свящ. Сергий Кобзарь

Часть II. О семи таинствах церкви

В I части книги были рассмотрены многие важные и наиболее часто выдвигаемые протестантские обвинения против православных догматов и увидели, что все они безосновательны и противоречивы, а также что православные догматы и реалии духовной жизни прочно основаны на Св. Писании, жизни древней Церкви и просто здравом смысле. Но, кроме того, что реформаторы отвергли крестное знамение, все вещественные святыни, иконы, молитвы святым и за усопших, весь древний чин Богослужения, посты, монашество, учение о необходимости дел для спасения и т.п., они – и это самое главное – отвергли таинства, а без них уже немыслимо само существование Церкви, так как вся Её духовно-мистическая жизнь как Тела Христова заключена, прежде всего, в них.

Что же такое таинство в православном понимании? По определению, таинства есть важнейшие священнодействия, установленные Господом и совершаемые священнослужителями Церкви, которые за видимой своей стороной741 сообщают верующему особую невидимую и спасительную благодать Божию. Замечательны при этом слова св. Иоанна Златоуста, который объясняет причину и необходимость существования видимой и доступной телесным чувствам стороны в таинствах: «Христос не передал нам ничего чувственного, но всё духовное, только в чувственных вещах. Так и в крещении через чувственную вещь – воду – сообщается дар, а духовное действие состоит в рождении и возрождении, или обновлении. Если бы ты был бестелесен, то Христос сообщил бы тебе сии дары бестелесно; поскольку же душа твоя соединена с телом, то духовное сообщает тебе через чувственное»742.

Семь Таинств Церкви суть следующие: 1) Священство; 2) Крещение; 3) Миропомазание; 4) Евхаристия; 5) Исповедь; 6) Елеопомазание; 7) Брак. Православное определение Таинств (и их число) в общем-то, соответствует католическому743.

Реформаторы, начав удалять из католицизма все человеческие наслоения, сильно увлеклись и отсекли от Веры Христовой много истинного и Божественного744. Из семи Таинств Церкви они оставили только два – Крещение и Причастие, причём реформаторы долго не соглашались друг с другом в этом вопросе. Лютер и Меланхтон одно время называли таинствами Крещение, Евхаристию и Исповедь745, хотя первые два считали более важными; Цвингли признавал таинствами Крещение, Евхаристию и Брак, а Кальвин вместо Брака – Священство746. Кроме числа таинств реформаторы исказили и само понимание их сути, истолковав их смысл чисто рационалистически. Так, Лютер и Меланхтон считали таинства простыми знаками, возбуждающие веру во Христа, а Кальвин и Цвингли747 – знаками, которые свидетельствуют и удостоверяют участника таинства, – и, что ещё важнее, всю церковь, – в его вере748. То есть крестясь, протестант таинственно не погружается во Христа, и, участвуя в хлебопреломлении, он не причащается реально самого пречистого Тела и Крови Христовых. Одним словом, таинства для протестанта это отнюдь не источники благодати и спасения: «Слово Божие не обещает благодать и жизнь исполняющим эти установления»749 (т.е. участникам таинств) – говорят баптисты. Посредством воды и хлеба с вином, которые суть только символы и знаки, протестант только выражает, укрепляет свою веру и свидетельствует своей общине и самому себе о том, что он уже соединён (погружён и причащён) со Христом через свою веру. Одним словом, в таинствах у реформаторов нет на самом деле ничего таинственного, а само слово таинство прилагается протестантами к крещению и хлебопреломлению только традиционно и условно, да и то – далеко не всеми протестантами. Баптисты, к примеру, о крещении и хлебопреломлении прямо говорят: «мы не считаем их таинствами»750.

Протестантское понимание таинств невозможно признать истинным, и вот почему.

Во-первых, оно лишено смысла и логики. По утверждению, например, Меланхтона, таинства нужны людям по причине их склонности к маловерию. Он приводит в пример Гедеона, который мог бы поверить Богу по одному Его слову, но попросил показать ему знамение (Суд. 6:17,21,36–40). Вот так и в таинствах: «для смягчения этого недоверия в человеческих сердцах Бог добавил к слову знаки»751, то есть таинства. Но подобная аналогия явно ошибочна. Ведь Бог для укрепления веры Гедеона явил ему реальные знамения, чудеса: «и вышел огонь из камня и поел мясо и опресноки; и Ангел Господень скрылся от глаз его» (Суд. 6:21). Господь укрепил веру Гедеона и тем, что сделал шерсть мокрою, когда вокруг было сухо, и сухою, когда вокруг была роса. Где же подобные чудеса мы наблюдаем в таинствах? То, что говорит Меланхтон о таинствах, с полной справедливостью и очевидностью относятся к чудесам, которые Бог действительно являл и являет для помощи человеческому маловерию (например, благодатный огонь на Пасху, ланчанское чудо,  Туринская плащаница, мироточивые иконы, необычно долгое сохранение святой воды и т.п.). Таинства же, особенно в протестантском их понимании, к таким чудесам и знамениям не относятся, ибо никакого видимого чуда в погружении человека в воду и в участии в вечере Господней не происходит. Напротив, таинство требует от человека веры. Кроме того, поскольку таинства нужны только по причине маловерия человека, то получается, что таинства вообще не нужны (в принципе) для веры и спасения, и носят лишь вспомогательный, прикладной характер.

Во-вторых, из изложения учения о таинствах самими протестантами можно легко понять (если Бог не лишил человека разума), что их понимание таинств не может быть от Бога. Так, Мак-Грат приводит 4 различных точки зрения на смысл таинств. Первая – это позиция Православия (и католицизма): «Таинства передают благодать», и вот что автор говорит об этом: «…средневековые авторы настаивали на том, что таинства передают благодать… Корни этого взгляда уходят ещё во второе столетие; Игнатий Антиохийский заявлял, что евхаристия – это  «лекарство бессмертия и противоядие, чтобы мы не умерли, но жили вечно в Иисусе Христе». Основная мысль здесь заключается в том, что евхаристия не просто обозначает вечную жизнь, но каким-то образом даёт её. Впоследствии эту идею развивали многие авторы, особенно Амвросий Медиоланский…». Итак, «таинства передают благодать» – это мнение древней Церкви, и происходит оно, по признанию Мак-Грата, от св. Игнатия, который умер в 107 году, и большую часть жизни прожил в первом столетии, а главное – он был учеником и ставленником самого Иоанна Богослова, который и наставил его в вере! Потом Мак-Грат приводит три протестантских взгляда на таинства: «Таинства укрепляют веру» (Лютер и Меланхтон); «Таинства укрепляют единство и преданность в Церкви» (Цвингли), «Таинства уверяют нас в божественных обетованиях, данных нам» (Лютер). Так неужели само по себе не понятно, какая позиция истинная? Ведь первая точка зрения происходит от древней Церкви, от самих Апостолов, и её Церковь неизменно сохранила на протяжении всех веков. Протестантские же точки зрения появились только в XVI веке, причём тут же, в самом начале, реформаторы разошлись в понимании смысла таинств… Так кому же нам нужно верить и какую точку зрения принять? Только духовный слепец может не понять, что истину проповедовал святой мученик Игнатий Богоносец, ученик и слушатель Апостолов, и вся древняя Церковь, а не Меланхтон или Цвингли…

Я хочу здесь остановиться и попросить моего читателя задуматься над следующим: если отцы реформации и основатели протестантизма с самого начала не могли согласиться 1) ни в количестве таинств (два или три); 2) ни в том, какое таинство – покаяние, брак или священство считать третьим таинством; 3) ни в определении самого смысла и значения таинств – причём не соглашались они не только друг с другом, но и сами с собою, ибо Лютер поздний спорил с Лютером ранним о числе таинств, равно как и Цвингли менял своё мнение об их смысле, то о какой истине протестантизма можно говорить? Если в нём не было единства изначала, то какую истину он может провозглашать? В Церкви такого не может быть, чтобы Её основатели, Апостолы, так противоречили друг другу. Единое учение провозглашали и отцы Церкви, иногда только расходясь друг с другом лишь по немногим ничтожным вопросам. Поэтому сам факт постоянных и существенных разногласий в протестантизме со дней его явления миру свидетельствует о его не божественном происхождении…

Итак, изменив значения таинств, многие протестанты, в том числе баптисты и большинство других движений протестантского толка постсоветского пространства, со временем почти отказались от такой богословской категории, как «таинства» и от самого этого слова, заменяя его словами: «обряд», «церемониал»752, «ритуал», «церемония»753 и «установление», «знак», «символ»754. Предлог же от отказа от слова таинство находится тот, что это слово не встречается в Библии. Для постсоветских баптистов, например, таинство это чуждое и враждебное слово, пахнущее какой-то мистикой, обрядностью и человеческим преданием. Но хотя баптисты не считают и не называют главные церковные священнодействия таинствами, они всё равно совершают все их подобия, ибо вся суть и важнейшая задача всякой «христианской» секты (как, впрочем, и всякой лжерелигии) заключается именно в том, чтобы подражать Церкви и подменять Её, то есть быть антицерковью755. Так вот, баптисты (как и все остальные протестанты), как правило, совершают все подобия церковных таинств, ибо их пастора 1) крестят (в подражание таинству Крещения); 2) возлагают руки на крещеных (в подражание таинству Духа); 3) совершают хлебопреломление (в подражание таинству Евхаристии);  4) принимают у кафедры покаяние грешников (в подражание таинству Исповеди); 5) рукополагают пресвитеров и дьяконов (в подражание таинству Священства); 6) бракосочетают (в подражание таинству Брака) и 7) по просьбе верующих молятся о больных756 (в подражание таинству елеопомазания). Итак, у баптистов нет таинств757, но есть все их подобия.

Что же касается того, что в Библии нет слова «таинство», то здесь баптисты не правы (как раз таки слова «установление» и других протестантских терминов, приведенных выше, нет в Библии, по крайней мере – в отношении семи названных священнодействий). Дело в том, что русские слова таинство и тайна однокоренные и передаются одним греческим словом μυστήριον (мистирион)758, которое вмещает в себя оба эти понятия и многократно встречается в греческом оригинале Нового Завета. Тайна – значит то, что кем-то от кого-то скрывается. В таком смысле слово μυστήριον использует ап. Павел, когда неоднократно пишет про тайну язычников: «тайну, сокрытую от веков и родов, ныне же открытую святым Его» (Кол. 1:26); «тайны, о которой от вечных времен было умолчано» (Рим.14:24; см. также Рим. 11:25; Кол. 1:27; 4:3; Еф. 3:3–4; 6:19).  Тайна, скрываемая от ветхозаветных евреев и открытая ап. Павлу, заключалась в том, что язычники и евреи по Божьему промыслу должны были составить один народ Божий, одну Церковь; что всякий верующий и принимающий Христа духовно становится иудеем и наследником всех Божьих обетований для Израиля (см. Рим. 2:28–29). И хотя на эту тайну тонко указывали пророки Ветхого Завета, тем не менее, она была сокрыта от еврейства и даже другие Апостолы не сразу её уразумели, что видно из Деяний Апостольских759. Также, ап. Павел пишет о «тайне беззакония» (2Фес. 2:7), имея в виду скрываемый от непосвященных заговор, составленный после вознесения Христова некоторыми иудеями-отступниками о том, чтобы привести к власти над всей землёй антихриста. Иисус Христос использовал слово μυστήριον в таком же смысле, когда говорил Своим ученикам о том, что «вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано» (Мф. 13:11); то есть, вам тайны Царствия Божия Я открываю, а от других – утаиваю.

Слово же таинство значит не то, что сокрыто, а то, что известно, но до конца не понятно и не исследимо из-за глубокого смысла самой мистерии. И в таком смысле ап. Павел использует слово μυστήριον в 1Тим. 3:16: «И беспрекословно – великая благочестия тайна: Бог явился во плоти…». То, что Иисус Христос есть Бог, не скрывается, а проповедуется Церковью всему миру открыто, но это всё равно тайна, таинство, ибо мы до конца не можем понять, как «человек Христос Иисус» (1Тим. 2:3) был одновременно Самим Богом; как Бог стал человеком? О подобной великой тайне говорит ап. Павел и в Еф. 5:30–32: «потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви». Опять же, в том, что Церковь есть Тело Христово нет тайны в смысле секрета, но сама тайна эта весьма глубока и не поддаётся исследованию, ибо как можно понять, что человек, тварное и грешное существо, может быть одним целым до полного единства с Самим Богом? Мысль эта захватывает дух и всю сущность человека, но понять её до конца он не может, ибо она есть великая тайна (мистерия) христианства.

Но чаще всего слово μυστήριον имеет в Новом Завете оба указанных значения. Ап. Павел пишет: «Если имею дар пророчества, и знаю все тайны…, а не имею любви, – то я ничто» (1Кор. 13:2). Здесь под тайнами имеется в виду и знание всех тайн, и познание всех таинств, то есть всех сокровенных глубин христианской веры, и что как одно, так и другое бесполезно для человека без любви. Также: «кто говорит на незнакомом языке, тот говорит не людям, а Богу; потому что никто не понимает его, он тайны говорит духом» (1Кор. 14:2). Говорящий на незнакомом языке говорил и тайны, так как его никто не понимал, и часто говорил, безусловно, о вещах глубоких и таинственных.

Нужно также заметить, что даже когда слово μυστήριον используется в смысле тайны, то в этой тайне всегда есть и таинство. Тайна язычников есть и таинство, ибо во Христе язычники таинственно и непостижимо становятся евреями. К тайнам же Царствия Божия также относится не только неизвестное непосвящённым, но и все таинственные и до конца непостижимые догматы христианской веры. В тайне беззакония также есть очень много таинственного («глубин сатанинских» – ср. Откр. 2:24). И так во всех случаях. Потому, собственно говоря, в греческом языке понятия тайна и таинство и обозначаются одним словом. Греческая Православная Церковь семь своих таинств называет именно словом μυστήριον (мистирион). Русская же Церковь для большей ясности разделяет понятия тайна и таинство, называя таинствами (или церковными таинствами) чаще всего именно семь важнейших совершаемых Ею священнодействий (хотя нередко Евхаристия, например, называется тайнами Христовыми).

Семь главных церковных священнодействий потому называются в Православии мистериями (таинствами), что полностью соответствуют данному понятию. Таинства Церкви являются и тайной для внешних, к которым допускаются только верные и посвященные, и таинством, так как в каждом из них есть нечто таинственное (невидимое действие Духа Святого) и до конца непостижимое.

На протестантское же возражение насчёт того, что слово «таинство» не встречается в Новом Завете в словосочетании с православными таинствами, – то есть в Евангелии нет, например, выражений «таинство Крещения» или «таинство Евхаристии», – хорошо отвечает Димитрий Чуйков:  «это не столь важно, так как, например, слово «Троица» в Священных Писаниях вообще нигде не встречается, тогда как смыслом, который это слово выражает, пронизано все Библейское учение, и большинство сектантов, слава Богу, соглашается и с идеей Троицы и с техническим термином, который выражает эту идею (то есть со словом «троица»760), выработанным Православной Церковью в ходе развития осмысления Ею Божественного Предания. Слово «таинство» есть подобный технический термин, который Церковь употребляет для описания известных священнодействий, заповеданных Христом. И как большинство «христианских» деноминаций не отвергло Православного Троического Богословия и самого слова «троица», – и это при том, что в Библии такого слова нет, – так следовало бы сектантам не отвергать и Православный термин «таинство», тем более что слово «таинство» встречается в Библии, а главное, конечно, не отвергать самого Боговдохновенного учения о семи Таинствах Святой Апостольской Церкви»761.

К тому же, когда ап. Павел пишет: «Итак каждый должен разуметь нас, как служителей Христовых и домостроителей тайн Божиих» (1Кор. 4:1), то под этими Божьими тайнами здесь должно разуметь прежде всего церковные таинства, домостроителями которых являлись Апостолы в преимущественном смысле.

Кроме того, в Библии есть великолепное по своей красоте, поэтичности и точности пророчество о семи таинствах Церкви: «Премудрость построила себе дом, вытесала семь столбов его, заколола жертву, растворила вино свое и приготовила у себя трапезу; послала слуг своих провозгласить с возвышенностей городских: «кто неразумен, обратись сюда!» и скудоумному она сказала: «идите, ешьте хлеб мой и пейте вино мною растворенное; оставьте неразумие и живите, и ходите путем разума"» (Пр. 9:1–6). Димитрий Чуйков разъясняет эти слова так: «Этот Ветхозаветный отрывок содержит замечательное пророчество о семи Церковных Таинствах, и выделяет из них наиглавнейшее – Евхаристию.

– «Премудрость», то есть – Бог; «построила себе дом», то есть – Христос основал Свою Церковь; «вытесала семь столбов его», то есть – Христос основал Свою Церковь на семи Таинствах; «заколола жертву», то есть – Бог Отец принес Сына Своего в искупительную жертву (Христос был пронзён на кресте копьем: см. Ин. 19:34; ср. также 1Кор. 5:7); «растворила вино своё» – вино растворяется (разбавляется) водой; «вино» в стихе 2 есть Кровь Христа, а «вода» – жидкость, истекшая из прободённого бока Христа вслед за Его Кровью (см. Ин. 19:34); Кровью Христа мы искуплены от рабства греха, а вода, истекшая из пронзенного Христа, есть символ нашего очищения от греха. Как неразбавленное водою, то есть крепкое вино, пьянит человека, и потому может повредить ему, так и вкушение Крови Христовой может оказаться губительно для не очищенного в воде крещения Духом Святым. Поэтому слова «растворила вино свое», прикровенно указывают на учреждение Христом всех семи Таинств: во-первых, самой Евхаристии, так как «вино» есть Кровь Христа; затем Крещения, в котором человек омывается святой Христовой водой от своих грехов; Миропомазания, в котором крещеному даруется освящающая его благодать Духа Святого; Покаяния, очищающего от греха; Елеопомазания, в котором помазуемому также прощаются грехи; Священства, благодаря которому Божии поставленники получают власть прощать грехи, то есть очищать скудоумных; и Брака, которое помогает человеку сохранить себя чистым от любодеяний. Итак, слова «растворила вино свое» нужно понимать в том смысле, что Христос сделал все необходимое для того, чтобы приступающий к Страшным Его Дарам вечной жизни причастился Крови и Плоти Христа не в осуждение себе, а в оправдание. – «Приготовила у себя трапезу», то есть – Христос учредил у Себя в Церкви Таинство Причащения; «послала слуг своих провозгласить с возвышенностей городских», то есть – Христос послал Своих Апостолов, пророков, благовестников, учителей, людей мудрых и книжных (ср., например, Мф. 23:34) на провозглашение во всеуслышание («с возвышенностей городских») Евангелия; «кто неразумен, обратись сюда», то есть – кто грешен, обратись к Евангелию, к Церкви, или иначе: покайся, слыша Евангельский призыв, и приди в Церковь. – «Скудоумный», как и «неразумен», значит – грешный; «идите ешьте хлеб мой» – то же, что: «приимите, ядите: сие есть Тело Мое» (Мф. 26:26); «и пейте вино мною расстворенное» – то же, что: «И взяв чашу, и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все; ибо сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая, во оставление грехов» (Мф. 26:27–28); «оставьте неразумие», то есть – раскайтесь во грехах; «и живите», то есть – вечной жизнью Божиего Царства, вкушая от Чаши Жизни; «и ходите путем разума», то есть – живите жизнью Святой, Соборной, Апостольской, Православной Церкви Христа, участвуя в Ее семи Таинствах, и повинуйтесь Ее священноначалию, в котором преимущественно обитает Премудрость Божия»762.

Не согласиться с таким мудрым толкованием невозможно. Важно также заметить, что само число таинств – семь, имеет большое значение, ибо семь – Божественное число, что хорошо понятно хотя бы по книге Откровения.

Теперь, если мы зададимся вопросом о свидетельствах от противного, то обнаружим, что практически все лжерелигии, культы и сатанинские секты имеют свои таинства и мистерии, в которых участвуют только посвящённые. Здесь дьявол опять самым очевидным образом показывает и доказывает, что истинная Церковь, которой он противостоит, имеет таинства, чему дьявол и подражает.

Перед тем, как приступить к рассмотрению каждого таинства в отдельности, хочу поведать моему читателю о том решающем значении, которое имело православное учение о таинствах в моём в своё время решении оставить баптизм. Узнав ответы, которые даёт православная апологетика на все главные протестантские возражения, я не мог отрицать разумность и твёрдую библейскую, а также историческую, обоснованность православного богословия. Мои ум, совесть, чувства, душа и всё естество свидетельствовали мне, что Православие содержит великую Истину, и его богословие очень мудрое, сильное и последовательное! Естественно, передо мной возник и всё больше стал приобретать значимость и остроту вопрос: «могу ли я теперь оставаться баптистом и вообще протестантом»? Или, другими словами, настолько ли важна православная истина, и настолько ли велики и пагубны заблуждения протестантов, чтобы мне идти на полный и такой болезненный и не желательный во многих отношениях разрыв со всеми моими единоверцами, родными и друзьями, подвергая их смущению, страданию и некоторому даже позору, который, как я знал, будет наиболее неприятен моему отцу-пастору763? Вопрос действительно был судьбоносный, от решения которого, я понимал, зависела вся моя жизнь, в том числе – и вечная жизнь. Я долго обдумывал и взвешивал, как говориться, все pro et contra. Я прокручивал в голове одну за одной все спорные темы с целью ответить на один этот вопрос: является ли данная православная истина и данное протестантское заблуждение настолько важными, чтобы мне разрывать с баптизмом?

Когда я анализировал вопросы о крестном знамении, об ико­нах, о молитвах святым и Ангелам, о Богородице, о постах и монашестве, то есть спорные вопросы, поднятые в первой части книги, то не из-за одного из них я не готов был разрушить свою жизнь. Я рассуждал, что все эти вопросы не могут лишить меня спасения и что они не являются самой сердцевиной нашего с православными разделения. Я считал, что теоретически я могу принять православное понимание вышеперечисленных вопросов и оставаться в среде протестантов. Не стоило только всем рассказывать о своих взглядах, так как меня бы не поняли, но в своей комнате тайно (ср. Мф. 6:6) молиться Богу пред иконами, обращаться по желанию к святым и к Богородице, признавая Её приснодевой и Богоматерью, использовать молитвослов, осенять себя крестным знамением, тайно поститься и т.д. Я думал, что если мои братья протестанты не доросли764 до этого понимания, то это еще не повод полностью порывать с ними. «К немощным в вере нужно относиться со снисхождением и не губить их своим знанием, как учит ап. Павел» (см.  1Кор. 8:9–12), думая я. Да и если я и не буду ничего этого делать, то разве это влияет на спасение? Разве нельзя спастись без икон, святынь, молитв ко святым, крестного знамения и молитвослова? Можно, размышлял я. Всю красоту и величественность православного Богословия, музыки и храмовой архитектуры, убранства и Богослужения также не считал достаточной причиной для полного разрыва с баптизмом. Ко всему этому можно было как-то приобщаться, даже посещать православные службы, и не разрывая с баптизмом. Но когда я начинал размышлять о таинствах, то я понимал, что без них, по крайней мере, без первых четырёх самых главных, никак нельзя обойтись и спастись, и что именно здесь находиться наибольшая глубина пропасти, разделяющая Православие и протестантизм. То есть, когда я понял и принял православное учение о таинствах (которое тождественно учению Библии и вере Церкви первых веков), то совесть моя уже категорически отвергала все судорожные попытки моего разума как-то оправдать своё дальнейшее нахождение в баптизме. То есть, думая о важнейших таинствах я уже не мог сказать себе, что можно спастись без них. Я ясно понимал, что если наши баптистские пасторы не имеют законной преемственности и благодати; если я в действительности не крещён во Христа и не возрождён; если я не получил дара Духа Святого; если я не причащаюсь Тела и Крови Христовых, то как же я спасусь?

Итак, в данной части книги я постарался популярно изложить учение Библии и Церкви о таинствах и показать их особую важность для спасения, а также показать то, как грубо искажают это учение протестанты.

Глава 12. О Таинстве Священства

Главные разномыслия протестантов с православными относительно вопроса священства заключаются в следующем.

I. Православные разделяют верующих на священство и мирян765, на пастырей и овец, на клир766 и прихожан. Протестанты же отказываются признавать такое разделение верующих, говоря о том, что пред Богом все верующие равны: все являются овцами Христа и священниками у Бога. Г. Гололоб, например, прямо говорит: «Евангельские христиане как и западные протестанты отрицают возможность сохранения в новозаветной Церкви института священства, а также правомочность передачи Божественной благодати посредством церковных таинств»767. Аргументы в пользу своей позиции протестанты приводят такие.

1) 1Пет. 2:9, где обо всех христианах сказано так: «вы – род избранный, царственное священство, народ святый, люди, взятые в удел». Вот, торжествуют протестанты, ясно написано, что все верующие, а не только особые люди в Церкви являются священниками. Поэтому, догмат о всеобщем священстве стал одним из важнейших для реформации, и остаётся таковым по сей день для всего протестантизма.

2) Протестанты говорят: «нам не нужны никакие особые люди-священники, так как у нас есть один священник Христос, как написано «...мы имеем такого Первосвященника, который воссел одесную величия на небесах...» (Евр. 8:1)». (По этой причине, кстати, протестанты и не называют своих пресвитеров священниками).

3) Нередко, также, в подтверждение догмата о всеобщем священстве протестанты приводят слова Христа: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья» (Мф. 23:8). Раз все мы друг другу братья, говорят протестанты, то значит, все мы равны; значит, никакого разделения верующих на клир и прихожан быть не должно.

II. У православных священство разделяется на три чина – епископ, пресвитер и диакон. Баптисты же, как и большинство протестантов других течений, признают только два чина768 – пресвитерский и диаконский.

III. Для Православия существенно важна преемственность священства. То есть православные признают только тех епископов, пресвитеров и диаконов, которые были рукоположены законными епископами, которые, в свою очередь, были рукоположены таким же образом, и так до времён апостольских. Вне этой преемственности, по вере православных, нет и не может быть истинного священства, а значит – и самой Церкви. Протестантские же пресвитеры не имеют апостольской преемственности, а могут говорить о какой-то преемственности в лучшем случае только до реформаторов XVI века, или своих ещё более поздних основателей. Но чаще всего наличию или отсутствию у пасторов своей церкви какой-либо преемственности протестанты не придают никакого значения. Пожалуй, самое лучшее (и согласное духу реформации), что протестанты могут ответить на вопрос о наличии у них преемственности, следующее: «для нашего спасения и нахождения в Церкви важна не формальная апостольская преемственность, а преемственность духовная, то есть живая апостольская вера; и спасаемся мы не благодаря пресвитерам и апостольской преемственности их рукоположения, а сердечной вере во Христа как своего личного Спасителя».

IV. У протестантов есть ещё несколько известных и часто выдвигаемых претензий к православным относительно священства769. Протестанты осуждают православных за то, что они: 1) называют своих священников «отцами», вопреки заповеди Христа «и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах» (Мф. 23:9); 2) целуют руки епископам и священникам, воздавая им тем самим чрезмерную честь; 3) носят длинные волосы (священство и монашество), несмотря на ясные слова ап. Павла: «Не сама ли природа учит вас, что если муж растит волосы, то это бесчестье для него» (1Кор. 11:14).

Как видим, протестантское отношение к священству резко и притом по многим пунктам отличается от православного. Поэтому, основательный разбор православных и протестантских позиций в свете Библии и учения ранней Церкви представляется делом предельно важным. Итак, рассмотрим эти спорные вопросы в вышеизложенной последовательности.

I. О разделении верующих на священство и мирян.

П. Рогозин догмат об «отличии духовенства от мирян» называет отступлением, и говорит также, что «мысль о делении церкви на два класса… чужда учению Нового Завета», и что Св. Писание не признаёт «подразделения на начальствующих и подчинённых», но «христианам, обращённым из обрезанных, трудно было в самом начале порвать с этим ветхозаветным подразделением: на «начальствующих» и «подчинённых"»770. Сам по себе этот факт (что протестанты силятся доказать равенство между членами Церкви, не признавая особого священства и отказываясь разделять верующих на священство и мирян, на пастырей и овец, на начальствующих и подчиненных) очередной раз свидетельствует о том, что протестанты только на словах свято чтят Библию и строят свою жизнь и учение только на ней. На самом же деле, первостепенное и решающее значение для них имеет не слово Божие, а их собственное человеческое, реформаторское предание, и если между ними обнаруживается противоречие, то предпочтение они всегда отдают своему преданию, а не Св. Писанию. Димитрий Чуйков, например, по этому поводу говорит: «нужно заметить, что попытки сектантов опровергнуть Библией Православное учение об особом Новозаветном священстве являются одной из нелепейших сторон бесчинств еретиков, и, именно, в силу множества очевиднейших Библейских свидетельств, подтверждающих правоту такого учения»771.

Итак, сначала рассмотрим некоторые места Библии (в порядке от менее к более важным), которые яснейшим образом указывают на то, что верующие в Церкви разделены на пастырей и овец, на священство и рядовых верующих, на начальствующих и подчинённых.

Фил. 1:1: «Павел и Тимофей рабы Иисуса Христа, всем святым во Христе Иисусе, находящимся в Филиппах, с епископами и диаконами…». Эти слова ясно предполагают, что не все святые в Церкви – епископы и диаконы.

Иак. 5:14: «…болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви». Очевидно, что в Церкви одни члены являются пресвитерами, а другие нет.

1Кор. 12:28–29: «иных Бог поставил  в Церкви во-первых,  Апостолами, во-вторых пророками, в-третьих, учителями... Все ли Апостолы? все ли учители?» «Иных» значит не всех.

Деян. 14:23: «Рукоположив же им пресвитеров к каждой церкви, они помолились с постом и предали их Господу, в Которого уверовали». Очевидно, что из среды верующих избираются некоторые, на которых полагаются руки и которые становятся пресвитерами, а другие никогда не сподобляются сей благодати.

1Фес. 5:12–13: «Просим же вас, братия, уважать трудящихся у вас, и предстоятелей ваших в Господе, и вразумляющих вас, и почитать их преимущественно с любовью за дело их». Из этих слов ясно, что в Церкви Христовой есть предстоятели772, а есть стоящие за ними; есть вразумляющие, а есть вразумляемые.

1Тим. 5:17: «Достойно начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь, особенно тем, которые трудятся в слове и учении». Очевидно, что в Церкви одни – начальствующие, учащие и говорящие слово Божие пресвитеры, которым оказывается сугубая честь, а другие – подчинённые, слушающие первых и оказывающие им честь. Как же при этом баптисты могут говорить, что в Библии нет никакого «подразделения на начальствующих и подчинённых»?

Тит. 1:5: «Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе приказывал». Итак, мы видим здесь не равенство, а строгую иерархию: над верующими поставляются пресвитеры как пастыри и начальники над ними, которые, в свою очередь, находятся в подчинённом положении к Титу, который был епископом на Крите и имел право и власть их поставлять и рукополагать. Тит же подчиняется ап. Павлу (как сейчас епископы подчиняются патриарху), который приказывает ему совершить поставление пресвитеров. Приказывать же может начальник, а не равный.

Евр. 13:17: «Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет». Очевидно, что в Церкви есть наставники (пастыри) и наставляемые (овцы), о которых первые, кроме самих себя, дадут Богу отчёт! Обычный же христианин, которому Бог не вверял Своего стада, будет отвечать на Страшном Суде только за себя (и свою семью). Таким образом, в Церкви есть наставники и наставляемые, которые должны покоряться и пребывать у своих пастырей в подчинении.

Деян. 20:17,28: «Из Мелита же послав в Ефес, он (ап. Павел) призвал пресвитеров церкви, и, когда они пришли к нему, он сказал им: ...внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, Которую Он приобрел Себе Кровию Своею». Это место ясно свидетельствует о том, что не все верующие равны между собою и являются овцами по отношению только ко Христу, как думают протестанты. Вот, Св. Писание ясно свидетельствует о том, что в Церкви, кроме Христа, есть и другие пастыри, которые должны блюсти, то есть надзирать, и пасти Церковь. То есть простые верующие являются овцам и подчинёнными не только Христа, но и других пастырей Церкви! Причём здесь хорошо видно то самое «отличие духовенства от мирян», которое не хотят признавать протестанты, ибо ап. Павел ясно разделяет Церковь на две группы – пастырей и стадо.

1Пет. 5:1–5: «Пастырей ваших умоляю я, сопастырь и свидетель страданий Христовых и соучастник в славе, которая должна открыться: пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним непринужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду; и когда явится Пастыреначальник, вы получите неувядающий венец славы. Также и младшие повинуйтесь пастырям». Опять же, ап. Пётр ясно разделяет верующих на пастырей и овец (стадо), на старших и младших (не всегда по возрасту, а прежде всего, младших по своему положению). И пастырям заповедуется пасти Божие стадо, надзирать за ним, подавая пример, чтобы получить награду за свой труд от Пастыреначальника. Ведь и само слово «пастыреначальник» значит «начальник пастырей»; следовательно, в Церкви некоторые люди являются пастырями других верующих, а ведь между пастырем и овцой нет равенства, ибо пастырь есть начальник над овцой. И опять же, как в свете данного библейского отрывка можно утверждать, что Библия не подразделяет верующих на начальствующих и подчинённых?

Ис. 66:18–21 содержит в себе важнейшее пророчество о новозаветном священстве: «Вот, приду собрать все народы и языки, и они придут и увидят славу Мою. И положу на них знамение, и пошлю из  спасенных от них к народам: в Фарсис, в Пулу и Луду, к натягивающим лук, в Тубалу и Явану, на дальние острова, которые не слышали обо Мне и не видели славы Моей; и они возвестят народам славу Мою и представят всех братьев ваших от всех народов в дар Господу… Из них буду брать также в священники и левиты, говорит Господь». Данное пророчество, несомненно, говорит о Церкви, и вот как толкует эти стихи Димитрий Чуйков: «"Из них …», то есть – из всех братьев, от всех народов, представленных (братьев) в дар Господу (см. 20 стих) через Крещение. – «Из них буду брать», то есть – не всех их, обращенных, а некоторых из них. Эту мысль усиливает слово «также», то есть, кроме того, что они уже посвящены Господу в крещении (представлены в дар Господу), они еще будут взяты в священники, то есть составлять особое или сугубое Новозаветное  священство. Итак, в Ис. 66:21 Библия недвусмысленно говорит об особом Новозаветном священстве; и на основании Ис. 66:21 всякий Православный священник, достойный своего звания, имеет полное право называться священником773, и именно не в общем, а в преимущественном смысле, какой, как уже было доказано, и заключает в себе 21 стих»774.

Ин. 20:21–23 является важнейшим отрывком в отношении церковной иерархии, возвышающим её над простыми верующими: «...как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оста­вите, на том останутся» (ср. Мф.16:19; 18:18). Заметим, что Христос 1) послал на миссию, 2) передал Духа Святого и 3) дал власть прощать грехи не всем верующим, а только Своим Апостолам! Весьма интересен здесь такой вопрос: если Христос ещё до Своего вознесения передал Своим ученикам Духа Святого, то для чего же после «Он повелел им: не отлучайтесь от Иерусалима, но ждите обещанного от Отца» (Деян. 1:4)? Если Апостолы уже получили через дуновение Христа Духа Святого, то что же они тогда получили в Пятидесятницу? На этот вопрос у протестантов нет удовлетворительного ответа. Православие же даёт очень разумный, богословски оправданный и согласованный с библейским контекстом ответ на этот вопрос. Христос через дуновение даровал Апостолам особую благодать Духа Святого, благодать священства, как духовную власть и силу нести Евангелие в мир, устроять Церковь и прощать грехи, то есть совершать Таинства и прочие священнодействия: в Пятидесятницу же они получили Духа Святого как общий дар для всей Церкви, как «благодать на благодать» (ср. Ин. 1:16).

Хотя Христос буквально наделил учеников только властью прощать грехи, но за этими словами должно разуметь совершение всех Таинств, ибо все они самым тесным образом связанны с прощением грехов. Так, Таинство 1) покаяния (исповеди) установлено нарочито не для чего иного, как для прощения (отпущения) грехов.  Далее, когда священник 2) крестит человека, то ему также прощаются грехи, как сказано: «да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа» (Деян 2:38). Когда священник 3) миропомазывает крестившегося, то в его душу особым образом, Самой Своей Личностью входит Дух Святой, как о том было предсказано Богом через пророка: «Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом» (Иер. 31:33). И такая великая благодать, конечно же, освящает и очищает человека, и даёт ему особые силы и побуду над грехом. Когда священник 4) причащает человека, то грехи его также прощаются, «попаляются» огнём Божества. Сам Христос тесно связывал причастие с прощением грехов, когда на вечере, преподавая чашу ученикам, сказал: «пейте из неё все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26:28). На литургии775 эта мысль также постоянно повторяется. Например, непосредственно перед причащением человека священник говорит: «причащается раб Божий (имя) честнаго и святаго Тела и Крови Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, во оставление грехов своих и в жизнь вечную». Когда священник 5) елеопомазывает болящего члена Церкви, то ему опять же прощаются грехи, как написано: «Болен ли кто из вас, пусть призовёт пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, отпустятся ему» (см. Иак. 5:14–15). Когда священник 6) сочетает браком жениха и невесту, то это таинство освящает, благословляет и укрепляет их брак, давая им силу и благодать сохраниться от греха любодеяния и жить в браке по Божьи. И протестанты, кстати, признают, что если члены их церкви поженятся и вступят в супружеские отношения без благословения пресвитера и молитвы церкви, то они согрешат: таковых отлучат от церкви. Таким образом, протестанты не станут спорить с тем, что бракосочетание также предотвращает от греха. И последнее, когда епископ 7) рукополагает священника, то и это Таинство совершается ради прощения грехов, ибо священник поставляется, прежде всего, именно для совершения шести вышеуказанных Таинств, в которых человеку прощаются грехи, и которые помогают сохраниться ему от греха.

Посему, когда Христос дал благодать и власть Своим Апостолам прощать грехи, Он дал тем самим им власть на совершение не только Таинства покаяния, но и остальных Таинств. И мы знаем, что не все, а только Апостолы и их преемники совершали в Церкви Таинства: прощали и оставляли грехи (Ин. 20:21–23; Деян. 5:3–10; 1Тим. 1:20); крестили (Деян. 8:38; 1Кор. 1:16); подавали Духа Святого (Деян. 8:17,18; 19:6); совершали хлебопреломление (Деян. 20:11); рукополагали (1Тим. 5:22; 2Тим. 1:6; Тит. 1:5); елеопомазывали (Иак. 5:14–15) и бракосочитывали (Мф. 19:6)776. Одним словом, право священнодействовать Христос дал не всем верующим, а только Апостолам, которые в свою очередь через рукоположение передавали эту власть и другим избранным мужам.

Таким образом, не всем верующим, а только Апостолам и их преемникам (священству Церкви) Христос в Ин. 20:21–23 дал Духа Святого в особом смысле, как власть и благодать прощать грехи, священнодействовать и созидать Церковь. Об этом хорошо сказал Ориген: «Тот, кто получил дуновение от Иисуса, как апостолы… отпускают такие грехи, которые отпустил бы Бог»777. Заметим, по мысли Оригена 1) власть отпускать грехи Христос дал Апостолам именно посредством Своего дуновения, и 2) эта особая благодать Духа Святого дана Иисусом и другим, очевидно, через рукоположение Апостолов.

Св. Киприан Карфагенский († 258 г.) таким же образом толковал данное место Евангелия: «Власть разрешать что-либо на земле так, чтобы это разрешалось и на небе, Господь дал прежде Петру.., а по Воскресении и всем апостолам, говоря: как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оста­вите, на том останутся (Ин. 20:21–23). Отсюда понятно, что крестить и давать отпущение грехов могут в Церкви только предстоятели.., а вне Церкви ничто не может быть ни связано, ни разрешено, так как там нет никого, кто бы мог связать что-нибудь или разрешить.., и никто вопреки епископам и священникам не может присваивать себе что-либо, на что не имеет ни права, ни власти»778. Таким образом, в Церкви доныне избранным людям в Таинстве Священства через рукоположение епископов передаётся эта особая благодать Христова дуновения, хотя и в разной мере: диаконам даётся одна мера этой благодати, священникам – другая, а епископам – третья, полная мера этой благодати, и посему епископы считаются полноправными преемниками Апостолов. Поэтому очевидно, что в Церкви все верующие не равны между собою и не имеют равной власти, прав и, что более важно, благодати Духа Святого. Рядовые верующие получают Духа Святого один раз, при Миропомазании779, а священство получает ещё и особую благодать Духа Святого при хиротонии, ту благодать, которую передал Христос Своим ученикам через дуновение.

Итак, в этих и подобных местах Св. Писания делается ясное разделение верующих на пастырей и овец, на имеющих право священнодействовать и прощать грехи и не имеющих, на пасущих и пасомых, на учителей и учащихся, на наставников и наставляемых, на начальствующих и подчинённых, на предстоящих и стоящих за ними. Поэтому отказ протестантов разделять христиан подобным образом не выдерживает никакой критики в свете библейского учения.

Если мы теперь зададимся вопросом о том, было ли в древней Церкви разделение верующих на священство и мирян, на пастырей и овец, и считалось ли священство Таинством, сообщающим принимающему его особую благодать Духа Святого, то увидим, что древняя Церковь учила об этом православно, а не по-протестантски. Приведу несколько цитат.

В Дидахе мы читаем: «Рукополагайте себе епископов и диаконов, достойных Господа, мужей кротких и несребролюбивых, и истинных, и испытанных, ибо и они исполняют для вас служение пророков и учителей. Поэтому не презирайте их, ибо они почтенные ваши наравне с пророками и Апостолами», а также: «Чадо мое! Поминай ночью и днём того, кто возвещает тебе слово Божие и почитай его как Господа» (Дидахе, 15:1–2; 4:1). Также и в «Апостольских Постановлениях» говорится: «Епископ – служитель слова, страж ведения, посредник между Богом и вами в службах Его. Это – учитель благочестия; это – после Бога отец ваш, водою и духом возродивший вас в усыновление; это – начальник и вождь ваш; это – царь и правитель ваш; это – после Бога земной бог ваш780, которому обязаны вы воздавать честь, ибо о нем и о подобных сам Бог сказал: «Я сказал: вы – боги, и сыны Всевышнего все"… А пресвитеров считайте вы представителями нас, апостолов, учителями боговедения…» (кн. 2/26). Эти слова прекрасно согласуются со свидетельством ап. Павла о том, что галатийские верующие приняли его «как Ангела Божия, как Христа Иисуса» (Гал. 4:14). Итак, если простым верующим заповедано почитать служителей Церкви как пророков, Апостолов, Ангелов и Самого Господа, то первые не могут быть равными с последними, ибо ясно, что пророки, Апостолы и, тем более, Сам Господь больше тех, кому они проповедовали. Заметим: протестанты не возражают против того, что Апостолы занимают в Церкви особое, почётное место, но считают, что после их смерти уже нет в Церкви служения апостольского. Но в Дидахе ясно говорится о том, что рукоположенных служителей нужно почитать как Апостолов, ибо они есть их преемники. И хотя Апостолов Православная Церковь почитает особо, и выделяет их из среды всех остальных епископов, тем не менее, Она знает, что епископ есть полноправный преемник апостольской благодати.

Св. Игнатий Богоносец († 107 г.), ученик Иоанна Богослова, в послании к ефесянам (гл. 6) писал:  «И чем более кто видит епископа молчащим, тем более должен бояться его. Ибо всякого, кого посылает домовладыка для управления своим домом, нам должно принимать так же, как самого пославшего. Поэтому ясно, что и на епископа должно смотреть, как на Самого Господа». Очевидно, что если на епископа нужно смотреть как на Господа и принимать его как Того, Который послал его, то понятно, что епископ имеет больше власти и чести, нежели другие верующие, ибо господин больше тех, над кем он господствует. Важно, также, что в понимании св. Игнатия Сам Христос посылает и поставляет епископа над своей Церковью; поэтому, епископ есть господин в Церкви. Кстати сказать, епископа в церковной службе православные называют именно владыкой781 и господином, а себя по отношению к епископу часто именуют послушниками.

Св. Ириней Лионский († 202 г.) писал: «Все (еретики) гораздо позднее епископов, коим Апостолы вверили Церкви»782. В своих трудах также св. отец неоднократно называет епископское (и пресвитерское) служение продолжение апостольского783. Таким образом, со смертью Апостолов их служение отнюдь не закончилось, но свои полномочия и духовную власть, данную им Христом, они передали своим преемникам, прежде всего епископам, которые управляют Церковью властью апостольской. А значит, Церковь устроена Христом именно так, что в Ней одни являются пастырями, начальниками и священниками, а другие – овцами, подчинёнными и не имеющими власти священнодействовать.

Св. Иоанн Златоуст (IV в.) говорил: «Если кто размыслит, сколь важно то, чтобы, будучи еще человеком, обложенным плотию и кровию, присутствовать близ блаженного и бес­смертного естества, то увидит ясно, какой чести удостоила священников благодать Духа. Ими со­вершается жертвоприношение784, совершаются и другие высокие служения, относящиеся к достоин­ству и спасению нашему. Еще живут и обращаются на земле, а поставлены распоряжаться небес­ным и получили власть, которой не дал Бог ни Ангелам, ни Архангелам». Очевидно, что св. Иоанн Златоуст считал, что при рукоположении священникам передаётся особая благодать и даруется власть на совершение жертвоприношения и других «высоких служений»785, то есть священнодействий. Далее он говорит о власти священников, большей, чем ангельской. И действительно, священник имеет власть погрузить человека во Христа, передать ему через Миропомазание Духа Святого, отпустить ему грехи, причастить его Телом и Кровью Христовыми – Ангелы же таковой власти не имеют. Таким образом, в понимании св. Иоанна священство есть великое Таинство, сообщающее принимающему его особую благодать, которой отнюдь не дано всем верующим.

В другом месте он сказал подобные слова: «Великое это Таинство совершают люди, но люди, поставленные распоряжаться небесным; они получили власть, которой не дал Бог ни Ангелам, ни Архангелам… Один только священник имеет право предлагать Чашу Крови»786. Но так как такой власти не имеют все верующие, а только епископы и пресвитеры, то, очевидно, что не все члены Церкви находятся в равном положении между собой.

Св. Григорий Нисский (IV в.) мыслил о священстве так же, как и св. Иоанн Златоуст. В одном месте он прямо утверждает, что через Петра «Христос дал епископам ключи небесных дверей»787. В другом же, о новорукоположенном священнике он замечает: «Быв вчера и прежде одним из простого народа, вдруг является он наставником, предстоятелем, учителем, совершателем сокровенных таинств... он преобразился в невидимой душе к лучшему невидимою некоторою силой и благодатью». Очевидно, что св. Григорий считал, что священнослужители при хиротонии получают особую благодать Св. Духа, которой не дано обычным верующим. Им даются ключи от Царствия Небесного, то есть особая власть связывать и разрешать, которой отнюдь не имеют все верующие.

Св. Амвросий Медиоланский (IV в.) писал: «Кто дает благодать епископства, Бог или человек? Без сомнения ответишь: Бог. Но Бог дает ее через человека. Человек возлагает руки, а Бог изливает благодать... епископ посвящает в сан, а Бог сообщает достоинство»788. Мы видим, что св. Амвросий также считал, что при рукоположении епископа Сам Бог дарует рукополагаемому особую благодать, которой раньше тот не имел.

Св. Ефрем Сирин (IV в.) в своём «Слове о священстве» также утверждал, что при хиротонии «сама высокая и страшная Мышца, снисшедшая с неба, через возложение рук даровала нам Духа Святого789… О, неизреченная сила, благоволившая вселиться в нас через возложение рук святых иереев! О, какой высокий сан имеет страшное и чудное священство!» Совершенно очевидно, что в понимании св. отца рукоположенные священнослужители получили особый дар Духа Святого, который отнюдь не имеют остальные верующие. В «Апостольских Постановлениях» (I в.) в наставлениях диакону (что, естественно, имеет отношение и к пресвитеру) высказывается та же мысль: дьякон должен чтить епископа, «через которого Господь дал вам Духа Святого при руковозложении…» (кн. 2/32).

Поэтому протестанты совершенно неправы, когда думают, что рукоположение имеет лишь символическое значение, и никакой особой благодати и ничего вообще не передаёт рукополагаемому, как пишет о том С. Санников: «(в древней Церкви) рукополагали его (нового епископа) другие епископы и служители, указывая этим действием на единство веры между ними, а не передавая посвящённому что-то особое, чего ему недоставало для совершения ординации»790. Как видим, баптисты лгут, и в понимании ранней Церкви через рукоположение Богом подавались поставляемому «ключи» Царствия Небесного, особая «благодать», «достоинство», «Дух Святой», «неизреченная сила» и некое изменение «к лучшему». Здесь важно вспомнить также два свидетельства из посланий ап. Павла Тимофею: «Не неради о пребывающем в тебе даровании, которое дано тебе по пророчеству с возложением рук священства» (1Тим. 4:14), а также: «По сей причине напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположение» (2Тим. 1:6). Из этих слов совершенно очевидно, что при рукоположении как раз таки «передаётся посвящённому что-то особое», то есть особый Божий дар («дарование») Духа Святого. Потому рукоположение по праву считается Таинством, ибо оно, как и всякое другое Таинство, «за видимой своей стороной сообщает верующему особую невидимую и спасительную благодать Божию».

Итак, протестантский догмат о всеобщем священстве (точнее – неправильное его понимание протестантами) находится в явном противоречии с учением Христа, Апостолов и пастырей древней Церкви, которые делают ясное разделение между простыми верующими и священством, свидетельствуя о том, что последним дана Богом особая благодать для совершения священнодействий, которой не имеют остальные верующие.

Но, что более всего удивительно, протестантское отрицание разделения верных на пастырей и овец противоречит не только Библии и учению древней Церкви, но самой реальности устройства протестантских общин. Протестантизм лишь на словах отвергает особое священство в Церкви, противопоставляя ему принцип всеобщего священства; на самом же деле у протестантов, как и у православных, есть обычные верующие, которые приходят на собрания послушать и принять участие в общем пении (то есть, по сути, прихожане), а есть пресвитеры и диаконы, которые проповедуют, учат, ведут служение и, самое главное, совершают все протестантские священнодействия: 1) крестят; 2) возлагают руки с молитвой на крестившихся; 3) благословляют детей; 4) рукополагают пресвитеров и диаконов; 5) сочитывают молодожёнов; 6) молятся о покаявшихся; 7) освящают новые дома молитвы; 8) совершают хлебопреломление; 9) развозят вечерю Господню больным по домам; 10) проводят богослужение. Всё это у протестантов имеют право совершать только рукоположенные пресвитеры и диаконы791! Если кто-либо из простых верующих дерзнёт кого-либо крестить, рукоположить, сочетать и т.п., то это будет воспринято протестантами не иначе, как великое кощунство. Такового члена церкви исключат из членов церкви или, по меньшей мере, поставят на замечание и будут много его порицать и вразумлять792. И для обличения такового бесчинника протестанты ведь откроют не новозаветные места 1Пет. 2:9 или Откр. 1:6; 5:10; 20:6, которые они приводят для подтверждения догмата о всеобщем священстве – откроют они непременно Ветхий Завет, Числ. 16 гл., где говорится о Корее, Дафане и Авироне, которые вместе со многими другими, восстали на Моисея и Аарона и стали утверждать, что они не лучше и не святее других: «И собрались против Моисея и Аарона и сказали им: полно вам; все общество, все святы, и среди их Господь! почему же вы ставите себя выше народа Господня?» Эти люди, не будучи священниками793, дерзнули ставить себя на один уровень с ними и кадить, как священники, за что Господь жестоко наказал их. Именно эту историю всегда протестанты приводят в тех случаях, когда встаёт вопрос о том, кто имеет право совершать священнодействия, говоря, что дерзать что-либо совершать без рукоположения есть великий грех. Но ведь Корей, Дафан и Авирон утверждали как раз таки протестантское понимание идеи о всеобщем священстве, что все святы, все священники, среди всех Господь! Выходит, что на практике протестанты сами себя (в лице Корея, Дафана и Авирона), свой же принцип всеобщего священства крайне осуждают. Их действительность находится в полном противоречии с их учением: на словах они говорят, что различия между верующими нет, и что все они равны по отношению ко Христу и друг ко другу, а на деле резко и самым конкретным образом разделяют верующих, вслед за православными, на служителей, имеющих право совершать священнодействия и вести богослужение, и простых верующих, такого права и власти отнюдь не имеющих, и которым строжайшим образом запрещено это делать.

Если же протестанты скажут, что мы не разрешаем простым верующим совершать все вышеназванные действия не потому, что они не имеют на это духовной власти, а только ради того, чтобы был порядок, то это будет ложь. В сознании протестанта, в частности баптиста, дерзающий крестить или сочетать кого-либо грешит отнюдь не только тем, что поступает бесчинно: он именно святотатствует и посягает на такие священные дела, для которых нужно непременно иметь особое посвящение – рукоположение! Потому и приводят они всегда в таких случаях пример Корея и Дафана, осуждая не только то, что они восстали против власти Моисея, но и то, что они дерзнули священнодействовать, не будучи священниками.

Но почему же в протестантизме такое противоречие в учении о священстве? Всё предельно просто и очевидно: одна идея нужна протестантам для борьбы с Церковью и для оправдания своего возникновения и существования, а другая – для внутренней жизни. То есть когда Церковь спрашивает протестантов: «как смеют ваши пресвитеры священнодействовать, если у них нет преемственности рукоположения, если ваши основатели сами себя, самозвано, без законного рукоположения сделали пресвитерами и стали совершать священнодействия?», то они им отвечают: «нам не нужна преемственность и рукоположение ваших епископов, ибо все мы, верующие во Христа, – священники; все верующие имеют равные духовные права». Когда же внутри их общины кто-то посягает на совершение священнодействий, то они уже пользуются другими аргументами, говоря, что без рукоположения и особого посвящения в пресвитеры, дерзать священнодействовать – великий грех и кощунство. 

Теперь хочу ответить на приведенные в начале главы (абз. 3–5) возражения протестантов против учения Церкви об особом священстве.

1) О «царственном священстве» (1Пет. 2:9; ср. 1Пет. 2:5; Откр. 1:6; 5:10; 20:6).

Из того факта, что Библия называет всех верующих священниками ни в коем случае не следует того, что в Церкви не может и не должно быть священников особых. 1Пет. 2:9 есть пересказ слов Господа, сказанных Израилю во времена Ветхого Завета: «вы будете у Меня царством священников и народом святым»; «ибо ты народ святый у Господа, Бога твоего» (Исх. 19:6; Втор. 7:6). То есть, весь народ Израильский был у Бога царством священников, или же, что тоже, царственным священством. Тем не менее, в Израиле были ещё и особые священники. Поэтому, между тем, что все евреи были у Господа царственным священством, и тем, что некоторые из них были ещё и священниками в особом, сугубом794 смысле, нет решительно никакого противоречия. Вот так и в Церкви нет никакого противоречия между тем, что все её члены действительно есть священники у Бога (так как все они избраны Богом от мира и посвящены Ему через, прежде всего, Крещение, и приносят Ему духовные жертвы), и тем, что в Церкви есть ещё и особые священники, тем более, что о сугубом новозаветном священстве есть прямое пророчество (Ис. 66:21), приведенное выше (абз. 22).

Хочу подчеркнуть мысль, что учение Библии и Церкви об особом священстве никак не устраняет учения о том, что все верные – священники у Бога. Например, православный богослов В. Экземплярский в своём основательном исследовании «Библейское и святоотеческое учение о сущности священства» пишет: «…в учении Церкви мы находим не только утверждение мысли о всесвященстве христиан, но и более полное раскрытие самого понятия о духовном священстве…»795, и приводит не мало тому подтверждений из творений отцов Церкви. Вот лишь одно из них, св. Григория Нисского, который обращается ко всем верующим: «Как можешь ты повиноваться Павлу, который убеждает тебя представить тело твоё в жертву живую, святую, благоприятную Богу, когда ты сообразуешься веку сему, а не преобразуешься обновлением ума твоего?.. Как будешь священнодействовать ты, помазанный именно для того, чтобы приносить дар Богу, и дар… поистине твой собственный, который есть внутренний человек, долженствующий быть совершенным и непорочным, по закону об Агнце, чуждом всякого повреждения и порока, – как будешь приносить сей дар Богу, когда не повинуешься закону, который воспрещает священнодействовать нечистому?.. Посему-то желаем, чтобы и ты сораспялся Христу, представил себя Богу чистым иереем и сделался чистою жертвою»796. О священстве всех верующих говорится и в символической книге Церкви «Православное исповедание»: «Священство есть двоякое: одно духовное, а другое таинственное797. Священство духовное имеют все православные христиане…»798. Но, повторю, учение о духовном священстве всех верных никак не противоречит учению об особом, иерархическом священстве. Так, в «Апостольских Постановлениях» прекрасно сочетаются понятия всеобщего и особого священства. Там постоянно говорится о епископах, пресвитерах и диаконах; епископ неоднократно называется первосвященником; епископ и священник благословляет народ и т.п., но в то же время епископ молится: «Еще приносим Тебе за народ сей, чтобы Ты явил их в похвалу Христа Твоего, царское священство, народ святой…» (кн. 8/12). 

В связи со сказанным следует ответить на вопрос: можно ли называть пресвитеров Церкви священниками, что отказываются делать протестанты799? Именовать епископов и пресвитеров священниками вполне справедливо по простой логике вещей. Ведь если человек проповедует, то он называется проповедником; если он преподаёт, то называется преподавателем, и т.д. Если же пресвитер священнодействует, то он может и должен называться священником. Если же протестанты считают, что у них нет никаких священнодействий (Церковь, кстати, здесь с протестантами соглашается в том, что у них нет никаких истинных священнодействий), то пусть и не называют своих пасторов священниками. В Церкви же есть истинные, благодатные и спасительные священнодействия, потому их совершителей Она и называет священниками. Кроме того, что не менее важно: если все верные называются священниками – и протестанты на этом особо настаивают – то тем более имеют право называться так рукоположенные служители Церкви, которые являются священниками в преимущественном смысле, ибо кроме общих и доступных для всех христиан духовных жертв и священнодействий они приносят Богу бескровную Жертву, совершая и другие особые священнодействия. Наконец, пастыри Церкви имеют полное право называться священниками хотя бы на основании вышеприведенного пророчества Исаии (см. абз. 22).

Итак, священниками назывались все древние иудеи, но это никак не противоречило тому, что в Израиле были ещё и особые священники, одни только имевшие право на совершение Богослужения и  различных священнодействий. Древняя Церковь также признавала всех верующих священниками Бога, но Она же с полной ясностью учила и об особом священстве. Так учит Православная Церковь до сего дня. Так понимают этот вопрос на самой практике, внутри себя, и сами протестанты, которые считают всех верующих священниками, но у которых есть и особые рукоположенные служители, одни лишь имеющие право на совершение всех их «священнодействий». Так в чём же тогда вопрос? Как тогда протестанты, приводя 1Пет. 2:9, хотят опровергнуть существование в Церкви особого священства? Всеобщее священство никак не устраняет священства особого. Но так как протестантам больше нечем бороться с учением Церкви об особом священстве, то они и продолжают приводить этот аргумент, не осознавая его бессмысленности и противоречивости.

2) О Первосвященстве Христа (Евр. 8:1).

То, что Христос есть Первосвященник Церкви, также никоим образом не устраняет возможность быть в Церкви другим священникам. Более того, слово «первосвященник» не только не отрицает других священников, а напротив – указует на них. Ведь если Христос есть Первосвященник, то есть первый из священников, то ясное дело, что должны быть и другие, иначе среди кого Он первый? Когда в Израиле был первосвященник, то его существование никак не устраняло других священников, а наоборот – их предполагало.

Если протестанты полагают, что факт первосвященства Христа устраняет как возможность, так и необходимость быть другим священникам, то как же они всех верующих считают священниками, уча о всеобщем священстве? Как же все протестанты могут быть священниками, если кроме Христа уже не нужны священники? Очевидно, что даже в глазах протестантов первосвященство Христа допускает быть и другим священникам (всем верующим).

Кроме того, священников нельзя даже в строгом смысле слова называть другими священниками по отношению ко Христу, ибо они совершают священнодействия не своей силой и властью, а властью Христовой, ведь через них священнодействует Сам Христос. В теле человека действие руки или иного члена всегда руководится его головой; иначе – наша голова (ум) действует посредством наших членов. Так и в Теле Христовом – Церкви, через её священников священнодействует Глава Церкви Христос. Поэтому, в мистическом смысле можно сказать, что у Церкви действительно только один Священник – Христос, а священники-люди есть только орудия, через которые Он священнодействует. Этот принцип яснее всего видится на литургии, когда священник от имени Христа призывает всех верных: «приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое во оставление грехов», а также: «пейте из неё (чаши) все, сия есть Кровь Моя Нового Завета, за вас и за многих изливаемая во оставление грехов». Священник произносит эти слова от первого лица: другими словами – устами священника обращается к людям Сам Христос; это Сам Он призывает верных вкусить Его Тело и испить Его Кровь; Он Сам в лице священника и посредством него священнодействует. И так при всяком другом священнодействии. Когда епископ, например, рукополагает пресвитера, то, по вышеприведенным словам святого Амвросия (см. абз. 36) через епископа рукополагает Сам Бог; или же, по словам св. Иоанна Златоуста, «возлагает руку человек, а все делает Бог, и Его-то рука касается главы рукополагаемого, если рукополагается, как должно»800 и в другом месте: «Священник – Ангел Господа. Если кто презирает его, то презирает не его, а рукоположившего его Бога»801. Поэтому, наличие в Церкви людей священников никак не мешает, а наоборот – полностью и гармонично содействует священству Христа, так как через священство Церкви священнодействует Сам Христос.

3) «Все же вы братья» (Мф. 23:8).

То, что все верующие между собой братья также никоим образом не говорит о том, что все между собой должны быть равны, что в Церкви, поэтому, не может быть разделения на начальников и подчинённых, на священство и мирян. Сам Христос называется и является братом для всех верных, как написано: «кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат» (Мк. 3:35), а также: «кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобными образу Сына Своего, дабы Он был первородным между многими братиями» (Рим. 8:29). Но при этом никто из протестантов не осмелится думать, что все истинно верующие, братья Христовы, равны с Ним. То есть, братство Христа с верными никоим образом не устраняет неравенства, но братья Христа поклоняются Ему и во всём творят волю Его.

Другой пример – Иосиф, который был правителем Египта, а братья его – простыми беженцами пастухами, которые смиренно поклонялись ему (см. Быт. 44:14), но такое их неравенство никак не устраняло их братства. В жизни братья часто не равны друг другу ни по положению, ни по способностям. Таким образом, тот факт, что все верные христиане через усыновление одному Отцу являются братьями друг для друга, никак не устраняет возможности одним братьям занимать более высокое и почётное положение перед другими; никак не устраняет того, что одни братья имеют власть священнодействовать, а другие не имеют.

На этом вопросе, пользуясь случаем, хочу остановиться подробнее. При первом же знакомстве с Православием протестант непременно заметит, что православные значительно иначе, чем протестанты, относятся к своим пастырям. Это отношение лучше всего можно охарактеризовать такими словами как чинность и иерархичность (или же, говоря светским языком, субординация). Протестантизм же, весь его дух, стремиться к равенству, и это стремление часто оправдывается как раз таки вышеприведенными словами Христа: «все же вы – братья». Это есть одна из причин, по которой протестанты не берут у своих пасторов благословения, не целуют им руки, не поклоняются им, не называют их отцами и священниками, и не используют других, принятых в Православии обращений, таких как «Ваше преподобие», «Ваше высокопреосвященство», «Владыко», и т.п. По этой же причине протестантские пасторы не носят никаких особых священнических одежд. Так по каким принципам нужно строить отношения в Церкви – иерархии и подчинённости или равенства и братства?  

Уместно здесь вспомнить, что лозунг «свобода, равенство, братство» не так давно изобрели и ввели в употребление масоны, и именно они проповедуют идеи равенства, внушая людям, что равенство всех людей есть естественное и законное право человека. Масоны добились, например, равенства мужа и жены, чем извратили один из важнейших Божьих законов, ибо никакого равноправия между мужем и женой нет и быть не должно, потому что муж есть глава жены, как Христос есть глава Церкви. Как у Христа и Церкви не может быть равноправия (ибо Христос есть Господин Церкви, Которому Она беспрекословно подчиняется), так и между мужем и женой нет и не должно быть никакого равноправия, ибо брак человеческий создан по образу брака Агнца. Среди же «западных ценностей» (правильнее сказать: среди западных мерзостей) этого принципа уже нет и в помине.

Бог же именно иерархичность и чинность положил основополагающим принципом при создании Ангелов и людей. Всё ангельство сотворено не равными, а по чинам. Церковь знает о девяти ангельских чинах, о которых упоминает Библия: Серафимы, Херувимы, Престолы, Господства, Силы, Власти, Начала, Архангелы, Ангелы802 (см. напр. Еф. 1:21; Кол. 1:16; Ис. 6:2; Иез. 10: 3–4; Иуд. 9; Пс. 102:20), и все они не равны между собой, а меньшие чины подчиняются и управляются высшими. Понятно ведь, что Архангелы выше и почтеннее Ангелов, и что архистратиг Михаил, вождь воинства Божьего, выше тех Ангелов, которыми он руководит.

В отношениях между людьми Бог также создал иерархию: жена подчиняется мужу; дети во всём исполняют волю родителей; первенец в семье имеет право чести перед остальными братьями; старец имеет право на уважение и почтение от молодых; цари, князья, пророки и священники имеют почёт и власть над народом; учитель больше ученика, и так далее. И не правильно думать, что иерархия и неравенство появились в следствии грехопадения – вовсе нет. Иерархия есть изначальный Божий закон. В Царствии Небесном не будет греха, но иерархия останется. Ангелы и спасённые будут поклоняться Богу, но и между собой будут непременно иметь разность в чести и славе, ибо «звезда от звезды разнится в славе» (1Кор. 15:41). Действительно, по самой справедливости совершенно невозможно сравнять великих Божьих угодников и святых, таких как Дева Мария, ап. Иоанн и прп. Серафим Саровский с теми, о которых пишет ап. Павел: «а у кого дело сгорит, тот потерпит урон; впрочем сам спасется, но так, как бы из огня» (1Кор. 3:15). Невозможно принесших плод Богу во сто крат сравнять с принесшими только в тридцать крат (см. Мф. 13:8); и, безусловно, те сто сорок четыре тысячи святых на небесах, поющих песнь, которой никто другой не мог научиться, находятся в более близком отношении к Богу, чем остальные (см. Откр. 14:3). Из слов Христа можно заключить также, что не все, а только избранные святые сядут с правой и левой Его стороны (см. Мф. 20:23); что одни будут в Царствии Божием большие, а другие меньшие (см. Мф. 11:11). К тому же, не всем дано одинаково: одним дано пять, другим два, а третьим – один талант (см. Мф. 25:15). Таким образом, в Божьем мире в отношениях всех сотворённых Им существ есть иерархия, чинность, неравенство и преимущество чести!

И Православная Церковь знает об этой чинности и соблюдает её. Помню, как я впервые увидел и восторженно удивился тому, как чинно выстраиваются в Соборе священники для службы. Впереди предстоит епископ, а за ним стоят священники, и не как придётся, а строго по чину: больше прослужившие становятся впереди, а меньше служившие – сзади. Таким образом, младшие научаются уважению старших. Интересно, что если в одном храме соберутся десятки незнакомых друг другу священников, то все они без сторонней помощи смогут правильно выстроиться, следуя простым правилам и принципам803. И вот такое чинное поведение, а не равноправие и демократия, угодно Богу. Да и ап. Павел заповедует нам: «только всё должно быть благопристойно и чинно» (1Кор. 14:40), и напоминает, что «любовь… не бесчинствует» (1Кор. 13:4,5).

Масоны же, желая извратить Божий мир, заставляют людей ненавидеть иерархичность и стремиться к дьявольскому равноправию, говоря, что иерархичность (неравенство) есть уклонение от человеколюбия (гуманности) и великое зло, лишающее человека свободы и братства. На самом же деле, именно иерархичность в отношениях воспитывает в человеке любовь, уважение, смирение, кротость, послушание и прочие добродетели. Стремление же к равенству делает людей как раз такими, о которых предсказывал ап. Павел: «Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся» (2Тим. 3:1–5). Удивительно, что практически все перечисленные Апостолом качества прекрасно формируются в людях нашего последнего времени благодаря именно идеям равенства и равноправия. Именно при равноправии жена не хочет повиноваться мужу, а дети родителям; молодые не хотят почитать пожилых; народ не желает чтить правителей; ученик не желает уважать учителя, что ведёт к духовному разврату и хаосу. Таким образом, утверждение (сначала на Западе, а теперь уже и почти во всём мире) масонского равноправия – великий источник бед нашего мира. Хотя масоны и демократия не могут на деле отказаться от иерархичности, ибо этот принцип заложен Богом в само мироздание. Везде в мире – в мирской власти, в армии, на заводе или любой иной организации существует иерархия, субординация, подчинённость: одним словом – неравенство. Да и какое может быть равенство между миллиардером и бедняком, между президентом страны и обычным гражданином, между директором и рабочим завода? Этого равенства нет и быть не может. Таким образом, лозунги о равенстве нужны масонам только для морального развращения людей, для развития в них целого букета пороков (наглости, гордости, непочтительности, напыщенности и прочего). Можно даже сказать, что если бы масоны не смогли внедрить в мире принцип этого мнимого равноправия, то они не смогли бы в дальнейшем привести к власти над миром антихриста...

Западный же протестантизм, проникнутый идеями равенства, по привитой масонами ассоциации считает его уже синонимом любви (гуманизма), свободы и братства. Поэтому протестанты и говорят, что раз во Христе мы братья, если призваны мы к свободе во Христе (см. Гал. 5:1), то значит должны быть равны между собой. (Хотя на деле никакого действительного равенства во власти между простым верующим и пастором ни в одной протестантской общине нет.) Церковь же масонские козни не принимает. Она знает другое, что истинная свобода заключается в добровольном послушании Христу и Им поставленным священникам, и что духовное братство во Христе всех верующих никак не устраняет иерархичности. У матери и ребенка нет равенства; у мужа и жены (в нормальной семье) также нет равенства; у Христа и Церкви тем более нет равенства, но разве невозможна при таких отношениях самая пламенная, нежная, жертвенная, истинная, трогательная любовь? Поэтому, иерархическое неравенство (не равноправие) в Церкви священства и прихожан никак не устраняет их братства, никоим образом не мешает любви. И замечу, что такого почтения, уважения и искреннейшей любви, которую обычно проявляют к своим священнослужителям православные прихожане (что я лично, как православный священник,  испытал и на себе) у протестантов при их «всеобщем священстве» и «равноправии» и близко нет. Напротив, очень часто у протестантов имеют место вспышки бунта, насмешек, непочтительного отношения804 и злой критики пресвитеров и старших братьев. Заметим также, что именно равноправие и «всеобщее священство» постоянно приводит протестантизм к бесконечным расколам и разделениям, так что различных течений и деноминаций в протестантизме существует уже тысячи (!). Уже выйдя из среды баптистов и мало с ним общаясь, я постоянно слышу о новых расколах в их среде. Вот одна группа общин вышла из союза ЕХБ; вот избрали в Донецкой области нового старшего пресвитера, а старый пресвитер не захотел подчиняться этому решению и отдавать свою власть и учинил раскол, оставшись старшим пресвитером над верными ему несколькими общинами; вот бывший мой сокурсник по ДХУ сообщает, что их община в Запорожье раскалывается, и все бегут кто куда – это происходит всё время, и будет происходить. Об этих постоянных расколах в их среде знают все протестанты. Но всё это случается очень закономерно и вытекает из протестантской догматики: если все мы уже спасены; если прекращая общение со старшим пресвитером и руководством, например, баптистов я всё равно остаюсь в Церкви Христовой, то для чего мне терпеть то, что мне не нравится? Можно создать свою церковь, найти своих последователей, и жить так, как мне удобнее.

Итак, в построении отношений с начальством протестанты в полном смысле есть дети своего времени. В Церкви и в обществе в целом всегда, во все времена, существовал один образ взаимоотношений людей, который можно назвать иерархичным, чинным. Люди кланялись царям и князьям; почитали родителей и очень ценили их волю и благословение. На Руси, например, всегда вставали, снимали шляпу и кланялись, когда проходил священник или учитель, и т.д. Когда же сначала во Франции, а потом и в других странах, в том числе и в России, победили масонские революции, то они заменили вот такое почтительное мировоззрение идеями равенства и братства. В итоге, цари исчезли (или остались для декорации), а президенты стран уже не одеваются в особые царские одежды; им перестали кланяться и обращаться к ним «Ваше величество»; свобода слова позволила всячески хулить и высмеивать власть, и этим духом заражены большинство журналистов и обычных людей, особенно западных. Родителей лишили всякой власти над детьми и права на уважение и почтение с их стороны. Сейчас на Западе ребёнок за один шлепок, полученный от родителей, может подать на них в суд, а за то, что родители поругали ребёнка за плохие оценки, его могут забрать из семьи. Если раньше отец, глава семьи был в почёте, ему подражали, у него учились, то теперь американец больше всего боится «стать похожим на своего отца» – и т.д. В итоге, лживые и бесовские, масонские идеи демократии, прав человека, равенства и братства привели мир, особенно западный, к полнейшему духовному разврату. Протестантизм же старается не отставать за этим духом времени. Их пасторы, вслед за демократическими правителями, тоже не одеваются в особые одежды; протестанты перестали им кланяться и должным образом их почитать; перестали почтительно к ним обращаться; они стали позволять себе критиковать их, когда им захочется, и т.д.

Таким образом, протестантам только кажется, что их отношение к пасторам основано на Библии. На самом деле, всё их мировоззрение в этом отношении пронизано демократией, духом времени, лживыми масонскими идеями свободы, равенства и братства. Они находятся в этом духе и дышат им полной грудью; они впитывают такое отношение к власти, начальству и пасторам с молоком матери; они встречают это отношение везде в нашем мире, а потому, уже даже не ощущают и не осознают его неестественности и богопротивности. Сквозь этот дух времени, как сквозь некие очки, протестанты читают Библию, а потому и не замечают того, что в ней нет никакого равенства и демократии.

Когда же я оказался в Церкви и увидел совсем иное отношение к церковной власти, то стал постепенно осознавать, что именно такое – глубоко почтительное, уважительное, послушливое, иерархичное, чинное отношение к священноначалию есть истинно библейское и исконно христианское. В Св. Писании есть положительные заповеди почитать пресвитеров, например: «Достойно начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь» (1Тим. 5:17). В древнейших церковных трудах, выдержки из которых приводились выше (см. абз. 30–31), мы также находим заповеди почитать священство как Господа. Именно так всегда жила и живёт Церковь; именно так она всегда относилась к своим пастырям, а не так, как протестанты, ибо кто из них смотрит на пресвитеров как на Господа, и почитает их как пророков и Апостолов? Но осознать это можно, наверное, только в сравнении. Пока протестанты не ощутят на себе этот церковный дух иерархичности и чинности, пока не вкусят его сладости и спасительности, им трудно будет согласиться со всем вышесказанным. Да и по своей гордости и напыщенности многие протестанты никогда не согласятся на то, чтобы оказывать какую-то особую честь пресвитерам, как западный мир уже никогда не согласится кланяться властям и свято чтить волю родителей…

Заметим, что всё вышесказанное не говорит о том, что священники имеют право деспотически господствовать над стадом Христовым. Ап. Пётр, призывает пастырей не господствовать (по духу господ мира сего) над наследием Божиим, но подавать пример стаду (1Пет. 5:3). Подобные поучения мы можем найти, конечно же, и у отцов Церкви. Св. Григорий Двоеслов, например, писал об этом вопросе так: «Все, имеющие власть, прежде всего, должны обращать внимание не на власть над подчинёнными по своему желанию, а на равенство с ними по природе своего происхождения…»805. Но эти и подобные наставления вовсе не устраняют иерархии в Церкви, а только увещевают начальников не злоупотреблять своей властью, а использовать её во благо своим подчинённым. Ведь если Христос добровольно «уничижил Себя Самого, приняв образ раба» (см. Фил. 1:7) и как слуга мыл ноги Своим ученикам, то это вовсе не значит, что Он на самом деле есть наш раб и слуга, Которым мы можем повелевать. Если ап. Пётр призывает пастырей не господствовать над овцами, то это не значит, что последние не должны подчиняться первым. Если святой Григорий пишет о том, чтобы имеющие власть помнили о равенстве своего происхождения с подчинёнными, то это вовсе не значит, что подчинённые во всём равны с начальником; ведь если все равны, то для чего вообще называть одних «имеющими власть», а других подчинёнными? К тому же другой св. Григорий (Богослов) говорил, о священстве, что это есть с одной стороны высшее служение, а с другой – высшая честь806. То есть, общая картина такова: в Церкви есть Богом поставленные пастыри и начальники, которым «словесные овцы»807 и подчинённые должны оказывать всяческое послушание и почитать их как Господа, Апостолов и пророков; сами же начальствующие не должны злоупотреблять своей властью и пользоваться ею для угождения своих страстей, но жертвенно служить вверенным его заботе, памятуя не столько о своей власти, сколько о достоинстве своих подчинённых, которые, как и они сами: 1) сотворены по образу Божию; 2) имеют в себе Святого Духа; 3) причащаются Того же Христа. Если обе группы людей будут так поступать, то между ними будет царить истинная любовь и гармония. Таким образом, пример Христа и заповеди, данные начальствующим в Церкви быть слугами своим подчинённым, никак не устраняют разделения верующих на пастырей и овец и необходимость последних глубоко чтить первых и подчиняться им.

Здесь закономерно и важно также ответить на вопрос: если иерархичность, чинность (подчинённость) и не равенство в Церкви, есть Божественное устроение, то для чего Бог создал мир именно таким образом? Один из важнейших смыслов такого устроения мира заключается в том, что человек должен научиться почитать Бога, благоговеть пред Ним и быть Ему полностью послушным. Но человеку в теле трудно научиться почитать Бога, Которого он не видит. Потому Христос так настаивал на том, что отношение к Нему человек может выразить, прежде всего, через отношение к ближнему: «Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне… истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф. 25:34–40). Ап. Иоанн также очень ясно и многократно в своём послании проводит мысль о том, что любить Бога можно только любя ближнего: «Кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?» (1Ин. 4:20). Вот точно так же обстоят дела не только с любовью, но и со многими другими христианскими добродетелями. И с такой же справедливостью можно сказать, что «кто говорит, что чтит Бога и исполняет Его волю, а пастырей, Им поставленных, не почитает и не слушает, тот лжец: ибо не чтущий пастыря, которого видит, как может чтить Бога, Которого не видит?» Нужно полагать, что это есть онтологическая причина того, почему Бог создал мир иерархичным. Бог велик, Он имеет славу и честь, и человек должен научиться почитать Бога, поклоняться и покоряться Его воле. Вот поэтому Бог и установил в Церкви иерархию, подчинив ей верных, чтобы они через послушание, подчинение и благоговение к ней деятельно научились почитать Самого Бога. Потому св. Игнатий и другие святые так настаивают на том, что почитать священника и особенно епископа нужно как Самого Христа! И всякое таковое почтение Христос принимает не иначе, как почтение Его Самого!

Можно указать и на другую, не менее важную, причину существования в Церкви священноначалия – необходимость всем верующим возрастать в своей духовной жизни. В Церкви есть младенцы, а есть духовно зрелые люди; есть менее, а есть более одарённые и посвященные, и т.д. Поэтому, для успешного возрастания Церкви необходимо, чтобы духовно зрелые руководили младшими. То есть Церкви нужны особо посвященные люди для духовного руководства Божьими народом, для совершения Богослужений и Таинств, для проповеди учения Церкви. Св. Григорий Богослов писал об этом так: «как в теле иное начальствует и как бы предстательствует, а иное состоит под начальством и управлением, так и в Церкви (по закону ли справедливости, воздающей по достоинству, или по закону Промысла, всё связующего) Бог постановил, чтобы те, для кого сие полезнее, словом и делом направлялись к своему долгу, оставались пасомыми и подначальными; а другие, стоящие выше прочих по добродетели и близости к Богу, были пастырями и учителями к совершению Церкви и имели к другим такое же отношение, какое душа к телу и ум к душе, дабы то и другое.., будучи, подобно телесным членам, соединено… в один состав, совокуплено и связано союзом Духа, представляло одно тело, совершенное и истинно достойное нашей Главы – Самого Христа»808.

Таким образом, разделение верующих на священство и мирян, на пастырей и овец есть воля Христа, есть учение Библии, и священство всех верующих, равно как и первосвященство Христа, никоим образом не устраняет особого священства в Церкви. Такое неравенство и неравноправие само по себе никак не унижает верующих, как неравенство родителей и детей, мужа и жены, Христа и Церкви никого не унижает: наоборот, именно иерархичность (неравенство в чине и чести) наилучшим образом воспитывает в христианине все лучшие качества и приводит его к истинным любви, уважению, почтению, братству и прочим добродетелям.

Теперь следует сказать о действительной причине, по которой протестантизм так, казалось бы, безумно, противореча ясному учению Библии, устройству древней Церкви, да и устройству своих собственных церквей, отвергает особое священство. А причина эта типичная для многих протестантских догматов, на что я неоднократно уже обращал внимание, и здесь, в виду её важности, я повторю её ещё раз. Многие самые важные догматы протестантизма сформировались отнюдь не в результате спокойного и бесстрастного изучения Св. Писания, как хотелось бы думать протестантам, а только как протест (оттого и название «протестанты») против католических злоупотреблений. И в учении о сугубом священстве католики впали во многие большие крайности.

1) В своём учении о том, что папа есть наместник Христа на земле, католики перешли многие разумные грани, в конце концов, доведя это учение до догмата о непогрешимости папы.

2) В появлении и деятельности инквизиции сказалась ещё одна крайность католицизма в отношении священства, которое посчитало, что его власть наказывать грешников простирается настолько далеко, что оно имеет право физически наказывать, вплоть до смерти, еретиков и грешников. На самом же деле, власти бить и убивать Христос не дал священству, как говорится о том в 27-м Апостольском Правиле: «Повелеваем епископа, или пресвитера, или диакона, бьющего верных согрешающих, или неверных обидевших, и через сие устрашати хотящего, извергати от священного чина. Ибо Господь отнюдь нас сему не учил: напротив того, Сам быв ударяем, не наносил ударов, укоряем, не укорял взаимно, страдая, не угрожал (1Пет. 2:23)».

3) Католическое учение и практика индульгенций также явились извращением и злоупотреблением священнической власти отпускать грехи, против чего, как известно, больше всего выступал М. Лютер.

4) Католическое духовенство во времена Реформации стало крайне властным и неприступным кланом, который очень злоупотреблял своею властью809. М. Лютер писал об этом так: «земля наполнилась священниками, кардиналами, епископами, которые отдалились от народа, как небо от земли, и заслонили Христа своим нечестивым станом»810. И в этих словах было много правды.

Все эти злоупотребления католического священства своей властью и обусловили путь протестантизма. Борясь с этими злоупотреблениями протестанты настолько увлеклись, что отказались не только от них, но и от самого библейского истинного учения об особом священстве (выплеснув, как говорится, с водой и ребёнка), несмотря на то, что в Новом Завете и учении древней Церкви очень ясно, как мы видели, верующие разделяются на пастырей и овец, на начальствующих и подчинённых, на священство всеобщее (духовное) и сугубое (иерархическое). Поэтому, исторические причины, по которым протестанты так ратуют против особого священства, понять можно, как можно понять человека, который, едва не утонув, боится теперь вообще заходить в воду (или однажды сильно обжегшись, боится подходить к огню). Понять и посочувствовать протестантам можно, как и тому человеку, но нельзя признать их позицию верной. Ибо одно дело, когда человек, испуганный водою, боится её – его можно успокоить, и время этот недуг может вылечить. Другое же дело, когда человек этот станет всем запрещать подходить к воде, говоря, что вода сама по себе зло. Так вот диавол, сыграв на злоупотреблении католиков, внушает теперь протестантам проповедовать против особого священства, и отвергать не только его злоупотребления, а и само апостольское устройство Церкви. Таким образом, протестанты, борясь с крайностями католиков, впали в противоположные крайности. Православие же если и не свободно совсем от частных злоупотреблений некоторыми своей священнической властью, то, в общем, оно в этом вопросе, как и во многих других, сохраняет золотую середину.

II. О трёхчинности священства.

В Церкви изначала существует три чина священства – епископский, пресвитерский и диаконский.

Епископы (архиереи, архипастыри, первосвященники) находятся в апостольском сане и являются в полном смысле преемниками Апостолов811, имеющими высшую власть в Церкви и право совершать все церковные таинства и службы.

Пресвитеры (иереи, пастыри, священники) призваны помогать епископам. Они, по благословению своего епископа, также имеют право совершать все службы и таинства, кроме таинства Хиротонии812 (Рукоположения).

Диаконы не имеют права совершать службы и таинства, а призваны только помогать епископам и священникам в их совершении и в прочих делах.

Большинство протестантов отвергают такое устройство церковной иерархии. Во-первых, они полностью отождествляют епископа с пресвитером, силясь доказать, что это два названия одного и того же сана и должности. Так, У. Баркли в толковании на 1Тим. 3:1–7 утверждает, что «в раннехристианской Церкви пресвитеры и епископы были одни и те же люди», а также: «Одно слово (пресвитер) характеризует человека, другое (епископ) – возложенную на него задачу». То же утверждает и С. Санников: «епископы и пресвитеры занимали равное положение»; и в другом месте: «Возможно, его (Климента) действительно рукоположил Апостол Пётр на пресвитерство или епископство, что в то время было равнозначно…»813. Таким образом, у большинства протестантов нет епископов, и все их «священнодействия», в том числе и рукоположение, совершают пресвитеры. Во-вторых, диаконы, например у баптистов, при надобности, также как и пресвитеры, могут самостоятельно совершать многие священнодействия, хотя Церковь никогда не знала такой практики.

Итак, нам нужно ответить на такие вопросы: какое устройство Церкви действительно библейское? Сколько чинов, два или три, было в древней Церкви? Является ли епископ и пресвитер одним и тем же чином, и кто имеет право совершать рукоположение новых пресвитеров и диаконов?

Начнём с Библии. В Новом Завете мы встречаем все три слова – епископ (Фил. 1:1; 1Тим. 1:2), пресвитер (Деян. 15:6,22–23) и диакон (Фил. 1:1; 1Тим. 3:12). В чём действительно правы протестанты, так это в том, что слова «епископ» и «пресвитер» в Новом Завете используются взаимозаменяемо, но это вовсе не значит, что в апостольской Церкви было 2, а не 3 чина. Всё дело в том, что все три слова – епископ, пресвитер и диакон – в нашем языке имеют только специфическое церковное значение, но в греческом, откуда они были взяты, эти слова, кроме церковного, имели своё обычное употребление.

Слово επίσκοπος (епископос) значит: надзиратель, попечитель. Этим словом называли всякого надзирателя, не только церковного. Таким образом, в определённом смысле епископом может быть назван и пресвитер, так как он призван надзирать, опекать и руководить своей паствой, и диакон, который также в свою меру призван надзирать за порядком в церкви. И в Тит. 1:5–7 мы  видим пример того, как ап. Павел называет пресвитеров епископами. В 5-м стихе он говорит: «Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров», а в 7-м стихе он этих пресвитеров называет епископами: «Ибо епископ должен быть непорочен…».

Слово πρεσβύτερος (пресвитерос) значит: старейший (по возрасту и положению); старейшина; старик. Поэтому, и епископ и диакон могут быть названы пресвитерами, если они достигли старости. Апостолы Иоанн и Павел, например,  называют себя старцами, по-гречески – пресвитерами (2Ин. 1:1; 3Ин. 1:1; Фил. 1:9). И называют они себя так, конечно же, не в церковном смысле, как принадлежащих ко второй степени священства, а в общем смысле. Старцами, например, называют сейчас в Православии не только пресвитеров, но и пожилых епископов, диаконов и простых монахов, достигших старости и, главное, духовной зрелости.

Слово διάκονος (диаконос) значит: слуга, служитель, и этим слово Апостолы также называют себя: «Он дал нам способность быть служителями (по греч. диаконами) Нового Завета» (2Кор. 3:6). Диаконами, то есть служителями или же священнослужителями Церкви, и сейчас называют православные все три степени священства, которые в действительности ими являются. Служителями, кстати, обычно называют своих пресвитеров и диаконов и протестанты.

Таким образом, в Новом Завете мы не встречаем устоявшейся терминологии при обозначении степеней священства, и видим, что часто слова «епископ», «пресвитер» и «диакон» используются широко (в своём собственном значении) и взаимозаменяемо, то есть, применительно к разным степеням священства. На данную особенность употребления этих трёх слов в Евангелии обращал внимание ещё св. Иоанн Златоуст, который писал, что в древней Церкви: «пресвитеры назывались епископами и диаконами Христовыми и епископы пресвитерами… а впоследствии каждому присвоено особое имя»814. Митрополит Макарий также указывает на данную особенность использования терминов «епископ», «пресвитер» и «диакон» в Новом Завете: «несомненно, что названия пресвитера и епископа, сообразно с буквальным значением этих слов, Апостолы естественно могли употреблять, и, действительно употребляли иногда безразлично, усвояя по временам то и другое как епископам, так и пресвитерам и даже самим себе»815. Таким образом, нужно понимать, что если ап. Павел называет себя диаконом (служителем) и пресвитером (старцем), то это не значит, что во время написания этих слов он был диаконом или пресвитером в церковном современном смысле этого слова. И когда ап. Павел, приветствуя филиппийцев (1:1), упоминает только о епископах и диаконах, то это не значит, что у них было два, а не три священных чина. Просто в этих случаях он приветствует всех начальствующих и служителей церкви этими общими наименованиями816.

Поэтому, учитывая это обстоятельство, при исследовании по Новому Завету вопроса о степенях священства мы должны обращать внимание не столько на слово, которым названы служители Церкви, сколько на их положение, служение и власть. И тогда мы увидим, что Тимофей и Тит были не пресвитерами в современном смысле слова, занимающими вторую степень священства, а епископами; то есть, они имели первую степень священства. Так, Титу ап. Павел пишет: «Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе приказывал» (Тит. 1:5). Также и Тимофею ап. Павел позволяет рукополагать пресвитеров: «Рук ни на кого не возлагай поспешно» (1Тим. 5:22). Значит, Тимофей и Тит были больше пресвитеров, которых они имели право поставлять и рукополагать. Кроме того, Тимофею ап. Павел заповедует принимать обвинения на пресвитеров и обличать виновных: «Обвинение на пресвитера не иначе принимай, как при двух или трех свидетелях. Согрешающих обличай перед всеми, чтобы и прочие страх имели» (1Тим. 5:19–20). Раз Тимофей имел власть ставить и рукополагать пресвитеров, и решать дела пресвитеров, принимать на них обвинения, судить и обличать их, то очевидно, он был больше пресвитеров, то есть был их епископом.

Другое важное обстоятельство заключается в том, что как Тит, так и Тимофей могли одни, то есть самолично рукополагать пресвитеров. Сам же Тимофей был рукоположен не одним епископом, а несколькими, как свидетельствует о том ап. Павел: «Не неради о пребывающем в тебе даровании, которое дано тебе по пророчеству с возложением рук священства817» (1Тим. 4:14). В другом месте ап. Павел также напоминает Тимофею о дне его хиротонии: «По сей причине напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположение» (2Тим. 1:6). Из сопоставления этих двух мест ясно, что ап. Павел не сам, а с несколькими епископами рукополагал Тимофея, и, очевидно, возглавлял хиротонию.

Эта картина отлично согласуется с учением и практикой Православной Церкви, где епископ сам рукополагает пресвитеров и диаконов, а епископа рукополагает не один, а два или более епископов. И у этого закона есть ясное библейское, богословское и логическое основание, которое наилучшим образом выражено ап. Павлом: «Без всякого же прекословия меньший благословляется большим» (Евр. 7:7). То есть епископ больше по чину и благодати, чем пресвитер и диакон, и потому он может их рукоположить сам, одной своей властью. Но епископ не больше другого епископа, а по священнической благодати равен ему и сам не может рукоположить равного себе. Потому, епископа рукополагают как минимум два епископа, которые вместе больше одного епископа. И как большие (в своём соборе) они передают благословение и благодать епископства меньшему.

Итак, мы видим, что православное учение о трёхчинном священстве не только не противоречит Евангелию, но и вполне согласуется с ним, хотя Новый Завет предоставляет нам слишком скудную информацию для доподлинного изучения этого вопроса. И вот поэтому именно в подобных случаях очень полезно обращаться к свидетельству веры и практики древней Церкви, которая была устроена Апостолами и свято хранила их заповеди. Есть ли древние свидетельства, могущие пролить свет на вопросы о количестве степеней священства и роли и правах каждой их них? Есть, и, слава Богу, достаточное количество.

В «Апостольских Правилах» мы находим такие повеления: «Епископа да поставляют два или три епископа» (правило 1); «Пресви­тера и диакона и прочих причетников да поставляет один епископ» (правило 2). Мы видим здесь, во-первых, ясное разделение трёх степеней священства; во-вторых, прямое подтверждение православной практики рукоположения: епископа поставляют несколько епископов; пресвитеров и диаконов – один епископ, а сами пресвитеры и диаконы никого не поставляют даже «прочих причетников»818. Этих правил Церковь придерживается изначала и до сего дня. Св. Иоанн Златоуст, например, словами «одним правом рукоположения возвышаются епископы, и только этим, кажется, преимуществуют пред пресвитерами»819 вполне ясно указывает на существеннейшее различие между епископом и пресвитером. Протестанты же не хотят этого признавать. Митр. Макарий, выдающийся богослов и прекрасный знаток церковной истории, замечает, что священникам «по свидетельству истории, особенно первое из вышеупомянутых прав («власть рукополагать других пресвитеров») никогда не принадлежало»820.

В других апостольских правилах также ясно видны: во-первых, трёхчинность церковной иерархии; во-вторых, ясное различие епископа от пресвитера; в-третьих, подчинённость пресвитера епископу. Вот некоторые примеры.

Правило 15 гласит: «Если кто пресвитер, или диакон, или вообще находящийся в списке клира, оставив свой предел, в другой отойдёт, и совсем переместившись, в другом жить станет без воли епископа своего: таковому повелеваем не служить больше, и наипаче, если своего епископа, призывающего его к возвращению, не послушает».

Правило 32: «Если кто пресвитер, или диакон, от епископа в отлучении будет…».

Правило 39: «Пресвитеры и диаконы без воли епископа ничего да не совершают: ибо ему вверены люди Господни, и он воздаст ответ о душах их».

К книге «Апостольские постановления», написанной учеником и ставленником Апостолов Петра и Павла Климентом († около 99–101 г.), многократно говорится о трёх степенях священства и их различиях, например: «Еще молимся Тебе… и о всяком епископстве… и о всяком пресвитерстве, о диаконах и обо всем клире… Еще приносим Тебе (бескровную жертву) и за всех от века благоугодивших Тебе святых, патриархах, пророках… епископах, пресвитерах, диаконах…» (кн. 8/12), и т.д.

Далее ясно говорится о различиях между епископом и пресвитером, главное из которых – власть рукоположения: «Епископ благословляет, не благословляется, возлагает руку, рукополагает, приносит, благословение получает от епископов, но отнюдь не от пресвитеров. Епископ извергает всякого клирика, достойного извержения, исключая епископа; ибо сего не может он извергнуть один. Пресвитер благословляет, не благословляется, благословения принимает от епископа и сопресвитера, также дает их сопресвитеру, возлагает руку, не рукополагает, не извергает, но отлучает низших, если они повинны такому наказанию. Диакон не благословляет, не дает благословения, а получает его от епископа и пресвитера, не крестит, не приносит, но когда принесет епископ или пресвитер, преподает народу, не как священник, но как служащий священникам. Из прочих же клириков никому не позволительно делать дело диакона» (кн. 8/28). И ещё: «…диакону непозволительно жертву приносить, или крестить, или совершать благословение, малое или великое, ни пресвитеру – совершать рукоположения…» (кн. 8/46); «Не позволяем также пресвитерам рукополагать диаконов, или диаконисс, или чтецов, или служителей, или певцов, или привратников, ноодним епископам» (кн. 3/11).

Кроме того, что пресвитер не рукополагает и меньше епископа, рукополагать пресвитеров и диаконов предписывается иначе, чем епископа. Если первых рукополагает один епископ («Рукополагая пресвитера, ты, епископ, сам возложи на голову его руку… Диакона поставляй, епископ, возложив на него руки…» – кн. 8/17), то епископа поставляют несколько епископов: «А рукополагаться повелеваем епископу от трех или, по крайней мере, от двух епископов; поставляться же вам (то есть епископам) одним епископом не позволяем…» (кн. 3/20).  И ещё: «Епископ да рукополагается тремя или двумя епископами. Если же кто рукоположится одним епископом, то да будет извержен и он, и рукоположивший его» (кн. 8/27). Выше же (кн. 8/5) даётся молитва на посвящение епископа, в которой есть слова: «Дай во имя Твое, сердцеведец Бог, рабу Твоему сему, которого Ты избрал в епископа, пасти святое Твое стадо и архиерействовать Тебе…». То есть, если пресвитер есть священник, по-гречески «иерей», то епископ – архиерей, и, естественно, больше пресвитера. Подобное ясное различие между пресвитером и епископом проводится и далее: «Итак, молящийся про себя первосвященник821 вместе со священниками...».

Ещё одна цитата: «Относительно епископов мы (Апостолы) так слышали от Господа нашего. Кто поставляется в пастыря-епископа в Церкви какой-либо области, тот должен быть незазорен, безукоризнен, чужд всякой несправедливости человеческой, не моложе пятидесяти лет…» (кн. 2/1). Опять мы видим подтверждение позиции православной. Во-первых, упоминается пастырь-епископ, как противопоставление, очевидно, пастырю-пресвитеру. Во-вторых, говорится о епископе целой области, в которой не одна церковь и не один пресвитер, над которыми он будет иметь власть. Эта мысль полностью подтверждается многими Апостольскими правилами, например, 35-м: «Епископ да не дерзнет вне пределов своей епархии творить рукоположения во градах и в селах, ему не подчиненных». В-третьих, говорится о том, что во епископа должен быть избираем человек не моложе 50-ти лет. Мы же знаем, что по апостольским правилам пресвитеру можно рукополагаться с 30-ти лет822. Таким образом, совершенно очевидно, что епископ и пресвитер – это разные чины, для поставления в которые есть даже разные возрастные указания, и причины тому очевидны: епископу предстоит управлять целой областью, в том числе и пресвитерами, а потому от него требуется большая зрелость и опытность, чем от последнего, которому вверяется не область, а одна община.

Ещё несколько свидетельств из книги «Апостольские постановления» о трёх церковных чинах в древней Церкви: «Вам совершенно известно, что мы молитвою и возложением рук нарекли епископов и пресвитеров и диаконов, которые различием имен показывают и различие дел… Ибо, если бы не было никакого закона и различия чинов, то достаточно было бы, чтобы всё совершалось одним именем. Но, научившись последованию дел от Господа, мы назначили епископам свойственное первосвященству, пресвитерам свойственное священству, а диаконам свойственное служению при тех и других, чтобы относящееся к богоугождению совершалось чисто» (кн. 8/46). А также: «А пресвитеру и диакону, также и прочим клирикам повелеваем рукополагаться одним епископом, так притом, чтобы ни пресвитер, ни диакон не рукополагали клириков из народа, но чтобы пресвитер только учил, возносил, крестил, благословлял народ, а диакон чтобы прислуживал епископу и пресвитерам, то есть исправлял должность диаконскую, но отнюдь чтобы не совершал и прочего» (кн. 3/21). И здесь приведены далеко не все места «Постановлениях», где между епископом, пресвитером и диаконом делается самое ясное различие.

К вопросу о числе церковных чинов и их взаимоотношении весьма ценные сведения предоставляет нам также святой епископ Игнатий Богоносец – ученик и современник самого Иоанна Богослова и один из древнейших мучеников Церкви: он был убит в 107 г., окончив жизнь всего лишь на два года позже своего наставника, ап. Иоанна. Во время своего последнего пути к месту казни за веру Христову святой страдалец писал свои последние послания к различным церквам и лицам. Так вот, в его послании к ефесянам мы встречаем такие слова: «…чтобы повинуясь епископу и пресвитеру, вы были освящены во всём», а также: «посему и вам надлежит согласоваться с мыслию епископа, что вы и делаете. И ваше знаменитое достойное Бога, пресвитерство так согласно с епископом, как струны в цитре» (глава II, IV). К магнезийцам он писал похожие наставления: «ничего не делайте без епископа и пресвитеров» (глава VII), а также: «И вам надобно не пренебрегать возрастом епископа, а, по силе Бога Отца, оказывать ему всякое уважение, как я заметил во святых пресвитерах ваших, что они не смотрят на видимую молодость его, а как богомудрые, повинуются ему, впрочем, не ему, но Отцу Иисуса Христа, епископу всех» (глава 3). В 6-й главе он писал также: «Да не будет между вами ничего, что могло бы разделить вас; но будьте в единении с епископом и предсидящими, во образ и учение нетления». Эти слова совершенно недвусмысленно свидетельствуют о том, что епископ и пресвитер были в древней Церкви не одна и та же должность и чин, и что пресвитеры подчинялись епископу. И как же можно эти свидетельства св. Игнатия (и другие, вышеприведенные) согласовать с утверждениями протестантов, что пресвитеры и епископы это одно и то же? что «епископ» – это название должности, а «пресвитер» – самого лица? Никак!

В других местах того же послания к магнезийцам св. Игнатий ещё более чётко проводит разность не только между пресвитерами и епископами, но и между всеми тремя степенями священства. Так, во 2-й главе он пишет: «Я удостоился видеть вас в лице богодостойного епископа вашего Дамаса, и достойных пресвитеров Васса и Апполония, и сотрудника моего, диакона Сотиона, которого я желал бы иметь при себе, потому что он повинуется епископу, как благодати Божией, и пресвитерству, как закону Иисуса Христа». В 6-й главе он вновь упоминает все три степени священства и делает совершенно ясное между ними различие: «поелику в вышеупомянутых лицах я узрел все ваше общество в вере и любви, то убеждаю вас, старайтесь делать всё в единомыслии Божием, так как епископ председательствует на место Бога, пресвитеры занимают место собора апостолов, и диаконам, сладчайшим мне, вверено служение Иисуса Христа…». В конце своего послания, в 13-й главе, святой страдалец ещё раз говорит о всех трёх священных чинах: «Итак, старайтесь утвердиться в учении Господа и Апостолов, чтобы во всем, что делаете, благоуспевать плотию и духом, верою и любовию, в Сыне и Отце и в Духе, в начале и в конце, с достойнейшим епископом вашим, и с прекрасно сплетенным венцом пресвитерства вашего, и в Боге диаконами».

Своё же послание к филадельфийцам святой Игнатий начинает так: «Игнатий… Церкви Бога Отца и Господа Иисуса Христа, находящейся в Филадельфии Азийской… Приветствую ее кровию Иисуса Христа, которая есть вечная и непрестающая радость для верующих, особенно если они находятся в единении с епископом и его823 пресвитерами и диаконами, поставленными изволением Иисуса Христа, которых по благоволению Своему Он утвердил непоколебимо Святым Духом Своим». Далее, в 4-й главе, он вновь упоминает священноначалие Церкви: «Итак, старайтесь иметь одну евхаристию. Ибо одна плоть Господа нашего Иисуса Христа и одна чаша в единение Крови Его, один жертвенник, как и один епископ с пресвитерством и диаконами, сослужителями моими, дабы все, что делаете, делали вы о Боге». В главе 7-й он опять вспоминает все три священные степени, делая между ними ясное различие: «Находясь между вами, я громко возвещал, сильным голосом говорил: «внимайте епископу, пресвитерству и диаконам«». В конце же послания, в 10-й главе, он вновь говорит об этих трёх чинах с различием: «ближайшие Церкви уже послали епископов и некоторые пресвитеров и диаконов».

В послании к Поликарпу, в 6-й главе, св. Игнатий тоже упоминает все три степени священства: «Внимайте епископу, дабы и Бог внимал вам. Я – жертва за тех, которые повинуются епископу, пресвитерам и диаконам». Заметим и тот важный факт, что во всех посланиях св. Игнатий неоднократно упоминает о епископе в единственном, а о пресвитерах и диаконах во множественном числе, что вполне согласуется с тем, что епископов в Церкви намного меньше, чем пресвитеров, и что один епископ поставлен в своей области (епархии) над многими пресвитерами. То есть, и сейчас верующие одного города (и часто даже одного прихода) имеют несколько пресвитеров и диаконов, но только одного епископа.

Впрочем, образованные и объективно мыслящие протестанты не спорят с тем, что св. Игнатий разделяет священство на три степени. Так, Эрл Е. Кернс в своей книге «Дорогами христианства» пишет о св. Игнатии так: «Этот апостольский ученик большое значение придаёт подчинённости епископу… Он первым описал разницу в положении епископа и пресвитера и первым сказал о подчинении пресвитеров или старейшин старшему епископу и о подчинении им всех остальных членов церкви. Иерархия руководства церковью в соответствии с его посланиями следующая: епископ, пресвитер, диакон… Игнатий верил, что без этой тройственной иерархии не может быть церкви»824.

Итак, из свидетельств св. Игнатия мы можем сделать ясный вывод, что в древнейшей Церкви самими Апостолами было установлено три, а не два священных чина. Ведь учит св. Игнатий о трёх степенях священства только потому, что был наставлен в этом самим Иоанном Богословом и другими Апостолами – вот что наиболее ценно! Или протестанты станут утверждать,» что Апостолы установили в Церкви два священных чина, как у них, а св. Игнатий после смерти ап. Иоанна за последние два года своей жизни вдруг самовольно изменил всё церковное устройство с двух на трёхчинное? Такое допущение было бы безумием, потому как в посланиях св. Игнатия нет и намёка на то, что он хочет изменить двухчинную церковную иерархию на трёхчинную. Из его слов понятно, что все церкви изначально уже так устроены, и устроены, естественно, Апостолами и при Апостолах. Он лишь призывает подчиняться этой трёхчинной церковной иерархии, почитать её и ничего без неё не делать. Кроме того, св. Игнатий и не мог бы этого сделать, поскольку не обладал властью во всей Церкви. Но главное, что он бы никогда такого не посмел бы сделать нравственно, так как он свято хранил верность апостольскому учению, что всей своей жизнью и мученической кончиной он вполне доказал. О верности мужей апостольских своим наставникам свидетельствовал, например, Тертуллиан, который писал так: «Ведь как Апостолы не учили ничему несогласному, так и мужи апостольские не провозглашали ничего противного Апостолам, – ибо те, которые научились от Апостолов, не могли проповедовать иначе»825.

Для ещё большего подтверждения того, что в Церкви всегда с самого апостольского века было три, как в Православии, а не два, как у большинства протестантов, священных чина, познакомимся и с другими древними свидетельствами.

Св. Климент Римский († ок. 100 г.) ясно разделяет три степени священства и в своём послании к Коринфянам, перенося имена чинов ветхозаветной иерархии на новозаветную: «первосвященнику (т.е. епископу) своё дано служение, священникам (т.е. пресвитерам) своё назначено место, и на левитов (т.е. диаконов) свои возложены должности» (гл. 40). Эта же аналогия встречается и в «Апостольских Постановлениях»: «Ибо они (епископы) – первосвященники ваши, а пресвитеры ваши – священники, левиты же – нынешние диаконы…» (кн. 2/25).

Здесь хочу прерваться и предложить моему читателю обсудить и оценить одну цитату из П. Рогозина, который пишет так: «Апостольские ученики… Климент, Поликарп, Игнатий и Варнава, несмотря на те высокие преимущества, какими они пользовались, как «ученики апостолов», очень скоро уклонились от доверенного им учения… совершенно забыли о назначении и функциях Духа Святого в церкви и низвели церковь Христову, как Тело (организм), на положение человеческого общества (организации)»826. Не обращая много внимания на постоянные противоречия в книге П. Рогозина (ведь в другом месте своей книги он утверждает совершенно другое, что «вплоть до пятого века церковь христианская была еще сильна верой и истиной»), напомню моему читателю, что все мужи, о которых упоминает Рогозин, 1) закончили свою жизнь мученичеством за Христа; 2) не просто видели и слышали Апостолов, но были ими поставлены епископами целых областей. То есть Апостолы не просто учили их, но избрали их и нашли их достойными того, чтобы вверить им церкви. Но, несмотря на это, они, причём все, по словам П. Рогозина, «очень скоро уклонились от доверенного им учения… совершенно забыли о назначении и функциях Духа Святого в церкви и низвели церковь Христову, как Тело (организм), на положение человеческого общества (организации)». П. Рогозин и его единомышленники баптисты и прочие протестанты не осознают, какую наглую хулу они говорят. Ведь это значит, что все избранники Апостолов оказались неверными, Иудами. Это значит, также, что Апостолы не имели должного водительства Духа Святого, раз не могли найти себе верных последователей и преемников, или что достойных учеников вообще не было в среде древней Церкви, а все оказались неверными, коль очень скоро они исказили учение Апостолов, совершенно забыли о функциях Духа Святого и превратили Тело Христово в организацию. Но более всего интересно то, что П. Рогозин и другие, так мыслящие, уверены в том, что они как раз таки не искажают учение Апостолов, не забывают о функциях Духа Св., и не превращают Церковь в организацию. Иначе говоря, Рогозин и другие протестанты, – которые утверждают, что все апостольские ученики сразу после смерти Апостолов и даже ещё раньше (ведь св. Климент умер раньше Иоанна Богослова) отступили от истины, – хотят нас убедить в том, что преемники и ставленники Апостолов несмотря на их близость по времени жизни ко Христу; несмотря на то, что они научились у Апостолов и видели многие знамения и силу Духа Святого, являемые обильно в апостольской Церкви; несмотря на их известную ревность в проповеди Евангелия и мученическую кончину, очень быстро отступили от истины и забыли наставления Апостолов, и исказили суть и устройство Церкви. То есть все труды Апостолов по созиданию Церкви ещё до смерти последнего из них сошли на нет. Но когда за домостроительство Церкви взялись П. Рогозин и прочие протестанты, то они оказались верными апостольскому учению, и они успешно вот уже много поколений избирают себе достойных преемников, учат их истине, и их последователи твёрдо в ней стоят, не забывая о функциях Св. Духа и не превращая Церковь в человеческую организацию. Вот насколько протестанты лучше, святее и вернее учеников Апостолов! Поэтому, что нам верить каким-то там мученикам, апостольским сотрудникам и преемникам Игнатию, Клименту, Варнаве и Поликарпу; лучше будем верить «великим светилам и столпам Церкви», таким как П. Рогозин, Е. Пушков. В. Трубчик и С. Санников, ведь ясно, что они святее и вернее первых, и лучше знают, чему учили Апостолы и как они устроили Церковь. Вот во что и кому верить предлагают баптисты! Пусть, кто желает, верит Рогозину, а апостольских учеников считает за отступников – вселенная увидит скоро, на Страшном Суде, их жалкую участь. Я же лично так веровать не могу, и считаю такую веру полным безумием и страшной гордыней... Но продолжим наш разговор о числе степеней священства в древней Церкви.

Св. Дионисий Ареопагит (I в.) писал: «Ибо Святое святых (алтарь христианского храма) не от всех равно удалено – особенно близок к нему чин первосвященников, потом разряд священников, за ними следуют диаконы…»827.

Св. Климент Александрийский (ок. 150–215 гг.) говорил: «существующие в Церкви степени епископов, пресвитеров и диаконов, по моему мнению, суть подобия ангельского чина»828.

Св. Ипполит Римский (170–235 гг.) также упоминает о трёх степенях церковной иерархии: «Произведенному во епископы пусть все предлагают лобзание мира... Диаконы же пусть приносят к нему жертву, и он, возлагая на нее руку вместе со всеми пресвитерами…»829.

Тертуллиан (ок. 155–220 гг.), описывая реалии церковной жизни своего времени, писал: «совершать крещение имеет право первосвященник, который есть епископ, затем уже пресвитеры и диаконы, но не без уполномоченности от епископа»830.

Ориген (ок. 185–254 гг.) также совершенно четко разделяет все три священных чина: «от меня (пресвитера) более требуется, нежели от диакона, от диакона более, нежели от мирянина; но от того (епископа), кто содержит в руках своих церковное начальство над всеми нами, потребуется несравненно более»831. В другом месте он пишет: «Павел говорит к правителям и начальникам церквей, то есть к тем, которые судят находящихся в Церкви, именно – к епископам, пресвитерам и диаконам»832.

Евсевий Кесарийский (ок. 263–340 гг.)  «три чина: первый чин предстоятелей, второй пресвитеров, а третий диаконов»833.

Первый Никейский Вселенский Собор (325 г.), правило 18: «Дошло до святого и великого Собора, что в некоторых местах и городах диаконы преподают пресвитерам евхаристию, тогда как ни правилом, ни обычаем не передано, чтобы не имеющие власти приносить, преподавали приносящим тело Христово. Также и то стало известным, что даже некоторые из диаконов и прежде епископов прикасаются Евхаристии. Все это да прекратится: и диаконы да пребывают в своей мере, зная, что они суть служители епископа, и ниже пресвитеров. Да приемлют же Евхаристию по порядку после пресвитеров, преподаваемую им епископом, или пресвитером. Диаконам не позволено сидеть между пресвитерами. Ибо то бывает не по правилу, и не по чину. Если же кто и после этого определения не проявит послушания: да прекратится его диаконство».

Св. Епифаний Кипрский (IV в.): «чин епископов назначен для рождения отцов: ибо ему принадлежит умножать в Церкви отцов (духовных)834; другой чин (пресвитерский), который не может рождать отцов; он рождает Церкви банею возрождения детей, но не отцов и учителей. Как же возможно, чтобы пресвитер поставлял пресвитера, когда для поставления его не имеет никакого права хиротонии? Или каким образом пресвитер может быть назван равным епископу?»835.

Не стану приводить другие многие высказывания святых отцов IV столетия по вопросу трёхчинного священства, так как в том, – из-за обилия ясных свидетельств более древних святых о сём предмете, уже нет надобности. Процитирую лишь краткое заключение митр. Макария: «Наконец (то есть, после рассмотрения свидетельств Библии, апостольских учеников и отцов IIIII веков), то же учение (о трехчинстве церковной иерархии) находим постоянно не только у частных пастырей Церкви всех последующих веков, но и в определениях целых Соборов, например, никейского, вселенского (см. прав. 18) и лаодикийского (прав. 56–57), так что когда в четвёртом веке явился Аэрий, и начал учить, будто епископ не имеет никакого преимущества пред пресвитером: то, по свидетельству Епифания836 и Августина, всею Церковию был признан за еретика»837.

Итак, изучив вышеприведенные свидетельства, мы можем сделать совершенно очевидный вывод: в Церкви из начала самими Апостолами были установлены три чина священства – епископский, пресвитерский и диаконский838. С такой иерархией Церковь всегда жила и поныне живёт. Протестанты же исказили изначальное устройство Церкви и отказались от епископов, передав при этом право рукоположения пресвитерам, то есть без всякой причины нагло и самовольно заменили трёхчинное священство двухчинным. Если нам действительно нужна истина, то мы должны спросить себя: кому нам верить и чья позиция правильна? Неужели, узнав такие ясные свидетельства древних святых по вопросу трёхчинности священства, мы можем верить протестантам, которые лгут, что в Церкви изначала было только два чина? Или мы должны думать, что такова была воля Христа, чтобы с I до XVI века Церковь имела трёхчинное священство, а с XVI века после М. Лютера – двухчинное?

Возражая на это, баптисты, например, могут сказать, что у них есть старшие, областные пресвитеры, которые хоть и называются пресвитерами, но, по сути, являются теми же епископами, которые управляют областью и принимают непосредственное участие в поставлении пресвитеров в общинах своей области. Однако только с первого взгляда этот аргумент может показаться имеющим смысл; при рассмотрении же его мы скоро сможем убедиться, что старший пресвитер баптистов не просто не называется епископом – он кардинальным, существенным образом отличается от него, и вот почему.

Во-первых, старший пресвитер не есть у баптистов третий чин, а только должность, для которой у них нет особой, третьей хиротонии (рукоположения). То есть, как в Православии, так и в протестантизме, когда поставляется диакон, то его рукополагают первый раз; когда диакон поставляется в пресвитера, то его рукополагают во второй раз. Но когда баптисты избирают старшего пресвитера, то его не рукополагают в третий раз. Это говорит о том, что старший пресвитер никоим образом не является у баптистов третьим чином, а только административной должностью. В Православии есть подобное: священника могут поставить на должность настоятеля храма, благочинного или даже секретаря патриарха, но при этом он остаётся в чине священника, и не рукополагается ещё раз. Для епископства же в Православной Церкви из древности было и есть особое – третье рукоположение.

Во-вторых, баптистский старший пресвитер не имеет епископской самоличной и исключительной власти рукополагать пресвитеров и диаконов, какую всегда имел и имеет епископ в Церкви. Другие пресвитеры, так же как и старший пресвитер, имеют у баптистов власть рукополагать. Таким образом, старший пресвитер баптистов не отличается от прочих пресвитеров властью рукоположения, в чём заключается и всегда заключалось существеннейшее различие между вторым и третьим священным чином, то есть между пресвитером и епископом.  Поэтому, старший пресвитер баптистов ни по имени, ни по сути не является епископом. А то, что он имеет больше власти и чести по сравнению с другими пасторами, отнюдь не делает его епископом. В Православии священники административно часто не равны между собою. Настоятель храма, и тем более благочинный, управляющий целым районом, имеют больше власти и чести, чем второй священник на приходе, но при этом все они находятся в чине священника, и равны в духовной власти, в совершении священнодействий. Так и старший пресвитер баптистов: имея больше административной власти, он имеет у баптистов ту же духовную власть, что и все остальные пресвитеры. И заметим ещё раз, что практики пресвитерской хиротонии Церковь никогда не знала: это новшество ввели протестанты по своему произволу, как ввели они и то новшество, что пресвитера рукополагает не один епископ, как всегда было в Церкви (см. абз. 88, 92, 101), а несколько пресвитеров.

Интересно узнать, почему и для чего протестантам понадобилось изменять форму устройства церковной иерархии с трёхчинной на двухчинную, тем более, если достоверно известно, что в Церкви из начала были три священных чина? Это изменение произошло всё по той же причине неправильно понимаемого евангельского учения о священстве и братстве всех верующих. Но так как протестанты, как было сказано, не могут быть до конца последовательными в своём стремлении к равенству и совсем уничтожить иерархию, будучи вынужденными признавать за своими рукоположенными пасторами особые права на совершение священнодействий, то они решили (точнее, так решили бесовские духи протестантизма) по крайней мере хотя бы сгладить разницу между пастырями и овцами. Для этого они перестали называть пресвитеров отцами, поклоняться им, целовать им руки, брать у них благословение, а пресвитеры перестали облачаться в особые одежды и т.п., о чём уже упоминалось. Для этой же цели протестанты отвергли и епископский чин, ибо именно он своей высотою уж очень подчёркивает ту самую разницу между пастырями и овцами, которую так не желают признавать протестанты. Ведь епископ есть священник, пастырь, наставник, учитель и начальник не только по отношению к простым верующим, но и к самим пресвитерам и диаконам. Поэтому, объявив, что особого священства в Церкви нет, что нет в Ней разделения на начальников и подчинённых, и стремясь максимально сгладить неравенство между пастырями и овцами, протестанты отказались от самого высокого священного чина и сократили иерархию с трёх до двухчинной.

Итак, как Новый Завет, так и, с ещё большей ясностью, творения древних отцов и писателей Церкви указуют на трёх, а не двухчинную церковную иерархию священства, определяя только епископам рукополагать пресвитеров, диаконов и других епископов, отнюдь не предоставляя пресвитерам власти рукоположения. Протестанты же, введя у себя двухчинное священство, отступили от древнего, апостольского устройства церковной иерархии, что является весьма существенным отступлением, ибо по учению древних учителей Церкви, где нет епископа, там нет Церкви. Этому учил в своих посланиях всё тот же св. Игнатий Богоносец, говоря, например: «Все почитайте дьяконов, как заповедь Иисуса Христа, а епископа, как Иисуса Христа, Сына Бога Отца, пресвитеров же, как собрание Божие, как сонм апостолов. Без них нет Церкви. Я уверен, что так думаете и вы сами»839, а также: «Ибо, которые суть Божии и Иисус Христовы, те с епископом»840; «Где будет епископ, там должен быть и народ; так же как где Христос Иисус, там и Кафолическая Церковь»841. Вспомним и вышеприводимый вывод Эрла Е. Кернса: «Игнатий верил, что без этой тройственной иерархии не может быть церкви». Тертуллиан прямо утверждал: «без епископа нет Церкви». Св. Киприан († 258 г.) писал: «Церковь составляет народ, соединённый со священником, и стадо, покорное своему пастырю; посему ты должен знать, что епископ в Церкви, и Церковь во епископе, и, таким образом, кто не в единении с епископом, тот и не в Церкви»842. Впрочем, данная истина – что без епископа нет Церкви – понятна и сама по себе. Ведь если нет епископа, то нет и законных благодатных священников и диаконов, ибо только епископ может их родить, то есть рукоположить; а если нет епископа и законного священства, то нет Таинств; а если нет Крещения, Миропомазания и Причастия, то нет прощения грехов, нет возрождения, нет дара Духа Святого, нет единения со Христом; одним словом – нет Церкви. Таким образом, протестанты, у большинства из которых, например – баптистов, нет даже самозваных епископов, т.е. самого епископского чина и третьей хиротонии, только по одной этой причине никоим образом не могут быть Церковью Христовой.

III. О преемственности священства.

Христос в Евангелии часто говорит о том, что Он совершает Свою миссию не по Своей воле, но по воле Отца, Который Его послал (см. напр. Ин. 6:38). Затем, в свою очередь, Христос послал в мир Своих учеников: «как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас» (Ин. 20:21); «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь» (Мф. 28:19–20). Из последних слов ясно, что Христос послал на всемирную миссию не просто двенадцать Апостолов, но и их преемников, и вот по каким причинам: 1) Апостолы не могли сами проповедать Евангелие и насадить церкви по всему миру из-за его огромности; 2) они не могли выполнять свою миссию до пришествия Христова по причине кратковременности их жизни. Поэтому очевидно, что когда Христос говорил «Я с вами во все дни до скончания века», то под «вами» Он имел в виду не только Апостолов, но и их преемников; а что епископы являются преемниками Апостолов, о том единогласно учит вся Церковь от самой древности, и подтверждения тому мы уже видели. Таким образом, проповедовать о Христе, насаждать церкви и совершать священнодействия имеют право только те, кто преемственно от Апостолов приняли через рукоположение благодать священства. 

Вот ещё одно предельно важное место в Евангелии: «Кто принимает вас, принимает Меня, а кто принимает Меня, принимает Пославшего Меня» (Мф. 10:40). Эти слова были сказаны Апостолам. Таким образом, пока Христос был на земле, люди могли принимать Христа непосредственно, и, принимая Христа, они принимали и Отца. Уходя к Отцу, Христос оставил на земле Своих учеников, которых сделал Апостолами Своей Церкви, даровав им всю власть для Её созидания и управления. Таким образом, во времена Апостолов принять Христа означало принять Его Апостолов, и кто не принимал их – не принимал и Христа. Апостолы же передали свою духовную власть и полномочия своим святым преемникам-епископам, таким как Тит, Тимофей, Климент, Игнатий и прочим, и на них слова Христа распространялись с той же силой: принимать ставленников и посланников Апостолов означало принимать самих Апостолов, а значит – Самого Христа, а значит – и Отца. Эти епископы также в свою очередь избирали тех, кого считали достойными, и поставляли их епископами, а те – других епископов, и так до наших дней. И только так существовала и существует Церковь. Поэтому, не принимая законных, преемственно поставленных епископов (и поставляемых ими пресвитеров и диаконов), протестанты не принимают и их предшественников, не принимают Апостолов, не принимают Христа и Пославшего Его Отца. Важно заметить, что протестанты постоянно говорят о том, что для спасения нужно принять Христа. Но ведь Христос ясно сказал, что принять Его значит принять тех, кого Он послал, то есть Апостолов и их преемников. Протестанты же, отвергая епископов Церкви, отвергают Христа, и это не просто слова – это страшная духовная реальность протестантизма!

И весьма важно заметить, что эта преемственность не может потерять силу или быть уничтожена, ибо Сам Христос обещал быть с Апостолами и их преемниками «во все дни до скончания века». Ап. Павел писал: «И никто сам собою не приемлет этой чести (священства), но призываемый Богом, как и Аарон. Так и Христос не Сам Себе присвоил славу быть первосвященником...» (Евр. 5:4). Бог же призывает в священство не иначе, как через Своих служителей – епископов, через их рукоположение. Поэтому, чтобы не самому собою, а законно принять священство, нужно быть рукоположенным истинным епископом, как говорится в «Апостольских Постановлениях»: «Если Христос не славит Сам Себя без Отца, то как можно, чтобы человек сам покушался на священство, не приняв достоинства сего от высшего (епископа), и делал то, что позволительно одним священникам843?» (кн. 2/27). Протестантские же пасторы сделали самое страшное – они сами, без рукоположения епископов Церкви, приняли на себя обязанности пресвитеров и стали совершать священнодействия, что является страшным кощунством.

Итак, Бог послал Христа, Христос послал Апостолов, Апостолы послали своих преемников, преемники Апостолов послали своих преемников, и так до сего дня. Только в этой преемственности может быть истинное священство, а значит и Церковь.

Таким образом, именно апостольская преемственность рукоположения является важнейшим свидетельством и доказательством того, что Церковь, имеющая её, есть истинная, Христовая, апостольская, а не самозваная, самочинная, самодельная, еретическая и сектантская. (Конечно, сам по себе факт наличия апостольской преемственности рукоположения у какого-то общества не делает его Церковью автоматически, ибо есть общества и секты, которые хотя и сохраняют формально апостольскую преемственность, но откололись от Церкви по другим причинам – к таковым сектам относятся католики, армяне и различные неканонические группировки, рядящиеся под Православие, такие как ИПЦ, УАПЦ, УПЦ КП и прочие.) Но если какое-либо общество не имеет апостольской преемственности, то оно никак не может быть Церковью Христовой. Эту важную истину можно сформулировать так: если какое либо общество имеет апостольскую преемственность, то, возможно, оно является Церковью; если же оно такой преемственности не имеет, то оно никаким образом, в самом принципе, не может быть Церковью.

Если мы пожелаем теперь узнать, что думала об апостольской преемственности рукоположения древняя Церковь, то увидим, что она придавала её наличию важнейшее значение, и часто в борьбе с еретиками и сектантами для доказательства их лживости приводила факт отсутствия в этих обществах именно апостольской преемственности рукоположения. Вот некоторые тому примеры.

Св. Климент Римский (I в.) в своём послании к Коринфской Церкви говорит: «И Апостолы наши знали чрез Господа нашего Иисуса Христа, что будет раздор о епископском достоинстве. По этой самой причине они, получивши совершенное предведение, поставили вышеозначенных служителей, и потом присовокупили закон, чтобы когда они почиют, другие испытанные мужи принимали на себя их служение. Итак, почитаем несправедливым лишить служения тех, которые поставлены самими апостолами или после них другими достоуважаемыми мужами, с согласия всей Церкви…» (1Кор. 44 гл).

В «Апостольских постановлениях» (8/46) говорится: «О епископах же, рукоположенных нами, сообщаем вам, что они суть следующие: Иерусалимский – Иаков, брат Господа; в Кесарии Палестинской – Закхей, бывший мытарь, и после него – Корнилий; в Антиохии – Евод, рукоположенный мною, Петром; в Ефесе – Тимофей, рукоположенный Павлом; в Смирне первый – Аристон, после него Стратей, сын Лоида; в Пергаме – Гаий; Павлом – Лукий в Кенхрее и в Крите – Тит; а в Афинах – Дионисий; в Триполисе Финикийском – Марфон; в Лаодикии Фригийской – Архипп; в Колоссах – Филимон; в Верее примакедонской – Онисим844, сын Филимонов; в Церквах Галатийских – Крискент; в областях Асии – Акила и Никита; а в Церкви Егинской – Крисп». То есть совершенно понятно, что для древней Церкви было крайне важно знать, кто были рукоположены Апостолами в епископство, чтобы быть в общении с ними. И когда какой-то епископ умирал или была необходимость поставить нового епископа над новой областью, то несколько епископов поставляли такового через рукоположение. И так до сего дня, и вне этой линии апостольской преемственности не может быть истинных епископов и истинной Церкви.

Св. Ириней Лионский († 202 г.) в своей книге «против ересей» пишет: «Должно повиноваться пресвитерам, находящимся в Церкви, и происходящим преемственно от Апостолов, и, по благоволению Отца, вместе с преемством епископства, получившим истинные дары; прочих же, кои получили пресвитерство не по такому преемству и собираются во всяком месте, тех считать людьми подозрительными, еретиками и злонамеренными, отступниками, горделивыми, самолюбивыми, лицемерами, делающими это ради прибытка или суетной славы» (кн. IV, гл. 26/2). И дальше: «истинное познание есть учение апостолов, и изначальное устройство Церкви во всём мире, и признак Тела Христова, состоящий в преемстве епископов, которым те (апостолы) передали сущую повсюду Церковь» (кн. IV, гл. 33/8).  Заметим: признак Церкви – преемство епископов, и им Апостолы вручили Церковь, как в свою очередь Христос вручил Её им.

Немного  раннее в той же книге (III, гл. 3) св. Ириней говорит еретикам-гностикам, – которые утверждали, что обладают тайными знаниями, которые передали Апостолы не всем, а только им, – следующее:

 «1. Мы можем наименовать тех, которых Апостолы поставили церквам епископами, и преемников их даже до нас, кои ничему такому не учили, и ничего такого не знали, что вымышляют еретики. Ибо если Апостолы знали сокровенные вещи, которые открывали только совершенным, а не и всем другим; то тем более они сообщали эти тайны лицам, которым поручали самые церкви: поелику Апостолы хотели, чтобы те, которых они оставляли своими преемниками, передавая им собственное служение учительства, были весьма совершенны и неукоризненны во всех отношениях…

2. Но поелику было бы весьма длинно в такой книге, как эта, перечислять преемства (предстоятелей) всех церквей, то я приведу предание, которое имеет от Апостолов величайшая, древнейшая и всем известная церковь, основанная и устроенная в Риме двумя славнейшими апостолами Петром и Павлом, и возвещенную людям веру, которая чрез преемства епископов дошла до нас, и посрамлю всех тех, кто всячески незаконным образом составляет собрания или по худому самоугождению, или по тщеславию, или по слепоте и превратным мнениям. Ибо, по необходимости, с этою церковью, по её преимущественной важности, согласуется всякая церковь, т.е. повсюду верующие, так как в ней апостольское предание всегда сохранялось верующими повсюду.

3. Блаженные апостолы, основав и устроив церковь, вручили служение епископства Лину. Об этом Лине Павел упоминает в посланиях к Тимофею. Ему преемствует Анаклит; после него на третьем месте от апостолов получает епископство Климент, видевший блаженных апостолов и обращавшийся с ними, ещё имевший проповедь апостолов в ушах своих и предание их пред глазами своими; впрочем, он не один, но многие ещё оставались тогда, которые получили наставление от апостолов. При этом Клименте, когда произошло немалое разномыслие между братьями в Коринфе, церковь римская написала к коринфянам весьма дельное послание, увещевая их к миру и восстановляя их веру… Из этого писания желающие могут узнать, что Он, Отец Господа нашего Иисуса Христа, проповедуется церквами, и также уразуметь апостольское предание Церкви, так как послание гораздо древнее тех людей, которые ныне преподают ложное учение и выдумывают иного Бога, выше Творца и Создателя всего существующего. Этому Клименту преемствует Эварест, Эваресту Александр, потом шестым от апостолов был поставлен Сикст, после него Телесфор, который славно претерпел мучение; потом Гигин, потом Пий, после него Аникита; после Сотира, преемствовавшего Аниките, ныне на двенадцатом месте от апостолов жребий епископства имеет Элевфер. В таком порядке и в таком преемстве церковное предание от апостолов и проповедь истины дошли до нас. И это служит самым полным доказательством, что одна и та же животворная Вера сохранялась в церкви от апостолов доныне и предана в истинном виде».

И в другой книге (IV, гл. 26) св. Ириней пишет: «Надлежит следовать пресвитерам в Церкви, тем, которые, как я показал, имеют преемство от апостолов и вместе с преемством епископства по благоволению Отца получили известное дарование истины». Вообще нужно заметить, что св. Ириней в своих книгах очень сильно утверждает мысль о том, что Церкви нет без преемственных священнослужителей. И хотя он по необходимости (опровергая притязания гностиков) больше делает акцент на преемстве в учении, но преемство в учении в понимании св. Иринея выражается именно в факте преемственного рукоположения одними епископами других, через которое и свидетельствуется, что рукоположенный научен апостольскому учению и признан достойным епископства.

Тертуллиан (155–220 гг.) в своей книге «О прескрипции [против] еретиков» (гл. 32), написанной им ещё до своего отхода в монтанизм, говорит: «Впрочем, если какие-нибудь ереси осмелятся отнести себя ко времени апостольскому, дабы выдать себя тем самым за апостольское предание (поскольку они существовали при апостолах), то мы можем ответить: но тогда пусть покажут начала своих церквей, раскроют череду своих епископов, идущую от начала через преемство, и так, чтобы первый имел виновником и предшественником своим кого-либо из апостолов, либо мужей апостольских (но такого, который пребывал с апостолами постоянно). Ибо апостольские церкви таким именно образом доказывают свое положение. Например, церковь Смирнская называет своим епископом Поликарпа, поставленного Иоанном, а Римская – называет таковым Климента, рукоположенного Петром. Таким же образом и прочие церкви показывают, в каких мужах, поставленных апостолами во епископы, имеют они отростки семени апостольского».

Св. епископ Киприан Карфагенский († 258 г.): «мы преемники Апостолов, правящие Церковь Божию тою же властию»845. И ещё: «Церковь одна, а будучи одна, она не может быть и внутри, и вовне. Если она у Новациана (еретика), то не была бы у Корнелия…, который наследовал епископу Фабиану по законному посвящению и которого, кроме чести священства, Господь прославил и мученичеством… Новациан… не принадлежит к Церкви; и тот, кто, презревши евангельское и апостольское предание, никому не наследуя, произошёл от самого себя, не может считаться епископом; не может никаким образом иметь Церковь и обладать ею не посвящённый в Церкви». В другом месте он утверждал, что не может «считаться пастырем тот, кто, при существовании пастыря, управляющего в Церкви Божией по преемству посвящения, оказывается чужим и сторонним»846.

В письме к епископу Флоренцию св. Киприан пишет: «Ты должен уразуметь, что епископ в Церкви и Церковь в епископе, и кто не с епископом, тот и не в Церкви». «Епископу одному предоставлено начальство над Церковью, благодаря чему он является начальником народа, пастырем стада Христова, правителем Церкви, предстоятелем Христовым, священником Божиим»847. Такое понимание Церкви христиане имели от начала. Поэтому, протестанты не могут быть в Церкви, поскольку у них нет ни одного истинного епископа (а у большинства – и самого епископского чина). А раз они не с истинными епископами, то они и не в Церкви.

В другом письме св. Киприан говорит, что в Римской Церкви есть епископ, «поставленный шестнадцатью848 соепископами», а о Корнелии свидетельствует, что тот был «поставлен во епископа многими нашими товарищами»849, то есть епископами. Таким образом, епископы всегда в Церкви рукополагались не иначе, как собором других епископов, и только так в Церкви передаётся высшая епископская благодать.

Современник и единомышленник св. Киприана, епископ Фирмилиан, в письме к нему говорит: «Это значит, что власть отпускать грехи дарована апостолам.., а затем епископам, которые наследовали им по преемству посвящения»850.

Евсевий Кесарийский (III-IV вв.) сохранил древние списки Егезиппа, где перечисляется преемственный ряд коринфской, римской и иерусалимской церквей, и на основании других документов даёт такие же списки епископов других известных церквей. О иерусалимской церкви, например, он пишет: «Списка иерусалимских епископов, указывавшего бы время их служения, я нигде не нашел (говорят, правда, что они были недолговечны). Из письменных источников я только узнал, что до осады Иерусалима Адрианом их было пятнадцать, преемственно сменявших друг друга, что все они были исконными евреями и Христово учение приняли искренне, так что люди, которые могли об этом судить, сочли их достойными епископского служения. Вся Церковь у них состояла из уверовавших евреев, начиная от апостолов и до тех, кто дожил до той осады, когда иудеи, опять отпавшие от римлян, были разбиты в нелегкой борьбе. Так как с этого времени епископов из обрезанных больше не было, то следует перечислить их, начиная с первого. Первым был Иаков, именуемый братом Господним; вторым – Симеон, третьим – Иуст, Закхей – четвертым, пятым – Товия, шестым – Вениамин, Иоанн – седьмым, восьмым – Матфий, девятым – Филипп, десятым – Сенека, одиннадцатым – Иуст, двенадцатым – Левий, тринадцатым – Ефрем, четырнадцатым – Иосиф, последним, пятнадцатым – Иуда» (кн. IV, гл. 5).

Св. Василий Великий (IV в.) пишет, что у раскольников «…оскудело преподаяние благодати, потому что пресеклось законное преемство. Ибо первые отступившие получили посвящение от отцов, и чрез возложение рук их, имели дарование духовное. Но отторженные, сделавшись мирянами, не имели власти ни крестить, ни рукополагать, и не могли преподать другим благодать Святаго Духа, от которой сами отпали»851.

Св. Епифаний Кипрский (IV в.) в святых Апостолах видит началовождей церковных Таинств, утверждая, что от них, а также и «от Павла с Варнавою и Иакова, епископа Иерусалимского, начинаются преемства епископов и пресвитеров в доме Божием»852.

Св. Иероним (IV-V вв.) пишет: «У нас место апостолов занимают епископы». «Были отцами твоими в Церкви апостолы, которые сами породили тебя; теперь же с оставлением ими мира, вместо них имеешь епископов»853.

Подобных цитат из отцов Церкви IV в. можно привести ещё множество.

Итак, Церковь от начала не мыслила своё существование без законно и преемственно рукоположенного священства. Да и если самим рассудить, то как церковь может быть истинной, если у неё нет законно рукоположенной иерархии? Протестанты же есть такое общество, у которого нет законных пастырей. Пресвитеры их произошли самочинно, «сами от себя», по слову св. Киприана. А раз у них нет апостольской преемственности рукоположения, то они и не Церковь, и никоим образом не могут ею быть! На этом месте, в виду его ключевой важности, я хочу остановить особое внимание.

Главный вопрос, который должны задать себе протестанты, следующий: на каком основании и по какому праву протестантские пасторы совершают все священнодействия? Ответ простой: потому, что они рукоположены. Следующий вопрос: кем они были рукоположены? Другими, более старшими и ранее рукоположенными пасторами. А эти пасторы кем были рукоположены? Другими, предыдущими пасторами. Но где же начало, например, баптистского рукоположения? Вот этот вопрос в определённом смысле (с канонической точки зрения) есть, пожалуй, самый важный для решения самого главного вопроса – являются ли протестанты Церковью Христовой? А ответить баптисты могут только то, что вначале, при зарождении баптизма, их первые братья без всякого рукоположения сами приняли на себя обязанности пресвитеров и стали совершать все священнодействия. Но ведь это страшное кощунство и святотатство! Церковь изначала и всегда крайне осуждала тех, кто смел приступать к священнодействию без законного рукоположения. Так, Апостолы повелели: «Но и народу не позволяем мы совершать какое-либо из дел священнических, каковы: жертва, или погружение, или руковозложение, или благословение, малое или великое. Ибо никто сам собою не приемлет сей чести, но призываемый Богом, потому что достоинство это дается чрез возложение рук епископа, а не получивший его, но восхитивший его сам, потерпит наказание Озии»854.

Вспомним, как возник баптизм. Его основателем был англичанин Джон Смит, который без всякого рукоположения приступил к священнодействию, начав с крещения самого себя о чём пишут сами баптисты: «Смит перешёл от слов к делу: он крестил себя сам, а потом совершил крещение над остальными членами своей группы»855. Примерно так же возник баптизм в России. Первым русским баптистом, как известно, был Никита Воронин, который принял крещение в 1867 году от немецкого баптиста Мартина Кальвейта. Потом он стал проповедовать и собирать вокруг себя общину, в которой он стал пресвитерствовать, крестить, рукополагать и пр. Вот от этого самозванца и началось баптистское рукоположение. Если в Церкви епископы получили свою власть от Апостолов Христовых, которые передали им её через преемство и череду других епископов, то баптистские пасторы получили свою власть от «апостолов» Смита и Воронина или подобных им самозванцев, которые не будучи епископами, к тому же преемственно рукоположенным, ни сами не имели права и власти на совершение священнодействий, ни, тем более, не имели власти передать то, чего сами не имели.

Другие протестантские направления возникли таким же самочинным образом. Вот, например, история возникновения методизма: «Веслей сознавал необходимость сохранения благодатного священства, он настаивал на получении от Англиканской Церкви рукоположенных священников – совершителей таинств, а когда ему было в этом решительно отказано, Веслей сам посвятил одного из своих последователей в «суперинтендента» с правами епископа. Отсюда и ведет свое начало методистское священство»856. Но как же может человек, не будучи сам епископом, тем более законно рукоположенным, рукоположить и поставить других, тем более самолично? Такое посвящение есть самочинство и страшное кощунство и святотатство… Но, несмотря на это, протестанты совершенно спокойно относятся к таким фактам.

Но может быть, задаст себе вопрос читатель, другие протестантские конфессии всё же имеют законную и благодатную преемственность рукоположения? Нет, никто не имеет, и вот почему.

Во-первых, большинство протестантов, как было сказано, отвергли епископский чин, а без епископа нет рукоположения, нет священства, нет Церкви. Как же может быть у протестантов преемственность рукоположения и законные пастыри, если у них нет епископов, совершающих рукоположение?

Во-вторых, даже если бы была возможна пресвитерская хиротония (хотя она никак не возможна!), то большинство реформаторов не были даже католическими священниками, и многие первые протестантские пасторы сделались пресвитерами и стали священнодействовать даже без пресвитерского рукоположения857, а значит и они и те, кого они рукоположили, священнодействовали не иначе, как самочинно.

В-третьих, если М. Лютер и был католическим священником, то это ничего не значит, ибо: 1) священник, повторю, не имеет и никогда не имел в Церкви права и благодати рукоположения; 2) католики отпали от истинной Церкви (что признают не только православные, но и все протестанты, называя католиков язычниками и идолопоклонниками858) и потеряли благодать и преемственность священства, оставив только его форму. Поэтому, даже если бы была возможна пресвитерская хиротония, то рукоположенные Лютером пресвитеры не могли быть истинными, так как сам М. Лютер получил свою власть от отпадшего от Истины и отсечённого от Церкви католического епископата, уже не имевшего духовной власти сообщать через рукоположение благодать священства, потому что у них как еретиков и раскольников, по словам св. Василия, которые мы выше приводили,  «пресеклось законное преемство», и они уже «не имели власти ни крестить, ни рукополагать, и не могли преподать другим благодать Святаго Духа, от которой сами отпали». 3) Если бы даже католики имели благодать, и если бы рукоположение священников имело бы силу, то и тогда лютеране не имели бы никакой преемственности, поскольку если католическая иерархия имеет власть рукополагать, то она имеет власть и снимать сан, а Мартин Лютер был лишён своего сана.

В общем, нет смысла ещё больше углубляться в историю протестантизма и прослеживать все его ветви и происхождение рукоположения каждой деноминации, чтобы понять, что никакой законной апостольской преемственности рукоположения у протестантов решительно нет. Так или иначе, все ветви протестантизма не имеют апостольской преемственности и начались самозвано, самочинно и не законно, и все существующие ныне протестантские пресвитеры не имеют права и власти на совершение Таинств и служб, и совершаемые ими «священнодействия» есть великое кощунство, богохульство и надругательство над святыней. (Более того, они не имеют права даже проповедовать, так как Христос послал на проповедь Апостолов и их преемников; протестантов же Он не посылал. А «как проповедовать, если не будут посланы?» (Рим. 10:15). Христос никуда «не посылал» протестантов, «а они сами побежали» – ср. Иер. 23:21.)

Но всё это протестантов, как правило, не смущает, и не многие из них настаивают на том, что у них сохраняется апостольская преемственность рукоположения. Чаще всего протестанты говорят, что «формальная» преемственность рукоположения вообще не нужна и ничего не даёт. П. Рогозин пишет, что «Дух Святой… не может быть заключён в рамки человеческих установлений. Он никогда не действовал по воле человеческой. Он никогда не придерживался «преемственной линии» и не считался с формальным возложением рук…», а также: «духовная власть это нечто иное: как проявление Духа Святого, обитающего в сердце верующего». Рогозин жалуется, что в православной Церкви «люди, не получившие этой преемственной власти от апостолов, при всей своей богоугодной жизни и достоинствах не могут быть пастырями церкви, так как без «благодати» они только миряне, простолюдины».

На это нужно сказать, что слова П. Рогозина это есть хаос, смешение понятий, ложь, противоречие и суета. Во-первых, установление рукополагать епископов, пресвитеров и диаконов не человеческое установление, а Божественное. Во-вторых, для чего нужно называть рукоположение «формальным»? И что противопоставляется этому – рукоположение духовное или духовное дарование без рукоположения? Но где оно есть в протестантизме? Где протестанты позволяют кому либо священнодействовать без «формального» рукоположения? Где и когда у них может священнодействовать формально не рукоположенный, но «богоугодной жизни» верующий? Протестанты отнюдь не всегда почитают своего пастора за человека самой «богоугодной жизни», и часто считают таковыми других членов верующих, но право за священнодействиями они признают только за пастором. Так за что же тогда ратует П. Рогозин? Причём, рукоположение у протестантов считается действительным, только если оно совершено не иначе, как по «преемственной линии», то есть другими пресвитерами, а не рядовыми, но духовными верующими, имеющими личные «достоинства». Если в протестантской среде, например, у баптистов, кто-то применит выше процитированные слова П. Рогозина и станет утверждать в отношении баптистских пасторов, что «Дух Святой не заключён в рамки человеческих установлений», что «Он никогда не действовал по воле человеческой»; что «Он никогда не придерживался «преемственной линии» и не считался с формальным возложением рук»; что «духовная власть это не формальное рукоположение, а проявление Духа Святого, обитающего в сердце верующего», и т.п., а поэтому, он и другие достойные верующие «богоугодной жизни» тоже будут крестить, проводить богослужение, сочитывать молодых и т.п., то страшно представить, что будет с таким человеком – баптисты его заклюют и отвергнут как безумца, еретика и бесчинника. Они ему станут говорит, по сути, всё тоже самое, что говорят православные: что рукоположение есть Божественное установление; что рукоположение совершатся не формально, а по воле Духа Святого, действующего в Церкви через пресвитеров; что «преемственная линия» совершенно необходима, ибо Дух Святой не рукополагает никого Сам по Себе, духовно, а только через руки других пасторов, и т.д. То есть, всё это яснейшим образом показывает, что протестанты находятся в полном противоречии: православным они говорят о преемственности одно, что она совершенно не нужна, но внутри себя они полностью её признают, и все свои же аргументы категорически отвергнут, если их направить против них самих!

На это изобретательные протестанты могут сказать: «да, нужно признать, что Дух Святой действует и по «преемственной линии», но если епископы в Церкви уклоняются от Истины, как произошло с католичеством и православием, то Он может создать и другую преемственную линию, что Он и сделал с протестантизмом». (Причём, протестанты считают, что «историческая Церковь», до их появления, находилась в отступлении более 1000 лет, примерно с V (или вообще со II) по XVI век.) Но мысль эта совершенно лживая и, более того, не библейская. Христос обещал пребыть со Своими учениками и их преемниками «во все дни до скончания века». Кроме того, ап. Павел пишет: «Тому слава в Церкви во Христе Иисусе во все роды» (Еф. 3:21). Если Церковь отступила от Истины более чем на 1000 лет, то какая же слава могла быть Богу в отступившей Церкви во всё это время? (об этом ещё будет подробно сказано в гл. 21). Кроме того, если бы Бог хотел воссоздать новую преемственную линию, то почему этих линий в протестантизме не одна, а огромное множество? И почему в этой новой преемственной линии Бог уже отменил епископство?

Итак, всегда в Церкви были верные Богу люди, и никак того не могло быть, чтобы более 1000 лет не было в Церкви истинных епископов и учеников Христа. А раз это так, то Христу не было никакой надобности создавать Церковь заново в лице протестантов. К тому же, почему бы Христос сначала создавал Церковь с трёхчинным священством, а потом с двухчинным? Неужели воля Его не едина во все времена? Кроме того, самое главное: протестанты не только не являются преемниками Апостолов в рукоположении – они и в учении не преемствуют Апостолам, ибо по множеству самых важных положений веры расходятся с учением Библии, Апостолов и древней Церкви, доказательству чего, пункт за пунктом, и посвящена моя книга.

Теперь нужно сказать о том, какое отношение имеет личная праведность священника к совершаемым им священнодействиям? Протестанты часто в той или иной форме задают этот вопрос859: рассказывая о различных грехах отдельных священников протестанты то и хотят сказать, что как же могут быть такие священники истинными, и как можно к ним ходить на исповедь и причастие, и разве не правильно мы сделали, что отделились от этих нечестивых священников? Потому важно догматически решить вопрос: теряет ли священник право и власть священнодействовать из-за своих грехов?

На этот счёт в Церкви существует ясное правило: священнодействия всякого законно поставленного священника, не запрещённого в служении и не лишенного сана, действительны, несмотря на его грехи. И правило это совершенно согласуется с Библией, учением древней Церкви и самим Божественным Логосом. Только на первый взгляд мысль о том, что «священнодействие грешного священника недействительно, ибо как святому Богу могут быть угодны молитвы и служение грешника?» может показаться справедливой. На самом же деле, такое заявление совершенно безумно и разрушительно, и вот почему.

В св. Писании сказано: «все мы много согрешаем» (Иак. 3:2), а также: «Если говорим, что не имеем греха, – обманываем...» (1Ин. 1:8). Итак, все христиане, в том числе и священники, грешат, и Бог всегда принимает священнодействие от грешного человека! Только одни, хорошие священники, грешат меньше или совсем незначительными грехами, другие грешат больше. Но кто же должен и может определять, что вот грехи этого священника ещё не прекращают его священства, а вот этот грешит уже настолько, что его священнодействия недействительны? То есть, судьи кто? Если всем предоставить право судить священника по своему усмотрению, достоин ли он своего сана или нет, то Церковь тут же разрушится и впадёт в полный хаос и неразрешимые разногласия. Поэтому, Дух Святой, будучи не Духом разрушения, а устройства, не допустил в Церкви быть такому хаосу, и определил, чтобы судья (земной) священнику был один – его епископ, а судьи епископа – собор епископов. Если священник явно грешит, прихожане могут обратиться к епископу, и он, рассмотрев дело, может запретить такового в служении. Вот только после этого священнодействия священника будут недействительны. Ап. Павел заповедует епископу Тимофею: «Обвинение на пресвитера не иначе принимай, как при двух или трех свидетелях. Согрешающих обличай перед всеми, чтобы и прочие страх имели» (1Тим. 5:19–20). То есть, совершенно очевидно, что верные не сами решают, достоин ли священник своего сана или нет, а в случае каких либо грехов священника жалуются на него епископу. Но если священник законно рукоположен и не запрещён епископом в служении, все его священнодействия действительны, в каком бы духовном состоянии он ни был.

И Библия даёт нам достаточно примеров того, что грехи священников не упраздняют благодати их священнодействий. Сыновья Илии будучи священниками сильно грешили и были людьми негодными, так что Сам Господь решил предать их смерти (см. 1Цар. 2:12–36). Но даже после объявления суда Божия они еще не менее 10 лет совершали служение, и народ ходил к ним, и их священство было действительным! Или протестанты скажут, что когда израильтяне приносили свои жертвы и обеты Богу через этих священников Бог не принимал эти жертвы, и не слышал молитвы этих людей? Нет, принимал и слышал. Даже такой ужасный человек, как Каиафа, который больше всех постарался, чтобы Христос был распят, не сразу лишился своего первосвященства, и Дух Божий даровал даже ему пророчество ради его первосвященства (Ин. 11:51). То есть, даже отвергнув Христа, он ещё несколько лет священнодействовал, и совершаемое им было действительным (ради тех людей, которые приходили к нему как первосвященнику). Итак, священства своего Каиафа лишился не сразу в тот момент, как первый раз услышал о Христе и отверг Его. Более того, пока стоял иерусалимский храм, христиане иудеи и даже Апостолы ходили в храм, где священнодействовали иудейские священники. И ап. Павел признавал, что и плохого первосвященника нельзя поносить, и не сказал, что он никакой уже не первосвященник, хотя, казалось бы, имел на то основания – ведь начался уже век Церкви (Деян. 23:5).

Кроме того, даже Апостолы не были совершенны.  Между апостолами Павлом и Варнавой произошла размолвка, однако же, из-за этого они не лишились власти священнодействовать (Деян. 15:36–40)860. Ап. Петр и Варнава согрешали лицемерием, но также не лишились из-за этого своего апостольства (Гал. 2:11–14).

Но что более всего интересно, протестанты и здесь по своему обычаю противоречат самим себе, так как на практике они никоим образом не считают, что грехи их пасторов лишают их духовных прав на священнодействия. У протестантов бывают, естественно, случаи, когда они отлучают от церкви пасторов. И если выясняется, что этот пастор тайно грешил уже несколько лет, то баптисты не пытаются выяснить, кого он за это время крестил, бракосочетал и чьего ребёнка благословил, чтобы другой достойный пресвитер совершил всё заново – нет. Они ясно понимают, что хотя этот пастор крестил и бракосочитывал, будучи во грехе, то всё это было действительно ради веры тех, над кем было это совершаемо. То есть, баптисты признают, что ради веры людей Бог крестил, бракосочетал и благословлял их и через грешного пастора, а за свои личные грехи этот пастор сам ответит перед Богом. Вот именно так думают и православные: приходящему к Богу с верой Он непременно дарует необходимую благодать (прежде всего в Таинствах) через всякого священника, который рукоположен по правилам и не осуждён за свои грехи явно, как писал о том св. Григорий Богослов: «К очищению тебя всякий достоин веры; только был бы он из числа получивших на сие власть, не осуждённых явно и не отлученных от Церкви. Не суди судей ты, требующий врачевания; не разбирай достоинств очищающих тебя…, хотя один другого лучше или хуже, но всякий выше тебя»861. Также и св. Иоанн Златоуст прямо утверждал, что Бог действует и через грешного священника: «Если Господь заставил говорить ослицу и через волхва даровал духовные благословения; если, таким образом, и через безсловесныя уста ослицы, и через нечистый язык Валаама Он действовал для неблагодарных иудеев, то тем более для вас если вы будете признательны, Он сделает со Своей стороны всё, что нужно, и ниспошлёт Духа Святого, – хотя бы и крайне порочны были священники. Ведь и чистый (священник) не своею собственною чистотою привлекает Духа Святого, но всё совершает благодать… Всё, что вверено священнику, есть единственно Божий дар»862. Эту мысль развивал и блаж. Августин, утверждая, что действительность таинств зависит не от личной святости и достоинства священника, а от святости и достоинства Христа, властью и силой Которого священник и совершает все священнодействия. А священник, если он не был достоин своего звания и благодати, которую принял, ответит за себя перед Богом, и с него Бог спросит в семь раз строже, чем с обычного прихожанина.

Но тогда возникает вопрос: так есть ли вообще какая-нибудь разница между священнодействиями, совершаемыми достойными и недостойными священниками? Безусловно, есть, ибо праведность никогда не бывает бесполезной. Что же, священнодействия благочестивого священника «более действительны», нежели иерея нечестивого? Всё дело в том, что Таинства требуют от участника усвоения их, то есть «растворения верою» (ср. Евр. 4:2). Например, Тело Христово преподаётся многим христианам, но одни усваивают его с большой верой и сильнее причащаются Христу, другие – с меньшей верой, а третьи вообще без веры, потому они не только не получают пользу от причастия, но вред, так что могут даже болеть и умирать (см. 1Кор. 11:27–30). Так же и Таинство Крещения: благодать одна, но один эту благодать принимает всем сердцем, давая ей заполнить всю душу и вытеснить всяких грех, а другой не отдаёт этой благодати всей души, или же вообще противится ей, так что новая жизнь, данная ему в Крещении, заглушается и никак себя не проявляет. Оттого, кстати, так много людей крещённых в Церкви, но не живущих согласно полученной благодати. Так и всякое другое Таинство. Так вот, хотя Таинства всегда имеют одну и ту же силу и благодать, но благочестивый священник своим благочестием, верой и добрым влиянием помогает участнику Таинства лучше усвоить и с большей верой его принять, а священник нечестивый и нерадивый напротив – соблазняет и угашает собой веру участника Таинства, не помогая, а препятствуя ему принять его достойно863. Но если человек приходит к Богу с полной верой, то он и через недостойного священника получит отпущение грехов, причастится Христу и т.п.

Иначе мыслить попросту нельзя, ибо если бы грехи епископов и священников лишали бы их благодати, то Церковь попросту не могла бы существовать. Тогда получалось бы, что священник, тайно согрешивший, на следующий день крестил бы кого-то, но это крещение было бы недействительным и человек остался бы не крещённым. Затем кто-то из этих не крещённых становился бы священником, но на него, как на не крещённого, благодать священства не сходила бы, и все дальнейшие священнодействия такого священника также были бы недействительны. А если бы при рукоположении нового епископа рукополагающие его были бы во грехе и лишались бы из-за этого благодати священства, то новый епископ ничего бы не получил. Но, не зная этого, он бы рукополагал священников и других епископов, не передавая при этом ничего. В итоге, со временем вся священническая благодать в Церкви пресеклась бы. Но допустить этого Господь никак не может, потому Он и сделал так, чтобы благодать таинств передавалась и через согрешающего священника. Благодать эта как золото, которое и в руках доброго человека, и в руках разбойника остаётся золотом.

Теперь – для того, чтобы протестанты могли яснее понять, как страшно кощунствуют их пасторы, дерзая без преемственности, без законного рукоположения приступать к совершению «священнодействий» – давайте представим, что Симон волхв, получив от Апостолов отказ в даровании ему духовной власти подавать Духа Святого через руковозложение (см. Деян. 8:20–22), пренебрёг бы этим и стал бы всё же возлагать руки и священнодействовать, утверждая, что он не от Апостолов, а от Самого Бога получил это право. Разве не было бы это богохульством и святотатством? Так вот протестанты и есть такие богохульники, в некотором смысле хуже Симона. Ведь нечестивый Симон убоялся слов Апостолов, просил их помолиться об отпущении своего греха. Протестантские же пасторы, не получив от Апостолов (то есть, от их законных преемников – епископов) рукоположения, сами себя сделали пресвитерами, стали священнодействовать и говорить, что им Сам Бог, непосредственно, дал такое право. А протестанты верят им и идут вслед за этими кощунниками. Поистине, страшно представить себе конец таковых людей. Я спрашиваю вас, протестантские пасторы: какое право вы имеете называться пасторами и совершать «священнодействия»? Кто поставил, кто рукоположил вас? Кто дал Вам право приступать к священнослужению? Знаете ли вы, что вы служите дьяволу, и что рука, возложенная на вас, была его рукой, благословившей вас на войну с Богом и Его Церковью? Как в Ветхом Завете никто не из рода Аронова не мог приступать к священнодействиям под угрозой смерти – «посторонний, приступивший предан будет смерти» (Числ. 18:7) – так и в Новом Завете никто из преемственно не рукоположенных законным епископом под угрозой вечной смерти не имеет права дерзать на совершение священнодействий. Вы же, протестантские пасторы, дерзнули на такое святотатство. Потому участь ваша – участь Дафана и Авирона (см. Числ. 16), если не обратитесь от злых дел ваших!

Итак, где нет преемников Апостолов, то есть епископов, где нет преемственности рукоположения, где нет законного священства, там нет Христовой Церкви. Посему, протестанты очевиднейшим образом не принадлежат к Церкви Христовой и, более того, они кощунствуют и святотатствуют, совершая свои «священнодействия» без должного рукоположения от епископов Церкви.

IV. Другие вопросы, касающиеся священства.

1) О духовных отцах.

Нарушают ли православные заповедь Христа, когда называют священников отцами, а также именуют некоторых древних церковных учителей и писателей «отцами Церкви»? Вот слова Христа, из-за которых и возникает у протестантов данный вопрос: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос» (Мф. 23:8–10). Думаю, что нам не нужно быть мудрым Соломоном или Даниилом, чтобы ясно понять, что заповедь Христа «отцом себе не называйте никого на земле» никак не может пониматься в абсолютном смысле слова, как полное запрещение, и вот тому ясные причины.

Во-первых, в одной из десяти заповедей сказано: «почитай отца твоего» (Исх. 20:12; ср. Лк. 18:20; Еф. 6:2), отца, конечно же, по плоти. И ап. Павел в своих посланиях называет плотских отцов именно этим словом: «отцы, не раздражайте детей ваших» (Еф. 6:4; Кол. 3:21). Отцами называли евреи также своих предков. Например, апостолы Пётр и Павел, и первомученик Стефан, знавшие, естественно, о заповеди Христа «отцом себе не называйте никого на земле», называют своих предков «отцами» (см. Деян. 7:11,15,39,45; 2Пет. 3:4; 1Кор. 10:1). Неужели они преступили этим заповедь Христа? Таким же образом называют своих прародителей цари Давид и Иосия, пророк Исаия и многие другие (Пс. 21:5; 77:3; 105:7; 4Цар. 22:13; Ис. 64:11; ср. Быт. 46:34; Чис. 20:15; Неем. 9:16). Более того, Сам Бог называет предков евреев «отцы ваши» (Пс. 94:9; Евр. 3:9). Все люди, в том числе и сами протестанты, называют своего земного отца не иначе, как отцом. Зачем же они его так называют, если Христос прямо сказал «отцом себе не называйте никого на земле»? Очевидно, что данный запрет Христа никак нельзя понимать буквально.

Во-вторых, если протестанты скажут, что Христос позволял, конечно же, называть плотских родителей и прародителей отцами, но запретил называть людей духовными отцами, то и это неправда, ибо Библия даёт нам самые твёрдые основания называть отцами не только своих родителей и предков, но и духовных отцов. Ап. Павел пишет к коринфянам «...вразумляю вас, как возлюбленных детей моих. Ибо хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов: я родил вас во Христе Иисусе» (1Кор. 4:14). Вот, мы ясно видим, что ап. Павел прямо называет себя отцом коринфян, отцом, конечно же, духовным, а не плотским. Почему же протестанты не обвиняют за это ап. Павла? Похожие слова говорит Апостол и галатам: «Дети мои, для которых я снова в муках рождения...» (Гал. 4:19). Так как галатийские верующие были детьми ап. Павла, которых он родил, то, очевидно, он считал себя их отцом, и никак не плотским, а духовным. Тимофея также ап. Павел называет «истинным сыном в вере» (1Тим. 1:2). Соответственно, ап. Павел приходился ему отцом в вере, другими словами – духовным отцом. (Подобные отношения, духовного отца и сына, были и в Ветхом Завете между Илиёй и Елисеем, который называл своего учителя «отец» – 4Цар. 2:12). Ап. Иоанн также неоднократно обращался к своим адресатам «дети» (см. 1Ин. 2:1;18,28; 3:7), полагая, естественно, что он им отец, и отец, бесспорно, духовный, а не плотской. Например, Уильям Баркли, соглашается с этим, говоря: «Иоанн понимает под детьми не малолетних, а христиан, духовным отцом которых он был»864. И в древней Церкви священство называлось духовными отцами и родителями. Так, в «Постановлениях Апостольских», например, говорится: «…относительно родителей духовных убеждает вас слово Божие, чтобы чтили и любили их…» (кн. 2/33), а также: епископ «после Бога отец ваш» (кн. 2/26), и ещё: «люби того (епископа), кто после Бога сделался отцом твоим» (кн. 2/32). О том же говорит и св. Василий Великий: «Ибо первый, самый истинный отец есть Отец всех; а второй после Него – наставник в духовном житии»865.

Опять мы видим, что запрет Христа называться отцами нельзя понимать как полный запрет не только в отношении плотских родителей и предков, но и в отношении духовных отцов, иначе нужно признать, что апостолы Павел и Иоанн и пророк Елисей согрешали, называя себя или других духовными отцами.

Важно заметить, что многие обвинения против православных, подобные тому, что они называют своих священников духовными отцами, придумали протестанты не сразу. В первые же годы своего существования протестанты ещё не так далеко отошли от истины и здравого смысла, и подобных аргументов не выдвигали. Томас Ватсон, например, живший в XVII веке, который из-за перевода и издания его книг на русском языке приобрёл сейчас большую известность в среде постсоветских баптистов, был ещё далёк от современного скудоумия протестантизма. Он вовсе не противился названию «духовный отец», и при разборе пятой заповеди даже распределил отцов на пять категорий: «политических, древних, духовных, домашних и природных». В отношении духовных отцов он, между прочим, писал: «Есть также духовные отцы – пасторы и служители. Они являются инструментом для рождения свыше. «Хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием» (1Кор. 4:15). Духовных отцов нужно почитать за их служение. …есть верные служители, чья работа – приводить души ко Христу, и которые, являясь духовными отцами, заслуживают почитания. (…) Почитайте своих духовных отцов, став их защитниками, уничтожая клевету и злословие, которые несправедливо предъявляют им…»866. Поэтому, даже многие именитые протестанты, такие как Т. Ватсон и У. Баркли, использовали и совершенно спокойно относились к термину «духовный отец».

В-третьих, в одной и той же речи (Мф. 23:8–10) Христос запретил Своим ученикам называться не только отцами, но и учителями и наставниками. Но в то же время, сама Библия в других местах говорит, что «иных Бог поставил в Церкви… учителями» (1Кор. 12:28; ср. Еф. 4:11), а ап. Иаков говорит: «Братия мои! не многие делайтесь учителями, зная, что мы подвергнемся большему осуждению» (Иак. 3:1), предполагая тем самим, что некоторые в Церкви могут быть и называться учителями. В Церкви, также, могут быть и наставники: «приветствуйте всех наставников ваших» (Евр. 13:24); «у вас тысячи наставников во Христе» (1Кор. 4:15). Что же мы видим: Христос заповедал не называться учителями и наставниками, так как у нас один Учитель и Наставник, а Апостолы утверждают, что в Церкви есть и другие учителя и наставники! Ведь если протестанты на основании Мф. 23:8–10 обвиняют православных в нарушении заповеди Христа, то тогда логически с таким же основанием они должны обвинять и апостолов Павла и Иакова за то, что они некоторых людей, а не только одного Христа, называет учителями и наставниками. И, важно заметить, что постоянно ставя в упрёк православным запрет Христа называть кого-либо отцами, баптисты, например, действительно избегая называть кого-либо духовными отцами, иногда называют своих пасторов учителями и наставниками; учителями называют они и преподавателей воскресной (а также общеобразовательной и музыкальной) школы, не отдавая себе отчёт в том, что в одном и том же слове Господь запретил называть кого-либо на земле не только отцами, но и учителями и наставниками! Где же смысл и последовательность в протестантском учении и практике? Их и близко нет. Но баптистам не стыдно противоречить самим себе, лишь бы был повод упрекнуть и осудить Православие.

Кстати сказать, протестантское мышление и система богословствования во многих вопросах делает одну и туже типичную и серьёзную логическую ошибку. Вот протестант встречает в Новом Завете указание на то, что Христос есть Первосвященник и делает из этого совершенно неверный вывод: значит, других священников быть не может (этот вопрос разбирался в абз. 49–52). Другой пример – Христос называется Ходатаем и Посредником: значит, – делают вывод протестанты, – других ходатаев и посредников быть уже не может (разбор этого вопроса см. в гл. 4, абз. 114–126). Или же, если Бог есть наш Отец, то значит, других отцов быть у нас уже не может867. В результате чего баптисты обвиняют православных в том, что они не только Христа, но и людей называют священниками, ходатаями, посредниками и отцами.

На самом же деле, многими наименованиями, которыми называет Библия Бога, она называет и человека. Вот главные примеры.

1. Христос назван Пастырем (Ин. 10:11), но и другие члены Церкви называются пастырями (1Пет. 2:1).

2. Христос именуется Князем (Ис. 9:6), но и Авраам, Архангел Михаил и другие именуются тем же титулом (Быт. 23:6; Дан. 12:1; 1Пар. 12:27).

3. Бог называется Царём (Пс. 46:8), но и Давид, Соломон и другие люди также называются царями.

4. Христос Бог множество раз называется в Новом Завете Господом, то есть господином (по греч. κύριος – кюриос), но этим же словом называется и ап. Филипп, и старец, говоривший с ап. Иоанном, и другие люди (Ин. 12:21; Гал. 4:1; Отк. 7:14).

5. Бог назван Отцом, и люди называются отцами.

6. Бог назван Учителем, и люди называются учителями.

7. Бог назван Наставником, и люди называются наставниками.

8. Христос называется Спасителем (1Тим. 4:10; Еф. 5:23), но и себе и другим людям ап. Павел усвояет возможность спасать других (Рим. 11:14; 1Тим. 4:16; 1Кор. 7:16).

9. Господь именуется Избавителем (Рим. 11:26; Пс. 18:15), но и человека Библия называет этим именем (4Цар. 13:5).

10. «Бог есть свет» (1Ин. 1:5), и Христос сказал о Себе: «Я свет миру» (Ин. 8:12), но и ученикам Своим Он сказал: «вы – свет мира» (Мф. 5:14).

11. Бог называется Богом, но и люди называются богами в положительном смысле слова (Исх. 4:16; Пс. 81:6; Ин. 10:34), и т.д.

Поэтому, протестантские обвинения православных в том, что они дают людям такие же имена и титулы, что и Богу, безумны, ибо так делает сама Библия. Но как же это понять – почему Библия называет людей такими же именами, как и Бога?

Во-первых, во всех подобных случаях Учителем, Наставником, Отцом, Пастырем, Спасителем и т.п. Бог называется в высшем смысле, так сказать, с большой буквы, а люди – в низшем смысле, с маленькой буквы868.

Во-вторых, к Богу непосредственно относятся все эти определения, а к человеку – посредственно (относительно). То есть, Христос спасает Сам Собою, а человек может спасать других только приведением их ко Христу, истинному Спасителю. Только Христос наставляет людей на путь истинный, Сам являясь Истиной; наставники же церковные призваны наставлять других не на свой, а на Христов путь. Только Христос есть Учитель Церкви; другие же учителя в Церкви должны учить других не своему, а тому, чему сами научились от Христа. Только Бог есть истинный Отец, духовно Своей силой возрождающий людей к новой жизни; священник же, наставляя людей в вере и возрождая их в Крещении869, рождает их не своей, а данной ему от Бога благодатью и властью. Только Бог есть Царь мира; другие же цари царствуют соответственно тому, сколько власти дано им от Бога, Царя Царей, как говорил о том Иисус Пилату: «ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше» (Ин. 19:11). Только Христос есть непосредственный Священник Церкви; другие же священники священнодействуют силой не своей, а Христовой. Только Христос есть «Свет истинный» (Ин. 1:9), Свет Сам в Себе; христиане же светят не своим светом, а светом Христовым, который они отражают, как луна отражает свет солнца, и т.д. Иначе говоря, Христос разделяет Свое служение в Церкви со своими «соработниками» (1Кор. 3:9), и Cам через них всё совершает: учит, наставляет, рождает, священствует, ходатайствует, царствует и т.д. Если понять этот важный, ключевой принцип взаимоотношения Бога и человека, то целый пласт протестантских вопросов и недоумений насчёт Православия будет разрешён. Но в том всё и дело, что протестанты не понимают этого простого принципа, потому они постоянно напрасно обвиняют православных.

Итак, когда православные называют кого-либо священниками, отцами, учителями, наставниками, посредниками, ходатаями, пастырями и т.п., они не умаляют тем самым Христа, потому что называют людей этими именами 1) не в высшем и 2) относительном смысле.

В. Трубчик, например, так объясняет то «противоречие», что Христос запретил называть кого либо на земле учителями, а апостол Павел называет людей учителями: «Читающие Библию находят, что Бог поставил в церкви учителей (Еф. 4:11). Ап. Павел говорит, что он поставлен учителем язычников (1Тим. 2:7). Как же тогда понимать заявление Христа, что Он является единственным Учителем? Ответ кроется в самом учении. Имел ли ап. Павел свое собственное учение, отличающееся от учения Иисуса Христа? Нет!!! Если он чему-то учил, все это, до последней йоты, было согласовано с учением Господа Иисуса Христа. Никто из апостолов не имел своего учения. Иоанн, будучи на острове Патмос, не предлагает церквам своего откровения, а «Откровение Иисуса Христа» (Откр. 1:1870. Благодарю вас, дорогой Василий, хоть за одну здравую православную мысль! Именно так понимают этот вопрос православные. Именно потому они называют святых Иоанна Златоуста, Василия Великого и других учителями Церкви, что ясно видят в их учении никакое иное учение, как учение Христа. По этой причине они называют их и отцами Церкви, поскольку через изложение, изъяснение и применение к различным сферам жизни Христового учения они многих возродили и возрождают к Вере. И отцами Церкви называются только те пастыри, в творениях которых явлена особая святость и мудрость, как замечает о том арх. Филарет Гумилёвский: «…те древние учители, в которых история не отличила никаких особенных добродетелей, а писания не показывают близости ума к уму Христову, по справедливости должны быть названы только церковными писателями, но не отцами церкви»871. Хорошо понял этот принцип, слава Богу,  и протестантский профессор Д. Ферберн. Он говорит о православных, что «они слушают отцов Церкви потому, что отцы слушали Писание»872: иначе говоря, потому что они учили не иному, а единому учению Христа.

Итак, вывод совершенно очевиден: в Мф. 23:8–10 Христос не запретил в абсолютном смысле называться отцами (а также учителями и наставниками). Положительный смысл этой заповеди такой: во-первых, верным запрещено называть кого-либо, даже из святых Божиих людей, Отцом, Учителем и Наставником в высшем, собственном смысле; во-вторых, даже в низшем смысле запрещено называть этими словами тех, кто не учит Христовому учению. И Церковь следует этой заповеди. Во-первых, она никого из своих отцов, учителей и наставников не называет и не считает таковыми в собственном смысле, а только в относительном, которые точно и верно учили не своему собственному, а Христовому учению. Во-вторых, никогда Будду, Мухаммеда, Муна, Виссариона, Ч. Рассела, М. Лютера, Ж. Кальвина, Франциска Ассизского и сонм подобных лжеучителей и проповедников, которые учат лжи или сильно искажают Христово учение, Церковь не называет своими отцами, учителями и наставниками.

Теперь несколько слов хочу сказать о значении некоторых православных титулов, которыми (из-за скудости и усечённости протестантского богословия, и склонности к упрощенству) не пользуются протестанты, и которые, естественно, вызывают у них недовольство и осуждение.

Святейший (патриарх). По этому поводу протестанты иронизируют: «если Бог в Священном Писании носит имя Святой, а пат­риарх позволяет именовать себя святейшим, то кто святее?»873. В Библии Бог действительно называется святым (напр. Авв. 1:12; Ис. 48:17), а патриарха православные называют святейшим. Как же это объяснить? Всё дело в том, что называя патриарха «святейшим» православные совершенно не сравнивают его с Богом, а только с другими людьми, причём, не их личную святость (ведь некоторые патриархи вообще наследуют геенну огненную), а только их избранность. Святой, как известно, значит «избранный, отделённый».  Патриарх потому святейший, что он избраннейший; он отделён для самого святого и высокого служения в Церкви, а вовсе не потому, что он святее Бога (равно как и называя Богоматерь «Пресвятой» православные не считают Её святее Бога – см. гл. 5, абз. 136). Или протестанты серьёзно подозревают православных в том, что они считают своих патриархов святее Бога?

Патриарх значит начальник отцов. Титул этот справедлив, ибо в Церкви есть много отцов, а патриарх – главный из них874.

Митрополитом называется епископ, поставленный для управления Церкви большой области.

Архиепископом называется заслуженный епископ.

Преосвященный – титул епископа, буквально означающий превосходную степень освящённости (посвящённости). Епископ называется так потому, что он в своей области есть самый посвящённый и призван к самому высокому священническому служению.

Инок – другое название для монаха. Это слово значит «иной» (по отношению к образу жизни обычных людей).

Игумен – начальник монастыря.

Архимандрит – 1) титул, которым награждаются заслуженные священники; 2) начальник главного монастыря в епархии.

Настоятель – главный священник в храме.

Протестантам не нужно пугаться подобных православных слов – ереси они не содержат. Просто православная жизнь и богословие намного более развитее и богаче протестантской, что нужно протестантам понимать, особенно тем, которые решатся, отвергнув свою прежнюю вражду, вернуться домой – в Церковь

2) О целовании руки священникам (и епископам).

Это действо нужно понимать только в общем контексте православного отношения к священникам как к Божьим служителям, в которых живёт Своим Духом и через которых священнодействует Сам Христос. Целование руки происходит именно в тот момент, когда прихожанин испрашивает у священника благословения, говоря: «батюшка, благословите». Священник отвечает: «Бог благословит», и осеняет просящего правой рукой крестообразно. Причём, пальцы рук священник складывает особым способом, так что они символически образуют имя «Иисус Христос» (об этом говорилось в гл. 10, абз. 164). Таким образом, можно сказать, что православный человек в мистическом смысле целует руку не священнику как человеку, а самому Христу, благословляющему человека рукою Своего священника. А в то, что Христос может вот так действовать посредством человека вовсе не трудно верить, если хорошо понимать ту истину, что Церковь есть Тело Христово, и как голова действует посредством членов тела, так и Христос действует посредством Церкви, и, прежде всего – посредством поставленных Им пастырей. К тому же, протестанты и сами в других случаях хорошо понимают этот принцип, когда читают, например, такие слова: «Бог… предвозвестил устами всех Своих пророков... говорил Бог устами всех святых Своих пророков» (Деян. 3:18,21). То есть, пророки говорили своими устами, но все мы понимаем, что мистически их устами говорил Сам Бог. Ап. Павел говорил так же: «уже не я живу, но живёт во мне Христос» (Гал. 2:20). Вот так и в священстве живёт и действует (в определённом смысле) Сам Христос. Именно Он послал и поставил в Церкви священников, которых, по словам Христа и учению древней Церкви, нужно почитать и принимать как Самого Господа. Поэтому при благословении священника благословляет Сам Христос, а потому и целуется прежде всего благословляющая десница Христова.

Итак, целуя руку священника, прихожанин прежде всего целует руку Самого Христа. Но он, конечно же, целует и руку священника (как и устами Давида говорил не только Бог, но и сам Давид). Но и в этом нет ничего предосудительного, ибо такая честь воздаётся священнику только в связи с тем, что он совершает великие священнодействия – Таинства. Через руку священника верующие приняли Крещение и возродись к новой жизни; через руку священника Господь дарует верным Духа Своего Святого в Миропомазании; через руку священника Господь отпускает грехи в таинстве Исповеди, а главное – причащает верных Своими Телом и Кровью, как правильно говорит о том священник А. Мень: «Обычай целовать руку епископа (или священника) напоминает о том, что эта рука держала Св. Чашу Евхаристии»875. Именно понимание и осознание того, что посредством руки священника Бог дарует верным такую благодать и спасение и создало обычай целования руки священника, которая почитается как святыня, как орудие нашего спасения. И если Божьим людям, пророкам и царям, и даже обычным людям в знак почтения поклонялись до земли; если женщина целовала даже ноги Христу – и Господь одобрял, а не порицал её (Лк. 7:45), то мы вовсе не должны считать для себя унижением поцеловать руку Божьему священнику, эту благословляющую десницу Христа. Протестанты говорят: «Иисус учил мыть ноги, а не подставлять руки для поцелуев»876. Но почему же Он Сам не только руки, но и ноги «подставлял» для целования, и одобрял это действие? Ответьте на это, противники Церкви. А кроме того, епископы не только подставляют руки для целования, но и, по заповеди Христа, омывают ноги священникам, на службе Великого Четверга, а протестанты как раз, делая такой упрёк православным, этого не делают (кроме пятидесятников). Поэтому, Христос с одной стороны умывал ноги ученикам, но с другой – позволял и Себе ноги целовать. К тому же Церковь благословляет верующих, в знак глубокого почтения спасительных церковных таинств и благодати священства, целовать лишь руку, а не ноги епископам и священникам (как католики целуют туфлю папы), а целование руки воспринимается всеми в мире просто как знак любви и почтения, ибо руки по этим причинам целуют и женщинам, и родителям, и малым детям. Климент Александрийский († ок. 215 г.) рассказывает весьма трогательную и умилительную историю об ап. Иоанне, как он вернул к покаянию юношу, ставшего разбойником, и там есть такие слова: «…старец пал на колена, целовал очищенную раскаянием руку его и таким образом возвратил отпавшего от веры в Церковь»877. Так если великий Апостол не считал для себя унизительным целовать руку грешнику ради его покаяния, то не нужно считать унижением и целование руки священника ради данной ему великой благодати священства.

Можно сказать, также, что целование руки священнику есть один из способов исполнения евангельской заповеди: «достойно начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь» (1Тим. 5:17). Каким же образом нужно оказывать эту сугубую честь пресвитерам? Седьмой из восьми принципов герменевтики, которую нам преподавали в ДХУ, гласит так: «толкование отличается от применения»; и этот принцип, конечно же, справедлив. Применений и форм выражений у одной заповеди может быть множество. Поэтому, соборным разумом Церковь определила, что целование руки священника есть один из достойных способов исполнения этой заповеди878. Таким образом, если бы протестанты признавали таинства; если бы они понимали, что через священника незримо священнодействует сам Христос; если бы они исполняли заповедь Апостола о почитании и воздаянии пресвитерам «сугубой чести» и имели бы достаточно смирения; если бы уважали наставления Христовых пастырей и исповедников, таких как св. мученик Игнатий, увещевавший почитать священство как Христа, Апостолов и пророков, то они бы не противились этому церковному обычаю.

Считать же, что священники велят народу целовать им руки по превозношению, а не ради почтения Самого Христа и благодати священства, нельзя, ибо сами священники, приветствуясь, целуют друг другу руку. И хотя они равны между собою по благодати, таким целованием они проявляют не своё превозношение, а взаимное уважение именно к благодати священства, которая им дарована, к деснице, через которую священнодействует Сам Христос.

3) О ношении длинных волос.

Протестанты говорят: почему православное священство (и монашество) носит длинные волосы, если написано: «Не сама ли природа учит вас, что если муж растит волосы, то это бесчестье для него» (1Кор. 11:14). Прежде всего, давайте ответим на такой вопрос: природа стала учить этому со времени Нового Завета, или она научала тому и раньше? Бесспорно, природа учила и учит этому всегда. Тем не менее, в Ветхом Завете назореям было строго запрещено стричь волосы: «Во все дни обета назорейства его бритва не должна касаться головы его; до исполнения дней, на которые он посвятил себя в назореи Господу, свят он» (Числ. 6:5). И, как мы знаем, огромная сила, данная Богом Самсону, и благодать и благословение Господни пребывали с ним, пока он не стриг своих волос; как только он лишился своих волос, Господь отступил от него; отошла и его сила (Суд. 16:19–20). Пророк Самуил также никогда не стриг волос, как сказал о том Ангел его матери: «ибо вот, ты зачнешь и родишь сына, и бритва не коснется головы его, потому что от самого чрева младенец сей будет назорей Божий» (Суд. 13:5).

Итак, природа действительно учит нас тому, что длинные волосы – бесчестье для мужчины: это общее правило для всех. В то же время, из этого правила Сам Бог сделал исключение, и повелел назореям, посвятившим себя Богу, не стричь волосы. Израильтяне все были посвящены Богу, но назореи были именно теми людьми, которые сугубо, особо посвящали себя Богу. Таким образом, православные священнослужители (и монахи) по этому определению являются новозаветными назореями, ибо они, будучи как все члены Церкви уже посвящёнными Богу в Крещении, были посвящены Ему ещё особенным образом: священство через рукоположение, а монашество через особые монашеские обеты. Потому они, как и ветхозаветные назореи, носят на себе знак особого посвящения и не стригут волосы. Хотя, нужно понимать, что в Церкви священники и монахи это не во всём ветхозаветные назореи, ибо Церковь не живёт по Ветхому Завету. Там назореям было предписано не касаться мёртвых и не пить вина. В Новом же Завете этих запрещений для священства и монашества нет879.

Не стричь же волосы как знак особого посвящения Богу Церковь удержала, и прежде всего потому, что Сам Христос носил длинные волосы, что ясно видно на Туринской плащанице и на древних иконах. И протестанты с этим не спорят: в их детских Библиях и фильмах о Христе Иисус носит бороду и длинные волосы. И протестанты, естественно, не считают, что Христос поступал против природы, научающей, что длинные волосы – бесчестие для мужа. Просто в Божьем мире часто один закон уступает место другому, более высшему.

Поэтому, священник или монах, нося в подражание Христу длинные волосы, то есть – нося своё посвящение на своей главе (ср. «посвящение его на главе его» – Числ. 6:7) не согрешает против природы. В этом, конечно же, для него остаётся по природе бесчестие, но такое бесчестие (поругание Христово – ср. Евр. 13:13), он несёт перед миром ради Христа. Ношение длинных волос есть часть креста православного священства и монашества. И нужно заметить, что именно современная, имеющая место среди православного священства тенденция постригать волосы и носить «символические», коротко стриженные бороду и усы, справедливо рассматривается ревнителями чистоты Православия как нарушение церковных канонов, как преступная уступка миру и духу времени, как отказ и нежелание священников нести свой крест и бесчестие ради Христа.

Важно понять также глубинную причину того, почему назореи носят длинные волосы. Христос во время Своей жизни, как было сказано, носил длинные волосы. После Своего воскресения и вознесения на небеса Он, естественно, не постригался, и пребывает в Своём, но прославленном Теле. То есть вечный образ Сына Божия всегда был, есть и будет один и тот же, и неотъемлемая часть этого образа есть борода и длинные волосы. Христос же есть истинный образ Божий. Адам также был сотворён по этому образу, то есть с бородой и длинными волосами. Необходимость же стричь волосы появилась вследствие сотворения женщины, ради разделения полов.

Хочу отметить также, что если сравнить, например, образы седовласых оптинских старцев, с длинными волосами и густыми бородами, с образами протестантских пасторов, то совершенно очевидным становится тот факт, что первые имеют несравненно более духовный и благородный вид, чем последние. Очень заметно, также, что когда священник стрижёт волосы и носит коротенькую постриженную бородку, то вид его становится весьма безблагодатным, особенно когда он находится в священническом облачении. То есть, всякий дух ищет себе форму, и Дух Святой усмотрел и создал для Себя (для священства, в котором Он желает жить и действовать преимущественно) вот такую форму, и если священник изменяет её, то есть стрижёт волосы и бреет бороду, то это грех, и Дух не может проявлять Себя в таком священнике так, как в том, который поступает по истине.

Здесь, кстати, уместно будет о бороде сказать отдельно. Ведь протестантские пресвитеры не носят не только длинных волос, но и бороды, хотя ношение её никак не является бесчестием для мужчины. Напротив, практически всегда, во все времена, во всех культурах и народах, особенно христианских, мужчины носили бороды. Когда Аннон хотел оскорбить Давида, то он обрил его слугам бороды: «И взял Аннон слуг Давидовых, и обрил каждому из них половину бороды, и обрезал одежды их наполовину, до чресл, и отпустил их. И велел царь сказать им: оставайтесь в Иерихоне, пока отрастут бороды ваши, и тогда возвратитесь» (2Цар. 10:4–5). Древнехристианский писатель Марк Минуций Феликс († 210 г.), критикуя языческих богов, высмеивает безбородый вид Аполлона: «Что же сказать о формах и внешнем виде ваших богов? Не выражается ли в них безобразие и отвратительность ваших богов? Вулкан – бог хромой и немощный; Аполлон столько веков безбородый»880. То есть, в понимании древних евреев (равно как и понимании древней Церкви) бриться для мужчины было бесчестием и позором! На Руси, например, мужчины всегда носили бороды. Если посмотреть на фотографии лидеров баптистов XIX и начала XX веков, таких как Н. Воронин, В. Павлов, В. Иванов, Д. Мазаев и прочих881, то мы увидим их с густыми, не постриженными бородами. Мода же бриться пошла от Пётра I, который, приехав из Европы (где масоны уже имели большое влияние и успели внедрить моду на бритьё) и заразившись её духом, стал рубить боярам бороды. Но нововведение это не было повсеместным, а касалось, по сути, только дворян. Полное же уничтожение и выведение из употребления ношения бороды произошло в России только после атеистической революции 1917 года. Протестантизм же полностью подпал под влияние этой масонской моды. Если сегодня русский или украинский баптист перестанет брить усы и бороду, то он вызовет на себя осуждение, непонимание и отторжение. Таковой если и не будет отлучен от церкви, то всё же, как правило, будет восприниматься баптистами как человек больной духовно (или даже психически), как человек совершенно неадекватный, а потому и не совсем свой. В древней же Церкви носить бороду мужчинам было правилом. Так, в «Апостольских постановлениях» (кн. 1/4), например, рядовым верующим мужчинам предписывается стричь волосы, но не бороду: «волос космы своей не отращивай, но лучше подрезывай и обстригай ее… Ибо тебе, верующему и человеку Божию, непозволительно отращивать волосы на голове и собирать их воедино, то есть в косу, или завивать их, или беречь их неостриженными, равно как взбивать их, или чрез расческу и завивку делать их кудрявыми, или подкрашивать их. Это и Закон возбраняет, говоря во Второзаконии: «не сотворите себе из волос головы ни отращивания, ни извитий». Не должно также и на бороде портить волосы и изменять образ человека вопреки природе. "Не обнажайте, говорит Закон, бород ваших". Ибо сие Создатель Бог сделал пригожим для женщин, а мужчинам признал Он непристойным. Ты же, обнажающий бороду свою, чтобы нравиться, как сопротивляющийся Закону, мерзок будешь у Бога, создавшего тебя по образу Своему».

Посему, мужчинам должно стричь волосы на голове, но отращивать бороду; священникам же не должно стричь не только бороды, но и волос на голове. Именно таких принципов Церковь во все времена по большому счёту придерживалась. И только в последнее время, время активной масонской пропаганды, эти принципы были в мире нарушены. Одни мужчины стали бриться, а другие, не будучи священниками и монахами, стали растить длинные волосы. Православная же Церковь, если и не заставляет сегодня мужчин обязательно носить бороду, понимая, что живущим в современном мире понять и исполнить это бывает весьма не просто, то она всегда приветствует то, если её сыны носят бороды. Это говорит о том, что в вопросе образа мужчины протестанты отдалились от истины и древнееврейской и древнецерковной практики куда больше, чем православные. Да и приводя  слова ап. Павла из 1Кор. 11:14 о том, чему учит природа, протестанты задумались бы, чему учит природа насчёт бороды у мужчины? Неужели она учит тому, что нужно каждый день её сбривать? Неужели именно для того Бог создал бороду у мужчины, чтобы он постоянно с нею боролся?

Итак, природа учит нас не только тому, что для мужчины неестественно растить волосы на голове, а и тому, что для него совершенно естественно растить бороду. Поэтому, православные священники носят бороды и не стригут волосы, как новозаветные назореи. И именно такой образ мужа подобен Христовому. Стриженное же и бритое католическое и протестантское духовенство, не только остригая волосы, но и брея усы и бороды, как раз таки бесчестит себя этим, поступая против природы.

Итак, Библия и древняя Церковь ясно учит тому, что члены Церкви не равны между собою, но разделяются на овец и пастырей, которым в Таинстве Хиротонии сообщается особая благодать Духа Святого, которую Христос передал Своим Апостолам при дуновении, и которой Он вовсе не дал всем верующим. Кроме того, священство изначала было разделено в Церкви на три чина, как в Православии, а не на два, как в протестантизме. Протестанты, самовольно отказавшись от епископского чина как такового, сделали себя в принципе неспособными быть Церковью Христовой, ибо как без Апостолов, так и без епископов, их преемников, нет Церкви. Более того, протестанты не имеют преемственности священства, и произошли сами от себя, самозвано и самочинно учредив свои новые «церкви» и своё «священство». Таким образом, все, кто участвует в «священнодействиях» протестантских пасторов, и принимает от них крещение, возложение рук, хлеб и вино при хлебопреломлении, а особенно рукоположение на диаконство или пресвитерство – святотатствуют и кощунствуют, являясь духовными учениками и последователями Дафана и Авирона. Всё это есть важнейшие причины бежать от протестантизма как от страшной духовной чумы.

Глава 13. О Таинстве Крещения

Вопрос о Крещении необходимо разделить на два главных подвопроса: о сущности Крещения и о детокрещении.

I. О сущности Крещения.

Суть разногласия протестантов с православными по вопросу Крещения заключается в следующем. Православные считают, что для 1) прощения грехов, 2) возрождения, 3) соединения со Христом (то есть для усыновления Богу и присоединения к Церкви, Телу Христа), 4) спасения и 5) приготовления к получению дара Духа человеку нужно не только уверовать во Христа и раскаяться во грехах, но и креститься; что только в Крещении, и не раньше, человек достигает всего вышеназванного, и только после Крещения (в таинстве Миропомазания) ему подаётся Дух Святой.

Протестанты же считают, что все названное в этих пяти пунктах и сам дар Святого Духа человек получает в тот момент882, когда открывает своё сердце для Христа и произносит первую покаянную молитву пред Богом. И только такому человеку, который, по мнению протестантов, всё это уже получил в молитве покаяния, протестанты преподают крещение. Пастор артёмовской общины баптистов, где я вырос, на занятиях с готовящимися принять крещение, – для их успокоения и радости, а также, чтобы они не настаивали на своём скором крещении и терпеливо ожидали положенное для испытания время, – часто говорит им, что если вы уверовали и покаялись, то вам уже прощены грехи, вы уже возрождены и спасены, вы уже принадлежите к невидимой Церкви Христовой, вы уже во Христе и со Христом, вы уже имеете Духа Святого. Поэтому, тогда как для православных Крещение является главнейшим и совершенно необходимым средством спасения, протестанты все как один утверждают противоположное – крещение не нужно для спасения, крещение не спасает, не возрождает, не соединяет со Христом! Так, например, Пол Джексон пишет: «Крестить следует только спасённых людей. (…) Важно… чтобы люди были спасены до крещения»883. То есть, крестить нужно не ради спасения, а уже спасённых! И тут же он дополняет свою мысль: «Крещение не спасает… Да, оно не важно для нашего спасения…». Ч. Сперджен учил так же: «Крещение не возрождает ни праведного, ни нечестивого. …исполнение крещения… вовсе не может возрождать и спасать. (…) Нельзя верить в возрождение посредством крещения (…) не может быть и речи о том, что Он (Бог) дарует возрождение посредством этого крещения». А также: «мы протестуем против спасения крещением… мы признаём, что никто не спасётся крещением. (…) крещение не спасает душу»884. «…крещение не спасает», вторит Сперджену Сэмюэль Уолдрон885. То же самое утверждает и П. Рогозин: «Крещение никого не спасёт… Крещение является как бы подтверждением того, что дар спасения нами уже принят, что Голгофская жертва и Дух Святой уже совершили дело спасения в нашем сердце: что мы уже приняли дарованную нам жизнь во Христе и наслаждаемся ею»886. О крещении говорит и Г. Тиссен: «Обряд крещения является символом отождествления верующего со Христом… водное крещение не производит отождествления, а только предполагает и символизирует его»887. О том же пишет Ч. Райри: «Крещение символизирует покаяние и прощение грехов (Деян. 2:38; 22:16), соединение со Христом (Рим. 6:1–10)…»888, и И. Проханов: «Крещение водою есть внешний знак совершившегося в душе ранее крещения Духом Святым»889. И все протестанты говорят о крещении только в таком ключе – как о символе того, что уже совершилось раньше. Учение же Церкви о том, что «Крещение – главное условие спасения», протестанты единодушно считают «ложной доктриной»890

Таким образом, если в Православии крестят для того, чтобы человеку были прощены грехи, чтобы он получил спасение, соединение со Христом и возрождение к новой жизни, то протестанты проповедуют «водное крещение (уже) возрождённых душ»891, уже спасённых.

Крещение также делает протестанта членом поместной церкви (общины), после чего ему позволяется участвовать в хлебопреломлении и присутствовать на закрытых, членских собраниях. Это также подтверждает Г. Тиссен: «Но крещение не только символизирует отождествление обращённого со Христом, но оно является также видимым средством отождествления раскаивающегося с поместным телом верующего. Когда он становится членом Тела Христова, ему надлежит отождествить себя с поместным собранием»892. Заметим, что в понимании протестанта он ещё до крещения становится «членом Тела Христова», а значит и прощение грехов, и возрождение, и спасение, и сам дар Духа Святого Духа протестант, по его убеждению, получает никак не в крещении, а ещё до крещения посредством личной веры и покаяния! Таким образом, для протестанта стать членом Церкви (Тела) Христа, и членом поместной церкви – совершенно разные понятия.

Итак, как видим, понимание сути крещения православными и протестантами совершенно разное. Поэтому, в данной главе нам нужно решить вопрос: человек получает прощение грехов, возрождается, спасается, становится членом Тела Христова (приготовляясь и очищаясь к получению дара Духа Святого) в крещении – или же всё это (в том числе и Самого Духа Святого), он получает не через крещение, а через покаяние, а последующее крещение лишь только символизирует всё это?

Начну с Библии – с рассмотрения главных мест, говорящих о Крещении.

Деян. 2:38: «Петр же сказал им: покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа». Последовательность здесь вполне конкретна: 1) покаяние; 2) Крещение (для прощения грехов); 3) получение дара Святого Духа. Самаряне стали христианами именно таким путём. Они 1) уверовали и покаялись – «приняли слово Божие», 2) крестились, и только потом 3) приняли Духа Святого (см. Деян. 8:14–17). Таким же образом всё произошло и с ефесянами (Деян. 19:1–7). Так же и евнух сначала 1) уверовал, затем 2) крестился и лишь потом 3) получил дар Святого Духа (см. Деян. 8:37–39)893. Протестанты же, в противоречие ап. Петру, грубейшим образом всё извратили, и учат так: «1) покайтесь для прощения грехов, и 2) получите дар Святого Духа, а затем 3) да крестится каждый из вас (не для прощения грехов)». Т.е. протестанты, во-первых, грубо искажают последовательность в осуществлении нашего спасения, а во-вторых, прямо отрицают самые ясные слова о том, что крещение нужно «для прощения грехов»! Эти слова ап. Петра протестанты полностью отвергают; для Церкви же, напротив, они настолько важны, что на Первом Вселенском Соборе в г. Никее (325 г.) они были внесены в Символ Веры: «исповедую единое крещение для прощения грехов»894. Второй Вселенский Собор в Константинополе (381 г.) ещё раз утвердил данное исповедание. Большинство протестантов заявляет, что признаёт Никео-Цареградский Символ Веры, хотя на самом деле они вовсе не веруют в «крещение для прощения грехов». В этом вопросе они уклонились от самой основы древней христианской веры, от десятого895 (из двенадцати) члена Символа Веры, на который многие протестанты, особенно оптимистически настроенные экуменисты, указывают как на важнейший минимум догматов, объединяющий все христианские конфессии. Но на самом деле протестанты, как видим, не едины с Церковью даже в Символе Веры. Причём баптисты, например, исказили не только понимание 10-го члена, но и его букву. Так, в баптистском сборнике «Песнь Возрождения» под номером 1111 находится текст Никео-Константинопольского Символа Веры. Но вместо слов «исповедую единое крещение для прощения грехов» у них написано: «признаю одно крещение и прощение грехов», хотя в греческом оригинале ясно сказано: ομολογουμεν εν βαπτισμα εις αφεσιν αμαρτιων (омологимен эн ваптисма ис афесин амартион). В словаре Баркли М. Ньюмана именно эта фраза из речи ап. Петра (εις αφεσιν αμαρτιων – для прощения грехов) приводится для объяснения употребления предлога εις, который значит к, в, для, но никак не может означать и. Точно так же искажают Символ Веры и слова ап. Петра и харизматы – например, Сергей Журавлёв, называющий себя «Архиепископом Украинской Реформаторской Православной Церкви»: «исповедую едино крещение и оставление грехов»896. Поэтому, протестанты нагло исказили суть и саму букву Символа Веры, ибо библейское «крещение для прощения грехов» никак не вписывается в их богословие, а ведь это выражение, взятое из послания ап. Петра – боговдохновенное Слово Божие и ясное и изначальное учение всей Церкви!!

Деян. 22:16. Савлу, кото­рый уже искренне и глубоко раскаялся и три дня находился в посте и молитве (см. Деян. 9:9,11), Анания обращает слова: «Итак, что ты медлишь? Встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа». Если мыслить по-протестантски, то ап. Павлу уже были прощены грехи, ведь он искренне покаялся: зачем же их ещё омывать в крещении? Очевидно только потому, что человеку прощаются грехи не при первом покаянии, а при Крещении. Это место, как и Деян. 2:38, ясно свидетельствует, что Крещение необходимо для омытия грехов. Протестанты же, несмотря на ясные слова Писания, совершенно отвергают это.

1Пет. 3:20–21: «…во дни Ноя, во время строения ковчега, в котором немногие, то есть восемь душ, спаслись от воды. Так и нас ныне подобное сему образу крещение, не плотской нечистоты омытие, но обещание Богу доброй совести, спасает воскресением Иисуса Христа».  «Спаслись от воды» буквально с греческого δι’ ύδατος (ди идатос) буквально значит «спаслись посредством воды»897. Ковчег Ноя прообразует Церковь, а вода – Крещение. Вот подобно сему образу спасения Ноя от потопа посредством воды спасаются и христиане – водою Крещения. Кроме того, ап. Пётр здесь ясно свидетельствует, что «крещение спасает»898. Протестанты же, как мы видели (абз. 3), все как один, желая, видимо, заглушить слова ап. Петра, кричат: «крещение не спасает»! Ведь далеко не во всяком вопросе протестанты позволяют себе так буквально и очевидно противоречить Библии, так открыто противостоять Слову Божьему! Из сего видно, насколько ненавистно дьяволу спасительное Крещение Церкви и вообще Таинства Церкви. Поразительно, что баптисты, носящие своё название от греч. слова «баптизм» (крещение), так грубо искажают библейское учение о крещении, и буквально и явно спорят с ап. Петром.

Мк. 16:16: «Кто будет веровать и креститься спасен будет; а кто не будет веровать – осужден будет». Здесь, опять же, ясно говорится, что спасён будет не просто тот, кто будет веровать, но тот, кто будет веровать и креститься!

Протестанты единодушно на это отвечают, что ведь во второй части стиха сказано о том, что осуждён будет только тот, кто не будет веровать. Раз мы веруем, то мы и не будем осуждены, а значит – будем спасены, говорят протестанты. На самом деле, всё совсем не так. О крещении неверующего Христу не было смысла и говорить, ибо, если кто не будет веровать, тот не будет, естественно, и креститься, потому и будет осуждён.

Объясню это на простом примере. Представим, что какой-нибудь царь решил по поводу рождения своего сына, наследника престола, раздать всему своему народу дары и послал гонцов объявить о том во всеуслышание. Всякий, кто поверил гонцам и пришёл во дворец царя, получил дар, а не поверившие и не пришедшие не получили ничего. Так вот, об этих людях мы можем сказать, используя такую же схему построения речи, как в Мк. 16:16: «кто поверил и пришёл во дворец – получил дар, а кто не поверил – остался ни с чем». Но разве нам не понятно, что для получения царского дара нужно было и поверить гонцам, и прийти во дворец? Разве мы скажем, что те, кто гонцам поверил, но во дворец не пришёл, также получили дар? Нет, конечно. Так вот, как для получения царского дара нужно и 1) поверить гонцам, и 2) прийти во дворец, так и для получения спасения нужно и 1) веровать, и 2) креститься, ибо в Крещении человек именно входит (погружается) во Христа, в Его Церковь (Тело), облекается в Него. И как не поверивший не пойдёт во дворец (потому и не получит дара), так и неверующий не будет креститься (потому и не спасётся). Поэтому, мысль Христа вполне ясна: чтобы спастись нужно «веровать и креститься»! Поэтому, спасает не только вера, но и Крещение. Протестанты же своими хитросплетёнными мудрствованиями извращают слова Христа: Он говорит: «кто будет веровать и креститься – спасен будет», а протестанты говорят: «кто будет веровать – спасён будет (независимо от крещения)».

Еф. 5:25–26: «Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова». Как известно, основной составляющей бань в древности были купели. Таким образом, Христос освятил Церковь, очистив (естественно, от грехов, а не от плотской нечистоты) купелью водной – т.е. совершенно понятно, что речь здесь идёт о Крещении. Уместно указать, что Крещение издревле называлось в Церкви именно банею, банею водною и купелью.

Протестанты говорят: здесь ведь написано, что Церковь освящена «посредством слова»! Это бесспорно так. Во-первых, при крещении произносится крестильная формула, заповеданная Христом: «во имя Отца и Сына и Святаго Духа». То есть Крещение обязательно происходит при посредстве произнесения этих крестильных слов, как писал о том блаженный Августин: «Что есть крещение Христово? Купель воды с произнесением слов; отними воду, – нет крещения; отними слова, – нет крещения»899. В «Постановлениях Апостольских» (кн. 7/44) мы также находим утверждение о том, что Крещение бывает действительным только при посредстве произнесения крестильной формулы: «Ибо если бы какое-либо таковое возглашение бывало от благочестивого священника не над каждым, то погружающийся только сходил бы в воду, как иудеи, и отлагал бы только нечистоту тела, а не нечистоту души». Мысль здесь такова: крещение совершается с возглашением слов «крещается раб Божий (имя) во имя Отца, аминь, и Сына, аминь, и Святаго Духа, аминь», и в таком смысле Церковь очищена банею водною посредством слова.

Во-вторых, Церковь очищена в Крещении «посредством слова» в смысле евангельской проповеди, как пишет ап. Павел: «как призывать Того, в Кого не уверовали? как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего?» (Рим. 19:14). С такой же справедливостью можно сказать: как креститься в Того, о Ком не слыхали? Поэтому, естественно, проповедь слова Божия совершенно необходима для того, чтобы уверовать и по вере креститься для прощения и очищения от грехов, но это вовсе не значит, что раз проповедь нужна для спасения, то Крещение уже не нужно. Нужно и то, и другое. Протестанты же всё время отсекают какую-нибудь часть истины, и потому Церковь справедливо называет их сектантами.

1Кор. 6:11: «И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего». Эти слова говорят о Крещении, в котором, видимым образом омываясь в воде, человек невидимо омывается самим именем Иисуса Христа, ибо при крещении человек крестится (погружается, облекается) во имя Христа, посредством чего он освящается и оправдывается. Под омовением, естественно, имеется в виду именно Крещение, и именно так издревле толковали это место учителя Церкви. Св. Иоанн Златоуст, например, пишет: «Выходя из сей купели, (крещёный) становится не только чистым, но святым и праведным. Ибо Апостол сказал не только: омылись, но и освятились и оправдались (1Кор. 6:11900. Протестанты же отрицают то, что в крещении прощаются и омываются грехи.

Тит. 3:5: «Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом». Опять используется слово «баня». Ясно написано, что Христос спас нас (Свою Церковь) банею (купелью) возрождения; иначе говоря – Он спас нас крещением возрождения! Отцы и учителя Церкви первых веков банею возрождения всегда называют именно Крещение. И очень важно также, что Крещение называется «банею возрождения», что подтверждает учение Церкви о том, что человек возрождается в Крещении. Протестанты же спорят с очевиднейшим, и смеют утверждать, что человек спасается и возрождается не крещением, а только верой. И важно заметить, что здесь соблюдена такая же последовательность, как и в Деян. 2:38 и других местах Нового Завета: сначала баня возрождения (крещение), а затем обновление Святым Духом (получение дара Духа Святого). У протестантов же всё наоборот (впрочем, только в учении – на деле у них совсем нет ни Крещения, ни Духа Святого).

Ин. 3:5. Христос говорит Никодиму: «истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие». Здесь в очередной раз мы видим ту же самую последовательность в спасении: сначала рождение от воды (крещение), а затем рождение от Духа (получение Духа Святого). Таким образом, вполне понятно, что Таинство Крещения совершенно необходимо для возрождения, для вхождения в Царствие Божие, для получения Духа Святого, и в итоге – для спасения.

Протестанты же, сделав главою угла своей веры лютеровское, выхваченное из библейского контекста, учение об оправдании одной лишь верой, противятся очевидному и силятся доказать, что под рождением от воды Христос имел в виду не Крещение, а рождение от слова Божьего901, которое Христос здесь образно назвал водою. Но такое толкование несостоятельно по нескольким причинам.

Во-первых, в ДХУ нам преподавали 8 правил герменевтики, а используя их, нельзя признать таковое толкование. Ведь первое из них гласит, что Писание написано ясно, и что при толковании Библии всегда нужно искать самое простое значение текста. Ясное же и простейшее понимание слов «рождение от воды» есть крещение, а не рождение от слова Божьего. Непредвзятый читатель, знакомый с Новым Заветом, но не знакомый с православно-протестантской полемикой по вопросу крещения, скорее всего понял бы под рождением от воды не что иное, как крещение, так как слово «вода» наводит на мысль о крещении куда скорее, чем на мысль о слове Божием. Протестанты же толкуют эти слова предвзято, подгоняя понимание Библии под свои догматы. Они не своё учение согласовывают с Библией, а библейское учение пытаются согласовать со своим, с реформаторским. Потому и спорят с очевидным.

Четвёртое правило герменевтики гласит: Писание толкует Писание; случайное и неясное в Библии толкуется в свете более полного и ясного. Какие же места в Библии мы можем найти для лучшего понимания того, что есть «рождение от воды» или «рождение свыше» (Ин. 3:3)? Где ещё в Библии говорится о втором рождении, то есть о возрождении?

Выше мы приводили цитату из Тит. 3:5, где говорится о бане возрождения. Здесь явно возрождение связывается с крещением, с водой.

Другое место, где упоминается о возрождении – 1Пет. 1:3: «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому». На первый взгляд, данное место никак не помогает решить вопрос о том, благодаря чему христианин возрождается: Крещению или Слову Божию? Кажется, что данный стих ещё более запутывает вопрос о возрождении, вводя третий вариант способа возрождения – посредством воскресения Христа. Но на самом деле, данный стих говорит в пользу возрождения через Крещение, ибо в других местах мы находим ему объяснение: «быв погребены с Ним в крещении, в Нем вы и совоскресли верою в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых», а также: «мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни» (Кол. 2:12; Рим. 6;4). Кроме того, в 1Пет. 3:21 крещение также связывается с воскресением: «крещение… спасает воскресением Иисуса Христа».  То есть в Крещении, погружаясь в воду, человек умирает и погребается со Христом, а восставая из воды, он воскресает с Ним. В таком смысле человек возрождается воскресением Христа (совоскресает с Ним). Именно в Крещении человек умирает и воскресает со Христом, то есть возрождается. Поэтому Крещение и считается Таинством, ибо при видимом погружении в воду человек невидимо (таинственно) погружается во Христа, в Его смерть и воскресение. Итак, опять мы видим, что Библия подтверждает то, что рождение от воды есть крещение.

Наконец, мы находим и такие слова о возрождении: «как возрожденные не от тленного семени, но от нетленного, от слова Божия, живаго и пребывающего вовек» (1Пет. 1:23). Протестанты считают, что это место как раз подтверждает их мнение о том, что возрождение происходит через слово Божие, а не крещение. На самом же деле, в этих словах нет никакого противоречия тому, о чём было сказано выше. Ведь разве здесь говорится о том, что сама проповедь и слышание слова Божия возрождает человека? Разве протестанты сами не понимают со всей ясностью, что для возрождения человека одного слова Божия недостаточно, а нужна ещё и вера, и покаяние? Ведь они понимают, что слово Божие в таком смысле возрождает человека, что приводит его к 1) вере и 2) к покаянию, посредством чего он и возрождается. Православные понимают точно так, только не забывают ещё об одной составляющей нашего спасения: слово Божие так возрождает человека, что приводит его 1) к вере, 2) к покаянию и 3) Крещению, которым человек возрождается. Ни протестанты, ни православные, не согласятся с тем, что слово Божие возрождает само по себе, и что его одного достаточно для возрождения.

То, как легко совмещаются библейские утверждения о возрождении человека Крещением и утверждение о возрождении от Слова Божия, можно объяснить на простом примере. Всякий человек рождается через женщину, но от мужчины. И как в этом нет никакого противоречия, так нет противоречия и в том, что человек возрождается через Крещение, но от Слова Божия. Одна истина (о возрождении от слова Божия) никак не устраняет другую истину (о возрождении через Крещение). И выше уже было сказано, что крещение совершается только с произнесением крестильных слов «во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа». Таким образом, человек буквально возрождается через Крещение от Слова Божьего.

Кроме того, 1Пет. 1:23 имеет более глубокое толкование. Под словом Божиим нужно понимать, прежде всего, Самого Христа, Который называется и является в высшем смысле Словом Божиим (см. Ин. 1:1,14). Иисус Христос и есть то нетленное семя, то живое и пребывающее вовек Слово Божие, от Которого возрождаются христиане! Но как они возрождаются от Христа? Писание объясняет: погребаясь и воскресая с Ним в Крещении!

Во-вторых, Церковь всегда, с самого начала единогласно понимала слова Христа о рождении от воды как Крещение, в чём можно убедиться из нижеследующих цитат (см. абз. 42, 49, 60, 62, а также гл. 14. абз.73).

Гал. 3:27: «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись»902. Как можно спастись, не облекшись во Христа? Никак, ибо облекаясь во Христа, человек соединяется с Ним и становится Его Телом – Церковью! И раз облечение во Христа происходит именно в Крещении, то очевидно, что Крещение совершенно необходимо для спасения.

В Деян. 4:12 сказано: «нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись». Как же нам спастись именем Христа? А так, что нужно уверовать и креститься (погрузиться) во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Тогда имя Христово нас сможет спасти, когда мы погрузимся (крестимся) в Его имя.

Рим. 6:2–7: «Мы умерли для греха: как же нам жить в нем? Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились? Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения, зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху; ибо умерший освободился от греха». Приведенные рассуждения ап. Павла о том, почему христиане не должны грешить, основаны на той главной мысли, что они умерли для греха и воскресли для жизни Божьей, жизни новой. Слова «в обновлённой жизни» как раз таки указывают на новую, вторую жизнь, на возрождение. Как же человек умирает и воскресает, то есть возрождается для обновлённой жизни? В Крещении! Именно Крещение есть «подобие смерти и воскресения Христова», с чем полностью согласны протестанты. Но если так, то верующий умирает для греха и воскресает для Бога в Крещении, а не в покаянии. Ректор ДХУ, Мельничук А.И., на своих лекциях постоянно повторял: «наше спасение – в союзе (то есть единстве) со Христом». Совершенно справедливая мысль, и с этим согласны все – и православные, и протестанты. Но как же мы можем соединиться со Христом? Ап. Павел прямо отвечает на этот вопрос: «мы соединены с Ним подобием смерти Его», то есть Крещением. Итак, человек соединяется со Христом, а значит и спасается, Крещением – это совершенно ясно. Почему же протестанты противятся очевидному?

В связи с осмыслением роли Крещения в нашем спасении, весьма важно сказать о причине, по которой крестился Сам Господь. Димитрий Чуйков пишет по этому поводу так: «Иисус крестился от Иоанна крещением покаяния, но для чего, когда Он был безгрешен? Иоанн Креститель отвечает на этот вопрос, говоря: «Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин. 1:29). Бесспорно, что эти слова сказаны в теснейшей связи с Крещением Иисуса (см. контекст – ст. 26–34). И вот их смысл: Пречистый, Пресвятой и Пренепорочный Христос погружается в крестильную воду, в которой до Него уже многие оставили свои грехи, крестившись Иоанновым крещением покаяния (то есть крещением оставления грехов как отречения от них), и в которой еще также и будущие поколения оставят свои грехи, крестившись Крещением во Имя Иисуса Христа. Поэтому, когда Христос поднялся и вышел из этой воды, то Он поднял (взял на Себя) и вынес на Себе из нее грехи всех, но только – всех крестившихся, и тех, кому еще предопределено быть крещенными. И, кроме того, Христос оставил Себя в воде, как и свидетельствует о том Иоанн Богослов, говоря, что: «Сей есть Иисус Христос пришедший водою» (см. 1Ин. 5:6) – обратите внимание: «пришедший», а не «приходивший»903. И все это было совершено и совершается таинственным и для нас непостижимым образом. И так как Господь оставил Себя в воде, то всякий погружающийся в крестильную воду, оставив грехи свои на Христе как Агнце, берущем на Себя грех мира, после того еще и получает от Бога право, будучи омытым от душевных своих скверн, облечься в праведность Самого Христа, как и написано: «… так надлежит нам исполнить всякую правду» (см. Мф. 3:13–15)…

– «Исполнить всякую правду» – так Сам Христос говорит о цели Своего Крещения от Иоанна. «Правда» в оригинале Мф. 3:15 – δικαιοσύνη (дикэосини), что в греческом значит и «правда», и «оправдание», и «праведность». Ввиду этого становится понятным, что Крещение наш Господь принял, дабы совершить оправдание, и соделать праведными, и воздвигнуть правду всех крещенных...

Итак, крестящийся очищается и освящается, будучи погруженным в Личность Бога Отца, в Личность Бога Сына и в Личность Бога Духа Святого; или другими словами, он омывается от своих грехов святостью Троицы, и, омывшись, облекается в праведность Имени Триединого Бога. Потому и сказано: «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись» (Гал. 3:27). То есть, так как Триединый Бог был явлен преимущественно в Боге Сыне, вочеловечившемся Господе неба и земли – Иисусе Христе, и так как Писание прямо говорит, что крестился Бог Сын, и только прикровенно, что вместе с Богом Сыном – и Бог Отец, и Бог Дух Святой, потому что Сын в Отце, Отец в Сыне, Сын в Духе и Дух в Отце, – то Библия и называет Новозаветное Крещение чаще Крещением во Имя Иисуса Христа. И благодарение Богу, что многим сектантам понятно, что нельзя на основании Библии спорить с тем, что все, кто крестился во Имя Иисуса Христа, облеклись и во Имя Бога Отца, и во Имя Бога Духа Святого»904.

Таким образом, Христос крестился для того, чтобы взять грехи мира на Себя; мы же должны креститься для того, чтобы оставить в воде (на Христе) свои грехи. В крещении наши грехи перекладываются на Христа, который уничтожил грех Своей смертью. Чтобы и наши грехи взял на Себя непорочный Агнец Божий, нужно, чтобы они были переложены на Него в крещении: иначе говоря – нужно креститься для прощения грехов. Следовательно, вполне очевидно, что Крещение совершенно необходимо для прощения наших грехов и спасения, и поэтому православное понимание Крещения правильное и библейское; протестантское же явно противоречит учению Св. Писания. И заметим: если понимать Крещение по-православному, то крещение Иисуса Христа имеет глубочайший и важнейший смысл; если же по-протестантски, то смысл Его крещения вообще не ясен. О смысле крещения Спасителя протестанты только повторяют слова Христа: «так надлежит нам исполнить всякую правду», а что это значит – никто не знает.

Теперь посмотрим, как учила о Крещении Церковь первых веков христианства.

В «Апостольских Постановлениях» мы находим множество свидетельств того, что Крещение понималось первыми христианами православно, и никак не по-протестантски. Вот эти места по порядку.

В кн. 2/7 говорится, что Крещение есть «омовение в бане жизни»; то есть в Крещении человек возрождается к новой жизни.

В кн. 2/33 высказывается та же мысль, что предстоятели Церкви «возродили вас водою».

Кн. 5/16: «Посему, крестившись в смерть Господа и в воскресение Его, как новорожденные младенцы, вы не должны уже делать никакого греха…» Из этих слов явствует, что именно в Крещении верующие становятся «новорожденными младенцами», то есть возрождаются.

Кн. 6/15: «…а погруженные ими (еретиками) не освящаются, но оскверняются, получая не прощение грехов, но узы нечестия». Отсюда понятно, что крещённые не еретиками, а истинными пастырями Церкви, получают в Крещении освящение и прощение грехов.

И здесь же: «Но и тот, кто не желает креститься из презрения, осужден будет, как неверующий, и поруган будет, как неблагодарный и бессмысленный; ибо Господь говорит: «если кто не крестится от воды и Духа, то не войдет в Царствие Небесное»; и опять: «кто уверует и крестится, тот спасется; а кто не уверует, тот осужден будет"». То, что в цитате Христа слово «родится» заменено словом «крестится» ярко свидетельствует о том, что для первых христиан эти понятия были в данном случае полностью тождественны!

Далее приводятся молитвы об оглашённых (готовящихся ко Крещению), где Господа просят, о том, «чтобы возненавидел он (оглашаемый) всякий путь неправды и ходил по пути истины, дабы сподобиться ему бани нового бытия, в усыновление о Христе, чтобы, соединившись со Христом подобием смерти Его, в надежде славного общения, умер он для греха и жил для Бога по уму, слову и деятельности, и включен был в книгу живых» (кн. 7/33); а также, чтобы Господь «сподобил их бани нового бытия, одежды нетления, истинной жизни… вселился же в них и походил Христом Своим… Снова прилежно о них помолимся, чтобы они, получив оставление прегрешений чрез посвящение…» (кн. 8/6); Заметим: хотя оглашённые – это обратившиеся от мира и уверовавшие во Христа, посещающие собрания христиан («покаявшиеся», как сказали бы протестанты), тем не менее, они признаются ещё не рождёнными свыше и не получившими ещё оставление прегрешений – в них не вселился и не живёт ещё Христос905 (и Дух Святой, конечно же), они ещё не усыновлены Богу и не включены в книгу жизни, а случится всё это только при Крещении (посвящении, бане нового бытия), и об этой благодати для оглашённых и просят Христа верные в приведенной молитве. Такое понимание Крещения полностью соответствует православному, и никаким образом протестантскому, которые своих «покаявшихся» ещё до крещения считают возрождёнными, прощёнными, спасёнными и имеющими в себе Христа и Духа Св.

В кн. 8/8, говорится о крещаемых (посвящаемым): «Святыми Твоими пророками предрекший посвящаемым: «омойтесь и чисты будете», и Христом законоположивший духовное возрождение. Сам и ныне призри на погружаемых сих и благослови их и освяти и предуготовь быть достойными духовного дара Твоего и истинного усыновления, духовных Твоих тайн, сопричтения к спасаемым, Христом Спасителем нашим, Которым Тебе слава, честь и почитание во Святом Духе во веки. Аминь». Заметим: 1) духовное возрождение человека и 2) прощение грехов – т.е. слова Господа «омойтесь (от грехов, конечно же, а не от скверны плоти) и чисты будете» – прямым образом относятся ко Крещению (погружению), которое предуготовляет крещённых к достойному принятию «духовного дара», то есть «дара Духа Святого» (Деян. 2:38), который даётся после, а не до Крещения. Опять же: православная догматика полностью соответствует вере древних христиан о крещении, прощении грехов, возрождении и получении Духа Святого; протестантская же догматика находится в полном противоречии с приведенной цитатой.

Св. Ерм (I в.) в своей книге «Пастырь», которая в древней Церкви была весьма авторитетной (так что многие причисляли её к каноническим Писаниям), описывает видения, показанные ему Богом, в которых он беседует с Ангелом, часто задавая ему разные вопросы. Один из них «есть ли иное покаяние, кроме того, когда сходим в воду и получаем отпущение прежних грехов»906 недвусмысленно выявляет ясную веру св. Ерма в библейское крещение «для прощения грехов», в которое протестанты не веруют. На другой из своих вопросов «почему башня (т.е. Церковь) построена на водах?» св. Ерм получает от Ангела такой ответ: «Слушай же, почему башня строится на водах: жизнь ваша через воду спасена и спасётся»907. В третьем случае на вопрос «еще, господин, объясни мне, почему эти камни908 были извлечены со дна и положены в здание башни?» он получает такой ответ: «Им было необходимо пройти через воду, чтобы оживотвориться; не могли они иначе войти в Царство Божие, как отринув мертвость прежней жизни. Посему эти почившие получили печать Сына Божия и вошли в Царство Божие. Ибо человек до принятия имени Сына Божия мертв; но как скоро примет эту печать, он отлагает мертвость и воспринимает жизнь. Печать же эта есть вода909, в нее сходят люди мертвыми, а восходят из нее живыми; посему и им проповедана была эта печать, и они воспользовались ею, чтобы войти в Царство Божие»910. В последних двух цитатах используется то же самое выражение «через воду» (в греческом оригинале δι’ ύδατος), как в 1Пет. 3:20, о чём уже говорилось (абз. 10). Именно посредством воды, то есть Крещения, спасается Церковь; только проходя через воду (Крещения) люди оживотворяются, то есть возрождаются (входя в воду мёртвыми, а выходя живыми), и входят в Царство Божие; только в Крещении человек может принять печать имени Сына Божия, и только так он может призвать имя Божие и спастись им. Учение о спасительности Крещения выражено у св. Ерма самым ясным образом, и свидетельствует о том, что первые христиане верили, что именно в Крещении человек спасается (входят в Царствие Божие, в Церковь), возрождается и впервые становится причастником Христа.

Св. апостол Варнава (I в.), сотрудник ап. Павла, также ясно веровал, что в Крещении прощаются грехи: «Относительно воды написано к народу израильскому, как он не примет того крещения, которое доставляет отпущение греховмы сходим в воду, полные грехов и нечистоты, а восходим из нее с приобретением – со страхом в сердце и с надеждою на Иисуса в духе»911.

Святой Иустин Мученик (104–166 гг.) говорит: «Купелию крещения и ведения Бога мы достигли веры, по пророку, и мы исповедуем, что только это проповеданное им крещение есть вода жизни, которая может очищать кающихся»912.

Далее он говорит: «Должно стараться, чтобы вы познали, каким путём можете достигнуть отпущения грехов и получить надежду наследия благ обетованных. Другого пути и сему нет, кроме того, чтобы, познав Христа и омывшись крещением во оставление грехов, начали потом жить без­грешно»913.

И в другом месте: «Кто убедится и поверит, что учение наше и слова истинны, и кто обещается, что может жить таким же образом, тех учат, чтобы они с молитвою и постом просили Бога об отпущении прежних грехов, и мы с ними молимся и постимся; приводятся они нами туда, где есть вода, и возрождаются тем же образом, каким сами мы возродились, т.е. омываются они тогда водою во имя Отца всех и Владыки Бога, и Спасителя нашего Иисуса Христа, и Духа Святаго Отца и владыки всего, и Спасителя нашего Иисуса Христа, и Духа Святого. Ибо Христос сказал: «если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия"… И мы получили от Апостолов следующее основание для такого действия. Так как мы не знаем первого своего рождения и по необходимости родились из влажного семени через взаимное совокупление родителей и выросли в худых нравах и дурном образе жизни, то, чтобы не оставаться нам чадами необходимости и неведения, но чадами свободы и ведения, и чтобы получили в воде оставление прежних грехов, – именуется на хотящем возродиться и раскаявшемся во грехах имя Отца всего и Владыки Бога. Одно только это произносит ведущий того, которому надлежит омыться в купелиОмовение же это называется посвящением, так как познающие это посвящаются умом. И именем Иисуса Христа, распятым при Понтии Пилате, и именем Духа Святого, который через пророков предвозвестил все относящееся к Иисусу, омывается просвещаемый»914.

И дальше: «Пища эта у нас называется евхаристиею (благодарением), и никому другому не позволяется участвовать в ней, как только тому, кто верует в истину учения нашего и омылся омовением во оставление грехов и в возрождение, и живет так, как предал Христос»915.

Заметим, что св. Иустин, засвидетельствовавший свою веру мученической смертью за Христа, бывший учеником св. Поликарпа Смирнского, утверждает, что прощение грехов, надежду благ обетованных и возрождение человек может получить именно в Крещении, относя именно к нему слова Христа о рождении свыше. Учит он так потому, что так учит Св. Писание; так научил его сам ап. Иоанн через св. Поликарпа; так веровала вся древняя Церковь. Протестанты же отступили от ясной и единой веры древней Церкви.

Св. Феофил Антиохийский (II в.) также совершенно по-православному говорит о Таинстве Крещения: «В пятый день созданы животные из воды, и чрез них также открывается многоразличная премудрость Божия. Ибо кто может исчислить их множество и разнообразие родов? Притом были благословлены Богом созданные из воды, чтобы и это служило знамением того, что люди, которые приступают к истине, возрождаются и благословляются Богом, примут покаяние и отпущение грехов посредством воды и бани возрождения»916.

Св. Ириней Лионский (II в.) в своей книге «Доказательство апостольской проповеди» (раздел 3) писал: «Прежде всего она (вера) научает нас воспоминать, что мы получили крещение во оставление грехов во имя Бога Отца и во имя Иисуса Христа, воплотившегося и умершего и воскресшего Сына Божия, и в Святого Духа Божия; и что это крещение есть печать вечной жизни и возрождена в Бога, чтобы мы были чадами не умерших людей, но вечного и неизменного Бога». То есть, по мысли св. отца, Крещение не только совершается во оставление грехов, но и возрождает, так что крестившиеся становятся уже не просто детьми своих родителей, но детьми Бога. Таким образом, именно в Крещении Бог прощает грехи уверовавшим в Него и рождает (возрождает) их, делая Своими детьми.

В другом месте той же книги (гл. 7) св. Ириней ещё раз подтверждает свою мысль о том, что христиане возрождаются именно в Крещении: «И поэтому крещение нашего возрождения совершается посредством этих трех положений, когда Бог Отец дарует нам благодать для возрождения посредством Своего Сына чрез Святого Духа».

Вот ещё одно важное место о Крещении из того же его сочинения (раздел 41): «…апостолы, которые по получении силы Святого Духа (ср. Дн. 1:8), посланы были Им во весь мир и призвали язычников, показав людям путь жизни, обращая их от идолов и любодеяния и лихоимства и очищая души их и тела крещением водою и Святым Духом». Обратим здесь внимание на два важных момента: 1) вода Крещения, по словам св. Иринея, очищает душу, естественно, от греха; 2) у св. Иринея, как и в Новом Завете и у всех других отцов Церкви, всё та же последовательность в нашем спасении и вхождении в Церковь: сначала Крещение, а потом только получение Святого Духа. У протестантов же всё наоборот.

Далее: «Так, следовательно, верующие должны вести себя, потому что в них постоянно пребывает Дух Святый, который дан Им при крещении…» (раздел 42). Опять мы видим, что не протестанты, а православные сохранили верность учению древней Церкви, ибо они до сих пор именно при Крещении (сразу после него)917 в Миропомазании сообщают человеку Духа Святого. Протестанты же, вопреки учению Нового Завета и древней Церкви, учат, что Духа Святого человек должен получить непременно до крещения, причём часто – задолго до него.

Св. Климент Александрийский († 215 г.): «С возрождением мы тотчас достигаем и совершенства, к которому стремимся. Ибо в крещении мы воспринимаем в свою душу свет БогопознанияЧерез крещение мы залучаем свет в душу, со светом получаем право на сыновство, с сыновством – совершенство, с совершенством – бессмертие. Я сказал, говорится, вы – боги, и сыны Всевышнего – все вы (Пс. 81:6). Этот акт (крещения) именуется различно: благодатью, просвещением, совершенством, омовением. Омовением называется он потому, что в крещении омываются наши грехи; благодатью – потому, что в нем освобождаемся мы от наказания за грехи; просвещением – потому, что в нем усматриваем мы небесный спасительный свет, т.е. Бога познаем. Совершенством называем мы отсутствие всякого недостатка; но чего же недостает тому, кто Бога познает?.. С понятием о человеке, возрожденном и просвещенном, неразрывно связывается понятие и о человеке, выведенном из тьмы; это дано уже буквальным смыслом тех слов: во свете те люди ходят с того самого момента (просвещения и возрождения). Как сон отряхнувшие со своих вежд тотчас становятся душевно бодрствующими; или лучше сказать: как те, кто силятся прояснить свое ослабляемое подтеком зрение, помогают глазу не привлечением в него света извне, а удаляют препятствие из глаза, освобождая таким образом глазной зрачок: подобно этому и мы, при помощи Духа Святого омыв в крещении подернутый туманов и закрытый тьмой греха глаз своего духа, после того имеем его чистым, здравым и светлым. Бога познаем мы потому только, что (в Крещении) изливается на нас с неба Дух Святой. Привходит в наш глаз небесный луч, сообщающий ему способность видеть небесный свет. Подобное и дружит с подобным; святое дружит со своим первоисточником, а этот по преимуществу именуется светом. Вы были некогда тьма, а теперь – свет в Господе (Еф. 5:8). Потому-то и человек, полагаю я, называется светом, φως… Оковы эти (греха) быстро разбиваются верой человека и Божественной благодатью, которая в крещении в Логоса как бы через какую пэонийскую траву, от грехов нас исцеляет. Все наши грехи в крещении омываютсяЧерез крещение мы очищаемся и возвращаемся к свету, в качестве чад приближаемся к Отцу, предварительно раскаявшись во грехах… (в 1Кор. 3:1) апостол обращается… к новооглашенным как к людям плотским и еще не очищенным (св. крещением)». Как видим, св. Климент ясно понимал, что прощение грехов, возрождение, усыновление Богу и получение Духа Святого христиане получают только в Крещении, а не как не до него и не без него, как говорят протестанты.

Св. Ипполит Римский (II-III вв.) приводит молитву епископа, произносимую после крещения человека: «Господи Боже, соделавший сих достойными отпущения грехов через омовение возрождения, соделай их достойными наития Духа Святого, пошли на них Свою благодать, чтобы они служили Тебе согласно Твоей воле…»918. Заметим, что св. Ипполит учит о Крещении православно: именно в Крещении человек получает 1) отпущение грехов и 2) возрождение, и только 3) после Крещения он может стать достойными наития Духа Святого.

Св. Киприан († 258 г.): «Господь заповедал крестить всех во имя Отца и Сына и Св. Духа и в крещении отпускать им прежние грехи, а он (еретик Лукиан), не зная заповеди и закона, приказывает давать мир и отпускать грехи во имя Павла»919.

Тертуллиан (II-III вв.) один из своих трактатов так и назвал – «О крещении», где весьма ясно и православно выражает веру Церкви о сём предмете: «Животворно таинство нашей воды, ибо, смыв ею грехи вчерашней слепоты, мы освобождаемся для жизни вечной!.. Мы же, рыбки, вслед за «рыбой» нашей Иисусом Христом, рождаемся в воде… Из-за того, что человек, погруженный в воду с такой простотой, без пышности, без каких-либо особых приготовлений и, вдобавок, без расходов, получает крещение при произнесении немногих слов и выходит из воды немногим чище или вообще не чище (т.е. телесно), тем невероятнее кажется (еретикам) наследование вечности… О, жалкое неверие, которое отказывает Богу в Его главных свойствах – простоте и силе!.. Разве не удивительно, что омовением разрушена смерть? Да ведь тем более следует верить там, где именно потому и не верится, что это удивительно!.. Памятуя об этих изречениях как о предписаниях, мы покажем, что не так уж глупо и невозможно быть возрожденным с помощью воды. Отчего же это вещество удостоилось такой высокой чести? Я думаю, нужно оценить важность этой жидкой стихии. Ведь вода имеется в достатке и, кстати, с самого начала мира. Ибо она – одна из тех стихий, которые в неоформленном виде покоились у Бога прежде всякого благоустроения мира. В начале, – говорит Писание, – сотворил Бог небо и землю. Земля же была невидима и неустроена и тьма была над бездной, и Дух Господень носился над водами (Быт. 1:1–2). Итак, человек, во-первых, ты должен уважать возраст вод как древнейшей субстанции; затем – их высокое назначение как седалища Духа Божьего, – стало быть, более приятного Ему, чем все существовавшие тогда стихии… После того как мир был приведен в порядок из стихийного состояния и ему нужно было дать обитателей, воды первыми получили повеление произвести живых существ. Влага первой произвела живое, дабы при крещении не казалось удивительным, что воды могут оживлять… Если бы и далее я проследил все или многое, что мог бы вспомнить о значении этой стихии, о ее силе или благодатности, о том, сколько даров, сколько пользы, сколько помощи приносит она миру, то, боюсь, могло бы показаться, что я собрал скорее похвалы воде, чем доказательства необоримой силы крещения. Но с тем большей уверенностью я смог бы устранить все сомнения относительно вещества, которое Бог заключил во всех творениях и делах Своих, а в Своих таинствах сделал рождающим, – ибо вода, управляя земной жизнью, приносит пользу и в небесной... Следовательно, любая вода благодаря преимуществам своего происхождения получает таинство освящения, как только призывается Бог. Ибо тотчас же сходит с небес Дух и присутствует в водах, освящая их Собою, и они, освященные таким образом, впитывают силу освящения. Конечно, здесь есть сходство с обычным действием омовения, только вместо грязи мы покрыты грехами, которые и смываются водой… Итак, когда благодаря вмешательству Ангела воды приобретают целебную силу и дух омывается в водах телесно, плоть в них же очищается духовно… Итак, если благодаря одной только своей природе вода (ведь она лучше всего подходит для очистительного омовения) привлекает надеждой на очищение, то насколько больше вероятности, что воды станут производить это действие благодаря мощи Бога, Который и есть Творец всей их природы... Все это приведено как доказательство для отвергающих веру, раз они менее всего доверяют делам Бога, а верят подражаниям соперника Его. А разве и вообще без всякого таинства нечистые духи не стремятся в воды, подражая известному деянию Духа Божьего в начале мира? Известны разные мрачные источники, и потоки, которые невозможно перейти, и бассейны в банях, и канавы около домов, или цистерны и колодцы, о которых говорят, что они затягивают, – разумеется, силою злого духа. Ведь бывают и утопленники, и «лимфатики», и «гидрофобы», которых воды или умертвили, или наградили безумием и боязнью. Но для чего мы об этом распространяемся? Чтобы никому не показалось невероятным, что святой ангел Бога присутствует в водах, изменяя их во благо человеку, в то время как злой ангел умножает нечистое применение той же стихии на погибель человеку920. Если ангел, входящий в воды, кажется чем-то странным, то вот пример, имеющий значение на будущее. Бассейн Вифезды возмущал, входя в него, ангел. Это наблюдали те, кто жаловался на свое здоровье. Ибо если кто-либо успевал спуститься туда, то после омовения переставал жаловаться. Этот образ телесного исцеления свидетельствует и об исцелении духовном, – согласно правилу, по которому образ телесного всегда предшествует духовному. Таким образом, с умножением в людях Божьей благодати более целительны становятся и воды и ангел. То, что прежде исцеляло болезни тела, ныне врачует дух. Что приводило к преходящему спасению, ныне преображает для вечного. Что освобождало раз в году одного, ныне ежедневно спасает народы, уничтожая смерть смыванием грехов… Нельзя сказать, что в водах мы обретаем Духа Святого, но, очистившись в воде благодаря ангелу, мы приуготовляемся для Духа Святого921… Мы погружаемся в воду, но результат – духовный, потому что мы освобождаемся от грехов... определено, что никому не достичь спасения без крещения (в наибольшей степени это явствует из речения Господа, который говорит: если кто не родится из воды, не будет иметь жизни (ср. Иоан. 3:5)… До страдания и воскресения Господа для спасения была одна вера. Но когда вера эта умножилась верою в рождение, страдание и воскресение Его, тогда дарованы полнота таинству, запечатление крещения, как бы одежда веры, которая прежде была обнаженною и не имела силы без своего закона. А теперь закон крещения (погружения) дан, форма предписана: идите, сказал Господь, научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа (Мф. 28:19). Определение, этому закону сделано: если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие (Ин. 3:5), обязало веру к необходимости крещения. С тех пор все верующие крещаются».

Св. Василий Великий (IV в.): «Почему мы христиане? Всякий скажет: по вере. А каким образом спасаемся? Таким, что возрождаемся именно же благодатию, подаваемою в Крещении. Ибо чем иначе спастись»922. Возрождение и спасение св. отец со всей ясностью усваивает Крещению, а не одной только вере, как протестанты. Чрез веру человек в таком смысле возрождается и спасается, что истинная вера непременно приводит его к спасительным водам церковного Крещения.

Св. Кирилл Иерусалимский (IV в.) в огласительной беседе (2:2) говорит: «Ибо, которые ещё под тяжестью грехов, те остаются ошуюю (слева), потому что не приступают к благодати Божией, даруемой Христом в возрождении через крещение. Возрождение же я разумею не телес, но души духовное перерождение». И в другом месте: «Так как человек состоит из двух частей, из души и тела; то и очищение двоякое, бестелесное для бестелесного, а телесное для тела: вода т.е. очищает тело, а Дух душу запечатлевает (т.е. в момент крещения), чтобы нам приступить к Богу с сердцем окроплённым, и телом, омытым водою чистою». И в другом месте: «когда сойдёшь ты на воду; то не простую воду представляй себе, но от действия Святого Духа ожидай спасения923… (Христос) говорит: если кто не родится свыше, и присовокупляет слова: от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие (Ин. 3:5). Ни тот, кто крещается водою, но не удостоен Духа924, не может иметь совершенной благодати; ни тот, кто хотя бы добр был по делам, но не получил запечатления водою, не войдёт в Царствие Небесное. Слово дерзновенно, но не моё; ибо так определил Иисус»925. И ещё одно совершенно недвусмысленное высказывание: «Кто не примет крещения, тот спасения не имеет»… (см. абз. 118). Итак, св. Кирилл веровал, что Крещение не символизирует наше очищение от греха, но действительно возрождает, очищает душу и тело, и слова Христа о рождении от воды он, как и вся Церковь с самого начала и всегда, понимал как Крещение, без которого нельзя спастись и войти в Царствие Небесное.

Св. Ефрем Сирин (IV в.) «Господь заповедал ученикам Своим, чтобы только единократно очищали водами грехи человеческой природы»926.

Св. Амвросий Медиоланский927 (IV в.): «Никто не входит в Царство Небесное иначе, как только через таинство крещения»; «В крест Господа Иисуса верует и оглашенный, которым и сам знаменуется; но если он не будет крещён во имя Отца и Сына и Св. Духа, то не может получить отпущения грехов и сподобиться дара духовной благодати»928. Св. Амвросий мыслит о Крещении не по-протестантски, а вполне православно. Он 1) называет его Таинством и 2) признаёт, что именно посредством Крещения верующий: а) входит в Царствие Небесное; б) получает прощение грехов и в) принимает дар духовной благодати, то есть дар Духа Святого. Опять же заметим, что последовательность в спасении человека св. Амвросий описывает по-библейски и по-православному, а не по протестантски: сначала Крещение, а потом дар Духа Святого.

Св. Григорий Богослов (IV в.): «Благодать и сила Крещения не потопляет мира, как древле, но очищает грех в каждом человеке и совершенно измывает всякую нечистоту и скверну, привнесённую перворождением...»; «Купель даёт прощение грехов соделанных, а не содеваемых… Крещение, изглаживая грехи, не уничтожает заслуг… Итак, будем креститься, чтобы победить; приобщимся очистительных вод, которые омывают лучше иссопа, очищают лучше крови закона, которые священнее, нежели пепел телицы, кропящий оскверненных (Евр. 9:15), имеющий силу только на время очищать тело, а не истреблять совершенно грех». А также: «поелику мы состоим из двух естеств, то есть из души и тела, из естества видимого и невидимого; то и очищение двоякое, именно: водою и Духом; и одно приемлется видимо и телесно, а другое, в то же время (т.е. во время Крещения!) совершается нетелесно и невидимо…»929.

Св. Иоанн Златоуст (IV в.): «…в крещении совершается рождение»930; «в крещении погружаемые грехи исчезают»931; «всех очищает благодатное крещение: будет ли он женоподобный, или блудник, или идолослужитель, или другой какой великий грешник, и хотя бы совмещал в себе всякое зло человеческое, – погрузившись в купель вод выходит из Божественных вод чище лучей солнечных. Выходя из сей купели, становится не только чистым, но святым и праведным. Ибо Апостол сказал не только: омылись, но и освятились и оправдались (1Кор. 6:11)… Крещение не просто отпускает нам грехи, не просто очищает нас от беззаконий, но так, как бы мы вновь родились: ибо оно вновь творит нас и образует»932. «В крещении через чувственную вещь – воду – сообщается дар»933, и ещё: «Потому что более главное (в Крещении) есть Дух, через которого действует и вода. (…) Заметим: имел ли кто тяжкие грехи (до Крещения), совершил ли кто, например, убийство, или прелюбодеяние, или сделал что-нибудь другое, ещё более тяжкое, – всё это отпускается чрез купель крещения. В самом деле, нет, подлинно нет никакого греха и нечестия, которое бы уступило этому дару и не было бы его ниже, потому что это – божественная благодать»934. Подобных мест о Крещении в творениях св. Иоанна Златоуста обретается великое множество. Великий учитель Церкви ясно понимает и учит, что Крещение есть Таинство, в котором человеку посредством воды сообщается дар Духа, Который, действуя через воду, очищает, освящает, оправдывает, возрождает и  дарует прощение грехов крещаемому.

В другом месте он говорит: «При крещении (Господа Иисуса) голубь явился для того…, дабы и ты знал, что и на тебя, когда крещаешься, нисходит Дух Святой»935. Параллель, проведённая И. Хризостомом, богословски очень точна и важна: как на Христа при крещении (сразу после него) сошёл Дух Святой, так и человеку именно при Крещении (сразу после него) подаётся Дух Святой! (Причём смысл того, почему Дух Святой входит в человека именно после Крещения очень понятен: в Крещении человек возрождается, то есть рождается духовно, и очищается от грехов. И вот в такую духовно живую и притом чистую душу и входит Св. Дух). Протестанты же совершенно этого не признают, грубо исказив Божий план и последовательность в спасении человека.

Св. Епифаний (IV в.) писал: «Чин епископов назначен для рождения отцов: ибо ему принадлежит умножать в Церкви отцов (духовных)936; другой чин (пресвитерский), который не может раждать отцов; он раждает Церкви банею возрождения детей…»937.

Подобных цитат можно привести ещё множество, и так понимали Крещение и все другие древние учителя Церкви. Они называли Крещение банею пакибытия (возрождения), возрождением, таинством второго рождения, таинством воды, купелью таинственной, купелью спасительной, просвещением, благодатным даром, освящением, печатью веры, купелью жизни, водою жизни вечной и т.п.938. Св. Кирилл Иерусалимский, например, говорит: «Великая вещь – крещение. Оно есть пленных искупление, грехов отпущение, смерть греха, возрождение души, одежда светлая, святая, нерушимая печать, колесница на небо, утешение райское, царствия ходатайство, дар усыновления». Подобными словами именует Крещение и св. Василий Великий: «Крещение – искупление пленных, прощение долгов, смерть греха, пакибытие (второе бытие) души, светлая одежда, неприкосновенная печать, колесница на небо, предуготовление царствия, дарование сыноположения (т.е. усыновления939. Протестанты же никак не могут наименовать крещение подобными словами; никак они не могут согласиться и с тем множеством цитат древних святых, приведенных выше, то есть с изначальным и единогласным учением всей Церкви о Крещении, что ясно свидетельствует о том, что протестантизм определённо уклонился от апостольского учения. Протестанты чаще всего либо ничего не знают о том, как учила древняя Церковь о Крещении, либо откровенно врут, как, например, С. Санников, который хотя и знаком, нужно полагать, как богослов и историк, с учением древней Церкви о Крещении, тем не менее, утверждает то, что нужно баптизму, а именно – что Крещение «по воззрениям того времени, символически указывало на очищение от греха…»940. Выше было приведено множество цитат из документов древней Церкви, и все они говорят только о реальном, а не символическом очищении от греха. Поэтому, пусть мой читатель сам избирает, кому верить.

Если С. Санников решил проблему несоответствия учения Церкви протестантской доктрине с помощью лжи, то Ч. Сперджен решает эту трудность несколько другим способом, а именно – простым заявлением, что учение о возрождении через крещение для него непонятно, а потому и не истинно. Вот что он пишет: «…каким же образом Он (Христос) мог связать возрождение с особым употреблением воды? Я не смог бы объяснить, как оно происходит механически, если бы послан был учить, что… погружение в воду человека может спасти душу… Употребление водного крещения, в моём понимании, не имеет ничего общего с возрождением души». То есть, Библия ясно говорит о том, что Крещение возрождает и спасает; о том, с не меньшей ясностью, единогласно свидетельствует и вся древняя Церковь, а великий проповедник, которым считают Ч. Сперджена протестанты, говорит, что не понимает того, как Христос мог связать возрождение с водой, и как погружение в воду может спасать душу, и раз он не может осмыслить и объяснить этого механически, то он невзирая ни на что с лёгкостью отвергает учение Библии и Церкви о том, что Крещение возрождает и спасает, и предлагает нам последовать за ним. Но «кто не разумеет, пусть не разумеет» (1Кор. 14:38). Воистину же любящий Бога и чтущий Библию, кто желает верить так, как верила древняя Церковь, не может следовать за протестантскими немощами ума и веры, тем более, что понять смысл Крещения совсем не трудно. Протестант верит, что через веру и покаяние Бог его возродил, усыновил, посадил на небесах, вошёл в Его сердце, облёк во Христа, даровал Духа Святого, и т.п. Но разве он понимает, как это произошло «механически»? Нет, тем не менее, протестанту вовсе не трудно в это верить.  Вот так же не трудно поверить и в то, что всё это даруется Богом человеку, но только не просто через веру и покаяние, а через Крещение при посредстве веры и покаяния. А добиваться «механического» понимания того, как всё это происходит, совершенно не нужно и даже грешно, ибо в таком смысле мы мало что вообще понимаем. Об этом хорошо (как бы отвечая на безумие Ч. Сперджена) сказал св. Иоанн Златоуст: «Первое творение Адама было творение из земли, а после него создание жены из ребра, потом происхождение Авеля из семени. Но мы не можем ни постигнуть, ни изобразить словом этих творений, хотя все они самые вещественные. Как же мы можем дать отчёт относительно духовного рождения через крещение, – рождения, которое гораздо выше тех? И каких можно требовать от нас соображений об этом рождении – чудном и необычайном? При совершении его предстоят и ангелы; но изъяснить способ этого дивного рождения через крещение не может ни один из них»941.

Хочу сказать также, что не соглашаясь со смыслом Крещения как Таинства, в котором человек действительно погружается во Христа, омывается от грехов и возрождается – то есть, удалив содержание, которым наполняет Крещение Библия и вся Церковь во все времена – протестанты не могут придумать для крещения никакого другого значения, кроме символического, служащего только для укрепления союза со Христом, как пишет о том М. Эриксон: «оно (крещение) имеет большое значение, ибо представляет собой знак союза верующего со Христом, и признание этого союза – дополнительный акт веры, ещё крепче цементирующий эту связь»942. И в таком смысле крещение не является чем-то особенным, поскольку и многое другое в жизни христианина исполняет те же функции. Так, дела милосердия, проповедь людям о Христе, чтение Библии, молитва, хождение на собрания и пр. – всё это «представляет собой знак союза верующего со Христом» и является «актами веры», ещё крепче «цементирующими» связь верующего с Ним. Таким образом, как правильно замечает свящ. В. Рубский, «все их (баптистов) концепции сводятся к повторению того, что было возможным и продолжает быть возможным и без… погружения в воду»943. То есть для протестантов в крещении ничего не происходит того, что не было бы возможным и без него, и протестанты совершают обряд944 крещения лишь потому, что в Библии есть прямая о том заповедь, как прямо признаётся в том М. Эриксон: «мы продолжаем совершать обряд крещения просто потому, что так повелел Христос»945. Потому замечание Г. Тиссена о том, что (при протестантском) «крещении... не наблюдается особых проявлений благодати»946 вполне справедливо.

Итак, протестантизм самым очевидным образом грубо исказил и отверг учение Библии и древней Церкви о том, что именно в Крещении человек получает прощение грехов, возрождение, спасение, усыновление, а Святого Духа только после Крещения, но никак не до него.

Теперь хочу затронуть вопрос о количестве погружений человека в воду при крещении. Ведь кроме полного искажения понимания самой сути Крещения, протестанты исказили также и его форму, погружая человека в воду не три, а всего один раз. Протестанты скажут, что в Библии не говорится о троекратном погружении, но в ней также не говорится и об одном погружении. Всё дело в том, как толковать слова Христа: «крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа». Протестанты считают, что одного погружения достаточно, а православные настаивают на том, что крестить нужно троекратно, то есть погружать человека во имя Отца, во имя Сына и во имя Духа Святаго.

Можно посчитать, что данный спор неразрешим: одни толкуют слова Христа так, другие иначе; слово против слова, а значит – «ничья»: пусть каждый остаётся при своём мнении. Именно подобные трудности, которые постоянно встречаются при чтении Библии, – да ещё, что очень неприятно, в самых важных вопросах, – я и имел в виду, когда писал в предисловии (см. абз. 7–8) о проблеме субъективности в толкования Писания. Как же читателю Библии понять волю Христа? Можно принять ту точку зрения, которая мне больше нравится, но как быть точно уверенным в том, что я не ошибся, что мои душа и ум уверяют меня в истине? Вот поэтому я и решил, чего искренне желаю и моему читателю, обращаться в таких случаях к учению и практике первых христиан, к преданию древней Церкви. Вместо того, чтобы горделиво ставить своё понимание во главу угла, лучше в смирении признать, что я могу ошибаться, и что моя душа ещё не так чиста, чтобы самому прозревать чистую истину, и задаться вопросом: «а как совершали крещение первые христиане, которые слышали Апостолов и их учеников – троекратным или единым погружением»?

В Апостольских Правилах (№ 50) мы встречаем такие слова: «Если кто совершит не три погружения единого тайнодействия, но единое погружение, совершаемое в смерть Господню: да будет низвержен. Ибо не рекл Господь, в смерть Мою крестите, но: идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа (Мф. 28:19)».

Св. Ипполит Римский (170–235 гг.) в своём труде «Апостольское предание» описывал именно практику церкви своего и предшествующего времени. 21-я глава посвящена Крещению, где он ясно говорит о троекратном погружении крещаемого: «И тотчас имеющий руку на голове его пусть погружает его один раз… пусть погружает его во второй раз и… тогда пусть погружает его в третий раз».

Тертуллиан (II-III вв.): «Наконец, Он повелел им крестить во [имя] Отца и Сына и Святого Духа (Мф. 28:19), а не во [имя] Кого-то Одного. Ведь и не один раз, но трижды мы крещаемся в каждое Имя и в каждое Лицо отдельно»947. Уместно здесь вспомнить, что в тринитарных спорах, то есть когда Церковь отстаивала перед еретиками учение о Святой Троице, св. отцами постоянно приводился аргумент троекратного погружения при Крещении, что подтверждает тот факт, что для Церкви изначала такая практика была общеизвестна и общепринята.

Второй Вселенский Собор (381 г.) 7-м правилом определил: «Евномиан же, единократным погружением крещающихся…, всех, которые из них желают присоединены быть к Православию, приемлем как язычников». То есть из-за неправильного, одним погружением, совершаемого у этих сектантов крещения, не могущее по сей (кроме прочего) причине быть действительным, Церковь определила принимать их как язычников – через оглашение в вере и троекратное, правильное Крещение.

Св. Иоанн Златоуст: «Но это (погружение) совершается трижды, чтобы ты знал, что всё это совершается силою Отца и Сына и Святого Духа»948.

Св. Василий Великий: «Великое таинство крещения совершается тремя погружениями…»949. В другом месте он говорит также, что «троекратное погружение человека» при Крещении есть заповедь апостольская950.

Итак, мы в очередной раз видим, что свидетельства веры древних христиан говорят в поддержку Православия, а не протестантизма.

Некоторые протестанты (в основном западные, а также секта, именующая себя «Церковью Христовой») считают, что древние христиане не всегда крестились только во имя Отца, Сына и Святого Духа, но и в одно имя Христа, ведь в Новом Завете неоднократно упоминается о таковом крещении (Деян. 2:38; Гал. 3:27; Рим. 6:3). В таком случае протестантское единократное погружение кажется ещё более обоснованным.

На самом же деле, о крещении во имя Христа в Библии говорится, во-первых, просто по краткости, вовсе не утверждая того, что крещённые во имя Христа не были крещены также во имя Отца и во имя Духа Святого. И Церковь никогда не знала и не знает никакого крещения в одно лишь имя Христа. Св. Василий Великий по этому поводу пишет: «Никого да не вводит в обман у апостола то, что, упоминая о крещении, нередко умалчивает он о имени Отца и Святого Духа, и никто не должен заключать из сего, что не надобно соблюдать призывания имён951. Сказано: «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись» (Гал. 3:27); и ещё: «все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились» (Рим. 6:3). Это потому, что наименование Христа (по греч. букв. Помазанника) есть исповедание всего; оно указывает и на помазующего Бога, и на помазанного Сына, и на помазание – Духа, как учит нас Пётр в Деяниях: «Бог Духом Святым и силою помазал Иисуса из Назарета (Деян. 10:38)"»952. В 49-м же апостольском правиле говорится: «если кто, епископ или пресвитер, крестит не по Господню учреждению, во имя Отца и Сына и Святого Духа, да будет низвержен». Св. Киприан также говорит: «сам Христос повелел крестить во имя всей Троицы вместе»953, и др.

Во-вторых, о крещении во Христа говорится для подчёркивания того факта, что люди уверовали, приняли и крестились именно во имя Иисуса Христа Назорея, что они признали Его Мессией и Спасителем. Ведь хотя Церковь проповедует и об Отце и о Духе Святом, но преимущественно Она проповедует о Христе. Ведь дело нашего спасения совершил Сын, Иисус Христос, и уверовать, и креститься именно в Иисуса Христа954 было и есть важнейшим делом для нашего спасения. Потому именно этот факт и подчёркивают Апостолы в Деяниях и посланиях. И наконец, Сам Иисус Христос дал прямую и ясную заповедь «…научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа», и первые христиане никаким образом не могли её нарушить.

Теперь отвечу на главные возражения протестантов против православного учения о Крещении.

Возражение 1. Самая первая, основная причина, по которой протестанты отказываются придавать крещению такую важную роль в спасении, какую усвояют ему Библия и древняя Церковь, заключается в том, что в Новом Завете мы встречаем много таких утверждений, которые прямо говорят о том, что для спасения достаточно одной веры. Например: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16). Именно по той причине, что этот стих так ясно и ёмко говорит, что всякий верующий (не обязательно крещёный!) во Христа имеет жизнь вечную, то есть спасение, протестанты называют его золотым стихом Библии. И этот стих далеко не единственный. О спасении по вере говорится и в других местах: «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими» (Ин. 1:12); «верующий в Меня не будет жаждать никогда… Воля Пославшего Меня есть та, чтобы всякий, видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день… Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня имеет жизнь вечную» (Ин. 6:35,40,47); «верующий в Меня, если и умрет, оживет» (Ин. 11:25); «всякий верующий в Него получит прощение грехов именем Его» (Деян. 10:43); «Всякий верующий, что Иисус есть Христос, от Бога рожден» (1Ин. 5:1) и т.д. Как же объяснить все эти места? И как согласовать их с тем библейским и древнехристианским учением о том, что человек спасается, получает прощение грехов, возрождается, соединяется со Христом (облекается в Него), усыновляется Богу именно через Крещение, а не только через одну веру?

Интересно заметить, что в тех случаях, когда протестанты не могут согласовать некоторые места Библии, кажущиеся им противоречивыми, они часто идут путём подавления и умаления одной из истин. Так как учении о спасение по вере кажется им более рациональным, понятным и яснее выраженным в Евангелии, чем таинственное учение о крещении как об умирании и воскресении со Христом955 (о чём открыто говорил Ч. Спержден – см. абз. 70), а также потому, что протестанты проповедуют личное спасение, независимо от Церкви и Её Таинств956, то протестантами (а ещё раньше – духами протестантизма) решено было учение о спасении и оправдании по вере возвышать и вообще поставить его во главу угла, а учение о необходимости Крещения для спасения всячески отвергать и не замечать. Но такое решение данной дилеммы не может удовлетворить того, кто искренне любит Слово Божие, верит в его непогрешимость и непротиворечивость и жаждет познания и согласования библейской Истины. Есть ли возможность достойно, не отвергая и не умаляя ни одну из двух истин, совместить оба эти учения? Да, есть, и не так трудно найти ответ, как пожелать всем сердцем получить его; не так трудно найти истину, как возжелать и полюбить её всем сердцем и всей душой.

О соотношении между собою библейского учения о вере и делах – в частности о том, что истинная вера заключается именно в исполнении всех заповедей Христа, одна из которых, и очень важных, есть заповедь о Крещении – уже говорилось в главе 6. Таким образом, вера вообще не может и не должна противопоставляться Крещению, ибо Крещение есть одна из заповедей и следствие веры: она приводит человека ко Крещению, и таким образом он и спасается – крещением по вере. Но так как вопрос этот для протестантизма один из самых основных, то нужно остановится на нём подробнее, и как Христос и вслед за Ним все отцы и пастыри Церкви весьма часто для объяснения истин Царствия Божьего использовали притчи и примеры, взятые из жизни, то таким же образом и я постараюсь объяснить способ согласования двух интересующих нас истин – о том, что спасает вера, и о том, что спасает Крещение.

Притча такова. Идёт война. На поле боя находятся солдаты, которых более многочисленный и сильный противник окружил со всех сторон. Им грозит неминуемая гибель. Но вдруг появляется некто и говорит: «Вы – в смертельной опасности! Идите за мной, здесь рядом есть надёжное подземное убежище, в котором вы сможете спастись». Одни поверили, пошли за этим добрым вестником, действительно нашли убежище и спаслись в нём. Другие же, не осознавая своего безнадёжного положения, не поверили ему, остались на поле боя, надеясь на свою победу, и погибли.

А теперь вопрос: каким образом уцелевшие солдаты спаслись? Можно ли сказать, что тех солдат спас вестник? Да. А можно ли сказать, что их спасла добрая весть об убежище? Точно так. А погрешим ли мы, если скажем, что солдаты спаслись благодаря своей вере словам вестника? Не погрешим. А можно ли утверждать, что солдаты были спасены благодаря осознанию своей неминуемой гибели и пониманию того, что они находятся в смертельной опасности и нуждаются в спасении? Конечно, и это правда. А справедливо ли думать, что они спаслись благодаря своему переходу в убежище, то есть благодаря самому действию – уходу с поля боя и вхождению в убежище? Эта мысль также вполне справедлива. И последний вопрос: правда ли, что тех солдат спасло само убежище? Очевидно, что и это предположение – чистая правда. Итак, анализируя данную притчу мы ясно видим, что солдаты были спасены благодаря, по меньшей мере, шести аспектам: 1) вестнику; 2) доброй вести; 3) своей вере; 4) признанию своего гибельного положения; 5) своему переходу в убежище; 6) самому убежищу.

Эта история прекрасно отображает процесс нашего спасения во всех его главных составных частях. Солдаты – это все люди, которым угрожает враг (дьявол и грех) вечной погибелью. Вестник – это Христовы служители, проповедники. Весть об убежище – это Евангелие, благая Божья весть о спасении. Вера солдат это и есть вера человека евангельской вести. Осознание солдатами своего плачевного положения есть покаяние человека, осознающего свою погибель и нужду во спасении. Переход в убежище есть Крещение957, благодаря которому человек облекается во Христа и входит в Его Церковь (становится Телом Христовым). Убежище же есть Сам Христос, в Которого входит (крестится, погружается, облекается) крещаемый.

Итак, человек спасается благодаря всем этим шести пунктам: 1) благовестникам; 2) Евангелию (самой вести спасения); 3) вере; 4) покаянию; 5) Крещению; 6) Самому Христу. Всё это спасает человека. Если мы будем говорить, что нас спасает Евангелие, покаяние, вера или Сам Христос, то это правильно. Но если мы станем посредством выделения одной истины устранять другую, говоря, например, что мы спасены верой, а значит покаяние не нужно для спасения; или: мы спасены благой евангельской вестью, а значит не верой; или: мы спасены Христом, а значит не благовестием, то все такие противопоставления и отрицания какой-то истины будет безумием и полным извращением пути спасения. Поэтому, совершенно нелепо утверждать, что раз нас спасает вера, то крещение уже не спасает. Ведь протестанты, говоря о спасении верой, никогда не будут отрицать того, что мы спасены также благодаря благовестникам, Евангелию, покаянию и, естественно, Самому Христу; то есть они никогда не будут одному средству спасения противопоставлять другие. Почему же один пункт, ведущий от погибели к спасению – крещение – они выбрасывают из этой цепочки? Ведь для того, чтобы наше спасение совершилось, нужны все звенья в цепи.

Для ещё большей ясности можно привести пример и из обычной современной жизни – автомобиль. О нём можно сказать, что он ездит на бензине, и что без него он не может двигаться. Это верно. Но разве, говоря это, мы полагаем, что ничего другого не нужно для того, чтобы машина двигалась? Неужели для движения не нужны водитель, колеса, двигатель, карбюратор и многое другое? Конечно, нужны. И если мы услышим от кого-либо такое высказывание: «автомобиль движется благодаря бензину», то мы, конечно же, никогда не поймём его слова в абсолютном смысле, что для движения автомобиля нужен только бензин, хотя данное высказывание

Поэтому, когда мы читаем в Евангелии утверждения, что для спасения совершенно необходима вера, что вера спасает, то это есть чистая правда, но эти утверждения вовсе не значат, что для спасения нужна только вера, а всё остальное – не нужно. И как для того, чтобы солдаты спаслись нужна не только их вера, и для того, чтобы двигался автомобиль нужен не только мотор, так и для нашего спасения нужно очень многое. Для нашего спасения нужен Отец, Сын и Дух Святой; нужно Царствие Божие; нужна любовь и благодать Божия; нужен Авраам, Исаак, Иаков и все праведники Израильского народа; нужно воплощение и Рождение Христа; нужна Дева Мария; нужна проповедь и дела, совершённые Христом; нужен крест, смерть, сошествие во ад, воскресение и вознесение Христово; нужны Апостолы и благовестники; нужны епископы и пресвитеры; нужно Священное Писание; нужна Церковь; нужна вера и покаяние; нужно Крещение, Миропомазание и Причастие; нужна материя – вода, миро, хлеб и вино, посредством чего совершаются важнейшие для спасения Таинства; нужны наши родители, давшие нам жизнь; нужен весь этот мир – воздух, вода, пища и солнце, чтобы мы могли жить и совершить своё спасение – и т.д. Для того, чтобы спасение было возможным, нужно очень многое, и всё это Господь дарует человеку по Своей благодати, и не без участия Своих избранных. То есть, для нашего спасения нужна отнюдь не только наша вера. Поэтому, утверждая, что для спасения непременно нужна вера, мы не должны говорить и думать, что для спасения нужна только вера, а крещение, например, для спасения не нужно, что мы спасаемся верой, а не крещением. Правильно сказать, что для нашего спасения нужна и вера, и крещение, как и многое другое. Если св. Ириней Лионский пишет, например, что Иисус «нас освободил от Амалика через связывание Своих рук и возвел в царство Отца»958, то это вовсе не значит, что верные взошли в Царство Христа только благодаря тому, что руки Христа были связаны, и что раз они спаслись связыванием рук Спасителя, то всего остального, как то смерти Христа, веры, покаяния, Крещения, Духа Святого, исполнения заповедей и всего прочего для спасения им уже не нужно. И именно этой логики протестанты не понимают, когда говорят, что спасает нас не крещение, а вера. Протестантская тенденция постоянно что-то от истины отсекать (от того их и называют сектантами), их привычка опровергать одной истиной другую и их неспособность к восприятию полноты истины проявляется постоянно, на что я не раз в своей книге обращаю внимание, и вопрос о Крещении – один из лучших тому примеров.

Таким образом, между одними местами Св. Писания, где говорится о спасении посредством Крещения, и другими местами, где говорится о спасении по вере, нет никакого противоречия, как нет его и между такими утверждениями, как: «солдаты спаслись по вере» и «солдаты спаслись благодаря вхождению в убежище», а также: «автомобиль движется благодаря бензину» и «автомобиль движется благодаря колёсам». Вера и Крещение есть звенья одной цепи нашего спасения. Нет одного звена в цепи – цепь обрывается, спасение не совершается. Очень хорошо сказал об этом св. Василий Великий: «Вера и крещение суть два способа спасения, между собой сродные и нераздельные. Ибо вера совершается крещением, а крещение основополагается верою, и та и другое исполняется одними и теми же именами. Как веруем в Отца и Сына и Святаго Духа, так и крестимся во имя Отца и Сына и Святаго Духа»959. И в Деяниях Апостольских мы видим, что все уверовавшие всегда в скором времени принимали крещение. Вера для того (в частности) и нужна, чтобы привести человека ко Христу, ввести его в Церковь Христову через Крещение. Если человек веровал, что во Христе спасение, и это сразу же толкало его на действие – облечься во Христа в Крещении и таинственно соединиться с Ним. Потому часто Писание нам и говорит: только уверуй – и спасешься, так как само собой разумелось, что вера, если она истинная, обязательно приведет верующего к спасительному Крещению во Христа и вообще к исполнению всех спасительных заповедей Христовых. Без веры не будет ни покаяния, ни Крещения, ни спасения. Без веры ни Евангелие, ни благовестники, ни даже Сам Христос не может спасти960 человека. Потому, Евангелие так и выделяет значение веры. Но утверждая великую важность веры в деле спасения, Библия вовсе не учит, что для спасения нужна только одна вера, а Крещение не нужно.

Протестанты делают роковую ошибку и весьма обольщают себя и других тем, что толкуют слова Христа о спасении по вере в абсолютном смысле, без учёта всего библейского контекста – об этом уже говорилось в 6-й главе. Только та вера во Христа спасает, которая, во-первых, проявляется в делах, в исполнении заповедей Божиих, а одна из важнейших заповедей есть заповедь о крещении для прощения грехов; во-вторых, спасает вера не всякая, а истинная, правильная, правая, православная. Мы должны ясно понимать, что всякий истинно верующий во Христа имеет спасение и жизнь вечную, но не всякий как-либо верующий во Христа спасён. Многие люди по-своему верят во Христа, но не многие спасаются, так как нужно веровать не по-своему, а по истине, правильно. Многие древние сектанты (докетисты, ариане, несториане, монофизиты, монофилиты и прочие) и сектанты современные («свидетели Иеговы», мормоны, виссарионовцы) веровали и веруют во Христа. В Него веруют даже многие атеисты, признающие историческое Его существование. Но разве протестанты признают, что такая вера их спасёт? Почему же нет, если Христос сказал, что «всякий верующий в Меня имеет жизнь вечную»? Да потому, что протестанты сами прекрасно понимают, что эти слова Христа нужно разуметь не безусловно, а в библейском контексте, и что наследует жизнь вечную не всякий как-либо верующий, а только всякий истинно верующий! И приводят протестанты эти места только чтобы противиться библейскому и церковному учению о Крещении, а не потому, что действительно думают, что одной лишь какой-нибудь веры во Христа (без всего остального) достаточно для спасения.

Злой парадокс и дьявольская насмешка (о чём совершенно не подозревают протестанты), заключается именно в том, что протестанты, – так сильно подчёркивающие роль веры для спасения, более того – построившие на догмате об оправдании верой всё своё учение, – противятся Христу и погибают именно по своему неверию. Христос, как и обещал, послал в мир и поставил в Церкви Своих Апостолов, учителей, евангелистов, пастырей, пророков, мудрых и книжников (см. 1Кор. 12:28; Еф. 4:11; Мф. 23:34), которые проповедуют миру Евангелие, истину и путь спасения в Церкви Христовой, но протестанты им не верят и отвращают свой слух от голоса Церкви, а ведь кто «церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф. 18:17). Не поверив посланникам Божиим, протестанты  поверили пророкам и учителям дьявола – Лютеру, Кальвину, Цвингли, Мелангтону, Мюнцеру и прочим, проповедавшим искажённое и уже не могущее спасти Евангелие. Христос призывает людей прийти в Его Церковь и принять крещение от Им поставленных пресвитеров, но протестанты сломя голову бегут от церковного Крещения и истинных пастырей Церкви к волкам в овечьей шкуре, к самозванцам и кощунникам, выдающим себя за пастырей Христовых и крестящих не во Христа, а в свой дух заблуждения. Какие же протестанты «верующие во Христа», и какой верой они надеются спастись? Какой-то своей верой? Но спасает только истинная вера, которая приводит человека в Христову Церковь, к водам Её спасительного Крещения!

Итак, уверения Христа в том, что всякий верующий в Него имеет жизнь вечную, вовсе не опровергает необходимость крещения для спасения, ибо всякий истинно верующий во Христа обязательно крестится церковным Крещением во Христа – потому и наследует жизнь вечную по вере.

Возражение 2. Протестанты говорят, что мы спасаемся не через крещение, ибо написано: «всякий, кто призовёт имя Господне, спасётся» (Иоил. 2:32; Деян. 2:21; Рим. 10:13).

Вопрос этот такой же по сути, как и предыдущий, потому и отвечать на него нужно таким же образом. Процитированные слова, как и утверждения Христа о том, что всякий верующий в Него имеет жизнь вечную, нужно понимать в контексте всего Евангелия и не безотносительно. Нужно понимать, что эти слова значат, что всякий, кто истинно призовёт имя Господне, спасётся, но не всякий, кто как-либо призовёт имя Господне, спасётся. Разве протестанты, приводя этот аргумент, на самом деле согласны с тем, что всякий, кто призывает имя Господне, спасается? Получается, что спасается всякий, кто только призвал (т.е. назвал, позвал) имя Господа. Вот живёт человек, обратился однажды в жизни к Богу: «Господь Иисус Христос», и стал жить дальше своей жизнью, возможно даже весьма греховной и преступной, умер и спасся только потому, что однажды призвал имя Господа. Согласятся ли с этим протестанты? Нет, конечно. Почему же, ведь написано, что «всякий, кто призовёт961 имя Господне, спасётся»? А потому, что здравый смысл и весь евангельский контекст не позволяют согласиться с абсолютным толкованием этих слов, и как протестанты, так и православные понимают, что это данное Божие обетование действительно только в контексте Евангелия и исполнения и других Христовых заповедей. Человек может спастись не просто, если как-либо призовёт имя Господне, но если призовёт истинно, призовёт так, что за этим последует праведная жизнь по заповедям Христа, как говорит о том св. Иоанн Златоуст: «Всякий, который призовёт. Призовёт не просто, – потому что не всякий, говорит (Христос), говорящий Мне Господи, Господи войдёт в Царство Небесное (Мф. 7:21), – но призовёт с усердием, при хорошей жизни, с должным дерзновением»962.

Если же протестанты хотят понимать эти слова в безусловном смысле, то почему же они тогда вообще так воинствуют с православными? Разве они не призывают имя Господне? Ведь православные постоянно, на каждой службе и в частных молитвах призывают имя Христа и имя всей Троицы – Отца и Сына и Святаго Духа. Зачем же протестанты вообще отделились от них (или от католиков) и сотворили столько соблазна, если можно спастись и в Православии, которое призывает имя Господне? Зачем тогда протестанты спорят друг с другом (одна конфессия с другой) и противятся католикам, «свидетелям Иеговы», мормонам и прочим христианам, которых они считают еретиками, ведь все они призывают имя Господне?! Ответ очевиден: протестанты сами прекрасно понимают, что данные слова нельзя понимать в абсолютном смысле, и что нужно понимать их именно так, что спасётся не всякий, кто как-либо призовёт Имя Божие, но только тот, кто призовёт Его по истине, с правильной верой. И поскольку они считают, что православные (равно как и католики и другие верующие) не правильно веруют во Христа, то потому они и воюют и спорят с ними, отнюдь не довольствуясь тем, что они призывают имя Божие.

Более того, Сам Христос с ясностью засвидетельствовал то, что далеко не всякий, кто призывает имя Господне, спасается: «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного». Ведь говорящий Христу «Господи! Господи!» делает не что иное, как призывает имя Господне! Что же, Христос противоречит пророку Иоилю и Своим же первоверховным Апостолам, которые возвестили, что «всякий, кто призовёт имя Господне, спасётся» (Иоил. 2:32; Деян. 2:21; Рим. 10:13)? Нет, конечно, и решение данного кажущегося противоречия довольно просто, ибо призывать имя Господа нужно истинно и не лицемерно, то есть, не просто называть Христа Господом, но и относиться к нему как к Господу (господину), исполняя волю Его. Об этом и говорит Христос. Поэтому, понимать слова Писания: «всякий, кто призовёт имя Господне, спасётся» нужно только так, что всякий, кто призовёт имя Господа по истине, то есть, кто будет и называть Христа Господом, и исполнять Его волю, тот спасётся. А воля Христа заключается (в частности) в том, чтобы всякий верующий в Него присоединялся к Его Церкви (а не к самозваным человеческим рукотворным протестантским обществам) и крестился в Ней во оставление грехов. Поэтому, если протестанты призывают имя Господне, но не исполняют Его волю и не крестятся в Его Церкви, то они призывают Его не истинно и находятся среди говорящих Христу «Господи! Господи», но не входящих в Царствие Божие.

Нужно понимать также, что слова «призвать имя Господа» имеют значительно больший смысл, чем просто обратиться к Господу и назвать Его имя в молитве, в чём можно уже было убедиться. Ведь что значит призвать имя Господа? В гефсиманской молитве к Отцу Христос говорил: «Я… совершил дело, которое Ты поручил Мне исполнить… открыл имя Твое человекам, которых Ты дал Мне» (Ин. 17:6). «Открыл имя» это не значит, что Христос научил Своих учеников правильно произносить имя Божие «Ягве» или «Иегова», как считают расселисты, или что Он научил обращаться к Богу «Отец» или «Авва», ибо главная миссия и дело Христа заключалось отнюдь не в этом (ведь евреи и до Христа знали Имя Божие, и называли Его в молитвах «Отцом»). Спаситель открыл имя Отца в том смысле, что открыл Его личность963 и показал Собою, каков есть Бог Отец. Дело Христа заключалось, прежде всего, в том, чтобы искупить человека от власти греха и ада, для чего Он умер и воскрес. И для того, чтобы плоды Его победы могли усвоить люди, Христос создал Церковь Свою. Именно в Церкви через, прежде всего, Таинство Крещения, человеку открывается имя Божие, ибо именно в Крещении он погружается во имя (то есть в саму личность) Отца, во имя Сына и во имя Духа Святого.

В библейском языке, как известно, слово «познать» означает глубокое, опытное познание и соединение с предметом познания. Так, Адам познал Еву не в том смысле, что просто узнал о ней и увидел её, но так, что теснейшим образом соединился с ней. Так и Бога человек может познать (другими словами – ему может быть открыто имя, личность Божия) путём теснейшего с Ним соединения, а это происходит, прежде всего, в Таинствах: Крещения, когда человек погружается в личность Отца, Сына и Святого Духа; Миропомазания, когда Бог Дух Святой входит в человека Своей личностью; и Причастия, когда человек вкушает само пречистое Тело и Кровь Христовы, соединяясь со Христом всецело – и духом, и душой, и телом. Вот так, прежде всего, открыл Христос Отца Своим ученикам: Он дал им возможность соединиться с Богом теснейшим образом, поистине познать Его; и до этого никто из праведников Ветхого Завета не соединялся с Богом так, как соединяется с Ним Церковь. Таким образом, призвать имя Господа в полном евангельском смысле слова значит истинно (православно) уверовать во Христа, в Крещении погрузиться во имя Господа, получить дар Святого Духа, причаститься Христа и жить по всем Его заповедям для того, что бы призванный и пришедший к нам, и сотворивший в нас Свою обитель Господь (см. Ин. 14:23)964 не оставил нас и не ушел из нашего сердца, а напротив, постепенно наполнил Собою всю нашу душу. И как Христос был послан Своим Отцом для того, чтобы открыть имя Божие не всем, а «человекам, которых Ты дал Мне», то есть верным Своим ученикам, так и Апостолы были посланы Христом с той же миссией: «как Ты послал Меня в мир, так и Я послал их в мир» (Ин. 17:18). Апостолы передали в свою очередь это посланничество своим ученикам, а те – своим, и так до наших дней. Поэтому, только Церковь может сегодня открыть человеку Имя Божие, погрузив его в Триединого Бога в Таинстве Крещения; только в Церкви может человек в полном смысле слова призвать имя Господа, ибо откликаться на его призыв и приходить к человеку Господь желает в полном смысле только в Церкви в Её таинствах.

На вопрос о призывании имени Господа можно ответить и более простым способом. Давайте опять обратимся к помощи притчи. Представим, что в каком-то городе распространяется смертельная болезнь, и есть только один врач, который способен её излечить. Среди людей ходит молва, что всякий, кто приглашает к себе этого врача, выздоравливает. Итак, истина заключается в том, что всякий, кто призовёт врача, спасётся. Теперь давайте рассудим, что значит это выражение? Если какой-нибудь больной, лежа на постели, позовёт врача, назовёт его имя, но врач его не услышит, спасётся ли он? Нет, ведь очевидно, что позвать врача нужно так, чтобы он услышал. А если больной позовёт к себе врача и врач услышит его, но не захочет по каким-то причинам к нему прийти, спасётся ли больной? Нет, ведь позвать врача нужно так, чтобы он согласился прийти – заплатить ему или умолить. А если врач услышит, и придёт, но больной не откроет врачу дверь, спасётся ли он? Нет. Ну а если врач услышит, придет и войдёт в его дом, даст ему спасительное лекарство, но больной не станет его принимать, то сможет ли он вылечиться? Опять же, нет. Итак, мы ясно видим, что выражение «всякий, кто призовёт врача, спасётся» – истинно, но его нужно правильно понимать, то есть условно. Больной тогда спасётся призыванием имени врача, когда будут соблюдены все должные условия: 1) врач услышит его призыв; 2) пожелает к нему прийти и придёт; 3) больной впустит врача к себе в дом и 4) исполнит все его предписания, приняв все назначенные лекарства и лечение.

Так вот, всякий, кто призовёт имя Господне, спасётся не безусловно, а при соблюдении определённых, Библией указанных условий. Нужно так призвать Господа, чтобы Он 1) услышал нас965; 2) чтобы Он пожелал к нам прийти и соединиться с нами для нашего спасения; 3) чтобы для этого мы истинной верой открыли Ему двери своего сердца, и 4) чтобы мы исполняли Его волю в дальнейшем. Вот такое призывание имени Господа спасает.

Если же говорить о протестантах, то они не могут спастись именно потому, что не призвали и не призывают имя Господне по истине. Господь, как уже было сказано, обозначил путь и условия, при которых Он желает прийти к человеку на его призыв – через правую веру и Им в Его Церкви установленные таинства. Протестанты же не желают исполнять волю Христа; они убежали от Церкви и поносят Её вместе с Её таинствами, извратили многие догматы веры, создали свои богопротивные церкви, и при этом зовут Господа: приди и поселись в наших церквах и наших сердцах. Да такие призывания протестантами имени Господа при таких условиях – мерзость для Него. Он закрывает Свои уши, чтобы не слышать их призывов (ср. Ис. 1:15; Иез. 8:18), и Он никогда не откликнется на них и не придёт к протестантам, если они не перестанут противиться Его воле, Его истине и Его Церкви.

Вернёмся к нашей притче и представим, что какая-нибудь больная враждует и ненавидит детей того врача, но приходит к врачу и просит его прийти к нему и излечить её. При этом она говорит ему, что через двери она его не пустит, а только через окно, так как ей не нравится, когда кто-то входит к ней через двери; и лекарства его ей тоже не все нравятся: часть она примет, а часть – нет. Сможет ли врач при таких условиях помочь больной, и захочет ли войти к ней через окно? Так вот, эта больная – протестанты. Они враждуют с Церковью, детьми Божьими; они не желают пускать Христа в своё сердце через те двери, которыми Он Сам желает входить к человеку – через Таинства, совершаемые в Его Церкви законными священнослужителями; они желают исполнять только часть Его заповедей, а другую часть не желают. Так может ли и пожелает ли Христос прийти и спасти их? Нет, ибо сами протестанты не желают призвать Его святое Имя должным, угодным Ему образом.

Возражение 3. Как аргумент против крещения как необходимого средства спасения, протестанты постоянно приводят также пример разбойника на кресте, который спасся без всякого крещения.  Православный ответ на этот вопрос такой.

Во-первых, разбойник умер ещё ветхозаветным человеком. Эра Новозаветной Церкви началась примерно через два месяца после его смерти. А все ветхозаветные праведники спасались без Крещения, но они и не входят в славу Церкви – невесты Христовой. Ведь на браке Агнца будет и невеста – Церковь, и возлежащие – друзья Христовы, как написано: «в испещренной одежде ведется она (царица) к Царю; за нею ведутся к Тебе девы, подруги ее» (Пс. 44:15). Иисус Христос не зря сказал, что «из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя; но меньший в Царстве Небесном больше его» (Мф. 11:11). Это значит, что меньший в Церкви по благодати больше, чем самый великий праведник Ветхого Завета, каким был Иоанн Креститель, ибо в Церкви человек крестится во Христа, получает дар Духа Святого и причащается самого пречистого Тела и Крови Христовых, а таковой благодати не имел ни один ветхозаветный праведник. Поэтому, хотя разбойник и спасся без Крещения, то в славу Церкви он не вошёл.

Нам же, живущим в Новом Завете, говорить о спасении по законам Ветхого Завета –  преступно. Мы должны спасаться уже по законам Церкви и стремиться войти в Её славу, а для этого теперь, после дня Пятидесятницы, когда была рождена Церковь, совершенно необходимо креститься во оставление грехов, как писал о том Тертуллиан: «до страдания и воскресения Господа для спасения была одна вера. Но когда вера эта умножилась верою в рождение, страдание и воскресение Его, тогда дарованы полнота таинству…» (полнее эта цит. приводилась в абз. 60). О том пишет и Димитрий Чуйков: «Итак, как не всякому дано уверовать в Творца вселенной, и как не всякому из уверовавших в Творца вселенной дано уверовать и в то, что Создатель наш есть Бог Иегова, и как не всякому уверовавшему в Творца неба и земли – Господа Иегову дано уверовать и в Сына Его Иисуса Христа, то есть в Того же Иегову Господа, сотворившего небо и землю, да еще и пришедшего, вочеловечившись, в созданный Им мир, – а последующих все меньше, чем предыдущих, – так, наконец, не всякому уверовавшему в Сына Божиего дано уверовать и в Бога Иегову, оставшегося на земле в Теле Христовом; то есть не всякий верует во Святую Соборную и Апостольскую Церковь, а значит не всякий верующий во Христа нашел Христа, если не обрел в этом мире Тело Его, Которое есть Его Православная Церковь, а значит и не всякий верующий во Христа имеет Христа в себе, то есть – дар Духа Святого, который дает только Новозаветная Православная Церковь… В доветхозаветное время обретением Бога являлась вера человека в Единого Господа, сотворившего небо и землю, и для того времени это был предел Богопознания. В наши же дни, имеющий только такую веру, отстает от жизни более чем на четыре тысячелетия. Верующий же и во Христа, но к Его Православной Церкви не принадлежащий, отстает от жизни на два тысячелетия»966.

Таким образом, современному человеку, знающему Евангелие, для спасения нужно найти в этом мире среди многих лжецерквей истинную Церковь и войти в Неё посредством Крещения, ибо после дня Пятидесятницы недостаточно только веровать во Христа, как при Его жизни, но необходимо креститься в Церкви во имя Его.

Во-вторых, разбойник спасся по слову Самого Христа Спасителя. Если и сейчас Христос пожелает кого-то спасти без Церкви, без Крещения и без всех остальных таинств, то Он может это сделать, ибо Он есть Господь Вседержитель, Победитель ада и смерти, способный в миг просветить и освятить любого человека, изменить, как поётся в православной службе, «естества чин», то есть всю природу человека. Но мы знаем то, что Сам Христос желает совершать спасение не так, а через Свою Церковь и через установленные Им Самим таинства. Потому, если даже Христос и в Новозаветное время пожелает кого-то спасти иным путём, одним Своим словом – мы Ему не указ, но любое теоретически возможное исключение никогда не отменяет правила. Правило же для спасения Христос определил ясно: «идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа»; «кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие»; «кто будет веровать и креститься, спасен будет». Ясно зная волю Христа, но при этом изо всех сил пытаться от неё уклониться, цепляясь за пример исключения, причём ветхозаветного, к временам Церкви отношения не имеющего, есть дело не благородное и богопротивное.

Примеры новозаветного исключения из правила о крещении всех верующих, о которых стоит упомянуть, это Апостолы: в Евангелии нет свидетельства о том, что они были крещены церковным Крещением967, кроме ап. Павла. Но если предположить, что Апостолы действительно не были крещены (церковным Крещением), то в таком случае нужно будет полагать, что всю благодать Крещения они приняли в день Пятидесятницы при сошествии на них Духа Святого; то есть, они мистически были погружены в личность Отца, Сына и Святого Духа без видимого элемента Таинства Крещения – воды.

Другим законным новозаветным исключением из правила крещения для спасения можно считать так называемое крещение кровью. «Это тогда, – объясняет митр. Макарий, – когда кто-либо, ещё не успев креститься водою и Духом, подвергается гонениям за веру Христову, проливает за неё кровь свою и вкушает самую смерть, и таким образом крестится тем самым крещением, каким крестился Христос (Мф. 20:22–23968. Истинность и действительность такого крещения издавна признавала Церковь.

Так, в «Апостольских Постановлениях» говорится:  «А сподобившийся мученичества пусть радуется радостью о Господе, что получил таковой венец и изшел из жизни чрез исповедание. Хотя бы он был оглашенный, да отыдет без печали; ибо страдание за Христа будет для него славнейшим крещением, потому что он соумирает Господу на деле…» (кн. 5/6).

Св. Киприан Карфагенский писал: «Да будет известно, что оглашенные (которые подвергаются мученичеству) не лишаются Таинства Крещения: ибо крещаются славнейшим и величайшим крещением крови, о котором и Господь говорил, что Он имеет креститься иным крещением (Мф. 20:22969.

Св. Кирилл Иерусалимский: «Кто не примет крещения, тот спасения не имеет, кроме только мучеников, которые и без воды получают царство небесное. Ибо Спаситель, искупляя вселенную крестом и быв пронзён в ребро, извел из него кровь и воду, дабы одни во времена мира крестились водою, другие во времена гонений крестились собственной кровью. Да и мученичество Спаситель назвал крещением, говоря: «можете ли пить чашу, которую Я пью, и креститься крещением, которым Я крещусь? (Мк. 10:38970.

Св. Григорий Богослов: «Знаю и четвёртое крещение – крещение мученичеством и кровью, которым крестился и Сам Христос, которое гораздо достоуважительнее прочих, поколику не оскверняется новыми нечистотами971»972. Но к этому важно добавить, что Церковь издревле относила это только к православным. Сектантов же и злостных еретиков, по учению Церкви, не спасает и мученическая смерть за Христа, ибо он умирает не за Христа, а за свою ересь.

Без Крещения (и без мученичества) некоторые люди могут быть спасены и в новозаветное время, а именно те, которые не слышали Евангелия и жили по законам своей веры и совести. Они будут спасаться по своим делам и совести (об этом будет ещё разговор в гл. 21, абз. 180–183). Но, опять же, таковые никогда не смогут войти в славу Церкви. Кроме того, это не имеет к нам, знающим Евангелие и слышавшим проповедь Церкви, никакого отношения. Раз мы услышали проповедь и призыв Церкви православно уверовать во Христа, креститься в Него, получить в Церкви через миропомазание Духа Святого, причаститься Тела и Крови Его, то мы уже не можем спасаться как-то иначе. Если мы отвергли призыв Церкви, то мы отвергли Христа, отвергли своё спасение. Ведь кто «церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь».

Итак, после дня Пятидесятницы те, до которых достигла проповедь Церкви, чтобы спастись, должны непременно креститься.

Возражение 4. Если крещение возрождает, то почему же в жизни многих людей, крещённых в Православной Церкви, не видны плоды их новой жизни?

Для ответа на этот вопрос нужно понять два главных момента.

Во-первых, нужно хорошо понимать, что такое возрождение по самой сути? что происходит с человеком при Крещении? и каких плодов нужно от него после этого ждать? Возрождение значит: новое рождение, новая жизнь. Крещение возрождает человека таким образом, что ему даруется новая, Божественная жизнь. Лучше всего это можно сравнить с тем, когда в землю садится семя. Когда земля принимает семя, то она принимает новую жизнь и, можно сказать, возрождается. Затем это семя будет расти, а качество и скорость роста зависит от того, какова будет земля, и каков будет полив и уход за этим семенем. Так вот, при Крещении (и Миропомазании) человеку даётся семя новой Христовой жизни; в его душе поселяется Дух Святой. Но после этого, человек должен взращивать эту новую жизнь в себе, удаляя из души сорняки греха, препятствующие Духу Святому наполнить Собою всю душу человека. Хорошо об этом сказал св. Игнатий Брянчанинов: «Христос насаждается в сердца наши таинством святого крещения как семя в землю. Дар этот сам собою совершен: но мы его или развиваем или заглушаем, судя по тому, какое проводим жительство. По этой причине дар сияет во всём изяществе своём только в тех, которые возделывают себя евангельскими заповедями и по мере этого возделания»973, а также: «крещённый человек, делая добро, принадлежащее естеству обновлённому, развивает в себе благодать Всесвятаго Духа, полученную при крещении, которая, будучи неизменяема сама по себе, светлее сияет в человеке по мере делаемого им Христова добра. Так светлее сияет неизменяющийся сам по себе солнечный луч по мере того, как свободнее небо от облаков. Напротив того: делая по крещении зло, доставляя деятельность падшему естеству, оживляя его, человек теряет более или менее духовную свободу. Грех снова получает насильственную власть над человеком, диавол снова входит в человека, соделывается его владыкой и руководителем»974. Ту же мысль выражал и древний святой епископ-мученик Киприан: «Духовная благодать, которая в крещении равно приемлется верующими, потом поведением и действиями нашими или уменьшается или умножается, подобно тому, как в Евангелии семя Господне равно сеется, но, по различию почвы, иное истощается, а иное умножается в разнообразном изобилии, принося плод в тридцать, шестьдесят или сто раз больше»975. И так как Бог со Своей стороны всегда делает всё необходимое для возрастания человека в Нём, то всё зависит от самого человека. Потому Православие и подчёркивает важность и полную необходимость усилий со стороны человека в деле совершения своего спасения. Если он будет стремиться исполнять заповеди Христа и удаляться от греха (хотя человек не может достичь этого сам, а только в синергизме с Божьей благодатью), то новая жизнь в нём будет заметно расти: человек будет всё больше исполняться (наполняться) Духом, и всё больше освящаться, и плоды Духа будут всё больше будут проявляться в его жизни. Если же он не будет усердствовать в духовной жизни, и не пожелает расчищать душу от сорняков греха и страстей, то семя новой жизни не сможет расти в нём, и так и останется бесплодным. Никто, таким образом, и не увидит в нём никаких плодов новой жизни. В Египте были найдены семена, которые пролежали бесплодно тысячи лет, так как у них не было влаги и почвы для прорастания. Но они не умерли, и как только им создали благоприятные условия для роста, они стали расти. Вот на этом простом примере можно понять то, как это может человек быть и возрождённым, и не являть никаких добрых плодов. И таковые люди всегда есть в Церкви.

Ф.М. Достоевский замечательно сказал, что Бог с диаволом борется, а поле битвы – сердца людей. И после Крещения человека борьба эта отнюдь не заканчивается – наоборот, со входом Христа в душу человека борьба только обостряется. Плоть и её страсти продолжают угнетать душу и склонять её ко греху и жизни по плоти, а жизнь Божия склоняет человека к святости и жизни по Духу. И если человек распинает свою плоть с её похотями, то дьявол в его душе проигрывает и отступает, а Господь занимает в душе большее пространство. Если же человек слушает больше диавола и любит свои страсти, то его новая жизнь заглушается, благодать потесняется, и душу человека всё больше занимает враг. Потому и сказано: «Духа не угашайте» (1Фес. 5:19).

Итак, отсутствие плодов праведности в некоторых крещённых людях не является свидетельством того, что Крещение не возрождает или что оно не имеет в Православии силы, а именно такой вывод спешат сделать протестанты, радуясь очередному поводу сказать что-нибудь злое в адрес Христовой Церкви. Нет. Этот факт говорит лишь о том, что те конкретные люди не дают Духу Святому возможности проявить Себя. Но возрождены ли эти люди? Да, возрождены, и именно в том смысле, что они имеют в себе семя (не дерево с плодами, а только семя!) новой жизни, и потенциально оно всегда способно начать расти. Такие возрождённые, но бесплодные люди, отличаются от некрещёных (которые по плодам жизни таковы же, как и они) так же, как отличается земля, принявшая семя, но не приносящая плода (из-за отсутствия полива и множества сорняков) от такой же земли, но которая не имеет этого семени. Видимого отличия между нерадивыми крещёными и мирскими людьми может и не быть: более того, крещёные могут даже больше грешить, чем некрещёные, но при этом между одними и другими есть принципиальное и существенное отличие: в первых (крещёных, возрождённых), как только они начнут трудиться над своей душой, их новая жизнь тут же проявится, а во вторых, сколько ни трудись, никак не может проявиться жизнь и плоды Духа Святого, так как самого Его семени в их душе нет. Да, они могут творить добрые дела, но всё это будет производить Дух Святой в таком человеке только извне, или через его совесть. То есть некрещёный человек не имеет в себе новозаветного дара Духа Святого, в нём не живёт Сама Его Личность. Когда же случается, что человек – быв крещён в детстве, но которого в вере никто не воспитал, и он прожил много лет во грехах и неверии – обращается к Богу, то его не перекрещивают, ибо «одно крещение» (Еф. 4:4): Господь же, как правило, не отнимает у человека благодати Крещения, залог Духа Святого, до конца его жизни, несмотря на его грехи. И если крещёный человек, живший во грехах, кается и обращается к Богу, то семя новой жизни не даётся ему заново, а просто начинает расти и давать свои плоды.

К этому важно дополнить, что в Крещении возрождается только дух человека, а дальше человек призван распространить это возрождение на душу и тело, то есть он должен сообразовать и выстроить все сферы и отношения своей жизни в соответствие со своим новым рождением. То есть он должен умерщвлять дела плоти, и творить дела Духа. В этом и заключается процесс освящения и спасения человека. И каждый проходит этот путь по-разному: одни освящаются очень ревностно, другие – менее, а третьи вообще не занимаются своим освящением и спасением. Оттого и различный результат; оттого в одних плоды Духа ясно видны, а в других меньше или вообще не видны.

Во-вторых, кто судьи? Протестантам кажется, что все православные без исключения не возрождены. В своей истории баптисты прямо заявляют, что «…Ф. Онищенко был первым украинцем, который пережил рождение свыше»976. И естественно, то же самое баптисты скажут и о России, и не только о православных до XIX века, но и о живущих в наше время. То есть мысль баптистов именно та, что среди православных вообще нет возрождённых людей. И так как, по их мнению, для возрождения нужна вера во Христа как своего личного Спасителя, то значит, никто из православных не верует и не веровал во Христа за всю тысячелетнюю историю христианства на Руси… Не буду сейчас останавливать внимание на том, насколько слова эти не только великое безумие и наглость, но и прямая хула на Духа Святого. Подумаем о другом: как баптисты судят об этом? Исходя из своего понимания, из своего искажённого духовного опыта и своих представлений о том, что есть возрождение, и каковы должны быть его плоды. Протестант видит, например, что православные ездят в паломничества, поклоняются святыням и иконам, молится святым, и, пропуская через своё мировоззрение, делает вывод, что всё это плоды язычества и идолопоклонства. Видит, что православные много молятся по молитвослову, и заключает, что это плоды мёртвой и формальной веры, что у них нет «личных отношений со Христом». Видит, как подвизаются монахи, и думает, что они отвергают благодать Божию и стараются спастись собственными делами, а значит, они и не возрождены. Видит, что православные в разговорах не цитируют, обычно, через каждое слово Библию и думает, что Слово Божие не живёт в их душе, и т.п. Но эти выводы очень часто неверны только потому, что протестанты совершенно не понимают православную духовную жизнь, и совершенно не способны правильно оценивать её плоды и проявления. Когда я жил в доме своего отца, я был убеждён, что вокруг нас все наши соседи – неверующие и совершенно не возрождённые люди («православный» и «неверующий» в понимании баптиста обычно синонимы). Но однажды, когда я уже был православным священником, одна соседка заболела и пригласила меня к себе пособоровать её, исповедать и причастить. И когда я совершил всё это и пообщался с ней уже как православный человек, то я увидел её совершенно иными глазами. Это была очень верующая и добрая женщина, которая много молилась, читала Евангелие и духовные книги, очень любила Бога и искренно со слезами исповедовалась. Но по своей скромности, не считая себя способной полемизировать с баптистами, она никогда не говорила с нами о своей вере, не цитировала Писание, и я вслед за своим родителями считал её поэтому не возрождённой. И таких людей в Православии очень много, которые живут тихо, молятся Богу, любят Его, всегда стараются поступать с людьми так, как хотели бы, чтобы с ними поступали люди, но протестантам они кажутся не возрождёнными только потому, что они другого духа и ведут себя не так, как они, и иначе выражают свою веру.

Нужно здесь сказать, что у каждой секты есть свой дух, которым его носители определяют «своих». Так, например, у баптистов и «свидетелей» различные духи, что очень легко заметить. Поэтому, баптисты и не признают в расселистах своих. И если спросить баптиста: «кто такой возрожденный человек и каковы его плоды?» он ответит: «возрождённый человек стремится делать добро, удаляется от греха, молится Богу, любит Его Слово, посещает собрания» и т.п. А возрождены ли «свидетели»? Нет – это обычное мнение баптистов. Почему же нет? Ведь они любят читать Библию, проповедуют, молятся, удаляются от греха, много помогают друг другу и пр.? На этот вопрос баптист скажет, что хотя всё это и так, но их духовность не такая, неправильная, что они неправильно учат, а значит, они не могут быть возрождены. Кто же тогда производит в них все эти плоды? Очевидно, дух заблуждения, который подражает Духу Святому и производит в них все эти плоды, которые только с виду хороши. Таким образом, протестант судит о возрождении человека не просто по его добрым делам, а прежде всего по соответствию духа человека своему собственному. Харизматы, например, отличающиеся, как известно, тем, что через каждое слово говорят «аллилуйя» и «будь благословен», и, постоянно находясь в восторженном настроении, считают баптистов, которые ведут себя иначе, то ли за совсем невозрождённых, то ли за полуживых и хромых в вере, и т.д.  Таким образом, если человек говорит о Христе, делает добрые дела, молится Богу и пр., но делает он всё это не так, не в таком духе, как сам судящий, то первый не будет признан за своего, во всяком случае, в полной мере. Поэтому, из-за того, что православная духовность сильно отличается от их собственной, протестанты и не могут признать в православных возрождённых людей, и вообще увидеть плоды Духа, ибо судят они по своим личным критериям, по своему духу, а дух протестантизма ясно свидетельствует им, что православные иного духа, то есть, в понимании протестанта, не Божьего. Поэтому, приняв духа заблуждения, протестанты уже не могут судить о православных и правильно оценивать плоды Духа Святого.

Ещё важно сказать, что часто под словом «возрождение» разумеются разные вещи, от чего и происходит непонимание. Нужно выделить два главных (важных для нашего разговора) значения этого понятия. В евангельском, церковном смысле возрождение значит то, о чём и говорится в данной главе – семя новой жизни, даруемое человеку при Крещении. Во втором значении, возрождение может употребляться в значении нравственного переворота в жизни, часто как синоним покаяния. При этом может быть вот как. Человек услышал Евангелие, поистине уверовал во Христа и обратился от своего неверия. В нём произошёл некий умственный переворот, переосмысление ценностей жизни, возрождение во втором смысле. Всё это происходит, безусловно, по действию благодати Божией, но благодать эта действует на человека из вне. В Крещении же эта благодать входит в самого человека, как пишет о том митр. Макарий: «Таким образом, благодать Божия, доселе (до Крещения) только призывавшая грешника к вере Христовой и возбуждавшая в нём веру, здесь в первый раз таинственно изливается на самое существо человека, и совершенно очищает его, освящает, возраждает»977. Об этом говорит и свящ. В. Рубский: «…протестанты смешивают два разных действия, часто называющихся одним и тем же словом – «возрождение». В Православии тоже есть понятие о возрождении как обретении веры, покаяния, преданности и т.д. Но когда говорится о возрождении в Таинстве Крещения, разумеются более глубокие вещи. А именно: усыновление Богу через Иисуса Христа (Еф. 1:5). Первое возрождение открывает Спасителя, второе – соединяет с Ним. Возрождённый верою приходит к купели, чтобы возродить своё падшее естество к обновлённой жизни (Рим. 6:4), стать чадом Божиим. Об этих двух возрождениях души апостол Иоанн благовествует: А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими (Ин. 1:12). В крещении происходит поистине рождение нового человека»978.

Итак, Дух Святой и до Крещения может влиять на человека, побуждать его к раскаянию и пр., но это действие Духа будет только из вне, а не изнутри. И под таким воздействием, из вне, человек, конечно же, может очень измениться и являть плоды праведности, и такое изменение можно назвать возрождением (во втором смысле). Внутрь же себя принять Духа Святого, новую жизнь во Христе, человек может только через таинства Церкви – Крещение и Миропомазание. Протестанты же совершенно не различают одно и другое возрождение, и считают, что если только человек покаялся и изменил свою жизнь, то он уже возрождён духовно.

Кроме того, нужно понимать, что нравственный переворот, влекущий за собой резкое изменение жизни и оставление каких-то грехов (что для протестантов и является главным свидетельством возрождения) переживают многие люди, и изменение жизни отнюдь не всегда является действием истинной веры и благодати. Хороший тому пример – расселисты: сколько у них свидетельств о том, что вот человек жил по-мирски, пил, курил, бил жену, изменял, дрался и пр., а потом пришёл к ним, уверовал и жизнь его совершенно изменилась? Подобных свидетельств множество и у ивановцев, и у буддистов, и у мормонов, и у коммунистов – сколько людей, приняв коммунизм, стали очень честными, трезвыми, сознательными, трудолюбивыми, жертвенными и пр. Но все эти жизненные перевороты не означают ещё истинного духовного возрождения, а происходят они потому, что за каждой ложной идеологией, религией и сектой стоят свои духи (бесы), и если человек принимает ересь баптизма, например, то другие, более мелкие бесы (или бесы более грубых грехов) пьянства, курения, наркомании, блуда и пр. уступают место более тонкому, сильному и страшному бесу ереси. Протестантам кажется кощунством приписывать дьяволу избавление от грехов, но часто от грехов освобождает человека именно он. Например, враг держит человека в страсти пьянства или блуда, но потом, видя расположенность человека к большим грехам, сам помогает ему освободиться от менее значимых и страшных страстей, ради того, чтобы этот человек стал, например, субботником, расселистом, мормоном или баптистом, и проповедуя свои ереси губил бы уже не только себя, но и многих других. То есть, дьявол часто освобождает человека от одних, грубых грехов ради больших и более тонких грехов. Ересь же и сектантство – это намного более страшные грехи, чем пьянство или блуд. К тому же, освободить сектантов от внешних грехов дьяволу нужно для двойного обольщения. Во-первых, так как всякая секта подражает Церкви, а Церковь являет плоды праведности, то и сектанты, чтобы преуспеть в своём деле обольщения людей, должны являть, прежде всего, внешние плоды «праведности», иначе никто за ними не пойдёт. Во-вторых, это нужно дьяволу для обольщения самого сектанта, который, получивший освобождение от некоторых грехов, считает это истинным возрождением и действием Бога, и к нему приходит сильное убеждение, что та секта, в которой он получил такое освобождение – истинная Церковь. И это – одно из самых коварных и пагубных обманов, которые только придумал диавол. (Больше об этом ещё будет сказано в гл. 21, абз. 144–146; 123–136).

Таким образом, нравственный переворот, освобождение от каких-то грехов и изменение жизни отнюдь не обозначает ещё духовного возрождения, которое происходит только в церковном Крещении. Более того, освобождение от грехов и изменение жизни не всегда является действием благодати, не всегда обозначает истинное возрождение ума, и не всегда приводит в истинную Церковь к духовному возрождению в Таинстве Крещения, а часто является дьявольским обольщением.

Возражение 5. Почему православные часто крестят человека сразу, без предварительного научения и испытания? Протестанты, ссылаясь на слова Христа «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь» (Мф. 28:19–20) говорят, что нужно сначала научить, а потом крестить, а православные не следуют заповеди Христа и часто крестят без предварительного научения. Одним словом, суть вопроса заключается в том, насколько человек должен быть научен перед тем, как креститься?

Для того, чтобы разобраться с данным вопросом, для начала нужно понять, почему Христос два раза использует слово «учить»? В русском переводе в обоих местах используется однокоренное слово, но в греческом оригинале здесь стоят два разных слова. В первом случае стоит глагол μαθητεύσατε (мафитэфсатэ) от μαθητης (мафитис) – ученик, и буквально значит «делайте (приобретайте) учеников». Во втором же случае стоит деепричастие διδάσκοντες (дидаскондэс) от глагола διδάσκω (дидаско) – учить, и значит тоже же самое, что и в русском – «уча».

Так какова же разница между первым и вторым словом, между приобретением учеников и научением? Как приобретаются ученики, и много ли нужно для этого времени? О том, как скоро стал учеником Христа Матфей, мы читаем в Евангелии: «Проходя оттуда, Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфея, и говорит ему: следуй за Мною. И он встал и последовал за Ним» (Мф. 9:9). Как только Матфей откликнулся на призыв Господа, он стал Его учеником. Итак, Христос приобрёл Себе ученика за минуту. А потом уже Иисус начал Его учить. Не много понадобилось времени для приобретения учеников (и их крещения) и ап. Петру. После одной его проповеди «охотно принявшие слово его крестились» (Деян. 2:14–48), и таковых было три тысячи. И после этого они стали учиться у Апостолов всему остальному (см. Деян. 2:42). Так же и евнуху понадобилось совсем немного времени для того, чтобы стать учеником Христа и принять крещение: «Филипп отверз уста свои и, начав от сего Писания, благовествовал ему об Иисусе. Между тем, продолжая путь, они приехали к воде; и евнух сказал: вот вода; что препятствует мне креститься? Филипп же сказал ему: если веруешь от всего сердца, можно. Он сказал в ответ: верую, что Иисус Христос есть Сын Божий. И приказал остановить колесницу, и сошли оба в воду, Филипп и евнух; и крестил его» (Деян. 8:35–38). Как и у кого в дальнейшем учился вере Христовой евнух, в Деяниях не сообщается. В течении одной ночи уверовал и крестился и темничный страж со всем домом своим (Деян. 16:25–34). Очень скоро – через три дня – после своего обращения к вере крестился и ап. Павел (см. Деян. 9:1–19).

Итак, есть все библейские основания для того, чтобы уверовавшим во Христа преподавать крещение в короткий срок. Если человек изъявляет желание креститься и жить согласно учению Христа, если он исповедует свою веру в Него (православный Символ Веры), то его можно крестить. Научение же всему остальному будет происходить после, и всю свою жизнь христианин не должен прекращать учиться.

Протестанты же, считая «великое поручение» (Мф. 28:19–20) Христа важнейшей задачей всей своей жизни, кроме того, что они не понимают главного (что это поручение дано не им, а Церкви, и что стараясь исполнить его, они чаще всего делают только вред, распространяя свои лжеучения), они не понимают даже элементарного грамматического смысла этих слов, думая, что здесь повелевается перед крещением обязательно научить человека вере. Об этом хорошо говорит Димитрий Чуйков: «"Сделать учеником» – это еще не значит: «предварительно научить». Так, первого сентября многие дети становятся учениками такой-то школы, такого-то класса, такого-то учителя, но разумеется, что они еще ничему не были научены в этой школе, в этом классе, этим учителем. Так и всякий человек становится учеником Христа, когда приходит ко Христу через Крещение во Имя Его и, получив дар Духа истины и премудрости, постигает учение Христово. Конечно, учиться заповедям Христовым в определённой мере можно (а часто и нужно) и до Крещения, так как Дух истины в некоторой степени оказывает Своё благотворное воздействие и на неомытое сердце человеческое, без чего, разумеется, вообще бы никто не мог прийти к Крещению. Учеником же Христа можно стать только после Крещения во Имя Христово, если Он изберёт Вас в Свою школу благочестия.

Ещё нужно заметить, что хотя слово μαθητεύσατε (делайте учениками) стоит и перед словом «крестить», но это никак не значит, что сначала нужно делать учениками, а потом крестить. Такое понимание исходит от предвзятости и неграмотности еретиков. Слова Христа: «Делайте учениками все народы, крестя их» так и нужно понимать, как написано, то есть: «делайте учениками крестя», то есть – одновременно с Крещением, как, например, если сказано: «И начал Иона ходить по городу, сколько можно пройти в один день и проповедовал говоря: 'ещё сорок дней, – и Ниневия будет разрушена!'» (Ион. 3:4), – то конечно же, делать вывод, что Иона сначала прошел по Ниневии, а потом проповедовал, и уж тем более, что он сначала проповедовал, а потом говорил, – только из-за того, что слово «ходить» стоит в этом стихе раньше слова «проповедовал», а слово «проповедовал», раньше «говорил», – совершенно не правильно! Очевидно, что Иона и шел по Ниневии и проповедовал в ней и говорил – одновременно»979.

Итак, в Мф. 28:19–20 ничего не говорится о том, что перед крещением человек обязательно должен быть научен вере Христовой (по крайней мере, здесь ничего не говорится о степени научения Вере до крещения).

Протестанты говорят, что нужно человека испытать и убедиться, что намерения его серьёзны, и что он действительно будет жить по Евангелию, и не отпадёт от веры. Но кто может безошибочно судить о намерениях человека, и кто может поручиться за него, что он будет жить дальше по вере? Никто. Баптисты, например, испытывают новообращённых часто по нескольку лет, всей общиной беседуют с ним и расспрашивают его, потом все, часто единогласно, голосуют за его крещение, но некоторые люди всё же уходят от них – каждый год баптисты и другие протестанты отлучают от своей церкви значительное число своих членов – эта «текучесть» в протестантской среде особенно наблюдается в последнее время. Таким образом, мы не можем точно знать, отпадёт человек от веры, или нет, но Церковь должна каждому предоставить возможность стать на путь веры, войти в Церковь и начать путь освящения. А как человек будет совершать своё спасение – зависит от него. И в апостольской Церкви мы видим, что многие люди принимали веру и Крещение и даже были сотрудниками Апостолов, но потом отпадали от веры и благодати, и, по всей видимости, навеки погибали. Таковы: Симон волхв (Деян. 8:13–24), Анания и Сапфира (Деян. 5:1–10), Диотреф (3Ин. 1:9), Димас (2Тим. 4:10), диакон Николай980 (Деян. 6:5), Именей с Александром и Филитом (1Тим. 1:19–20; 2Тим. 2:16–18), и другие. Так если недостойные члены Церкви были даже при Апостолах, которые находились под особым водительством Духа Святого и, имея дар прозорливости и возможность предвидеть конец этих людей, могли не преподавать им крещение, но, тем не менее, крестили и таковых, то тем более такие люди могут быть и всегда были и в последующие времена Церкви. Если Апостолы крестили и верных, и тех, которые впоследствии оказывались неверными, то тем более в наше время священник не имеет возможности сказать человеку: «мне кажется, что ты не будешь жить по Евангелию и отступишь от Веры, поэтому я не крещу тебя». Таким образом, Церковь должна преподавать крещение всякому, кто православно исповедует Христа и заявляет о своём желании креститься.

Но это не значит, что Церковь в лице своих священников обязана сразу крестить всякого желающего. Когда это необходимо, Церковь может откладывать крещение человека и давать ему возможность познакомиться с азами веры, если он их совсем не знает. Такой подход наиболее уместен и даже необходим в тех случаях, когда Церковь приходит в чужую страну, где царит чуждая ей культура и религия. Например, когда Церковь пришла с миссией в Японию, то японцев не крестили сразу, а проводили с ними катехизацию (предварительное научение азам веры). Катехизация была обязательной перед Крещением и в первые века христианства в языческих народах. Желающим принять Крещение сначала объясняли азы веры, а затем, как правило, на Пасху, крестили. Когда же Православие принимали целые страны и империи, как Византия и Россия, то со временем необходимость проводить катехизацию крещаемых отпадала, поскольку почти все были крещаемы ещё в детстве. Проводить же катехизацию с родителями и крестными также не было необходимости, ибо все они были верующими (по крайней мере, исповедовали себя христианами и многое знали о Христе и вере, живя в христианской культуре), и все ходили в Церковь. Недавно я узнал и необычайно удивился тому факту, что в моём родном городе Артёмовске до революции было пять больших православных храмов при численности населения в десять тысяч человек! То есть, на каждые две тысячи жителей был храм, и наполнены они были больше, чем сейчас, что говорит о том, что большинство жителей города были воцерковлёнными верующими и активными прихожанами.

Сейчас же, когда духовная ситуация в святой Руси сильно изменилась, опять появляется необходимость в некоторых случаях проводить катехизацию перед Крещением, и эта практика стала сейчас в Православии возобновляться. Во многих храмах крещение, даже младенцам, преподают только при условии предварительного посещения нескольких катехизаторских бесед с крещаемыми или крёстными, а в некоторых местах эта практика узаконена на уровне целой епархии.

Итак, Церковь за свой многовековой опыт имеет различную практику преподавания Крещения. Если есть необходимость и возможность перед Крещением научить человека основам веры, то нужно это делать; если таковой необходимости (или возможности) нет, то можно крестить человека и на самом малом основании – 1) изъявлении им желания креститься и 2) православного исповедания им веры (если он ознакомлен и согласен с Символом Веры). Вначале уверовавших из иудеев крестили сразу, поскольку они уже многое знали из Ветхого Завета, и им нужно было только признать, что Иисус из Назарета и есть обещанный Христос. Дальнейшему они могли научиться уже после Крещения. Потом, когда Церковь стала проповедовать язычникам, появилась необходимость проводить катехизацию уверовавших перед Крещением. По-своему уникален случай Крещения Руси. Широкой катехизации здесь не было, и народ был крещён Богу по примеру и вслед за князем Владимиром, принявшим Православие, который посвятил свой народ Богу подобно тому, как сделал это в своё время Авраам: «И взял Авраам Измаила, сына своего, и всех рожденных в доме своем и всех купленных за серебро свое, весь мужеский пол людей дома Авраамова; и обрезал крайнюю плоть их в тот самый день, как сказал ему Бог (Быт. 17:23)». Заметим, обрезание есть заключение завета с Богом, а завет есть соглашение двух сторон. Однако Авраам, что совершенно очевидно, не спрашивал у каждого из своих рабов (которых только способных к войне было «триста восемнадцать» – Быт. 14:14), желают ли они вступить в завет с Богом, но зная, что завет с Богом есть благо и спасение для человека, как господин в своём доме заключил союз между Богом и своими людьми по своей воле. Вот так сделал и святой князь Владимир, и произошло это по мудрому провидению и милости Божьей. И сама практика жизни показала, что Крещение Руси было делом промысла Божьего, и народ добровольно981 и от души принял Веру Христову, иначе Православие не могло бы получить такого широкого и быстрого распространения на Руси.

Протестанты, как известно, очень много высказываются против Крещения Руси, говоря, что она была крещена насильно. Но почему же они вовсе не возмущаются, когда читают о том, как Авраам «насильно» обрезал и ввел в завет с Богом своих рабов? Всё дело в том, что Крещение Руси было великой победой Церкви и большим поражением дьявола. Потому он и его слуги до сих пор скрежещут зубами на случившееся. Если бы что-то подобное случилось с протестантами, и какой-нибудь царь принял, например, баптизм и весь свой народ обратил бы в эту веру, то баптисты бы никогда ни слова не сказали бы ни о каком «насилии», или против этого царя. Напротив, они бы считали его героем веры, и всё случившееся – великой милостью и чудным промыслом Божиим. Против же Крещения Руси протестанты выступают только потому, что приняла Русь не протестантизм, а ненавистное им Православие, ради борьбы с которым и существуют все секты.

После падения СССР множество людей, как известно, пошли в Церковь креститься, и многие принимали Крещение без предварительной катехизации. Но на катехизацию у Церкви тогда совершенно не было сил – из-за массовых репрессий у Неё не было достаточного количества образованных священников. Сейчас же, когда сил у Церкви уже больше, а крещаемых меньше, стала возобновляться, как было замечено, практика предварительного научения. Но Церковь может – в зависимости от ситуации, своего положения и пользы дела – в одном случае скоро крестить всякого желающего и православно исповедующего веру, а в другом – требовать от желающего креститься более предварительного изучения основ веры. То есть, говоря конкретнее, если у епископа и священников, которые и принимают решение о крещении человека, нет по каким-то причинам сил и возможности основательно наставить человека в вере, то лучше его наставить сколько возможно, дать краткие советы к духовной жизни – помнить заповедь о любви, ходить в храм и познавать Православную Веру – и крестить, чем не крестить – вот в чём заключается важная истина, которой и следует Церковь.

Протестанты же выступают против православной практики скорого крещения (хотя иногда и они преподают крещение человеку после 2–3 недель после его «покаяния») по трём главным причинам. Во-первых, само крещение они понимают только как присоединение к поместной церкви, а не как возрождение, спасение, прощение грехов и соединение со Христом, о чём уже было сказано. А если так, то и спешить им особо некуда. Некрещеный по их понятию уже прощён, спасён, возрождён и соединён со Христом. Православные же, решая вопрос крещения, всегда учитывают важнейшее значение Крещения для спасения человека, и бояться слишком долго его оттягивать, чтобы человек не умер без Таинства Крещения. Оттого протестантам так трудно здесь понять православных.

Во-вторых, по крайней мере, на постсоветском пространстве, протестанты не являются доминирующей религией, как Православие. Поэтому, им очень нужно перед крещением новообращённого вытравить из него Православие и наставить его именно в своей вере (и духе) – баптистской, пятидесятнической или какой другой. По сей причине, для того, чтобы даже номинально православного сделать баптистом, нужно немало времени. Точно так же и для того, чтобы баптисту стать православным, нужно время. Православные в Германии или Америке, например, где они находятся в меньшинстве, отнюдь не сразу преподают Крещение желающим, а некоторое время научают их Православной Вере. Вот, например, один протестант, мой бывший сокурсник по ДХУ, Сергей Тютюник, который живёт сейчас в США и желает принять Православие, пишет мне: «разговаривал с отцем Алексием о том, чтобы стать членом (православной) церкви, он мне сказал прослушать курс лекций и изучить Православный катехизис, чем я и занимаюсь в настоящее время», а также: «Что касается, катехизации перед крещением… это обязательное требование для всех…»982. Когда я, например, принимал Крещение, то мой православный наставник заверил священника, к которому он ходил на службу, в том, что я ознакомлен с верой, и он повелел мне только выучить наизусть Символ Веры. То есть тогда, когда это необходимо, православные требуют перед Крещением пройти катехизацию, но в России этого отнюдь не всегда требуется, ведь большинство людей с азами веры знакомо с детства, и всегда имеет возможность и дальше изучать веру и воцерковляться.

В-третьих, наибольшая трудность для протестантов в обращении людей в свою веру на постсоветском пространстве заключается именно в том, что большинство этих людей крещены в Православии, и они чаще всего отказываются принимать протестантизм именно по той причине, что они уже крещены в Православии, и менять веру своих предков не хотят. Потому протестантов так это и раздражает, и потому они так и добиваются того, чтобы Православная Церковь не крестила младенцев и не спешила с крещением взрослых. Да, это было бы очень на руку сектантам – так им было бы намного легче совращать наш народ в свою веру и расхищать Христово стадо. Поэтому, сам тот факт, что протестантам так ненавистно то, что в Православии не откладывают крещение надолго, свидетельствует о том, что Церковь в данной исторической ситуации избрала, в общем, верную позицию. Можно с уверенностью сказать, что скорое крещение, преподаваемое и младенцам, есть сильная защита Церкви от сектантства в наше тяжёлое время.

Поэтому, если учитывать эти три обстоятельства, а также апостольскую практику скорого крещения уверовавших, и если правильно понимать суть Крещения и различие между «приобретением учеников» и «научением», то можно согласиться, что православная практика скорого крещения в определённых случаях имеет все основания.

Возражение 6. Протестанты нередко выдвигают православным то обвинение, что они крестят не погружением, а обливанием, тогда как само греческое слово «крестить» (βαπτίζειν) значит «погружать». Православные не спорят с тем, что лучшая форма Крещения есть полное погружение, и по возможности стараются именно так крестить. При князе Владимире Русь была крещена именно погружением. При Соборе в г. Славянске, где я начал своё служение диаконом, имеется баптистерий, в котором крещение совершается полным погружением. Красивый баптистерий сделан в отдельном помещении и в кафедральном Соборе нашей епархии, в г. Горловке. Баптистерии есть и в других православных храмах, хотя и не во многих, поскольку в них нет большой необходимости, так как в нашей стране большинство людей принимают Крещение в детском возрасте, и небольшой купели бывает достаточно для погружения малого ребёнка. В общем, можно сказать, что в этом вопросе православные руководствуются правилом, записанном в Дидахе (гл. 7): «Что же касается крещения, крестите так: наперёд провозгласив всё это крестите в живой (то есть проточной) воде во имя Отца и Сына и Святого Духа. Если же нет живой воды, крести в другой воде; если не можешь в холодной, то в тёплой. А если нет ни той, ни другой, возлей воду на голову трижды во имя Отца и Сына и Святого Духа»983. Такой способ крещения – через обливание (или, в крайнем случае, окроплением) – использовался в древней Церкви в исключительных случаях, прежде всего для крещения тяжело больных, которых нельзя было крестить через погружение. Это подтверждает и С. Санников, говоря, что во II веке при крещении «в особых случаях допускались обливание или окропление»984. И св. Киприан (III в.) по поводу споров о способе крещения писал, что Крещение не теряет своей силы и в случае его совершения через возливание985. Хотя всегда лучше делать так, как лучше, и хорошо, если есть возможность, всегда крестить полным погружением. Возможно, что современным епископам и священникам следовало бы при устроении, особенно богатых городских храмов, где к тому есть все возможности, делать баптистерии в обязательном порядке. Но этот вопрос не меняет сути дела. Главное, что с древних времён Крещение и погружением и, в случае необходимости, возливанием считается действительным, если совершается в Церкви законным священником, хотя Крещение погружением предпочтительнее и гораздо больше отвечает самому своему смыслу.

Здесь нужно сказать и о том, почему для протестантов так важна форма крещения? Ведь протестанты известны как раз тем, что постоянно всё меняют, например, формы богослужения, и постоянно осуждают всякий формализм. Здесь же они обычно категорически не признают никакой иной формы крещения, даже в крайних случаях986. Важен и другой вопрос: почему православные допускают изменение формы крещения? Всё дело в понимании сути крещения. Для православных в крещении существенно важно то, чтобы был законный, истинный священник, который посредством молитв, крестильной формулы и воды реально соединяет человека со Христом. Христос, как было сказано, оставил Себя в воде, и посредством крещения, посредством соприкосновения с водой в Таинстве Крещения, верующий облекается во Христа. И произойти это может и при не полном погружении. Главное, повторю, чтобы был истинный священник, и чтобы человек хотя бы частично соприкоснулся с крещенской водой, в которой пребывает Христос. Для протестантов же в крещении нет этого смысла – реального, действительного соединения со Христом. Смысл их крещения только образно, символически, видимо показать, что верующий уже умер и воскрес со Христом, (что действительно символизирует форма крещения). Поэтому, если отнять у православных форму крещения, то от этого его суть не изменится (не будет только символического этого действия). Если же убрать форму крещения у протестантов, то исчезнет вся суть, весь смысл их крещения. Потому они, обычно противники формализма, так крепко держатся здесь за форму.

Итак, протестанты грубейшим образом исказили суть церковного Крещения, отвергая, что именно в нём человек может: получить прощение грехов, возродиться, быть усыновлённым Богу, соединиться со Христом и войти в Церковь987, сделав крещение лишь символом. Хотя одна современная секта протестантского толка, «Церковь Христова», учит в вопросе о крещении почти как православные. Так что большинству протестантов, так грубо искажающим библейское и древнецерковное учение и Крещении, стоило бы прислушаться хотя бы к своим собратиям, которые в данном случае во многом правильно понимают все приведенные выше библейские места, правильно при этом говоря, что таковое учение содержала Церковь от начала.

II. О детокрещении.

Как известно, большинство протестантов детей не крестит, и считает, что это невозможно в самом принципе. Аргументы приводятся такие: для крещения нужно 1) веровать и 2) покаяться, а дети не способны на это. Крещение, также, есть «обещание Богу» (1Пет. 3:21), а дети обещать не могут. Поэтому, обещание Богу чего-либо от имени младенцев есть насилие над его волей. И вообще, крещение, как мы видели, протестант понимает как сознательное заключение обета с Богом, как свидетельство Богу, себе и ближним о своей вере, как публичное исповедание Христа, как принятие обязательств перед конкретной поместной общиной быть достойным её членом, а всего этого ребёнок делать не может. «Крещение принимается только по вере, а вера приходит через слышание Слова Божьего, как поясняет нам Апостол Павел в послании к Римлянам 10:17. Кто же может слышать и научаться, понимать, каяться, а после этого креститься? ТОТ, КТО ИМЕЕТ ПОЛНОЕ СОЗНАНИЕ! Без полного сознания этого никто не может исполнить! Не может выполнить этого ребёнок, если он ещё не имеет полного сознания»988 – вот типичная позиция протестантов.

Итак, для начала рассмотрим свидетельства Слова Божьего и древней Церкви о крещении детей, а затем постараемся разрешить главные недоумения протестантов насчёт детокрещения.

Вот главнейшие свидетельства Св. Писания, подтверждающие догмат о детокрещении.

1) Для начала вспомним те места, которые мы уже рассмотрели в первой части главы: «да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа»; «если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие»; «кто будет веровать и креститься – спасен будет»; «крещение… спасает»; «Он спас нас… банею возрождения и обновления Святым Духом»; «все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись», и т.д. Дети, как и взрослые, нуждаются в прощении грехов, в новой жизни во Христе (рождении свыше), в спасении. Но раз всё это человек не может получить без Крещения, то если мы желаем своим детям всех этих благ, то мы обязательно должны их крестить, иначе они будут вне Церкви, вне Христа, вне Духа Святого.

2) Ап. Пётр, после произнесения им пламенной проповеди, на вопрос слушателей «что нам делать, мужи братия?» ответил: «покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа. Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовет Господь Бог наш» (Деян. 2:37–39). Здесь говорится, что обетование Крещения и дара Духа Святого принадлежит и взрослым, и детям.

Протестанты не соглашаются с этим и говорят, что под детьми здесь подра­зумеваются будущие потомки. Однако, такое толкование – произвольно. Да, под детьми здесь нужно понимать и потомков, но вовсе не только их. Первый и более простой и ясный смысл этих слов заключается в том, что обетование Духа Святого принадлежит буквально «вам… и детям вашим», и мысль эту также усиливают слова «да крестится каждый из вас», а также тот факт, что ап. Пётр обращается ко «всем живущим в Иерусалиме».

Но наиболее ясным подтверждением тому, что под детьми здесь подразумеваются и малые дети, является то обстоятельство, что ап. Пётр ссылается в своей речи на пророчество Иоиля: «мужи Иудейские, и все живущие в Иерусалиме! сие да будет вам известно, и внимайте словам моим: они не пьяны, как вы думаете, ибо теперь третий час дня; но это есть предреченное пророком Иоилем: И будет в последние дни, говорит Бог, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; и юноши ваши будут видеть видения, и старцы ваши сновидениями вразумляемы будут. И на рабов Моих и на рабынь Моих в те дни излию от Духа Моего, и будут пророчествовать… И будет: всякий, кто призовет имя Господне, спасется» (Деян. 2:14–21). Итак, ап. Пётр прямо связывает случившееся с ними (сошествие Духа Святого)989  с тем излиянием Духа Святого, о котором предсказал Иоиль, и в той части пророчества, которую процитировал ап. Пётр, содержится обетование о том, что Дух Святой будет излит на всякую плоть, включая, естественно, и малых детей. И в полной справедливости этого вывода окончательно убеждает нас прочтение всего пророчества Иоиля (2:12–32), где ещё конкретнее говорится о том, на кого изольётся Дух Святой: «Соберите народ, созовите собрание, пригласите старцев, соберите отроков и грудных младенцев… И будет после того, излию от Духа Моего на всякую плоть…». Итак, задолго до дня Пятидесятницы Бог предсказал, что Дух Святой будет излит на всякую плоть, в том числе, и на грудных младенцев.

Таким образом, младенцы способны принимать Духа Святого и откликаться на Его благодать. Эту истину также подтверждает Лк. 1:15, где об Иоанне Крестителе сказано, что он «Духа Святаго исполнится» не только от рождения, но «еще от чрева матери своей» (хотя он исполнился Духом Святым и не в новозаветном ещё качестве). Потому и «взыграл младенец во чреве» (см. Лк. 1:41) своей матери Елизаветы, когда к ней пришла Дева Мария, носившая в Себе Христа, что святой Иоанн особо чутко воспринимал душой благодать Божию и откликался на неё. И Сам Господь наш сказал: «Да! разве вы никогда не читали: из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу?» (Мф. 21:16; ср. Пс. 8:3). Итак, младенцы и грудные дети, хотя и несознательно, могут по своему хвалить Бога, и делать это они могут только по действию благодати, потому, что они способны её воспринимать. А раз так, то значит, они могут принять и благодать Крещения, ибо Крещение всегда в Библии предшествует получению Духа Святого (чему ясно учит Библия и вся древняя Церковь, и на что я многократно обращаю особое внимание в настоящей и следующей главе, и что отрицают протестанты). Да и как можно запрещать Крещение тому, на кого может и желает излиться Дух Святой, как говорил ап. Пётр: «кто может запретить креститься водою тем, которые, как и мы, получили Святаго Духа?» (Деян. 10:47).

Протестанты же, несмотря на ясные свидетельства Библии о том, что и младенцам принадлежит обетование Крещения и излияния Духа Святого, смеют противоречить Богу и утверждать, что дети, тем более младенцы, не могут креститься и принять Духа Святого (поскольку на это способен только имеющий веру и «полное сознание»). Всё это не мелочи, а весьма значительная ложь, богоборство и ересь протестантизма.

3) Лк. 18:15–16: «Приносили к Нему и младенцев, чтобы Он прикоснулся к ним; ученики же, видя то, возбраняли им. Но Иисус, подозвав их, сказал: пустите детей приходить ко Мне и не возбраняйте им, ибо таковых есть Царствие Божие». Во время жизни Христа, когда Он был на земле во плоти, а церковное Крещение ещё не было установлено и Дух Святой ещё не сошёл, прийти ко Христу (или привести ребёнка ко Христу) имело буквальный смысл – физически подойти ко Христу. Сейчас же Христа в теле с нами нет, в известном смысле, но никто, в том числе и протестанты, не станет утверждать того, что в настоящее время данные слова Христа уже не имеют смысла. То есть, и сегодня повеление Христа «пустите детей приходить ко Мне» остаётся в силе. Но как можно исполнить это повеление, и куда мы должны приводить своих детей? Иначе говоря, где сейчас находится Христос? Протестанты, во исполнение этой заповеди, приносят своих детей для благословения пресвитера. Но Христос сказал, чтобы детей приносили к Нему, а не к пресвитеру. Через благословение и молитву пресвитера, даже истинного и законного, ребёнок не может прийти ко Христу в полном смысле. А как же может? Выше (абз. 32) приводилось важнейшее в богословском отношении свидетельство Св. Писания: «сей есть Иисус Христос пришедший водою». Повторю, что Христос, крестившись, оставил себя в воде, и теперь каждый, кого Церковь крестит, погружается (облекается, соединяется) не просто в воду, а в самого Христа. О Христе сказано также, что Он пришёл «не водою только», но «водою и кровию и Духом» (1Ин. 5:6). Итак, Христос остался в нашем мире в воде (Крещении), в крови (в Причастии) и Духе, подаваемом в Миропомазании. Поэтому, привести ребёнка ко Христу после Его вознесения на небеса значит крестить (погрузить, облечь) его во Христа; передать ему Духа Святого через Миропомазание990 и причастить Его пречистых Тела и Крови.

Данное место Евангелия замечательно объясняет Димитрий Чуйков: «Лк. 18:15–16 говорит о повелении Христа пустить детей приходить к Нему и не препятствовать им, потому что таковых, то есть таких как дети, есть Царствие Божие. Обратите внимание! Ко Христу приносили младенцев, то есть настолько малых детей, что они не могли бы идти к Нему сами. И бесспорно, Христос видит, что младенцев приносили к Нему, а не шли младенцы к Нему сами, и, однако же, Христос не сказал: не препятствуйте приносить ко Мне детей, а именно: «пустите детей приходить ко Мне». Сии слова Христа согласно передают все три синоптические Евангелия, потому что это вовсе не мелочь для знающего Библейский язык. Выражение: «приходить ко Мне» в устах Христа – это никак не речь просто о какой-то ходьбе, а – о великом деле веры в Господа нашего, деле покаяния, обращения, возвращения к Богу, вхождения в Его  Новозаветное Царство (ср.: Мф. 11:28991; Ин. 6:37992).

Итак, Христос, видя приносимых к Нему детей, осознанно и нарочито употребил это выражение, желая дать понять Своим ученикам, что и младенцы, еще не способные ходить, могут приходить к Нему.

Более того, дети не только могут приходить ко Христу в полном Библейском смысле этого выражения, а именно дети, и такие как дети, по милости Божией, только и входят в Царство Небесное (ср. Лк. 18:17)993. И в связи с этим стихом, обратите также внимание, что для Христа мысли о приходе к Нему и о вхождении в Царство Небесное – тождественны (ср. Лк. 18:16 и 17 стих, что подтверждает сказанное мною выше).

Теперь замечу, что на время произнесения Христом Лк. 18:16–17, то есть ещё в пребывание Его на земле в ограниченном человеческом теле, прийти ко Христу, именно в Библейском смысле этого выражения, дети могли лишь отчасти, то есть, могли получить Христово благословение, и через прикосновение к ним Его руки, прикоснуться к Царству Небесному, но пока только – прикоснуться, а не войти в него. Когда же, по прославлению Своему, Христос в новом Теле вознесся и сел одесную Бога на Небесах, и вновь сошел на землю, не оставляя небес (ср. Ин. 3:13), Духом Своим Святым в сердца ожидавших Его, и ныне пребывает здесь в Церкви Своей, Которая есть Тело Его (см. Кол. 1:24), то со дня Пятидесятницы и по день Восхищения Церкви, прийти ко Христу: ребёнку ли, или взрослому, это значит – войти в Церковь (ср. Евр. 3:6)994. Войти же в Церковь Христову, значит креститься во Имя Иисуса Христа (ср. Деян. 2:41 и 47 стих). Поэтому со времени сошествия Святого Духа «прийти ко Христу» и «креститься во Имя Иисуса Христа» – понятия тождественные995. И теперь, чтобы исполнить повеление Господа Нашего, записанное в Лк. 18:15–16, до конца, насколько это со дня Пятидесятницы стало возможным, необходимо погрузить ребёнка во Имя, то есть Личность Иисуса Христа, что и совершает Православная Церковь в Детокрещении со дней первых Своих Апостолов»996.

4) Св. Писание свидетельствует нам о крещении целых семейств, а именно: дома Стефа­на (1Кор. 1:16); Лидии с её домашними (Деян. 16:14–15); темничного стража со всеми его домашними (Деян. 16:33) и Корнилия со всеми его родственниками и друзьями (Деян. 10:24,44,48). Протестанты говорят, что в этих семействах не было детей. Но это почти невероятно, чтобы во всех этих семействах, – особенно, если учитывать то, что в древности все семьи, как правило, были многодетными, и взрослые дети часто жили в доме своих родителей со своими детьми, а также, что многие люди имели и рабов с их семьями, – не было ни одного ребёнка. Но даже если мы не можем быть уверенными на все 100% в том, что в этих семьях были дети, то нельзя утверждать и того, что их там не было. И раз мы этого точно не знаем, то нужно поступать по Писанию: если оно даёт нам несколько примеров крещения целых семейств, не уточняя того, были ли там дети, то мы и должны крестить целые семейства, независимо от того, есть ли там малые дети или нет. К тому же, крещение целых семейств со всеми детьми полностью соответствует проповеди ап. Петра (и пророчеству Иоиля) о том, что обетование Крещения и Духа Святого принадлежит «всякой плоти», «каждому из вас», в том числе, и «грудным младенцам». Более того, крещение всей семьи, в том числе и детей, полностью соответствует также учению и практике древней, в том числе и первенствующей, Церкви, чему ниже (в абз. 175–186) мой читатель увидит ясные подтверждения. 

5) В Ветхом Завете есть прообраз Крещения – переход евреев через Чермное море (Исх. 14 гл.). Об этом событии вспоминает ап. Павел: «Не хочу оставить вас, братия, в неведении, что отцы наши все были под облаком, и все прошли сквозь море; и все крестились в Моисея в облаке и в море» (1Кор. 10:1–2). Вообще, эта знаменательная история спасения израильтян от египетского плена и власти фараона является прообразом не только Крещения, но и всего новозаветного спасения человека во Христе от плена греховного и власти диавола. Здесь присутствуют все 6 элементов новозаветного спасения, о которых было сказано выше (абз. 89–91) в истории о солдатах: 1) вестник о спасении – Моисей997; 2) добрая весть о возможности спасения от врагов на другом берегу моря; 3) вера евреев Моисею и благой вести о спасении; 4) осознание ими своего погибельного положения; 5) действие, то есть сам переход через море, и 6) другой берег – место спасения. Сам переход на другую сторону моря прообразует Крещение, и ап. Павел в вышеприведенной цитате прямо называет этот переход крещением. Но кто участвовал в этом переходе? Одни лишь взрослые, которые сами лично могли веровать, признавать своё погибельное положение и нужду в спасении и сознательно сделать выбор перейти на другую сторону моря (то есть, креститься в Моисея в облаке и в море998)? Оставили ли евреи своих младенцев на этом берегу до тех пор, пока они не вырастут? Стал ли кто спрашивать детей, веруют ли они Моисею и согласны ли они перейти на тот берег? Нет, естественно. И как дети евреев крестились в Моисея в облаке и в море не по своей личной вере, а вере своих родителей, так и дети христиан крестятся во Христа по вере своих родителей.

6) В Ветхом Завете есть ещё один яркий прообраз Крещения – обрезание, и ап. Павел проводит явную параллель между двумя этими священнодействиями: «В Нем вы и обрезаны обрезанием нерукотворным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым; бывши погребены с Ним в крещении...» (Кол. 2:11–12). Итак, Крещение является новозаветным обрезанием. Кого же обрезывали в Ветхом Завете? Чаще всего младенцев999, в восьмой день их жизни! И нужно ведь ясно для себя понимать, что через обрезание их вводили в завет с Богом, а само слово «завет» значит соглашение – соглашение двух сторон. Поэтому, и Ветхий, и Новый Завет есть заключение соглашения между Богом и человеком, при котором обе стороны берут на себя определённые обязательства. В случае с Ветхим Заветом, израильтяне брали на себя обязательства жить по закону Моисея и исполнять его предписания. Когда же ребёнка вводили в этот Завет через обрезание, то кто с его стороны давал эти обязательства? Его родители, и если ребёнок вырастал и не соблюдал закон Моисея, то разве не считался он отступником от завета с Богом? Обязательно считался, что говорит о том, что этот завет, который заключали с Богом родители ребёнка за него, считался совершенно действительным. Вот так и в Новом Завете: через Таинство Крещения родители вводят своего ребёнка в Завет со Христом, и заключают его от имени своего ребёнка, и это, как и раньше, считается совершенно действительным.

7) Христос, говоря Апостолам «идите научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына, и Святого Духа, уча их соблюдать все, что я повелел вам» (Мф. 28:19–20), не сделал никакого исключения, тогда как, например, в случае насыщения толпы, когда дети не имелись в виду, это в Евангелии оговаривается (см. Мф. 14:21). Если же вспомнить то, о чём говорилось выше (абз. 135–140), что в оригинале «научите» значит «приобретайте учеников», то для крещения ребёнка нет никакой трудности. Если родители принимают веру сознательно, и обещают своих детей воспитывать в вере, то таковой ребёнок приобретён для Церкви как ученик, ибо воля ребёнка находится в воле его родителей. Его можно крестить, а затем последует его научение. Точно так, как родители имеют право сделать своего ребёнка учеником музыкальной или иной школы, так точно они имеют право сделать его и учеником Христа. И если никто не считает насилием над ребёнком, когда его учат говорить и писать, то какое безумие считать насилием над ребёнком, когда его посвящают Христу в Крещении, вводят его в Церковь, сообщают Духа Святого и учат вере Христовой?

8) Для чуткого душой, отзывчивого к благодати Божьей и способного тонко мыслить подтверждением детокрещения может послужить даже такое древнее Божье повеление, как «плодитесь и размножайтесь» (Быт. 1:28), как говорит о том Димитрий Чуйков: «…заповедь: «плодитесь и размножайтесь» была дана Богом человеку еще до грехопадения, и если бы Адам и Ева поспешили скорее исполнить эту благословенную заповедь, а не преступить другую, о запрете вкушать от древа познания добра и зла, то рожденное ими было бы безгрешным, то есть родилось бы живым и по плоти, и по духу. Теперь же, после грехопадения, когда над нашим миром довлеет закон смерти, не всякая семья способна родить живого ребенка даже по плоти, а по духу – и всякий из нас рождается мертвым. Поэтому теперь для того, чтобы во всей полноте исполнить древнюю заповедь о деторождении – мало родить ребенка только по плоти, но необходимо родить его и духовно, то есть – полноценным, что и совершается Православной Церковью в Крещении и Миропомазании младенцев»1000.

Имеет смысл здесь указать и на то, что библейскую обоснованность детокрещения признают даже многие протестанты, такие как лютеране, кальвинисты, гернгутеры, англикане и методисты. Детей крестили и другие протестантские деноминации, из которых впоследствии выделился русский баптизм1001. Димитрий Чуйков по этому поводу замечает: «Тем современным протестантам, кто отвергает Детокрещение, так как оно, по их мнению, совершенно чуждо Библии, хорошо бы знать, что большинство идеологов Реформации, одним из главных лозунгов которой был «sola Scriptura» («только Писание», что во времена ее имело следующий смысл: никакое учение не может считаться Божественным, если оно не подтверждается Св. Писанием), – не отказались от детокрещения, потому что считали его как раз таки вполне Библейски обоснованным…»1002. О том же говорит и протестантский богослов Алистер Мак-Грат: магистрская реформация, т.е. относительно традиционное крыло протестантизма, к которой относились главные его основатели – Лютер, Кальвин и Цвингли, сохранило «многие традиционные обряды (такие, как крещение младенцев) на основании веры реформаторов в их соответствие Писанию»1003. Названные реформаторы категорически осуждали анабаптистов за отрицание крещения детей и их перекрещивание во взрослом возрасте, и Лютер, крещённый в детстве, не стал перекрещиваться. И нужно заметить также, что эти реформаторы известны не только приверженностью принципу «только Писание», но и большим акцентированием важности личной веры во Христа. Тем не менее, в крещении детей они не видели противоречия ни Библии, ни учению об оправдании верой.

Теперь предлагаю моему читателю познакомиться с ясными свидетельствами о том, что в древней Церкви было детокрещение.

В Апостольских Постановлениях (кн. 6/15) мы читаем: «А крестите вы и младенцев своих, и воспитывайте их в учении и наставлении Божием; ибо «пустите, говорит, детей приходить ко Мне, и не препятствуйте им"». Обратим здесь ещё раз внимание на то, что слова Христа «пустите детей приходить ко Мне» Церковь с древности связывала именно с Крещением.

Дионисий Ареопагит (I в.) обычай крестить детей возводит к самим Апостолам: «Божественным нашим наставникам (т.е. Апостолам!) изволилось допускать к Крещению и младенцев под тем священным условием, чтобы естественные родители дитяти поручали его кому либо из верующих, который бы хорошо наставил его в предметах Божественных, и потом заботился о дитяти, как отец, указанный свыше, и как страж его вечного спасения. Этого-то человека, когда он даст обещание руководить ребёнка к благочестивой жизни, заставляет иерарх произносить отречение и священное исповедание»1004.

Св. Климент Александрийский (150–215 гг.) писал: «Если кто рыбак, то перстень1005 должен тому напоминать об апостолах или же о детях, воспринятых от вод крещения»1006. Речь идёт здесь о восприемниках (этим словом до сих пор называются крёстные родители), то есть о том же, о чём писал и св. Дионисий (абз. 176).

Св. Ириней Лионский (130–202 гг.): «(Христос) пришёл спасти через Себя всех, – всех, разумею тех, которые возрождаются через Него для Бога: младенцев, и детей, и отроков, и юношей, и старцев»1007. Зная терминологию св. отцов, в том числе св. Иринея1008, легко понять, что под возрождением он имеет в виду не что иное, как Крещение. Да и подумать, что возрождение св. Ириней понимает как протестанты, нет никакой возможности, ибо они совершенно не признают того, что дети и тем более младенцы, неспособные веровать, могут быть возрождены, как пишет о том П. Рогозин: «Сознательная вера в Христа, как личного Спасителя, приводит грешника к возрождению. Там, где отступает такая вера, не может быть рождения свыше…». Итак, св. Ириней имеет в виду именно крещение детей.

Св. Ипполит Римский (170–235 гг.) писал о том, как нужно совершать крещение: «Ко времени пения петуха, он (епископ) пусть молится сначала над водой… Облачитесь в одежды и в первую очередь крестите детей. Все те, которые могут говорить о себе, пусть говорят. За тех же, которые не могут говорить о себе, пусть говорят их родители или кто-нибудь из родственников»1009.

Ориген (185–254 г.): «Церковь приняла предание от Апостолов преподавать крещение и младенцам». И еще: «...младенцы крещаются во оставление грехов… Так как через Таинство Крещения очищаются скверны рождения: то крещаются и младенцы»1010.

Св. Ки­приан Карфагенский (ок. 200–258 гг.) писал: «Если и великим грешникам, которые прежде грешили против Бога, ко­гда они уверуют, даруется отпущение грехов, и никому не возбраняется крещение и благодать; тем более не должно возбранять сего младенцу, который, едва родившись, ни в чем не согрешил, кроме того, что происшедши от плоти Адама, восприял заразу древней смерти через самое рожде­ние, и который тем удобнее приступает к принятию отпущения грехов, что ему отпущаются не собственные, а чужие грехи»1011.

Карфагенский собор в 252 г. определил: «Не должно нам никого уст­ранять от крещения и благодати Божией, ко всем милосердного, благого и снисходительного. Если надобно держать по отношению ко всем, то особенно нужно соблюдать это по отношению к ново­рожденным младенцам, которые уже тем заслуживают преимущественно нашу помощь и мило­сердие Божие, что с самого начала своего рождения они своим плачем и слезами выражают одно моление». Нужно заметить, что данное постановление не было чем-то новым, что епископы, собравшись, вдруг придумали и решили ввести. Они здесь изложили и своим авторитетом подтвердили лишь то, что совершалось в Церкви и в прежние времена.

Спустя полтора столетия, в 418 г. опять состоялся Карфагенский собор, который 124-м правилом ещё раз подтвердил догмат о крещении детей: «Кто отвергает нужду Крещения малых, новорождённых от матерней утробы детей, или говорит, что хотя они и крещаются во отпущение грехов, но от прародительского Адамова греха не заимствуют ничего, что надлежало бы омыть банею возрождения (из чего следовало бы, что образ Крещения во отпущение грехов употребляется над ними не в истинном, но в ложном значении), тот да будет анафема. Ибо реченное Апостолом: «одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили» (Рим. 6:12), подобает разумети не иначе, разве как всегда разумела кафолическая Церковь, повсюду разлиянная и распространённая. Ибо, по сему правилу веры, и младенцы, никаких грехов сами собою содевати ещё не могущие, крещаются истинно во отпущение грехов, да чрез возрождение очистится в них то, что они заняли от ветхаго рождения».

Св. Григорий Богослов (IV в.): «У тебя есть младенец? – Не давай времени усилиться повреждению; пусть освящён будет в младенчестве и с юных лет посвящён Духу. Ты боишься печати, по немощи естества, как малодушная и маловерная мать? Но Анна и до рождения вскоре посвятила, и воспитала для священной ризы, не боясь человеческой немощи, но веруя в Бога»1012. Слова «освящён», «посвящён Духу» и «печать» по терминологии св. отцов и контексту речи обозначают не что иное, как крещение младенца. Слова «боишься печати» значит «боишься крестить ребёнка», ибо Крещение как сам св. Григорий, так и все другие отцы и писатели учители часто называли печатью (см. абз. 45, 53, 60, 62, 69, а также сноски 12 и 52). И во время св. Григория многие христиане не желали крестить своих детей именно из-за боязни, что они после этого нагрешат и осквернят одежды Крещения (об этом дальше будет сказано подробнее). Иначе эти слова понять невозможно.

Блаженный Августин (IV-V вв.): «Это (крещение младенцев) Церковь всегда имела, всегда содержала; это приняла Она от веры предков; это соблюдает Она постоянно, даже до конца»1013.

О детокрещении учили также св. Амвросий Медиоланский, св. Иоанн Златоуст и др.1014. То, что крещение младенцев «является подлинной традицией ранней Церкви, а не средневековым нововведением»1015, утверждал и Кальвин в спорах с анабаптистами.

Итак, мы можем сделать ясный вывод, что в Церкви от самих времён Апостолов детокрещение считалось возможным, одобрялось и на деле совершалось, и св. Дионисий, св. Климент в «Постановлениях Апостольских», Ориген (см. абз. 175, 176, 180) прямо говорят о том, что крестить детей заповедали сами Апостолы. Или мы и здесь должны поверить протестантам (причём, только их части, отвергающей детокрещение), что христиане уже со II века отступили от апостольского учения и своевольно стали крестить детей, обманывая, что этому научили Церковь Апостолы?

Теперь с Божьей помощью я постараюсь ответить на многочисленные возражения протестантов против детокрещения. 

Возражение 1. Крестить ребёнка нельзя, поскольку  крещение есть обещание Богу (1Пет. 3:21), а ребёнок ничего не может обещать.

Для начала нужно понять, что значит «обещание» в языке подлинника. Это слово происходит от глагола επερωτάω (эперотао), который переводится (в словаре Баркли М. Ньюмана) как 1) спрашивать; 2) просить, требовать. И в Новом Завете это слово употребляется только в этом значении, например, в Мф. 22:46 говорится, что «никто уже не смел спрашивать Его». Это же слово в различных формах употребляется и в Мф. 16:1; Мк. 9:32; 11:29; Лк. 2:46; 6:9; Рим. 10:20; 1Кор. 14:35. Поэтому, отглагольное существительное от επερωτάω, употребленное в 1Пет. 3:21, прежде всего значит «испрошение»: «крещение… испрошение (просьба) у Бога доброй совести». И в церковнославянском переводе это место читается так: «крещение… совести благи вопрошение у Бога». Подобным образом переводят это место и некоторые английские переводы.

Что же значит: крещение есть просьба у Бога доброй совести? Человеческая природа, как известно, повреждена и больна, и Христос пришёл исцелить человека. В Крещении же человек получает новую жизнь Христову, зачаток жизни вечной. Но ему после этого нужно ещё много потрудиться для того, чтобы это семя новой жизни в его душе выросло и наполнило всю душу. То есть, человек всю жизнь после Крещения должен бороться с грехами и своей плотскими страстями, должен постоянно избирать добро и отвергать зло, и для этого ему крайне необходима добрая совесть, могущая определять, что есть добро и зло. Без этого невозможно спасаться и освящаться, и наш мир крайне страдает именно из-за того, что у людей повреждена или вообще мертва совесть, которая не способна обличать человека в его грехах. Вот поэтому Крещение и есть просьба у Бога доброй совести, хотя это определение, естественно, не описывает всю суть Крещения, а только одну его составляющую.    

Теперь вопрос: может ли ребёнок просить? или: нужно ли для того, чтобы сделать ребёнку добро, спрашивать на это его согласие? Вся жизнь ребёнка это, по сути, просьба. Сама его беспомощность взывает к родителям и просит их помощи и заботы. Мы кормим, одеваем, лечим, учим своих детей, не спрашивая их согласия, потому что знаем, что они нуждаются во всём этом. Но если ребенок нуждается в еде и тепле, то еще более он нуждается во Христе, в семени новой жизни (возрождении), в Духе Святом. Поэтому, если мы заботимся о телесных нуждах ребёнка, то тем более должны позаботиться о духовных.

Следующий вопрос: можно ли родителям просить у Бога для своего ребёнка духовные блага, в том числе добрую совесть? В Библии мы видим ряд примеров, когда одни люди просили у Бога за других людей, и Бог отвечал на эти просьбы (см. 3Цар. 17:21–22; Мф. 8:5–10,13; 9:18,19,23–25; 15:22–28; 17:14–18; Ин. 11:41–44). Протестанты также постоянно просят у Бога различных духовных благ для своих ближних и родных, как-то: спасения, вразумления, смягчения сердца, исцеления, покаяния и пр. Так если мы можем просить Бога духовные блага для взрослых людей, которые имеют свою волю, то тем более родители имеют право испросить у Бога добрую совесть для своих малых детей, воля которых полностью подчинена их воле.

Итак, главный смысл 1Пет. 3:21 такой: «крещение есть испрошение у Бога доброй совести», и родители имеют полное право просить её для своего ребёнка. И хотя глагол επερωτάω чаще всего значит «просить» (особенно в языке Нового Завета), но он всё же может обозначать и «обещать», потому это слово в разных языках и переводах и переводят по-разному. Но даже и в этом случает крещение ребёнка возможно, ибо Библия даёт нам ни мало примеров того, как родители посвящали Богу своих детей и давали за них обещание служить Богу. Так, Анна посвятила Богу Самуила не то что в детстве, но ещё до его рождения и даже зачатия: «И была она в скорби души, и молилась Господу, и горько плакала, и дала обет, говоря: Господи Саваоф! если Ты призришь на скорбь рабы Твоей и вспомнишь обо мне, и не забудешь рабы Твоей и дашь рабе Твоей дитя мужеского пола, то я отдам его Господу на все дни жизни его, и бритва не коснется головы его» (1Цар. 1:11). То есть, Анна пообещала Богу за своего сына, что он не будет стричься, и будет служить Богу и во все дни своей жизни! И такое обещание, естественно, было угодно Богу. Обрезание, о чём выше я уже упоминал, также являлось заключением завета человека с Богом, а завет предполагает обещание и соглашение двух сторон. Таким образом, евреи через обрезание вводили своих детей в завет с Богом, и за них обещали состоять в этом завете и исполнять все требования закона Божьего. И такое обещание нисколько не противоречило Божьей воле – напротив, Бог Сам повелел так поступать.

Поэтому, когда родители просят у Бога своим детям добрую совесть, и обещают за них состоять в завете с Ним, это угодно Господу.

Возражение 2. Протестанты говорят, что крещение младенца является насилием над его свободной волей, так как он, может быть, не желает, чтобы его вводили в союз со Христом.

При разборе 1-го возражения уже можно было отчасти убедиться, что посвящение Богу младенцев не является насилием над ними, ибо их воля, по самому Божьему природному установлению, покорна воле родителей. Если для духовного рождения своего ребёнка протестанты требуют его личного согласия, то почему они без его согласия его родили физически? Ведь может, он не хотел рождаться. Если такая постановка вопроса кажется протестантам абсурдной, то абсурдно и запрещать родителям возрождать своих детей.

Крещение ребёнка не является насилием, ибо хотя он не может сказать «да», но он и не говорит «нет». Родители делают с ребёнком то, что считают необходимым, и это не считается насилием. Родители часто делают многие вещи даже вопреки воле ребёнка, например, поят его лекарством, лечат ему зубы или заставляют делать уроки. И даже если ребёнок всеми силами этому противится, и как только может говорит «нет», действия родителей и в этих случаях никто не считает насилием.

Кроме того, при Крещении свободная воля ребёнка не нарушается потому, что он, когда вырастет, может сам лично либо согласиться с решением своих родителей и пребыть в верности Христу, либо избрать свой путь. И как история древних евреев, так и история Церкви полна примеров того, что многие, посвященные в детстве Богу через обрезание или Крещение, возмужав, отступали от завета с Ним. Поэтому воля человека при Крещении даже в таком смысле не насилуется.

Если рассуждать по-протестантски, то тогда и они сами насилуют детей, воспитывая их в своей вере, внушая им своё мировоззрение, водя на свои собрания и принося своих детей в «дом молитвы» для благословения пресвитера, что в подавляющем большинстве случаев определяет дальнейшую жизнь и веру их детей. Почему же протестанты при этом не говорят о том, что, может, ребёнок не желает, чтобы его водили на собрания, благословляли и учили баптизму? Потому, невозможно считать насилием и то, когда православные воспитывают своих детей в православной вере, и через Крещение вводят их в Церковь и завет со Христом.

А если разобрать эту тему ещё глубже, то легко можно понять, что не православные, а протестанты совершают насилие над своими детьми. Ведь всякая душа по природе христианка, сотворённая по образу православного (а не извращённого сектами) Христа. Протестанты же, внушая своим детям извращённое еретическое протестантское учение, насилуют и калечат их невинные души. Лично я, например, совершенно против того, что меня в детстве учили баптизму и водили к ним на собрания, и считаю это страшным и душепагубным насилием над собой. Но кто из протестантов назовёт это насилием? Даже хотя я, повзрослев, избрал другой путь, но никто не согласится считать насилием то, когда меня в детстве родители учили баптизму, ибо я тогда ещё не явил своей воли, а мои родители имели право воспитывать меня так, как считали нужным. Так если протестанты, духовно совращая своих детей с пути спасения, не считают это насилием над ними, то тем более не является насилием над детьми то, если мы через Крещение соединим их со Христом, введём в Его Церковь и передадим Духа Святого: не насилием это будет, а великим благодеянием нашим детям.

Возражение 3. Возражая против крещения детей, баптисты говорят: «…Слово Божие ясно говорит: верьте и креститесь!»1016. Поэтому, непременным условием для крещения является вера, что видно из многих мест Евангелия, например, Деян. 8:36–37: «евнух сказал: вот вода; что препятствует мне креститься? Филипп же сказал ему: если веруешь от всего сердца, можно». Дети же веровать не могут, потому и крестить их нельзя.

О детской вере и сущности веры так превосходно говорит Димитрий Чуйков, что лучшее, что я могу сделать, это дать ему возможность ответить на это возражение: «Верно, что Библейское Крещение – это Крещение по вере, но где это в Библии сектанты прочли о том, что дети веровать не могут? – они просто говорят от себя, не думая, что говорят, и плохо знают жизнь и Книгу Жизни. Библия устами нашего Господа буквально открыто говорит о том, что малые дети веруют во Христа (см. Мф. 18:1–6). Слова «Кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня…» (ст. 6) верующими называют, во-первых, этого подозванного Христом малого ребёнка и таких как он, и только уже во-вторых – всякого умалившегося ради Христа.

А то, что подозванный Христом ребёнок, хотя уже и умел сам ходить, но всё же был достаточно мал – ясно видно из того, что Христос его взял, то есть поднял, чтобы поставить посреди Своих учеников (см. Мк. 9:36), а такое обращение удобно и принято с довольно малыми детьми…

Кроме того, тем, что Христос поставил этого ребёнка перед Собою (см. Лк. 9:47) и обнял, Он хотел показать Своим Апостолам, что этот малый ребёнок к Нему ближе, чем они, потому что больше имеет веры в Него.

Как же это может быть, что какой-то посторонний ребёнок имеет во Христа веру большую, чем ходившие изо дня в день со Христом Апостолы? Как вообще малый ребёнок может быть верующим? – Всё это для сектантов есть безумие, тогда как безумием является их легкомысленное отношение к жизни и поверхностное изучение Библии, столько приносящее бед.

Мы же будем стараться со всею премудростью Божией вникнуть в закон свободы (см. Иак. 1:25).

Итак, по учению Библии, всякий младенец верует во Христа! Малых детей не верующих во Христа – нет! Потому что Библейская вера в Бога, о чем свидетельствует сам дух Священного Писания, – это никак не обладание только известными познаниями в области Богословия, ведь так способны и бесы веровать! (см. Иак. 2:19) – а это есть открытость души человека к восприятию спасительной Божией благодати, чему препятствием является греховность взрослого человека. Потому и говорит Христос: «Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного» (Мф. 18:10) – акцент этого стиха указывает на то, что дети настолько святы (а не возможно разумному существу быть и святым и неверующим), что преимущественно перед взрослыми удостаиваются Ангельского служения1017. Христос дает понять Своим Апостолам, что они грешнее или – что то же – маловернее, чем этот посторонний ребёнок, и в более худших отношениях с Богом, чем он. Потому Господь и говорит им: «Если не обратитесь (то есть – повторю еще раз – не покаетесь) и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное» (Мф. 18:3).

Пусть сектант препояшет чресла ума своего и хорошо подумает, что важнее: иметь верные и осмысленные познания о Христе, и быть мертвым для Него душой, или: быть открытым для Бога душой, и наполняться Его миром – без всяких осмысленных познаний, как и живут малые дети, ещё не успевшие выстроить преграду между собой и Богом из личных своих грехов?

Несчастье сектантов в том, что они знают только о вере осмысленной и совсем не понимают того, что есть вера и неосознанная, каковой и является вера малого ребёнка. Всякая человеческая душа, приходящая в этот мир, ещё в утробе матери имеет, пусть и не осмысленную, но крепкую веру во Христа. Потому что душа человека создана по образу и подобию Христову, и для общения со Христом, и только личные грехи человека, которых у ребёнка нет или почти нет, препятствуют этому Богообщению; а потому всякий ребёнок – Христианин: и по природе своей души, и по теснейшему, ещё ничем так не нарушенному, как у взрослого, общению со Христом, то есть с благодатью Всегда-и-Вездесущего Духа Его.

Я повторю, что истинная, проповедуемая Библией вера, это, конечно, во-первых, – Богообщение, а во-вторых уже, – осознанное Богопознание.

Вера, и могучая вера может быть и без известного накопления умственных знаний о Боге, каковой она бесспорно была, например, у младенца Иоанна Крестителя: при отсутствии ещё каких-либо умственных знаний о Боге, его Богообщение от чрева матери было исключительным (см. Лк. 1:15). Но, напротив, истинная вера и при самых обширных Богословских познаниях – невозможна, при отсутствии Богообщения.

Кроме того, неосознанная вера во Христа присуща даже и многим взрослым (см. Мф. 25:34–40 – в 40 стихе Христос ясно свидетельствует об этом).

Итак, на основании Библии, поскольку всякий малый ребёнок верует во Христа, то, несомненно, чаяния его веры должно исполнить, погрузив его в Источник его веры, Крещением во Имя Иисуса Христа, что от древности и совершает Православная Церковь.

Если же кто из еретиков и не понял (то есть скорее – не принял) всего вышесказанного о детской вере, то пусть тот хотя бы постарается понять, как нелепо его утверждение, что ребёнок не может веровать, в связи с таким Библейским стихом: «…кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16:16). Значит, по лихим рассуждениям сектантов выходит, что и младенцы будут осуждены за своё неверие. Понятно, что жестокосердно не Слово Божие, а сердце сектантов черство к Духу Истины»1018.

Возражение 4. Для крещения нужно покаяние, как написано: «покайтесь, и да крестится каждый из вас» (Деян. 2:38). Дети же не способны каяться, потому и крестить их нельзя.

Прежде всего нужно понимать, что слово «покаяние» с еврейского значит «возвращение», а с греческого «перемена ума». Оба эти значения известны протестантам, и на своих проповедях они часто говорят именно о том, что покаяние есть обращение от греха к Богу, разворот на 180 градусов. То есть, своими грехами человек уходит от Бога, а через покаяние обращается (возвращается) к Нему. Таким образом, именно грехи – и ничто другое – удаляют человека от Бога. Ребёнок же, не сотворив ещё каких-либо значительных грехов, не успел ещё отвернуться, уйти от Бога, чтобы ему была необходимость к Нему возвращаться (обращаться от греха, каяться). Поэтому, ребёнок находится в покаянии, то есть в состоянии пребывания с Богом и обращения от греха. Димитрий Чуйков пишет об этом так: «...по Библейскому учению о покаянии, всякий малый ребёнок находится в глубоком покаянии; и если бы это было не так, Христос никогда бы не сказал: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное; итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном» (Мф. 18:3–4). Покаяние в Библейском учении есть возвращение к Богу (см., например, притчу о блудном сыне – Лк. 15:11–32), а малые дети ещё не успели от Творца своего далеко отойти, потому Христос и приводит их в пример покаяния взрослым. Ведь что значит: «Кто умалится как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном»? Детская нищета духа, смирение, кротость, незлобивость, незлопамятность, всепрощение, чистота сердца, простодушие, искренность, отзывчивость, бескорыстная любовь, и т.д. и т.п. – всё это и есть те долгожданные плоды, ради которых взрослый и подвергает себя покаянному деланию в слезах, постах, пепле и вретище. Ребёнок же всё это и так имеет: просто как дар Божий, с которым родился. И пока он его ещё не успел растерять по ухабам извращенных дорог этого, лежащего во зле мира (см. 1Ин. 5:19), то и следует ребёнка скорее крестить, как и поступает Христом умудренная Православная Церковь.

Итак, пока ребёнок находится в глубоком покаянии, его крещение как раз и будет своевременно и вполне согласно с Писанием»1019.

Возражение 5. Христос сказал о детях, что «таковых есть Царство Небесное (Царствие Божие)» (Мф. 19:4; ср. Лк. 18:16. Также и ап. Павел пишет, что дети верующих родителей – святы (1Кор. 7:14). Поэтому, крестить детей и не нужно.

Во-первых, Христос сказал, что не детей, а таковых есть Царствие Божие, то есть таких как дети – незлобивых, доверчивых, кротких и т.п. И если некрещёные дети и не наследуют навеки геенну огненную, то они и не войдут в славу Церкви1020, ибо вход в Церковь совершается только через Крещение и получение Святого Духа: «кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие»; «кто будет веровать и креститься спасен будет». И протестанты соглашаются с тем, что дети не входят в Церковь Христову: «Мы положительно утверждаем, что мла­денцы наши без крещения, ни вообще чьи бы то ни были с крещением в Церковь Христову без покаяния и личной веры не попадали и вовек не попадут»1021. О том пишет и П. Рогозин: «Сознательная вера в Христа, как личного Спасителя, приводит грешника к возрождению. Там, где отступает такая вера, не может быть рождения свыше, а раз так, то не допустимо тогда и само крещение. В подобном случае оно окажется лишь лжесвидетельством о спасении, которого он, крещаемый, от Бога не получил»1022. То есть, по логике протестантов, раз ребёнок не может веровать, то он не может и родиться свыше, не может креститься, не может соединиться со Христом и спастись. Поэтому, протестанты не станут спорить с тем, что ребёнок сам по себе1023 если и не в погибели, то и не во Христе и не в Церкви. Поэтому, чтобы родить ребёнка духовно и сделать его членом Христа и Его Церкви, его нужно непременно крестить.

Во-вторых, дети не вообще безгрешны, а только в сравнении со взрослыми, как написано: «все согрешили и лишены славы Божией» (Рим. 3:23); «Вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя» (Пс. 50:7); «кто родится чистым от нечистого? Ни один» (Иов. 14:4). Таким образом, ребёнок грешен и нуждается в прощении грехов. Всякий ребёнок рождается также духовно мёртвым, потому он нуждается в возрождении, в привитии ко Христу и Его Телу (Церкви), в Духе Святом. И без Крещения и Миропомазания, без благодати Божьей он сам по себе этого не имеет и не может получить. Поэтому, ребёнок нуждается в Крещении.

В-третьих, если ребёнок входит в Царствие Божие без крещения, то, по протестантской логике, и взрослому не нужно креститься, ибо написано: «кто не примет Царствие Божие как дитя, тот не войдет в него» (Мк. 10:15).

Итак, Христос говорит: «Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное» (Мф. 19:14). «Прийти ко Христу», как было объяснено (абз. 163–167), это значит, войти в Церковь Христову, креститься во Христа. Поэтому, Христос тому и учит, что не нужно препятствовать детям приходить к Нему, то есть входить в Него, облекаться в Него в Крещении, ибо таковых как они и есть Царствие Божие.

Что же касается того, что дети святы, даже если один из его родителей верующий, то это место нужно понимать, прежде всего, так, что они потому святы, что крещены. Ведь если признавать, что крещение детей совершалось в Церкви от начала (а это так и было!), то совершенно понятно, что крещённые дети святы, ведь в Крещении им были прощены грехи, они возродились и облеклись в праведность Христа. А то, что верующим был только один родитель детей, крещению не помеха. Ведь если верующим был отец, то он без труда как господин своего дома мог крестить своих детей. Если же верующей была жена, то и она легко могла тайно их крестить. Ведь даже если неверующий муж строго держал жену и детей дома, не отпуская их на собрания верующих, то и в этом случае мать могла сама окрестить своих детей, что по древним правилам Церкви возможно в крайних случаях, как свидетельствует, например, Тертуллиан: «Впрочем, даже и мирянам в крайнем случае дозволено крещение1024»1025. Для этих случаев в древности были также диаконисы, которые могли входить под каким-либо предлогом в женскую половину дома и совершать крещение или передавать причастие верным. В советские времена, например, очень часто детей или внуков верующая мама или бабушка тайно крестили. Понять иначе это место нельзя, ибо дети рождаются во грехах, как говорит Библия, и они не могут стать святыми иначе, как если омоются Именем Христа в Крещении.

Возражение 6. Христос крестился в 30 лет, потому и нам нужно креститься во взрослом возрасте.

Протестанты довольно часто приводят данный аргумент, хотя даже при беглом его рассмотрении легко понять его бессмысленность. Во-первых, вся жизнь Иисуса была согласована с промыслом Божьим, по которому Он должен был выйти на служение именно в 30 лет, и перед началом служения креститься от Иоанна, взяв на Себя грехи мира, о чём выше (см. абз. 32–35) уже было сказано. Во-вторых, Христос крестился Иоанновым крещением, установленным специально для покаяния (см. Мф. 3:11; ср. 3:2,6,8), и поэтому оно было только для взрослых. В-третьих, крещение церковное, в котором имеют участие и дети, во время жизни Христа ещё не совершалось, а если бы и совершалось, то Христу этим крещением не нужно было бы креститься, так как Он и так был безгрешен и духовно жив – Ему не было нужды получать прощение грехов, возрождаться и облекаться в Самого Себя в Крещении. В-четвёртых, если протестанты хотят брать пример с Христа, то почему же они – те, кто выросли в семьях верующих родителей – крестятся обычно в 17–20 лет, но никак не в 30?

Итак, факт крещения Христа в 30-летнем возрасте Иоанновым крещением не имеет никакой силы аргумента против детокрещения.

Возражение 7. П. Рогозин пишет: «Для тех, кто любит ссылаться в вопросе крещения детей на отцов церкви, не лишним будет напомнить, что Иоанн Златоуст, живший в IV веке и родившийся от родителей-христиан, был крещён двадцатилетним юношей. Григорий Богослов, живший в IV веке, сын христианина-проповедника, был крещён только в 24 года. Василий Великий, живший также в IV веке и родившийся в христианской семье, принял крещение, когда ему было уже 30 лет. Августин блаженный, мать которого Моника была христианкой и даже причислена к лику святых, крестился также в 30 лет. Киприан крестился 45 лет от роду»1026. Эти факты баптисты и другие противники детокрещения хотят, естественно, толковать так, что Церковь в древности не имела обычая крестить детей.

Для начала, приведу одну цитату из «Исповеди» (кн. 1/17) блаж. Августина, где он несознательно отвечает на поднятый нами вопрос: «Ты видел, Господи, когда я был ещё мальчиком, то однажды я так расхворался от внезапных схваток в животе, что был почти при смерти; Ты видел, Боже, мой, ибо уже тогда был Ты хранителем моим, с каким душевным порывом и с какой верой требовал я от благочестивой матери моей и от общей нашей матери Церкви, чтобы меня окрестили во имя Христа Твоего, моего Бога и Господа. И моя мать по плоти, с верой в Тебя бережно вынашивая в чистом сердце своем вечное спасение мое, в смятении торопилась омыть меня и приобщить к Святым Твоим Таинствам, Господи Иисусе, ради отпущения грехов моих, как вдруг я выздоровел. Таким образом, очищение мое отложили, как будто необходимо было, чтобы оставшись жить, я ещё больше вывалялся в грязи; по-видимому, грязь преступлений, совершенных после этого омовения, вменялась в большую и более страшную вину».

Итак, мы видим, что отлагательство крещения детей до взрослого возраста было мотивировано вовсе не тем, что детей невозможно было крестить по богословским причинам – нет. Детокрещение считалось вполне возможным, что вполне доказывает тот факт, что ребёнка Августина собирались крестить и более того – причастить Христовых Таин! Но мать Августина и прочие христиане в то время (преимущественно в IV-V веках) часто откладывали крещение своих детей совершенно по другой причине – боязни того, что в молодости они не смогут сохранить чистоту одежд святого Крещения. И как прямо свидетельствует о том блаж. Августин, «грязь преступлений, совершенных после этого омовения, вменялась в большую и более страшную вину», чем вина грехов до Крещения.

Причина, по которой некоторые христиане стали откладывать крещение своих детей в то время, была та, что они жили в развратном римском мире. Многим из этих детей предстояло в молодости учиться в различных школах, что было сопряжено с большими соблазнами молодости, прежде всего блуда. Так, кто сейчас не знает о том, что студенческие общежития являются одними из самых не содействующих духовной жизни местами? Вот поэтому родители и боялись крестить своих детей: опасаясь, что их чада не смогут избежать грехов молодости, они решали, что лучше пусть эти грехи будут совершены до крещения, чем после него, ибо грехи после крещения действительно более страшны1027. И опасения эти были не беспочвенны. Так, блаж. Августин свидетельствует о том, что в молодости, во время учёбы, он «без удержу предался различным страстям»1028.

Но откладывание крещения своих детей многими верующими IV-V веков вовсе не было связано с отрицанием возможности детокрещения, как трактуют это протестанты. Более того, именно такое отношение ясно показывает, что Церковь всегда твёрдо верила «в единое крещение для прощения грехов», что отрицают протестанты. Именно ясная вера в то, что в Крещении прощаются все прежде содеянные грехи и особая боязнь греха после крещения и была единственным мотивом того, почему многие воздерживались крестить своих детей и вообще откладывали своё крещение до 30 и более лет, а часто и до самой смерти. О том, что так и по этому мотиву поступали в то время многие, осталось немало свидетельств. Св. Иоанн Златоуст, например, пишет: «А теперь многие… отлагают (своё крещение), и отлагают до последнего издыхания»1029. Здесь опять хочу вспомнить уже приводимое высказывание С. Санникова: «После крещения, которое, по воззрениям того времени, символически указывало на очищение от греха, из-за чего само крещение иногда откладывалось чуть ли не до конца жизни, следовало возложение рук священства»1030. Кроме того, что С. Санников здесь откровенно врёт, говоря, что крещение «по воззрениям того времени, символически указывало на очищение от греха», он говорит ещё и полную бессмыслицу, ибо, если крещение лишь символически указывает на очищение от греха, то какой смысл откладывать его до конца жизни? Нет и малейшего! Но если крещение действительно очищает все грехи (чему ясно учит Библия и Церковь с самой древности, в чём мой читатель уже смог убедиться), то мотив откладывать крещение совершенно очевиден: чтобы очиститься от всех грехов и поменьше нагрешить после крещения, чтобы предстать пред Богом более чистым.

Итак, факт крещения многих верующих в те времена во взрослом возрасте никак не был связан с отрицанием возможности детокрещения, и отцы, крещённые во взрослом возрасте, такие как Киприан, Григорий Богослов и Августин, утверждают догмат детокрещения, что выше было показано. Сам факт того, что одни верующие крестились в 24, другие в 30 или 45, а третьи – перед самой смертью, совершенно не соответствует практике протестантов, дети которых крестятся строго по достижению взрослого возраста – в 17–20 лет. Это ещё раз говорит о том, что мотив древних христиан в откладывании крещения был совсем не таков, как у протестантов – необходимость достичь зрелости. Иначе, почему они крестились в 30, 45 лет и тем более перед смертью? Неужели они ждали наступления сознательного возраста?

Практика откладывать крещение своих детей и своё собственное ставит другой, более правомерный вопрос: хорошо ли откладывать крещение по такому мотиву? Соборный голос Церкви решил этот вопрос так, что такое отлагательство не оправдано. Одна из важнейших причин этому – неизвестность дня смерти. Об этом хорошо сказано в Апостольских Постановлениях (6/15): «А кто говорит: «когда умирать буду, тогда погружусь, чтобы не согрешить и не осквернить погружения», тот не знает Бога и позабыл о своей природе. Ибо «не отлагай, говорит, обратиться к Господу, ибо не знаешь, что породит приходящий день"».

Другая важная причина, по которой практика отлагательства крещения со временем изжила себя, было осознание Церковью того, что благочестивый страх грешить после Крещения стал во многих людях перерастать в излишний страх, малодушие и даже лукавство. То есть оглашённый христианин часто откладывал своё крещение именно потому, что не хотел брать на себя ответственность жить пред Богом свято и хранить себя в чистоте, не желая вступать в кровавую борьбу со грехом (ср. Евр. 12:4) и даже, возможно, давая себе возможность погрешить, с мыслью о том, что в Крещении потом всё простится. Потому, увидев в этом обычае именно такую тенденцию, святые отцы стали бороться с ней. Так, св. Иоанн Златоуст, сказав о том, что грехи после крещения «вдвое и вчетверо тяжелее», и что всякий грех «отпускается через купель крещения», говорит далее: «Может быть, я многих отвлёк теперь от принятия крещения? Но я сказал это не с этой целью, а для того, чтобы принявшие (крещение) пребывали в целомудрии и усиленно вели честную жизнь. Но я боюсь, скажет кто-нибудь? Если бы ты боялся, то принял бы и стал бы хранить. Но потому-то самому, скажешь, я и не принимаю, что боюсь (не сохранить)? А как (без крещения) отойти (т.е. умереть) не боишься? Бог, скажешь, человеколюбив? Потому-то и прими крещение, что Он человеколюбив и помогает нам. Но ты, когда нужно бы позаботиться (о крещении), не представляешь себе этого человеколюбия; а когда хочешь отложить его, тогда о нём вспоминаешь, между тем, как это человеколюбие имеет место в первом случае, и к нам оно будет проявлено в особенности тогда, когда и со своей стороны привнесём, что следует. Кто во всём положился на Бога, тот, если и согрешит, как то свойственно человеку, после крещения, через покаяние сподобится человеколюбия; а кто, как бы мудрствуя о человеколюбии Божием, отойдёт (отсюда) чуждым благодати, тот подвергнется неизбежному наказанию. Зачем же ты поступаешь так против своего спасения? Невозможно, совершенно невозможно, как я, по крайней мере, думаю, чтобы человек, который отлагает (крещение), обольщая себя такими надеждами, совершил что-нибудь возвышенное и доброе»1031.

Таким образом, практика откладывать своё крещение была признана имеющей больше минусов, чем плюсов, ибо откладывающий своё крещение 1) рискует умереть вне Церкви; 2) слишком малодушничает вступать в битву со грехом, не надеясь на всегда своевременную помощь благодати; 3) забывает, что и после крещения есть прощение грехов через покаяние. (Потому, кстати, сейчас нередко Таинство Исповеди называется вторым Крещением.) Но всё же, вопрос этот нельзя решать так уж однозначно. Ведь многие верующие, в том числе и вышеназванные св. отцы, откладывали своё крещение или крещение своих детей не по малодушию и лукавству, а по искреннему глубокому почтению к великой святыне Крещения, и в особых исключительных случаях, по провидению Божию, такое возможно. Но даже те, кто так поступали, отнюдь не отрицали, повторюсь, возможность и законность детокрещения. Поэтому, беда не столько в том, что протестанты не крестят своих детей, а именно в том, что они принципиально осуждают практику и саму возможность детокрещения.

Напоследок, по обычаю, хочу привести аргумент от противного. Есть ли что-то у дьявола, что противопоставляется крещению детей? Да, есть, и прежде всего – это печать антихриста. В Откровении мы читаем, что антихрист «сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их» (Откр. 13:16). Как в Церкви верующие посвящаются Христу в Крещении и запечатлеваются через Миропомазание печатью Его Духа не сами, а вместе со своими детьми, так и поверившие антихристу будут посвящаться ему вместе со своими детьми, и поставлять его печать не только себе, но и детям. Таким образом, запечатление печатью антихриста детей по воле их родителей есть подражание (антипод) детокрещению. И как посвящение детей антихристу будет действительным, то действительно и детокрещение, которому антихрист подражает.

Другой пример – октябрины, коммунистический обычай посвящения своих новорождённых детей. Коммунистическая партия Ленина, как один из антиподов Церкви, во всём подражала и противилась Ей, в чём и заключается цель и смысл всякой антицеркви. Обычай же октябрин был создан для подражания церковному детокрещению.

Итак, для того, чтобы: 1) получить прощение грехов (омыться, очиститься от них); 2) принять семя новой Христовой жизни, то есть возродиться; 3) облечься во Христа (соединиться с Ним, привиться к Нему) и быть в Нём усыновлённым Богу, став членом Христовой Церкви (Тела Христова); 4) сделаться достойным получения дара Духа Святого и, в конце концов, 5) спастись – нужно непременно креститься в воде (троекратным погружением!) во имя Отца и Сына и Святого Духа. Крещение же, как и всякое Таинство, совершается в Церкви и Церковью, Её законными служителями, и только в этом случае оно является собственно Крещением и имеет свою силу. Крещение вне Церкви – не Крещение: в лучшем случае это простое купание, а в худшем – заключение союза (и посвящение себя) не со Христом, а с враждебными Богу сектантскими духами. На основании Библии нетрудно понять, что детей можно и нужно крестить, и документы древности ясно свидетельствуют, что Церковь от времён Апостолов имела обычай преподавать крещение и младенцам, и именно от Апостолов Она и получила предание так поступать, но всё это отвергают большинство протестантов. Таким образом, отсутствие у протестантов истинного, возрождающего и спасительного Крещения (по причине как полного искажения учения о крещении, так и неимения законных, истинных, благодатных и преемственных епископов и священников, имеющих власть совершать Таинства) есть одна из важнейших причин того, почему любящий Истину и желающий себе спасения никак не может быть протестантом.

Глава 14. О Таинстве Миропомазания

Главный вопрос, который нам предстоит решить в данной главе, следующий: каким образом человек может получить Духа Святого? Вопрос этот предельно важен, поскольку от его правильного решения зависит – ни больше ни меньше – само наше спасение и пребывание в Церкви, так как всем нам понятно, что нельзя спастись1032, не приняв Духа Святого, ибо «кто Духа Христова не имеет, тот и не Его» (Рим. 8:9). Таким образом, нам нужно узнать, как отвечают на поставленный вопрос православные и протестанты, и решить, кто говорит правду.

Протестанты считают, что Дух Святой входит в сердце грешника без посредства церковных таинств (священнодействий) и священнослужителей в момент его обращения к Богу, в момент первой искренней молитвы покаяния – будь то молитва официальная, в молитвенном доме во время богослужения у кафедры, или же частная, произнесённая в любом месте1033. Причём получение Духа Святого за редчайшим исключением1034 происходит, по мнению протестантов, до водного крещения1035.

Православные же учат, что Духа Святого христианин получает в таинстве Миропомазания только после крещения, за редчайшим исключением1036. И так как для совершения этого таинства непременно нужны епископы и священник1037, то Православие положительно утверждает, что Духа Святого человек получает при посредстве священнослужителей Церкви; иными словами, власть преподавать Духа Святого принадлежит Церкви, прежде всего епископам.

Как видим, между протестантами и православными даже в таком важнейшем учении совершенно отсутствует единомыслие. Поэтому, как никогда раньше есть жгучая необходимость не ошибиться в ответе на вышепоставленный вопрос.

Начнём наше исследование с книги Деяний Апостольских, в которой говорится о двух способах получения верующими Духа Святого: 1) непосредственно от Бога, и 2) посредством возложения рук Апостолов. Этот факт, естественно, вызывает справедливые вопросы, такие как: почему Бог использовал два разных средства передачи Духа Святого уверовавшим? Являются ли оба эти способа правилом, или какой-то из них является исключением, и какой именно? Каким образом в Церкви после века Апостолов подавался и подаётся верующим Дух Святой?

Для начала нужно перечислить все шесть случаев, где говорится о способе получения верующими Святого Духа, в той последовательности, в которой они описаны в Деяниях, и указать на то, каким образом был получен верующими Дух Святой, и когда это произошло – до, или после крещения.

1) Апостолы без крещения1038 получили Духа Святого непосредственно от Бога (Деян. 2:1–4).

2) Самаряне получили Духа Святого после крещения посредством молитвы и возложения рук апостолов Петра и Иоанна (Деян. 8:14–17).

3) Евнух царицы эфиопской получил Св. Духа после крещения непосредственно от Бога (Деян. 8:38–39).

4) Апостол Павел получил Духа, когда пришедший к нему Анания возложил на него руки, помолился о нём, исцелил и крестил его (Деян. 9:17–18). Но ответить на такие вопросы: ап. Павел получил Духа Святого до или после крещения? и: Дух Святой сошёл на ап. Павла непосредственно или через руковозложение Анании? исходя из короткого библейского описания довольно не просто*.

В Деян. 9:17–18 написано так: «Анания пошел и вошел в дом и, возложив на него руки, сказал: брат Савл! Господь Иисус, явившийся тебе на пути, которым ты шел, послал меня, чтобы ты прозрел и исполнился Святаго Духа. И тотчас как бы чешуя отпала от глаз его, и вдруг он прозрел; и, встав, крестился». Трудность истолкования данного места заключается в том, что при возложении рук на Савла Анания сказал, что он пришёл для того, чтобы Савл 1) прозрел и 2) исполнился Духа Святого. Но затем говорится только о прозрении Савла, а также о его крещении: о получении Духа Святого не сказано ничего. Поэтому, есть две основные версии того, как всё произошло с ап. Павлом. Первая: он через руковозложение Анании не только прозрел, но и исполнился Духа Святого – просто этот факт предполагается без конкретного второй раз о нём упоминания. Вторая: приход Анании действительно был причиной того, что Савл прозрел и получил Духа Святого, но произошло всё это в такой последовательности. Ещё до прихода Анании Савл находится в посте и глубокой молитве, и Дух Святой, конечно же, пребывает рядом с ним, побуждая его к молитве и покаянию, внушая ему веру и разумение того, что явившийся ему Иисус есть тот долгожданный, истинный, обещанный Богом Мессия. Затем, через возложение рук Анании, Дух Святой сильнее касается Савла, исцеляя его от слепоты, после чего он крестится «для прощения грехов» (Деян. 2:38), как крестятся все верные, и в уже полностью очищенное не только личным покаянием и предварительным действием Духа, но и святым Крещением сердце Савла входит Дух Святой Своей личностью. И хотя первый вариант кажется возможным, всё же вторая версия представляется более состоятельной и богословски оправданной, ибо в этом случае, во-первых, ап. Павел, призванный Богом к служению равному служению двенадцати Апостолов1039, получил Духа Святого непосредственно от Бога, как и другие Апостолы. Во-вторых, во втором случае ап. Павел получил Духа Святого после крещения, а именно такая последовательность характерна для Нового Завета, и именно так всегда во все времена и происходило в Церкви (на что я неоднократно обращаю внимание моего читателя как в предыдущей, так и в настоящей главе). Таким образом, тот факт, что в Деяниях не говорится о том, что Савл по возложении рук Анании не только исцелился, но и принял Духа Святого, по всей видимости, не случаен, поскольку Савл сначала, через руковозложение Анании, «прозрел; и, встав, крестился», а затем уже получил дар Святого Духа непосредственно от Бога.

5) Корнилию с его домашними был дан Дух Святой до крещения непосредственно от Бога (Деян. 10:44).

6) Ефесяне, как и самаряне, приняли Св. Духа после крещения посредством возложения рук Апостолов  (Деян. 19:1–7).

Как видим, книга Деяний даёт нам самые различные описания того, как (опосредованно или нет) и когда (до или после крещения) верующие получали Духа Святого. И этот факт – очередной пример, который показывает несостоятельность реформаторского тезиса «только Писание», то есть протестантского убеждения в том, что Библия – самодостаточна; что она есть законченный источник Божьего откровения, не нуждающийся ни в каких толкованиях и преданиях; что нужно просто читать Библию, в которой всё ясно написано. На самом же деле, Св. Писание можно правильно понять только в Церкви, только соборно, только в контексте Св. Предания, только получив в Церкви Духа Святого. А протестантский лозунг «только Писание» есть заманчивая и тонкая ложь, придуманная дьяволом для того, чтобы различные сектанты могли смелее и больше искажать истинный смысл Св. Писания, внося в его толкование любые свои человеческие мнения и предания, с уверенностью говоря при этом: «Писание ясно этому учит»1040 (обо всём этом подробно будет сказано в 19 гл.). Вот и в данном вопросе, протестанты говорят, что нужно получать Духа Святого до крещения непосредственно от Бога, как произошло это с Корнилием, и что именно этот случай нужно считать правилом, а все остальные случаи, где этот процесс описан иначе, нужно считать исключениями. Если протестанты и не говорят так дословно, то другими словами и всем своим учением они это ясно подтверждают. Так, например Г. Тиссен пишет об этом так: «Совершенно очевидно, что крещение не производит спасения, оно, скорее, следует за ним. Корнилий был крещён после того, как принял Духа»1041. То есть, сам тот факт, что Г. Тиссен привёл в пример именно Корнилия и никого другого, и о других случаях, где крещение не следует за получением Духа Святого, а предшествует ему, он ничего не упоминает в своём разделе о крещении, ясно говорит о том, что протестантизм желает считать правилом, определяющим связь между крещением и получением Духа Святого, именно случай с Корнилием, а не какой другой. Но где сама Библия утверждает то, что является правилом, а что исключением? Где она объясняет то, почему так по-разному получали Духа Святого верующие? Разве сама Библия говорит о том, что случай получения Духа Св. Корнилием есть правило? Нет. Значит никак нельзя сказать, что Св. Писание ясно учит понимать и поступать именно так.

Православные на основании той же Библии считают, что правилом нужно считать примеры получения Духа Святого самарянами и ефесянами, а другие случаи, в том числе и случай Корнилия, нужно считать исключительными. И если кто-либо следует протестантскому мнению, а не православному, то это вовсе не потому, что первое мнение основано на Библии, а второе – на предании человеческом; что мнение протестантов подтверждается Библией, а православное нет. Как видим, православное мнение также опирается на Св. Писание, причём на два примера, а не на один, как протестантское; к тому же православная позиция намного более обоснована библейским контекстом и самой логикой, что далее мой читатель ясно увидит. То есть, выбор между этими двумя позициями не есть выбор между Писанием и человеческим преданием, а есть выбор только между двумя преданиями и двумя толкованиями – между преданием православным и преданием реформаторским, протестантским1042. И это весьма важно осознавать, ибо если вот так, то есть правильно поставить вопрос, то и решить его будет куда проще. Итак, какое же мнение, толкование и предание есть истинное, Божественное и действительно библейское, а какое – лживое, человеческое и не библейское?

Перед тем, как нам подробнее взглянуть на два вышеприведенных мнения, нужно заметить, что в православно-протестанском диспуте о способе (посредством священства Церкви или непосредственно от Бога) и времени (до или после крещения) получения человеком Духа Святого главнейший смысл имеют только три из шести перечисленных случаев, описанных в Деяниях: случай Корнилия со своим семейством с одной стороны, который протестанты желают признавать правилом на все последующие времена для Церкви, и два случая получения Св. Духа самарянами и ефесянами с другой стороны, которые правилом считают православные. Остальные три случая не имеют такого значения, так как обе стороны легко согласятся с тем, что они являются исключительными, и вот почему.

Первый случай – получение Св. Духа Апостолами – является исключительным по понятным причинам. Во-первых, Евангелие не сообщает нам о том, были ли крещены Апостолы (христианским крещением), а потому их пример не даёт ответа на вопрос о том, когда – до или после крещения – нужно принимать человеку Св. Духа? Во-вторых, Апостолы были первыми, кто получил Духа Святого, и понятно, что получить они могли Его только непосредственно от Бога. Поэтому, этот факт не даёт протестантам возможности сказать: «нужно получать Духа Св. непосредственно от Бога, ибо Апостолы именно так Его получили». На этот аргумент всегда легко ответить так: «Апостолы были первыми, кто получили Духа Св., и не было ещё на земле человека, который мог бы им Его передать; потому они и получили Его непосредственно от Бога. Когда же уверовали самаряне и ефесяне, то они уже получили Духа не непосредственно от Самого Бога, а посредством Апостолов». В-третьих, с Апостолами вообще всё происходило необычно, их роль в Церкви совершенно исключительная. Таким образом, по указанным причинам протестантам невозможно использовать историю с Апостолами как аргумент в пользу того, что верующие должны получать Духа Св. до крещения непосредственно от Самого Бога.

Пример ап. Павла также неудобен ни для одной из сторон для доказательства правоты своей позиции из-за того, что подробности, связанные с получением им Св. Духа, как уже было показано (абз. 11), не ясны. И если даже придерживаться какой-либо одной из версий того, как всё могло в действительности произойти с ап. Павлом, то обе они будут признаны протестантами исключением из правил, ибо в первом случае нужно будет признать, что ап. Павел получил Духа Св. посредством руковозложения Анании, а во втором – что ап. Павел получил Духа Св. после крещения. Православные также не могут считать способ получения Св. Духа ап. Павлом правилом для всей Церкви потому, что в первом случае он получил Его до крещения и через руки Анании, который не имел власти передавать Духа Святого1043, а во втором случае ап. Павел получил Духа Святого непосредственно от Бога, а такой способ православные считают исключительным.

Случай с евнухом как протестанты, так и православные, также должны согласиться считать исключительным. Протестанты потому, что евнух получил Духа Святого после крещения, а православные потому, что евнух получил Духа Св. от Бога непосредственно.

Итак, поскольку эти три случая являются исключениями для обоих сторон, то остаются только случай получения Св. Духа Корнилием, который во всех аспектах устраивает протестантов как правило на все времена, и случаи получения Духа самарянами и ефесянами, которые считают правилом православные. Теперь постараемся проанализировать аргументы обеих сторон, которые они приводят в защиту своих позиций.

Православные считают, что получение человеком Духа Святого есть таинство, и поэтому, как и всякое другое таинство, оно совершается Богом в Своей Церкви при посредстве Его священства. Признак же таинства здесь очевиден: в Миропомазании человеку посредством видимого священнодействия (возложения рук и/или миропомазания) невидимо подаётся благодать Духа Святого. И то, что такая великая власть (подавать Духа Святого) дана грешному человеку, – что протестантам кажется невозможным, – представляется в Православии вполне нормальным и закономерным явлением, ибо Сам Христос желает совершать спасение человека при посредстве самого человека, при посредстве Своей возлюбленной Церкви. Практически никто из спасаемых не спасается непосредственно Самим Богом, а все спасаются благодаря также Христовым сослужителям и «соработникам» (1Кор. 3:9). Так, в Крещении, например, человек погружается во имя Отца, Сына и Святого Духа, получает отпущение грехов, духовно рождается и облекается в самого Бога – какое великое Таинство! И хотя во Христа крестит Сам Дух, но совершает Он это посредством человека.

Другой пример – таинство Причастия, в котором Христос питает Свою Церковь самим Своим святым Телом и Кровью: но и это величайшее из всех таинств происходит не без посредства священнослужителя.

Ещё один пример – таинство Венчания. Протестанты согласны, что жениха и невесту сочетает Сам Бог; во время бракосочетания баптисты, например, всегда поют перефразированные слова Христа: «что Бог сочетал да не разлучит человек» (ср. Мф. 19:6). Но в этом случае они признают, что сочитывает Бог, совершая при этом таинство соединения двух людей во единое целое и во единую плоть, и происходит это посредством пресвитера. То есть, хотя пресвитер и человек, но протестанты верят, что через него Бог соединяет двух людей в единую семью и единое целое, и хотя всё делает Бог, но пресвитер участвует в этом акте и сотрудничает в этом деле с Богом. 

А если, по упрямству и своеволию, кто-то из протестантов не пожелает признать справедливость приведенных примеров, говоря, например, что ни крещение, ни причастие, ни венчание не есть в его понимании необходимые условия для спасения, то можно привести и другой, явный для протестанта пример того, что никто из спасаемых не спасается непосредственно Христом, а только при участии Христовых соработников – Слово Божие. Для протестанта ясно, что нельзя веровать без проповедующего, и нельзя узнать о Боге без Евангелия, как написано: «всякий, кто призовет имя Господне, спасется. Но как призывать Того, в Кого не уверовали? как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего? И как проповедывать, если не будут посланы? …вера от слышания, а слышание от слова Божия» (Рим. 10:13–17). Итак, протестант уверовал и, как он думает, спасся благодаря одному только Христу, или же и благодаря Апостолам, которые написали Новый Завет; благодаря тем безвестным людям, которые переписывали и сохранили для нас Евангелие; благодаря переводчикам и издателям, которые сделали возможным для нас прочтение Евангелия? Очевидно, что человек спасается Богом не непосредственно, а при посредстве многих людей. Вот так и таинство Духа, по православному учению, совершается Богом не непосредственно: Духа Своего подаёт верным Сам Господь, но подаёт Он Его посредством Своих соработников – епископов и священников. Один только тот факт, что книга Деяний свидетельствует, что через возложение рук Апостолов подавался Дух Святой, говорит о том, что для Бога посредство человека в этом деле вполне возможно.

Почему же тогда Апостолы со всеми находящимися с ними в горнице, евнух Ефиоплянин и Корнилий получили от Бога Духа Святого без посредства человека? На этот вопрос можно ответить кратко: так было «угодно Святому Духу» (ср. Деян. 15:28). Но в делах Божиих всегда есть важный смысл, который Он и объясняет Своей возлюбленной Церкви, ведь если в Ветхом Завете было сказано, что «Господь Бог ничего не делает, не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам» (Ам. 3:7), то тем более в Новом Завете Церкви дано понимать дела Божии. Смысл же того, почему именно эти люди получили Духа Святого от Бога непосредственно, а другие – посредством руковозложения Апостолов, заключается в том, что Бог пожелал в первый раз Сам непосредственно дать Своего Духа 1) евреям, 2) прозелитам и 3) язычникам, чтобы научить Апостолов и всех христиан-евреев тому, что отныне к народу Божьему могут принадлежать люди из всех языческих народов, и что теперь вот такая Церковь, составленная не из одного еврейского, а из многих народов, есть истинный Израиль. Поэтому Бог вначале непосредственно дарует Духа Святого Апостолам и всем, собранным с ними в горнице, то есть евреям. Затем Он подаёт Духа Святого евнуху, который был прозелитом, ибо замечания Библии о том, что он приезжал «в Иерусалим для поклонения» и по дороге домой «читал пророка Исаию» (Деян. 8:27–28) дают нам полное право считать его прозелитом. И, наконец, Бог даёт Духа Святого язычнику Корнилию, причём не просто язычнику, а римлянину и сотнику той армии, которая оккупировала Израиль! То есть, мы видим ясную логику и последовательность в том, как Бог непосредственно даровал миру Духа Своего: сначала евреям, потом прозелитам и затем язычникам1044 – по мере близости этих групп людей к Богу и народу Израильскому.

Кроме того, в каждом из этих случаев была и другая важная причина, по которой Дух Святой сошёл без участия Апостолов.

В первом случае, о чём уже говорилось, Апостолы не могли ни от кого принять Духа, как только от Самого Бога.

Во втором случае, как пишет о том Димитрий Чуйков, «Господь по милости Своей к ищущему истины в Слове Божием евнуху, поспешил утешить его Духом Истины и Слова Премудрости и всякого утешения, и не позволил ему ждать того случая, когда он встретится с кем-либо из Двенадцати Апостолов или с кем-либо из их преемников, и через руковозложение носителя высшей благодати получит дар Святого Духа»1045. Ибо проповедавший ему и крестивший его Филипп был из числа семи диаконов, а не из числа Двенадцати Апостолов, и потому, имея право крестить1046 евнуха, он не имел власти передать ему через руковозложение Духа Святого1047.

В третьем случае, у Апостолов ещё не было веры на то, чтобы крестить и передать Духа Святого язычнику Корнилию. Этот факт весьма важен, так как даёт ключевой ответ на два важнейших вопроса: 1) почему Корнилию и его домашним был дан Дух Святой непосредственно от Бога, а не через возложение рук пришедшего к ним и благовествующего им ап. Петра; 2) почему они единственные, кто, по ясному свидетельству Библии, приняли Св. Духа до, а не после крещения. Поэтому, давайте внимательно рассмотрим историю с Корнилием, чтобы вполне убедиться в том, что Апостолы действительно не могли по причине недостатка у них на тот момент веры и откровения без прямого Божьего вмешательства крестить и передать через руковозложение Духа Св. ни Корнилию, ни другим язычникам, и что они всё ещё во многом держались законов своей иудейской веры, в том числе и постановления о не сообщении с язычниками, и к твёрдой вере ап. Павла в то, что во Христе «нет ни Еллина, ни Иудея» (Кол. 3:11) и что язычники могут с таким же правом, как и евреи, креститься и получать Духа Святого, другие Апостолы пришли не сразу.

Итак, история, описанная в Деян. 10:1–11:18, начинается с того, что благочестивому Корнилию является Ангел Господень и повелевает ему пригласить к себе ап. Петра, сообщая ему о месте его пребывания. Самому же ап. Петру Бог являет такое видение: «он пришел в исступление и видит отверстое небо и сходящий к нему некоторый сосуд, как бы большое полотно, привязанное за четыре угла и опускаемое на землю; в нем находились всякие четвероногие земные, звери, пресмыкающиеся и птицы небесные. И был глас к нему: встань, Петр, заколи и ешь. Но Петр сказал: нет, Господи, я никогда не ел ничего скверного или нечистого. Тогда в другой раз был глас к нему: что Бог очистил, того ты не почитай нечистым. Это было трижды; и сосуд опять поднялся на небо». Нечистые животные в этом видении означали язычников, с которыми иудеям запрещено было сообщаться так же, как и есть этих животных. Слова же Господа: «заколи и ешь» и: «что Бог очистил, того ты не почитай нечистым» были сказаны для того, чтобы убедить ап. Петра пойти на общение с язычниками, которые должны были к нему вскоре прийти. Для этого Дух Святой ещё раз, уже не в видении, а наяву, сказал ап. Петру: «иди с ними, нимало не сомневаясь; ибо Я послал их». И рассказ людей Корнилия о видении ему Ангела окончательно убеждает ап. Петра пойти в дом к язычнику, чего он до этого случая никогда не делал. И в своей речи ап. Петр сам признаётся в том, что он не общается с язычниками, а сейчас пришёл к ним в дом только благодаря ясному вразумлению от Бога: «И сказал им: вы знаете, что Иудею возбранено сообщаться или сближаться с иноплеменником; но мне Бог открыл, чтобы я не почитал ни одного человека скверным или нечистым. Посему я, будучи позван, и пришел беспрекословно». И после подробного рассказа Корнилия о явлении ему Ангела, ап. Пётр отвечает: «истинно познаю, что Бог нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему». То есть, словом «познаю» ап. Пётр выразил ту мысль, что вот только сейчас, в настоящее время, после бывшего ему видения, после голоса Духа Святого, после видения рассказа Корнилия о видении ему Ангела я начинаю постигать, понимать и осознавать то, что из всякого, а не только иудейского народа, поступающий по правде приятен Богу.

Но при всём этом, начав постигать промысел Божий в отношении язычников1048, ап. Пётр и пришедшие с ним иудео-христиане не смогли сразу охватить весь объём этой истины и сделать все окончательные выводы, проистекающие из неё. То есть, даже все эти необычные видения не позволили ап. Петру и пришедшим с ним тотчас понять то, что с язычниками теперь можно не только общаться, разделять трапезу и входить к ним в дом, но и крестить их и передавать им величайший Божий дар – Духа Святого. Поэтому, продолжая вразумлять и расширять сознание Своих Апостолов и всех христиан из иудеев, Господь чудесно, Сам непосредственно изливает на Корнилия и его домашних Духа Святого во время речи ап. Петра. И важнейшее обстоятельство, на которое нам следует обратить особое внимание, состоит в том, что «верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, изумились, что дар Святого Духа излился на язычников»! То есть, они не тому изумились, что Дух Святой был дан чудесно, без возложения рук ап. Петра; и не тому знамению, что получившие Духа заговорили на языках. Они изумились именно тому, что Дух Святой вообще был дан язычникам! Этот факт убедительно доказывает, что ап. Пётр и пришедшие с ним «верующие из обрезанных» даже не думали крестить и передавать Духа Святого Корнилию и его домашним. Поэтому Господь был как бы вынужден сотворить такое чудо, чтобы явным и наглядным образом научить всех иудео-христиан тому, что язычников Господь приемлет в Свою Церковь таким же образом, как и евреев, и что язычникам Бог так же, как и евреям, дарует Духа Своего Святого. И только после этого ап. Пётр понимает, что и язычники предназначены для вхождения в Церковь. Поэтому, увидев всё происшедшее, он восклицает: «кто может запретить креститься водою тем, которые, как и мы, получили Святого Духа?»

Но и это ещё не конец истории, и дальше мы читаем о её продолжении: «Услышали Апостолы и братия, бывшие в Иудее, что и язычники приняли слово Божие. И когда Пётр пришёл в Иерусалим, обрезанные упрекали его, говоря: "ты ходил к людям необрезанным и ел с ними«». Как видим, христиане из евреев смеют упрекать первоверховного Апостола, что говорит о том, что в их глазах он сделал нечто такое недопустимое и греховное, за что они имеют право требовать от него отчёта. И заметим также, что они его упрекают даже не за то, что он крестил язычников, а за один факт того, что он ходил к ним и ел с ними! Этот упрёк ещё раз ясно показывает, что в первое время христиане из иудеев, в том числе и сами Апостолы, не понимали ещё того, что евреи и язычники должны стать одним Божиим народом – Церковью. Они жили ещё своими иудейскими понятиями о том, что только еврейский народ есть Богоизбранный, и что с язычниками нельзя сообщаться. С таким иудейским ещё сознанием Апостолы, естественно, не были способны передать Духа Святого язычнику Корнилию, ибо если они не допускали мысли о том, чтобы просто общаться и есть с язычниками, то, – это должно быть понятно каждому, – они совершенно не могли допустить мысли о том, чтобы крестить их и подавать им Духа Святого, вводя их тем самим в теснейшее церковное общение, где все верные вместе молились, участвовали в трапезах любви (так называемых агапах), приветствовали друг друга целованием, а главное – вместе причащались! То есть, если первые иудео-христиане считали невозможным для себя разделять обычную трапезу с язычниками, то как же они могли допускать мысль о том, чтобы вкушать с ними вечерю Господню? Никак не могли. Все эти рассуждения подтверждает св. Иоанн Златоуст, говоря, что в начале «…проповедь язычникам весьма соблазняла иудеев и даже учеников. Ученики и впоследствии не легко дозволяли себе входить в общение с язычниками, пока не получили наставление от Духа, – так как отсюда происходил не малый соблазн для иудеев. Оттого-то даже после столь великого явления Духа, Пётр, пришедши в Иерусалим, едва мог избегнуть порицаний, рассказав о плащанице (Деян. 11:1–191049. Димитрий Чуйков также обращает внимание на это обстоятельство: «Человеческому великодушию трудно поспевать за Божиим, и к определенному Господом времени получения первыми язычниками благодати Святого Духа, в Церкви Христовой не нашлось ни одного человека, который бы шел в ногу с нелицеприятной любовью Божией; не было ни одного, впрочем, как и сейчас, кто охватил бы бездну богатства Его и постиг непостижимые судьбы Его, и исследовал неисследимые пути Его; и среди истинных Иудеев, каковыми, несомненно, следует считать Господних Апостолов, не нашлось ни одного, кто хотя бы мог предположить, что Богом предопределено и язычникам войти через Крещение и получение дара Святого Духа в славу народа Его Израиля и умножить ее»1050. Таким образом, недостаток (в первое время) откровения у Апостолов и христиан из иудеев относительно тайны язычников была главной причиной того, почему Бог Сам непосредственно даровал Корнилию и его домашним Духа Святого. По этой причине и крещение Корнилию было преподано после получения им Св. Духа. Вот потому совершенно понятно, что случай Корнилия есть случай исключительный и в способе получения Духа (непосредственно от Бога), и по времени получения (до крещения).

После этого Богу уже не было нужды вмешиваться в обычный процесс сообщения верующим Духа Святого. Так, когда уверовали ефесяне (язычники), то пришедший к ним ап. Павел, имея полную веру насчёт язычников, крестил уверовавших и затем передал им через руковозложение Духа Святого (Деян. 19:6).

Здесь нужно заметить, что именно Апостолу Павлу во всей полноте была открыта «тайна язычников», о которой он так много писал в своих посланиях (см. Еф. 3:3; 6:19; Кол. 1:26–27). Тайна эта в том и заключается, что Бог в Своём промысле скрывал до времени Свой замысел соделать всех верующих во имя Его – и евреев, и язычников – одним народом Божиим. И за утверждение этой, открытой ему Богом истины, он много боролся с теми «верующими из обрезанных», которые никак не могли постичь этой тайны (см. Гал. 2:4–5; Деян. 15:1–2). (Собственно говоря, первый церковный Собор, бывший ещё при Апостолах – см. Деян. 15:1–31 – состоялся именно по причине возникшего в Церкви спора насчёт того, каким образом вводить язычников в Церковь, и какую роль для христиан имеет обрезание и прочее из закона Моисея).  Потому именно ап. Павел, а никто другой из Апостолов, назван Апостолом язычников. Сам он писал о своём служении язычникам так: «увидев, что мне вверено благовестие для необрезанных, как Петру для обрезанных – ибо Содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников, – и, узнав о благодати, данной мне, Иаков и Кифа и Иоанн, почитаемые столпами, подали мне и Варнаве руку общения, чтобы нам идти к язычникам, а им к обрезанным» (Гал. 2:7–9). Поэтому, другие Апостолы куда с большим трудом, чем ап. Павел, и не сразу постигли тайну язычников. Так, даже после такого яркого урока, преподанному Самим Богом Апостолам и всем христианам-евреям в случае с Корнилием, ап. Павел был вынужден защищать честь язычников и их право на полноценное церковное общение даже перед ап. Петром, о чем сам ап. Павел свидетельствует: «Когда же Петр пришел в Антиохию, то я лично противостал ему, потому что он подвергался нареканию. Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных. Вместе с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием. Но когда я увидел, что они не прямо поступают по истине Евангельской, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?» (Гал. 2:11–14). То есть, даже после видения ап. Петру и всего происшедшего с Корнилием, в среде христиан-иудеев ещё долго бытовали понятия о том, что с язычниками нельзя общаться и вместе вкушать трапезу – так сильно было их старое иудейское мировоззрение1051. По этой причине, повторю, Корнилий не мог получить Духа Святого иначе, как от Самого Бога, и никак не мог, как все остальные, креститься до принятия Духа, так как христиане-иудеи не имели веры на то, чтобы крестить его до сошествия на него Св. Духа. Поэтому, повторю, случай с Корнилием во всех отношениях исключительный.  

Каково же тогда правило получения Духа Святого? В Библии мы находим ответ на этот вопрос: «через возложение рук Апостольских подается Дух Святый» (Деян. 8:18). Данное библейское утверждение имеет важнейшее значение для нашего разговора, и потому рассмотрим этот стих подробнее, в его непосредственном контексте: «Тогда (Апостолы) возложили руки на них (самарян), и они приняли Духа Святаго. Симон же, увидев, что через возложение рук Апостольских подается Дух Святый, принес им деньги, говоря: дайте и мне власть сию, чтобы тот, на кого я возложу руки, получал Духа Святаго. Но Петр сказал ему: серебро твое да будет в погибель с тобою, потому что ты помыслил дар Божий получить за деньги. Нет тебе в сем части и жребия, ибо сердце твое неправо пред Богом» (Деян. 8:17–21). Обратим внимание, что даже нечестивый Симон волхв понимал реальность апостольской власти: 1) подавать через руковозложение Духа Святого, а также 2) передавать сию власть другим. Поэтому он и обратился к ним с такой просьбой. И Апостол Пётр не отверг того, что он имеет полномочия на то и другое. Он лишь с гневом отказал в передаче этой власти Симону за деньги. И его слова: «нет тебе в сем части и жребия, ибо сердце твое неправо пред Богом» дают понять, что другие люди, чьё сердце пред Богом право, могут иметь в этом участие и жребий, то есть получить власть подавать Духа Святого (и возможность передавать эту власть другим). Симону волхву ап. Пётр не дал своей власти подавать Духа Святого, но другим верным христианам (епископам) Апостолы передали эту власть через рукоположение, а те в свою очередь передали её своим преемникам, и так до сего дня.

Итак, правило, которое Бог установил в Церкви для получения Духа Святого, заключается в том, чтобы Апостолы (а также их преемники, то есть епископы) после Крещения передавали верующим Духа Святого. И в Деяниях мы видим такую картину: вначале Бог посылает Духа Апостолам непосредственно. Затем они, уже имея в себе Св. Духа, передают Его через руковозложение самарянам. На это у них хватило веры, так как самаряне были евреями, хотя и не чистыми. Затем Бог подаёт Духа Святого непосредственно сначала прозелиту евнуху, а потом и язычнику Корнилию, поскольку у Апостолов на то время, по крайней мере, во втором случае1052, не хватало веры на то, чтобы самим это сделать через возложение рук. И после этого уверовавшие из язычников ефесяне крестятся и получают Духа Святого через руковозложение ап. Павла, который имел полную веру насчёт язычников. И после этого, когда все Апостолы и иудео-христианские епископы убедились (прежде всего, через чудесное дарование Духа Святого Корнилию с его семейством), что Бог принимает в Свою Церковь и язычников, они стали уже сами с полной верой передавать Духа Святого уверовавшим через руковозложение, и Богу не было уже нужды изливать Духа Своего Самому, без посредства Своего священства.

Нужно не забыть здесь отметить вот ещё какую важную деталь: ап. Павел сначала крестил, а потом уже передал ефесянам Духа Святого. В такой же последовательности это произошло с самарянами, евнухом и, по всей видимости, с самим ап. Павлом. Один только Корнилий со своими домашними получил Духа Святого до крещения, но для такого исключения была весьма веская причина, которая была уже подробно объяснена. Почему же так происходило, если не потому, что так и должно происходить в Церкви? В защиту своего мнения, что сначала нужно всё же принимать Духа Святого, а только потом – водное крещение, протестанты могут, например, сказать, что «с самарянами так получилось, что они уже оказались крещёнными, но не имеющими Духа Святого; потому Апостолам ничего не оставалось делать, как передать им Духа Святого уже после крещения». Хотя аргумент этот очень слаб1053, но допустим, что это так. Но как же тогда быть с ефесянами? Когда ап. Павел встретил их, то они не были ещё крещёнными, как самаряне. Они были готовы поступить так, как сказал бы им ап. Павел. Если бы ап. Павел верил как протестанты, что нужно сначала человеку принять Духа Св., а потом уже креститься, то почему же он сначала крестил их, а потом только передал им Духа Святого? Имей любой протестант власть подавать через руковозложение Духа Святого, какую имел ап. Павел, он бы при своих убеждениях обязательно сначала возложил бы руки для передачи Духа Святого, а только потом крестил бы уверовавших, ибо протестанты ясно учат о том, что «крестить следует только спасённых людей» (см. гл. 13, абз. 3), только уже имеющих Св. Духа. И то, что ап. Павел сделал всё в другой последовательности, говорит о том, что его взгляды на этот вопрос были иными, чем протестантские. Также и в случае с евнухом: если Бог желал дать ему Духа Святого Сам непосредственно, то почему Он это сделал после, а не до его крещения? Ответ истинный и разумный такой: потому, что Бог того и желает, чтобы сначала верующий крестился, а потом принимал дар Духа Святого1054. Все другие ответы, которые могут придумать протестанты – от лукавого, хотя чаще всего им в этом случае просто нечего ответить, кроме того, что «да, так было, но всё это – исключения (причём, причины таких исключений непонятны), а правилом нужно считать случай с Корнилием». И ухватились протестанты за исключительный случай Корнилия, отвергая правило, потому, что им это очень нужно в их борьбе с Церковью, для доказательства своей дьявольской идеи об индивидуальном спасении и ненужности для этого Церкви. Другими словами, идея о возможности человеку самому (без Церкви) спастись и получить Духа Святого нужна бесам для того, чтобы их люди легко и безболезненно создавали множество сект.

Итак, Библия с достаточной ясностью утверждает такой порядок в деле спасения и присоединении человека к Церкви: сначала нужно принимать крещение, а потом – дар Духа Святого. И для такой последовательности есть важная онтологическая причина, которая кроется в понимания сущности одного и другого Таинства. В Крещении человек возрождается, то есть рождается духовно (эту важнейшую доктрину, на которой я подробно останавливал внимание моего читателя в предыдущей главе, ясно утверждает Св. Писание и вероломно отвергают протестанты). И вот в этого родившегося, духовно живого человека и изливается Дух Святой. Это можно сравнить с рождением ребёнка: он сначала рождается, а потом начинает дышать воздухом. Вот так происходит и в рождении духовном: в крещении человек возрождается, и затем этому духовно новорождённому Бог даёт дыхание жизни – Духа Своего Святого.

В общем-то, весь этот процесс – крещение и получение Духа Святого – есть единый процесс, очень друг с другом связанный, как и процесс рождения человека. Потому Христос и говорил о рождении от воды и Духа как об одном целом, но сначала от воды, а потом от Духа: «кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3:5). Вместе о крещении и получении Духа Святого говорят и другие места Св. Писания, которые уже приводились в предыдущей главе, например Деян. 2:38, где сказано: «да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа». Как видим, процесс крещения и получения дара Духа Святого тесно связан между собой как единый акт духовного рождения, но сказано ясно и конкретно, что сначала крещение, а потом получение дара Духа Святого. Также в Тит. 3:5 мы читаем: «Он спас нас… банею возрождения и обновления Святым Духом». Для спасения нужны и крещение и дар Духа Святого, но сначала крещение (баня возрождения), а потом дар Святого Духа (обновление Духом Святым). Посему, Православная Церковь и совершает оба эти таинства, Крещение и Миропомазание, сразу, но сначала крещение, а потом миропомазание: прочтя после крещения человека несколько молитв его миропомазывают, преподавая тем самим уже крещённому и духовно рождённому дыхание жизни – дар Духа Святаго. Протестанты же, ради утверждения антибиблейской идеи об индивидуализме в спасении, отвергают, презирают и нагло извращают такие ясные и конкретные библейские свидетельства о том, что сначала человек должен креститься, а потом – принимать дар Духа Святого (в церковном Таинстве); об этом ясно учила и вся древняя Церковь, о чём уже был начал разговор, как помнит мой читатель, в предыдущей главе – см. абз. 55–58, 60, 64, 67; ниже, в абз. 56–57, 59, 61–69, 73, 75, 78, будут приведены и многие другие тому подтверждения).

Теперь нужно ответить на существенный и уже давно созревший у внимательного читателя вопрос: «а какое отношение имеет миропомазание к передаче Духа Святого через руковозложение Апостолов»?

Всё дело в том, что Апостолы, спустя некоторое время после Пятидесятницы, заменили форму преподавания Духа Святого: вместо руковозложения они стали помазывать миром. Это было сделано по внушению Духа Святого из-за острой необходимости, ибо Церковь стала, как мы читаем о том в Деяниях Апостольских, весьма умножаться и распространяться, так что Апостолам было уже физически невозможно успевать полагать руки на всех уверовавших и крестившихся для того, чтобы передать им Духа Святого. Потому они решили, чтобы епископы освящали миро, а затем распределяли его по поместным церквам, чтобы пресвитеры также могли помазывать крестившихся святым миром и тем самым передавать им дар Духа Святого1055. И эта замена никак не нарушает заповедей Христовых, ибо руковозложение как форма передачи Духа Святого не была предписана Самим Христом, как для крещения Им была предписана вода, а для причащения – хлеб и вино. Димитрий Чуйков пишет о замене формы сообщения дара Духа Святого так: «В Новом Завете мы не находим Божией заповеди о замене руковозложения миропомазанием для низведения Святого Духа, но в Новом Завете равно нет и Божией заповеди о Руковозложении как, например, о Крещении и Евхаристии. И это говорит о том, что руковозложение и миропомазание как способы передачи дара Святого Духа в Библейском учении не есть настолько безусловные и ничем не заменимые, так, что бы замена их привела к нарушению заповедей, насколько таковыми являются крестильная вода для погружения в Триединого Бога и омытия грехов, и хлеб и вино для причащения Божеского естества. Поэтому Апостолы, стараясь успевать за нуждами всёвозрастающей Церкви, и, имея всю власть в Доме Божием, и великое дерзновение в великой вере, не погрешая против истины, будучи наставляемы Самой Истиной, – и внесли такое изменение в Таинство Духа. И как Дух для дарования Себя спасаемым научил их (Апостолов) руковозлагать, взяв подходящий образ из Ветхого Завета, и, напомнив им о том, как исцелял и благословлял Господь наш Иисус Христос (см., например, Быт. 48:14–20; Лук. 4:40 и Мк. 10:13–16), – так Тот же Дух научил их и миропомазывать, вновь беря Ветхозаветный пример, (см. Исх. 30:22–33)1056 и не причиняя вреда, ни Вечному Слову, ни Духу, ни Церкви, ни Отцу Светов (см. Иак. 1:171057.

Факт замены руковозложения миропомазанием в древней Церкви не оспаривает даже баптист С. Санников, и говорит, что «во II веке1058 при возложении рук начали совершать миропомазание, указывающее1059 на сошествие и пребывание Святого Духа на крещённом. Так как возложение рук обычно совершалось епископами, которые не всегда могли присутствовать при крещении, то оно стало вначале откладываться до того времени, пока прибудет епископ, а позже, в связи с ростом общин, сменилось помазанием миром, над которым епископы молились с возложением рук. Так постепенно исчез акт рукоположения над новокрещёнными»1060.

Если такой замены не было бы сделано Апостолами, и они передали бы одним только епископам свою власть подавать Духа Святого через руковозложение, то в положении возросшей числом Церкви епископам было бы крайне затруднительно или даже совсем невозможно успевать возлагать руки на всех крещёных по всем городам и селам своей епархии (о том, что именно эта трудность послужила замене руковозложения миропомазанием, указывает и С. Санников в вышеприведенной цитате). Да, можно было бы крестившимся самим являться в назначенное время к епископу, как делают это, например, католики: они сами приезжают для конфирмации (миропомазания) к епископу, и, теоретически, епископ мог бы их не помазывать, а полагать на них руки. Но нужно учитывать то, что многие из крестившихся не могут сами прибыть к епископу. К таковым людям относятся нетранспортабельные больные, находящиеся в заключении и т.п. К тому же нужно помнить, что современные быстрые и удобные средства передвижения и хорошие дороги стали доступны многим людям всего несколько десятилетий назад, а во все былые века самим приехать к епископу было невозможным или крайне затруднительным делом для гораздо большего числа людей. Вот поэтому, одним епископам, без замены руковозложения на миропомазание и помощи пресвитеров, практически было бы невозможно исполнить своё служение. Те же католики даже в настоящее время не в состоянии всех крещёных привозить к епископу, поэтому у них есть священники, которые также помазывают миром крещёных. (Разница только в том, что Православная Церковь даёт право всем священникам миропомазывать крещёных, а католическая – не всем, а только тем, кто имеет особое на это благословение от епископа: и этот вопрос есть один из многих нововведений и отступлений католичества от веры и практики древней Церкви, ибо из древности все, а не только избранные пресвитеры, имели право миропомазывать крещёных).

Конечно, большинство протестантов ничего не знает и не хочет знать ни о какой замене руковозложения на миропомазание, сделанной самими Апостолами. Более того, множество протестантов понятия не имеет не только о миропомазании, но даже о том, что в древней Церкви Дух Святой передавался через возложение рук Апостолов. Я, например, задал одному небезызвестному баптистскому пастору вопрос: «как вы думаете, почему в Деяниях мы видим два способа получения Духа Святого: непосредственно от Бога и посредством возложения рук Апостолов»? Он явно удивился такому вопросу и ответил: «я не думаю, что Апостолы передавали Духа Святого: скорее, это было благословение на служение». То есть большинство баптистов, даже их пасторы, не имеют никакого понятия не только о миропомазании (не говоря уже о его признании), но даже не знают о том, что в первом веке Дух Святой передавался посредством возложения рук Апостолов, хотя об этом так ясно и недвусмысленно написано в книге Деяний. Поэтому, крайне важно остановиться на этом вопросе подробно и привести свидетельства Библии, и отцов и учителей древней Церкви, подтверждающие ту истину, что Дух Святой подаётся и всегда подавался (за малым исключением в самом начале) в Церкви верующим посредством миропомазания священнослужителями Церкви.

Пророчества о миропомазании верующих мы находим ещё в Ветхом Завете, в Иез. 9:4 и Ис. 66:18–19. Но эти места уже рассматривались во 2-й главе (абз. 111–112), и здесь я не буду повторяться.

В Новом Завете ещё конкретнее говорится о миропомазании. Так, ап. Ио­анн Богослов пишет: «Впрочем, вы имеете помазание от Святаго и знаете все… Впрочем, помазание, которое вы получили от Него, в вас пребывает, и вы не имеете нужды, чтобы кто учил вас; но как самое сие помазание учит вас всему, и оно истинно и неложно, то, чему оно научило вас, в том пребывайте» (1Ин. 2:20,27). О каком помазании говорит здесь Апостол? Если мы внимательно проанализируем слова, которые использует Иоанн Богослов для описания этого помазания, то увидим явные сходства с теми словами, которыми Христос описывал должного прийти Духа Святого. Так, ап. Иоанн пишет, что это помазание «в вас пребывает» – и Христос говорил, что Дух Святой «в вас будет» (Ин. 14:17); ап. Иоанн пишет о том, что «сие помазание учит вас всему… чему оно научило вас, в том пребывайте» – и  Христос говорил, что Дух Святой «научит вас всему» и «наставит вас на всякую истину» (Ин. 14:26; 16:13); ап. Иоанн называет помазание «истинным и неложным» – и Христос называл Духа Святого «Духом истины» (Ин. 14:17). То есть, ап. Иоанн говорит о помазании так, как говорил Христос о Духе Святом, из чего следует, что помазание и дар Духа Святого есть одно целое; или же, точнее, что через это помазание и подаётся Дух Святой. Более того, ап. Иоанн пишет, что помазание это «вы имеете… от Святаго», и что это помазание «вы получили от Него». Эти слова ещё больше убеждают в том, что это помазание совершенно не обычное, и что оно дано от самого Бога: то есть через это помазание Сам Святой Бог подаёт верным Духа Святого.

На всё это протестанты, конечно же, скажут, что о помазании здесь Иоанн Богослов пишет образно. Но исключительно образное толкование слов Апостола является в этом случае произвольным, ибо для такого толкования должна быть причина. Если мы понимаем многие слова Христа только образно, то на это есть ясная причина. Например, если Христос говорит, что Он есть пастырь, а верующие – овцы; что Он есть виноградная лоза, а верующие – ветви, то понимать эти слова исключительно образно есть ясная логическая причина, ибо человек не может в прямом смысле слова быть овцой или виноградной ветвью. Но когда говорится о помазании, то ясной причины понимать эти слова только образно нет, ибо человек легко может быть помазан в прямом смысле слова.

Более того, когда в Ветхом Завете говорится о помазании, то имеется в виду физическое, буквальное помазание, и помазанники Божии потому так назывались, что были действительно помазаны елеем или миром, и через это действо, естественно, они получали особую Божию благодать. Так, Давид называет царя Саула и себя самого «помазанником» Господним (1Цар. 24:7,11; Пс. 27:8; 88:39) именно потому, что они действительно, а не образно были таковыми: «взял Самуил сосуд с елеем и вылил на голову его (Саула), и поцеловал его и сказал: вот, Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего» (1Цар. 10:1); «И взял Самуил рог с елеем и помазал его (Давида) среди братьев его, и почивал Дух Господень на Давиде с того дня и после» (1Цар. 16:13). Так же и царь Соломон потому был помазанником, что «взял Садок священник рог с елеем из скинии и помазал Соломона» (3Цар. 1:39).

Исключительно образно нужно понимать только те места Библии, где Помазанником называется Христос, ибо телесно человеком Он помазан не был. Но для этого есть понятые причины, ибо Христос всегда был исполнен Духом Святым, и не было никакой нужды в том, чтобы помазывать Его и сообщать Ему благодать и дары Св. Духа.

Итак, мы видим, что когда в Ветхом Завете говорится о помазанниках людях, то это всегда значит, что они были буквально, физически помазаны елеем или миром. Когда же говорится о Христе, то помазание нужно понимать образно. С кем же мы должны себя отождествлять в данном случае? С Богочеловеком Иисусом Христом, или с Божьими людьми? Очевидно, с последними. Потому и помазание должны понимать в отношении себя буквально.

К тому же одно из правил протестантской герменевтики говорит о том, что библейский текст нужно понимать всегда прямо и буквально, если к исключительно образному толкованию нет веских причин, а таковых причин в выше процитированных словах ап. Иоанна нет никаких. Димитрий Чуйков так комментирует слова ап. Иоанна о помазании: «Невозможно и не нужно отрицать того, что в этих стихах слово «помазание» имеет образный оттенок, но и нельзя видеть в этом слове только образный смысл. Все становится на свое место, все объясняется, согласуется с историческим голосом Церкви, а главное, с сегодняшней все той же древней Ее практикой передачи Святого Духа, подтверждаемой свидетельством получивших  Его, – как раз таки, если признать за этим словом и его прямой смысл. К такому пониманию нет никаких Библейских противопоказаний»1061.

Таким образом, в 1Ин. 2:20,27 ап. Иоанн говорит о том, что христиане, к которым он писал своё послание, были физически помазаны, и что через это помазание они получили Духа Святого, Который в них пребывал и научал их всему.

О помазании упоминает также и ап. Павел: «Утверждающий же нас с вами во Христе и помазавший нас ес