Я искал истину! <br><span class=bg_bpub_book_author>Виталий Трутченков</span>

Я искал истину!
Виталий Трутченков

Мой путь к Церкви

В 1993 году я уверовал во Христа, пообщавшись с христианской молодёжью, как я потом узнал – из общины евангельских христиан и прочитав подаренную ими книжку Билли Грэма «Мир с Богом». Было покаяние, молитва, тотальное изменение жизни, мировоззрения, ценностей и приоритетов. Я примкнул к общине, которая содействовала моему обращению, и стал её активным членом. События же, которые вывели меня оттуда начались летом 1999 года, когда я пообщался с вернувшимся из Астрахани другом, тоже членом этой общины. В Астрахань он поехал служить миссионером, но, вдруг, внезапно вернулся. Причиной возвращения он назвал своё присоединение к православной церкви. Оказывается, во время его миссии в Астрахани, он натолкнулся на очень грамотных, эрудированных и богословски подкованных православных христиан, которые и объяснили ему что к чему. Аргументов для возражний у него не хватило, а, самое главное, Духу противиться он не смог. Когда всё это друг поведал мне при личной встрече, я воспринял эту новость как вызов, брошенный моим экзистенциальным мировоззренческим основам. «Брат попал в заблуждение», – подумал я и решил, что его нужно спасать.

Братия! если кто из вас уклонится от истины, и обратит кто его, пусть тот знает, что обративший грешника от ложного пути его спасет душу от смерти и покроет множество грехов. Иакова 5:19-20

Наши споры с ним длились около полугода. Я записался в православную библиотеку, потому что мне нужно было знать «слабые места» оппонирующей стороны. Начал изучать историю церкви и труды святых отцов, чтобы выявить там изъяны, логические ошибки и искажения истины.

Однако, чем больше я изучал православие, тем больше обнаруживал своё собственное заблуждение.

К слову, нужно сказать, что соприкосновения с православной церковью были и раньше, до перехода туда моего друга. И далеко не всегда эти встречи были «боевыми столкновениями». Так, однажды, в букинистическом магазине я наткнулся на пятитомник «Добротолюбия», который продавался по «смешной» цене. Я, не задумываясь, купил. Ведь это же духовный опыт ранних христиан, как же можно его проигнорировать? Читал с упоением. Что-то воодушевляло, что-то пугало. В итоге – отложил. Подумал, что это – не для меня. Слишком высокий подвиг. Слишком суровая аскеза. В Евангелии всё кажется так просто, а здесь всё так усложнено. Да и братья по общине предостерегли, посоветовали не увлекаться и читать Библию. Я был членом общины «Дом Евангелия», которую можно условно отнести к баптистской конфессии, хотя сами себя мы тогда позиционировали, как внеконфессиональное миссионерское движение. Но у меня было много друзей из других протестантских общин. Например, из «Вифании», – общины пятидесятническо-харизматичкого толка. Мне нравилась бодрая и позитивная эмоциональная атмосфера «Вифании», нравился их харизматический энтузиазм. Но руководство нашей общины возвещало, что «Вифания» искажает учение (говоря попросту, еретики). Напротив же, мои друзья из «Вифании» укоряли мою и многие другие общины консервативного баптистского толка в угашении Духа. Я же, имея доброе отношение к одним и другим, размышлял, как же могут быть примирены эти противоречия и как определить критерии истины, чтобы выявить правоту или неправоту одних или других.

Критерии истины – вот что всё больше и больше волновало и беспокоило меня в то время.

И с этими вопросами я обращался ко многим братьям. И неизменно натыкался на шаблонный ответ: «читай Библию и молись, и Дух Святой откроет и наставит». Но, в реальности практика говорила об ином. Так, в нашей общине выделился один пытливый умом человек, который, изучая Библию нашёл, что учение нашей общины во многих важных вопросах уклонилось в ересь и не согласно с Писанием. Брата подвергли порицанию на пасторском совете, запретили ему распространять своё учение, и в итоге самого объявили еретиком. Я неоднократно ввязывался в богословские диспуты с представителями других конфессий протестантского духа. «Чем вы докажете, что вы правы?» – спрашивал я у них. «Читай Библию и молись», – получал неизменный ответ. «Я читаю Библию и молюсь, но, как видите, я же не пришёл к вам. Бог привёл меня в другую церковь! Как вы это объясните?» Ответы были разными: ты был неискренен в молитве (ведь «с искренними Бог поступает искренне, а с лукавыми по лукавству их»); ты недостаточно внимательно исследовал Писание (вот, если с тобою побеседовали бы наши пастыри, то ты бы смог понять всё правильно!)

Так значит просто чтения Писания и просто молитвы недостаточно? Должны быть что-то и кто-то ещё? Но, как тогда определить, кто и что? Почему я должен доверять именно этим пастырям и проповедникам, а не другим?

Почему должен вверить свою жизнь именно этой общине, а не какой-нибудь другой? Вопрос о критериях истины оставался открытым и всё громче, и громче звучал в моём сознании.
Когда я начал изучать историю церкви, знакомиться с православной литературой (чтобы спасти брата от заблуждения), мучивший меня вопрос о критериях истины, начал постепенно проясняться и разрешаться. Вот почему я стал обнаруживать своё собственное заблуждение. Здесь напрашивается ассоциация с притчей Платона о пещере.

Там, человек, сидя в пещере видит лишь тени проникающие в пещеру извне и считает, что эти тени и есть реальность. Потом, человек выходит из пещеры и видит подлинную реальность, но она ослепляет его. Вот и мне представилась подобная картина. Только я сидел в пещере при свете костра и теперь решил взять из костра факел и выйти наружу, посветить тем, кто находится там, вне…

Вышел с факелом и оказался в реальности, залитой солнечным светом.

Результатами своих размышлений и поисков я делился со своими друзьями – членами нашей домашней церкви. Нет, мы так просто не сдавались! Мы составляли перечни вопросов, которые я потом излагал своему, теперь уже православному другу. Он терпеливо и последовательно отвечал на все эти вопросы и этих вопросов становилось всё меньше. Забегая вперёд, скажу, что весь этот набор вопросов не отличается оригинальностью и ответы на них стали уже хрестоматийными. Из них уже давно составляются миссионерские катехизисы. К концу года вся наша группа читала и обсуждала книги Питера Гилквиста «Возвращение домой» и Андрея Кураева «Протестантам о православии».

Потом на нашей домашке прошла встреча с православным священником – отцом Алексеем Касатиковым. И это уже, наверное, можно было бы назать последней точкой. Но нет! Контрольным «выстрелом в голову» стало посещение литургии в храме Рождества Христова с участием хора Троице-Сергиевой лавры. Мы были настолько потрясены торжественностью и красотою богослужения, что могли, вторя послам князя Владимира засвидетельствовать:

«не знаем, где мы были – на земле или на небе».

Когда я после этого пришёл на воскресное богослужение нашей общины, оно показалось мне настолько пресным и скучным, как будто я присутствую на отчётно-выборном комсомольском собрании. «Что я здесь делаю?» – спрашивал я себя тогда с недоумением и понимал, что больше сюда уже не приду.

Присоединение нашей группы к православной церкви было назначено на светлую седмицу по окончании Великого Поста. Настоятель храма во имя иконы Божией матери «Всех скорбящих радосте» отец Алексей объявляя прихожанам об этом событии, сказал, что группа наших братьев и сестёр возвращается домой, в лоно матери-церкви из сектантской прелести. Чин присоединения совершал митрополит Исидор, царство ему Небесное.

Наш переход стал импульсом, запустившим волну исканий среди многих наших друзей протестантов в разных общинах.

Новые и новые братья и сёстры приходили оттуда, движимые и сомнениями, и потребностью знать истину о подлинной Церкви. Еженедельно мы собирались для миссионерских дискуссий с ними. Сначала – в помещении православной библиотеки «Троицкое слово», а затем – в трапезной при храме. А это движение, в свою очередь, привело, к присоединению новых групп воцерковляющихся Протестантов. Двадцать три года прошло с тех пор. Оглядываюсь назад с тёплыми воспоминаниями.

Тогда мы, как дети, искренне радовались обретению подлинной истины, подлинной Церкви Христовой. Тогда мы отважились, сбросив маски ложного благочестия, самодовольного успокоения и притворной любви, стать на открытый нам путь истины и пойти по нему. Ещё не понимая, что предстоит ещё огромная задача – устоять в истине, не потерять веру, не оскудеть в любви.

По-разному сложились судьбы всех нас, тех Протестантов, вернувшихся когда-то домой и начавших свой долгий путь воцерковления.

Поэтому, вспоминая сейчас всех своих друзей: живых и отшедших, молюсь, чтобы Господь был снисходителен к нашим ошибкам, которым несть числа, и покрыл своей любовью наши грехи и немощи, и молитвами Богородицы и всех святых и принял нас в своё Царствие.

Источник: «Возвращение домой»

Комментировать