей месяц собирахуся вся колена Израилева во Иерусалим на праздник, заповеда бо им Господь о месяце сем, глаголя: субботы суббот да будут вам седьмый месяц и смирите душы ваша пред Господом (Лев.23:32). От сего месяца начинаху исчислятися лета ветхозаветнаго повеления, на пятьдесят лет простертаго»...

Месяц сентябрь важный и по течению природы, священный и в устройстве ветхозаветной церкви, торжественнейший по многим и великим праздникам и событиям, и для христианской церкви был особенно знаменателен. В первый день седьмого месяца, когда евреи праздновали новое лето, И.-Христос, пришедши в Назарет, где был воспитан, и войдя, по обычаю своему в день субботний в синагогу, всенародно возвестил, яко днесь сбыстся писание сие во ушию вашею: Дух Господень на Мне: его же ради помаза Мя, благовестити нищым посла Мя, исцелити сокрушенныя сердцем, проповедати пленным отпущение, и слепым прозрение, отпустити сокрушенныя во отраду, проповедати лето Господне приятно (Ис.61:1–2; Лк.4:18–19, 21). В этом чтении Господа видят указание Его на празднование нового года. Так, в Менологии императора Василия (X в.) сказано под 1-м числом сентября, между прочим, следующее: «первый день сентября есть начало и конец всего года. Когда Христос Бог наш желал благословить начало времени, или лучше, – все время, которое Он создал от века, Он вошел в иудейскую синагогу и когда ему подали книгу пророка Исаии, Он, открыв ее, нашел место, где было написано: Дух Господень на Мне... проповедати лето Господне приятно и, отдав книгу слуге, сел. С этого времени Он (ἐϰ τότε, ex eo tempore) нам дал христианам этот священный праздник. Празднуя, возблагодарим Его»... (Menologium Graecorum Basilii Imper. 1727 a., p. 3). В Четьи Минеи Св. Димитрия Ростовского сказано также, что 1 сентября церковь начала праздновать новое лето, и что в этот день Господь в Иудейской синагоге прочитал вышеприведенное место из пророка Исаии и тем благословил начало нового года. Тоже находится и в наших церковных книгах. Потому с древних времен – и у греков, и у русских – на литургии 1-го сентября читается евангелие о проповеди Иисуса-Христа в Назаретской синагоге (Лк.4:16–22). В воспоминание сего священного события, а также в память славной победы Императора св. Константина равноапостольного в 312 году над Максентием, в лице которого одержана была победа христианства над язычеством и торжественно воцарилась, в лице равноапостольного Государя, христианская вера в Греко-римской Империи, св. отцы первого вселенского собора (Никейский 1-й в 325 г.) определили начинать новое лето с 1-го сентября. Император Юстиниан Великий в 540 г., отметив летосчисление от основания Рима и приняв летосчисление от создания мира, назначил началом гражданского нового года – 1-е сентября; с 6-го и до 15 века сентябрьское летосчисление было господствующим во всей Европе. Как с марта месяца, или вернее, с праздника пасхи начинается ряд церковных чтений (апостола, евангелия и пр.) в седмичные дни и переходящие праздники, так с сентября начинается расположение не переходящих праздников в году, вследствие чего месяцесловы, помещаемые при богослужебных евангелиях, апостолах, служебниках, следован. псалтири и др. начинаются с сентября, как первого в году месяца, как с начала года. В греческом Менологии Императора Василия сказано: «первый день месяца сентября есть конец и начало всего лета». В греческой церкви и доселе новый год (церковно-гражданский) начинается с 1 сентября. В этот день в Константинополе, в патриархии бывает торжественное богослужение, при котором присутствует вселенский патриарх. По окончании богослужения, члены патриархии собираются в Синодикон (зала синодальных собраний) и, под председательством патриарха, составляют акт о наступлении нового года, и за тем выпускается какая-либо официальная бумага, помеченная за 1-м номером.

В России, с принятием от греков христианской веры, введено было церковное летосчисление с марта; а за тем принято было церковно-гражданское летосчисление с 1-го сентября. Принятие сентябрьского летосчисления в России историк Татищев полагает с 1347 г. По его словам, в этом (1347 г.) году митрополит Феогност «име собор о делах духовных ко исправлению монастырскаго служения и уставиша начало года от сентября перваго», (Истор. Росс. ч. IV стр. 163). По мнению же Н.М. Карамзина, сентябрьское летосчисление введено было в конце XV века (в 1492 г.), в княжение великого князя Иоанна Васильевича 3-го (Истор. Росс. Госуд. т. VI, гл. 7, стр. 223). К марту 1492 г. многие простодушные люди в России ожидали кончины мира, на основании верования, что миру предназначено существовать всего семь тысяч лет (5508 л. до Р. Хр. и 1492 г. по Р. Хр.), потому-то и пасхальные вычисления того времени оканчивались семитысячным (1492) годом от сотворения мира (год же начинали еще с марта). Для составления новой Пасхалии происходил в Москве собор, на котором, между прочим, подтверждено – впредь начинать гражданский год с 1-го сентября, как считал уже, подражая грекам, Московский митрополит Киприан (Арсений архиман., Летоп. церк. событий, 579 стр.). Но так, как и после 1492 г. в некоторых местностях России новый год считали с марта, то на Московском соборе 1505 г., при митрополите Симоне, снова было подтверждение начинать новый год с 1-го сентября (Др. Рос. Вивлиоф., ч. 16, стр. 85). В 1700 г. Император Петр I-й, по примеру западной Европы, решился ввести в России Новый год с 1 января; но русский народ, не смотря на торжественное празднование этого дня, как первого в году, с ропотом отнесся к нововведению, в котором видел нарушение древне-церковных постановлений, и по прежнему долгое время начинал свой и церковный и гражданский новый год с 1-го сентября, со дня Симеона Летопроводца (Голиков, Деян. Петра Вел., ч. 2, стр. 2–6). Отечественная наша церковь и доселе сохраняет древний обычай начинать свой новый год с 1-го сентября. С этого месяца во всех богослужебных церковных книгах месяцесловы и святцы начинаются с сентября и под 1-м числом в сентябрьской месячной минее доселе помещается служба Новому лету, в которой молим Господа благословить венец лета благости Его, как например в тропаре: «Всея твари Содетелю, времена и лета во своей власти положивый, благослови венец лета благости твоея, Господи».

Сентября 1-го: Начало индикта – сиречь новаго лета – так начинаются, как сказано, все месяцесловы в богослужебных книгах Православной Церкви. Индикт – слово латинское (indictio) – повеление или объявление о подати. Это название произошло от постановления Римского императора Октавия Августа собирать в продолжении 15 лет подати с народа. Для удобнейшего сбора податей и в память победы, одержанной при Акциуме за 30 лет до Рождества Христова 1 сентября и доставившей Кесарю Августу верховную власть, в римской империи назначено было началом года – время окончания жатвы, т.е. сентябрь. Св. Димитрий Ростовский, в слове в начало индикта – сиречь нового лета, на основании Истории Георгия Кедрина, пишет: «Август, римский кессарь, егда Антония и Клеопатру, властителей египетских, победивши, нача един владети всею вселенною, тогда собирания ради от всех стран даней, устави Индиктион, еже сказуется повеление на пятьнадесять лет. Раздели же то на три части, по пяти лет, да чрез всецелый пятнадесятолетный круг индиктиона три краты взимается дань в пятое лето. Сие же узакони ради далечайших стран, в конце земли сущих, от них же неудобно бе во вся лета дани взимати: ибо едва пятаго лета можаху собираемая приноситися в Рим»... (Четьи Минеи. Сентябрь, л. 3 на обор.).

День нового года, праздновавшийся 1-го сентября, назывался летопроводством (Дополн. к Истор. Актам, т. V, № 26, 134), и преп. Симеона Столпника, память коего св. церковь совершает 1 сентября, русские поэтому называли летопроводцем. Служба, совершавшаяся 1-го сентября, называлась чином летопроводства, чином многолетия (Выходы Русск. Царей, 21 стр.), действом многолетия, действом многолетнего здравия, действом нового лета (там же стр. 96, 107 и др.) и действом летоначатца (Домаш. быт Русск. Царей, изд. 1872 г.), потому что в этот день с особенною торжественностью совершалось богослужение и обставлялась различными церковно-гражданскими обрядностями встреча нового лета. В Требнике Киевского митрополита Петра Могилы († 1647 г.) находится особый «Чин летопровождения и начала новаго лета, бываемый в 1-й день Сентемврия» (Часть 3, лист 62). Но чин этот составлен гораздо ранее XVI века. В 1869 г. в Георгиевском Балаклавском монастыре было найдено греческое рукописное евангелие, написанное в первой половине XI-го века. В нем, по изложении Евангелий, помещено последование литии на 1 сентября (Известия Археолог. Импер. Общества–«о рукописном греческом евангелии XI века, найденном в Георгиевском Балаклавском монастыре 1869 г.»). Значит, этот чин греческого происхождения, но когда он составлен – неизвестно; в собрании служб Восточной церкви у Гоара, по свидетельству Невоструева, ее нет; но из вопросов и ответов Сарайского епископа Феогноста (в 1291 г.) видно, что он уже существовал в Русской церкви. В них на вопрос: «в кия дни подобает святителю чести евангелие?» дается такой ответ: «четырежды в лето, рекше: Страстныя недели четверток первое, евангелие на Пасху на литургии и на вечерни, в 1-й день сентября, егда ходят со кресты» (Русск. Историч. Библ. т. 2, стр. 1). Хождение со крестами указывает на совершение богослужения вне храма, а установление о чтении евангелия святителем 1-го сентября, в числе четырех раз в году, говорит о торжественности службы 1-го сентября и указывает, что на ней святитель читал евангелие на подобие того, как читал на Пасху. В книге протоиерея К. Никольского «О службах Русск. Церкви», подробно изложен древний чин последования, бывающего в 1-й день сентября, в начале индикта, по Балаклавскому евангелию (110–113 стр.). Далее (121–158 стр.) у протоиерея К. Никольского изложены три чинопоследования Нового Лета; из них 1-й чин из печатных Московских Потребников 1639 и 1651 годов и из особой книжки («Сентября в 1-й день, начало индикта, еже есть новое лето»); 2-й чин из рукописного Устава XVII века Новгородского Софийского собора («Летопроводство») и 3-й чин из требника 1646 года митрополита Петра Могилы («Чин летопровождения и начало Новаго лета, совершенный в 1-й день месяца сентября»).

Чин летопроводства, по изложению оного в Московских Потребниках, совершался в таком порядке. После заутрени производили звон к действу, переменяя колокола. Пред пришествием царя (Михаила Феодоровича) в Московский Успенский собор заблаговестили в большой колокол, а затем благовестили в один колокол, не переставая даже до действа. Во время звона (в переменные колокола) патриарх входил в соборную церковь и став на орлеце посреди церкви, облачится во всю святительскую одежду, а затем входит в св. алтарь, в предшествии ему диаконов; трижды поклонившись св. престолу, патриарх целует оный и, знаменав кадилом, обходит престол и кадит оный (а иногда весь алтарь). Протодиакон, вышедши из алтаря, стоя пред царскими вратами, возглашает: «Благослови Владыко». Патриарх, стоя в алтаре, глаголет: «Благословенно царство» Диакон произносит великую ектенью: «Миром Господу помолимся»². После ектеньи патриарх читает молитву: «Господи Боже наш помяни нас грешных»... После молитвы святитель глаголет: «мир всем», диакон: «главы ваша Господеви приклоните»... и святитель чтет молитву: «Господи святый, иже в вышних живый». По возгласе из алтаря исходят два диакона с рипидами и на блюде износится крест (а в другом чине сам патриарх исходит с крестом в руке, а диаконы с кадилами) и диакон с евангелием. При исхождении из алтаря поется тропарь Новому лету «Иже всея твари содетелю»...; святитель, став ниже амвона, лицом к востоку, имея евангелие с десной страны, крест же и кадило от левой. Протодиакон возглашает: «Благослови Владыко». Святитель – «Благословенна слава Господня от места святаго Его всегда, ныне, присно и во веки веков» – Аминь. За сим выходит к западным дверям, поя (или читая) тропари: «Помилуй нас, Господи, помилуй... Господи помилуй нас, всякаго бо ответа... Слава и ныне: Милосердия двери отверзи нам». По выходе из храма пред церковными дверьми (западными) «станут со образы», святитель обратится к востоку, а архидиакон с кадилом глаголет ектенью: «Помилуй нас Боже». Господи помилуй поют сто раз. В ектеньи 4 прошения и на все поют «Господи помилуй» – по сто раз. Святитель возглашает: «Услыши ны Боже, Спасителю наш».. Диакон: «Господу помолимся».., и святитель читал молитву: «Боже и отче Господа нашего И. Христа»... По возгласе поют стихиры Новому лету, «идуще к уреченному месту», а место это между Благовещенским и Архангельским соборами: «Небесным чином.. Самославная и Божественная учения... Иже на Синайстей горе... Яко же еврейская телеса... Иже духом святым совокупляем... Ты Царю сый пребываяй». (Во время пения стихир на пути от Успенского собора к уреченному месту «звонят во вся»). По пришествии патриарха на уреченное место, к нему (патриарху) по целовании евангелия, подходит царь и патриарх благословляет его прежде честным крестом, а за тем десницею и вопрошает его, Государя Царя, о его царском здравии. Потом царь отходит к св. иконам знаменатися, а святитель, пришед, станет на своем месте (и царь, по знаменании у св. икон, становится одесную святителя). Таже приходят к царю власти и поклоняются ему дважды, а патриарху – единожды. По сем святитель сходит с своего места и кадит св. иконы, царя и всех сущих по чину, а певцы в это время поют 73-й псалом: «Всякую, Боже, отринул еси до конца», с припевом после каждого стиха: «аллилуиа». (Певцы поют псалом антифонно, на два лика). После псалма малая ектенья, а по возгласе по ектеньи певцы поют 1-й псалом «Блажен муж» с припевом после каждого стиха: «Заступи ны, Господи, заступи ны». По окончании пения 1-го псалма – опять малая ектенья. По возгласе певцы поют 2-й псалом «Вскую шаташася язы́цы»... с припевом после каждого стиха: «Молитвами Богородицы, Спасе, спаси ны»... После сего 3-я малая ектенья, по возгласе коей певцы поют 64-й псалом: «Тебе подобает песнь», припев после стихов: «Прибежище и сила наша, Богородице, державная помощь миру, молитвами Твоими спаси град свой от всякия нужды, Едина благословенная...» Таже возглашает святитель: «Помилуй нас Боже, по велицей милости Твоей, молимтися, Господи, услыши и помилуй, рцем вси». Певцы же поют высочайшим гласом: «Господи помилуй» – трижды. (Поют – святителю стоящу прямо к востоку и крестом осеняющу трижды, архидиакону же противо его кадящу). Таже святитель, обратився к полуденной стране, возглашает: «О вселенском устроении и благостоянии святых Божиих церквей и всех совокуплении, рцем вси». Певцы же поют: «Господи помилуй»... (так же, как в 1-й раз). Святитель, обратився к западной стране, возглашает: «О благоверном и Богохранимом Царе и Великом Князе; о державе, победе, пребывании, мире, здравии и спасении, и о оставлении грехов его, и о еже Господу Богу нашему наипаче поспешити, и направити его во всем, и покорити под нозе его всякаго врага и супостата, рцем вси»... Певцы: «Господи помилуй». Святитель затем, обратившись к полунощней или северной стране, возглашает: «О избавлении душ наших, и о еже сокрушитися сатане вскоре под ногами нашими, и о еже непоколебиму и неопальну, не безпокровну быти граду нашему, и всякому граду и странам христианским, рцем вси». Певцы поют: «Господи помилуй» (святитель на всех четырех статьях осеняет крестом, а архидиакон кадит). После сего чтец чтет паремии Новому лету, во время чтения коих патриарх и духовные власти, а также цари сидели; в это же время – на уреченном месте архимандрит с игуменом и священником августовским освящением освящали воду и – «действуют вся до погружения креста»³. Паремии новому лету читались: 1-я от пророчества Исаии, 63 гл. с 15 стиха: «Обратися Господи от небесе»... 2-я паремия из Второзакония «Глагола Господь сыновом Израилевым»... (тоже, что и в нынеш. минее на 1 сентября); – 3-я паремия Исаии 61 гл. «Дух Господень на мне». После паремий – прокимен «Велий Господь» затем апостол зачало 282 (Послание 1 Тимоф. гл. 2): «Чадо Тимофее, молю убо прежде всех творити молитвы»... Аллилуиа – глас 8-й «Тебе подобает песнь, Боже, в Сионе». Стих: «Благословиши венец лету благости». По сем святитель возглашает: «Премудрость, прости, услышим святаго евангелия»... Архидиакон по нем тоже глаголет: «Премудрость»... Святитель: «от Луки святаго евангелия чтение», архидиакон тоже глаголет. Святитель – «вонмем» и архидиакон тоже и святитель чтет евангелие (от Луки зачало 13, – тоже, что и ныне читается 1 сентября). По прочтении святителем Евангелия певцы поют: «ис полла эти деспота». Архидиакон (после святителя) читает тоже евангелие, по окончании коего певцы поют: «Слава Тебе, Господи». После Евангелия архидиакон произносит ектенью: «Помилуй нас Боже, по велицей Твоей милости». По окончании сей ектеньи, святитель, сошед с своего места, идет к чаше и погружает честный крест, воспевая с прочими священниками: «Спаси, Господи, люди Твоя»... трижды и отирают губою образы. Архидиакон: «Господу помолимся» и святитель, став на своем месте, громогласно читает молитву (Константинопольского патриарха Филофея): «Владыко Господи Боже наш, иже живым и Ипостасным Ти Словом»... По окончании ее – святитель читает другую молитву с преклонением глав: «Паки Твоя, Господа Человеколюбца Владыки, память наказания». После молитвы: «Премудрость. Пресвятая Богородице спаси нас». «Честнейшую херувим». «Слава Тебе Боже упование наше слава Тебе» и отпуст Новому лету: «Иже всесильною и неизреченною мудростию устроивый начаток индикту, сиречь новому лету, Христос истинный Бог наш»... По отпусте святитель (с своего места) осеняет крестом на четыре страны, – при чем архидиакон с кадилом возглашает; «Господу помолимся». Певцы: «Господи помилуй» – трижды. После святитель, сшед с своего места, здравствует царю⁴, после чего святитель благословляет царя крестом и кропит св. водою. Царь же, по благословении, идет к св. иконам знаменатися и отходит в царские палаты. Патриарх, по благословении крестом, святителей, синклит и весь народ кропит св. водою. По благословении он шествует в соборную церковь, при пении стихиры Новому лету (глас 8-й): «Иже неизреченною мудростию». По вшествии в церковь, архидиакон произносит ектенью: «Помилуй нас Боже»... По окончании оной, святитель творит отпуст, после коего совершается литургия. (По отпусте пред литургией патриарх отпущает св. иконы).

Чин летопроводства совершался кроме Москвы, Новгорода и Киева, во многих других городах, особенно же в монастырях. Бывали особые распоряжения Епархиального Начальства о совершении этого чина. В царской тарханной грамоте Нижегородским соборам – Преображенскому и Архангельскому в 1606 г. было писано: «и в праздником на водоосвящение Богоявления Господня и на Происхождения день же 1700 г. еще раз был совершен чин летопроводства 1 сентября (т.е. 1 августа) и на летопровождение со кресты и со образы ходити» (Акты Истор. т. 2, № 69). Стефан, архиепископ Суздальский, в грамоте 1675 г. дает такой ответ о действе летопровождения: «писал ты к нам о действе летопровождения, по прежнему ли действовать вне церкве – Сентября в 1-й день, исхождение из церкви учинить по чину, как печатано в потребнике и о многолетном здравии Государя, Царицы и их Государевых благородных чад, и великаго господина святейшаго Патриарха Иоакима и о прочем архиерействе, и о всем земном устроении Бога молить и летопровождение действовать по потребнику, кроме тех статей, которыя архиерейскому чину прилежат». (Акты Арх. Эксп. т. IV, № 207). «Из таких напоминаний», замечает о. протоиерей К. Никольский, «и приказаний соборам и монастырям видно, что он (чин летопроводства) хотя совершался во многих местах Руси, но не был в числе тех церковных служб, которыя всегда и везде совершались и о совершении коих не было вопроса. По сему прекращение совершения его едва ли могло возбудить особое большое недовольство в русском народе»... (стр. 105). К прекращению совершения чина летопроводства 1-го сентября послужило приказание Императора Петра I-го вести счет годам от Рождества Христова (а не от создания мира) и праздновать новый год с 1-го января 1700. За несколько лет до 1700 г. (вероятно в видах подготовления русского народа к перемене празднования нового года) были года, как-то: 1696, 1697 и 1698, когда 1 сентября совершалось не со всею торжественностью и при действе летопроводства не присутствовали цари (Иоанн и Петр). В 1699 году 1-го сентября в последний раз чин летопроводства совершен был в присутствии Императора Петра I-го. Император, сидя на престоле, на большой Ивановской площади, в царской одежде, принимал поздравления, от народа приветствие и сам поздравлял его с новым годом (Дополн. Деяний Петра Вел. т. V. Снегирев, Простонар. Праздн. М. 1838 г., вып. 4, 102 стр.). В 1700 г. церковное торжество для нового года совершалось 1 января, но оно, по приказанию Государя, ограничилось молебным пением в церкви после литургии и отправлялось не торжественно; потому что совершал действо это не патриарх, а Трифиллий, митрополит Сарский и Подонский; действо было в церкви, крестного хода на площадь не было и при действе цари не присутствовали (Дворцовые разряды, т. IV, стр. 1155).

Первое сентября, как начало нового года, в старину было важно во многих отношениях. День этот считался срочным для платежа оброков, податей и пошлин. Иоанн Грозный определил срочный оброк в день Семена Летопроводца. В этот день русские великие князья и цари давали свой личный суд всем имевшим тяжебные дела, не удовлетворительно решенные воеводами и другими местными властями. Великий князь Иоанн Васильевич 3-й повелевал всем таковым (истцам и челобитчикам) приезжать в Москву и в Семен день ставиться на суд. Поселяне и торговцы начинали свои счеты с Семена дня; к этому дню они оканчивали свои расчеты; владельцы земель, рыбных ловель и других угодий отдавали оные в наем от Семена дня до Семена Летопроводца; даже форменные, контрактовые условия писали так: «платить оброк ежегодно на Семен-день-летопроводца» (Полн. собр. Русск. лет., т. II, стр. 666).

Сентября 1-го, на новый год, в старину бывали постриги и сажание на коня юных князей и царевичей, наследников престола, и чрез этот обряд они объявлялись уже вышедшими из детства и принимающими участие в гражданских делах (Полн. собр. Русск. лет., III т. 46 стр.). В Москве, да вероятно и в других городах 1-го сентября (в допетровский период) духовенство избирало из своей среды поповских старост или поповских десятских – одного из 10 священников (История Москов. епарх. управл. Н. Розанова, ч. I, стр. 196).

В настоящее время дни с 1-го до 8-го сентября называют бабьим летом; вероятно, такое название было приурочено этому периоду времени с Петра I-го, который, принимая всякие меры к уничтожению русских старинных обычаев, почему-либо ему не нравившихся, так презрительно обзывал прежний, старинный новый год, в надежде ослабить важное значение Семена дня, как начало нового года для приверженцев старины, что, дескать, в настоящее время этот день началом нового года считают только одни старухи, бабы.

О новом годе, как церковном празднике см. Требник Петра Могилы ч. 3., лист. 62. Древн. Рос. Вивлиофика ч. 16. Четьи Минеи св. Димитрия под 1 числом сентября. Дни Богослужения, Дебольского, 1 кн. 462. К. Никольского «О службах Русской церкви, бывших в прежних богослужебных книгах», 98–155 стр. Руководство для сельских пастырей 1861 г. № 35. Душепол. Чтение 1871 г. Сентябрь.

***

В 1836 г. 1-го сентября Антонием 2-м (Смирницким), архиепископом Воронежским и Задонским (по указу Св. Синода 1-го Августа, ВЫСОЧАЙШЕ утвержденному) торжественно был открыт в Воронеже первоклассный Благовещенский Митрофанов монастырь (бывший до того времени кафедр. собором). Новооткрытый монастырь Архипастырь поручил всесильному хранению и покрову Божией Матери и положил обет – доколе существует сей монастырь, соборне читать в оном по субботам, пред позднею литургией, акафист Пресвятой Богородице (ныне читается акафист Благовещению Пресвятой Девы – по окончании литургии). В предложении по сему случаю, данном Его Преосвященством Антонием, было сказано, что от исполнения сего обета зависит благосостояние Митрофанова монастыря (Севастьянов, жизнь Преосв. Антония, архиеп. Воронеж. СПб. 1852. 143–144 стр.).

В г. Романове Ярославской губернии 1-го сентября местно чтится память праведного Онуфрия. Ничего не известно о сем подвижнике благочестия; его имя, как святого, внесено в древние святцы.

Кайдалов (Чтения в Моск. общ. любит. духов. просвещ. 1877, Июль. Архимандрит Леонид, св. Русь, стр. 186).

В Сибири местно чтится, как угодник Божий, иеромонах Гермоген. Скудные о нем сведения сообщены в № 6 Иркут. Еп. Ведомостей за 1883 год. В описании заштатного города Илимска, Иркутской епархии, сказано, что священник Илимской церкви Амвросий Толстоухов подавал челобитную Илимскому воеводе Лаврентию Обухову о дозволении ему, Амвросию, построить в Киренском погосте монастырь в честь Пресвятой Троицы и в челобитной упоминал об иеромонахе Гермогене, как о лице, избранном им в должность строителя монастыря. Дозволение строить монастырь было дано, но в 1665 г. был убит воевода Обухов литвином Никифором Черниговским. Убийца и его сообщники, во избежание наказания за преступление, решились бежать в Даурию и насильно увлекли туда строителя Гермогена. На р. Амуре перебежчики закладывают Албазинский острог, а Гермоген, на память об Илимской церкви, основывает монастырь в честь Всемилостивого Спаса. Около 20 лет невольный странник проживает на р. Амуре, не покидая мысли вернуться в излюбленный Киренский острог, что и удалось ему в 1685 г., когда Албазинский острог был взят Китайцами, а жителям его дана была свобода возвратиться на прежние местожительства. Где и когда скончался Гермоген неизвестно.

В Тамбове на городском Крестовоздвиженском кладбище погребена старица Марфа Петровна Апарина, в иночестве Маргарита, основательница Тихвинского девичьего монастыря в г. Кирсанове Тамбовской епархии. Скончалась она в глубокой старости 1 сентября 1800 г. Над ее могилою каменный памятник, от которого некоторые жители г. Тамбова, больные зубами, отламывают кусочки, в надежде исцеления, по молитвам чтимой ими старицы. Праведная жизнь старицы Марфы (Маргариты) описана протоиереем И. Сладкопевцевым в Страннике за 1861 г. Декабрь.

Калужская икона Богоматери явилась в 1748 году в с. Тинькове, в 7 верстах от г. Калуги, в доме боярина Хитрова. Служанки г. Хитрова, разбирая старые вещи на чердаке дома, нашли сверток сурового полотна и, развернув его, увидели живописное изображение благоговейного и умиленного лица, на подобие инокини, читающей по книге свое правило. Одна из служанок, дерзко отнесшаяся к найденному изображению, внезапно была поражена и упала без чувств. Родителям больной в наступившую ночь было явление Богоматери, повелевавшей пред найденным ее изображением совершить торжествен. всенарод. молебствие и св. водою окропить больную, по совершении чего больная, уже умиравшая, выздоровела. Икона, после многих других чудесных знамений, торжественно б. перенесена из дома боярина в церковь Рождества Богородицы, что на Калужке, где и доселе она пребывает, а точный список с нее в Калуге, в кафедрал. соборе.

Празднование сей иконе 2 сентября установлено в благодарственное воспоминание чудесного избавления г. Калуги в 1771 г. от моровой язвы. По благочестивому желанию Калужан, св. икона Богоматери, после поста и обществен. молитв, была обносима в продолжение трех дней вокруг города и – губительная язва ослабела. В этот день и доселе совершается крестный ход с чудотворною иконою вокруг г. Калуги.

Вторично празднуется сей иконе 12 октября.

О Калуж. иконе Божией Матери см. Дебольского, Дни Богослужения, ч. 1 стр. 106; История церкви в нын. Калуж. епархии иером. Леонида, стр. 170–186; Слава Пр. Девы, ч. 3, 85–88 стр. Русск. святые, издание Тузова, сент. 18–20 стр. Русск. Паломник 1882 № 2 (где воспроизведено изображение Калуж. иконы Божией Матери). Полн. христ. месяцеслов. Киев. 1875 г. Дебольского, Дни Богослуж. 1866, кн. 1, 142. Протопопова, Жития святых, сентябрь, 31 стр.

***

Крестный ход из Вологды в Иоанно-Предтеченскую, что в Дюдикове пустыни (в полуверсте от города), церковь в честь иконы Знамения Божией Матери, в память ее явления в 1571 году. В этом году в Вологде было сильное моровое поветрие и было видение прихожанину Дюдик. церкви Марку Заозеркину взять св. икону Божьей Матери, что в церкви И. Предтечи, после чего моровое поветрие «преста и много было чудесных исцелений». Икона эта малого размера (5 верш. вышины и 3 3/4 верш. шир.). В верхней части изображено Знамение Божией Матери, а под ним св. Архангелы: Михаил, Гавриил; св. Василий Великий, Николай Чудотворец, великомуч. Георгий, мучен. Параскева, великом. Никита и Варвара. (Волог. Епар. Вед. 1866 г. № 19).

По краткому рукописному житию блаженного Иоанна не видно, кто он и откуда пришел в г. Ростов-Великий (Ярославской епархии). Преосвященный Филарет, Архиепископ Черниговский (Русские святые, Сентябрь, 6 стр.) предполагает, что Иоанн был знатного рода и человек образованный (знал латинский язык); но по обстоятельствам времени весьма вероятно, что он скрылся из Москвы от ужасов Грозного Царя, Иоанна IV, чтобы в тиши и неизвестности служить Господу. В Ростове, по словам рукописного жития, Иоанн жил, в виде юродивого, терпя нужды и скорби; не имея своего жилища, приходил только по временам для отдыха то к духовнику своему, Всесвятской церкви священнику Петру, то к одной престарелой вдове. Из жития св. Иринарха Ростовского (см. 13 января) видно, что блаженный Иоанн, сам возрастая в духовной жизни, подавал и другим советы, как вести духовную (благочестивую) жизнь; так, он утешал изгнанного из обители Иринарха. После долгих подвигов, Иоанн мирно почил 3 сентября 1580 г. и, согласно завещанию, погребен за алтарем Власиевской церкви. На гробнице его лежат серебряный крест и псалтирь на латинском языке. В сей псалтири написано: «в лето 7089 (1580 г.) сентября 3-го, в царство великаго Государя Царя и великаго князя Иоанна Васильевича, в богоспасаемом граде Ростове преставися угодник Божий Иоанн Власатый и погребен в церкви св. священномуч. Власия, что в Заровье. От гроба его подаются исцеления больным, с верою приходящим. В л. 1702, в царствование Великаго Государя Царя и Великаго Князя Петра Алексиевича, в неделю 2-ю поста, марта 1 дня, прииде в Ростов Преосвященный Архиепископ Димитрий и прия престол митрополии Ростовской и Ярославской. От времени преставления блаженнаго Иоанна Власатаго и милостиваго даже доселе бяше на гробе его книжица сия, зело ветха, псалтирь Давида на латинском диалекте, юже угодник Божий, моляся Богу, чтяше, и видев ю ветху и раздирающуюся, Преосвященный митрополит Димитрий повеле ю вновь переплести; обновив, паки на гробе блаженнаго Иоанна положи, да лежит неотъемлемо в последня лета». (Русские святые, Сент. стр. 5–6). В «Иконописном подлиннике» под 3-м сентября о блаженном Иоанне написано: «Подобием рус, брада аки Леонтия Ростовскаго и подоле, и круглая, власы на главе велики, риза, как у Алексея, человека Божия» (Филимонов, стр. 31). Память блаженного Иоанна Власатого – вторично совершается 12 ноября. Есть служба сему святому (рукоп.).

Рукописное житие Иоанна в Ростове. Житие его помещено в Милютин. Четьи Минеи под 31 авг. Синод. М. № 850, XVII в.; № 858, 1704 г. Ундольского, № 1420 нов. Барсуков, Источники агиографии, 252–254 стр. Филарет, Рус. Святые, Сент. 30. Агиология Востока, Архим. Сергия, II, 233. Полн. христ. месяцеслов 1875 г. Киев, 3 сент. Историч. словарь о русск. свят. 118–119. Яросл. Еп. Вед. № 26, 1860, – №№ 18–19, 1862. Протопопов, Жития святых, Сент. 44–45. Дестунис, Сборн. житий св. 3 сент. А. Муравьева, Рус. святые.

Писийская икона Божией Матери находится в г. Созополе в Писидии (в Мал. Азии); она еще при Патриархе Германе († 740) считалась древнею; от нее совершались чудесные знамения. Список с сей иконы находится в Москве в Новоспасском монастыре. Богоматерь изображена благословляющею. По преданию, эта икона находилась в келии матери Царя Михаила Феодоровича – Ксении (в иночестве Марфы). Вторично сей иконе празднуется 3 июня.

Новоспасск. монастырь, Снегирева, 1843 г. стр. 54. Сборник изображений Божией Матери, стр. 43. Полн. христ. месяцеслов, Киев 1875 г. Протопопов Дим., Жития святых под 3 сент.

По случаю отчуждения от России к Лифляндии местности, где находится Коневский монастырь, в 1577 г., чудотворная икона Коневской Божией Матери была перенесена игуменом Леонтием в Новгородский Деревяницкий монастырь. В 1593 г., по заключении мира со Шведами, игумен Леонтий возвратился с чудотворной иконою в Коневец, но не надолго. В 1610 г. Шведы снова завладели всею Карелиею, разорили Коневскую обитель; иноки снова принуждены были возвратиться в Деревяницкий монастырь, куда была перенесена чудотворная икона. С тех пор остров Коневец находился в запустении более ста лет, пока Петр I-й не возвратил в России Карелию; тогда, по просьбе Деревяницкого архимандрита Иоанникия, в 1718 г. о. Коневец был приписан к Деревяницкому монастырю; в 1766 г. Коневский монастырь был возобновлен и сделался независимым от Деревяницкого, но икона Богоматери находилась еще в Деревяницкой обители до 1799 г. В этом году, по благословению С.-Петербургского митрополита Гавриила, дозволено было перенести чудотворную икону в Коневский монастырь, а в Деревяницков был оставлен с нее список. В память возвращения чудотворной иконы в Коневской обители положено ежегодно, сверх празднования 10 июля, отправлять Божией Матери празднество 3-го сентября.

(Описание Конев. обители в Истор.-стат. описании С.-Петербургской епархии, вып. I, 73 стр.)

Преподобный Вассиан – начальник Крестомировского Преображенского монастыря на Онеге, «реце Каргопольской». Монастырь этот был основан в начале XIV века. В «Иконописном подлиннике» под 3 сентября о Вассиане сказано: «Подобием сед, брада поменьше Иоанна Богослова, на главе схима, ризы преподобническия» (Филимонов, 31 стр.); не канонизован и о жизни сего святого ничего неизвестно. Мощи его почивают в бывшей монастырской, а ныне приходской церкви.

Словарь историч. о святых, 62 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока III, 60. Н. Барсуков, Источники агиографии, 98 стр.

Изображение Божией Матери Неопалимой Купины представляет восьмиугольную звезду, состоящую из двух острых четвероугольников с вогнутыми концами, из которых один красного (огненного) цвета, напоминающий собою огонь, объявший виденную Моисеем купину; другой – зеленого вида, указывающий на естественный цвет купины, который она сохранила, будучи объята огненным пламенем. В средине восьмиугольной звезды, как бы в купине, изображена Пресвятая Дева с Предвечным Младенцем. По углам красного четвероугольника изображены: человек, лев, телец и орел, как видимые знаки особенностей повествования 4-х Евангелистов о жизни и учении Того Божественного и Невещественного Огня, Который неопально приняла в свое чрево Пресвятая Дева Мария.

Празднование этому образу Божией Матери 4-го сентября установлено ради памяти св. пророка и Боговидца Моисея, удостоившегося в купине, горящей и несгораемой провидеть спасение рода человеческого Сыном Божиим, неопально воплотившимся от Пресвятой Девы и цело сохранившим Ее приснодевство. – На Синайской горе есть особая ей служба.

Чудотворные иконы Пресвятой Богородицы Неопалимой Купины:

В Москве в церкви Неопалимой Купины находятся две чудотворные иконы, именуемые «Неопалимая Купина». Первая икона вышиной в 1 арш. и 12 верш., шириной 1 арш. 7 верш. весьма хорошего древнего греческого письма. О происхождении сей иконы в Москве сохраняется след. предание: стремянной конюх царя Феодора Алексеевича Димитрий Колошин имел особенное усердие к иконе Богоматери Неопалимой Купины, находившейся в сенях при царской Грановитой Палате, и потому всякий раз, когда по обязанностям службы своей приходил в царский дворец и выходил из него, сердечно молился перед нею; наконец возъимел желание построить во имя Ея храм по след. случаю: подпав некогда невинно гневу царя и не надеясь оправдаться пред ним, Колошин с большим против прежнего усердием начал молиться пред иконою Неопалимой Купины, прося заступления Небесной Царицы в своей невинности, и молитва была услышана. Вследствие явления царю Феодору Алексеевичу во сне Богоматери, объявившей конюшенного невинным, царь велел расследовать дело Колошина и, нашедши его действительно невинным, освободил его от суда и возвратил ему прежнюю должность. В благодарность за сие, с дозволения царя, Колошин построил храм в честь Божией Матери «Неопалимой Купины», с приделом св. еванг. Марка, в 1680 г. Празднество сей иконе совершается (кроме 4 сентября) еще в 6-ю неделю по Пасхе, потому что в эту неделю св. икона с крестным ходом была перенесена в новоустроенный для нее Колошиным храм и совершено его освящение. (Душ. Чт., Авг. 1863 г). Прихожане церкви Неопалимой Купины говорят, что у них почти никогда не бывают пожары, хотя это место, где церковь и приход ее, застроено деревянными зданиями (Душеп. Чтение 1863 г.). В Московской церкви Неопалимой Купины есть особая служба (рукописная) сей иконе. В заглавии службы сказано: «Служба сия поется в св. горе Синайской, егда кто производит и егда бывает молния страшна».

Вторая икона (в том же храме) греческого письма вышин. 7 верш. и ширин. 7 верш. На иконе Богоматерь изображена с Предвечным Младенцем, а пред Нею – молящийся на коленях человек. Эта икона пожертвована в храм в 1835 г. по завещанию Московской мещанки девицы Ал. Н. Куницыной. Стечение к сей иконе, как к чудотворной, особенно усилилось с 1837 г. (Душепол. Чтен. 1863 г. Август, 116–117 стран.).

Третья – в г. Славянске (Харьков. епарх.) местночтимая. Икона сия была написана в 1822 году, когда город страдал от частых пожаров, наведших на жителей ужас, по особ. явлению некоей Бельницкой, которой во сне кто-то приказывал, чтобы гражданами была написана икона Божией Матери «Неопалимой Купины» – и пожары прекратятся, и действительно, по написании иконы, освящении с торжественным пред нею молебствием, скоро найдено было лицо, поджигавшее город и пожары прекратились (Оп. Харьк. епар. Преосв. Филарета, 5 кн. 127 стр.). На сребропозлащенной ризе иконы надпись: «В память 1822 г. за спасение города от пожара».

Полн. христ. месяцеслов, Киев 1875 г. Сборн. изображений Божией Матери. Протопопова Д., Жития святых, сент. 80–81 стр.

Глеб – сын великого князя Владимира Равноапостольного; от одной матери (болгарыни-христианки) с Борисом. По глубокой и искренней любви к новой (христиан.) вере, по нежной братской любви, они были лучшими и любимыми сыновьями св. Владимира. Св. Глеб, при жизни еще отца, в удел получил г. Муром, где с 1010 года по 1015 г. старался распространить христианскую веру среди упорных и грубых язычников. Он потерпел мученическую смерть от брата своего Святополка Окаянного, 5 сентября 1015 г., на пути из Смоленска в Киев, при урочище Смядыне. Св. Глеб считается первопросветителем Муромо-Рязанской страны, где память о нем с древнейших времен и доселе хранится, как о первом проповеднике христианской веры и о покровителе страны. Память эта о св. Глебе увековечена церквами (как наприм. в Муроме, где второю по древности церковью в XII веке была церковь свв. Бориса и Глеба, в старой Рязани, где древнейшая, бывшая соборною, церковь посвящена их имени, и в других городах), монастырями (как напр. бывший еще в XII в. монастырь в их память близ р. Смядыни на месте мученической кончины св. Глеба, а также в Муроме и др. местах), старинными изображениями (напр. в г Касимове, Рязани и др.) и т.п. Самая епархия Муромо-Рязанская в старину называлась Борисоглебскою по памяти к св. Глебу, как перводержавцу и первопросветителю Муромо-Рязанской страны. В 1853 году на месте кончины св. Глеба великолепно обстроен древний Смядынский колодезь Муромским купцом Ермаковым, в знак особенного почтения к памяти его, как ближайшего хранителя и покровителя г. Мурома.

О св. Глебе, равно как и о св. Борисе см. Четьи-Минеи св. Димитрия Ростовского, 2 мая, где помещено сказание преп. Нестора о мучен. кончине их; сказание об их страдальческой кончине черноризца Иакова; у Преосвящен. Филарета, Русск. Святые, 24 июля; у А.Н. Муравьева; у Архимандрита Игнатия, часть I, стр. 21; Рассказы по русск. ц. истории Гр. Толстого, ч. I; свящ. Николая Любомудрова (Рязан. Епарх. Ведом. 1877 г. № 22).

Афанасий, по фамилии Филиппович, сын благородных и благочестивых родителей, в молодости получил отличное образование, владел свободно языками – русским, латинским и польским. В 1622 г. гетман Сапега, по приказанию короля Сигизмунда III, отдал ему на воспитание мнимого сына Марины Мнишек, шляхтича Лубу, за что из королевской казны отпускалось Филипповичу 6000 злотых в год. Афанасий с Лубою жил в Брестском монастыре. В 1627 г. он принял монашество в Вильне, потом жил в обителях Кутеинской и Межигорской; за подвиги благочестия и за защиту св. веры от латинян, он был поставлен в наместники Дубовской обители, что близь г. Пинска. В 1636 г., по распоряжению канцлера Радзивила, Дубовский монастырь был отдан иезуитам, и православные иноки были изгнаны из своей обители. Блаженный Афанасий перешел в Купятицкий монастырь, но и здесь не было покоя от козней папских слуг. В 1637 г. он отправился для сбора милостыни для своей обители и пошел сначала в Белоруссию, а за тем в Москву, где и представил Царю Михаилу Феодоровичу сведения о печальной своей судьбе. По возвращении из Москвы, Афанасий был поставлен во игумена Симеоновского Брестского монастыря. По долгу звания своего он вступил в спор об имениях обители и сильно обличал сторонников латинства в корысти и злостных происках. Это навлекло на него неприятности, от коих защитил его Петр Могила. В то время в Варшаве находились послы Царя Михаила Феодоровича. Афанасий открыл русским послам, что иезуиты скрывают у себя лице, опасное для России – шляхтича Лубу, выдаваемого ими за сына Марины Мнишек, который (Луба) сначала был у него на воспитании, а теперь (уже 15 лет) проживает у иезуитов, при чем он доставил несколько писем Лубы, где он назывался царевичем. По воле Царя послы потребовали выдачи им Лубы, но паны объявили послам, что Луба бедный шляхтич и ни в чем неповинный и Польша не может выдать его для казни. Афанасий же смело повторял сенаторам, что напрасно худые люди строят ковы против русского Царя и себе во вред преследуют православие. От него потребовали доказательств, что воспитанник его – не сын Марины. «Ни покойный Сапега, ни Мнишки не признавали Лубы за царевича» – отвечал он. По козням иезуитов Афанасий, за открытие их интриг против России, был взят в Варшаву и заключен в темницу. «Игумен, который объявил о воре, – писали русские послы в Москву, – посажен в Варшаве в оковы», и условием его освобождения было поставлено нетребование выдачи Лубы в Россию. Иезуиты напрягали усилия мстить Афанасию, для чего и перевели его из Варшавы в Краковскую темницу, при чем подвергали его побоям и морили голодом. Русские послы сильно заботились об освобождении Афанасия и по их совету он подал просьбу к королю. Так как не стали более требовать выдачи Лубы в Россию, то Афанасий был освобожден из темничного заключения. Это было в 1645 г.; в 1646 г. Афанасий был в Киеве, где занимался составлением записок о своей печальной жизни, не остававшейся без небесных утешений, оттуда возвратился в свой монастырь (в Брест). Поляки потребовали от него признания законности унии, но когда Афанасий не соглашался на это, то они заключили его в Брестскую подземную темницу. Твердый исповедник истины смело объявлял польскому правительству гнев Божий за оскорбление прав человечества и за защиту, оказываемую тем, которые нагло оскорбляли православную церковь. Ляхи решили предать его позорной смерти. Тогда Афанасий в слух всех врагов своих сказал: «отступники от св. веры, гордые ложным просвещением, без сомнения, еще малое время будете преследовать исповедников небесной истины, но наступит время, когда в Бресте и его окрестностях процветет православие, и сияние его уже не померкнет. Там, где будет лежать мое тело, козни врагов – отступников от веры будут безсильны». Св. Афанасий был обезглавлен мечем 5 сентября 1648 г. Мощи его открыто почивали в Брест-Симоновском монастыре, под аркою между главным храмом и приделом св. первомуч. архидиакона Стефана. Георгий Конисский († 1795) в свое время радостно в слух православных и неправославных говорил: «К числу нетленно почивающих святых надобно отнести преподобно-мученика нашей церкви Афанасия Филипповича, убиеннаго римскими католиками за веру в нашем православном загородном Брестском монастыре, уже более полтораста лет Божиею силою цело и невредимо почивающаго» (История унии Каменского, стр. 314, 1315). В настоящее время осталось несколько частей от мощей преподобномуч. Афанасия, уцелевших от пожара.

В IV томе Русск. Истор. Библиотеки издан: «Диариуш Берестейскаго игумена Афанасия Филипповича» по рукописи Московской Синодальной библиотеки. Для биографии Афанасия важны следующие документы: Kopia memoriału, podannego Królewi J. M. Władisławowi IV w roku 1645 przez błogosławionego Athanasego Filipowicza. Краткое описание жития св. Афанасия Филипповича, игумена Брестского, преподобномученика нового, убиенного около 1640 г. (Перевод с польского на русский язык; сочинено на польском языке в 1648 г., а переведено на русский языке Киевской духовной Академии студентами богословия 1815 г. 22 мая, в Киевоп. Лавре). Статья протоиерея Афанасия Лотоцкого в Литов. Епарх. Ведом. 1863. №№ 23–24. История унии Бантыш Каменского 314–315 стр. Чтения Общ. Ист. и Рос. Древн. 1864, кн. 4. Акты Запад. России 111–117. Опис. Синод. рукоп. I. 66–68. Филарет, Русские свят., 1865. Сент. 7 и 13; его же в издании г. Тузова, сент. 26–30. История Рос. государства, Соловьева IX т. 343. Истор. словарь о рус. святых. Агиология Востока, архиман. Сергия, 2 т. 235. Барсукова, Источники русск. агиологии, 64 стр. Краткое описание жития преподобного Афанасия Филипповича в Вилен. Епарх. Ведом. 1864. № 1. Белоруссия, издание Батюшкова. Муравьев, Жития рус. свят., сент.; Душепол. Чтение 1871. Протопопов Дим., Сент. 91–93. Полн. христ. месяцеслов, Киев, 1875. Архим. Леонид, Св. Русь, 204.

Вторично воспоминается св. Афанасий 20 июля. Вероятно, в этот день было открытие его мощей.

В царствование Императрицы Елисаветы Петровны (1741–1761), 5 сентября, как день Ее тезоименитства, был высокоторжественный и для особенного прославления св. праведной Елисаветы (почти не упоминаемой в службе правед. Захарии) составлена была особенная служба одной св. праведной Елисавете, каковая служба, указом Св. Синода от 4 ноября 1722 г. за № 893, когда Елисавета Петровна была еще Цесаревною была разослана по епархиям особой книжкой, а за тем означенная служба, при печатании вновь сентябрьской служеб. Минеи, по тому же указу св. Синода, была внесена в служеб. Минею под 5 числом сентября. (Полное собр. постановл. св. Синода т. 2. 583 стр.).

Эта св. икона прежде находилась местною в церкви древнего г. Вышгорода. В 1662 г. при переправе татар (напавших на Вышгород) чрез Днепр в Киев из храма забраны были и иконы; при этом случае икона Богоматери волнами принесена была до Киево-Подола и с подобающею честью перенесена в Киево-Братский монастырь и с того времени хранится в нем. В субботу еженедельно, при многочисленном стечении народа, совершается пред нею акафист, а празднование сей иконе совершается 6 сентября и на пятой недели великого поста.

Предание сообщает, что один татарин хотел на этой иконе переплыть Днепр; икона поплыла по течению и стала среди реки против Братского монастыря. Татарин, сидя на ней, взывал о спасении; из обители приплыли и взяли на лодку св. икону и татарина, который после сего крестился и принял монашество.

Слава Богоматери, ч. 2. отд. 2, стр. 103. Отеч. Записки 1827 г. № 18 (П.П. Свиньина). Киев. Паломник 1845, 117. Полн. христ. месяцеслов 1875, Киев. Месяцеслов, изд. Косолаповым, Симбирск 1880, 421 стр. В издании Тузова (Рус. святые) краткое сказание о сей иконе под 11 мая.

Ромил, один из военачальников Императора Траяна, известил его, что одиннадцать тысяч христиан, оказавшихся в римском войске, он с бесчестием отослал в Армению; из заточенных туда 10000 воинов были распяты в пустыне Араратской горы, в Армении, остальные скончались от различных мук (см. 30 сентября. Св. Григорий, просветитель Армении).

Мартиролог и Агиология Востока Архим. Сергия (под 22 ч. июня).

Св. Иоанн родился в Новгороде от благородных и богатых родителей (Николая и Христины) и был воспитан ими вместе с братом Гавриилом в истинном благочестии; Иоанн с юных лет стремился к иноческой жизни, а потому, по смерти родителей, вместе с своим братом, решился построить на свои средства монастырь; при этом монастыре оба брата приняли монашество с наименованием Иоанн – Илиею, а Гавриил – Григорием. До поступления своего в иночество Иоанн был приходским священником (и, вероятно, девственником) при церкви священномученика Власия, построенной на месте, где некогда стоял кумир языческого славянского бога Велеса. В иночестве Иоанн вел строгую подвижническую жизнь, пребывая в посте, молитве и других добродетелях; жизнь его была примером благочестия и доставила ему известность и глубокое уважение. В 1163 г. скончался Епископ Аркадий (см. 19 сентября). На место его «князем, собором черноризцев, священников и всем народом», возведен был Иоанн, не смотря на нежелание его принять святительский сан: «отрицашеся бо, недостойна себе творя таковаго сана, но Бог достойна его сотвори». В сан архипастыря он был посвящен в Киеве митрополитом Иоанном 28 марта 1165 г. В том же году Новгородцы отправили в Киев игумена Дионисия ходатайствовать пред митрополитом о возведении их архипастыря в сан архиепископа и просьба их была исполнена. Иоанн был первым архиепископом Новгорода. Вскоре наступило тяжелое время для новгородцев и их святителя. Новгородцы восстановили против себя Суздальского князя Андрея Боголюбского тем, что взяли дань с Двинской области, передавшейся от Новгорода князю Андрею и разбили там его войско, и еще тем, что отказались принять к себе князя Святослава, а приняли Романа, сына Киевского князя Мстислава. Зимою 1169 г. Андрей послал против Новгорода огромное войско с 72 князьями, ему подвластными, но Господь, по молитвам святителя, заступлением Пресвятой Богородицы, явил дивное знамение от св. иконы, по обнесении коей по городской стене, внезапно на суздальцев напал страх и в общем смятении они поражали друг друга, и Новгородцы одержали над ними победу 25 февраля 1170 г. Святитель Иоанн в память сего дивного события установил праздник «Знамению Пресвятой Богородицы» (подробнее о событии 25 февр. 1170 г. см. 27 ноября). Суздальская война, и при благоприятном исходе, оставила по себе печальное опустошение в Новгородской области; архипастырю много было забот о бескровной нищете, бедных семьях, разоренных войною, – и святитель щедрою рукою оказывал помощь несчастным. Он убеждал новгородцев просить мира у сильного князя Андрея и удалить от себя неприятного для него князя Романа. Новгородцы исполнили и то и другое; но Андрей Юрьевич предъявлял еще неудовольствия на новгородцев, почему в 1172 г. святитель сам отправился во Владимир примирив князя с новгородцами и, предоставив ему некоторое право над посадником вольного города, успокоил оскорблённого великого князя. Вероятно эта уступка святителя Андрею Юрьевичу и была причиной неудовольствия на него некоторых лиц (м.б. из высшего класса), которые стали распускать о святителе клевету. Поднялись толки о целомудрии его; вольный новгородский народ, приходивший в волнение от самых неосновательных слухов, толпой собрался у дома архипастыря и решил с бесчестием из города изгнать архиепископа; и святителя повлекли к большому мосту, спустили на р. Волхов – на плот безвесельный – и предоставили быстроте волн несть, куда им угодно, недостойного, по их мнению, пастыря. Но Господь защитил невинного. Плот, вместо того, чтобы быть унесенным по течению реки, пошел к Юрьеву монастырю. Иноки обители с честью встретили своего, вышедшего на берег, архипастыря; тогда то новгородцы образумились, сознали свою дерзость и со смирением просили простить их. Незлобивый святитель простил их⁵. В память сего события поставлен был у Юрьева монастыря каменный столб. Летопись же заметила под 1176 годом: «шел Волхов против течения 5 дней».

В 1179 г. святитель с братом Гавриилом построил каменный великолепный храм в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. В том же году был заложен другой храм над воротами той же обители в честь Богоявления Господня; в 1184 г. построен им «на торговище» каменный храм св. Иоанна Предтечи, а брат его, священствовавший на его месте у церкви св. Власия, построил новую деревянную церковь св. Власия. Блаженный архипастырь любил беседовать с игуменами и священниками о душевном спасении, рассказывал им жития великих угодников и при каждом случае учил людей своей паствы не забывать вечности. Доместик Кирик, современник св. Иоанна, сохранил до 30 правил, преподанных святителем для духовенства (у Макария История Рус. Церкви т. 2). Последние годы своей жизни святитель провел также в строгом посте и бдительной заботе о своей пастве, непрестанно волнуемой гражданскими смутами вследствие частой смены князей и посадников. Чувствуя изнеможение сил и приближение кончины, святитель принял схиму с прежним (мирским) именем Иоанна, но прежде сего, по просьбе князя и духовенства, он благословил своего брата Григория принять после него архиепископский престол Великого Новгорода. Преподав всем мир и благословение, он оставил святительскую кафедру и уединясь в своих покоях, готовился к исходу из сей жизни. Св. Иоанн скончался 7 сентября 1185 г. и с великою честью, при общем народном плаче, был погребен в притворе (в Предтеченском приделе) Софийского собора. Об открытии и прославлении его мощей – см. 4 октября. В «Иконописном подлиннике», под 7 сентября, св. Иоанн изображается: «подобием стар, сед, брада, аки Сергиева, на главе клобук белый, риза преподобническая, т.е. мантия со источники испод дичь (?), руки благословенны, а в другой свиток».

«Главное содержание жития архиепископа Иоанна, пишет Ключевский в своем сочинении о житиях русск. святых (стр. 127–162), почерпнуто из круга местных народных преданий. Имя Иоанна получает важное значение в местной легенде благодаря тому, что он, во время нашествия Суздальцев на Новгород, послужил орудием чуда от иконы Богоматери, ставшаго любимым воспоминанием Новгородцев. Память об этом владыке вместе с Новгородской стариной оживилась особенно в XV веке, в эпоху последней борьбы Новгорода с Москвою. Явление его архиепископу Евфимию в 1439 году, повело к открытию его мощей и к установлению панихиды 4 октября по всем князьям и владыкам, погребенным в Новгородском Софийском соборе. В нашей истории немного эпох, которыя были бы окружены таким ореолом поэтических сказаний, как падение Новгородской вольницы. Казалось, господин Великий Новгород, чувствуя, что слабеют его жизненныя силы, перенес свои думы с Ярославова двора на св. Софию и другия святыни, вызывая в них предания старины». (Барсуков, 249–250 стр.). Митроп. Макария Четьи-Минеи под 7 сентября. Четьи-Минеи св. Димитрия Ростовского. Сергиев. Лавры № 664, XVII в., Синод. Софийск. Тулупов (Сергиев. Лавры № 665 1627 г.), Чудовский под 7 сентября. Антония Сийск. монастыря XVII в. Архивский № 463/931; 638/1150 XVII в. Барсова Ел. Вас. № 86 XVI в.; № 117, XVII в.; Большакова № 279, XVIII в.; № 421; Буслаева XVII в. (с изображением); Костромского Богоявленского монастыря № 838, XVI–XVII в. Моск. дух. Акад. № 332, 659 (Волоколамс.) XVI в. Москов. Епарх. Библиотеки № 25, XVI в. Москов. Публич. Музея № 1772, XVI–XVII в. Новг.-Софийск. № 1491, XVI в. Пискарева № 121, XVI–XVII в.; № 132, XVII; Румянцева № 154, 397, XVI в. № 160. Серг. Лавры № 629, 692, XVI в.; № 805, XVII в. Синод. М. № 55, № 84, 850, XVII в., Толст. отд. II. № 364, 2 прибав. отд. I, № 442, XVI в.; отд. II, № 493, XVII в.; Ундольского № 317, XVI в. Царского № 201, 385, XVI в., № 133, XVII в. Чудовск. № 21/323, XVI в. Сказание о чудесах № 91, XVII в. Повесть о построении Благовещ. Монастыря – напечатана в Памятниках Старин. Литературы I, 258. Уже Карамзин (2 т. 414) заметил несправедливость повести – о том, «будто Иоанн еще до поступления на кафедру построил камен. Благовещ. храм при помощи чудесно доставшагося золота» (см. Четьи Минеи св. Димитрия, сент. 7-го, л. 74). Бог не расточает чудес без нужды; а Новгород. кафедра имела средства строить храмы и обители (Новгор. кафедра 37–40, СПб. 1851 г. Беляев, Рассказы из Рус. истории 2, 126–127). Летопись указывает год постройки Благовещ. храма. Равно принимать в значение истории повесть о путешествии св. Иоанна на бесе в Иерусалим значит выдавать за историю народные толки, ни на чем не основанные. (Филарет, Рус. Свят., изд. Тузова, сент. 35 стр.). К сожалению, в народн. (лубочных) изданиях житие св. Иоанна выпускается в свет нередко с изображением на обложке св. Иоанна едущим на бесе, без клобука и с растрепанными волосами, что производит неприятное впечатление и не без соблазна для простод. читателей. Сказание это приписывают Василию, написавшему службу св. Иоанну (Румянц. Музей, № 397; Филарета, Обзор Рус. лит. § 90). Собрание Лет. III, 13, 15, 180, 215, 239 и др.; IV, 11; VII, 89; IX, 241. Степен. кн. I, 302–305. Макария, Новгор. Древн. I, 71–72. Сахаров II, СПб. 1849 г. Филарет, Рус. святые, сент. 13–25 стр. Духовн. Вест. 1863 г. (Правила св. Иоанна) издание Невоструева; Филарета, История Рус. Церкви; Макария Архиеп. Литов., Истор. Рус. Церкви. Муравьева, Жития рус. свят. 7 сент. История Рос. иерархии IV, 310. Словарь о рус. святых. Барсукова, Источн. агиографии, 247–351. Архим. Сергия, Агиология Востока, под 7 сент. Протопопова Д. Жития св., сент. 110–117.

Макарий из фамилии Токаревских родился в XVI веке в г. Овруче Волынской епархии от благочестивых родителей, которые воспитали его по правилам православной церкви. Он с молодых лет любил молиться и трудиться, часто посещал церковь и нередко определялся в услужение к духовным лицам, с тем чтобы научиться у них духовному житию и сохранить православную веру, так как в то время последователи папы сильно притесняли православных; мирская суета опротивела ему и Макарий, оставив родительский дом, поступил в Овручский монастырь. Здесь молитва и изучение святоотеческих творений были любимыми его занятиями; и поныне в Переяславском соборе хранится книга творений св. Иоанна Златоустого с подписью преподобного Макария. За высокую христианскую жизнь и безусловное послушание он вскоре посвящен был в иеродиакона, а за тем в иеромонаха, а в 1657 г. был избран настоятелем Овручского монастыря и в продолжение 16 лет настоятельства он много вытерпел бед и неприятностей от католиков. Они не раз нападали на монастырь, грабили церковное имущество, наносили всякого рода оскорбления защитнику православия – Макарию. Кроме ляхов на монастырь нападали татары. Однажды эти хищники окружили обитель с намерением разрушить ее; произведя грабежи в окрестностях, татары держали в осаде затворившуюся обитель, так что иноки не могли выйти ни за водою, ни за хлебом. Преподобный Макарий, по молитве с братиею, положил выйти на татар с духовным оружием; собор иноков с иконами и хоругвями вышел за монастырские ворота. Татары до того были испуганы тем, что бросились бежать и рассеялись, оставив даже всех больных своих под стенами обители. Это чудное избавление обители исполнило сердца иноков благодарною радостью и одушевило твердостью. После того латиняне вместе с униатами пришли толпою в монастырь и вызывали настоятеля или на унию, или на состязание о вере. Макарий отвечал: «какое возможно общение для нас с вами? Вы оставили правила вселенских соборов, приняли предания лжи и вместо того, чтобы быть под главою Христом Господом, преклонились пред властителем земным». Когда противники говорили, что у них вера христианская, преподобный Макарий отвечал: «покажите же мне вашу веру в делах. Христианския ли дела ваши когда убиваете людей, истребляете заведения, воспитывающия христианское благочестие? О, воздаст вам Господь судом своим за ваши дела!» Скоро после того ляхи, наущаемые иезуитами, разорили обитель Макария вместе с г. Овручем, и иноки обители рассеялись по разным местам. Преподобный Макарий отправился в Киевскую Лавру, а оттуда назначен настоятелем монастыря в г. Каневе Киевской епархии. В 1678 г. татары, союзники Юрия Хмельницкого, подошли к казацкому г. Каневу и 4 сентября опустошили его. Жители в большом числе собрались и заперлись в старинном благоустроенном монастыре. Татары окружили монастырь и старались вызвать каневцев из обители, но это им не удалось; тогда они сломали монастырские ворота, ворвались в обитель и схватили св. Макария, стоявшего у ворот с крестом. Они начали бить его чем попало и ругаться над святынею. Находившиеся в обители попрятались в погребах и кладовых, а большинство из них заперлось в храме. Преподобный Макарий просил татар – пощадить заключившихся в храме, но они вытащили Макария за монастырь и продолжали беспощадно бить его, вынуждая указать, где спрятано монастырское имущество; на это преподобный отвечал: «мои сокровища на небе, – я не собирал и не прятал ничего». После сего татары подвергли его разным истязаниям: били его палками по лицу и в грудь, железными орудиями ломали руки и ноги, затем привязали его к двум столбам, стали сдирать с него кожу и – кончили тем, что отрубили голову; по убиении Макария татары зажгли храм и дымом уморили всех скрывшихся в нем. По уходе татар из Канева, православные нашли тело преподобного Макария в храме во власянице, с крестом на персях и с крестом в руке и с честью похоронили в том же храме под жертвенником. При возобновлении монастырского храма тело святого было обретено нетленным и от мощей его последовали исцеления больных и иноки перенесли св. мощи (для большей безопасности от врагов православия и татар) в полковую Воскресенскую церковь; когда же Переяславский епископ Захария Корнилович, с дозволения Императора Петра I-го, построил кафедральную Михайловскую обитель, то св. мощи в 1713 г. были перенесены в монастырский храм; по закрытии же Переяславского монастыря в 1786 г., мощи его поставлены в Вознесенском соборе, где и поныне находятся.

Описание жития преп. Макария, 1863 г. Истор. словарь о рус. святых. Филарет, Рус. святые, сент. 26–34. Волын. Еп. Вед. 1870 г. № 6. Волын. патерик прот. А. Хойнацкого. Максимович, Собр. сочинений II, 316. Житие преп. Макария, написанное Еписк. Захариею. Филарет, Обзор дух. литер., 298 стр. Барсуков, Источники агиографии 339 стр. Протопопов Д. М. 1855 г. 117–120. Дестунис С. СПб. 1886, 47–50 стр. Муравьев, Жития рус. свят. 7 сент. История Рос. иерархии III, 595. В Черниг. Еп. Вед. 1863 г. письма Лазаря Барановича к св. Макарию. Архим. Сергий, Агиология Востока, 7 сент.

Прохор (в схиме Трифон) в 1311 г. из игуменов Спасо-Ярославского монастыря возведен в сан Ростовского епископа, по смерти епископа Симона; в 1314 г. при обозрении епархии им (Прохором) чудесно был найден образ Толгской Божией Матери (см. 8 августа); на месте обретения иконы основан Толгский монастырь (в 8 верстах от г. Ярославля). После 15-летнего управления, св. Прохор скончался 7 сентября 1328 г. и погребен за алтарем Преображенской церкви в Спасском Ярославском монастыре. Он чтится местно, как святой, хотя неканонизован (Арх. Сергия, Агиология Востока III, пр. 3, стр. 67). В «Книге о святых» сказано: «св. Прохор, епископ Ростовский» (Савваитова, ркп. л. II). Св. Прохором было написано житие св. Московского митрополита Петра, при погребении коего он участвовал. В «Иконописном подлиннике» под 7 сентября: «Иже во святых отец наш Прохор, архиепископ Ростовский, новый чудотворец; подобием рус, брада, аки Богословля, ризы святительския, с омофором, в руках Евангелие».

Филимонов, 31 стр. Макарий архиеп.. История русск. церкви IV т. 308. Строев, Списки епископов, 330; Барсуков, Источники агиографии 865 стр. Архим. Сергий – Агиология Востока т. III. п. 3. 67 стр. А Титов, Описание Вел. Ростов. 115 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь» 160 стр. Дебольского, Дни богослужения I ч. 165 стр.

Житель г. Юрьева (Дерпта), сын православных родителей (но были ли они коренные жители Юрьева, или русские переселенцы, а также кто по своему званию – неизвестно). Серапион был прихожанином Юрьевской церкви св. Николая и великомуч. Георгия, существовавшей до XVI в. Преобладание латинства в Юрьеве и притеснения со стороны католического духовенства были причиною, что Серапион вынужден был в 1426 г. оставив Юрьев (от этих притеснений переселился и пресв. Иона – см. 29 марта, а пресв. Исидор потерпел мучен. кончину 8 января) и переселился во Псков, где сделался сожителем препод. Евфросина – на р. Толве, в 28 верстах от Пскова. Поселившись в пустыне, Серапион, по благословению пр. Евфросина, по примеру его начал жить по-скитски, но пробыв некоторое время у преп. Евфросина, он вздумал, без его благословения, строить себе келию на другом берегу р. Толвы, но, наученный несчастием (чрез поруб топором ноги), остался навсегда его послушником и в то же время принял постриг великой схимы. Серапион был первым помощником Евфросину и в устройстве обители, в учреждении общежития, во всех трудах по устроению пустыни и в деле духовного подвижничества (а также по постройке храмов – каменного в честь 3-х святителей и деревянного в честь преп. Онуфрия). Изнуренный подвигами и трудами, Серапион однажды тяжко заболел и 20 дней лежал больным, но явившийся ему преп. Онуфрий исцелил его. Владея латышским и чухонским языками, Серапион во всю жизнь свою заботился о поддержании в них духа православной веры. Он державшихся православия укреплял своими назиданиями, а совратившихся в латинство или протестантство старался возвращать в православную церковь, что, при помощи Божией, и удавалось ему. В последние годы Серапион прославился даром исцелений (латыша Антония исцелил от застарелых злокачественных ран на ногах). Подвигами самоотвержения Серапион достиг даже прозорливости: в 1479 г., стоя пред чудотворной (Цареградской) иконою Божией Матери, прозрел о нападении Ливонцев на Псков (что и было в 1480 г.), но немцы вынуждены были оставить осаду Пскова и, не причинив вреда Евфросиновой обители, ушли. Преподобный Серапион скончался 90 лет, 8 сентября 1480 г.

Память его бывает 7 сент. (на кануне Р. Б-цы) и 15 мая. Есть рукописн. служба (Архим. Тихон, Странник, июнь 1874 г.).

В 1862 г. в Великом Новгороде, на кануне празднования тысячелетия России – 7 сентября, совершено было переложение мощей св. князя Владимира (см. о нем 4 октября). Заблаговременно была изготовлена в С.-Петербурге (г. Верховцевым) рака из чистого серебра (весом 4 пуда 30 фунтов). На сей раке с главной стороны (обращенной к прикладывающемуся народу) изображено заложение Новгородского Софийского собора; на противоположной – встреча св. Владимира по возвращении из похода против греков; на прочих двух сторонах с правой – ангелы и надпись, а с левой – кончина его матери, св. Анны (см. 4 октября). После всенощного бдения (под 7 сентября) эта рака поставлена была в Софийском соборе против царских врат за амвоном и близ нее была поставлена рака (старинная), в коей почивали нетленные мощи св. Владимира; в изголовьях этих рак на аналогиях – положены две малинового бархата подушки, на одной из них находилась шапочка св. князя. В 10 часу 7 сентября в Софийском соборе, во время благовеста, было совершено освящение воды; за тем – облачение митрополита (Исидора); в это время начался крестный ход из Знаменского собора. При приближении этого хода, митрополит вышел из собора на встречу ему и вместе с крестным ходом вошел (снова) в Софийский собор и – началось торжество переложения мощей св. Владимира: при пении тропаря св. князю, духовенство, приблизившись к (старинной) раке, вынуло тело св. Владимира и положило его в новую раку, а за тем подняв (новую) раку с мощами на рамена, совершило крестный ход вокруг церкви, во главе с митрополитом, при пении молебна св. Владимиру, при чем производился колокольный звон в соборе и др. церквах. По окончании крестного хода рака с мощами была внесена в собор и была поставлена по прежнему среди церкви, а за тем, по окончании литургии, при пении величания св. Владимиру, была отнесена на то место, где и прежде находились св. мощи.

Духовн. Беседа 1862 года 20 октября. Сын Отечества № 217 1862 года.

Предпразднеством называется день, с которого св. церковь начинает песнопениями подготовлять нас к достойной встрече самого праздника. Предпразднества в ветхом завете, по божественному установлению, служили приготовлением народа Божия к самому празднику (1Макк.10:34; Ин.11:55) и приняты Православною церковью отчасти из подражания самому И. Христу, по повелению Которого ученики Его предварительно уготовали Пасху (Мф.26:19.).

В Назарете – Галилейском городе – жила Богом благословенная чета – Иоаким и Анна. Иоаким происходил из колена Иудова и имел своим родоначальником Давида царя, а Анна была младшая дочь священника Матфана, от племени Ааронова⁶. Святая чета жила в изобилии, потому что Иоаким был человек богатый и, подобно праотцам израильского народа, имел много стад; но не богатство, а высокое благочестие отличало эту чету между другими. Чистотой и святостью жизни они превосходили всех чаявших утехи Израилевой. Но, ведя жизнь по духу закона Божия, праведные и благочестивые супруги были не вполне счастливыми; неплодство Анны грустно отзывалось в их семейных отношениях и было причиною их печали. Много и усердно молились супруги, чтобы Господь даровал им детей, но прошло 50 лет их брачной жизни, а неплодство Анны не разрешалось. Это общее всем праведникам Ветхого Завета неудовлетворяемое желание скорейшего пришествия в мир Мессии и, вместе с тем, грустное убеждение в безучастии своем в общих целях и надеждах народа – причиняли Иоакиму и Анне тем сильнейшую скорбь, что они приближались к глубокой старости. По религиозным чувствам, по тягости народного мнения, по сиротству их тёплого сердца это горе было велико и тяжело для них и – при всей кротости и преданности воле Божией – святые супруги не могли не огорчаться тем пренебрежением, какое нередко приходилось терпеть от соотечественников за свое бесплодие. После одного публичного оскорбления в праздник Кущей, Иоаким сильно опечалился и из храма отправился в дальнюю пустыню, в горы, где паслись его стада, и здесь сорок дней провел он в строгом посте и молитве к Богу. «Не вкушу пищи, говорил он, и не возвращуся в дом мой! Молитва и слезы будут мне пищей, а пустыня домом, до тех пор, пока услышит и посетит меня Господь Бог Израилев. Боже отцев моих! дай плод моему супружеству, чтобы я хотя в преклонных летах мог назваться отцем, и не быть от Тебя, Господа моего, отверженным» (Чет. Мин. 9 сент.). Узнав об оскорблении мужа и удалении его в пустыню, благочестивая Анна предалась неутешной скорби. Считая себя главною виновницею постигшего их горя, она, во все время разлуки с мужем, почти не осушала глаз и не вкушала пищи и, подобно матери Самуила, в томительной тоске молила Бога о разрешении ее неплодства (подробнее см. Чети Минеи 9 сент.). Молитва благочестивых супругов была услышана Богом. Небесный вестник возвестил Анне, что молитва ее услышана: ты зачнешь и родишь дщерь благословенную, выше всех дщерей земных! Ради Ея благословятся все роды земные, Ею дастся спасение всему миру и наречется она Мариею⁷. Подобное благовестие получил и Иоаким в пустыни. Анна (9 дек.) зачала во чреве своем преблагословенную дщерь. По прошествии дней чревоношения благовестие Ангела исполнилось, и Св. Анна в 8-й день сентября родила дочь. Восторг родителей, освободившихся от поношения безчадства был не выразим, и в чувстве благодарности к Богу благочестивые родители дали торжественный обет посвятить свою дочь на служение Господу.

Праздник Рождества Пресвятой Богородицы есть великий, дванадесятый, нарочитый праздник. Празднуя Рождество Пресв. Девы, церковь прославляет высшую степень приближения Божества к благодатному единению с человечеством, в лице предизбранной Девы. Рождается Матерь Божия, и мир с Нею обновляется. Церковь в свое благолепие украшается (стихира на литии Р. Б.). «Настоящий праздник, говорит св. Андрей Критский, есть для нас начало праздников. Он служит дверию к благодати и истине. Ныне Создателю всего устроился одушевленный храм, и тварь уготовляется в новое Божественное жилище Творцу». «День Рождества Богородицы, говорит св. Иоанн Дамаскин, есть праздник всемирной радости, потому что Богородицею весь род человеческий обновился и печаль праматери Евы пременилась в радость! Высокое значение события Рождества Пресв. Девы выражено церковью в тропаре празднику: Рождество Твое, Богородице Дево, радость возвести всей вселенной: из тебя бо возсия солнце правды Христос, Бог наш, и разрушив клятву, даде благословение; и упразднив смерть, дарова нам живот вечный.

Праздник Рождества Пресвятой Богородицы установлен не позже 4-го века. Древнейшее свидетельство о праздновании Рождества Богородицы находится в 418 правиле Номоканона, заимствованного у отцов Неокесарийского собора (315 г.) В 4 веке благочестивая царица Елена, основываясь на палестинских преданиях, соорудила храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы (Путеш. по св. местам в 1835 г. ч. 1-я гл. XVII). В 4 в. на праздник Рождества Пресвятой Девы многие отцы церкви говорили слова, так напр. св. И. Златоуст, св. Епифаний, Амвросий Медиоланский, блаж. Августин; в 5 в. о празднике Рождества Пресвятой Богородицы упоминается в служебнике папы Геласия; Анатолий, Константинопольский Патриарх (5 в.), написал на этот праздник некоторые стихиры и доселе поемые Церковью. В 6 веке о празднике Рождества Пресвятой Девы упоминают – св. Григорий Двоеслов и Стефан Святоградский; в 7 веке св. Андрей Критский, Иоанн Дамаскин и Герман, Константинопольский Патриарх; в 9 веке св. Иосиф Студит в честь Рождества Пресвятой Богородицы составил много песнопений, коими и доселе Церковь прославляет это славное событие.

Праздник Рождества Пресвятой Богородицы принадлежит к числу дванадесятых; имеет предпразднество – 7 сентября, и четыре дня попразднества; так как 14 сентября полагается празднование Воздвижению Честного Креста, отдание праздника бывает 12 сентября – На всенощном читаются паремии: 1-я (Быт.28:10–17 – о лествице, виденной Иаковом); 2-я (Иез.43:27, 44:1–4 – о затворенных вратах храма); 3-я (Притч.9:1–11 о премудрости, создавшей себе дом). На всенощном бдении и на литургии Евангелие – обычное в праздники Богородицы, а именно на всенощном Лк.1:39–56 – о посещении св. Девою Елисаветы, а на Литургии – Лк.10:38–42 – о посещении Спасителем Марфы и Марии. Апостол читается из послания к Филиппийцам (Флп.2:5–11).

***

В Константинополе 8 сентября ежегодно греческие Императоры являлись к литургии на храмовой праздник в обитель Липса, посвященную Рождеству Пресвятой Девы. Обитель эта была построена Константином Липсом при Императоре Константине Багрянородном (911–959). Здесь были погребены Патриарх Фотий (по другим сведениям, он погребен на ост. Халки в Троицком монастыре, где высшее богословское училище), царица Анна (по происхождению русская), супруга Императора Иоанна Палеолога († 1383), Ирина, супруга Императора Андроника Младшего († 1382), (Путевод. по Константин. 44 стр.).

В Евангелии (Лк.1:32; Ин.7:42) есть непрямое указание на происхождение Пресвятой Девы от царского рода Давидова; несколько яснее у апостола Павла (Рим.1:3; 2Тим.2:8; Евр.7:14). Но древнейшие Отцы церкви определенно говорят, что Мария была из рода и племени Давида. Так св. Игнатий Богоносец, в послании к Ефесянам § 18, пишет: «Сын Божий, по строению Божию, родился от Марии, от семени Давидова, по наитию Святаго Духа» (Patrolog. Curs. complet. tom. LXXXIII col. 752). Св. мученик Иустин философ называет Пресвятую Деву происходящую «от рода Давидова» (Dial. c. Tryph 45), или просто «от Давида» (Ibid. 100); Св. Иоанн Златоуст также доказывает, что Пресвятая Дева происходила из рода Давидова: «из предшествующаго видно, – говорит он – что Дева была из рода Давидова» (Беседа II на Еванг. Матф.; см. Patrol. Curs. compl. tom. VII pars I. col. 28). В службах Православной церкви 8 и 9 сентября есть много указаний на то, что Пресвятая Дева происходила от рода Давидова; напр. «от корене Иессеева и от чресл Давидовых Богоотроковица Мариам» (8 сент. 2 седал. на каф.; 9 сент. кан. 2 п. 7 троп. 1); «из корене Давидова прозябла еси пророческаго, Дево, и Богоотеческаго, но и Давида яко воистину Ты прославила еси, яко рождши пророчествованнаго Господа славы» (Октоиха глас. 1, недел. кан. 3 п. 9 ирмос). Из родословной таблицы (Мф.1:6–16) видно, что и обрученник Пресвятой Девы Иосиф происходил также от рода Давидова. Таким образом Мария и Иосиф были потомками Давида – только в разных линиях; и многие ученые толкователи св. Писания, признавая родословную Матф. 1 гл. бесспорно Иосифовою, почитают родословную Лк.3:23–38 – Марииною, так что восходящее родство обоих может быть изображено в следующем виде:

Если в родословной Евангелиста Луки (Лк.3:23) вместо имени Марии поставлено Иосифово, то не произошло ли это потому, что вообще у Израильтян в родословные таблицы входили имена только мужеского рода? (Biblisch. Wörterbuch, Winer, II, 517). Имя «Илий», по еврейскому правописанию «Ели», так что разность произношения зависит от постановки таких или других гласных знаков; с другой стороны «Ели» есть сокращение «Елиаким» или – что тоже – «Иоаким» (Calmet, Comment. in N. T. edit. 1787. tom. II. pars. II. pag. 53. in Luc. 3, 23). Таким способом стараются согласить родословия Матфея и Луки западные, и притом католические, толкователи (Liebermann. Instit. theolog. ed. 1853. Mogunt. tom. I pag. 104). Впрочем не все толкователи считают таблицу Евангелиста Луки родословною Марии; и такие иначе объясняют разности, встречающиеся в обеих таблицах Матфея и Луки. Самое распространенное мнение в последнем случае то, что Иосиф, обрученник Пресвятой Девы, был по природе сын Иакова (от вдовы Илия), а по закону ужичества (Втор.25:5:6) – сын Илия, умершего бездетным (Евсевий, Церк. ист. кн. I. гл. 7, в русск. перев. Спб. 1858 г. том. I стр. 28–30. Св. Андрей Критский, Слово III на Рожд. Богор. Patrolog. tom. XCVII col. 852. Св. Иоанн Дамаскин, Oper. Paris. 1619. Orat. III. de nativ. Mariae, pag. 575. 576. De fid orth. IV. 14). Св. Иоанн Златоуст, говоря, что у евреев «нельзя было брать жену не только из другаго колена, но даже из другой фамилии, т.е. другаго родства», и что «Иосиф, происходя из дома и фамилии Давида, взял жену не иначе как из родства своего», – показывает, что родословие Евангелиста Матфея, проводя предков Иосифа, вместе с тем имеет отношение и к Деве Марии, «для того, чтобы мы знали – говорит св. отец – кто Мария и откуда родом... (евангелист) составил родословие обрученника Ея и объяснил, что он из рода Давидова; из этого самаго видно, что и Дева произошла оттуда же: потому что праведный муж не хотел взять жену отъинуда» (Patrolog. Curs. compl. tom. LVII p. I. col. 28.). Почему же Евангелист не излагает прямо родословия Пресвятой Девы, на это св. отец отвечает, что «у иудеев не было обыкновения составлять родословия жен». Св. Андрей Критский, в своих словах, пространно доказывает, что Пресвятая Дева происходила из рода Давидова (см. Слова II и III. на Рожд. Богородицы. Patrolog. tom. XCVII. col. 820–861). Замечательно соображение, представленное св. Иоанном Дамаскиным в «Изложении православной веры» (кн. IV. гл. 14), для соглашения обоих родословий. Он так выводит род Пресвятой Девы и показывает соотношение его к роду Иосифа (в списке Евангелий, бывшем в руках св. отца, Левий помещен прежде Мелхия, а Матфат совсем опущен).

Эта таблица представляет в лице Иосифа соединение линий Соломона и Нафана, а также и происхождение Пресвятой Девы от того же рода Давидова по линии Нафана. У св. Андрея Критского говорится о Панфире и Варпанфире, отце Иоакима, из чего можно заключать, что оба св. отцы заимствовали имена ближайших предков Богоматери из древнего предания (Слово на Обрез. Господ. Patrol. tom. XCVII. col. 916).

(Земная жизнь Пресв. Богородицы, Афон. издание, прим. 21–25 стр).

В Греческой церкви еще с IV века начали посвящать храмы И. Христу и Божией Матери не только в память священных событий из их земной жизни, но и в прославление Божественных свойств Богочеловека и высоких добродетелей Пресв. Девы, а отсюда произошел обычай посвящать (сначала на востоке) храмы в честь Спасителя, как Источника небесной мудрости – Софии (Σοφίας), как Подателя Благодатного, высшего мира – Ирины (Εἰρήνη), как Вседержителя – Пантократора (Παντοϰράτωρ) и т. под. Равно и храмы Божией Матери посвящались в честь Ее высоких добродетелей, вследствие чего у греков храмы, посвященные Божией Матери, носили наименования – Благословенной (Εὐλογημένη) – монастырь в Константинополе, основанный Ириною, супругою Императора Алексея Комнина, – Пренепорочной (Παναχράντου) – мужской монастырь в Константинополе, – Всеблаженной (Παμμαϰαρίου) – патриаршая кафедра в Константинополе названа была так, устроенная уже по взятии турками Царьграда, – Благотворительницы (Εὐεργετίδης⁸) – храм в Константинополе, – Всецарицы (Πανβασιλεος⁹) – тоже храм в Константинополе, и другие.

В русской церкви, устроившейся по образцам греческой, но еще не вполне усвоившей отвлеченные, христианские истины, посвящались храмы – не отвлеченным идеям и свойствам Божества, или добродетелям Пресв. Девы, а собственно лицам, вследствие чего не было в старину храмов, носивших наименования Вседержителя, Всеблаженной и т.п.; исключением из сего служит только посвящение соборов (в Киеве, Новгороде и др. городах) – одной только Софии – не св. мученице, а Божественной Ипостасной Премудрости Божией, Христу Спасителю, воплотившемуся от Преблагословенной и Пренепорочной Деве Марии (Впрочем в недавнее время стали и в России посвящать храмы преимущественно Божией Матери не только в воспоминание событий из земной Ее жизни, но и в честь Ее особенных свойств, как Матери Божией – Скорбящих Радости, Утоления (утешения печальных), Взыскания погибших и т.д.).

Как в Греческой империи имя св. Софии неразрывно было связано с судьбой восточной Римской империи с 4-го века и до самого падения Константинополя (в XV в.), так и у нас в России имя св. Софии было дорого для наших предков. Именем ее они нарекли два древнейших соборных храма в двух древнейших столицах земли русской – Киеве и Новгороде. Как в Константинополе вокруг храма св. Софии сосредоточивалась государственная жизнь некогда могущественной и славной империи; таково же было значение св. Софии для киевлян и новгородцев. Во всех своих общественных и церковных делах русские обращались в храмы св. Софии за благословением. В Константинопольском храме св. Софии предки наши – послы князя Владимира познали превосходство восточного православия пред католичеством, магометанством и иудейством и – это без сомнения послужило в. кн. Ярославу Мудрому устроить величественный соборный в Киеве храм в честь св. Софии.

Под Софиею – Премудростию, создавшею себе дом, как в Ветхом (Притч.9:1–4), так и в Новом (Лк.11:49; Мф.23:34; 1Кор.1:23) завете, по толкованию св. отцов: Игнатия Богон. (посл. к Смирнянам), Амвросия Медиоланского (1 кн. о вере, гл. 16), Афанасия Великого (против Ариан, гл. 6), Августина (De civ. Dei, XVII т., с. 20) и других, разумеется Второе Лице св. Троицы, Сын Божий, Ипостасная Премудрость.

Пророчественное изображение воплощенной Премудрости (по греч. Софии) – Сына Божия послужило основанием для иконописных изображений ее. Многочисленные списки этих изображений имеют своим первообразом преимущественно или Киевскую, или Новгородскую (о последней см. под 15 числом августа).

Киевское изображение св. Софии: Пресв. Дева, под сенью на семи столпах, стоит на амвоне о семи ступенях; на груди Божией Матери на воскрилии передней части ее Спаситель в хитоне с золотою хламидою чрез левое плечо, правою рукою благословляющий, а в левой – держащий шаровидную державу. По карнизу сени по-гречески написаны слова: «Премудрость созда себе дом и утверди столпов седьм». Вверху над сенью изображен в лучах и наклонившийся Бог – Отец, от уст которого по лучам в правую сторону написано: «Аз утвердих», а по левую: «стопы ея» (Пс.74:4). Пониже Бога-Отца, над верхом сени в светозарных облаках св. Дух окружен светлыми лучами и некоторые из них касаются главы Богоматери. По обеим сторонам Бога-Отца над сенью же семь ангелов, – с правой стороны: Михаил с пламенным мечем, Уриил с молнией, вниз пущенною, Рафаил с алавастром мира; с левой: Гавриил с цветоч. лилией, Салафиил с четками, Иегудиил с царским венцем и Варахиил с букетом цветов. Пред Божией Материю на ступенях амвона стоят праотцы и пророки: с правой стороны: Моисей с скрижалями (на которых начертаны слова: «радуйся, скрижали Божия, в ней же перстом Отчим написася Слово Божие»), Аарон в первосвященническом облачении и с процветшим жезлом и Давид в царском венце и мантии держит ковчег завета; с левой стороны: прор. Исаия с хартией, на которой написано: «Се Дева во чреве приимет и родит Сына и нарекут имя Ему Еммануил»; прор. Иеремия с свитком, Даниил с камнем в руках, Иезекииль с вратами. – На ступенях снизу написано на первой: вера (по сторонам этого слова: «семью восходов восхождение ея»), – на второй – надежда, на 3 – любовь, на 4 – чистота, на 5 – смирение, на 6 – благость, на 7 под ногами Богоматери слава. На всех седми столпах сени под капителями эмблемы в кругах, на правой стороне: на первом столпе книга с семью печатями, на 2 – седмисвещник, на 3 – семь очес; на левой стороне: на первом столпе семь трубных рогов, на 2 – рука, окруженная семью звездами; на 3 – семь огненных курильниц и на 4 – пук огненных молний. – Эта икона изображает Сына Божия, воплотившегося по воле Отца от св. Духа и Девы Марии и устрояюшего свою церковь на земле, что было предметом веры и упования ветхозав. праотцов и пророков. Хотя на иконе св. Софии, по-видимому, главное место занимает не Сын Божий, а Божия Матерь; но Богоматерь не есть главный предмет изображения; на ее лоне изображен Богомладенец благословляющий, – Он то и есть София.

Об иконе Св. Софии – Премудрости Божией см. Дни Богосл. Дебольского, кн. 1 стр. Опис Киево-Соф. собора, М. Евгения стр. 22; Руков. для сел. паст. 1877 г. № 7; Душеп. чт. 1861 г. т. 3, 208–223. Воскр. чт. 1849 г. № 20; Древн. русск. народ. лит. и иск. Буслаева т. 2, стр. 197–294; Дух. бес. 1867 г. т. 3, стр. 85–86; Странник 1869 г. т. 1, стр. 103–112; Тул. Еп. Вед. 1877 г. № 5.

Хотя этой иконе нет определенного дня для празднования ей, но так как она с древн. времен находится в Киево-Софийском храме и привлекает к себе множество богомольцев, то и приличнее всего в храмовой праздник собора упомянуть об этой величайшей святыне земли Русской. Находится она в главном алтаре Киево-Софийского собора под сводом над горним местом. Св. Дева изображена на золотом мозаическом поле, стоящею на четвероугольном камне с воздетыми горе руками. Вот как описывает эту икону А.Н. Муравьев: «Рост Ея (Пресв. Девы) исполинский, как и все дела Ея на святой Руси; она стоит на золотом камне, в незыблемое основание всех, притекающих к ея защите; небеснаго цвета ея хитон, червленный пояс, и на нем висит лентион, которым она отирает столько слез; лазуревые поручи на воздетых к небу руках; золотое покрывало спускается с ея головы и перевешено в виде омофора на левое плечо, как знамение ея покрова, ширшаго облак, по гласу церковных песней; светлая звезда горит на челе Богоматери и две звезды на раменах; ибо Она, Сама Мати незаходимаго света, была для нас зарею незаходимаго солнца». (Путешествие к св. мест. Русск. Киев 1844 г.58:59).

Эта святая икона, получившая между богомольцами за дивную свою долговечность (не смотря на неоднократное разорение Софийского собора) наименование Нерушимой Стены, производит на всякого входящего в собор с западных входных дверей – своею колоссальностью и величием изображения сильное, неотразимое впечатление. По своему высокому положению над горним местом, почти на своде алтаря и по своим громадным размерам, достигающим 7 аршин высоты, икона эта господствует не только над алтарем, но и над всем храмом, и видна почти со всех главных пунктов его. (Киев теперь и прежде, издание 1888 г., 186 стр.).

В Почаевской Успенской Лавре (Волынской епархии) совершается празднество чудотв. иконе Божией Матери Почаевской. Эта икона была принесена греческим Митрополитом (по всей вероятности, из славянских стран) Неофитом в Россию в 1559 г. и подарена православной помещице, жившей близ Почаевской горы, Анне Гойской в благодарность за ее гостеприимство; впоследствии, по случаю разных знамений и чудес, бывших от иконы, из дома Гойских она в 1597 г. отдана была в Почаевский монастырь «на вечное хранение». «Образ Почаевский, сказано в одном древнем описании, писан рукою русскою», что, между прочим видно из того, что все надписи, сохранившиеся на этой иконе, написаны славянскими буквами и на славянском языке (Пресл. Почаев. гора, 1807 г.). Изображение Почаев. иконы: Пресв. Дева с Богомладенцем в коронах, вокруг Богоматери на полях образа семь миниатюрных изображений святых, а именно с правой стороны: пр. Илии и великомуч. Мины, с левой: первомучен. Стефана и препод. Авраамия, внизу иконы: св. Екатерины, Параскевы и и муч. Ирины». К этой иконе, как прославленной многочисленными и поразительными чудотворениями, с давних пор прибегают с мольбой не только православные, но и католики; многие из чудес, особенно относящихся к охранению Почаевского монастыря от врагов веры и отечества, и доселе сохраняются в народной памяти; на Волыни, в Галиции и Украине старцы (нищие и калеки) воспевают в народных стихах Почаевскую Божию Матерь. В 1773 г. Римский папа Климент XIV, побуждаемый силою и величием чудес, прислал к Почаеву золотые диадемы (или короны) для торжественного венчания чудотворной иконы, вследствие чего, по установлениям западной церкви, она сделалась общею святынею всего римско-католического мира. – Чудотворной Почаевской иконе составлена особая служба, есть печатный акафист. Пред сею иконою, в благодарственное воспоминание победы русских при явном покровительстве Матери Божией в XVIII в. над татарами и турками, по средам еженедельно читается акафист.

О Почаев. чудотвор. иконе см. Историч. сказание о св. чудотв. иконе Почаевской, свящ. А. Хойнацкого, 1877 г. Преслав. Почаев. гора, 1807 г.; Почаев. гора, 1803 г.; Путеводитель по Почаев. горе, 1876 г. Благодат. святыни Почаев. горы; Волын. Еп. Вед. 1876 и 1877 г. Песни в честь Почаев. иконы Бож. Матери см. у Бессонова. Описание торжеств. коронования чудотв. иконы см. Волын. Еп. Вед. 1870 г. № 20. Дни богослуж. Дебол. кн. I, 109 стр.

Икона Божией Матери, находящаяся в соборном храме г. Холма (Холмско-Варшавской епархии), по преданию, вывезена равноапостольным великим князем Владимиром из Греции, как приданое (вено) за греческою царевною Анною (супругою св. князя). По благочестивому верованию православных эта икона написана Евангелистом Лукою. Лик Богоматери темноватый, серьезный, возбуждающий к Ней высокое благоговение, а вместе с тем и притрепетный страх. Величина иконы в высоту 1 ¼ аршина, а в ширину около аршина. Изображение написано на холсте, наклеенном на кипарисных досках (три вместе склеенных). Эта икона с отдаленных времен пользовалась в Холмщине глубоким уважением, – каковым пользуется и доныне. К сей иконе бывает громадное стечение богомольцев, особенно к празднику Рождества Пресвятой Богородицы, как престольному празднику в Холмском соборе, где она находится в иконостасе. От сей иконы истекают многочисленные чудеса также с давних времен; еще иезуит Суша в 1613 г. в своем «Фениксе» описал более 700 чудес. Папа Климент XII (в 1765 г.), по просьбе католического духовенства и польской шляхты, прислал на сию икону две короны. На иконе всегда бывало много драгоценных камней и золотых привесов, что и было причиною неоднократного покушения грабителей на похищение оных. Недавно при Холмском соборе учреждено Холмско-Богородичное Братство для поддержания православия в пределах бывшего Польского царства. За пожертвования разрешается благотворителям право носить особые знаки, сему Братству ВЫСОЧАЙШЕ дарованные.

И. Холм и его древ. святыни, – Холмско-Варшав. Вестник 1882 г. Особою брошюрою издается описание сей св. иконы.

В нашествие Батыя Курск с его областью был разорен и пришел в совершенное запустение, зарос лесом, где блуждали дикие звери, потому жители г. Рыльска ходили туда на охоту. Один из жителей Рыльска, ходя в лесу на берегу р. Тускари, нашел при корне дерева икону, обращенную ликом к земле, поднял ее и оказалось, что это – образ Знамения Богоматери. На том месте, где лежала икона, тотчас же открылся источник воды. Это было 8 сентября 1295 года.

Когда слух об обретении иконы дошел до рыльского князя Василия Шемяки, он распорядился принести икону в Рыльск, где она благоговейно была встречена жителями, но князь, не присутствовавший при ее встрече, был поражен слепотой и прозрел только после раскаяния и моления пред св. иконою. В благодарность за исцеление он построил в Рыльске храм в честь Рождества Пресв. Богородицы.

Икона была поставлена в новосозданном храме, но не однократно находили ее на прежнем месте – в лесу при корне дерева. Жители Рыльска поставили на этом месте часовню и внесли в нее явленную икону, а для Богослужения в часовне определен был из Рыльска священник. В 1385 г. часовня была сожжена татарами, а икона рассечена пополам, но она опять явилась неповрежденною. Слава о сей иконе достигла до Москвы и в 1597 г., по желанию царя Феодора Иоанновича, она была принесена в Москву, где от щедрот царских, сделана была на нее богатая риза с драгоценными камнями; икона впоследствии была возвращена на место ее обретения и по усердию царя устроен был там монастырь в честь Рождества Пресвятой Богородицы. В то же время, по приказанию царя, стал населяться прежде опустевший г. Курск. Вследствие нашествия крымских татар икона была перенесена в Курск, а в обители оставлен был с нее список. При самозванце (Лжедмитрии I-м) икона была взята в Москву, где и находилась в царских палатах. Курские граждане в 1612 г., когда поляки осаждали их город, видели особенную помощь Богоматери, а потому неоднократно совершали крестные ходы вокруг города и дали обещание, если Господь поможет освободиться им от осады, построить среди города монастырь и перенести в него из Москвы чудотворную икону. Поляки скоро и с большою потерею отступили от Курска. Благодарные жители исполнили свой обет: они построили в Курске монастырь в честь иконы Знамения Божией Матери и, с разрешения царя Михаила Феодоровича, перенесли из Москвы чудотворную икону в Курский собор (в 1615 г.), а в 1618 г. икона была перенесена в новоустроенный монастырь, где она и доныне находится. В воспоминание перенесения иконы Богоматери из Москвы в Курск и первоначального ее обретения, ежегодно с 1618 г., после Пасхи, в пятницу 9-й недели, чудотворная икона переносится из Курска на место ее явления с крестным ходом, где она остается до 13 сентября. Стечение народа, сопровождающего крестный ход, бывает громадное: такому стечению народа обязана своим началом коренная ярмарка, некогда знаменитая, а ныне упавшая. Чудотворная икона от места ее обретения называется Коренною, а по месту ее нахождения Курскою.

История Рос. иерархии IV ч. 196–204, 604–646; Дебольского, Дни Богослуж. т. I, стр. 111. Описание рукоп. Румянц. Музея под № 364. Историч. известия о явленной Курск. Б. Матери, Джунковского, 1844. Истор. описание Корен. пустыни. Слава Божией Матери 3 ч. 70–74. Протопопов Д., Жития святых, сентябрь, 131–133. Жития святых Филарета (по изданию Тузова) под 8 сент. Полн. христ. месяцеслов, 1875 г. Киев.

Празднество этой иконе совершается в Харьков. Покров. монастыре, но местно она чтится во многих местах Харьков. епархии. Озерянскою икона эта названа по случаю первоначального явления ее в Озерянской, ныне упраздненной, пустыни (см. Опис. Хар. еп. ч. I стр. 260); по закрытии Озер. пустыни, чудотв. икона в 1787 г. была перенесена в Харьков. Покров. монастырь. Икона написана на холсте «кистию древняго малорос. художника»; на холсте приметны складки – следы путевого ее хранения; по всей вероятности, она кем-либо из гонимых унией принесена в Харьк. губернию из-за Днепра.

Об Озерянской иконе Божией Матери см. Преосв. Филарета, Опис. Харьк. еп. I кн. 59, 260–265.

Сямскою названа икона Рождества Пресв. Богородицы по месту явления в с. Отводном Сямской волости, недалека от Вологды. В 1524 г. лежавшему в расслаблении крестьянину Ивану Родионову во сне явилась Божия Матерь и повелела отыскать ее икону в Покров. церкви и у речки Крутца устроить монастырь в честь ее Рождества. Больной, по обретении иконы, выздоровел, а жители Сямской волости устроили обитель, в которой храмовою иконою поставлена явленная икона Рождества Пресв. Богородицы.

О Сямской иконе Божией Матери см. Ист. Рос. иерарх. ч. VI кн. I. Дни Богослужения, Дебольского, кн. I стр. 110.

В Думницком Рождество-Богородицком монастыре, близ г. Борзны (Черниг. епархии), совершается празднество чудотв. иконе Думницкой Божией Матери; в этот день бывает крестный ход из г. Борзны в монастырь в память чудесной помощи от иконы Божией Матери в избавлении города от чумы в 1771 году. Этой же иконе местно совершается празднество в 10-ю пятницу по пятидесятнице, учрежденное Феодосием Углицким, Чернигов. Епископом. Служба иконе та же, что и Владимирской (23 июня).

Об Думниц. иконе см. Опис. Черниг. еп. (Преосв. Филарета) ч. 3 стр. 239.

Недалеко от с. Исакова, Ярославской епархии, в январе 1659 г. явилась икона Рождества Пресв. Богородицы. На месте ее явления жителями с. Исакова была устроена часовня и при ней келия для монахов; затем в 1662 году воздвигнута была обитель, названная по селу Исаковскою; в камен. храме Рождества Пресвятой Богородицы в настоящее время находится св. икона (Обитель сия в 60 верстах от г. Пошехонья).

История Рос. иер. III ч., 303. Полн. христ. месяцеслов, Киев, 1875. Протопопов Д. Жития святых, сент. 127.

Преподобный Христофор, ученик Логгина (см. 10 февраля), с иконою Божией Матери Одигитрия в 1555 г., из любви к подвигам в уединении, поселился на реке Коряжемке Вологодской епархии, Сольвычегодского уезда, и здесь построил храм в честь Божией Матери – Одигитрии, а за тем при нем основалась обитель, прославившаяся чудесами от иконы, принесенной Христофором. Хотя эта обитель в 1764 г. обращена в приходскую церковь, но и доныне в нее ежегодно стекается множество богомольцев в девятую пятницу по Пасхе, 28 июля и 8 сентября для поклонения чудотворной иконе.

Истор. Рос. иер. ч. VI. 606. Слава Б. Матери 3 ч. 2 отд. 68.

***

В день Рождества Пресвятой Богородицы совершается крестный ход в Снетогорский монастырь (Святыни Пскова, Толстого, 25 стр. в прилож.).

На Волыни и в Подолии много посвящено храмов в честь Рождества Пресвятой Богородицы и в некоторых селениях и местечках в храмовой праздник Рождества Пресвятой Богородицы – ради находящихся в них благодатных, явленных и чудотворных икон, совершаются так называемые «отпусты» и бывает большое стечение богомольцев не только православных, но и католиков на поклонение свято чтимым иконам Божией Матери (во многих местах – благодатные иконы Божией Матери – копии с Почаевской, Холмской и др. икон, прославленных в юго-западном крае). Так на Волыни 8 сентября празднество совершается (или «отпусты») в м. Тихомле (на иконе множество привесок, как свидетельство чудесного исцеления пред иконою Божия Матери), в м. Межириче близ г. Острога, в Малом Радогоще, Межириче, Грохове, Острожского уезда, в Пашине и в Майкове Овручского уезда. Находящаяся в с. Майкове икона Божией Матери во время пожара, когда сгорела церковь в означенном селе, осталась не поврежденною. Есть благодатные иконы и в других местах Волынской епархии, коим «отпуст» совершается 8 сентября (см. Н. Теодорович, Историко-статистич. описание Волынской епархии 1 ч. 384; т. 2. 733, 772, 824, 841).

В Подольской епархии 8 сентября совершаются празднества («отпусты») ради благодатных икон Божией Матери в с. Торкове Брацлавского уезда и в соборе г. Проскурова (свято чтимая в этом городе икона Божией Матери, говорят, копия с Озерянской иконы Богоматери, см. выше).

В м. Изяславле в Минском уезде в Рождество-Богородичной церкви свято чтится местная икона Рождества Пресвятой Девы. Икона эта византийской живописи, весьма древняя, может быть оставшаяся от времен процветания православия в Изяславле. Это местечко весьма замечательное в историческом отношении. Это был город, куда в XI веке великий князь Владимир (креститель русского народа) отослал взятую им от Полоцкого князя Рогнеду, в крещении Анастасию (за покушение на его жизнь) с сыном ее Изяславом, по имени которого и назван был город. По преданию, здесь был женский монастырь, основанный Рогнедою; от этого монастыря ныне не осталось и следов.

Описание Минск. епар. Минский уезд 80–84 стр.

***

В г. Астрахани 8 сентября, ежегодно совершается крестный ход из кафедрального собора в Рождество-Богородичную церковь, находящуюся в «белом городе». Установлен этот ход вскоре по взятии русскими Астрахани, когда эта церковь была единственною в городе; в начале XVIII века митрополитом Сампсоном она перестроена (и ныне каменная).

Астрах. Епарх. Вед. № 33, 1880 г.

***

Крестный ход на праздник Рождества Пресвятой Богородицы совершается из Юрьева монастыря (Новгородской епархии) в принадлежащий сей обители скит (Перыньский).

Историч. описан. Новгор. свят. 1848 г. стр. 23.

Великому торжеству Русского народа, по случаю окончания тысячелетия России, суждено было совершиться в день великого церковного торжества в честь Рождества Пресвятой Богородицы. Совпадение помянутых торжеств – церковного и гражданского весьма знаменательно. В этом совпадении нам видится та непререкаемая истина, что матерь наша – святая Русь тысячу лет отжила под особенным покровом Божией Матери. В самом деле, во всех веках нашей истории, во всех периодах жизни нашего отечества мы видим ясные следы покровительства Божией Матери над Россией.

В древние времена смут и нестроений удельных, Матерь Божия великое явила России благодеяние тем, что укрепила в Русском народе внутреннее духовное единство единомыслием Веры. С этою, конечно, целью Царица небесная, в пречестных и чудотворных иконах своих, Сама являлась по всей земли русской, и повсюду творила многие и великие знамения и чудеса. Вскоре после крещения Русского народа, Царица небесная благоволила основать свое благодатное присутствие в Богоспасаемом граде Киеве; Сама посылала зодчих для сооружения в честь Ее храма в Киево-Печерской лавре, – в котором и поднесь хранится, и достойно чествуется чудотворная икона Ее честного успения, Ею же самою предпосланная в Киев из Царя-града; в Киево-Печерской лавре и по сей час почиют нетленные мощи храмоздателей и иконописцев, Ею же самою избранных и прославленных. Около того же времени, чудотворная икона Божией Матери приплыла с преподобным Антонием из Рима в Новгород. В тот же период Богоматерь осенила своим присутствием и Русь восточную, в Своей чудотворной иконе Владимирской, и Русь западную, в чудотворных иконах Жировицкой и Купятицкой. Таким образом и юг, и север, и восток, и запад – все концы земли русской, во времена уделов, видели спасение Бога нашего в явлениях, знамениях, силах и чудесах Пречистой Матери.

Много знамений своего благоволения к народу Русскому Царица небесная явила и в бедственные времена ига монгольского. Во весь двухвековый период монгольского ига Матерь Божия поддерживала в предках наших отрадную надежду на избавление от рабства и, когда пришло время, Сама, яко Взбранная Воевода, неоднократно водила воинство русское к победам над неверными. Так Царица небесная помогла святому Димитрию Донскому поразить Мамая; при сыне Донского, Василии, Сама прогнала Тамерлана; спасла Россию при Иоанне III от нашествия хана Золотой орды Ахмата, а при сыне Иоанна, Василии, избавила наше отечество от вторжения крымского хана Махмет-Гирея и казанцев. Память сих событий наша Церковь справедливо увековечила троекратным празднованием в году чудотворной иконе Божией Матери Владимирской.

После свержения ига монгольского, России суждено было еще пережить бурное время междуцарствия и самозванцев. В это время бедствия нашего отечества были так велики, что оно, казалось, неминуемо должно было погибнуть. Но рука Всевышнего, заступлением Богоматери, спасла отечество. Матерь Божия даровала дух силы и мужества бессмертным в нашей истории гражданину Минину и князю Пожарскому. Вместе с ними Она Сама, во всечестной иконе Своей Казанской, шествовала во главе ополчения на попрание супостат наших. Ее заступлением и молитвами преподобного Сергия и других московских и всея России чудотворцев враги побеждены, Москва, занятая поляками, возвращена и вся Россия очищена от буйных шаек вражеских. Но, что всего важнее, – Матерь Божия положила в это смутное время конец пагубному междуцарствию воцарением у нас Августейшего Дома Романовых. Сему Дому, столь благодетельному для России, повелела царствовать именно Сама Царица небесная. Известно, что, когда, после исторжения Москвы из рук поляков, послы московского земского совета прибыли в костромскую Ипатьевскую обитель просить у инокини Марфы Иоанновны сына ее, юного Михаила Феодоровича, на царство; тогда ни мать не хотела отпустить сына, ни сам сын не желал вступить на Всероссийский престол. С трудом убедили их послы вступить в храм живоначальной Троицы для выслушания соборного послания; долго и тщетно умоляли их спасти отечество: и мать и сын были непреклонны. Тогда Феодорит, архиепископ Рязанский, и знаменитый патриот Палицын взяли чудотворную икону Богоматери Феодоровскую и со своим духовенством, боярами и народом пали на колени и твердым голосом вещали: «повинуйтесь воле Божией и Его Пречистой Матери; не народом, а святыми иконами вы избраны на великое дело». При таком убеждении Марфа Иоанновна не могла долее противиться желанию России. Повергшись пред образом Царицы небесной и подведя к нему державного отрока, мать благословила сына для счастья отечества. В воспоминание сего события наша Церковь положила навсегда праздновать 14 марта Феодоровской иконе Богоматери.

Памятником участия Богоматери в судьбе нашего отечества служит и незабвенный 1812 год. Вступая в страшную борьбу с галлами и с ними еще двадцатью языками, Россия всю свою надежду возложила на Бога и на Пречистую Матерь Божию. К Матери Божией прибегли тогда царь, и народ, и вождь российских воинов, и все воинство. Отправляясь на бранное поле, архистратиг российских сил, Михаил Илларионович Кутузов, прежде всего явился в Казанский собор и там во умилении сердца испрашивал помощи себе и всему воинству пред иконою Богоматери – Казанскою. Почти в то же время и вся главная армия, как бы сочувствуя вождю своему, поручала себя молитвам и заступлению Царицы небесной в Смоленске, пред иконою же Богоматери – Смоленскою. После отступления русской армии от Смоленска, Взбранная Воевода благоволила оставаться в стане русском и пребыла там яко три месяцы, пока не возвратилась в дом свой. Пред битвою Бородинскою Она Сама, так сказать, приготовила наших воинов к кровавому сражению с врагом и венцам мученическим. На кануне сей исполинской битвы, в то время, как Наполеон I-й в дневном приказе своем самонадеянно требовал у войска своего победы, а лагерь его оглашался веселыми кликами, как бы наперед ликуя требуемую победу, – в стане русском царствовала безмолвная, священная тишина; по приказанию главнокомандующего по рядам армии носима была чудотворная икона Богоматери – Смоленская; коленопреклоненные воины во умилении душ и сердец поручали себя самих и свое отечество покрову и заступлению Царицы небесной, и Матерь Божия на другой же день 26-го августа, в сей благознаменитый день, который наша Церковь искони освятила празднованием Владимирской иконе Божией Матери, в память избавления нашего отечества от нашествия Тамерлана, явила нашему воинству небесную помощь. После Бородинской битвы надменный воитель понял, что русские только что начинают с ним борьбу, когда он полагал ее уже оконченною. После этой битвы, Наполеону оставалось только узреть беспримерное самоотвержение народа Русского в пожаре Москвы и затем постыдно бежать с пепелища сей древней столицы русской тою же дорогою, какою и пришел, устлать весь свой путь костьми своей многочисленной рати, безжалостно покинуть на произвол судьбы остатки своей злосчастной армии, и с немногими избранниками своими тайно поспешить восвояси, чтобы там подписать отречение от незаконно занятого им престола, – и в довершение всего сложить наконец развенчанную главу свою на далекой безлюдной скале, посреди океана, в жалкой доле узника.

И в турецкую войну 1827 и 1828 годов Матерь Божия явила русскому воинству знамение своего благословения. Во время знаменитого Наваринского боя, когда более двух тысяч орудий оттоманских с ожесточением отвечали более нежели тысяче орудий союзных эскадр, в самый разгар сражения, с корабля «Гангут», пронизываемого ядрами, увидели турецкий брандер, который быстро приближался к Гангуту, в виде страшной огнедышащей горы. Неустрашимый капитан корабля Авинов приказал тогда обратить на него весь корабельный огонь: и брандер, немного не дойдя до корабля, медленно погрузился в море. И лишь только миновала опасность, вдруг, сверх всякого ожидания, увидели близ корабля плывшую икону. Один матрос бросился с концом веревки в море и поднял на корабль образ Богоматери. Громкое ура на всех палубах встретило икону, и команда приняла оную с глубоким благоговением¹⁰. (Дух. Беседа 1862 г. свящ. А. Покровского).

Лукиан, в мире Иларион, родился в г. Галиче (Костром. губ.); отец его Димитрий, во исполнение обета – посвятить себя иноческой жизни, ушел с сыном своим в Брынский бор и там в пустынном месте поставил крест и построил себе хижину. Димитрий, в монашестве Дионисий, сам обучал грамоте своего сына и примером строгой жизни приучал его ко всем подвигам иноческой жизни; около Дионисия скоро образовалась обитель из 12 братий. По смерти отца, Иларион, для лучшего ознакомления с монашескими подвигами, посещал разные обители и дошел до Александровской слободы Переяславского уезда; здесь узнал, что вблизи Переяславля находится пустыня и в ней церковь в честь Рождества Пресв. Богородицы с чтимою иконою Богоматери. При этой церкви прежде был священник, но он бежал от литовского разорения и церковь запустела. Иларион, построив келию, поселился близ церкви; к нему вскоре пришли два благочестивых поселянина Симеон и Марк и иеромонах Феодосий, от которого Иларион принял пострижение в иночество с именем Лукиана. Подвижники начали было подготовлять материал для постройки новой камен. церкви, но окрестные жители, по наущению монахов Рождеств. монастыря, прогнали их; Лукиан же был оклеветан в нечистой жизни, а потому отправлен был на суд к Патриарху и жил в Чудов. монастыре, исполняя тяжкие послушания; здесь-то на него обратил внимание Чудовский архим. Кирилл (1644–1649 г.) и указал Патриарху на Лукиана, как на опытного и благочестивого инока, а потому Патриарх посвятил его в иеромонаха и назначил настоятелем в Спасскую обитель Архангельской епархии; иноки этого монастыря, за строгость жизни, не возлюбили Лукиана и вынудили его оставить их обитель; Лукиан после сего возвратился в прежнюю свою обитель близ Александровской слободы, но прежние недоброжелатели воздвигли на него сильное гонение, и Лукиан с иконою Богоматери удалился в Москву, где вскоре нашелся благочестивый благотворитель, царский истопник Александр Барков, пожелавший восстановить пустынную обитель. Испрошено было у Царя (Алексея Михайловича) и Патриарха (Иосифа) разрешение на возобновление обители, настоятелем которой был назначен Лукиан. Вскоре близ этой обители, по просьбе жителей Александровской слободы, Лукиан основал женский монастырь, находившийся под его руководством. Преподобный Лукиан, кроме строгого подвижничества, отличался умилительным даром слова и даром прозорливости. Он за два года предсказал о моровом губительном поветрии, предупреждая о необходимости покаяния: «грядет гнев Божий великий, говорил он братии своей, и язву смертоносную пошлет Господь». Достигнув преклонных лет и чувствуя предсмертное изнеможение, пр. Лукиан велел нести себя в церковь, где долго молился пред чудотворною иконою Богоматери, вручая Ей защиту обители от врагов, видимых и невидимых; затем вынесли его из храма, и, согласно его желанию, положили на траву; братия подходила к нему и принимала от него благословение; преп. Лукиан скончался в храмовой праздник своей обители, 8 сентября 1655 г.; тело его погребено в монастырском храме. Преп. Лукиан, по описанию его биографов, был «ростом мал, лицом бледен, очи имея вглублены, нос продолговат и тонок, ланиты впалыя, браду имея русу, не широку, но продолговату и мало проседу». Сохранилось житие пр. Лукиана, в котором очень живо обрисованы условия монастырской жизни и отношения монастырей к местному населению. Пред житием помещена повесть о чудотворной иконе Богоматери, которая еще до Лукиана, в 1594 году, была принесена на место, где потом возникла его обитель. Повесть написана в начале XVIII века (Ключевский, стр. 345). Лукианов. Рождество-Богород. монастырь (в 10 верстах от г. Александрова Владимирской губернии) и доныне существует.

Иеромон. Иосифа, Сказ. о Владим. святых, 1860 г. 92–102 стр. Муравьева, Рус. свят. 8 сент. Архим. Игнатия, Рус. святые, т. II ч. 3, 57–59 стр. Странник, 1878 г. Истор. словарь о рус. свят. 148–150. Барсукова, Источ. агиографии, 333 стр. Д. Протопопова, Жития святых, сент. 124. Архим. Леонида, св. Русь, 178.

Пересвет, в монашестве Адриан, и Ослябя, в монашестве Александр, ученики преп. Сергия Радонежского, в старинных святцах называются «преподобно-мучениками». В «Книге о святых», помещены между святыми «царствующаго града Москвы»: «святые Московские преподобно-мученики зде во старом, что Симонове, положены у церкви Рождества Пресв. Богородицы, ученики Сергия Радонежскаго, Пересвет и брат его Ослябя, в иночестве Адриан и Александр, что были посланы от преп. Сергия великому князю Димитрию Иоанновичу на безбожнаго царя Мамая, еже победити его, еже и бысть, последи же и сами убиени Быша на Дону от Татар в лето 6880 сентября в 8 день; и оттоле мощи их взяты и положены в палатке каменной под колокольней» (Рукопись Савваитова, л. 10). Уцелевшую, впрочем, позднейшую, надгробную надпись списал А.М. Кубарев и сообщил И.П. Сахарову в письме (в августе 1843 г.): «В надежде воскресения, здесь преданы земле телеса блаженных Александра Пересвета и Родиона Осляби, которые в 1380 г., препод. Сергием Радонежским быв даны в сопутствие вел. князю Димитрию Иоанновичу Донскому, ополчившемуся против Мамая, – князя татарскаго с многочисленным воинством на Россию пришедшаго, в кровопролитном близ Дону на поле Куликове сражении, где одержана Россиянами совершенная победа, положили за отечество живот свой. Над самими телесами устроены прежде были две гробницы, но оныя при разобрании в сем приходе старой колокольни уничтожены. Ныне же повелено в честь сих воинов и в память о усердии и храбрости их потомству соорудить вновь сей памятник 1794 года». Теперь стоят сии гробницы в приделе, построенном в недавнее время. Древние надгробия не сохранились. Теперешние памятники весьма просты и вытесаны из обыкновенного белого камня. (См. «Наши Русские Палеологи», стр. 12). Не канонизованы (Архим. Сергий, III, пр. 3, стр. 67). В житии преп. Сергия, составленном иеромонахом Никоном, сказано, что Пересвет-Александр был боярин Брянский, а Ослябя Андрей – был боярин Любицкий. Здесь же замечено, что Ослябю неверно называют одни Адрианом, а другие Родионом, в действительности же имя его Андрей (стр. 124, 148, 187).

Барсуков, Источники агиографии, 430. Архим. Леонид, Св. Русь, 142 стр.

***

На юге России, как видно из греко-униатских требников, на праздник Рождества Пресвятой Богородицы приносились в церковь хлебные семена (зерна), предназначавшиеся к осеннему посеву и над ними священник читал молитву (в которой упоминаются зерна семян – пшеницы, жита, ячменя и друг.).

Преподобный Иосиф, в мире Иоанн, родился в 1440 г. в с. Язвище (или Покровском, близ г. Волоколамска Московской епархии); он происходил из знатной боярской фамилии – Саниных, переселившейся из Швеции в Россию; семи лет был отдан для обучения грамоте в Крестовоздвиженский Волоколамский монастырь (ныне упраздненный и обращенный в приходскую церковь); там, под руководством благочестивого старца Арсения, он возрастал в страхе Божием и, полюбив монашеское житие, рано стал помышлять об иночестве; родители не противились его благому желанию и Иоанн, 20 лет от роду, вступил в Боровский монастырь, где преп. Пафнутий (см. 1 мая) постриг его в монашество с именем Иосифа. В семействе преп. Иосифа замечалось благочестие и особенное расположение к иноческой жизни: так дед его скончался иноком; отец его 15 лет прожил в Боровском монастыре вместе с Иосифом и скончался также монахом; брат его, Вассиан, был епископом. В Боровском монастыре Иосиф, не смотря на свою молодость, строгостью жизни, точным исполнением монастырских послушаний, любовью к чтению божественных писаний и усердием к Богослужению, превосходил всех иноков и поэтому был любимым учеником преп. Пафнутия, который пред своею смертью, в 1478 г., назначил его своим преемником по управлению обителью. Иосиф вскоре возбудил против себя неудовольствие братии; ему желательно было, по уставу древних обителей, ввести строгое общежитие, но встретив со стороны монахов сильное сопротивление, Иосиф с благочестивым старцем Герасимом тайно оставил Боровский монастырь и, скрывая свой сан, выдавал себя за ученика Герасимова; с этим старцем Иосиф, желая изучить монастырскую жизнь и особенно общежительный устав, посетил многие обители и чрез довольно продолжительное время возвратился в Боровский монастырь; братия с радостью его приняла, но от введения общежития уклонилась; тогда Иосиф с семью иноками, разделявшими его убеждения, отправился в г. Волоколамск и, с дозволения местного князя, избрал для построения обители глухое место среди дремучего леса и здесь, с благословения Новгородского архиепископа Геннадия (см. 4 дек.), в 1479 г. построил монастырь с церковью в честь Успения Божией Матери и ввел в нем строгое общежитие; слух о благочестии и мудрости Иосифа привлек многих, желавших под его руководством проводить иноческую жизнь и вскоре собралось братии до ста человек. Строгость жизни, обязательная для всех, живших в обители, и особенно попечение о бедных и больных, для коих было устроено особое помещение, вскоре прославили Волоколамский монастырь; благотворное влияние обители росло по мере увеличения ее средств. Окрестные жители постоянно приходили к Иосифу за советами и материальною помощью и ни в чем не было отказа. Иосиф служил для братии образцом глубокого смирения, непрестанной молитвы, воздержания и трудолюбия. Следуя примеру игумена, многие из его учеников прославились святостью жизни; из Иосифова монастыря часто брали иноков в настоятели обителей и нередко на святительские кафедры. Мудрые советы и благочестивая жизнь Иосифа привлекали в его обитель не только простой народ, но бояр и князей, которые избирали его своим духовным отцом и безусловно слушались его устных наставлений и письменных увещаний; в тех и других Иосиф убеждал князей и сановников быть милосердыми к нищим, снисходительными к рабам и иметь любовь ко всем. Нередко великие князья (Иоанн III и Василий IV) приглашали его к себе в Москву не только для духовных бесед, но и для участия в делах церковных и нередко гражданских, как-то: в раскрытии и обличении ереси жидовствующих, в вопросе о церковных имуществах и др. Ересь жидовствующих, благодаря покровительству митрополита Зосимы и некоторых сильных бояр при дворе, приняла широкие размеры и угрожала православию; тогда Иосиф с ревностью восстал против этой опасной ереси; он рассылал письма к епископам с просьбой немедленно принять строгие меры к искоренению ее, составлял обличительные послания на еретиков; самому великому князю (Иоанну III-му, в семье коего были сочувствовавшие еретикам) представлял всю опасность, в которой находилась церковь и настоятельно требовал собора. Собор был собран в Москве в 1504 г., под председательством митрополита Симона, и главным обличителем еретиков на соборе был Иосиф. Не смотря на строгое определение собора (казнить еретиков), ересь не искоренилась: она продолжала распространяться преимущественно в глухих местностях и даже в некоторых обителях; тогда, по предложению вел. князя Иоанна III и просьбе Новгородского архиепископа Геннадия, Иосиф составил знаменитое свое сочинение «Просветитель», в котором, изложив историю жидовствующей ереси, опроверг ее лжеучения сильными доказательствами. «Просветитель» замечателен, как первая попытка изложения догматов Православной церкви в известной системе. Это первое догматическое богословие в России. Не ограничиваясь составлением «Просветителя», Иосиф писал послания к князьям и епископам, увещевая их твердо стоять за истину и при каждом удобном случае обличать ересь. Ослабление и уничтожение ереси главным образом приписывают Иосифу и составленному им «Просветителю». В вопросе о церковных и монастырских имуществах Иосиф явился горячим защитником церквей и обителей в праве и даже необходимости иметь движимую и недвижимую собственность, и его сильным речам обязана Русская церковь того времени, что от нее не отняты были земельные угодья и крестьяне. Важное значение Иосифа в решении церковно-гражданских дел, близость к великокняжескому двору, защита церковных и монастырских имуществ возбудили против него сильных противников, в лице даже таких подвижников благочестия, как Нил Сорский. Против Иосифа восстали многие даже из среды духовенства, вследствие чего он подвергался многим неприятностям и даже удалению от игуменства. Причиной последнего был Волоколамский князь Феодор Борисович, который, часто посещая Волоколамскую обитель, требовал от Иосифа угощения, устройства пиров и денежных подарков. Такие неуместные требования Волоколамского князя побудили Иосифа обратиться к великому князю с просьбою принять его монастырь под свое покровительство; Новгородский архиепископ Серапион, в области коего относился Волоколамский монастырь, по жалобе князя Феодора Борисовича, за своевольную (будто бы) передачу от него зависевшего монастыря великому князю, удалил Иосифа от игуменства, но потом, убедившись в его правоте, возвратил ему сан, а Феодор Борисович, пред своею смертью, испросил у преп. Иосифа прощение и завещал его обители свое богатое село Буйгород. Пред своею кончиною, Иосиф назначил своим преемником по управлению обителью ученика своего Даниила, который впоследствии был Московским митрополитом. Преп. Иосиф скончался в глубокой старости (на 76 г.) 9 сентября 1515 г. От гроба преподобного совершалось много чудесных исцелений, что и побудило Московский собор 1547 г. причислить его к лику святых и праздновать ему в Волоцкой обители, а затем было подтверждение в 1579 г. о праздновании его памяти – по повелению Царя (Иоанна IV) и благословению Московского митрополита Антония и собора всех русских Архиереев, которыми узаконено праздновать и петь «в обители Пречистыя Богородицы начальнику св. обители сея преподобному Иосифу Волоколамскому, доколе и монастырь Пречистыя стоит» (Макарий, История Рус. Церкви, VIII, 47).

На соборе 1591 г. патриархом Иовом была свидетельствована составленная преп. Иосифу служба и повелено праздновать память его повсюду. Мощи преп. Иосифа почивают под спудом в приделе, его имени посвященном, в главном храме Волоколамской обители. В «Иконописном подлиннике» под 9 сентября о пр. Иосифе сказано: «подобием сед, аки Сергий, брада покороче Сергиевой, пошире и тупа, риза преподобническая, схима на плечах, ризка вохраная. В житии его пишется: бе же святый возрастом умерен и лицем благообразен, браду же имея окружену мерну, прежде русу, а в старости сединами сияющу». (Филимонов, 145–149 стр.). Житие преп. Иосифа составлено Саввою Черным, Епископом Крутицким, в 1546 г., издано Кап. Ив. Невоструевым в приложении к «Чтениям в Московском обществе любителей духовного просвещения», 1865 г. Им же издано житие того же пр. Иосифа, составленное неизвестным между 1530–1560 г., и надгробное слово, написанное учеником и родственником (племянником) преп. Иосифа Досифеем Топорковым. Житие преп. Иосифа (вес. обстоятельно изложенное) помещено в «Творениях св. Отцов» за 1849 г. В русской литературе записано несколько книг, в которых подробно описывается жизнь пр. Иосифа: «Преп. Иосиф Волоколамский», – церковно-историческое исследование священника Булгакова, СПБ 1865 г. И. Хрущова: «Исследование о сочинениях Иосифа Санина, преп. игумена Волоцкого», СПБ. 1868 г. Кап. Невоструева: «Рассмотрение книги И. Хрущова» (отчет о двенадцатом присуждении награды графа Уварова, СПБ. 1870 г., 784–786 стр). Профессора П. Казанского: «Преп. Иосиф Волоцкий» в «Творениях св. отцов» 1847 г. Церков. история Арх. Макария т. X, 65; Архиеп. Филарета Церк. Русск. ист. А.Н. Муравьева, Жития рус. святых, под 9 сент. Протопопов Дим., Жития святых, сент. 145–151. Барсуков Н., Источн. агиографии, 279–280. Архим. Леонид, Св. Русь, 150 стр. Архим. Игнатий, Жития святых. Дестунис С.. сент., 67–73 стр. Жития святых, Арх. Филарета (в издании Тузова), сент. 61–64. Сочинение преп. Иосифа «Просветитель» издан при Казанской Дух. Академии в 1855 г. Словарь о святых, Пролог. (В Четьи-Минеи св. Димитрия Ростовского сказано, что о пр. Иосифе «зри в Прологе»).

По рукописным святцам значится: «Преподобный отец Иоаким, игумен Опочскаго монастыря св. пророка Илии на р. Шелоне, преставися м. сентября в 9-й день». В книге «Описание о рос. святых» о нем сказано: «Основатель и первый игумен Опочскаго Ильинскаго монастыря, в погосте Опоках, в 20 верстах от г. Порхова (Псковской епархии). Жил в конце XVI века. Мощи его почивают под спудом в церкви упраздненной его обители. Память его местно чтится 9 сентября» (стр. 44).

Русские святые, Филарет (III ч. 43 стр.). Словарь о русских святых, 124. Архим. Сергий т. II, 239. Архим. Игнатий, 2 кн. 22 стр. Архим. Леонид, Св. Русь 68 стр. Барсуков Н., Источники агиографии, 241 стр. История Рос. иерархии – ч. V, стр. 366. История княж. Псков. ч. III, стр. 30 и 120. Протопопов Д., Жития свят., сент. 151 стр. Полн. христ. месяцеслов, Киев, 1875 г. Жития святых (изд. Тузова), сент., 69 стр.

В «Выписках из святцев XVII в.» о нем сказано: «у Николы в Шартомском монастыре, в Суздальском уезде, сослан в Соловецкий монастырь архиепископом Суздальским Иосифом Киевлянином». (Моск. Дух. Акад. № 201). Шартомский монастырь находится в 12 верстах от г. Шуи Владим. губернии. Между Суздальскими архиепископами с именем Иосифа – был Иосиф Курцевич, в 1625 г., в сане епископа Волынского, бывший в Москве и в 1626 г. «определенный Суздальским архиепископом» (Строев, «Списки иерархов», стр. 656); в 1634 г. Московским собором он отослан был в Сийский монастырь; из сего видно, что преп. Иоаким, Шартомский затворник, жил в XVII веке. Не канонизован.

Архим. Сергий, Агиология Востока, III, пр. 3 стр. 63. Архим. Леонид, Св. Русь, 176. Барсуков Н., Источники агиографии, 241 стр.

Князь Андрей был сын Димитрия Васильевича князя Заозерского, потомок св. Феодора Ярославского (см. 19 сентября) и Марии, известной своим благочестием и щедрыми пожертвованиями на обитель преп. Александра Куштского (см. 9 Июня); остался по смерти отца, убитого татарами (см. 26 октября), еще грудным младенцем (в 1429 г.). За родство свое с князем Димитрием Юрьевичем Шемякою (супруга коего, София Димитриевна, была родная сестра князю Андрею), он, вместе с своими братьями – Симеоном и Феодором, лишен был великим князем Василием Васильевичем Темным отцовского удела. Таким образом он с детства почувствовал суетность мирской жизни, столько плачевной для него. Но и по расположению сердца, князь Андрей не принадлежал к миру и, гонимый миром, решился искать себе утешения в св. обители; он обратился к Кассиану, игумену Спасо-Каменного (на Кубенском озере в Вологодской епархии) монастыря, и просил у него пострижения в монашество. И молодость князя (ему тогда было не более 20 лет), и высокое происхождение его, и перестройка политического быта России, совершавшегося волею великого Московского князя, навевали на душу Кассиана (близко в свое время стоявшего к великокняжескому двору) сомнения о молодом князе. «Место твое – не здесь, а в думе бояр, или на поле брани», сказал он Андрею. «Напрасно смущаешься, отвечал юный князь, намерение мое твердо – не принимать услуг от других, а служить другим и несть крест по стопам Господа моего». Склонился игумен на смиренные просьбы князя, принял его в обитель и облек в иноческие одежды с наречением ему имени Иоасафа, в память Индийского царевича, который также оставил царский сан для монашеских подвигов (память его 19 ноября). Порученный надзору опытного старца Григория, впоследствии епископа Ростовского (см. 3 мая), князь-инок все время посвящал молитве и размышлениям о вечности и соблюдал самый строгий пост; с братиею он виделся только в храме; чистый душою и телом, он еще на земле удостоился небесного посещения: раз, во время пения псалмов в келии, услышал голос – ответ на молитву души его: «обширная пустыня, окружающая озеро, наполнится пустынниками, певцами славы Божией»... Блаженный Иоасаф в простоте своего сердца поведал об этом откровении игумену Кассиану (см. 17 авг.). Однажды посетил своего племянника Иоасафа князь Борис Васильевич Ржевский и предлагал ему деньги для основания своего монастыря. Это предложение должно было льстить самолюбию, а потому было опасным для его душевного спасения. Блаженный Иоасаф отвечал ему: «князь! не нужно серебро и золото тому, кто искренно желает жить в пустыне; раздай бедным то, что ты определил для меня и получишь награду от Бога». Князь Борис исполнил совет Иоасафа. Недолго юный подвижник трудился в монастыре – всего только пять лет. В последний год своей жизни он только один раз в неделю вкушал пищу и приобщался св. Таин в каждый воскресный день; в праздник Рождества Пресвятой Богородицы, уже совершенно изнеможенный от болезни, принесен был в церковь и в последний раз приобщался св. Христовых Таин. Простясь с братиею, он просил одного инока читать канон на исход души и, во время чтения, с молитвою на устах скончался 10 сентября 1453 г. Девственное тело его было погребено на правой стороне Успенской церкви и от него вскоре стали получаться исцеления. В 1478 г. 3 сентября сгорел монастырь, – останки св. мощей его были собраны старцем Мартинианом, вложены в ковчег и положены под престолом. В 1650 г., с благословения Вологодского епископа Маркелла, для них была устроена гробница в соборном храме Спасо-Каменной обители. В 1773 г. монастырь вторично сгорел, одни только мощи св. Иоасафа с немногим монастырским имуществом были спасены; с тех пор монастырь оставался в запустении 28 лет, – св. мощи, равно и вещи, спасенные от пожара, были перенесены в Вологодский Духов монастырь, который велено именовать Спасо-Каменным, в память погоревшей обители. В 1801 г., по повелению Императора Павла I-го, Спасо-Каменный монастырь был восстановлен и наименован Белавинскою пустынею, так как из этой пустыни переведены были монахи и перевезено все имущество. – Житие преп. Иоасафа написано в конце XV века (Савваитов, Описание Спасо-Камен. монастыря, СПб. 1860 г.). Церковная служба св. Иоасафу известна по рукописи XVI в. (Царского, № 124, Толстого II, № 53). Списки жития его известны по спискам Большакова № 37, XVII в.; Милютин. Четьи Минеи под 10 сент.; Савваитова XVII в., Сергиевой Лавры 658, XVII в. Толстого, отд. II, № 368, III отд., № 53, XVII в. Ундольского № 321, XVII в. Царского № 154 XVIII в. Похвальное слово св. Иоасафу по спискам Толстого отд. III, № 53, XVII в. Ундольского, № 124, XVII в.; № 134, XVIII в. Барсуков Н., Источники агиографии 36 стр. История Рос. иерархии ч. 3, стр. 465. IV ч. 63, 331–341. Истор. изв. о Вологде, 64 стр. Правос. Собесед., 1861 г., I, 210–213. Яросл. Губ. Вед. 1853 г.. № 3. Волог. Губ. Вед. 1849 г., № 34. Муравьева, Жития св., 10 сент. Протопопова, Дим., сент. 151–159. Верюжский, Жития Вологод. святых 298–325. Филарет, Рус. свят. 3 кн., 44 стр. Волог. Еп. Вед. 1871. Суворина, Опис. Спасо-Кам. мон., 1857. Толстого М., Рассказы по Рус. церк. истории, кн. 3, 51 стр. Архим. Игнатий, кн. 2, ч. I, стр. 80. Архим. Леонид, Св. Русь, 76. Архим. Сергий, Агиология Востока. Книга о рос. святых 120. Истор. словарь о рус. святых. Дестунис С., Жития свят., сент. 78–81.

В Полном христианском месяцеслове, составленном Киевским митрополитом Евгением, под 10 числом сентября, значится память преподобного Павла послушливого, почивающего открыто в дальних (препод. Феодосия) пещерах. Нет никаких сведений о времени его жизни. Из наименования его «послушливым» составитель путеводителя по Киеву (1891 г., стр. 20) говорит, что «преп. Павел Послушливый был инок, непроизводивший и минуты в праздности, а в свободное время моловший зерновой хлеб на жернове». В Месяцеслове, изданном в Симбирске 1880 г. – 429 стр., замечено об этом святом: «он не только без ропота исполнял все послушания, но в свободное время сам искал себе труда»... Мощи его почивают между мощами преподобного Иосифа многоболезненного и Сысоя схимника. Память преп. Павла, кроме 10 сентября, вторично совершается обще с преподобными дальней пещеры – т.е. 28 августа. Сему преподобному есть рукописные тропарь и кондак. Есть и другой преп. Павел – Киево-Печерский, почивающий в ближних (Антониевых) пещерах.

Филарет, Рус. святые, август 127–128. Барсуков, Источники Агиографии, 419 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, 28 авг., 226 стр.; Архим. Леонид, Св. Русь, 24 стр.

Валаамский монастырь, с древних времен, часто подвергался разорениям от шведов, вследствие чего мощи преподобных Сергия и Германа не раз были переносимы в Новгород. Так, во «Вселетнике» Киевского митрополита Илариона, под 1050 годом, сказано, что в это лето мощи их в третий раз были перенесены из Валаама в Новгород. В 1163 г. Валаамские иноки, предчувствуя новое нападение тех же врагов (которое и было в 1164 году), взяв мощи преп. Сергия и Германа (уже в 4 раз), удалились с ними в Новгород; по возвращении же из Новгорода в 1180 году, для охранения сей святыни на будущее время, скрыли их в глубочайшей могиле, иссеченной в гранитном грунте острова. Разорение Валаамской обители продолжалось до XII в.; так в 1161 году монастырь был совершенно уничтожен шведами; покушались они и на оскорбление св. мощей, но Бог чудесно сохранил кости своих угодников от осквернения, так что сами злоумышлявшие вынуждены были над местом их покоя построить деревянную часовню, существовавшую до 1717 года.

Служба Валаамским чудотворцам до настоящего столетия совершалась по общей минее. Строитель Коневского монастыря (впоследствии Тихвинский архимандрит) Иларион составил им особую службу, которая, по рассмотрении Свят. Синодом, напечатана была в 1817 году. В 1819 г. 20 окт. св. Синод определил дни памяти и перенесения (28 июня и 11 сентября) мощей преподобного Сергия и Германа внести во все печатные месяцесловы.

В «Источниках Агиографии», изданных К. Барсуковым, СПб., 1882 г., стр. 509, в «Сказании о мощах» говорится: «Принесение мощем преподобных отец наших Сергия и Германа, Валаамскаго монастыря начальникам, из Великаго Новаграда в Карельской уезд, во обитель Всемилостиваго Спаса, на остров Валаам, на озере Неве; и написан бысть образ их, Сергия и Германа, по благословению иже во святых отца нашего Иоанна, архиепископа Великаго Новаграда, новаго чудотворца. Исписав сие утверждение и исправление святым Божиим книгам и утверждение православныя христианския веры, на их память чести сице: обличение на еретики и на неверныя вся, победа и одоление на царевы враги, и попрание на вся премудрости их».

О преп. Сергие и Германе смотри под 28 числом июня.

Пимен «митрополит Царя-града» новый чудотворец. Это – Пимен, Московский митрополит (1385–1390 г.). Упоминается в святцах XVII в., (Публ. библ. №№ 50 и 51-й), где память его обозначена 10 сент., а по словам спутника его – диакона, Пимен умер 11 сент. в Халкидоне и положен на краю моря против Галаты вне Царя-Града, в церкви Предтечи (Сахаров, «Сказания», т. II, 102 стр.). В «Агиологии Востока», Пимен, Москов. митрополит, показан между русскими святыми неканизованными (т. 3, пр. 3, стр. 67). О жизни святителя Пимена известно следующее: по смерти св. Алексия, митрополита Московского († 12 февр. 1378 г.), по желанию великого князя Димитрия Донского, в Константинополь, для посвящения в сан Московского митрополита, был послан любимец его Михаил (Митяй), архимандрит Новоспасского монастыря (а прежде Коломен. протоиерей). Митяя сопровождала многочисленная свита из духовных и светских лиц, в числе первых были три архимандрита. В виду Константинополя в 1379 г. скоропостижно скончался Митяй. Спутники его самовольно вздумали избрать для России митрополита из числа архимандритов, сопровождавших Митяя, и – выбор их пал на Пимена, Переяславского архимандрита. Немедленно была написана грамота от имени великого князя Димитрия Донского к Константиноп. патриарху Нилу и Греческому императору Иоанну VI Палеологу о возведении в сан русского митрополита Пимена. Патриарх, несмотря на то, что уже был для России посвящен в митрополиты Киприан, проживавший тогда в Константинополе, посвятил Пимена в ноябре 1380 г. Великий Князь Димитрий, по прибытии Пимена в Россию, не принял его и сослал в г. Чухлому (Костром. губернии), где он пробыл до октября 1382 г. Вероятно, по убеждению патриарха, Донской принял к себе Пимена, но не на долго, – пока по желанию великого князя производилось над ним следствие от патриарха. Посланные из Константинополя от патриарха лица прибыли в Москву зимою 1384 г. и, разобрав дело о поставлении Пимена в митрополита, нашли его виновным. Недовольный этим, Пимен в 1385 г. отправился к патриарху в Константинополь. Патриарх дозволил Пимену совершать священнодействие; в 1388 г. он снова прибыл в Москву, священнодействовал и рукоположил нескольких священников, но так как великий князь имел с ним распрю, то Пимен, пробыв здесь 10 месяцев, за лучшее счел снова отправиться в Константинополь (1389 г.). Путь его лежал в это время по берегам р. Дона и спутники его, в описании путешествия, впервые сообщили сведения о местностях, ныне занимаемых Воронежскою губернию (о Дивах и пр.). На Черном море Пимен был схвачен и заключен в оковы азовцами, которые считали его своим должником и едва мог освободиться от них, но в скором времени, не достигнув Константинополя, умер 11 сент. 1379 г.

Макария, Ист. Рус. Церкви, т. IV, кн. I, 69–76 стр.

Празднование чудотворной иконе, явившейся в 1689 г. 11 сентября священнику с. Каплуновки (в 85 верст. от Харькова), Богодуховского уезда, о. Иоанну Ил. Уманову. Икона эта, вследствие повеления во сне какого-то благолепного старца, о. Иоанном куплена была у Московского иконописца, проходившего через слободу Каплуновку; затем в 3 неделю Великого поста, после чудесного освещения необыкновенным светом, икона была перенесена в Каплуновский храм. Изображение этой иконы такое же, как и Казанской. Эта икона была на поле битвы под Полтавой. Петр I-й не раз во время войны со шведами с молитвою обращался к этой иконе и после Полтавской победы им была устроена серебряная позлащенная с дорогими камнями риза. Празднование Каплуновской иконе Божией Матери установлено по Высочайшему повелению в 1766 году и определено «в день явления иконы в Белгороде и во всей Белгородской епархии (к которой относится и Богодухов) во всех церквах церковное празднование 11 сентября отправлять по подлежащему церковному чинопоследованию без всякаго упущения и всем градским и уездным священникам объявить с подпискою, что и учинено».

О сей иконе см. Описание Харьков. епархии (Преосв. Филарета, кн. 3, стр. 19–20).

***

В с. Козляничах Черниговской епархии местно чтится икона Каплуновской Б. Матери. На ней сребропозлащенная риза – дар Марфы Лисенковой (в 1803 г.), в благодарственное воспоминание исцеления от тяжкого недуга по молитвам к Пресвятой Богородице пред сею иконою.

О сей иконе см. Описание Черниг. епархии Преосв. Филарета – Сосницкий уезд.

***

В «Описании документов, хранящихся в архиве св. Синода» в IV томе (1724 г.) под № 75/417 от 20 февраля 1724 – 25 февраля 1725 г. есть дело о Каплуновской иконе Божией Матери, из коего видно, что пред сею иконою молебны отправляли (но неизвестно с какого времени) монахи Ахтырского монастыря; они же собирали и доходы за это. Но 15 мая 1720 г., вследствие челобитья приходского священника с. Каплуновки Андрея и диакона Демьяна, князь А.Д. Меншиков приказал: «иеромонахов от Каплуновской церкви выслать, а службу Божию отправлять в ней названным священнику и диакону». (Указ дан в Галячах, 15 мая 1720 г.). Доходы от молебнов пред иконою, как видно, были значительны. «В село Каплуновку, писал в Св. Синод епископ Белгородский Епифаний в 1731 г., приезжают многие люди для богомоления и поют молебны, и за пение дают деньги, а на икону кладут привесы, и теми доходами владеют обретающиеся при той церкви два священника с диаконом, и богатятся напрасно, могли-б довольствоваться одним приходом, понеже двороваго числа всем священникам будет довольно; а у меня в школах, помощию Божиею, поповских детей собралось и собирается немалое число... токмо таковых детей кормить и поить нечем, понеже более тех, которые суть отцев зело скудных; и чтоб ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА указом повелено было теми доходами и привесами владеть архиерейскому дому, для совершенной постройки и окончания школ и для честнаго содержания учащихся и имеющих учиться». Св. Синод изъявил согласие на прошение Преосвящ. Епифания (т. IV, 77–78 стр.)

Преподобный Афанасий, в крещении Андрей, сын священника Обонежск. Пятины о. Авксентия (имя его матери Мария); с юности был воспитан в благочестии; услышав о пустынных подвигах преподобного Сергия Радонежского, оставил своих родителей и принял монашество от самого Сергия. Серпуховской князь Владимир Андреевич, решившись устроить монастырь на возвышенном берегу р. Нары близ Оки («Высокое место»), испросил у преподобного Сергия любимого ученика его Афанасия в настоятеля созидаемой обители (2 декабря 1373 г.). Любимым занятием преподобного Афанасия было списывание книг. Вследствие неудовольствий от великого князя (Дим. И. Донского) на Киприана, Московского митрополита, Афанасий оставил игуменство и удалился вместе с святителем в Царьград, где, купив себе келию в Предтеченском монастыре, проводил время то в молитве, то в списывании книг. Киприан, по возвращении на Московскую кафедру, приглашал в Россию преподобного Афанасия, но он предпочел безмолвное пребывание в Предтеченском монастыре почетному игуменству в прежней своей обители, в которую не раз присылал из Царьграда то св. иконы, то книги, им писанные.

Спутник митрополита Пимена (см. 11 сентября), иеродиакон Игнатий, описывая свое пребывание в Константинополе в 1388 г., пишет: «8 июля пошли мы в монастырь св. Иоанна, по-гречески Продрома, по-русски Предтечи, и здесь сотворили поклонение; здесь очень хорошо успокоили нас живущие тут русские» (Никон. лет. IV. 167, 39). Это был преп. Афанасий и его ученики. Один из учеников его, списывавший в 1392 г. по его воле сборник, писал впоследствии: «сию книгу писал я, по благословению и совету моего старца, священночестивейшаго между иноками, Кир Афанасия, бывшаго прежде начальником общежития и братии в монастыре на Высоком. Разсмотрев жизнь разсудительным умом своим, оставил он монастырь и все, что было дорого ему – родных, знатных знакомых и удалился в Константинополь; здесь пребывает он, как один из убогих; забывая все земное, печется только о будущем. Митрополит Киприан (см. 16 сентября) сильно упрашивал его (в 1389 г.) возвратиться в Россию и принять там почетную должность, но он отказался: келья моя дороже мне тех почестей». (Востоков, Опис. Румянц. музея, 516 стр.). Одним из самых любимых занятий препод. Афанасия в Константинопольской келии было списывать и переводить с греческого языка книги и не для себя только, но и для удовлетворения потребностей Русской церкви. Так списанный им сборник заключал в себе 400 глав препод. Максима, главы Марка (о церков. службах), слова Симеона, нового Богослова. В 1401 г. в царской обители Иперивлето «грешный Афанасий, малейший в единообразных», списал, а может быть и перевел церковный устав, названный им «Оком церковным» (Опис. Румянц. музея 445 №). С этого устава списывали в России списки для обителей и церквей. Летопись называет препод. Афанасия «добродетельным, учительным, знающим священное писание» и прибавляет: «о том поныне свидетельствуют писания его» (Никон. лет. IV. 232). По этим словам, несомненно, что препод. Афанасий писал назидательные сочинения. Ему приписывают участие в составлении обличительной грамоты Константинопольского патриарха Антония против Стригольников (Филарет, Учеб. по рус. цер. ист., 2 иср. § 11). С ним в переписке находился св. Киприан, Московский митрополит, который и писал ему правило в разрешение разных недоумений по церковной практике (Историч. акты). Живя в Константинополе, преподобный Афанасий всю жизнь трудился для русской церкви и особенно заботился о бывшей своей (Высоцкой) обители. Так, он из Константинополя в Высоцкую обитель прислал: «семь икон поясных окладных и еще три иконы». «И ныне те иконы, пишется в известии от 1698 г., в той обители, в храме Пресвятой Богородицы, над царскими дверьми, 7 икон стоят, от всех зримы и чествуемы поклонением» (Свед. о монаст. 247). По тому же (1698 г.) известию сообщается сведение, что препод. Афанасий был патриархом в Константинополе, но это неверно (Ист. Росс. Цер. 3, 632). Вероятно, в 1401 г. скончался преп. Афанасий и погребен в Констант. обители. В 1820 г. П.М. Строев видел список жития преподобного Афанасия в библиотеке Серпуховского Высоцкого монастыря. Биограф преподобного Афанасия Высоцкого, замечает г. Ключевский, пытался сделать ученый свод всех известий об этом ученике преподобного Сергия, но дал слишком много простора своим ораторским отступлениям и, при скудости источников, доверял смутному преданию более, чем следовало ученому биографу. Вирши, которыми оканчивается житие, с известием, что оно написано в 1697 г., подтверждают догадку, что автор его известный плодовитый писатель конца XVII в. Карион Истомин, чудовский иеромонах. Рукопись находится в Румянц. музее, в собрании рукописей В.М. Ундольского. Житие это напечатано архим. Леонидом в Душепол. Чтении 1892 (янв.). Из уцелевших экземпляров письменных трудов преподоб. Афанасия видны и имена некоторых его сподвижников. Это – Афанасий Русин, Ефрем старец и убогий Евсевий.

Филарет, Рус. святые, сент. 12, 47–55 стр. К.С. Смирнов, «Афанасий Высоцкий» в Душеп. Чтен. 1874 сент. Толстого, Книга о святых, 236 стр. Н. Барсуков, Источ. Агиографии, 65–67, Никон. лет. IV. 38 и др. Собр. лет. VIII, 21, Львов. лет. 2, 149, стр. Русск. Времен. I, 277. Истор. акты I, № 383. Правос. Собесед. 1860 (где напечатано послание). Троиц. летоп. Карамзин. V. 122. У Толстого – Устав 1409 г. с тем послесловием, какое написал Афанасий I, № 11. В библиотеке Казан. Универс. список 1429 г., списанный Ионою в Сергиев. лавре. Журн. Мин. нар. просвещ. ч. 75. отд. III. 71–72. Сведен. о монаст. 237 стр. Протопопова Д. Жития св. сент. 173–175. Мурав. Жития св. 12 сент. Полн. христ. месяцеслов, Киев 1875 г. Историч. словарь о святых, Архим. Сергий, Агиология Востока, т. 2. ч. 2, ст. 282 Дестунис, сент. 88 стр.

Преподобный Афанасий, в мире Амос, был сын зажиточных родителей из г. Ярославля. С юных лет он почувствовал отвращение к суете мирской и стремился к иноческой жизни; а потому, тайно оставив родительский дом, он в убогом рубище пришел к Высоцкому игумену Афанасию (см. выше) с смиренною просьбою принять его в монастырь. Афанасий с любовью принял его в монастырь, и чрез несколько времени постриг в иночество, с наименованием его Афанасием. Искреннее благочестие и беспрекословное исполнение монастырских послушаний приобрели Афанасию уважение от братии и особенную расположенность игумена (Афанасия), так что пред отправлением своим в Константинополь он назначил его (Афанасия 2-го) своим преемником по управлению Высоцкою обителью (в 1387 г.). Младший Афанасий оправдал все благие надежды на него; при нем увеличилось число братии; пред кончиною своею Афанасий долго болел и скончался 12 сент. 1395 г. «Погребоша его прямо против церковных западных дверей, идеже ныне особое каменное устройство над гробом его учинися», говорит известие 1698 г. В рукописных святцах сказано: «преподобный Афанасий, игумен Высоцкаго Зачатицкаго монастыря, иже в Серпухове, новый чудотворец, преставися в лето 6904 (1395) в 12 день сентября, ученик препод. Афанасия, дивного ученика преп. Сергия, что после был в Царь-граде и тамо преставися» (Рукоп. Савваитова, л. 21). По повествованию 1698 г., во время самого погребения Афанасия, монах, не пошедший, по нерадению, на погребение своего настоятеля, был поражен болезнью и только по молитвам при гробе его исцелился. Затем не раз видели преп. Афанасия ходящим с кадильницею по гробам, или с горящими свечами в руках. Во время нападения крымских татар на Серпухов, и неприятели и граждане видели старца на белом коне с жезлом в руке, смуглого лицом и с густою, черною бородою; выехав из обители, из которой еще прежде вышли все иноки, старец объехал стан врагов и потом с угрожающим видом устремился на них. Это навело такой страх на татар, что они немедленно побежали от Серпухова.

Филарет, Русские святые, сент. 53–55; – в издании Тузова, сент., 93–94. Книга о российск. святых, 237 стр. История Рос. иерархии III, 632 стр. Православ. Собеседник, 1860 г. Протопопов, Жития святых, сент. 173–176 стр. Полн. христ. месяцеслов, 1875, Киев. А. Муравьев, Жития свят. 12 сент. Архим. Леонид, Св. Русь, 152. Архим. Сергий, Агиология Востока т. II, 282 стр. Дестунис, сент. 89 стр. Н. Барсуков, Источники агиографии, 67 стр. (а также в житиях преп. Афанасия 1-го).

Преподобный Вассиан, в мире Василий, из села Бурцова Стрелицкой волости близ г. Тотьмы (Вологодской епархии), в мирском быту был швецом, имел жену и двух сыновей; за тем принял монашество у игумена Тотемского монастыря Ферапонта; из любви к уединению поселился в глухом месте (в 50 верстах от Тотьмы при р. Тиксне и при храме св. Николая в 1594 г.) устроил келлию и вел строгую подвижническую жизнь; тело свое удручал железными веригами. Скончался 12 сентября 1624 г. По кончине его, на месте его подвигов, устроилась обитель в честь Нерукотворенного образа Спасова. Почитание преподобного Вассиана началось с моровой язвы 1647 г., когда у гроба его многие получали исцеление. Мощи его покоятся в приходской (прежде бывшей монастырской) церкви Спаса.

В «Иконописном подлиннике» о преп. Вассиане сказано: «подобием надсед гораздо, брада подоле Богословли, наконец раздвоилась, в схиме, ризы преподобническия, ряска баканная» (Филимонов, стр. 42–43).

Житие преп. Вассиана написано в 1745 г. Ивановским игуменом Иосифом. (Строев, Библ. Словарь, стр. 326. Устюж. собора № 19). Н. Барсуков, Источники агиографии, 100 стр. История Рос. иерархии VI т. 366 стр. Словарь историч. о святых стр. 54. Филар. Русские свят., сент. 55–56; – в издании Тузова, 94. Книга о рус. святых, 143 стр. Верюжский, о Вологод. святых 639 стр. Полный христ. месяцеслов, Киев, 1875. Арх. Леонид, «Св. Русь» 86 стр. Архим. Сергия, Агиология Востока 11, 242. А. Муравьев, Жития свят. 12 сент. Дестунис, сент. 12, стр. 90. Протопопова Д. Жития свят., сент. 12.

Праведный Симеон был родом дворянин, но скрыв знатность своего происхождения, он вел жизнь бедняка: ходил по деревням и бесплатно шил платье, преимущественно для бедных; чаще всего проживал в Меркушах (в 50 верстах от г. Верхотурья Пермской губ.), где была пристань для судов, плававших по реке Туре. Симеон в тиши уединения, когда не было работы, на утесистом берегу р. Туры ловил рыбу, и любил наслаждаться природою и хвалить ее Творца; нередко учил христианской вере соседних Вогуличей. Блаженный скончался 35 лет в 1642 году и погребен при церкви Архангела Михаила. По смерти при его гробе совершалось много чудес, засвидетельствованных митрополитами Игнатием и Филофеем. В 1704 г., по распоряжению митрополита Филофея и, по желанию края, мощи угодника Божия были перенесены 12 сентября в Верхотурский Николаевский монастырь и установлено праздновать ему 12 сентября. К этому дню сходятся и съезжаются из дальних селений не только христиане, но и инородцы – язычники.

При мощах правед. Симеона много совершалось чудес и в Меркушах и в Верхотурье, при чем он нередко являлся во сне больным. Особенность в явлениях его та, что с исцелением телесных болезней он преподавал и наставления для души.

И доселе при его мощах совершаются чудесные исцеления больных. В № 41 Церк. Вестника за 1888 г. напечатано об исцелении девицы Анны Бронниковой, приговоренной врачами к смерти.

В «Иконописном подлиннике» о прав. Симеоне сказано: «Святый и праведный Симеон Меркушинский и Верхотурский, иже в Сибири новый чудотворец; подобием рус, брада и власы на главе аки Козмы Безсребреника; ризы на нем просты, русския. Гроб его вышел сам на верх с мощами из земли; бе в лето 7160 г., свидетельствовал его преосвященный Игнатий, митрополит Сибирский» (Филимонов стр. 51). По замечанию г. Ключевского, сказание о св. Симеоне состоит из нескольких статей, из них первая – об открытии мощей в 1694 г. – принадлежит Сибирскому митрополиту Игнатию, который в этом событии был действующим лицом. Остальные за теми статьи писаны различными лицами; так рассказ о чуде 1696 г. написан кем-то из свиты иеромонаха Израиля, посланного митрополитом Игнатием, для обозрения епархии; чудеса в Меркушине записаны священниками этого села. (Ключевский стр. 346). Ундольского № 375, нов. № 376. Барсуков Н. стр. 523. Книга о рос. святых стр. 173. Филарет, Русск. святые, сент. 57–60; – в издании Тузова, стр. 95–98. Архим. Макария, Сказания о житии св. Симеона, СПб. 1857 г. Странник, январь 1865 г. Истор. словарь о рус. свят. 219. Вестник Географ. общества ч. 10. стр. 71; Энциклоп. лекс. 9. 531. Архим. Леонид, «Св. Русь» 112. Протопопов Д., сент. 176–178. Архим. Сергий, 11, 248. Полн. христ. месяцеслов 1875. Муравьев, Дестунис и др. под 12 сент. В 1862 г. в С.-Петербурге была напечатана служба с акафистом праведному Симеону в Синодальной типографии.

Равноапостольный царь Константин Великий, благоговея ко Христу Спасителю и желая священнейшее для всего человечества место Его воскресения сделать славным памятником всеобщего поклонения, соорудил в Иерусалиме, где совершилось наше спасение, запечатленное воскресением Христовым, храм Воскресения Господа нашего Иисуса Христа, в ознаменование победы Его над смертью (Евсев. о жизни Конст. Вел., кн. 3, гл. 25–40). Этот новозаветный иерусалимский храм, равно как и самый г. Иерусалим, были торжественно обновлены или освящены в 335 году отцами Тирского собора, коих Константин для сей цели пригласил в Иерусалим. Освящение храма совершено 13 сентября. Бывшие при освящении храма, по желанию благочестивого императора, установили ежегодно обновлять в памяти христиан праздник освящения иерусалимского храма в честь воскресения Спасителя. «С того времени, говорит Созомен, иерусалимская церковь ежегодно и весьма торжественно совершает этот праздник, так что тогда преподается даже таинство крещения (а известно, что оглашенные принимали это таинство в величайшие праздники Пасхи и Крещения Господня), и церковныя собрания, подобно ветхозаветному празднику освящения храма, продолжаются 8 дней. По случаю этого торжества туда (в Иерусалим) для посещения св. мест стекаются многие, почти из всей подсолнечной» (кн. 2 гл. 26, Никифор, кн. 8 гл. 50). Приходившие на сей праздник издалека благочестивые христиане желали видеть и поклониться св. кресту, орудию спасения людей, то отцы церкви тогда же (в 335 г.) постановили на второй день после празднования воскресения Христова (13 сент.) четырнадцатого числа торжественно износить из алтаря и возвышать (с амвона) животворящий крест Господень и таким образом был установлен праздник Воздвижения честного креста. О праздновании честному кресту вслед за празднованием воскресению И. Христа говорит св. Софроний Иерусалимский (в VII в.) в своем слове на 13 сентября: «Сегодня идет воскресение, завтра является крест; сегодня прославляется воскресение, завтра на возвышенном месте возносится крест. Сегодня крест предшествовал воскресению, а ныне воскресение ведет за собою и предваряет крест. Удивительное изменение!» (Дебольский, Дни богосл. 1 кн. 68). Из этаго видно, что 13 сентября при воспоминании освящения иерусалимского храма в церковных песнопениях прославлялось воскресение Спасителя из мертвых.

В настоящее время храмовый праздник в церквах, посвященных Воскресению Спасителя, в различных местах празднуют не в одно и то же время: в одних в 1-й день Пасхи, в других в неделю апостола Фомы, в третьих – в один из дней пасхал. седмицы, в четвертых – на отдание Пасхи и т.п., а между тем в старину, когда духовенство и миряне относились внимательнее к постановлениям церкви и к ее обрядности, строже соблюдали благочестивые обычаи предков, в церквах, посвященных Воскресению Христову, престольный праздник отправляли 13 сентября, в так называемое в народе «словущее воскресение». В Москве, верной хранительнице церковных преданий нашего отечества, всегда (и доныне) в воскресенских церквах престольный праздник совершается в этот день (13 сентября). И что приличнее всего именно в этот день, а не в какое другое время, праздновать престольный праздник в воскресенских церквах, на это имеется основательное мнение Московского митрополита Филарета, заслуженно пользующегося в Русской церкви высшим авторитетом в решении церковно-практических вопросов. В 1864 г. сему святителю предложен был вопрос: «почему храмовой праздник храма Воскресения Христова бывает 13 сентября, а не в день Пасхи?» На это митрополит отвечал так: «Для полноты и ясности ответа нужно обратиться к церковной истории. Когда ветхозаветный иерусалимский храм римлянами был разрушен и Иерусалим опустошен, христиане не переставали благоговеть к месту страдания, погребения и воскресения Христова. Противодействуя сему, Римский император Элий Адриан построил на месте Иерусалима город и назвал его от своего имени Элия; холмы, Голгофский и гроба Господня, велел засыпать и на сих местах поставить истуканы языческих божеств, думая в сем видеть совершенную победу язычества над христианством. Живый на небесех посмеяся ему. Елена, мать Константина Великаго, низвергла идолы; велела снять насыпи; открыла каменные холмы Голгофы и гроба Господня; и, как они были один от другаго недалеко, решилась создать обширный храм, в котором бы они вместились, от чего храм сей и не имеет симметрическаго расположения некоторых частей. Константин Великий довершил созидание сего храма; созвал многих епископов для освящения его, и оно совершилось в 13 день сентября. Теперь спрашивается: не должен ли был быть храмовым праздником сего храма день Пасхи? Константин и Иерархи ответствовали: нет. Во-первых, потому, что день Пасхи есть царь праздников, полнота торжественности христианской, всеобъемлющая радость, а потому не надобно было присоединять к ней меньшаго и частнаго празднования, каково есть воспоминание освящения храма. Во-вторых, потому, что в ветхозаветном иерусалимском храме праздновался день освящения его (Ин.10:22); следственно и в новозаветном, на место того поставляемом храме, прилично было сделать храмовым праздником день освящения его. Но поскольку храм, созданный на месте креста, погребения и воскресения Христова и сохраняющий в себе истинный крест и гроб Христов, по справедливости, должно было признать главным храмом не города, не области, но всего христианскаго мира: то признано было приличным день освящения иерусалимскаго храма (Воскресения) принять во всех христианских церквах. Когда же сие празднование по всюду распространилось, то и все христианские храмы созданные во имя воскресения Христова, по примеру иерусалимскаго, и по вышеизложенным причинам, стали признавать своим храмовым праздником храмовый праздник иерусалимскаго воскресенскаго храма, 13-й день сентября». (Душепол. чт. 1864 г. июнь 174).

Праздник обновления храма Воскресения Христова в Иерусалиме у русского народа называется словущим воскресением. На вопрос, что значит название словущего воскресения, – Московский Митрополит Филарет отвечал: «это название не церковное, а народное. Народ видит храм воскресения Христова; ждет храмоваго праздника, и видит, что праздник сей совершается не в светлое воскресенье, и часто (по движению церковных времен) совсем не в воскресенье, а в понедельник, или другой день недели, в какой приходится 13 день месяца (сентября). Встречая вид несообразности и не зная истории, чтобы объяснить ее, народ искал выражения, чтобы отличить сей праздник от воскресных и дал ему название словущаго, т.е. так называемаго воскресенья. Он хотел сказать: это не светлое воскресенье, не воскресный день седмицы, но особый праздник, который хотя случается и не в воскресный день, но словет, в народном словоупотреблении именуется воскресеньем; потому что принадлежит храму воскресения Христова» (Душеп. чт. 1864 г. июнь). К сему можно присоединить и то, почему же народ обратил особенное внимание на этот день и поименовал его так выразительно «словущим воскресеньем», тогда как, 13 сентября, по церковному уставу, не принадлежит к двунадесятым и вообще большим праздникам, а таковых в году довольно праздников, и совершенно не замечаемых народом (напр. 9 дек., 10 июля и др.). Причину особого уважения к празднику обновления иерусалимского храма (13 сентября) именно нужно видеть в том, что в воскресенских храмах – торжественно отправляли свой престольный праздник в это число. В старину же было гораздо более, чем ныне храмов, посвященных именно величайшему в христианском мире празднеству, воскресению Христа Спасителя, и может быть на уменьшение воскресенских храмов в России повлияло то обстоятельство, что храмовой праздник (а русский народ, как известно, особенно любит весело проводить свои престольные праздники) в воскресенских храмах совершается в неделю св. Пасхи, когда и без храмового праздника – всемирный, всерадостный праздник во всех христианских городах и селах, – а простой народ желал бы для приходского своего храма иметь такой день, в который он праздновал бы радостнее и торжественнее, чем близ живущие в приходах, имеющих другие престольные праздники.

Выше был замечено, что праздник обновления храма Воскресения Христова было причиною установления сначала в Палестине, а за тем по другим странам христианского мира праздника Воздвижения честного и животворящего креста Господня (14 сент.). Об этом так свидетельствует автор Александрийской хроники (не позднее VII века): «при сих консулах (Далмации и Анкции Павлине) совершено освящение церкви св. креста (вернее сказать – храма Воскресения Христова на Голгофе, т.е. на месте обретения еще в мае 326 г. креста Господня царицею Еленою) Константином при Макарии епископе сентября 13-го, отселе начался праздник Воздвижения креста». (Архим. Сергий, Агиология Востока, под 13 сент.). Вероятно, сие празднование перенесено с мая на сентябрь, кроме соединения с празднеством обновления (освящения) Иерусалимского храма, еще и потому, что в мае оно приходилось на дни Пятидесятницы, а потому и не согласовалось с светлою радостью сих праздников. Но справедливо сказано в некоторых римских мартирологах (как напр. у Увуарда), что под воздвижением креста 14 сент. разумеется воздвижение его после возвращения из Персидского плена (614) при Императоре Ираклии. Это только усугубило древнее празднование 14 сентября, но не было причиною его. В восточной церкви победа над Хозроем праздновалась издревле 12 декабря (Архим. Сергий, под 13 сент.), каковое празднование по определению поместного Тирского собора ежегодно совершалось в Иерусалимском храме и привлекало множество богомольцев. (Свидетельства св. Отцов о праздновании Воздвижения честного креста см. ниже под 14 сентября).

В слове в день обновления храма Воскресения Христова, что в Барашах, в Москве, святитель Филарет, Митрополит Московский, на текст: Быша же тогда обновления во Иерусалимех (Ин.10:22), говорит, что обычай сей имеет свое основание в примерах глубокой и священной древности. Когда явление Господа Иакову во сне над лествицею, соединяющею землю с небом, подало ему первую, может быть, на земли мысль о местном присутствии невместимого Бога: есть Господь на месте сем (Быт.28:16); и когда Иаков назвал место сие домом Божиим: тогда он, одинокий странник, с посохом в руке, и с дорожным запасом хлеба и масла на плечах, конечно не мог воздвигнуть сей дом Божий в огромном и великолепном виде; однако еще будучи в духе Богосообщения, побужден был по крайней мере вместо алтаря поставить камень, на котором спал, и возлить на него елей, какой имел с собою. Что ж это такое, как не опыт бескровного алтаря, неожиданный во времена кровавых жертв: и его обновление, посредством помазания, – действие, которое и ныне видите в миропомазании алтаря, при освящении храма христианского.

После того, как Моисей по повелению Божию, воздвигнул скинию свидения, то есть, подвижный храм в походном стане странствующего народа Израильского, в книге Чисел о торжественном обновлении сего храма пишет он следующее: и бысть в день, в онже сконча Моисей, якоже поставити Скинию, и помаза ю, и освяти ю, и вся сосуды ея, и алтарь, и вся сосуды его, и помаза я, и освяти я, и приведоша князи Израильстии дары своя пред Господа (Чис.7:1–3). И здесь видим помазание, но уже помазание не простым елеем, как у Иакова по нужде, а миром благоуханным, по особенному повелению Божию устроенным, и назначенным единственно для освящающего помазания, притом помазание не алтаря только, но и храма, с его принадлежностями. Подобно сему и в освящении христианского храма видите вы не только помазание алтаря, но и помазание храма, крестообразно, по четырем странам света.

Когда вместо скинии создан был неподвижный храм во Иерусалиме: для обновления оного сотвори Соломон праздник в той день, и весь Израиль с ним, собор велий (3Цар.8:65). поскольку в сей новый храм должна была переселиться древняя святыня скинии, Кивот завета Господня, который особенно представлял присутствие Божие: потому особенное действие в торжестве обновления было то, что внесоша Иереи Кивот завета Господня на место его, во святая святых, под крила Херувимов (3Цар.8:6). Сему при обновлении христианского храма соответствует торжественное снесение в оный священных останков святых мучеников или других святых прославленных, чрез которое представляется вступление в оный Самого Царя славы, Иисуса Христа, во Святых почивающего.

Можно сказать, что обновление скинии Моисеевой и храма Соломонова не только служители святыни и народ, но и Сам Бог торжествовал, исполнив святилище славою Своею в подобии облака, и ниспослав небесный огнь на жертвы. Не позавидуем ли мы сей чудесной торжественности? – Да не будет. Тогда были времена видимых образов и знамений. Нам сказано: блажени не видевшии, и веровавше (Ин.20:29). И теперь светлый облак благодати Божией осеняет не очи, но сердца верующих; и теперь огнь любви Божественной воспаляет, не агнцев, но сердца кротких; и ведают опытно достойные, хотя не видят недостойные.

И чудесно обновленный храм Иерусалимский разрушен, не столько враждебною силою Вавилонян, сколько гибельным преобладанием грехов народа Иудейского. Но после возвращения его из пленения Вавилонского, паки новый храм, а паки сотвориша сынове Израилевы, священники и Левиты, и прочии сынов переселения обновление дому Божия в радости (1Езд.6:16).

Потом, когда и в сем храме, хотя не разрушенном, но обнаженном от святыни Сирийцами, подлежало, и оказалось возможным, вновь устроить святые сосуды и жертвенник, опять вси людие сотвориша обновление олтаря дний осмь, и принесоша всесожжение с веселием (1Макк.4:56). Чем безнадежнее было пред сим состояние Иудеев, тем сие событие было радостнее, и достойнее всегдашней пред Богом благодарности: а потому и устави Иуда и братия его, и весь собор Израилев, да празднуются дние обновления олтаря во времена своя на всяко лето (1Макк.4:59).

И вот праздник обновления, о котором упоминает святой Евангелист Иоанн: быша же тогда обновления во Иерусалимех, и зима бе: и хождаше Иисус в церкви, в притворе Соломони. Из сего повествования видно, что сам Иисус Христос уважал праздник обновления, и посетил храм ради праздника, хотя время весьма не благоприятствовало празднику: зима бе, и что гораздо хуже воздушной непогоды, зима бе неверия, как дополняет святого Иоанна Богослова святой Григорий Богослов.

После того, как ветхозаконный праздник обновления во Иерусалиме украшен и возвышен, поскольку на нем, – скажу опять словами Григория Богослова – Иисус присутствоваше, Бог сый и храм, Бог вечный, храм новый, единодневно разрушаемый и тридневно возставляемый, и пребывающий во веки; – после сего неудивительно, и понятно то, что и в христианском мире явилась подобная мысль, обновление храма Воскресения Христова во Иерусалиме сделать общим, ежегодным праздником вселенской Церкви. Надобно при сем вспомнить, что языческая злоба, стараясь истребить христианство, а самые следы его на земле, святые места распятия, погребения и воскресения Господня, не только сделала недоступными благоговению христиан, засыпав землею и камнями, но и поругала поставлением на них идолов. Какая же была, по долгой скорби, радость христиан, когда святая Елена идолов сих низвергла, святые места открыла, истинный Крест Господень обрела, Голгофу и пещеру гроба Господня объяла одним обширным храмом! Матерь Церквей передала сию радость Церквам всех мест и времен, и все они приняли ее, в празднике обновления сего храма. Иногда подражали сему и другие храмы, ежегодно празднуя день обновления своего, но ныне воспоминательный праздник обновления храма обыкновенно скрывается в праздновании дня имени храма, более известного и более способного к общественному торжеству.

Таково, братия, происхождение и последовательное образование церковного обычая и чина священных обновлений. Предложенные вам воспоминания и соображения должны поставить вас в благоговейное внимание к настоящему празднику. (М. Филарет, Слова, т. IV, 68–70).

По церков. уставу, отправляется, кроме 13 сентября, при освящении новоустроенных храмов. В 107 главе Большого Требника сказано, что на кануне освящения церкви правится служба «храма», т.е. тому святому, или в чье имя или в какое событие из жизни Спасителя, или Божией Матери, построен храм, служба обновлению храма (13 сентября).

В с. Дубовичах Черниговской епархии находится древняя местно чтимая икона Божией Матери, по изображению сходная с Ченстоховскою (см. 6 марта). По преданию она в давнее время (не позже XVI в.) найдена была в густой траве на берегу р. Рети; вероятно она была обронена военным обозом, везшим исправленную церковную утварь. Пастух, гнавший стадо, размахивая кнутом, не намеренно ударил по иконе, от которой показался необыкновенный свет, ослепивший пастуха; он пал замертво на землю; в бесчувственном виде приведен был к священнику, которому и рассказал о св. иконе. Найденная икона была поставлена в каплице на месте ее явления, а затем перенесена в Архангельскую церковь с. Дубович; с того времени в 10-ю пятницу (в день явления) бывает большое стечение народа. С 1861 г., с разрешения св. Синода, она 13 сент. приносится ежегодно в г. Кролевец с крестным ходом (Опис. Черн. Еп. VII, 306). Копия с сей иконы находится в Киево-Софийском соборе и там местно чтится (Киев, 1870 г.).

Князь Георгий (Юрий) Святославич убиен в лето 6562 (1054) 13 сентября, а память его 28 февраля (см. 28 февраля).

Кетевань происходила из царского рода Багратидов; она была дочь Ашотана, владетельного князя Багратиона-Мухранского, и правнучка Карталинского царя Константина III-го. С детства она изучала священное Писание и благочестивые ее родители наставляли ее в строго-нравственной христианской жизни. По достижении совершеннолетия, Кетевань отдана была в замужество за Давида, сына Кахетинского царя Александра. К сожалению, царевич Давид, при своих добрых качествах, был человек властолюбивый: он прежде времени желал приобрести престол своего отца, а потому вооружил против царя Александра Грузинскую знать и сверг его с престола; но недолго Давид был царем: чрез шесть месяцев он скончался и Кетевань осталась молодою вдовою с малолетним своим сыном Теймуразом (впоследствии бывший знаменитым царем Кахетии) и поселилась в одном уединенном месте, провождая время в молитве и чтении св. Писания. Престол Кахетинский снова занял престарелый Александр, но царствование его не было продолжительное. Он вместе с сыном Георгием был коварно убит своим сыном Константином, проживавшим в Персии, при дворе шаха Аббаса I-го, где и принял мусульманство. Убийство совершил Константин с целью овладеть Кахетинским престолом; с этой целью он намеревался убить и другого своего брата Ираклия, но тот, опасаясь участи отца и брата Георгия, скрылся в Константинополе и нашел себе убежище у Турецкого султана. По смерти Александра и за малолетством Теймураза, Кетевань приняла временное управление Кахетиею и оказалась мудрою, благочестивою правительницею своей страны и приобрела всеобщую любовь. Окаянный Константин, желая привлечь к себе расположение Кахетинского населения, решился просить руки благочестивой и любимой народом Кетевани, но та с негодованием отвергла его предложение; затем, собравши всю Кахетинскую знать, убедила вооружиться против Константина, который и был убит, а приведенное им войско разбито и прогнано. Впрочем, в скором времени после сего Кетевань передала управление 16-летнему сыну своему Теймуразу I-му, возвратившемуся из Персии. Персидский шах Аббас I-й, желая воспользоваться смутами и малолетством Теймураза, собрал огромное войско для покорения Кахетии и Карталинии. Теймураз хотел защищаться против грозного врага, но малодушие овладело Кахетинскими князьями: они собрались все к царю и просили его не начинать войну и умоляли мать царя, Кетевань, быть их заступницею пред жестоким ханом. Кетевань, долго колебавшаяся на просьбы их, но убежденная настойчивою просьбой народа, решилась пожертвовать своею жизнью для спасения Кахетии, так как предчувствовала, что ей уже не возвратиться в Грузию. Она взяла с собою младшего внука Александра и с богатыми дарами встретила шаха в Гандже (нынешнем Елисаветполе). Аббас принял Кетевань с видимым почетом и потребовал в заложники старшего сына Теймуразова Леона, который вскоре прибыл в Персию; тогда шах приказал сослать Кетевань с ее внуками (Леоном и Александром) в Шираз. После этого Аббас вторгся в Кахетию с огромным войском и произвел в ней страшное опустошение. По возвращении в Персию он приказал царевичей ослепить и они вскоре умерли, затем отправил знатных вельмож к Кетевани, томившейся в темнице (где она молитвою и постом приготовлялась к смерти) с предложением отвернуться христианской веры; но св. царица приказала передать шаху, что ничто не разлучит ее от Господа... «я верую в И. Христа и в Нем – все мое блаженство и счастье». Аббас приказал подвергнуть Кетевань страшным мучениям. Орудия казни разложены были на площади; при виде их некоторые из свиты Кетевани поколебались в христианской вере и даже сам ее духовник Георгий; но мужественная царица ободрила их и увещевала претерпеть временные мучения, чтобы получить от Бога вечное блаженство, и действительно исповедники имени Христа, по повелению градоначальника, были преданы смерти; затем приступили к истязанию самой царицы: раздев донага, повесили ее на дереве и раскаленными щипцами стали терзать ее тело, исторгли сосцы, затем раскаленными сковородками обложили все ее тело, затем били раскаленными палками и вбивали в нее гвозди. Мученический подвиг царицы завершили тем, что раскаленным медным котлом накрыли ее голову, после чего св. Кетевань скоро скончалась, 13 сентября 1624 года. Тело ее, по приказанию шаха, было брошено в болото, откуда было тайно извлечено христианами и с честью погребено; но впоследствии латинские монахи (Августинцы) тайно взяли ее тело и перенесли в Рим (в усыпальницу собора Ап. Петра), а главу и правую руку отослали к Теймуразу, с целью через это совратить в католичество, но это им не удалось. Св. останки эти были похоронены под престолом Алавердинского собора в честь св. Георгия.

Сабинин М., Жизнеописание Грузин. святых ч. II, 1–23. Муравьев, Жития святых, сент. Христ. Чтение 1845 г. Русский Паломн. 1890 г. № 36 (где помещено изображение св. Кетевани) Протопопов Дим., Жития св., сент. 191–199. Житие и страдание св. Кетевани было описано очевидцем, воспето в стихах ее сыном Теймуразом 1-м, затем также в стихах описали ее страдания: Имеретинский царь Арчил II-й, иеромонах Гаредж. обители Георгий и Иверский Католикос Висарион († 1724), царевич Вахушти (в описании Кахетии) и Католикос Антоний I-й в своей «Мартирике». Флери, Histoire de d'Eglise, 55 – и друг.

Праздник Воздвижения честного и животворящего Креста Господня совершается в память трех событий: чудесного явления крестного знамения Императору Константину Великому на небе во время войны его с Максентием, обретения Креста Господня царицею Еленою и возвращения животворящего Креста из Персии при Императоре Ираклии.

Вот что рассказывает об этом событии в церковной истории Евсевий: «Силы Константина были слабее, нежели вражеския. Он чувствовал, что ему нужна помощь свыше и искал ее. Он стал думать: какого бы Бога призвать себе на помощь. При этом пришло ему на мысль, что не малое число прежних державных лиц, возложив надежду свою на ложных богов, обманулись и окончили дни свои несчастливо, и что отец его Констанций, во всю свою жизнь почитавший Единаго Всевышняго Бога, имел знамения Его покровительства. Константин начал просить и молить Его, чтобы Он явился ему, вразумил его о Себе и в предстоящем деле простер ему Свою десницу. Усердно вознося свои молитвы, царь получил удивительнейшее, от Бога посланное, знамение. В полуденные часы дня (28 окт. 312 года, во время похода против Максентия), когда солнце начало склоняться к западу, я, говорит сам Константин, собственными очами видел составившееся из света и лежавшее на солнце знамение креста с надписью: сим побеждай. Это зрелище ужасом объяло как его самаго, так и все войско, которое, не зная куда, следовало за ним и продолжало созерцать явившееся чудо. Константин недоумевал, что бы значило такое явление? В следующую ночь во сне явился ему Христос Божий с виденным на небе знамением и повелел по подобию его устроить воинское знамя и употреблять его для защиты от нападения врагов. Пораженный дивным видением, Константин приказал сделать из золота и драгоценных камней знамение креста, по подобию виденнаго на небе¹¹, и с ним вышел против врага и победил его. В память чудесной победы над Максентием Константин среди Рима воздвиг эту священную хоругвь и сделал на ней надпись, что сие спасительное знамя есть хранитель Римской империи и всего царства. Когда же на площади поставили статую Константину, он приказал на копье, держимом в руке статуи, сделать надпись на латинском языке: «сим спасительным знамением, истинным свидетельством мужества, я спас и освободил город наш от ига мучителя и возвратил Римскому сенату и народу свободу, прежний блеск и знаменитость». Кроме победы над Максентием Константин силою креста победил Ликиния и скифов».

Благодатная помощь креста в битвах с врагами навела Константина на мысль построить храм на месте страданий Иисуса Христа и отыскать самый Крест. С этою целью мать императора св. Елена отправилась в Палестину, в Иерусалим; от одного еврея Иуды (впоследствии Кириака, Иерусалимского патриарха, † 29 сентября) узнала, что крест был зарыт в земле в том месте, где было капище Венеры (поставленное императором Адрианом в 119 г. в посрамление Христовой веры). По разрытии земли нашли три креста. Чтобы узнать, на котором из них был распят Господь (ибо надпись от креста Господня отпала) попеременно возлагали кресты на умершую женщину; два креста не произвели никакого действия, а когда положили третий – мертвая воскресла. Радость христиан была неописанная, и так как все желали по крайней мере видеть св. Крест, что было не возможно для всех по многочисленности народа, то патриарх Макарий показывал св. Крест, поднимая его вверх, или воздвигая. Народ, повергаясь пред Крестом, восклицал: Господи помилуй! От поднятия Креста вверх самый праздник получил название Воздвижения честного Креста. Событие обретения креста случилось во дни Пасхи и некогда праздновалось на 2-й день Пасхи, но по устроении первого храма в честь св. Креста и по освящении его 13 сентября 335 г. праздник Воздвижения был перенесен на 14-е сентября. (см. 13 сент.).

Животворящий Крест Спасителя, по обретении его, находился в Иерусалиме до 614 г.; в этом году Персидский царь Хозрой овладел Иерусалимом, разграбил храм Воскресения и с другими сокровищами похитил Крест Господень. 14-ть лет он находился в Персии. Сын и преемник Хозроя Сирой, при заключении мира с греческим императором Ираклием, в числе условий вынужден был в 628 г. возвратить пленных и животворящий Крест. С величайшею радостью сам царь с патриархом, при многочисленном стечении народа, встретил св. Крест в Константинополе и отсюда в 629 г. сопровождал его до Иерусалима, чтобы там привести благодарение Богу за дарованные ему победы. Дойдя до Елеонской горы, император Ираклий возложил Крест на свои рамена, чтобы нести его до храма Воскресения, но близ Голгофы невидимая сила останавливает Крест. Патриарх Захария, сопровождавший из Персии Крест, внушил Ираклию, что Сын Божий нес древо крестное на Голгофу не в царском величии, но в смиренном образе раба. Тронутый внушением святителя, Ираклий отложил царские одежды и босой на другой день внес животворящий Крест в храм. Здесь, по древнему обыкновению, Крест был воздвигаем руками патриарха, и народ в умилении, падая пред ним, воскликнул: Господи помилуй! Тогда же положено повсюду праздновать Воздвижение Креста Господня.

Первоначально праздник Воздвижения Креста не везде совершался 14 сентября, может быть потому, что обретение его было во дни Пасхи и праздновалось в эти дни до построения на месте обретения храма Воскресения. О праздновании Воздвижения Креста на Пасху в Иерусалиме упоминает Павлин, Ноланский епископ (393 г.). Он пишет: «Епископ города ежегодно, когда бывает Пасха Господня, выносит крест к народу для поклонения, сам начиная это поклонение». Ученый Ассемани, на основании слов св. Софрония, утверждает, что Воздвижение креста совершалось на 2-й день Пасхи, но не верно; эти слова св. Софрония относятся к празднованию 13 сент. (см. 13 сент.). Но празднование обретению св. Креста на 2-й день Пасхи продолжалось недолго. В VII веке, по возвращении Креста Господня из Персии и особенно по освящении храма Воскресения (335 г.), два события обретение и возвращение Креста из Персии соединены были в один праздник Воздвижения.

Ассемани (Kalend. V. 232) и другие утверждают, что Крест Христов обретен был св. Еленою в мае (3 числа) 326 г., в каковом числе (т.е. 3 мая) римская церковь и доселе празднует обретение Креста, как видно из мартиролога блаженного Иеронима, достопочтенного Беды и др. В Martyrologium Romanum 1677 г. под 3 мая значится: «Hierosolymis inventio sacrosanctae Crucis Dominicae, sub Constantino Imperatore»; в житиях святых, как напр. Abrege pratique de la vie des saints, под 3 числом мая – помещается сказание об обретении честного Креста царицею Еленою и др. В августе 326 г. царица Елена была уже в Риме. В Иерусалиме, в период от обретения Честного Креста с 326 по 335-й год – праздновалось Кресту на Пасхальной неделе, большею частью на 2-й день Воскресения Христова, как видно из выше приведенных слов Павлина, епископа Ноланского, и др.; но с освящения Иерусалимского храма Воскресения Христова, по установлении ежегодного празднования Обновления этого храма, установлено в Восточной церкви совершать праздник Воздвижения честного Креста 14 сентября. Это видно из жития св. Иоанна Златоустого, составленного Георгием, епископом Александрийским, который говорит, что святой Златоуст скончался 14 сентября 407 г. на праздник Воздвижения честного Креста. Из жизни преподобной Марии Египетской († 522) видно, что в V веке этот праздник совершался 14 сент. весьма торжественно и известен был в далеких от Палестины странах (напр. в Египте); о праздновании этого праздника в 14-й день сентября видно из жития преподобного Симеона Юродивого (21 июля 580) и из жития св. Евтихия, патриарха Константинопольского († 6 апр. 582). О празднике Воздвижения честного Креста 14 сентября упоминается в сакраментариях пап Геласия (492–496) и Григория Великого (590–604). Довольно и других свидетельств о существовании сего праздника до времен Императора Ираклия собрано у Бинтерима (V, 455). Так как празднование 14 сентября было установлено собором весьма многих епископов, созванных из всех стран империи для освящения храма в Иерусалиме (13 сент.) в 335 г., то естественно, что сие празднество скоро распространилось по всему христианскому миру, от востока до запада, и об обретении Креста много свидетельств у восточных и западных отцов; некоторые, впрочем, в своих словах на 14 сентября, – как напр. св. Андрей Критский – говорят, что 14 сентября потому и торжествуем, что в настоящий день обретена давно сокрытая святыня; но это не верно (Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 289).

Праздник Воздвижения честного Креста причислен к двунадесятым и соединен с постом, как день воспоминания крайнего уничижения и поносной смерти Господа. Этот праздник считался с древнего времени великим, всемирным торжеством. С IV века встречаются у св. отцов слова на этот праздник, как напр. у Кирилла Иерусалимского, Амвросия Медиоланского, Иоанна Златоуста и др. В V в. Анатолий, Константинопольский епископ, составил церковные песнопения на праздник Воздвижения; на сей праздник стекались в Иерусалим многочисленные поклонники (см. житие преп. Марии Египетской); в этом же веке Евагрий упоминает о Воздвижении Креста, поклонении ему и целовании его. (Истор. кн. IV, гл. 26). В VII в. св. Андрей Критский в слове на Воздвижение го-

<…>¹²

Матери и от нее получил исцеление от своей болезни; в благодарность за сие он на месте явления иконы устроил часовню, а затем, при помощи Вологодского епископа Антония и других благотворителей, обитель Заоникиевскую. Первым иноком новосозданной обители был сам Иосиф, но он по смирению отказался от принятия начальства в ней; игуменом обители, по указанию Иосифа, был избран Силуан, – а сам Иосиф, прикрывая свои строгие подвиги, казался юродивым (в жестокие морозы ходил босой, по целым ночам стоял на молитве в своей часовне); скончался он 83 лет 21-го сентября 1612 г. Иосиф был высокого роста, станом согбен, браду имел долгую и украшенную сединами. Мощи его под спудом в монастырском храме. Вологол. епарх. ведом. №№ 11 и 12, 1865 г. (Н. Суворина).

Празднество в честь Владимирской иконы Божией Матери совершалось в г. Владимире, что на р. Клязьме, 21 сентября потому, что в этот день в 1164 году Великий князь Андрей Боголюбский перенес чудотворный образ Богоматери, «его же св. Лука Евангелист написа», из г. Боголюбова в г. Владимир, в новопостроенный им Успенский собор, «и оттоле прозвася икона та Владимирская». Привезена была икона судном по р. Клязьме. Сему доказательством служит то, что на городском берегу, где предназначено было встретить и принять икону, построена была церковь во имя сретения иконы Пресвятой Богородицы Владимирской. В сию церковь ежегодно 21 сентября из Успенского собора совершался крестный ход; церковь та в 1784 г. была перенесена в другую часть города, в Солдатскую слободу.

История Владимир. Успен. собора, протоиерея А. Виноградова. Владимир, 1891 г., стр. 2. Димитриевского, О начале г. Владимира, что на Клязьме, СПб. 1802 г. стр. 74. (У Димитриевского год перенесения иконы из Боголюбова показан 1160, а не 1164-й).

В «книге о Российск. Святых» о сем князе (под № 165) сказано: «Святый благоверный князь Димитрий Юрьевич Галичский Красный преставися в лето 6949 (1440) месяца сентября в 22 день» (стр. 58). В «Иконописном подлиннике» под 23 сентября о сем князе говорится: «Подобием млад, в наусии, едва стали власы расти; ризы княжеския, руце молебны» (Филимонов, стр. 33). Димитрий Юрьевич был сын Галичского князя Юрия (Георгия), внук великого князя Димитрия Донского, прозванный Красным за красоту своего лица и, может быть, потому, что он был лучший из детей Юрия; он не принимал никакого участия в борьбе своих братьев (Димитрия Шемяки и Василия Косого) с великим князем Василием Васильевичем Темным. Димитрий Красный был искренне благочестивый князь, любил украшать храмы Божии и св. иконы (см. в житии преп. Паисия 23 мая у Преос. Филарета). Смерть сего князя была весьма замечательна: за несколько дней до кончины, он лишился слуха, вкуса и сна; когда приобщили его св. Таин, он успокоился и уснул; сон его приняли за смерть, прочитали отходную и, думая, что князь скончался, одели его как мертвого; в полночь, когда над ним чтец читал псалтирь, мнимый мертвец сбросил с себя покров и, не открывая глаз, начал петь церковные песни; целые три дня Димитрий пел и говорил о душеспасительных предметах, узнавал людей, но ничего не слышал и скончался 22 сентября 1444 года в Галиче. Тело его, согласно завещанию, было перенесено и погребено в Московском Архангельском соборе, в Кремле.

***

В летописи под 6949 (1440) подробно изложено сказание о смерти сего князя (см. у Н. Барсукова, Источники агиографии, СПБ. 1882 г. 150–152 стр.), из коего извлекается несколько сведений: «в четверток же начаша чести евангелие, и тогда отдаст дух конечное (т.е. скончался князь Димитрий) месяца сентября в 22 день. И часа того бояре его послаша по брата его по старейшаго по князя Димитрия Шемяку на Углич, а его нарядив, акоже достояние над мертвыми, и несоша его в церковь св. Леонтия (в г. Галиче Костром. губ.)... В осьмый день прииде брат его князь Димитрий, и тогда отпевше надгробная над ним, и положиша его в колоду, и осмоливше с полстьми, повезоша его в Москву на носилках: везуще же дважды с носилок урониша его; привезоша его в Москву октября в 14 день и несоша его в церковь Архангела Михаила, и отпеша над ним погребальная, а ему еще в колоде лежащу. По отпетии же разсекоша о нем колоду, мняще толико кости обрести, и открывше его видеша всего цела суща, ни чим же вредима, также и ризы его погребенныя якоже и прежде положены на него, лице же его было яко у спящаго, не имея черности, ниже синеты, – и тако благодаривше Бога положиша его в гробе возле отца его князя Юрия» (VIII. 109–111). Имя князя Димитрия Галичского встречается в старин. святцах; хотя он не канонизован.

Филарет, Рус. святые ч 2, стр. 174. Архим. Леонид, «Св. Русь» 122 стр. Хавский, Москов. Арханг. собор, 43 стр.

Орден св. Владимира учрежден Императрицею Екатериною 2-ю в 1782 г. (22 сентября). Храм св. великого князя Владимира в С.-Петербурге на Петербургской стороне 22 июля 1843 г. Высочайше наименован собором этого ордена (опис. Владимир. собора см. Историко-стат. описание СПБ. епархии, V т. 8–76 стр.). Орден св. Владимира имеет 4 степени. На звезде (ордена) девиз: польза, честь и слава. Орденская лента состоит из трех полос: средняя – красная, крайние – черные. (Календарь Гатцука 1872 г. 237 стр.).

В Бессарабии свято чтут память св. Фоки, считая его защитником и помощником в огненном запалении; там, равно как и в Валахии этому святому празднуют, чтобы предохранять свое имущество от пожара (Кишин. Епарх. Вед. № 14, 1876 г., № 2, 1878 г. и др.), откуда и как произошло это верование – не известно. Разве на том основании, что св.-м. Фоку при мучении полагали на разожженную сковороду, «и абие сковрад устуде» (Четьи Мин. сент. 22. л. 46). Между тем сему святому в древности молились об избавлении от потопления на море и у мореплавателей Черного моря (и других морей) обычай был призывать св.-м. Фоку «по морю плавающим». О таковой благодатной помощи мореплавателям воспевается и в службах священномученику Фоке (под 22 ч. сентября и 22 июля). «Неусыпна имать тя мудре верных собор молитвенника, утоляюща моря волны свирепыя», – 8 песни кан. на 22 сент.; в 6 песни того же канона: «избавляеши бури и треволнения плавающих» (см. 4 песнь и др.; и в каноне 22 июля говорится о помощи св. Фоки мореплавателям в 1–4, 8 и 9 й песнях канона). Основание к призыванию св. Фоки у мореплавателей, вероятно, основывалось на том, что сей святой родился и пострадал в приморском городе Синопе и сам был корабельщиком, а затем епископом и что его имя означает – «морского тюленя». Под 22 числом сентября воспоминаются два святых мученика с именем Фоки, к тому же оба жили и пострадали в г. Синопе, один из них епископ, а другой – садовник (вертоградарь). О различии этих двух святых пространное исследование в актах (Деяниях) святых (Июлии III, 639–644) и Архим. Сергия Агиология Востока, зам. на 22 сентября и др. В Четьи Минее св. Димитрия и других сказаниях о святых изложены жития сих святых отдельно. В православных святцах везде под 22 ч. сентября отдельно воспоминается св. Фока, епископ Синопа († 117 г.), и вертоградарь Фока († 320 г.). Впоследствии – чудесное спасение погибающим на морях стали приписывать св. Фоке – вертоградарю, как позже жившему, тем более, что мощи первого из них (епископа Фоки) в 4-м или в начале 5 века были перенесены в Константинополь. В житии св.-муч. Фоки – вертоградаря, изложенном в Четьи Минее св. Димитрия Ростовского (сент. 22 л. 48), сказано: «Не токмо же в том граде Синопийстем, но и по вселенней, на земли же и на мори всем с верою его имя призывающим, и вручающим его помощи и молитвам, великий в нуждах благодетель и помощник скорый показася. Того ради по морю плавающим обычно бе св. Фоку призывати в помощь» (далее см. печат. Четьи Минеи св. Димитрия л. 46).

В «Полном христианском месяцеслове», составленном Киевским Митрополитом Евгением после 22 ч. сентября, сказано: «Собор всех преподобных отец, в ближней пещере преподобнаго Антония нетленно почивающих, празднуется в первую субботу по отдании Воздвижения честнаго и животворящаго Креста Господня» (Киев. 1875). Отдание же праздника Воздвижения честного Креста, по Церковн. Уставу, совершается 21 сентября. Значит празднование Киево-печер. преподобным ближних пещер – начинается с 22 сентября.

Ближние и Дальние пещеры находятся на крутом берегу р. Днепра, занимая широкий уступ лаврской горы; между собою они разделяются глубоким оврагом, а с нижней стороны хребтом горы; общая местность обеих пещер представляет из себя ложбину, закрытую высотами с северной, западной и южной сторон, а с восточной открытую, на ней несколько лаврских садов. В 1844 году, по Высочайшему повелению вся местность, на которой находятся Ближние и Дальние пещеры, на пространстве 550 саженей, обведена крепостною стеною. Ход в Ближние пещеры – от нижних Лаврских ворот чрез сад – идет крытою галереей (деревянною на каменных столбах); по сей галерее спускаясь по склону горы богомольцы приходят в стоящей над пещерами каменной церкви в честь Воздвижения Честного Креста; она построена в 1760 г. малороссийским полковником Герциком, который и погребен под сею церковью. (В этом храме погребены Киевские митрополиты: Арсений † 9 мая 1876 г., сзади левого клироса, у иконы Божией Матери, – Филарет † 21 дек. 1857 г. и Филофей † 24 янв. 1882 г.; гробницы их сзади правого клироса, в склепе, вход в который у иконы Спасителя). В лев. сторону от входа в Крестовоздвижен. церковь, в северной стороне, за железной решеткой находится дверь, чрез которую богомольцы с возжен. свечами входят в (Ближние) пещеры. – Всех преподобных, нетленно почивающих в этих пещерах 71 и затворников 9. Мощи преподобных в гробницах, которые поставлены в нишах по обе стороны пещерных галерей (ниши б.ч. служили местом погребения их). У изголовья каждой гробницы изображение святого, пред коим теплится неугасимая лампадка; над гробницей – дерев. табличка с именем святого, а иногда и с указанием дня памяти его. Большая часть гробниц деревянные, лакированные, некоторые из них обложены серебрян. листами. В 1775 г. Сибирский горнозаводчик Н. Демидов прислал в Лавру 12 рак зеленой, полированной меди для мощей святых, которые по 6 переданы в каждую пещеру. Мощи святых в Ближних (пр. Антония) пещерах находятся в следующем порядке:

Св. Иулиания, княжна Ольшанская (см. о ней 6 июля). Эта святая первоначально погребена была близ великой (Успенской) церкви Киево-Печерской Лавры, в 1624 г. ее мощи были внесены в Успенский Лаврский Собор, но в 1718 г., во время бывшего в Лавре пожара, они сгорели; остатки их были сложены в особую гробницу и поставлены на нынешнем месте (в Ближних пещерах). Упоминается в общей службе преподобных Ближних пещер в 9 песни. Св. Иулиании составлена недавно особая служба.

Прохор, чудотворец, называемый «Лебединков» (память его 10 февр., см. 10 февр.).

Церковь (пещерная) во имя преподобного Антония, основателя Киево-Печерской Обители.

Иоанн постник. Память его 7 декабря.

Гроб преп. Антония, начальника иноческого жития в России и основателя Киево-Печерской Лавры. Мощи его погребены в той же келлии (пещерной, где он и подвизался пред своею кончиною). Мощи преп. Антония не были открыты, хотя и были попытки к обретению их, но по словам св. Димитрия Ростовского, «мнози дерзнувшии раскопати место тое, на немже честное преп. отца нашего Антония положено есть тело, испущением огня наказани Быша, и на своих телесах пострадаша многа, дóндеже каяшася о таковом дерзновении» (Четьи Минеи июль, л. 155). Св. Димитрий объясняет неоткрытие мощей пр. Антония его тайною молитвою о себе Богу. «Якоже сам преподобный удаляшеся в житии своем от очес человеческих, моляся Богу в тайне, уединен сый, такожде и мощам своим тоежде дарование испроси, да удалены будут от очес человеческих. Подобаше бо Российскому нашему законодавцу равнаго дарования сподобитися со Израильским... Сокровены суть от зрения мощи представльшагося Моисея, Израильскаго законодавца; темже сокровены суть от зрения и мощи преп. отца нашего Антония, Российскаго законодавца»... (там же). Над местом погребения поставлена рака среброкованная с изображением его; близ ее находится малая темная келлия, в которой подвизался препод. Антоний. Память его в прежнее время совершалась 7 мая, а ныне 10 июля.

Преподобно-мученики Василий и сподвижник его –

Феодор – почивают в одной раке; память их 11 августа (есть особая им служба).

Поликарп архимандрит (2-й сего имени) † 1182 г. Память его 24 июля.

Малая церковь во имя препод. Варлаама, игумена Киево-Печерского (а за тем Димитриевского Великокняжеского) монастыря; устроена эта церковь в 1691 г. Киевским митрополитом Варлаамом Ясинским; в этой церкви почивают преп. Варлаам и Дамиан.

Варлаам, первый игумен Киево-Печерской обители. Есть сему святому особая (со всенощ. бдением) служба. Память его 19 ноября.

Дамиан целебник, – особая ему, вместе с преп. Иеремиею и Матфеем, служба. Память 5 октября.

Никодим – просфорник. Память его 31 октября († 1141).

Лаврентий затворник (думают, что это бывший впоследствии Туровский епископ, † 1182). Память его 28 января.

Афанасий затворник (см. 2 дек.). Ему особая с славословием служба.

Еразм, черноризец (см. 24 февраля).

Лука, Печерский иконом (см. 6 ноября).

Агапит, безмездный врач (см. 1 июня). Ему служба с славословием.

Феофил, слезоточивый (см. 29 дек.). Ему вместе с св. Марком гробокопателем служба с полиелеем.

Иоанн (см. 29 декабря).

Нектарий, послушливый (см. 29 ноября).

Григорий иконописец (см. 8 августа).

Кукша, священномученик, просветитель Вятичей (см. 27 августа). Ему особая с св. Пименом служба.

Алексий, затворник (см. 24 апреля).

Савва, чудотворец (см. 24 апреля).

Сергий, послушливый (см. 7 октября).

Меркурий, епископ Смоленский.

Св. Меркурий на Смоленской кафедре, вероятно, был преемником епископа Лазаря, так как он испытывал с своею паствою ужасы Батыева нашествия. В описании Лавры сказано: «св. Меркурий, епископ Смоленский, убит Батыем в 1247 г. и память его 24 ноября». Но последнее, по мнению преосв. Филарета (Рус. Свят. 3 кн. стр. 105) не верно, п. что с епископом Меркурием смешан св.-м. Меркурий, коего в Смоленске память совершается 24 ноября. До посвящения в святительский сан он подвизался в Печерской обители, где по примеру других подвижников пещеры чудесно нашел себе последний покой, как ему воспевает Лавра в общей с Печерскими преп. отцами службе: «Слава Смоленскому граду, Меркурий пастырь, пастырей начальника своего овцы пасый добре, духом же горя выну неразлучну быти от лика преподобных печерских: темже по смерти чудотворне приплы в кладе, и в пещере святей почивает телом, душею же радуется с преподобными во славе вечной» (Кан. Преп. Печер. песнь 3).

Пимен многоболезненный (см. 7 авг.). Ему служба с полиелеем.

Нестор, летописец (см. 27 окт.). Ему есть особая служба.

Евстратий преподобномученик (см. 28 марта). Ему служба с полиелеем.

Преп. Елладий, у Кальнофойского называется постником и чудотворцем. Чудотворцем назван и в общей преп. отцам Печерским службе: «В чудесех благодаровитых славимии отцы, Елладие и Луко икономе, яко добрии делатели заповедей владычных бывше, ныне приясте возмездие от потока сладости». (песнь 7). Не он ли иногда называется Меладием.

Иеремия прозорливый (см. 5 октября). Служба ему вместе с преп. Матфеем и Дамианом (5 октября).

Моисей – Угрин, многострадальный. (См. 26 июля). Ему особая служба с полиелеем.

Иоанн, многострадальный (см. 18 июля). Этому святому служба также с полиелеем.

Марк, гробокопатель (см. 29 дек.). Ему служба вместе с преп. Феофилом (29 декабря).

Никола Святоша (Святослав), князь Черниговский (см. 14 октября). Ему особая служба с полиелеем.

Григорий чудотворец (см. 8 янв.). Особая служба с полиелеем.

Онисим затворник. О жизни его ничего неизвестно; в общей службе упомянуто его имя (8 п. кан. печ. отцов): «слава буди Еразму, украсившему иконы церковь печерскую, и Онисиму пользы вмениту, имже причисляется Матфей дивный, пророческое дарование имевый: в нихже триех Троическое имя славится во вся веки». (См. 15 февраля).

Матфей прозорливый (см. 5 окт.). Ему служба вместе с препод. Дамианом и Иеремиею (5 октября).

От мощей преп. Матфея, поворотив к западу, входят в трапезу Печерских препод. отцов; в ней они собирались по субботам для братской трапезы и поучений. Здесь то в 1463 г. во время пасхальной утрени, начальнику пещер иеромонаху Дионисию громогласно отвечали (св. отцы): «воистину воскресе» (см. ниже о Дионисии). В этой трапезе почивают преп. Исаия, Авраамий, Сильверст, Пимен и Онуфрий.

Исаия – чудотворец (см. 15 мая).

Авраамий трудолюбивый (см. 21 августа).

Авраамий затворник (мощи сего 2-го Авраамия между мощами преп. Анастасия и 12 зодчих).

Об обоих преп. Авраамиях нет никаких сведений; их имена, впрочем, упоминаются в общей службе Печерским отцам: «Агапите много-чудесне, исцеления даяй неоскудне, и Елладие преподобне с другим Авраамием, яко многое имуще дерзновение ко всех Владыке, не презрите рабы ваша, но молитеся, избавитися нам от вражиих наветов, и всегда творити волю Божию» (Кан. п. 6).

Нифонт, епископ Новгородский (см. 8 апр.); ему есть особая служба с славословием.

Сильверст, чудотворец (см. 2 января).

Пимен, постник (см. 27 авг.). Служба ему вместе с преподоб. Кукшею (27 августа).

Онуфрий, молчаливый (см. 21 июля).

Анатолий, затворник (см. 31 окт.) (у п. Арх. Сергия 3 июля).

Алипий, иконописец (см. 17 авг.). Служба ему с славословием.

Сисой, затворник. Ничего неизвестно о его жизни. Церковь называет его просиявшим в посте (Кан. п. 5). «Сисоя, просиявшаго в посте, восхвалити аще и дерзаю, но по достоянию того ублажати не могу: к тебе убо единому прибегаю, ты от твоих даров подаждь ми силу, восхвалити угодника твоего, Спасе».

Феофил, затворник, чудотворец, как сказано в каноне преп. отцам Печерским: «Феофил в чудесех изящный поется, той бо еще в жизни сей многия чудодействием удивляше, ныне же большее прием дарование – иным пособствовати, яко сохрани повеления твоя, Спасе». (Кан. п. 5 ст. 4).

Арефа, затворник (см. 24 октября).

Спиридон, просфорник (см. 31 октября).

Онисифор, исповедник (см. 9 ноября).

Симон, епископ Суздальский (см. 10 мая). Ему особая служба с полиелеем.

Никон, Печерский игумен (см. 23 марта).

Феофан, постник (см. 11 октября).

Макарий (см. 19 января).

Анастасий, преподобномученик (см. 22 января).

Близ мощей Анастасия почивает преподобный Авраамий затворник, о коем сказано выше.

Святых дванадесяти (12) мастеров, зодчих Киево-Печерской великой церкви; они почивают вместе, в одной гробнице; неизвестно ни имен, ни подвигов этих преподобных. Св. Симон писал, что «блаженные мастера и живописцы окончили жизнь свою в монашеском чине и положены в своем притворе», т.е. в особой пещерной келлии, где подвизались (Филарет, Русские святые, III кн. 108 стр.). Память их 14 февраля.

Исаакий затворник; память его 14 февраля.

Илия Муромец, бывший воин; память его 19 декабря.

Иоанн младенец; один из Вифлеемских младенцев, ради Христа убиенных; его мощи были принесены в XVII в. Иерусалимским патриархом Феофаном.

Никон Сухий. Память его 11 декабря. Сему святому есть особая служба. От гробницы преподобного Никона вход в церковь Введения Божией Матери во храм; в этой церкви почивают:

Ефрем, бывший казначей великого князя Изяслава Ярославича, впоследствии епископ Переяславский (см. 28 янв.).

Тит иеромонах (см. 27 февраля).

По выходе из Введенской церкви в боковую галерею, за алтарем ее, 30 мироточивых глав неизвестных преподобных – под стеклянными колпаками.

Выход из Ближних пещер подле алтаря Кресто-воздвиженской церкви.

Преподобным отцам Печерским, почивающим в пещерах св. Антония, известно ныне два канона: один, составленный Мелетием Сиригом, напечатанный в Киевском акафистнике 1764 г.; другой, неизвестного автора, (но некоторые приписывают составление его св. Димитрию Ростовскому) напечатан в службах Печерским преподобным. В этих канонах прославляются и другие святые, как почивающие в пещерах, так и вне оных, в Киеве вообще. Из почивающих в пещерах упоминаются в службе Печерским отцам:

Ефрем, священник. «Пимен постник, благовонный цвет, и Ефрем священник, сии суть добрая маслина, их же дарованием благодати умастившеся, благодарят вернии, и славословлении выну всех Творца величают». (Кан. в службе преп. печ., п. 9). Кальнофойский, под 1638 г., упоминает о преп. Ефреме: «Напротив Илии муромца лежит нетленным телом св. Ефрем, бывший пресвитер, как видно по священному облачению на мощах» (см. у Филарета, Рус. св. 3 кн. 108 стр.).

Евстафий, бывший в мире златарь. О нем в каноне (п. 8.) сказано: «злато чисто и сребро седмерицею дарований искушенно, Евстафие праведне, праведно делатель был еси, и отсюду в делание добродетелей умных прешел еси: ими же душу твою украсив, представил еси чисту, аки злато и поеши: благословен Бог отец наших».

Дионисий, иеромонах Печерский, которому в 1463 г. в первый день Пасхи, при каждении мощей в Антониевской пещере и при возгласе: «св. отцы и братия! сего дня великий день: Христос воскресе»! преподобные отвечали: «воистину воскресе». Об этом событии упоминается в службе Печерским преподобным отцам у Мелетия Сирига: «Яко живи суще Богоноснии, и по смерти блаженному Дионисию от среды гробов отвещаете: воистину воскресе Господь; умерщвлена мя страстьми, оживите» (Кан. п. 8 ст. 4).

Евфросиния, княгиня Полоцкая.

«Евфросинию радование Полотское, и девам сияние, Христе мой, тебе привожду молитвенницу, ея же ради спаси мя» (Кан. пр. отцам Мел. Сирига, п. 8 и общий кн. п. 9).

В службе общей преподобным Печерским (в канонах) упоминаются многие святые, преимущественно первосвятители русской земли как то:

Михаил, первый Киевский митрополит (о нем см. 30 сентября).

Иларион, знаменитый Киевский митрополит; первый из русских удостоенный первосвятительского сана (см. 21 октября).

Петр, митрополит Киевский, Московский и всея России (см. 21 дек.).

Алексий, Московский митрополит (о нем см. 12 февраля).

Иона, Московский митрополит (о нем см. 31 марта).

Филипп, Московский митрополит (см. 9 января).

Фотий, Московский митрополит (см. 2 июля).

Киприан, Московский митрополит (см. 16 сентября).

Ефрем, по всей вероятности, Переяслав. епископ (см. 28 янв.).

Николай. В древней России с именем Николая известно было три святителя: 1-й Николай Грек, Киевский митрополит (1098–1101); 2-й Николай, епископ Переяславский, бывший в XI в. (см. у Строева: Списки иерархов, стр. 1047) и 3-й Николай, епископ Тмутораканский (Ист. Карамз. 11 прим. 201). Думают, что упоминаемый в каноне преп. Печерских есть Николай, епископ Тмутораканский.

Никита, Новгородский епископ (см. 31 января).

Исаия, епископ Ростовский (см. 15 мая).

Мина, неизвестно какой епархии епископ.

Лука, или Новгородский (см. 15 окт.), или Белгородский епископ (1088, см. у Строева, Спис. иерарх. 1047 стр.).

Феоктист, по всей вероятности, Черниговский епископ; он был избран на святительскую кафедру из Киево-Печерских игуменов, скончался в 1123 г. (см. 6 августа).

В каноне Мелетия Сирига эти святители воспеваются так: Михаиле, Иларионе, Петре, Алексие, Ионо, Филиппе, Фотие и Киприане божественнии иерарси: Ефреме, Николо, Никито, Исаие, Мино же, Луко, и Феоктисте, Боги нам умилостивите (п. 9 ст. 1). В другой службе Печерским отцам опущены: Филипп, Исаия, Мина, Лука и Феоктист.

Леонтий, епископ Ростовский (см. 23 мая).

Стефан, Волынский епископ (см. 27 апр.).

Герман, епископ Новгородский (см. 10 февр.).

Нифонт (см. выше).

Марин, вероятно Юрьевский епископ (1091–1095) (см. у Строева, 1449 стр.).

Евфимий и Лаврентий – неизвестно какие епископы.

Симон, или Симеон,¹³ не суздальский Епископ, о котором было выше упомянуто, а Переяславский, окончивший свою жизнь мученическою смертью, как видно из канона (п. 9 ст. 3 у Мелетия): Симеоне иерархо, иже агнца Божия первее приносяй в жертву Вседержителю, последи же и себе самаго, яко агня приведый в жертву, спаси мя твоими молитвами. На старинной иконе Печерских святых изображен в святительском одеянии «святый Симеон Епископ Переяславский». По летописям св. Симеон окончил дни свои страдальческою смертью при нападении татар на Переяславль, в 1339 году (Собр. лет. I, 200, 3, 188. Никон. лет. III, 4, 5, у Филарета: Рус. св. III кн. 146 стр.).

Дионисий, архиепископ Суздальский (память его еще 15 окт. и 26 июня), задержанный Литовским князем в Киеве при возвращении своем в сане Московского митрополита из Царьграда. По Львовской лет. 2, 186: «и тогда же 6891 (1384 г.) преставися в Киеве митрополит, в нятии, окт. 1 дня и положен в пещере». В степ. кн. 1528, Соф. V. 239 и др.: «положен бысть (Дионисий) в пещере Антониеве».

В каноне Печерским преподобным отцам у Мелетия Сирига п. 9 ст. 2 воспоминается так: «Леонтие, Стефане и Германе, Нифонте, Марине, Ефреме, Лаврентие же, Дионисие и Симоне, яко приемшии власть от Бога, просите и мне оставления».

Макарий, священномученик, Киевский митрополит (см. 1 мая): «священномучеников украшение Макарие блаженне, иже прежде неже прияти ти престол на земли чувственный, на престолы мысленныя предпослался еси, Богу мя примири» (М. Сирига, кан. п. 9 ст. 4).

Антоний.

Иоанн.

Евстафий.

Виленские мученики, как видно из канона преподобным отцам: «Антоние мучениче и твердый Евстафие, вкупе со Иоанном, гордыню Ольгердову до земли низложивши, умерщвляющия мя страсти успите». (Кан. М. Сирига п. 9, слав.) (О них см. 14 апреля).

Ольга (в св. крещении Елена) равноапостольная (см. 11 июля). Она упоминается в каноне, составленном Сиригом, а в другом каноне ее имя опущено. «Божественные Владимире царю, Романе же с Давидом, мучеников красота, чада суща онаго, с Еленою, вашею прабабою, Богу мя представите» (Кан. п. 1, слава).

Владимир (в крещ. Василий), великий князь Киевский, равноапостольный (о нем см. 15 июля); и чада его:

Борис (в крещении Роман), Ростовский князь (о нем см. 24 июля).

Глеб (в крещении Давид), князь Муромский (см. 5 сентября).

В каноне неизвестного автора они воспеваются так: «Равноапостольный Владимир, с богомудрым Романом и Давидом, с нимиже и Никола Святоша, четверица князей Российских поется и на тех, яко на колеснице умней, Бог почил есть, тем вси их величаем». (Песнь 9 ст. 6). В служебниках и других церковных книгах, печатанных в Киево-Печерской Лаврской типографии, вместе с св. Борисом и Глебом воспоминается великий князь Игорь (Киевский и Черниговский, см. 5 июня); но в обоих канонах Печерским святым имя его не находится.

Варвара, великомученица, св. мощами своими почивающая в Киевском Злато-верхо-Михайловском монастыре, прославляется в церковной службе вместе с преподобными отцами Печерскими. «Слава мученицам светоносная Варвара, и Евфросиния от Полотска, сияние девам, Иулиания, подающая немощным исцельбу, елей благодати: сих ради триех дев, спаси всех Троице святая, иже тя с поклонением величаем» (Песн. 9 слава; о св. Варваре см. 4 декабря).

***

Кроме преподобных отцов, почивающих в Антониевой пещере, вышеупомянутых и св. Церковью ублажаемых в службе, у Кальнофойского и в древних рукописных святцах поименовываются и другие, открыто почивавшие в пещерах. Так во время Кальнофойского (1638 г.) открыто нетленными своими мощами почивали (Tetaturgima, p. 16–28. Опис. Киева 289, 240 стр.):

Иероним, затворник и чудотворец.

Меладий, святой старец и чудотворец.

Пергий, святой старец.

Павел, послушливый. (О них см. у Преосв. Филарета, Рус. свят. кн. 3, стр. 103).

В древних рукописных святцах упоминаются иереи:

Мелетий.

Серапион.

Филарет.

Петр.

Установление празднования общей памяти преподобных, почивающих в Антониевой пещере, в субботу, по отдании праздника Воздвижения Честного Креста, относится к 1670 г., к тому времени, когда, при возобновлении пещер, поврежденных землетрясением, открыто было несколько мощей древних подвижников и устроен был храм Воздвижения Честного Креста. (Архим. Иннокентий к Гербинию, 1674 г. Kiowia Subterranea p. 43).

Вторично общая память всех Печерских преподобных, почивающих как в Антониевой, так и в Феодосиевой пещерах, в Киево-Печерской Лавре празднуется во 2 неделю Великого поста.

Здесь уместно заметить, что не все места святого уединения пещерных подвижников и не все пещеры, которые первоначально существовали и были известны до нашествия Батыя, открыты и известны в настоящее время. Это подтверждается нечаянным открытием 24 мая 1853 г. одного из многих еще не открытых рукавов Ближних пещер, в котором, если основываться на смысле найденных надписей, подвизались ныне неизвестные отцы из пещерожителей: Феофил, Феодосий и Иоанн (Иван пещерник). Этот рукав Ближних пещер открыт при снятии холма, принадлежащего к местности древнего Берестова села и отделявшегося от Угорского оврагом, названным в недавнее время Панкратьевским, в полугоре, на высоте 23 сажень от вод Днепра. Снимая этот холм для устройства дороги от высоты Печерской к Николаевскому (цепному) мосту, работники отрыли прокоп в пещеры. Нет сомнения, что открытый пещерный прокоп служил для пещерников окном, выходившим к Днепру, откуда они могли созерцать восход солнца над очаровательною красотою днепровской местности. Прокоп этот находился в близком расстоянии от церкви Спаса на Берестове, в 268 саженях от Крестовоздвиженской церкви Ближних пещер и в 350 саженях от церкви Зачатия св. Анны, находящейся при Дальних пещерах. В сороковых годах настоящего столетия, при постройке близ церкви Спаса на Берестове крепостных укреплений, также были открываемы пещерные проходы с иноческими келиями и земляными полами... В 8 аршинах от наружного узкого входа пещера (открытая 24 мая 1853 г.) расширилась и на левой стороне открыта пещерная келия; она имела в ширину 4, в длину 5 и в высоту 2 ½ аршина; в келии устроено было три углубления, по обыкновению закругленные сверху в виде арок. В среднем углублении, в самой его средине, начертан на песчаной стене острием образ (какого-то) святителя, благословляющего и с евангелием. Внизу сего углубления было сделано еще малое углубление, как надобно полагать, для поставления лампады. В правом углублении сделано земляное сидение, в левом такое же ложе с изголовьем. Над ложем видны были вбитые в стену гвозди, прикреплявшие деревянную полку. В этой келии найдено две надписи, первая на правом своде среднего углубления, вторая под аркой этого же углубления. Надписи так же, как и образ, начертаны на песке острием. Характер букв и связь письма вполне доказывали, что надписи принадлежат XI веку. Надпись, находившаяся на своде, вполне сохранилась, а именно: «Господи, помози рабу своему Феодосию и Феофилови, аминь, многа лета». Вторую надпись от обрушившейся части арки, тотчас по открытии ее, не было возможности разобрать... По открытии этого пещерного рукава, был очищен вход во второй, или верхний проход, лежавший выше келии на 5 ½ аршин. В верхний рукав, или пещерную улицу, восход был в 8 ступеней, которые от сырости и доступа внешнего воздуха, равно как стены и своды, быстро разрушались. Верхний рукав вправо от лестницы простирался до 3 ½ сажен и оканчивался углублением, так же, как и в нижней пещере, дугообразно вверху закругленным. В углублении, или нише, как в Дальних и Ближних пещерах, было устроено земляное углубление, на пол аршина от полу. На возвышении найдены были дубовые гробовые доски уже сотлевшие и несколько съеденных ржавчиною гвоздей. Это место гроба Ивана пещерника. На стене углубления, с левой стороны, у изголовья почивавшего, явственно была начертана в две строки надпись: «Иванов гроб пещерника – Иван грешный се де жил i есть.» В недальнем расстоянии от гроба приметны следы существовавшей дубовой стены, отгораживавшей место покоя усопшего пещерника от пещерной улицы. На средине стены, над местом гроба, изрыто в песке небольшое треугольное овальное отверстие, для постановления лампады. На дугообразном своде гробовой ниши напалены свечою восьми и четырехконечные кресты. Противоположный конец пещерной улицы простирался на 7 аршин. Видимо было, что его открыта самая малая часть, и, по словам г. Н. Сементовского, можно утвердительно сказать, что этот конец простирался в недра холма до улиц Ближних пещер, поныне существующих. По стенам улицы замечались небольшие углубления для поставления воды и пищи. В одном из таких углублений лежала дубовая досточка и на ней вырезаны крест и надпись: «Иван пещерник». Так как пещерный рукав сильно обрушался от доступа наружного воздуха и мешал проведению дороги – Николаевского спуска, то по Высочайшему повелению он уничтожен снятием холма, в котором был изрыт. (Киев, его святыни, древности и достопамятности, Н. Сементовского, стр. 168–171).

Эта икона обретена в 1625 г., а по другим известиям в 1628 г. Местное предание об обретении сей иконы сообщает следующее: около с. Словенки (Костром. губ.) рос лес и в этот лес однажды отправился для охоты житель означенного села. В лесу нашел ветхую, малую шатровую церковь, заросшую внутри кустарниками, а вне деревьями. Вошедши в церковь, он увидел все уже полуистлевшим в ней; одна только запрестольная икона Божией Матери – копия с Смоленской – оказалась хорошо сохранившеюся; слух о церкви и найденной в ней иконе Богоматери побудил благочестивых жителей Словенки построить на ее месте другую церковь, около которой собрались желавшие подвизаться в иночестве; образовалась пустынь, которая за тем, вероятно в 1764 г., обращена была в приходскую церковь с. Новословенского. К иконе Богоматери, по месту явления наименованной «Словенскою», являлись богомольцы, особенно к 23 сентября (вероятно, этот день был днем обретения иконы). В 1870 г. вместо обветшавшей деревянной церкви начата постройкой новая каменная, трехпрестольная церковь, в коей главный престол освящен 18 сентября 1892 г., в честь Словенской иконы Богоматери, Костромским епископом Виссарионом (см. 22 № Костромских Епархиальных Ведомостей за 1892 год). Изображение сей иконы следующее: Богоматерь, наклонив свою главу в правую сторону, взирает на Богомладенца, полулежащего на Ея одежде. Спаситель правою рукою касается лика Богоматери, которая поддерживает Божественного своего Сына обеими руками (левою – подплечо правой руки Богомладенца, а правою ноги, и эта рука Ея касается опущенной вниз правой руки Его).

Точный список с явленной Смоленской иконы Божией Матери есть в с. Новоспасском, Дмитровского уезда, Московской епархии. (Сборн. изображ. явленных и чудотворных икон Божией Матери стр. 46. Полн. христ. месяцеслов, Киев. 1875 г. Архим. Сергий, Агиология Востока, т. 2. стр. 255).

Евпраксия, в мире Евдокия, происходила из купеческого звания и, как сирота, была взята на воспитание своим дядей, придворным протоиереем, в С.-Петербурге; в 1758 г., избегая брачной жизни, тайно ушла в Арзамас (Нижегород. епархии), в Алексеевскую женскую общину, откуда была вытребована своим дядей; но так как заявила о непреклонном желании поступить в монашество, то и отпущена была в Старо-Ладожский Успенский монастырь (С.-Петербургской епархии), где своим послушанием, трудолюбием и благочестием превосходила всех, так что игуменья Евфимия еще при жизни назначила ее своею преемницею. По благорасположению к ней С.-Петербург. митрополитов Гавриила и Михаила игуменья Евпраксия временно управляла Смольным монастырем в С.-Петербурге. Жизнь игум. Евпраксии подробно описана в «Страннике» (за 1861 г.). Скончалась она в глубокой старости, имея от роду более ста лет, 23 сентября 1823 г. В биографии сказано, что игум. Евпраксия еще при жизни удостоилась небесных видений.

Описание Староладожского монастыря в «Ист. стат. описании СПб. епархии» 2 т. 216–238. Странник, 1861 (Е. Шаховской).

Преподобный Никандр, сын благочестивых поселян, родился в с. Видеребе, Псковского уезда, при крещении был наречен Никоном. Родители обучали сына грамоте; с юности он отличался богобоязненностью, скромностью, чуждаясь детских игр, он любил посещать храм Божий; пример старшего брата, принявшего монашество с именем Арсения, и слава недавно почивших преп. Саввы и Евфросина, возбуждали в юной его душе решимость следовать примеру их св. жизни и навсегда посвятить себя Господу. По смерти отца, 17-ти летний Никон убедил мать поступить в монастырь, а сам, раздавши доставшееся ему имение, посещал св. обители; но заметив в себе недостаток уменья читать книги, поступил в услужение к Псковскому жителю Филиппу, который, заметив в нем сильное желание учиться, отдал его опытному учителю и «Господь дал ему разумение писаний». Благочестивый юноша тяготился городскою жизнью и стремился в пустыню. Услышав о пустынном и едва доступном из-за болот и топей месте между г. Псковом и Порховом, на р. Демьянке, Никон решился поселиться там. На пути встретил его блаженный Николай Салос (см. 28 февраля) и сказал, что его ожидают горечи. Поставляя себе хижину, Никон несколько лет провел в безмолвном уединении. Соседние поселяне, узнав о новом пустыннике, стали посещать и этим нарушать его безмолвие, а потому Никон, после краткого пребывания у своего прежнего знакомого, Филиппа, отправился в обитель преподобного Саввы Крыпецкого (см. 1 октября) и просил игумена о принятии его в число братии. Игумен, видя Никона слабым и изнуренным, не принимал его, указывая на трудность иноческой жизни; тогда Никон, припавши к раке преп. Саввы, просил его, как бы живого, принять его в свою обитель. В виду такого непреклонного решения Никон был принят и скоро пострижен в монашество с именем Никандра. Строгими подвигами поста и преуспеванием в благочестии, он скоро обратил на себя внимание братии и многие хвалили его; Никандр, избегая человеческой славы, снова удалился в свою пустынную хижину на берега р. Демьянки. Пробыв здесь 15 лет, Никандр (после ограбления его келии и жестокого избиения его ворами, из коих двое впоследствии раскаялись) возвратился в Крыпецкий монастырь, где братия избрала его в уставщика, а затем в келаря. Справедливая строгость Никандра в отправлении им должности келаря и строго аскетическая жизни казались тяжкими для некоторых из братии; заметив, что он тяготит собою других и избегая неудовольствий, он снова отправляется в свое пустынное уединение на Демьянку. Тяжелыми подвигами поста, молитвы и бодрствования над собою, Никандр настолько духовно созрел, что в нем, особенно в последние годы жизни, открылся дар прозрения и чудес. Предузнал он и день кончины своей. Благочестивому диакону г. Порхова Петру, которого он просил погребсти его тело, сказал, что день его кончины будет в тот день, когда Псков будет объят бурею войны и в осаде будут держать этот город Литовцы. Вскоре, 24 сентября 1581 г., польский король Стефан Баторий осадил Псков и в этот день скончался преподоб. Никандр. Освященное подвижничеством местожительство Никандра, после его смерти, не осталось пустым; здесь поселился сначала инок Исаия, а за ним и другие; в 1587 г. Исаия построил церковь в честь Благовещения Пресвятой Богородицы, а затем основал обитель. При гробе преподоб. Никандра стали истекать разные чудесные исцеления; помещик Иаков Муравьев, в благодарность за сохранение жизни его сына, построил церковь в его имя (при патриархе Никоне). В 1688 г., по повелению патриарха Иоакима, были освидетельствованы мощи преподоб. Никандра, и тогда он был причислен к лику святых: тогда же составлена была ему служба и описано житие его; но житие, тогда (в конце XVII в.) составленное, было только переделкой прежде существовавшего. В «Иконописном подлиннике» сказано: «Преподоб. отец наш Никандр, Псковский чудотворец, подобием сед, брада, аки Власиева, на конце повилась космочками, в схиме, ризы монашеския» (Филимонов, 35, стр.). В рукописях сохранилось житие преп. Никандра, относящееся к печатному изданию, как более простая и древняя редакция. В продолжение XVII в. до 1686 г. к примечат. чудесам приписывались дальнейшие, внесенные в печатную редакцию; по одному из них видно, что старое житие написано в 1-й половине XVII в., а житие, составленное в 1686 г., – произведение игумена Никандровой пустыни Евфимия. Эта обитель доныне существует. Служба преподобному Никандру в первый раз напечатана в 1808 г. Акафист ему напечатан в 1861 году.

Описание Благов. Никандр. пустыни. История Псков. княжества III, 80. История Рос. иерархии V ч. 183. О крестн. ходах во Пскове, Арх. Иосифа 38–40. Филарет, Рус. св., III кн. 111–116. Словарь о рус. свят. 203–206. Муравьев, 24 сент. Протопопов, Жития свят. сент. 392–403. Барсуков Н., Источн. агиографии 388. На 389 стр. указаны списки жития преп. Никандра. Архим. Леонид, «Св. Русь». Архим. Сергий, I т. 197; т. II 255. Полный христ. месяцеслов 1875 г. Киев.

Вторично преподобному Никандру празднуют 29 июня в память обретения его мощей.

Галактион, сын знаменитого боярина князя Ивана Феодоровича Бельского, происходившего от рода Ольгерда, великого князя Литовского, и состоявшего в родстве с Русским великокняжеским домом, родился в Москве в 1535 году, в первый год малолетнего царя Иоанна IV, и наречен был, во св. крещении, Гавриилом. Когда отец его был зарезан в тюрьме князьями Шуйскими, семилетний Гавриил был укрыт родственниками и друзьями отца, которые отправили ребенка в город Старицу, чтобы спасти его от преследований. Там юный князь скрывался в неизвестности и вскоре перешел в Вологду, и кормился сапожным мастерством; женился, по овдовев, постригся с именем Галактиона, затворился в построенной им тесной келье на берегу ручья Содимки и наложил на себя тяжкий подвиг затворничества в оковах. По совету преподобного Иринарха, затворника Ростовского, он приковал себя к стене цепью. Богобоязненные люди подавали ему в окошко пищу; когда склонял его сон, он становился на колени и держась за цепь, засыпал сном легким и прерывистым; пищей его был только сухой хлеб с водою (Верюжский, стр. 609–627). Преподобный Галактион убит поляками и литовцами 24 сентября 1611 года; тело его погребено в бывшей его келии. Спустя несколько лет, Варлаам II, архиепископ Вологодский, на месте подвигов преподобного Галактиона, благословил построить деревянную церковь Знамения Богородицы, которая потом заменена каменною и при ней устроена обитель, называвшаяся Галактиноновою пустынью, а при архиепископе Маркелле в 1654 году построен двухъярусный пятиглавый соборный храм Сошествия св. Духа. Под ним, в нижней Знаменской церкви, почивают под спудом мощи преподобного Галактиона. При раке находятся тяжелые его вериги, железная цепь, параман и шапка, сделанная из двух железных полос, крестообразно сложенных с обручем вокруг головы, таким же аналавом, а с другой крестом. На парамане вырезана надпись: «раб Божий Гаврил во имя Отца и Сына и св. Духа обещался терпети до конца». («Письма с Севера», стр. 35 и 36). «Житие, по замечанию В.Н. Ключевского (стр. 324), любопытно чертами, характеризующими древне-русский взгляд на отшельничество. Житие написано одним из иноков Галактиновой пустыни. Канон написан был позднее, по поручению Вологодскаго епископа Павла (1716–1725)». По «Иконописному подлиннику»: «подобием сед, брада аки Сергиева, поуже, на главе схима, ризы монашеския» (Филимонов, стр. 334).

Книга о рос. святых, изд. М.В. Толстым, 114 стр. История Рос. иерархии, IV 65. Филарет, Рус. святые III кн. 116–120. Верюжский, Истор. сказание о Вологод. святых 609–627. Ист. словарь о рус. свят. 72 стр. Любоп. Месяцеслов Московский на 1796 г. Ист. и топогр. известие о Вологде, 64 стр. Протопопов, Жития свят. сент. 403–408. Архим. Леонид, «Св. Русь», 76 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 256. Барсуков, Источн. агиографии, 112–113. Ключевский, стр. 324–325. Полный христианский месяцеслов, 1875 г.

В рукописных святцах сказано: «Преподобный Авраамий, игумен Спасскаго монастыря, иже на Мироже реке, во Пскове». Единственным памятником трудов основателя обители, и доселе целым, остается каменный храм, устроенный в XII веке, так как преподобный Авраамий скончался в 1158 г. Мощи Авраамия почивают в обители под спудом.

См. Ист. Рос. иерархии V 70. Ист. княж. Псков. 111–93. Древности Пскова, Толстого, 66–67. Филарет, Рус. св. 24 сент. стр. 110. Истор. словарь о рус. св. 4 стр. Архим. Леонид «Св. Русь» 64. Протопопов Д., Жития св. сент. 403. Полн. христ. месяцеслов 1875 г. Барсуков, 7 стр.

Эта икона явилась в 1198 году в Спасо-Мирожском монастыре, в Псковской епархии; вновь прославилась чудесами с 24 сентября («исхождаху слезы» от иконы). Изображение иконы: «знамение Божией Матери, по обители именуемое Мирожское». Пресвятая Богородица на иконе изображена стоящею, с воздетыми к небу руками; а по сторонам ее молящиеся св. благоверный князь Довмонт – Тимофей и супруга его кн. Мария Димитриевна. Празднество совершается по особой службе, напечатанной в сентябрьской минее, 1866 г. в Москве. С этою иконою бывает крестный ход 6 августа, в храмовой праздник (из градского собора).

Дебольский, Дни Богослуж. I ч. 135. Слава Божией Матери III ч. 74–75.

Преподобный Сергий, основатель Троице-Сергиевой Лавры, в мире Варфоломей, родился 3 мая 1319 г. от благочестивых родителей Кирилла и Марии в принадлежавшей им деревне (где ныне Варницкий монастырь), в 4-х верстах от г. Ростова (Ярославской губернии). Еще до рождения Бог проявил в нем великого своего угодника (во чреве матери, в церкви он три раза воскликнул); в детстве, отказываясь от грудей матери, по средам и пятницам, навыкал к строгому посту; с 7 лет с братьями своими (старшим Стефаном и младшим Петром) стал обучаться грамоте, но, не смотря на усиленные занятия, мало успевал в ней, пока случайно встреченный им в лесу дивный старец не благословил его; после чего он в книжном учении превзошел всех. Еще до смерти родителей, он желал поступить в монашество, но убежденный ими, он оставил свое намерение до их кончины. Притеснения от княжеских наместников и обеднение от татарских разорений заставили боярина Кирилла с семейством переселиться в г. Радонеж (или Городище). Вскоре по переселении сюда, Кирилл и Мария поступили в Хотьковский монастырь, где вскоре скончались (см. 28 сент.); по смерти их преподобный Сергий немедленно раздал доставшееся ему имущество и пришел в Хотьковскую обитель к брату своему Стефану, который по смерти своей супруги Анны жил в ней; но не понравилось юному Сергию жить в Хотьковском монастыре; он упросил своего брата идти с ним и отыскать в окрестных лесах уединенное, пустынное место для его подвигов, и таковое место найдено было ими в дремучем лесу (в 10 верстах от Хотькова), на возвышенном холме (на «Маковице»). Затем оба отправились в Москву и у митрополита Феогноста испросили благословение на устройство храма в честь Пресвятой Троицы, и таким образом возникла знаменитая Троице-Сергиева Лавра (в 1340 г.). Не долго прожил в пустыни Стефан, он поселился в Богоявленском Московском монастыре; для богослужения Сергий приглашал в свою обитель благочестивого игумена Митрофана (вероятно, жившего в Хотьковском монастыре), который и постриг Варфоломея, с именем Сергия (7 окт. 1342 г.). В совершенном уединении Сергий много терпел от скудости средств, от вражьих искушений, но за все благодарил Бога и Господь прославил его; скоро разнесся слух по окрестностям о дивном пустыннике и стали являться к нему любители иноческого жития, и преподобный Сергий принимал их с любовью и вскоре в его обители составилось братство из 12 иноков, в числе коих первые были: Василий Сухий (с р. Дубны), Иаков, Онисим и др. (об учениках преп. Сергия см. 5 июля); каждый из братии строил себе келлию, – для безопасности от зверей они были ограждены тыном. Спустя несколько времени поселился близ преподобного Сергия игумен Митрофан, постригавший его, и вскоре скончался. Преподобный Сергий своею жизнью подавал всем пример непрестанной молитвы, постоянных трудов и глубокого смирения; братия беспрекословно повиновалась ему и пожелала иметь его своим игуменом, но он и слышать сего не желал; убежденный в необходимости иметь в своей обители игумена, он с старшими братьями отправился в Москву к управлявшему всероссийскою митрополией Волынскому епископу Афанасию (в 1354) (так как св. Алексий в то время путешествовал в Константинополь) испросить для своей обители игумена, но Афанасий посвятил его в пресвитера и возвел в сан игумена. Число братии с 1357 г. стало увеличиваться, особенно с прибытием архимандрита Симона, пожелавшего жить простым послушником у великого аввы. С увеличением братии – увеличивались и нужды обители, которая иногда нуждалась в насущном хлебе, – и сам преподобный Сергий из-за гнилых сухарей целые сутки трудился над постройкой сеней к келлии старца Даниила; скудость в содержании доходила до того, что при богослужении употребляли вместо свечей – лучину, писали на бересте – вместо бумаги; а однажды некоторые из братии хотели уйти из обители, за неимением хлеба, – но Господь, по пламенной вере своего угодника, не раз неожиданно посылал ему от неизвестных благотворителей средства к пропитанию; молитвою своею он извел из земли источник ключевой воды, названный «Сергиевою рекою». Господь еще при жизни преподобного Сергия прославил его даром чудес и первое из них было по молитвам его возвращение к жизни умершего отрока, а в образе множества птиц, слетавшихся около его келлии, свыше дано было преподобному Сергию уверение в умножении братии его обители. До 1372 г. в обители преподобного Сергия не было устроено общежития, а каждый инок заботился о своем содержании, что не нравилось преподобному игумену; но тот с обычным ему смирением не решался ввести общежитие, пока Константинопольский патриарх не прислал ему с дарами своими (крест, схиму и пр.) и грамоту, в коей советовал ввести общежитие, как лучший и богоугодный вид монашества, что преподобный Сергий, с благословения митрополита св. Алексия, и сделал в своей обители; первым келарем был преподобный Никон (см. 17 ноября), эклесиархом – преподобный Симон (см. 5 июля), духовником – преподобный Савва (см. 1 окт.); но этим были недовольны некоторые из иноков, оставившие Сергиеву обитель, а старший брат его, игумен Стефан, переселившийся к преподобному Сергию из Москвы с сыном своим Иоанном, в монашестве Феодором – впоследствии Ростовским архиепископом (см. 28 ноября), в церкви так оскорбил смиренного Сергия, что тот, по отправлении вечерни, незаметно для братии оставил свою обитель и, испросивши у преподобного Мефодия, своего друга (см. 4 июня) ученика его, Симона, основал на р. Киржаче новую обитель в честь Благовещения Пресвятой Богородицы (1373–1374). Братия прежней его обители, узнав о месте жительства любимого своего игумена, постепенно переселялась к нему и Троицкий монастырь стал пустеть, вследствие чего лучшие из иноков отправились к митрополиту Алексию с просьбой возвратить им Сергия. Св. Алексий отправил на Киржач двух архимандритов и убедил его возвратиться в свою обитель, а на покой поставить вместо себя игумена. Послушный Сергий выполнил приказание митрополита и, поставив в Благовещенском Киржацком монастыре игуменом ученика своего Романа (см. 29 июля), возвратился в прежнюю свою (Троицкую) обитель к великой радости своей братии. Св. Алексий нередко приглашал преподобного Сергия для духовных бесед; по его предложению, преподобный Сергий – из своих учеников дал преподобного Андроника (см. 13 июня) в игумена Московского Андрониевского монастыря, основанного митрополитом Алексием в память своего спасения на Черном море (16 авг. 1356 г.). Пред своею кончиною святитель убеждал преподобного Сергия быть ему преемником на митрополии, но смиренный игумен отклонил от себя это почетное предложение. По поводу этого события в жизни преподобного Сергия, Московский митрополит Филарет, в речи своей новорукоположенному епископу Леониду, сказал: «Великий отец наш Сергий, как бы в некоторое вознаграждение православной церкви за то, что не отдал ей в епископство самаго себя, в обители возращает под сению своею сынов послушания и разума духовнаго, которых потом избрание церковное призывает к епископству». Из обители преподобного Сергия, по замечанию гр. М.В. Толстого, вышло более ста архипастырей (Рассказы из истории Рос. церкви, вып. 2, 80 стр.). По смерти святителя Алексия (12 февр. 1378) великий князь Димитрий Иоаннович предлагал преп. Сергию принять митрополию, но тот указал на Киприана (см. 16 сент.), как законного архипастыря, а когда великий князь не согласился на это, то он указал на Суздальского епископа Дионисия (см. 15 окт.), но не угоден был князю и этот святитель, так как он хотел видеть на митрополичьей кафедре своего любимца – Новоспасского архимандрита Митяя, который гордо обращался с духовенством и даже с епископами, особенно с Дионисием, подозревая в нем соперника. Зная добрые отношения св. Дионисия к преподобному Сергию, Митяй похвалялся, по получении митрополичьего сана, разорить Троицкую обитель, но преподобный Сергий в пророческом прозрении сказал: «Он грозит обители нашей, но сам не получить желаемаго и даже не увидит Царя-града». Что и сбылось. Преподобный Сергий письменно сносился с митрополитом Киприаном, видя в нем законного архипастыря, но, к сожалению, не осталось его писем к этому святителю. Преподобный Сергий своим благословением укрепил великого князя Димитрия Донского на битву с Мамаем; при посещении обители он предсказал великому князю победу над врагами и дал, по желанию его, двух иноков (Пересвета и Ослябю, см. 8 сент.), бывших в мире бояр, и – один из них (Пересвет), по молитвам своего св. игумена, убил татарского богатыря (Челибея); пред самой битвой преподобный Сергий в подкрепление великому князю прислал икону, просфору и грамотку, коею убеждал его безбоязненно идти на врагов св. веры; во время битвы (8 сент.) на Куликовом поле преподобный Сергий с братиею пламенно молился о победе православного воинства над безбожными татарами и, прозревая духом, сообщал братии о ходе битвы и об одолении врага. По его совету, великий князь установил поминовение воинов, павших на Куликовом поле, в субботу пред 26 октября (днем св. великомученика Димитрия). В 1382 году, во время нашествия Тохтамыша, преподобный Сергий с митрополитом Киприаном был в Твери. Димитрий Донской особенно после Куликовской битвы глубоко почитал преп. Сергия, нередко посещал его и приглашал воспринимать от купели св. крещения своих сыновей – Георгия и Петра. В свою очередь преп. Сергий был «печальником» земли русской, в защиту прав великого князя, и своим влиянием примирял удельных князей с Димитрием Донским; так он путешествовал в Ростов – уговорить Ростовского князя Константина Васильевича признать над собою власть великого князя; препод. Сергий, по распоряжению митрополита Алексия, отправлялся в Нижний Новгород для умиротворения Нижегородского князя Бориса Константиновича, который смирился только по закрытии храмов своего города; в 1385 г. преп. Сергий в глубокую осень, по своему обыкновению, пеший отправлялся в Рязань убедить гордого князя Олега примириться с великим князем, и при посредстве св. старца он «взял с великим князем Димитрием вечный мир» и впоследствии этот мир был скреплен браком Феодора Олеговича с дочерью Димитрия Донского Софией; таким образом преподобный Сергий и митрополит Алексий содействовали ослаблению удельных княжеств, возвышению Московского великого князя и водворению в России единодержавия и новому порядку престолонаследия. Преподобный Сергий присутствовал при кончине великого князя Димитрия Донского (19 мая 1389), который в духовной грамоте своей навсегда заповедал детям и потомству своему, чтобы после отца наследником великокняжеского престола был старший сын его, помимо других лиц, старших в роде. Думают, что эта благая для нашего отечества мысль внушена была великому князю преподобным Сергием, подпись которого находится в его духовном завещании (Собр. Госуд. Грам. I, 61). В следующем (1390) году св. Стефан, епископ Пермский, на пути в Москву, желал посетить преп. Сергия, но по обстоятельствам, требовавшим немедленного прибытия его в столицу, он не мог выполнить своего намерения, а потому на 11-й версте против Сергиевой обители святитель встал, прочел «Достойно есть яко воистину» и издали поклонился и проговорил: «мир тебе, духовный брат мой». Преподобный Сергий в это время сидел за трапезою с братиею; вдруг встает из-за стола и, после краткой молитвы, делает поклон к западу (т.е. к той стороне, где находился св. Стефан) и тихо промолвил: «радуйся и ты, пастырь Христова стада». Некоторые из братии, после трапезы, поспешившие на указанное св. Сергием место, еще застали спутников св. Стефана (см. 26 апреля). На месте сем впоследствии построена часовня с большим деревянным крестом, а в Лавре преп. Сергия в воспоминание сего дивного приветствия св. друзей и доселе соблюдается обычай: пред последним блюдом во время трапезы ударяют в колокольчик, братия встают, и очередной иеромонах произносит: «молитвами св. отец наших, Господи И. Христе, помилуй нас», а затем уже оканчивается трапеза. Преподобный Сергий во время совершения богослужения нередко имел сослужащими себе ангелов и некоторые из старцев сподобились видеть их, а равно и другие дивные видения (огонь, исходящий из св. чаши). В пост пред Рождеством Христовым 1379 г. преп. Сергий во время молитвенного правила ночью удостоился посещения Пресвятой Девы с Апостолами Петром и Иоанном, чего очевидцем был его ученик преподобный Михей (см. 5 мая); в память сего дивного явления в лавре, с пятницы под субботу, на месте бывшей келии препод. Сергия (ныне находящемся в юго-западном притворе Троицкого собора) совершается всенощное бдение с акафистом Пресвятой Богородице пред иконою, на которой изображено явление Ея преп. Сергию (о сей иконе см. 185 стр.). Преподобный Сергий, вручая свою обитель покрову Божией Матери, после краткой болезни, свято почил 25 сент. 1392 г. (по мнению других в 1391 г.). Тело его, по распоряжению митрополита Киприана, было погребено в Троицкой церкви, хотя сего и не желал св. старец. Обретение мощей преподобного Сергия совершилось в 1422 г. (см. 5 июля).

В «Иконописном подлиннике» под 25 числом сентября сказано: «Преставление преподобнаго и богоноснаго отца нашего Сергия. Церковь стоит бела, в сторону палата, а с другой гроб стоит, а во гробе лежит Сергий чудотворец, подобием сед, брада Афанасиевы подоле, на главе схима празелень, ризы преподобническия, испод дичь, у главы стоит святитель плешив и сед аки Афанасий, риза крестовая, за ним попы и диаконы млади и стары, и руси, а посреди за гробом стоит игумен Никон, аки Сергий, в ризах и клобуке, и диакон, а за ним позади старец сед, аки Власий, цкою закрывает гроб, а инии старцы плачут, руками закрылися, а инии поклонилися гробу» (Филимонов, стр. 159).

Над житием преподобного Сергия трудились Епифаний Премудрый, ученик преподобного Сергия, Пахомий Логофет и Троицкий келарь Симон Азарьин. «Доселе, замечает г. Ключевский, неизвестен список, который можно было бы признать подлинным текстом написаннаго премудрым Епифанием жития Сергия, без дополнений, внесенных в него позднейшею рукой. Сочинение Епифания обыкновенно встречается в списках XVI и XVII веков; список же XV в. чрезвычайная редкость (1417). Произведение Епифания было мало распространено в древне-русской письменности» (98–100 стр.). Пахомий Логофет переделал труд Епифания, прежде чем он распространился в читающей среде, а писцы потом охотнее переписывали более краткую Пахомиевскую редакцию, чем обширный труд Епифания (Ключевский, стр. 110, 115). В 1858 г. Троице-Сергиева лавра издала в точном списке рукописное житие преп. Сергия, украшенное множеством изображений. По воле царя Алексея Михайловича Троицкий келарь Симон Азарьин приготовил к печати житие преп. Сергия, написанное Епифанием, и дополненное Пахомием, подновив слог его и прибавив к нему ряд описанных им самим чудес, которые совершились после Пахомия в XV–XVII в. Эта новая редакция напечатана была в Москве в 1646 г. Но мастера печатного дела напечатали только 35 рассказов Симона о чудесах преп. Сергия. В 1653 г., восстановляя первоначальный вид своего сказания, Симон прибавил к нему обширное предисловие, в котором изложил свои мысли о значении Сергиевой обители и сделал несколько любопытных замечаний касательно истории жития ее основателя. Оно напечатано в X-й книге «Временника» (Ключевский, 351 стр.). В «Источниках агиографии» Н. Барсукова перечислены важнейшие списки жития преподобного Сергия всех трех авторов (стр. 512–521). Житие преподобного Сергия было в 1784 г. составлено Платоном (Левшиным), Московским митрополитом. (Из III тома мнений митроп. Филарета видно, что книгопродавец Н. Кораблев издал его в 1847 г. особою книжкою, стр. 520). Житие это издалось св. Синодом при полном собрании сочинений митрополита Платона. Московский митрополит Филарет составил житие преподобного Сергия («Житие преп. и богоносного отца нашего Сергия, почерпнутое из достоверных источников для чтения в церкви в дни праздников преп. Сергия и для народа»). Профессор Московской академии П.С. Казанский написал обширное житие преподобного Сергия, доселе еще не изданное (Филарет Черниговский, Русские святые, сент. 125–158 стр.). Никон, иеромонах Сергиевой Лавры (издатель известных Троицких листков), в 1885 г. издал составленное (и уже 2-м изданием вышедшее) «Житие и подвиги преп. и богоноснаго отца нашего Сергия», удостоенное Макариевской премии. В Четьи Минее св. Димитрия Ростовского под 25 ч. – житие, извлеченное из великой Четьи Минеи митрополита Макария. О преп. Сергие см. Церк. Рус. историю архиеп. Филарета, митр. Макария, т. IV, Знаменского и друг., а также в Истории России Н.М. Карамзина IV и V т., С.М. Соловьева III–V т., Д.И. Иловайского, т. II, Костомарова (Рус. история в жизнеописаниях кн. I) и др.; Кудрявцева, История мон. со времени преп. Сергия; Казанского П.С., История русского монашества; Протопопова Д., Жития святых, сентябрь, 413–467; Жития святых А.Н. Муравьева (сент.); Гр. М.В. Толстого, Рассказы из Рус. Ц. Истории; Горского Н.В., Описание Троице-Сергиевой Лавры; Историч. Словарь о рус. святых; Ратшина, Сведения о монастырях и мн. др. Житие преп. Сергия издано разными лицами в особых книжках и брошюрах особенно в 1892 г. и нет возможности представить все издания, заключающие в себе житие преп. Сергия. О нем упоминают все почти русские летописи (см. Полное собрание оных). Преп. Сергию служба составлена по обретении мощей. Списки служб преп. Сергию перечислены у Н. Барсукова, из какого перечня видно, что в библиотеке Троице-Сергиевой Лавры находится список его службы до 50, из коих 7 принадлежат XV веку (Источники агиографии, стр. 520–521).

Преподобному Сергию известно два печатных акафиста, из коих один составлен в 1650 г. князем Симеоном Шаховским (см. Рукопись о новоявленных чудесах пр. Сергия, 33 чуда) – в благодарность угоднику Божию, как выбранному воеводе русской земли, когда еще у всех была в памяти знаменитая осада Лавры. Московский митрополит Филарет говорил А.Н. Муравьеву, что этот акафист «послужил основанием других акафистов в честь св. угодников Божиих, ибо и у нас прежде, как в Греческой церкви, существовало два акафиста Господу Иисусу и Богоматери. Но поскольку акафист в честь Богоматери был составлен в благодарность за избавление Царьграда от нашествия врагов, то и преподобному Сергию, как избранному воеводе, освободившему Лавру свою от долгой осады, долгом почли составить такую же победную службу» (Путеш. к святым местам, I ч. 235 стр.). Второй акафист составлен в прошлом столетии и приписывается Московскому митрополиту Платону (Истор. словарь духов. писат., изд. 2, т. II, 183 стр.), но не позже 1761 г. (Рукоп. Дополн. библиотек. Лавр. 143. Опис. сл. рукоп. библиотек. Троице-Сергиевой Лавры, т. III, стр. 174 под № 764 – см. Никон, Житие преп. Сергия, 310 стр.).

Преподобный Сергий однажды, в глубокую ночь, пред иконою Богоматери пел акафист и, часто взирая на Ея образ, молил Ее о ходатайстве пред Сыном Ея и Богом, да призрит на обитель. Окончив молитву, преподобный сел для отдохновения; но вдруг сказал ученику своему Михею: «бодрствуй, чадо, мы будем иметь чудесное посещение». Едва он сказал сие, как слышан был глас: «Пречистая грядет»! Святой, услышав, вышел в сени, и «се осиял его свет паче солнечнаго, и он узрел Преблагословенную Деву, сопровождаемую Апостолами Петром и Иоанном. Святый пал ниц; но благая Матерь прикоснулась к нему и одушевляла его словами благодати: не бойся, молитва твоя о учениках твоих и о месте сем услышана; при тебе и по тебе Я неотступна буду от обители твоей, и буду покрывать ее» (Житие пр. Сергия, 1836 г., стр. 46).

Сие видение Богоматери преподобным Сергием изображено на особой иконе, которая устроена из верхней гробовой доски преподобного Сергия, как свидетельствует надпись на задней стороне. Икона сия складная. На средней доске изображено явление Богоматери с двумя Апостолами преподобному Сергию, при котором был и преподобный Михей; на сторонних досках изображены – на одной преподобный Сергий, а на другой преподобный Никон.

В 1446 году великий князь Василий Васильевич, быв захвачен в Сергиевой Лавре воинами Димитрия Шемяки и князем Иваном Можайским, заперся в храме Святой Троицы. Услышав, что его ищут, он отпер южные двери, взял икону, которая на гробе св. Сергия, – явление Богоматери с двумя Апостолами преподобному Сергию – и встретил князя Ивана в дверях церковных, говоря: «Брат! мы целовали Животворящий Крест и сию икону, чтоб нам не мыслить зла друг на друга». Князь Иван обещался не делать ему вреда; тогда великий князь Василий поставил икону на прежнее место. (Царствен. летоп. 280 стр.).

Царь Алексей Михайлович брал сей Образ в Польский поход в 1654 г. и, возвратив в 1659 г., благодарно исповедал и приказал подписать на самом образе, что, по молитвам Пресвятой Богородицы и заступлению св. чудотворцев Сергия и Никона, Бог даровал ему победу над королем Польским и предал в его руки Вильну и другие города Польские, Литовские и Немецкие. В 1703 г., по случаю войны с Карлом XII, образ сей, по повелению царя Петра Алексеевича, снова послан был в стан русский к графу Борису Петровичу Шереметеву и находился при нем во всех походах сей знаменитой войны. Возвратив сей образ, граф приложил к нему украшение от себя. В 1812 г. сей образ послан был митрополитом Платоном к Государю Императору Александру I-му, а им вручен был Московскому ополчению, и возвращен на свое место, по изгнании врагов из отечества.

В сентябре 1855 г., во время пребывания в Троице-Сергиевой Лавре Государя Императора Александра II-го, образ Сергиева видения был вручен митрополитом Филаретом Его Величеству, и Им препровожден к действующей армии в Крым на благословение и укрепление против врагов, а по окончании войны 5 августа 1856 г. был возвращен в Лавру. В 1877 г., при объявлении войны Турции за угнетение восточных христиан, покойный Государь Император, будучи в Троице-Сергиевой Лавре, после теплой молитвы у гроба преподобного Сергия, принял сию икону от Московского митрополита Иннокентия и препроводил в действующую армию, откуда, по окончании войны, она возвращена в Лавру (Опис. Троице-Серг. Лавры, 1879 г., стр. 18).

По древнему преданию, записанному в Никоновой летописи (IV, 326) небесное посещение Божией Матерью преп. Сергия было в Рождественский пост, в ночь с пятницы на субботу (по одним – у Карамзина, V т. стр. 137, в 1380, а по другим в 1379 г.). Последнее указывает между прочим на то, что в наступивших (летом 1380 г.) трудных обстоятельствах (нашествие на Россию Мамая), сам великий заступник земли русской, преподобный Сергий, имел духовную нужду в особенном подкреплении свыше, и обращают внимание на то, что преп. Сергий послал на Куликово поле к великому князю Димитрию Иоанновичу именно «Богородичную просфору» (Опыт естеств. Богословия. Сборник Савича 1879 г.). В благодарственное воспоминание сего чудного события в обители преп. Сергия в 1732 г. устроен придельный храм; а также, в память такого дивного и радостного для обители явления установлено каждую пятницу, с вечера, совершать всенощное бдение с акафистом Богоматери в юго-западном приделе Троицкого собора, на том месте, где, по преданию, стояла келия препод. Сергия и где красуется теперь величественная икона, изображающая явление Божией Матери св. Сергию, и в каждую субботу, после ранней литургии, в церкви преп. Никона – в том же притворе – совершается молебное пение во славу Богоматери, при чем поется нарочито составленный, по образцу пасхального, канон в воспоминание сего посещения (попеременно с другими двумя канонами). – На иконе посещения Богоматерью преподобного Сергия, Михей, ученик его, изображается обыкновенно позади преп. Сергия, коленопреклоненным, закрывающим лице свое мантией от сияния славы небесной. Стоит замечания, как объясняет простой народ, это закрытие мантией. «Преподобный Михей», говорят простецы, «за три года пред тем выпил одну чашицу вина и вот, вспомнил теперь о своем согрешении и боялся оскорбить Царицу небесную своим дыханием». Такое толкование, пишет о. Никон (в составленном им житии преп. Сергия, стр. 226) случалось слышать от многих простолюдинов. Здесь не место, говорит он, входить в оценку нравственного смысла этого объяснения, выразительно характеризующего взгляд благочестивой русской души на винопитие, хотя жизнь и расходится далеко с таким взглядом; но не голос ли это какого-нибудь древнего предания?

Слава Божией Матери III кн. ч. II стр. 32–44. Истор. опис. Серг. Лавры. Барсуков М., 1874. Ц. Истор. месяцеслов Троицкой Лавры С.К. Смирнова, изд. 1, 1850 г., изд. 2-е, 1854 г. Иеромонах Никон, Житие преп. Сергия.

В С. Петербурге, в храме Вознесения Господня (на Екатерин. канале) в приделе, посвященном Божией Матери, находится местный образ Богоматери «Утоли моя печали» – точная копия с чудотворной таковой же иконы, находящейся в Москве в церкви Николая в Пупышах. В честь этой иконы на память освящения придельного храма в 1765 г. ежегодно совершается празднество 25 сентября, так как в этот же день икона сия была перенесена из Москвы.

Вторично совершается сей иконе празднество 25 января. (Истор. статист. опис. Спб. епархии, выпуск IV, ч. II, стр. 23).

Евфросиния, в мире Феодулия (а по другим – Феодосия, см. у Барсукова, стр. 179), старшая дочь св. мученика Михаила, Черниговского князя (см. 20 сент.), родилась в 1212 году. Ея рождение испрошено было молитвою; не имея детей, благоверный князь Михаил и супруга его Феофания часто посещали Киев и в Киево-Печерской лавре усердно молились Господу о разрешении их неплодия, и Господь услышал их молитву: даровал им дочь. Мать, княгиня Феофания, воспитала ее в благочестии, а образованный боярин Феодор был ее наставником. Красота и редкое развитие ума привлекали к юной княжне множество женихов, но она от юности думала посвятить себя Богу. Покорная дочь должна была подчиниться воле родителей, которые избрали ей жениха в лице Суздальского князя Мины Ивановича, потомка благочестивого варяжского князя Шимона (см. 28 авг.). На пути в Суздаль (в 1227 г.) она узнала о смерти своего нареченного жениха и, решившись более не возвращаться к родителям, на всегда осталась в Суздале и вскоре пострижена была в иночество с именем Евфросинии в обители положения ризы Божией Матери, что за земляным городским валом. Много скорбей испытала Евфросиния вдали от родины, много искушений вынесла от врагов спасения; но, предавшись воле игуменьи своей, она усиленною молитвою и постом преодолела все испытания, посылавшиеся от Господа, который при жизни прославил ее даром прозрения о смерти игуменьи. Слух о святой жизни ее привлекал множество богомольцев. По ее убеждению, настоятельница отделила в особые помещения инокинь из вдов и девиц для их душевной пользы. Хорошо образованная и одаренная духовной опытностью, Евфросиния, по поручению игуменьи, преподавала сестрам наставления, число инокинь увеличилось и, по смерти игуменьи, она единогласно избрана была настоятельницею обители, которая при ней достигла самого цветущего состояния. Ей было открыто Богом о тяжком испытании России от нашествия татар. В 1238 году Батый подступил к Суздалю. По словам летописца: «татары сожгли церкви и монастыри в Суздале; но Господь сохранил только девичий монастырь Положения ризы Богоматери, где страдальчески совершила иноческую борьбу блаженная Феодулия, дочь великаго князя Михаила Черниговскаго, и мученица, нареченная в иночестве Евфросиния: по ея молитвам Господь покрыл тот монастырь чудным образом» (Карамзин, III, 364 стр.). Рассказывают, что когда достигла весть о мученической кончине ее отца Михаила и учителя Феодора, то она горячо славословила Господа, удостоившего их мученического венца. Оба мученика предстали ей во сне в светлых одеждах и преподали ей утешение в прохождении трудной подвижнической жизни. После недолгой болезни, приобщившись св. Таин, преподобная Евфросиния скончалась 25 сентября 1250 г. 38 лет.

Св. Димитрий, Четьи Минеи, 25 сент. стр. 84. Филарет, Русские святые, сент. 120–125. Житие преп. Евфросинии было описано иноком Григорием в конце XV века. Краткие сведения о святых Владим. епархии, иеромонаха Иоасафа, 1860 г., 63–71. А. Муравьев, Жития рус. свят., сент. Протопопов Д., Жития святых, сент. 468–474. Историч. словарь о рус. святых, 103 стр. Архим. Игнатий, стр. 36–38. Барсуков, Источники агиографии 179–182 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь», 172 стр. Архим. Сергий, II т., 257. Книга о рос. святых, 209–210. Путев. письма из древней Суздальской области, 47–48 стр.

Афанасий и Феодосий – основатели Воскресенского Череповецкого монастыря в Новгородской епархии (ныне обращенного в приходскую церковь). По местному уставу сей епархии совокупная их память, кроме 25 сентября, совершается и 26 ноября (см. это число). О жизни сих угодников ничего неизвестно (Ист. Рос. иер., VI ч., 56 стр. Месяцеслов, 189 стр.).

Евфросиния была игуменьею Введенского женского монастыря в г. Угличе Ярославской епархии; она была убита в 1609 г. во время литовского разорения, и Введенский монастырь был разрушен; ничего неизвестно о ее жизни, даже неизвестен день ее кончины.

Строев, Списки настоятелей, 375 стр.

Праздник 26 сентября – преставление св. Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова – в нашем отечестве праздник духовно-учебных заведений, частнее праздник духовных семинарий. Богословие – главный предмет обучения в высших классах семинарии (которые в прежнее время назывались «богословием, богословским классом»), а первый в христианском мире боговдохновенный богослов, почерпший свое учение о воплотившемся Боге-Слове от недр самого Богочеловека – был возлюбленный ученик Его, св. евангелист Иоанн Богослов, потому-то и самые духовно-учебные заведения посвящались его особенному покровительству. В большинстве духовных семинарий церкви посвящались имени сего св. Апостола; так, насколько известно, храмовые празднества – в честь св. Иоанна Богослова в семинариях: С. Петербургской, Архангельской, Виленской, Воронежской, Вологодской, Вятской, Казанской, Калужской, Каменец-Подольской, Минской, Могилевской, Новочеркасской (Донской), Орловской, Пермской, Самарской, Саратовской, Смоленской, Харьковской и, вероятно, в других еще семинариях. В прежнее время во всех семинариях – в богословском классе ставилась икона св. Иоанна Богослова, как покровителя богословия. Дни памяти его (особенно 26 сентября) для семинарии – великий праздник; в этот день устраивались особые торжества в честь св. Ап. Евангелиста Иоанна Богослова, составлялись не только «богословами», воспитанниками высших классов семинарии, но и самими профессорами (преподавателями) похвальные слова, речи, стихотворения в честь св. Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова. Впрочем, в России, и до учреждения еще духовных семинарий, св. Иоанна Богослова считали покровителем просвещения, особенно духовного; так в Смоленске известный ревнитель просвещения князь Роман Ростиславич († 1180 г.) построил в честь св. Апостола Иоанна Богослова храм и доселе существующий (Голубинский, История рус. Церкви, II т., 266 стр.). В Киеве Иов Борецкий, впоследствии митрополит, открыл школу для детей при церкви Апостола Иоанна Богослова. Бывшие в Москве, в 1666–8 г. восточные патриархи Паисий и Макарий благословили и своих рук приписанием утвердили: «быть на славу Божию в России учению разными диалекты греческим, славянским и латинским», и в частности они дали прихожанам церкви св. Иоанна Богослова грамоту, чтобы при сей церкви «быть школе греческия и славянския грамматики» (История Рос. иерархии, I, 519).

О чтимых в России иконах св. Апостола Иоанна Богослова – см. 8 мая.

Преподобный Ефрем, в крещении Евстафий, с молодых лет, оставил родителей (Стефана и Анну) и удалился в Кашинский монастырь, а оттуда перешел на Вишеру к св. Савве (1 окт. 1462 г.), по смерти коего уединился близ р. Веренды; слух о строгой, благочестивой его жизни привлек к нему последователей, при помощи коих устроил сначала храм Пресвятой Деве, а потом и монастырь. Обитель его названа была Перекопскою, потому что св. Ефрем для доставления своей обители чистой воды перекопал (сделал проток) из р. Веренды в озеро Ильмень. Св. Ефрем скончался в глубокой старости (80 л.) 26 сент. 1492 г. В 1545 году установлено было праздновать преподобному Ефрему еще 16 мая (см. это число).

Роман был ученик преподобного Ефрема Перекопского; о жизни его не осталось никаких сведений, но из того, что св. основатель, пред кончиною своей поручил ему управление обителью, видно, что он благочестием превосходил всех иноков этой обители, хотя в ней подвизались тогда замечательные подвижники, как напр. Фома и другие. По спискам настоятелей у Строева, Роман, преемник Ефрема, управлял обителью до 1554 г. (стр. 113). Роману приписывают составление жития преп. Ефрема, но г. Ключевский и другие справедливо сомневаются в этом (см. под 16 мая). Роман показан между святыми в некоторых старинных святцах, и в обители Перекопской, посвященной св. Николаю, доселе существующей (в 25 верстах от Новгорода), память его доселе чтится, хотя он не канонизован (У Строева и др. Перекопская обитель почему-то называется Перекомскою – см. Правосл. христиан. месяцеслов, Киев, 1875 г.).

Архим. Леонид, «Святая Русь», 50 стр.

В 1834 г., при перенесении княжеских и архиерейских гробниц в усыпальницу Нижегородского кафедрального собора, было усмотрено нетленное тело митрополита Павла; и до сих пор в Нижнем Новгороде вспоминают об его благочестивой жизни, совершая панихиды, над его гробницею, которая находится на левой стороне в нижней церкви кафедрального собора. Вот краткие сведения о нем, извлеченные из истории Нижегородской иерархии, Архиеп. (Донского) Макария (СПб. 1857 г. стр. 19–24): Павел митрополит (1686–1696) родился в г. Курмыше (Симбир. губ.) и, как строгий блюститель церковных правил он, в сане иеродиакона, взят был Нижегородским митрополитом Филаретом (1672–1686) в архиерейский дом и определен казначеем, в каковой должности он оставался до 1686 г. и пользовался полным доверием архипастыря, облегчая, сколько возможно, труды его; от этого Павел своим умом и благочестивою жизнью сделался известным не только всей Нижегородской епархии, но и самому патриарху Иоакиму. В 1686 г. митрополит Филарет, по старости и болезни, испросил себе увольнение от управления митрополией и его преемником, согласно его желанию, был сделан Павел; в том же году он был поставлен в митрополита (Грамота в Древней Вивлиоф. ч. XVIII) 7 марта 1686 г. В 1695 г. он торжественно встречал в Нижнем Новгороде Императора Петра I-го (16 мая) – во время его похода на Азов. В сентябре 1686 г. ему поручено было св. Синодом погребение Рязанского митрополита Павла (Моравского, † 4 сент. 1686 г.), а в 1694 г. он совершил погребение и над своим благодетелем, бывшим Нижегородским митрополитом Филаретом (который жил на покое в Желтов. Макарьевском монастыре, † 24 сент. 1694 г.). Сам же митрополит Павел скончался 26 сентября 1696 г. Его преемником по Нижегородской кафедре был Трифиллий.

Под Спасо-Преображенским кафедральным собором в Нижнем Новгороде устроена усыпальница; в ней ныне три престола: главный в честь Казанской иконы Божией Матери, св. великомученика Димитрия Солунского и св. бессребреников Косьмы и Дамиана (см. 1 ноября). В этой усыпальнице, в Димитриевском приделе, погребены великие князья Нижнего Новгорода, а именно: Константин Васильевич † 1355 г., первая его супруга Анна Грековна (год кончины ее неизвестен), Андрей Константинович † 1365 г. (см. 2 июля), супруга его Анастасия Иоанновна, в иночестве Васса, а в схиме Феодора, † 1377 г. (см. 16 апр.); Иоанн Димитриевич, † 1377 г.; Димитрий Константинович † 1383 г.; Иоанн Борисович, прозванный Тугой Лук; Василий Димитриевич, † 1403 г.; Симеон Иоаннович и Борис Константинович. В этой же усыпальнице погребены Нижегородские преосвященные: Филарет I-й, митрополит Нижегородский (см. выше); Павел, его преемник, Нижегородский митрополит (см. выше); архиепископ Питирим – писатель «Пращицы», знаменитый в истории русского раскола, † 8 мая 1738 г.; архиепископ Иоанн I-й (Дубинский) † 21 янв. 1743 г.; архиепископ Вениамин II-й † 16 марта 1811 г.; Моисей архиепископ † 25 янв. 1825 г.; епископ Филарет II-й † 7 февр. 1873 г. и блаженнейший католикос Антоний, Грузинский царевич, † 1828 г. В ряду с могилами архипастырей, у северной стены собора покоится тело знаменитого Нижегородского гражданина Косьмы Минина (см. 1 ноября).

Неизвестно происхождение и первые годы жизни и подвигов преподобного Савватия; во время управления всероссийскою митрополией Фотия (1409–1431) он был иноком Кирилло-Белозерской обители; здесь он долгое время подвизался с усердием и беспрекословно и безропотно выполнял разные послушания; день и ночь служил Господу слезною молитвою, бдением и постом. Безответное послушание игумену, кроткая любовь к братии и строгая жизнь приобрели Савватию уважение братии; отличаемый уважением и вниманием братии и мирян, он стал тяготиться этим и, слыша от богомольцев, что на большом озере Нево (Ладожском) находится каменный утесистый остров Валаам, решился туда отправиться на жительство и не без скорби простились с ним белозерские старцы. На Валааме он показал себя иноком строгой благочестивой жизни, безответно исполнял все послушания, возлагаемые на него, не задаваясь даже в мысли вопросами: для чего и с какою целью требуют от него того, или другого послушания? Слава мирская и здесь стала беспокоить смиренного старца, возбуждая в нем опасения потерять награду небесную из-за земных наград. Дошло до слуха Савватия, что еще далее – на севере есть Соловецкий остров, никем необитаемый, не всегда доступный даже для рыбаков. На этом пустынном и безлюдном острове пожелал подвизаться уже убеленный сединами Савватий; он просил игумена благословить отойти с миром в крайнюю пустынь, но ни игумен, ни братия не хотели расстаться с уважаемым старцем и убеждали его не думать о выходе из их обители; но преподобный Савватий ночью оставил Валаамскую обитель и направил путь свой к берегам Белого моря. Когда достиг он Белого моря и стал расспрашивать прибрежных жителей о Соловецком острове, они рассказали ему, что остров – велик, с озерами, лесами, горами, но не обитаем по неудобству сообщения и суровости климата. Этот рассказ еще более воспламенил в св. старце желание поселиться на нем. Заметив это, собеседники как ни привыкли сами к суровой северной зиме, дивились, как этот многолетний дряхлый старец может жить там: чем ты будешь питаться там? спрашивали у него. У меня, – отвечал преподобный, – такой Владыка, который и дряхлости дает силы свежей юности и голодных питает до сытости. Преподобный Савватий решился остаться на время в часовне, стоявшей близ устья р. Выги, на месте, называемом Сороки. Здесь вскоре он встретился с преподобным Германом и, по описанию Соловецкого острова этим отшельником, еще более убедился, как благоприятен этот остров для богомолья и уединения. Сам Герман вызвался не только проводить его туда, но и поселиться с ним. На утлой ладье старцы отправились по бурным волнам Белого моря и, чрез три дня достигнув Соловецкого острова, поселились близ Секирной горы, где водрузили крест и построили себе хижину. И их подвиги с 1429 г. освятили негостеприимный остров сурового севера. Это отшельничество далеко тяжелее отшельничества восточного. На здешней почве нельзя было иметь никакой растительной пищи, а страшный холод зимы и осенняя сырость сжимали самую жизнь в телесном организме. Но как ни сурова жизнь на холодном острове, однако нашлись люди, которым было завидно и досадно, что дотоле никому не принадлежавший остров занят отшельниками. Жившие около Кеми отправили от себя одну семью на Соловецкий остров, чтобы, ознакомясь там ближе со средствами острова, открыли удобства и другим для поселения. Но Господь не допустил там мирских поселян. Два светлых юноши с гневом встретили жену Соловецкого поселянина и говорили ей: «бегите отселе, не для вас это место, сонмы иноков здесь будут славить Бога. – Бегите, чтобы иначе скорая смерть не постигла вас». Это передала плакавшая жена преподобному Герману – и возблагодарили св. старцы за сие Бога. На 6-м году пустыннической жизни на острове Герман для нужд келейных отправился на берег р. Онеги. После сего в том же году было открыто преподобному Савватию о скорой его кончине, и старец на ладье чрез два дня приплыл на твердую землю, чтобы здесь приобщиться св. Таин; за 10 верст от р. Выги он встретил игумена Нафанаила, который и исполнил право желание св. старца. В это время прибыл на берег Новгородский купец Иоанн. Помолясь в часовне, он зашел в келию и здесь увидел благолепного старца, беседа с которым так усладила его, что он предложил ему богатое подаяние. «Мне это не нужно, сказал Савватий, раздай бедным». Купец опечалился непринятием от него даров, но старец сказал: «останься, друг, дозавтра здесь; не будешь жалеть о том и путь твой будет покоен». Спешные дела вынуждали Иоанна ускорить свой путь в море, но поднявшаяся на нем сильная буря заставила его переночевать. На утро добрый купец пришел принять у преподобного Савватия благословение на путь, – взошел в келию и увидел старца, сидящего в куколье и мантии, с кадильницею в руке: не слыша ответа на приветствие – Иоанн увидел, что преподобный Савватий уже скончался. Это было 27 сентября 1435 г. Возвратившийся игумен Нафанаил (его приглашали в ближнее село для напутствия больного) с Иоанном с честью похоронили тело преподобного Савватия при часовне. Чрез 30 лет мощи преподобного Савватия были перенесены в Соловецкий монастырь. В «Иконописном Подлиннике» под 27 числом сентября сказано: «Преставление преподобнаго отца нашего Савватия, начальника Соловецкаго острова, новаго чудотворца: подобием сед, брада до персей, пошире Власиевы, риза преподобническая. Церковь стоит и палата, а в другую сторону гора празелень, братия плачут, старцы два, один млад, поп в ризах черных, на нем клобук, в руке кадило, а в другой книга, диакона несть, старец средний доскою покрывает гроб» (Филимонов, 160–161). В Уставе церковных обрядов, совершавшихся в Московском Успенском соборе (окт. 1634 г.) под 27 сентября: «Празднуют Савватию, Соловецкому чудотворцу, у патриарха на дворе; вечер и утро благовест в ревут, а звон во вся без большаго; а от патриарха указ о звону и о благовесту от Соловецких, потому что и всенощное бывает». Далее видно, что к службе преподобному Савватию являлся и царь, возвратившись из Сергиевой Лавры. («А как Государь приидет от Троицы»... Н. Барсуков, Источники агиографии, 483 стр.).

(О составлении жития преподобного Савватия, службы и пр. см. 17 апреля).

Преподобный Иродион первоначально подвизался под руководством преподобного Корнилия Комельского (см. 19 мая), по смерти коего в 1537 году Иродион, с другими иноками Комельской обители, отправился в Белоозерскую страну и поселился там на пустынном берегу озера, купил здесь у крестьянина остров, называвшийся Озадским (в 15-ти верстах от Белоозера) и построил на нем кельи и церковь в честь Рождества Пресвятой Богородицы и тем положил начало Илоозерскому монастырю. Окрестные жители, за неимением храма, сходились в обитель для молитвы; здесь же крестили детей, отпевали умерших и совершали браки, вследствие чего по временам устрояли шумные торжества, которые тревожили преподобного; но он терпел это для нужд св. веры, а нарушавших благоговение лишал своего благословения, которым они сильно дорожили. Преподобный Иродион, постом изнуряя свое тело, проводил ночи в молитве и каждую субботу приобщался св. Таин. Ангел возвестил о близости его кончины, и он мирно почил 28 сентября 1541 г. и был похоронен в часовне им построенной. Некто Софония не благоговейно посохом воткнул в могилу преподобного и внезапно ослеп; долго пробыв слепым, он усердно молился в молитве о прощении своих грехов; явившийся преподобный Иродион возвратил ему зрение, и Софония в благодарность велел написать икону святого в том виде, в каком он явился ему – и поставил икону в часовне. Мощи его почивают под спудом в упраздненной Илоозерской обители.

Краткое известие о преподобном Иродионе с чудесами его в XVII веке, было написано по поводу церковного следствия о жизни и чудесах его, произведенного в 1653 г. архимандритом Кириллова Белоозерского монастыря Митрофаном (1652–1660 г.), по повелению Новгородского митрополита (впоследствии патриарха) Никона. Рукописн. святцы: «преподобный Иродион пустынник, пребысть на Иле озере, ученик преподобнаго Корнилия». Сведения о монастырях, 403 стр. Филарет, Рус. святые, сент., 167–169. История Рос. иерархии, IV, 291. Историч. словарь о рус. святых, 123 стр. Рукоп. житие его в Императорской публ. библ., № 726. Барсуков, Источники агиографии, 225. Протопопов Д., Жития святых, сент., 520–522. А. Муравьев, Жития русских святых и др.

В Хотьковском Покровском женском монастыре (в 10 верстах от Троице-Сергиевой Лавры) Дмитровского уезда, 28 сентября совершается память родителей преподобного Сергия Радонежского, Кирилла и Марии. Хотьковский монастырь, упоминаемый еще в XIV в. (под 1308 г.), по примеру древних монастырей Греции был общий и для старцев (монахов) и стариц (монахинь); в этом монастыре родители преподобного Сергия, пред своею кончиною, пострижены были в иночество и здесь же скончались. Тела их покоятся в трапезе монастырского собора. На верхней стороне богато украшенной гробницы, осеняемой балдахином, Кирилл и Мария изображены в рост и изображения их покрыты серебряными ризами, которые были устроены в 1827 г. игуменьею Евпраксиею. На передней стороне гробницы вычеканены надписи: «Лета 6845 преставися раб Божий инок Кирилл, отец преподобнаго Сергия Радонежскаго чудотворца. Лета 6845 преставися раба Божия инокиня Мария, мать преподобнаго Сергия Радонежскаго чудотворца». Пред их гробницею находится замечательная старинная икона Знамения Божией Матери; под стопами Богоматери изображена гробница Кирилла и Марии; около гробницы на одной стороне написаны их дети: Варфоломей (преп. Сергий), Петр и Стефан, а на другой – Анна, супруга Стефана, и Екатерина, супруга Петра. Над их главами имеются надписи. Над гробами Кирилла и Марии, отправляются панихиды для богомольцев, которые во множестве стекаются 28 сентября из Троице-Сергиевой Лавры – после праздника преподобного Сергия (25 сентября). Есть предание, что по завещанию преподобного Сергия приходящие на поклонение в Сергиеву Лавру должны заходить в Хотьковскую обитель на поклонение его родителям. Вторично их память совершается в четверток недели о Мытаре и Фарисее.

Покров. Хотьк. монастырь (С.К. Смирнова) I-е изд. 1854 г., 2-е 1858 г., 3-е 1872, 4-е 1875. О жизни Кирилла и Марии см. в житии преп. Сергия Радонежского иеромон. Никона. Вид Хотькова монастыря помещен в Рус. Паломнике 1890 г. № 42. У архим. Леонида «Св. Русь» Кирилл и Мария включены в число святых, стр. 140. Супруги братьев преп. Сергия Стефана и Петра – Екатерина и Анна погребены в Хотьковском монастыре.

Преподобный Харитон, основатель и игумен Кудина монастыря, (в 3-х верстах от г. Торопца Псковской епархии, на озере Кудине) жил в XVI веке, но ничего неизвестно о его жизни; монастырь Кудинский ныне обращен в приходскую церковь и в нем под спудом покоится преподобный Харитон; день кончины его неизвестен. Имя его внесено в старинные рукописные святцы. См. Словарь исторический о святых, стр. 271; Архим. Леонид, «Св. Русь», стр. 70. Барсуков Н., Источники агиографии, 578 стр.

***

Воспоминание победы над Генералом Левенгауптом в 1709 г. 28 сентября. – Полный христ. месяцеслов, Киев, 1875 г.

Киприан был богатый землевладелец Двинской трети и Устюжской волости, но презрев прелести мира, принял монашество в древней обители Пресвятой Троицы в г. Гледене и назван был Киприаном. Река Юг стала подмывать Гледенскую гору, и граждане вынуждены были переселиться за Черный Яр за р. Сухону и построили нынешний г. Устюг (Вологодской губернии). Устюжане упросили перейти к ним Киприана, который, обойдя город, осмотрев места удобные для жития иноков, избрал место при озерках, за острожской осыпью и здесь сначала поставил малую келию; с 1212 г. Киприан начал строить обитель в честь Введения Божией Матери во храм и церковь Архангела Михаила. Граждане, видя богоугодную жизнь его, приносили ему все нужное для устройства и содержания обители, а иные стали жить вместе с ним. Он принимал с радостью и любовью всех, а примером жизни учил благочестию и в себе показывал им путь к вечному спасению. Впоследствии он отдал все свое имущество обители – деревни, села, пахотную и сенокосную землю; с того времени его обитель стала распространяться. Преподобный Киприан, по выражению устюжского летописца, «был признан начальником св. обители и пастырем Христова стада» (у Савваитова, в Опис. Устюж. мон., стр. 30–46, СПб. 1848 г.), но он по своему смирению не принимал священнического сана. Он скончался 29 сентября 1276 г. и погребен в обители близ св. ворот; впоследствии над гробом его был построен храм Преполовения св. Пасхи и гроб его остался внутри церкви за левым клиросом у стены. Гробница над могилою преподобного Киприана каменная, на ней находится писанное на холсте его изображение. Дикий камень, служивший преподобному возглавием, лежит близ гробницы; от сего камня многие, отскабливая частицы, по вере врачуются от болезней. Из вещей, принадлежавших преподобному Киприану, доныне хранится небольшой деревянный напрестольный крест с литым серебряным Распятием. Монастырь преподобного Киприана существует доныне, в нем 5 каменных церквей; в 1737 г. при этой обители была открыта семинария.

История Рос. иерархии, III ч., 312 стр. Опис. Устюж. монастыря, Савваитова. Верюжский, Истор. сказ. о Вологод. святых, 53–57 стр. Филарет, Рус. святые, сент., 169–172 стр. Историч. словарь о рус. святых, 146 стр. Архим. Игнатий – XIII век. Карамзин, III, 186 стр. Протопопов Д., Жития святых, сент. 529 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь», 86 стр. Барсуков, 290 стр. Архим. Сергий, II, 260. Полн. христ. месяцесл., Киев, 1875 г.

Св. Михаил, первый митрополит Киевский, по Иоакимовой летописи, родом Сириец, а по другим Болгарин, посвящен был в Царьграде в 988 г. в сан епископа новопросвещенной России при патриархе Николае Хрисоверге; в том же году он прибыл с греческими посланниками к Великому князю Владимиру. Михаил с апостольскою ревностью проповедовал св. Евангелие в русской земле и для сего совершал частые путешествия, повсюду крестя и поучая «новокрещенные люди». Ему приписывают основание Киевского Выдубицкого монастыря, а другие и Злато-Верхо-Михайловского (см. Историю слов. о рус. св. 186 стр.). Некоторые ученые, на основании умолчания о св. Михаиле в летописи Нестора, отвергают его существование, но против сего: а) предание русской церкви, что первый митрополит в России был Михаил; память о нем, как первосвятителе земли русской, была так сильна, что наши летописцы несколько епископов, бывших в России, называют Михаилами; это может служить подтверждением предания о Михаиле, как первом нашем святителе; б) в церковной службе (30 сент.) св. Михаил называется «начальником архиереев, насадителем в России веры Христовой, разрушителем идольскаго зловерия, пастырем новоизбранных людей»... (седал.) «послан в неверные люди, приидите, яко Апостол и первозваннаго пророчествие паверши»... (стих.). Св. Михаил назван «первоначальником» в Синодиках Новгородского Софийского и Киево-Софийского собора и др.; в) с давних времен мощи его почивают в Киеве, где совершается особо составленная в честь его служба (см. 30 сент.). В надписи на раке святителя изображено, что он скончался в 992 г., погребен в Десятинной церкви; около 1103 г. при Печерском игумене Феоктисте мощи его перенесены в Антониеву пещеру; а по представлению архимандрита Романа Копы и по именному указу 1730 года июля 23 – перенесены 1 октября того же года в великую (Печерскую) церковь. Неизвестно, когда святитель Михаил был причислен к лику святых; у Кальнофойского (1638 г.) и в списке преподобных, почивающих в Антониевой пещере, он упомянут; в Акафистнике, напечатанном в Печерской типографии 1677 г., в 9 песни канона поставлено его имя, как первосвятителя. Указами св. Синода 1762 г. июня 15, 1775 г. мая 18, 1784 г. 31 окт. дозволено печатать службы святым: Михаилу, Антонию, Феодосию и прочим Печерским чудотворцам в книгах, издаваемых Лаврскою типографией; в указе Св. Синода 6 авг. 1795 г. повелено было составить обстоятельное жизнеописание святителя Михаила для помещения в Четьи-минеях (память его, по Филарету и др., в Киево-печ. Лавре чтилась 15 июня до 1770 г. (см. 15 июня)).

Преподобный Григорий, по фамилии Лопотов, из благородной (дворянской) фамилии, родился в г. Галиче, Костромской губернии; с юности воспитан в благочестии; родители его (на 15 году) хотели сочетать его браком, но прежде исполнения своего желания, несогласного с расположениями сына, скончались. Раздав бедным доставшееся ему наследство, Григорий поступил в Богородичный монастырь у Галичского озера. Игумен обители, принимая во внимание знатность его происхождения и юность, недоверчиво отнесся к нему и поручил его опытному руководителю – старцу. С великим смирением Григорий служил всей братии и вел строгую подвижническую жизнь, за что удостоен был, вскоре по пострижении, и священнического сана. Искреннее благочестие доставило ему славу святого мужа; многие приходили к нему за наставлением, а Галичский князь упросил его быть крестным отцом его детей. Тяготясь известностью и близостью родных, он отправился в Ростов на поклонение мощам св. Леонтия и поселился в обители преподобного Авраамия, но и здесь распространилась молва о его высоком благочестии и иноки Спасского на песках (Яковлевского) монастыря пожелали его иметь своим настоятелем и упросили архиепископа Дионисия (1418–1425 г., см. 18 окт.) убедить смиренного Григория принять над ними начальство, но спустя два года он тайно оставил обитель и удалился в Вологодские леса. Здесь в Сосновецкой пустыни познакомился с преподобным Дионисием Глушицким (1 июня), но Господь призывал его быть руководителем других ко спасению и Дионисий одобрил его намерение основать свой монастырь. С крестом на плечах, Григорий в лесной стороне на берегу р. Пельшмы (в 7 верстах от г. Кадникова Вологодской губернии) водрузил крест в основание обители, первым иноком коей был священник Алексий, в монашестве Александр. Богатый и благочестивый поселянин Мартин пожертвовал землю и лес для новой обители, а в 1426 г. был построен в ней первый храм в честь Пресвятой Богородицы; иконы для сего храма писал преподобный Дионисий; Григорий в свободное время списывал для обители священные книги. Обитель его процветала благочестием и умножалась братиею. Преподобный Григорий не ограничивал забот своих только о своем монастыре, он принимал участие в судьбах своего отечества. В 1433 г. он ходил в Москву с намерением убедить Галичского князя Юрия Димитриевича, отнявшего у Василия Васильевича Темного Московское княжество и Юрий, вняв убеждению св. старца, возвратил Василию Москву, а сам отправился в Галич. В следующем (1434) году сын Юрия Димитрий Шемяка стал опустошать Вологодскую страну, принадлежавшую великому князю. Одушевляясь любовью к отчизне, Григорий отправился к Шемяке и решился сказать ему правду: «Князь Димитрий, – говорил ему преподобный, – ты творишь дела не христианския; ступай лучше в страну языческую, к людям поганым и не знающим Бога; вдовы и сироты христианския вопиют против тебя пред Богом. Сколько гибнет от тебя людей голодом и стужею и если вскоре не прекратишь междоусобия, кровопролития и насильства, то сам скоро лишишься и славы и княжества». За такое резкое обличение Шемяка приказал сбросить Григория с моста, и старец сильно разбитый несколько часов лежал без чувств, но обличения его подействовали на Шемяку и он вскоре оставил Вологду. Это мужественное ходатайство Григория за несчастных усилило к нему и его обители особенное уважение народа. Пред смертью, приобщившись св. Таин, он преподал наставления братии и назначил игуменом обители Александра. Преподобный Григорий скончался 30 сентября 1441 г. Мощи преподобного Григория почивают под спудом в основанном им Пельшемском (Лопотовском) монастыре. Рака над ними обложена медными чеканными посеребренными листами, на верху ее находятся железные вериги, железная полумантия и железная кольчатая рубашка, в которой преподобный Григорий совершал свои подвиги. Церковное празднование ему установлено в Москве собором 1549 года. По «Иконописному Подлиннику» Григорий «подобием сед, брада аки Иоанна Богослова, власы главные густы с ушей, на плечах схима, ризы преподобническия, рука благословенная, в другой свиток» (Филимонов, 37 стр.). Редкие списки жития его представляют две редакции, резко различающиеся между собой. Первая редакция, если не первоначальная, то более близкий к нему текст жития. Преосвященный Филарет (Рус. святые, сент., 171 стр.) говорит, что житие его составлено неизвестным со слов служившего преподобному Григорию. Вторая редакция позднейшая переделка первой (Ключевский, 186–198 стр.). Память преподобного Григория, как видно из Чина обрядов Московского Успенского собора, чествовалась в Москве. «Сентября в 30-й день (указано в означенном чине) Григорию Пелшемскому, трезвон середний, а поют с полиелеом по уставу» (Тимофеев, Рус. Ист. Библ. III, стр. 28). Служба преподобному Григорию находится в сборнике 1688 г. как «новому чудотворцу». В нынешних изданиях службы месячной Минеи под 30 числом сентября печатается полная служба преподобному Григорию; в 1884 г. издан и акафист сему святому. В обители его есть храм, посвященный его имени.

Житие преподобного Григория описано неизвестным со слов служившего преподобному Григорию. Сохранились две редакции его жития; о списках его Жития см. у Н. Барсукова, 138–139. Пролог. 30 сентября. История Рос. иерархии, V ч., 21–23. Филарет, Рус. святые, III ч., 171–175. Истор. словарь о рус. святых, 81 стр. Верюжский, Истор. сказ. о Вологод. святых, 279–288. Книга рос. святых (изд. Толстого) 119–120. Словарь Щекатова, III, 1191. Муравьев, Жития святых 30 сент. Протопопов Д., Жития святых, сент. 532–537. Архим. Леонид, «Св. Русь» 78. Архим. Сергий, II, 261. Макарий, Ист. Рос. церкви (VIII). Полн. христ. месяцеслов, 1875, Киев.

О сих преподобных у Н. Барсукова (Источники русской агиографии) сказано. «Димитрий, Шуйский чудотворец. Не канонизован» (Архим. Сергий, III, прис. 3 стр. 61). Упоминается в «Книге о святых» (Рукоп. Савваитова, л. 19). В «Иконописном Подлиннике» под 30 сентября (Филимонов, стр. 33). У Архим. Леонида, 176 стр. «Артемий, чудотворец Шуйский. Не канонизован» (Архим. Сергий, III, пр. 3, стр. 61). Упоминается в «Иконописном Подлиннике» под 30 сент. (Филимонов, стр. 33). «Григорий священно-иерей, Шуйский чудотворец. Не канонизован» (Архим. Сергий, III, пр. 3, стр. 61). Упоминается в «Книге о святых» (Рукопись Савваитова, л. 19). В «Иконописном Подлиннике» под 31 сентября (Филимонов, стр. 33) и «Евфросиния, Шуйская чудотворица. Не канонизована» (Архим. Сергий, III, пр. 3, стр. 61). Упоминается в «Книге о святых» (Рук. Савваитова, л. 19). В «Иконописном Подлиннике» под 30 сентября (Филимонов, 33 стр.). Все они упоминаются у Архим. Леонида («Св. Русь» 176 стр.). У Толстого в изданной им книге «Описание о рос. святых», стр. 215, сказано: «Града Шуи святыя. Святый священноиерей Григорий, святый Димитрий и святая Евфросиния, иже бысть в селе Китове, яко три версты от града». Далее граф М. Вл. Толстой замечает: «По свидетельству Шуйскаго и о. протоиерея Ф.П. Дунаева, память о подвижничестве Григория, Димитрия и Евфросинии совершенно изгладилась, так что в г. Шуе и с. Китове старожилы не знают ничего о времени их жизни и о месте погребения. Имена их упоминаются в каталоге рукописей и печатных книг по Владимирской губернии, составленном П.Ф. Токмаковым, л. 95».

Армения, некогда составлявшая особое государство, ныне русская провинция, – а потому святые этой страны, жившие до IV Вселенского (Халкидонского) собора, чтимые православною восточною Церковью, заслуживают внимания каждого русского благочестивого чтителя отечественных святынь, тем более, что на территории древней Армении впервые распространяли христианскую веру св. Апостолы (Иуда иначе Фаддей из XII-ти, Фаддей из LXX, Варфоломей и Фома и др.), кровью многочисленных мучеников была обагрена эта страна (как например 10000 мучеников было распято в Араратской пустыне); стопами великих вселенских святителей – как напр. Иоанна Златоуста, была освящена эта страна, но к сожалению, христианство, рано насажденное в Армении, по несчастным событиям этой страны, впоследствии уничтожено было язычеством; но в IV веке, ранее чем в Греко-римской Империи, оно трудами св. Григория и Армянского царя Тиридата снова восстановлено, распространено и сделано господствующею религией.

Григорий, просветитель Армении, происходил из знатного царского рода Арсакидов, но отец его Анак, проживавший в Персии, запятнал себя вероломным убийством Армянского царя Курсара, или Хосрова (на охоте), который, испуская последнее дыхание, приказал истребить семейство своего убийцы (в 261 г.), но Григорий (родившийся в 257) и младший брат его Сурен чудным действием промысла Божия были спасены. С Анаком переселился в Армению знатный перс Путкар, женатый на христианке Софии, сестре Евталия, богатого гражданина Кесарии Каппадокийской; Григорий с рождения отдан был на воспитание Софии, которая, по приглашению брата, вместе с мужем, до смерти Анака, переселилась в Каппадокию; Сурен был укрыт также своею кормилицею. София – кормилица Григория, усыновила и воспитала его в христианской вере. Григорий получил хорошее образование, изучил сирийский и греческий язык с богатою их литературою, основательно ознакомился с священным Писанием, а по достижении совершеннолетия вступил в брак с Мариею, дочерью благочестивого христианина Давида, от коей имел двух сыновей Вартанеса и Аристакеса. Среди истребления персидским царем семьи Армянского царя Хосрова был спасен (в 261 г.) малолетний его сын Тиридат (см. 29 ноября); так как Римский император считался покровителем Армении, то спасенный отрок взят был ко двору Римского императора и Лициний, впоследствии принявший титул Августа, воспитала Тиридата в язычестве. Вероятно, воспитатели Григория сообщили ему об его происхождении и о преступлении его отца, – каковое преступление смутило благочестивую совесть Григория и он, оставив и пристроив жену и детей, решился верною службою Тиридату загладить проступок своего отца (но о своем происхождении не сообщил царю). И действительно Григорий служил Тиридату верно и оказал ему много услуг, о чем неоднократно свидетельствовал сам царь. Получивши в 286–7 г., при помощи римских легионов, армянский престол, Тиридат вместе с Григорием возвратился в Армению. Ревнуя об охранении армянской народной религии, Тиридат издал эдикт о верном служении своим богам и, желая показать в этом случае пример в себе самом, отправился в с. Эрец для торжественного жертвоприношения богине Анаш и приказал Григорию возложить на алтарь богини венок из древесных ветвей, но тот исповедал себя христианином, за что был, по приказанию царя, подвергнут жестоким истязаниям и наконец Тиридат приказал отвести Григория в область Арарат и бросить его в подземелье замка в г. Арташаде (288 г.) на голодную смерть, где и пробыл 15 лет, среди пресмыкающихся гадов, в сырости и смраде. Но Провидение сохранило его жизнь для великих впоследствии подвигов; какая-то бедная вдова, приютившаяся в том же замке, бросала узнику каждый день по хлебцу и тем поддерживала жизнь будущего просветителя Армении. Поводом к освобождению Григория, которого считали почившим, было видение во сне сестрою Тиридата, впавшего после казни св. Рипсимии и ее подвижниц в умоисступление (см. 29 ноября), Хозровидухтою лучезарного мужа, повелевшего отыскать и освободить узника Григория, который освободит царя от страшной болезни. Великий сатрап Ода отправлен был в г. Арташад для извлечения Григория из подземелья. Узник оказался жив, но сильно исхудавший, без одежды, тело его было черно, как уголь. С радостью народ в г. Вагаршапате встретил Григория и просил об исцелении несчастного своего царя. Прежде всего он спросил: где положены тела свв. мучениц (Рипсимии и др.), – и, собрав брошенные их тела, с честью похоронил в том же самом загородном виноградном сарае, где жили св. мученицы и сам поселился здесь. Св. Григорий в течение пяти дней проповедовал об истинном Боге Тиридату, получившему облегчение от болезни, вельможам, а затем и народу; потом (по прошествии двух месяцев) он рассказал о дивном видении, которое объяснил ему ангел: «образ человеческий есть Господь, здание, увенчанное крестом, означает вселенскую церковь, пребывающую под охраною креста, ибо на кресте умер Сын Божий; место это должно сделаться местом молитвы; огненный столб и источник знаменуют Божественное крещение, которое истекает из вселенской церкви для возрождения человечества». После сего Григорий убедил царя и народ построить три часовни, одну – где пострадала Рипсимия, другую – на месте смерти Гаиании, а третью, где жили св. девы; на месте видения огненного столба была создана церковь, впоследствии монастырь (Эчмиадзин – Сошествие Единородного). По чудесном исцелении Тиридат сделался благосклонным к христианской вере и Григорий, по воле царя, стал разрушать в Армении языческие капища и статуи богов, что совершалось не без сопротивления жрецов и народного бунта, особенно в области Тапир (в 4-й Армении). По желанию Тиридата, Григорий с знатными вельможами и с богатыми дарами был отправлен в Кесарию и архиепископ Леонтий возвел Григория в сан епископа. Из Кесарии и других мест Каппадокии Григорий взял священников и монахов, для крещения армянского народа, а также часть мощей св. Иоанна Предтечи и мощи св. Афиногена, Севастийского мученика (в конце III века). Возвратившись из Кесарии, Григорий путешествовал по Армении, проповедуя христианство, созидая церкви и рукополагая священников. Устроял он церкви преимущественно в тех местах, где прежде существовали языческие капища, так как к этим местам новообращенные питали особенное уважение. В Араратской провинции Григорий встретил Тиридата с его семейством и множеством народа; в назначенный день сам царь и масса народа крестились в р. Евфрате. Вскоре после сего Тиридат издал эдикт, которым повелевалось принимать христианство всем желающим и по его примеру креститься. По совету Григория царь велел собрать детей, особенно греческих, как более развитых, и для них устроил школу с целью подготовить из них священников-миссионеров для армянского народа, а в виду недостатка священников Григорий письменно обращался к Кесарийскому архиепископу Леонтию о присылке епископов, священников и монахов. Леонтий, по мере возможности, удовлетворял благочестивому желанию просветителя Армении и советовал для утверждения христианства учреждать монастыри и для сей цели прислал благочестивых старцев Епифания и Антония, как опытных в иноческой жизни. Благодаря неусыпным трудам св. Григория, при могущественном содействии царя Тиридата, христианская вера так быстро и так широко распространилась, что не только вся Армения, но и соседние страны (Авгания и Иверия) приняли ее; св. Григорий открыл до 400 епархий, конечно, не обширных, так как армянское царство было раздроблено на множество мелких княжеств и каждому князю желалось иметь своего епископа. Собственная же кафедра Григория была в Эчмиадзине, где был центр церковного управления Армении; впрочем Григорий мало жил в Эчмиадзине: он то обходил Армению, утверждая христианство, то удалялся в уединение и проживал в разных монастырях. В 325 г. Григорий и Тиридат посылали на I-й вселенский собор в Никею епископа Аристакеса, сына Григориева, который подписал соборные акты и Никейский символ веры и принес Григорию копии с соборных постановлений, которые, с прибавлением своих наставлений, Григорий разослал по Армении. Спустя несколько лет после Никейского собора Григорий совершенно отказался от церковного управления и передал оное своему сыну Аристакесу, а сам в 332 году удалился на гору Себух и поселился в пещере Мане, в округе Таранаге. По преданию он умер здесь в том же году, 75 лет от роду; найден был пастухами в стоячем положении, опершимся на посох; не зная, кто этот мертвец, пастухи похоронили его в том же месте. Впоследствии, при императоре Зеноне (474–491), св. Григорий явился одному пустыннику и приказал ему похоронить его тело в Тордане (в верхней Армении), что и было исполнено. Император Зенон повелел его мощи перенести в Константинополь, а крестоносцы часть мощей взяли в Италию; десная рука его хранится в Эчмиадзине и ею освящаются избираемые в католикосы Армении. Св. Григорию приписывают несколько сочинений (1, Речи и разсуждения, Hatcha klapatoum; 2, Молитва просветителя; 3, несколько писем к Кесарийскому архиепископу Леонтию и 4, договорный акт императора Константина Великого с Тиридатом, но подлинность последнего отвергается).

Моисей Хоренский, Acta sanctorum, 30 septemb. Четьи Минеи св. Димитрия Аннинский, Св. Григорий просветитель Армении (Правосл. Обозрение, 1888 г.).

Рипсимия из знатного рода (по другим – царского) родилась и получила хорошее образование под руководством Гаиании; чрез посредство св. Нины (см. 14 января), они ознакомились с христианскою верою и были крещены, а затем как эти девы, так и другие составили общество девственниц. Но скоро для них наступило тяжелое время испытания. Римский император Диоклетиан (284–305) задумал сыскать для себя девицу, которая красотою своею затмила бы других и могла быть его супругою, для сего он отправил послов отыскать такую девицу; посланные, после долгих поисков, нашли в обществе девственниц юную Рипсимию; увидев ее, они поражены были дивною ее красотою и, сняв с нее изображение, представили Диоклетиану. Пленясь ее красотою, император приказал готовить все необходимое для бракосочетания. Весть об этом достигла до обители и благочестивые девы, в числе 37 (а по другим 53), поняв всю глубину постигшего их несчастия, угрожающего их обету целомудрия, предались скорби; затем, после строгого поста, усердной молитвы к Богу и общего совещания, тайно оставили Рим и бежали в Армению; там они поселились под навесом виноградного точила, на краю г. Двины, столицы Армянского царства, в окрестностях г. Ахалкалаки. Диоклетиан, узнав о пребывании Рипсимии в Армении, отправил письмо к Армянскому царю Тиридату (Тёрдату II-му) и просил выслать к нему св. деву. Рипсимия была отыскана и приведена к Тиридату, тот пленясь красотою ее, решился на ней жениться, но она отвергла его предложение и воспротивилась его нечистым пожеланиям. Тиридат приказал пришедшей с нею Гаиании убедить Рипсимию склониться на его предложение, но Гаиания на римском языке, которого не понимал Тиридат, подкрепляла св. деву в предстоящем ей мученическом подвиге. Узнав о сем от одного из придворных, понимавших язык римлян, царь приказал с бесчестием выгнать Гаианию из дворца и заключить в темницу, а за тем стал убеждать Рипсимию сначала ласками, а потом угрозами сделаться его женою; после долгих и напрасных усилий склонить к тому Рипсимию, Тиридат приказал ее мучить. Царские слуги сначала жестоко избили ее и, связав веревками, после сего разорвали все ее платье, оставивши ее обнаженную; далее вырезали у Рипсимии язык; затем вбили четыре кола и привязавши к ним руки и ноги св. девы, оставили ее крестообразно распростертую в горизонтальном положении; – выкололи глаза и зажгли вокруг ее костры и опалив огнем все тело, изрубили оное на части. По смерти Рипсимии девы, ее сподвижницы, решились собрать изрубленное на части тело ее и предать земле, но воины, напав на них, изрубили их на куски. На другой день вывели Гаианию с двумя девами на мучение и, в присутствии царя, просверлили им ноги, повесили на деревья, содрали с них кожу, рассекли живот и разрезав сзади шею, вытягивали языки и отрезывали их. Так все св. девы, сподвижницы Рипсимии, мученически скончались; из них только три известны по именам, а именно: Мания, Мариамна и Мария. Вскоре после кончины св. Рипсимии, Григорий, просветитель Армении, отправился на место ее страданий, желая отыскать ее тело. Небесный луч, ниспавший среди ночной темноты, указал ему могилу св. мученицы, почему он назвал место падения луча на землю «Шохакат» (разлитие света), а монастырь, впоследствии основанный на сем месте, был наименован «Эчмиадзин» (Сошествие Единородного Сына). В Эчмиадзинском монастыре хранится доселе глава св. Рипсимии и др. Имя св. Рипсимии у Армян свято чтится и в настоящее время. В г. Нахичевани (близ Ростова на Дону) существует женское училище, названное именем св. Рипсимии.

О жизни и страданиях св. Рипсимии и др. см. История Чамчиана (на армянском языке) т. I, стр. 379; у Моисея Хоренского, кн. II, гл. 82. Сабинин Л., Грузин. святые, т. I, стр. 14–17. В Полн месяцеслове, изданном в Симбирске, 463 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, под 30 сент.; в житии св. Григория Просветителя.

В «Книге о святых» помещен между святыми «града Владимира» «святый благоверный князь Ярослав, нареченный во св. крещении Феодор, преставися от каповичев» (Рукоп. Савваитова, л. 19). Погребен в Владимирском Успенском соборе (Архим. Сергий, Агиология Востока, III, пр. 3, стр. 69). Не канонизован. Великий князь Ярослав II-й был сын великого князя Всеволода III-го, внук Юрия (Георгия) Долгорукого, правнук Владимира Мономаха и отец св. Александра Невского (см. 23 ноября). Оставшись в живых после татарского нашествия и вернувшись в 1238 г. из Киева, Ярослав, по сказанию летописца, «седе на столе в Володимери, и обнови землю Суздальскую, и церкви очисти от трупия мертвых, и кости их сохранив, и пришельцы утеши, и люди многи собра, и бысть радость велика христианом, их же избави рукою крепкою от безбожных» (VII, 143). Много потрудился великий князь Ярослав Всеволодович для земли русской. Он собирал людей из рассеяния, воздвигал города и села из пепла, а для испрошения милостей русскому народу предпринимал путешествия в стан хана татарского, в отдаленнейшую Китайскую Татарию, к берегам Амура, чрез степи и пустыни, до стана Октаева (Огодаева) наследника. Не перенес великий князь сего многотрудного путешествия, на возвратном пути он скончался в Канове 30 сентября 1246 года. «Ярослав князь скончался в иноплеменницех, идя от Кановичь, месяца сентября на память св. Григория» (Новгор. летопись, стр. 38). Послы папы Иннокентия IV-го, убеждая св. Александра Невского принять латинство, взводили на великого князя Ярослава, что будто бы он пред смертью признал над собой власть папы, что св. Александр отвергал. Тело великого князя Ярослава привезено было для погребения в г. Владимире, и положено в каменном гробе, против гробниц Мстислава, Всеволода и Владимира сыновей великого князя Георгия (Юрия) Всеволодовича, брата великого князя Ярослава. Над гробом великого князя Ярослава имеется ныне следующая надпись: «Мощи благовернаго великаго князя Ярослава Всеволодовича, преставися лета 6755 месяца сентября 30 дня». В Степенной книге о сем князе сказано: «Причте его Бог к избранному своему стаду», и в рукописных святцах Ярослав Всеволодович включен в число святых (История Рос. церкви, т. II, прим. 15, №., 1848 г. и др.). Великий князь Ярослав, в видении иноку Антонию, является одним из защитников русского царства... (Подр. смотри прот. А. Виноградова, Опис. Усп. Владим. собора, стр. 41).

Царь Иоанн Васильевич Грозный, вероятно, по взятии уже г. Казани, издал указ «Владимирским архимандриту и попом пети панихиды» по великим князьям и княгиням, святителям, почивающим в Успенском Владимирском соборе и – прежде всех упомянуто имя великого князя Ярослава: «По великом князе Ярославе (Феодоре) Всеволодовиче на его память в год сентября 30 дня, одна панихида большая с ужиною». Опис. Владим. Усп. собора, прот. Ал. Виноградова, 1892 г. стр. 61. Грамота Царя Иоанна IV помещена у Арцыбашева, т. II, стр. 211. – Барсуков, Ист. Агиографии, 583 стр. Соловьев, Ист. России, II т., 20–300 стр.

В г. Твери 30 сентября ежегодно совершается крестный ход с обнесением мощей св. Михаила, Тверского князя (см. 22 ноября), в память избавления города от моровой язвы в 1665 г. при архиепископе Лаврентии (см. Твер. Еп. Вед., № 5. 1877 г.).