Радоница

По­ми­но­ве­ние усоп­ших (втор­ник 2-й сед­ми­цы по Па­схе)

25 ап­ре­ля в 2017 го­ду

Ра­до­ни­цаНа­ро­чи­тое Пас­халь­ное по­ми­но­ве­ние усоп­ших – «Радо­ни­ца» – не преду­смот­ре­но ни гре­че­ским, ни рус­ским цер­ков­ным Уста­вом, и оно со­вер­ша­ет­ся у нас «по бла­го­че­сти­во­му обы­чаю». Его по­яв­ле­ние в рус­ской бо­го­слу­жеб­ной тра­ди­ции свя­за­но, оче­вид­но, с тем, что с по­не­дель­ни­ка по­сле «Фо­ми­на вос­кре­се­нья» Устав раз­ре­ша­ет со­вер­ше­ние до­ста­точ­но скром­ных за­упо­кой­ных служб – литий. По­это­му в неко­то­рых об­ла­стях Ра­до­ни­цу справ­ля­ли в по­не­дель­ник. Со­от­вет­ствен­но, толь­ко с это­го вре­ме­ни Устав раз­ре­ша­ет ве­ру­ю­щим при­хо­дить на мо­ги­лы сво­их ближ­них. (Рас­про­стра­нён­ный в на­ро­де обы­чай при­хо­дить на мо­ги­лы в день Пас­хи и дру­гих боль­ших празд­ни­ков со сне­дью и спирт­ны­ми на­пит­ка­ми в корне про­ти­во­ре­чит хри­сти­ан­ской дог­ма­ти­ке и вос­хо­дит к язы­че­ским триз­нам на мо­гиль­ных хол­мах.) При­хо­дя, лю­ди гром­ко де­лят­ся с усоп­ши­ми ра­дост­ной ве­стью о вос­кре­се­нии Хри­сто­вом. Ве­ро­ят­но, с этим свя­за­но и са­мо на­зва­ние по­ми­но­ве­ния – «ра­до­ни­ца». (В неко­то­рых ме­стах этот день на­зы­ва­ют древне­сла­вян­ским сло­вом «на­вий», то есть «день мёрт­вых». В Ма­ло­рос­сии его так­же на­зы­ва­ют «мо­гил­ка­ми», «гроб­ка­ми», «про­во­да­ми».) «Неофи­ци­аль­ный» ха­рак­тер это­го по­ми­но­ве­ния под­чер­ки­ва­ет­ся тем, что цер­ков­ный Устав не преду­смат­ри­ва­ет для бо­го­слу­же­ния осо­бых за­упо­кой­ных апо­столь­ских и еван­гель­ских чте­ний. По­ме­ща­е­мая да­лее за­упо­кой­ная про­по­ведь хоть и но­сит част­ный ха­рак­тер, но пре­крас­но от­ра­жа­ет от­но­ше­ние Пра­во­слав­ной Церк­ви к те­ме смер­ти в эти свет­лые пас­халь­ные дни.

Юрий Рубан,
канд. ист. наук, канд. богословия

Апо­столь­ское чте­ние

(Деян.4:1-10. – За­ча­ло 10)

[На­ча­ло про­по­ве­ди и пер­вые го­не­ния]

В то вре­мя, как апо­сто­лы го­во­ри­ли к на­ро­ду, по­до­шли к ним свя­щен­ни­ки, и на­чаль­ник хра­мо­вой стра­жи, и сад­ду­кеи, раз­дра­жен­ные тем, что они учат на­род и воз­ве­ща­ют вос­кре­се­ние из мерт­вых через Иису­са. И на­ло­жи­ли на них ру­ки и от­да­ли под стра­жу до сле­ду­ю­ще­го дня, ибо был уже ве­чер.

Мно­гие же из слы­шав­ших сло­во уве­ро­ва­ли. И до­стиг­ло чис­ло [уве­ро­вав­ших] муж­чин до пя­ти ты­сяч.

А на сле­ду­ю­щий день со­бра­лись в Иеру­са­ли­ме на­чаль­ни­ки их, и ста­рей­ши­ны, и книж­ни­ки, и пер­во­свя­щен­ник Ан­на (Ханан), и Кай­а­фа, и Иоанн, и Алек­сандр, и все из пер­во­свя­щен­ни­че­ско­го ро­да. И, по­ста­вив их [апо­сто­лов] в се­ре­дине, спра­ши­ва­ли: «Ка­кой си­лой или ка­ким име­нем вы это сде­ла­ли?»

То­гда Петр, ис­пол­нив­шись Ду­ха Свя­то­го, ска­зал им: «На­чаль­ни­ки на­ро­да и ста­рей­ши­ны! Ес­ли нам се­го­дня учи­ня­ют до­прос о бла­го­де­я­нии боль­но­му че­ло­ве­ку, ка­ким об­ра­зом он спа­сён, то да бу­дет из­вест­но вам и все­му на­ро­ду из­ра­иль­ско­му, – что име­нем Иису­са Хри­ста На­зо­рея, Ко­то­ро­го вы рас­пя­ли, Ко­то­ро­го Бог вос­кре­сил из мёрт­вых. Его име­нем сто­ит он здо­ро­вый!»

Еван­гель­ское чте­ние

(Ин.3:16-21. – За­ча­ло 10)

[Лю­бовь Бо­га и от­вет на неё лю­дей]

[Бра­тья,] так ведь по­лю­бил Бог мир, что от­дал Сво­е­го Еди­но­род­но­го (Един­ствен­но­го) Сы­на, чтобы вся­кий ве­ря­щий в Него, не по­гиб, но имел жизнь веч­ную.

Ведь не по­слал Бог Сы­на Сво­е­го в мир, чтобы Он су­дил мир, но чтобы через Него мир был спа­сён.

Ве­ру­ю­щий в Него не су­дит­ся, а неве­ру­ю­щий уже осуж­дён, по­то­му что не по­ве­рил во имя Еди­но­род­но­го (Един­ствен­но­го) Сы­на Бо­жия.

Суд же со­сто­ит в том, что в мир при­шел свет; но лю­ди по­лю­би­ли тьму бо­лее, чем свет, – по­то­му что де­ла их бы­ли злы.

Ведь вся­кий, тво­ря­щий зло, нена­ви­дит свет и не идёт к све­ту, чтобы не бы­ли изоб­ли­че­ны его де­ла, [по­то­му что они злы].

А тво­ря­щий ис­ти­ну идёт к све­ту, чтобы яв­ны­ми ста­ли его де­ла, по­то­му что они со­вер­ше­ны в Бо­ге.

Про­по­ведь на от­пе­ва­нии

Мит­ро­по­лит Су­рож­ский Ан­то­ний (Блум)

Смерть та­ин­ствен­на, и она так же глу­бо­ка и ве­ли­че­ствен­на и свет­ло-тор­же­ствен­на, как Бо­жии пу­ти; она так ве­ли­ка, что пред смер­тью че­ло­век дол­жен вы­рас­ти в пол­ную ме­ру сво­е­го че­ло­ве­че­ско­го ве­ли­чия: в та­кую ме­ру, чтобы он мог сто­ять пе­ред Бо­гом толь­ко в ду­хов­ном со­зер­ца­тель­ном и тре­пет­ном без­мол­вии. Пе­ред ли­цом смер­ти на­ши плач и го­ре ста­но­вят­ся слиш­ком ма­лы­ми для той тай­ны, пе­ред ко­то­рой мы сто­им, и по­то­му так тор­же­ствен­на, так пол­на ве­ры и на­деж­ды, так бо­га­та лю­бо­вью и бла­го­го­ве­ни­ем цер­ков­ная служ­ба от­пе­ва­ния че­ло­ве­ка. Каж­дое сло­во в ней – это сло­во ве­ры.

Пер­вые сло­ва от­пе­ва­ния – это свя­щен­ни­че­ский воз­глас Бла­го­сло­вен Бог наш! По­ду­ма­ем же, сколь­ко нуж­но про­стой ве­ры и чест­но­го до­ве­рия к Бо­гу, чтобы пе­ред ли­цом смер­ти че­ло­ве­ка (по­рой са­мо­го близ­ко­го) бла­го­сло­вить (то есть по­бла­го­да­рить!) Гос­по­да во всех пу­тях Его, вклю­чая и этот та­ин­ствен­ный путь. Сколь­ко нуж­но на­деж­ды и уве­рен­но­сти в Бо­ге, чтобы, об­ра­ща­ясь к ото­шед­шей от нас ду­ше, ска­зать: Бла­жен путь, в ко­то­рый ты идешь се­го­дня, ду­ша, ибо уго­то­ва­но те­бе ме­сто упо­ко­е­ния... Каж­дое сло­во бо­го­слу­же­ния креп­ко и ис­тин­но толь­ко прав­ди­во­стью на­шей ве­ры и непо­ко­ле­би­мой на­деж­дой. Оно жи­вет бла­го­го­вей­ной, тёп­лой, лас­ко­вой лю­бо­вью, ко­то­рой Цер­ковь Хри­ста, во­пло­щен­но­го Бо­га, окру­жа­ет те­ло че­ло­ве­ка, ли­шив­ше­го­ся те­перь ду­ши, но оси­ро­тев­ше­го на вре­мя, до вос­кре­се­ния всех. Мы бла­го­го­вей­но и лю­бов­но от­пе­ва­ем те­ло че­ло­ве­ка. Этим те­лом че­ло­век во­шел в мир, этим те­лом он вос­при­нял всё, чем мир бо­гат, – и страш­ное, и див­ное. Этим те­лом он при­об­щил­ся к Бо­же­ствен­ным Тай­нам – ко Кре­ще­нию, Ми­ро­по­ма­за­нию, При­ча­ще­нию Свя­тых Да­ров, Со­бо­ро­ва­нию – ко всем этим чу­дес­ным да­рам, ко­то­ры­ми Бог ве­ще­ствен­но со­об­ща­ет те­лу и ду­ху че­ло­ве­че­ско­му веч­ную жизнь. Через те­ло бы­ла про­яв­ле­на лас­ка и лю­бовь, те­ло ис­пол­ня­ло Хри­сто­вы за­по­ве­ди. Во пло­ти мы встре­ча­лись ли­цом к ли­цу, и по­то­му с та­ким бла­го­го­ве­ни­ем окру­жа­ем мы это те­ло и вме­сте со всей Цер­ко­вью, уве­ре­ны, что это те­ло, ко­то­рое бы­ло нераз­луч­но свя­за­но на зем­ле с веч­ной судь­бой че­ло­ве­ка, – и в Веч­но­сти вос­станет во сла­ве. Это слу­чит­ся, ко­гда всё бу­дет со­вер­ше­но по об­ра­зу Пу­ти, Ко­то­рый есть Хри­стос, Бог Жи­вой, вос­при­няв­ший плоть от Де­вы, про­шед­ший всю та­ин­ствен­ную че­ло­ве­че­скую судь­бу, за­вер­шив­шу­ю­ся Его крест­ной смер­тью во гро­бе... Но через по­бе­ду Вос­кре­се­ния Он вновь вос­при­нял те­ло – на­ше че­ло­ве­че­ское те­ло, на­шу че­ло­ве­че­скую плоть! – и воз­нёс его в са­мые глу­би­ны Тро­ич­ной тай­ны.

Вот по­че­му мы с ве­рой, на­деж­дой и пас­халь­ной уве­рен­но­стью сто­им у гро­ба усоп­ших, вот по­че­му сло­ва, ко­то­рые ко­гда-то ска­зал Хри­стос Наин­ской вдо­ве – «Не плачь!» – об­ра­ще­ны и к нам. Да, не плачь: ведь по­сле то­го, как Бог стал пло­тью, и вос­крес, и воз­нес­ся, – смерть че­ло­ве­ку уже не пре­дел, а дверь, рас­кры­ва­ю­ща­я­ся в Веч­ность.

И мы долж­ны на­учить­ся за­быть се­бя, за­быть свое го­ре, ска­зать се­бе «прочь» и со­зер­цать то ве­ли­кое, что со­вер­ша­ет­ся те­перь в веч­ной судь­бе ра­бы Бо­жи­ей Ири­ны. Она сей­час всту­па­ет в путь вся­кой пло­ти, в путь вся­кой ду­ши, пред­сто­ит пе­ред Жи­вым Бо­гом, в Ко­то­ро­го ве­ро­ва­ла, на Ко­то­ро­го упо­ва­ла, Ко­то­ро­го по­силь­но лю­би­ла, Ко­то­ро­му по­кло­ня­лась, от Ко­то­ро­го по­лу­ча­ла жизнь. Это долж­но быть те­перь со­дер­жа­ни­ем на­ших мыс­лей и на­ших пе­ре­жи­ва­ний, и всё, что мень­ше это­го, долж­но быть от­стра­не­но хоть от­ча­сти. Сквозь сле­зы мы долж­ны уметь ви­деть си­я­ние Вос­кре­се­ния, и сквозь свою боль – по­бе­ду Хри­ста над смер­тью и веч­ную жизнь, рас­кры­ва­ю­щу­ю­ся для усоп­ших.

По­это­му услы­шим серд­цем, а не толь­ко слу­хом, сло­ва апо­сто­ла Пав­ла: «Не хо­чу, чтобы вы бы­ли в неве­де­нии и чтобы, как не иму­щие ве­ры, вы уби­ва­лись го­рем...» Пе­ред на­ми не смерть, а на­ча­ло веч­ной жиз­ни. По­кло­ним­ся вос­крес­ше­му Гос­по­ду, по­кло­ним­ся Хри­сту Бо­гу, при­шед­ше­му пло­тию, и про­во­дим в по­кой вре­мен­ный и в ра­дость веч­ную ра­бу Бо­жию Ири­ну, а от неё на­учим­ся и как жить, и как уми­рать. Она жда­ла сво­ей смер­ти, мно­го раз про­ща­лась, го­во­ря: «Мо­жет, не уви­дим­ся, по­то­му что я ско­ро умру». А пе­ред по­след­ней ис­по­ве­дью ска­за­ла: «Мне нече­го Бо­гу при­не­сти, я при­не­су толь­ко всю се­бя; пусть Он ме­ня возь­мёт и при­мет...» Так и сде­лал Гос­подь. Ему сла­ва во ве­ки! Аминь.

1970 г.

Ещё О Радонице


Случайный тест

(1 голос: 5 из 5)