Что делать ребёнку, если грубит взрослый: воспитываем достоинство

Что делать ребёнку, если грубит взрослый: воспитываем достоинство

(4 голоса5.0 из 5)

В дет­стве нам не раз при­хо­ди­лось стал­ки­ваться с взрос­лым хам­ством. Увы, не каж­дый ребё­нок знает, как на него отве­чать, ведь у детей дей­ствует уста­новка: взрос­лый все­гда прав. Как роди­те­лям защи­тить ребёнка от гру­бо­сти взрос­лых с помо­щью воспитания?

Пере­дача на эту тему состо­я­лась в эфире радио «Теос» в пере­даче «Фор­мула семьи».  Веду­щая про­граммы Эль­вира Чипенко, гость сту­дии – пси­хо­лог Надежда Абыденова.

– Сего­дня будем гово­рить про гру­бость взрос­лых и малень­ких без­за­щит­ных детей. Бывают такие ситу­а­ции, мы часто можем даже сами наблю­дать, когда какие-то посто­рон­ние взрос­лые начи­нают хамить детям, потому что чув­ствуют власть, чув­ствуют, что они сильнее. 

tak nuzhno li nakazy - Что делать ребёнку, если грубит взрослый: воспитываем достоинство

Будем раз­би­раться и почему они так себя ведут. Думаю, у  всех  были ситу­а­ции в дет­стве, когда хамил про­да­вец в мага­зине или тётенька в реги­стра­туре, и ты сто­ишь и не зна­ешь, что отве­тить, потому что с дет­ства учат, что взрос­лый прав, взрос­лый умнее, муд­рее, а ты, мелочь такая, иди, учись. 

– Здесь две  сто­роны вопроса. То, что взрос­лый муд­рее и умнее, и про­сто он взрос­лый, а не ребё­нок – это факт. Мы ожи­даем от  него взрос­лого пове­де­ния, что он будет умнее, муд­рее. Дру­гое дело, что взрос­лый бывает в раз­ных состо­я­ниях, и сами взрос­лые бывают раз­ные, и ребёнку невоз­можно объ­яс­нить, почему тот или иной взрос­лый так себя ведёт или в таких чув­ствах находится.

Поэтому даже в такой, каза­лось бы, одно­знач­ной ситу­а­ции, когда взрос­лый кри­чит на ребёнка или уни­жает его, или как-то пыта­ется пока­зать своё пре­вос­ход­ство, мы одно­значно ска­жем: нет, нельзя, плохо.

Пер­вое, с чего бы я начала, это то, что взрос­лый всё равно зани­мает пози­цию взрос­лого для ребенка, и он дол­жен зани­мать эту пози­цию. То есть, мы гово­рим ребёнку, что мир делится, в общем, на две части: для тебя есть сверст­ники, а есть взрослые. 

Дру­гое дело, что ребё­нок в раз­ных воз­рас­тах к взрос­лым отно­сит и под­рост­ков, и в пери­оде юно­сти пожи­лых людей. Есть дети-сверст­ники, и это озна­чает для ребёнка, что ты можешь с ними опре­де­лён­ным обра­зом себя вести и вза­и­мо­дей­ство­вать с ними, себя с ними про­яв­лять. Но то, что поз­во­ли­тельно с ребен­ком, со сверст­ни­ками, непоз­во­ли­тельно со взрослым.

И вот эта линия про­хо­дит через всю жизнь ребенка, деля мир на эти две части и с воз­рас­том услож­ня­ясь. С воз­рас­том ребё­нок пони­мает, что есть близ­кие взрос­лые – с ними, навер­ное, можно больше себе поз­во­лить каких-то вещей; есть чужие взрос­лые, никак не отно­ся­щи­еся ко мне; есть взрос­лые стар­шего воз­раста – бабушки и дедушки, к кото­рым нужно отно­ситься с осо­бым уважением.

Также, как и сверст­ники – для ребёнка эта кате­го­рия со вре­ме­нем услож­ня­ется: есть дру­зья, с кем одни уровни отно­ше­ний; есть далё­кие бра­тья и сёстры; есть род­ствен­ники-сверст­ники, и так далее.

С воз­рас­том мир для ребёнка услож­ня­ется, и он выстра­и­вает уже не про­сто два вида отно­ше­ний со взрос­лыми и со сверст­ни­ками, а уже ищет к каж­дой группе свой подход. 

Если всё-таки гово­рить о том, что мы вос­пи­ты­ваем у ребёнка отно­ше­ние к взрос­лому, то мы гово­рим об опре­де­лен­ной нор­ма­тив­ной дистан­ции, в каж­дом воз­расте она выра­жа­ется в своих правилах.

Напри­мер, мы не гово­рим взрос­лому «ты», хотя, если двух-трёх­летка «тыкает» взрос­лому, мы его попра­вим, но особо не будем за это цеп­ляться, счи­тать это неува­же­нием. А вот в школе, напри­мер, пер­во­класс­нику мы уже гово­рим: учи­тель­ницу нужно назы­вать по имени-отче­ству и на «вы», это такая форма обращения.

И эти пра­вила эту дистан­цию обра­зо­вы­вают, то есть взрос­лые зани­мают свою пози­цию, ты зани­ма­ешь свою пози­цию. Эта пози­ция всё же чуть ниже, чем пози­ция взрос­лого чело­века. В чём это выра­жа­ется? Это не зна­чит, что ты вто­рого сорта, тобой можно пре­не­бре­гать, тебя можно не слу­шать, но мы ска­жем, что отно­ше­ние к взрос­лому будет выра­жаться в опре­де­лен­ных фор­мах обра­ще­ния, пра­ви­лах поведения.

Напри­мер, если два взрос­лых чело­века раз­го­ва­ри­вают, подо­жди немножко, вот, они закон­чат, потом ты ска­жешь. Это не потому, что ты малень­кий и нецен­ный, но потому что есть опре­де­лён­ные правила. 

Кто по эти­кету здо­ро­ва­ется пер­вым? Можно, конечно, пре­не­бречь пра­ви­лами эти­кета, но в ком­плекте они создают пра­виль­ную нор­ма­тив­ную дистан­цию между ребен­ком и взрос­лым человеком.

Сей­час тен­ден­ция такова, что много взрос­лых совре­мен­ных роди­те­лей стали совер­шать откаты в дру­гую сто­рону; теперь взрос­лый и не зани­мает уже пози­цию взрос­лого, он, ско­рее, сверстник. 

Им можно пове­ле­вать, ему можно отве­чать так, как сверст­нику, его можно даже обо­звать. Это при­во­дит к тому, что дистан­ция между взрос­лым и ребен­ком начи­нает стираться. 

А если взрос­лый поз­во­ляет себе в адрес ребенка гру­бость или уни­зи­тель­ные заме­ча­ния, то с пози­ции дру­гих близ­ких взрос­лых – тех, у кого мате­рин­ский инстинкт проснулся, ещё и сам взрос­лый пока­зы­вает ребенку при­мер того, что дру­гого взрос­лого можно уни­зить, ему можно грубо отве­тить, его можно при­людно при­звать к порядку.

Поэтому, если гово­рить о пра­ви­лах, что делать, когда дру­гой взрос­лый не прав в отно­ше­нии ребёнка, допу­стим, про­яв­ляет гру­бое отно­ше­ние, и это про­ис­хо­дит в при­сут­ствии дру­гого взрос­лого, напри­мер, роди­теля, то глав­ная реко­мен­да­ция – не устра­и­вать скан­дал в при­сут­ствии ребёнка. 

Напри­мер, вы выхо­дите с ребён­ком из мага­зина и объ­яс­ня­ете ему, что взрос­лые тоже бывают не все­гда правы. Если у вас нет воз­мож­но­сти ребенка отпра­вить с папой, а потом пого­во­рить с этим взрос­лым, то не надо этого делать, чтобы через вас ребё­нок не сбил вот эту дистанцию.

Потому что взрос­лые бывают раз­ные: бывают хамо­ва­тые, а бывают вполне нор­маль­ные, и из-за того, что хамо­ва­тый взрос­лый ока­зал вли­я­ние в дан­ной кон­крет­ной ситу­а­ции, вы можете сбить всю кар­тинку пра­виль­ного вос­при­я­тия взрос­лых, кото­рая будет у вашего ребёнка в дальнейшем.

– Сложно. Это же нужно себя усми­рить в этот момент. Я бы не смогла. Если бы кто-нибудь что-то сде­лал в отно­ше­нии моего ребёнка, я, навер­ное, рвала бы и метала…

– Это потому, что мы немножко путаем, что для него будет в этот момент лучше, и что для него будет в этот момент боль­шей защитой.

Нам кажется, что на него напали – если мы гово­рим о гру­бо­сти. Если речь идет о сло­вес­ной пере­палке, кото­рая завя­за­лась между взрос­лыми, или вы уви­дели или услы­шали, что к вашему ребёнку неува­жи­тельно обра­ти­лись, то поду­майте, что будет для него боль­шим бла­гом или защитой.

Вы сей­час уре­зо­ните этого хама при ребёнке, на кото­рого, ско­рее всего, вы не повли­я­ете. Но не ваша задача вос­пи­ты­вать этого дру­гого взрос­лого. Ваша задача – вос­пи­ты­вать этого ребёнка, это он – ваш, а для него будет лучше именно то, что вы пока­жете при­мер того, как нужно отно­ситься к взрослому. 

Мы объ­яс­няем ребёнку, что взрос­лые бывают неправы, и вот такие слова не дол­жен упо­треб­лять ни взрос­лый, ни ребё­нок; вот так к дру­гому не дол­жен отно­ситься ни взрос­лый, ни ребёнок. 

Здесь есть малень­кий нюанс: ребё­нок нуж­да­ется в защите взрос­лых, и ино­гда слу­ча­ются ситу­а­ции, при кото­рых ребе­нок дол­жен ощу­тить вот эту защиту силь­ного взрос­лого, кото­рый при­дёт, всё раз­ру­лит и всё сделает.

Поэтому, когда на нашего ребенка напа­дают, и вы как силь­ный взрос­лый при­хо­дите и гово­рите: кто это тут на моего малыша! И когда вы видите источ­ник про­блемы или источ­ник этих пло­хих эмо­ций, вы сгре­ба­ете свое чадо, ухо­дите и уно­сите, изо­ли­ру­ете его от всего этого – и это тоже защита.

Если вы как силь­ный – его за себя, а сами – впе­рёд на амбра­зуру, то это как раз при­мер сило­вого реше­ния, кото­рое не столько ста­но­вится защи­той, сколько поис­ком спра­вед­ли­во­сти: вот сей­час при­дёт мой боль­шой папа или моя боль­шая мама, и спра­вед­ли­вость вос­тор­же­ствует, и будет нака­зан тот, кто сде­лает плохо. Но это больше про месть, чем про защиту.

 – А не сфор­ми­ру­ется ли тогда у ребёнка пони­ма­ние, что в кон­фликт­ных ситу­а­циях надо про­сто уходить?

– Кстати, стра­те­гия ухода – не такая уж пло­хая стра­те­гия. Вы будете этим поль­зо­ваться, когда ребё­нок ста­нет чуть постарше, вы будете ему гово­рить: «Ты зачем в драку-то полез, ты что, ска­зать ему не мог?

fotolia 84460640 subscription monthly m - Что делать ребёнку, если грубит взрослый: воспитываем достоинство

Ну, не играй с ним больше, ну и пере­стань, не лезь к нему!» –  мы фак­ти­че­ски то же самое гово­рим: обходи про­блемы, не надо их на себя при­вле­кать, какое тебе дело до него, уходи от этого. Но я не хочу ска­зать, что это уни­вер­саль­ный способ.

Есть раз­ные ситу­а­ции, раз­ные взрос­лые, очень опас­ные моменты, когда мы учим ребёнка и гово­рим: беги от этого, вообще даже не раз­го­ва­ри­вай, не при­ка­сайся не всту­пай в кон­такт, и так далее. Но в боль­шин­стве слу­чаев нет нужды, чтобы мы прямо бро­са­лись на защиту, потому что никто не нападает. 

Обычно это свя­зано с отсут­ствием манер у взрос­лых. Не надо выго­ра­жи­вать взрос­лого и гово­рить: «Ну, ладно, может, у него настро­е­ние пло­хое, может, он не выспался сегодня».

Потому что правда – в том, что ника­кое пло­хое настро­е­ние или отсут­ствие зна­ния не оправ­ды­вает хам­ское пове­де­ние, может, и объ­яс­няет, но никак не оправ­ды­вает. Поэтому, если ребё­нок чуть старше, мы можем ска­зать: «Вот тебе же было непри­ятно, когда с тобой так раз­го­ва­ри­вали – ты запомни, и сам так нико­гда не делай!»

– Я с вами пол­но­стью согласна, но это сложно при­ме­нить в жизни, потому что есть жела­ние спра­вед­ли­во­сти, потому что чув­ству­ется, что обид­чик оста­ется без­на­ка­зан­ным – как же так? 

То есть он и дру­гим будет так делать, и не один год, и есть ли воз­мож­ность пере­вос­пи­тать? Навер­ное, вы пра­вильно ска­зали, но сей­час во мне очень острое чув­ство неспра­вед­ли­во­сти, хочется точку в этом поставить. 

А когда уни­жают тво­его ребёнка, когда не про­сто накри­чали на него: «Что ты тут носишься по мага­зину, стой нор­мально!», а когда какие-нибудь оскор­би­тель­ные вещи гово­рят. Или, напри­мер, когда это не про­ход­ной чело­век. У нас учи­теля много делают таких вещей. Так вот, когда это посто­ян­ный, зна­чи­мый  взрос­лый – с этим как быть, ты же не можешь убежать?

– Да, если это взрос­лый, кото­рый посто­янно при­сут­ствует в жизни ребенка, и более того, это авто­ри­тет­ный взрос­лый, или с кото­рым ребё­нок сопри­ка­са­ется в каких-то видах дея­тель­но­сти: тре­нер, учи­тель, какой-то род­ствен­ник, даже стар­шие брат и сестра – здесь, конечно, сложнее.

Здесь нельзя руко­вод­ство­ваться только пра­виль­ной дистан­цией между взрос­лым и ребён­ком, здесь можно будет заняться тем, что назы­ва­ется выра­бот­кой модели пове­де­ния, пра­виль­ных отношений.

Не открою Аме­рики, если скажу, что обсуж­дать при детях учи­те­лей – это пло­хая идея, тем более с отри­ца­тель­ной стороны.

Учи­теля тоже не небо­жи­тели, есть и непе­да­го­гич­ные методы, они тоже бывают устав­шими, а бывает, что какие-то дети им сим­па­тичны, какие-то не очень. 

Это не оправ­ды­вает их непра­виль­ного пове­де­ния, но это его объ­яс­няет. И объ­яс­нять ребёнку можно: «Зна­ешь, слу­ча­ется, что люди – даже учи­теля, делают непра­виль­ные поступки». 

А что делают люди, когда делают непра­виль­ные поступки, какой сле­ду­ю­щий шаг?

– Вообще-то, если в иде­але, то они это пони­мают и за это извиняются.

– Совер­шенно верно, но я очень наде­юсь, что не только в иде­аль­ном, но и в нор­маль­ном мире так и происходит.

Если взрос­лый дис­кре­ди­ти­ро­вал себя, что делает насто­я­щий взрос­лый в этом слу­чае? Он изви­ня­ется, гово­рит: «Да, у меня тоже бывают такие поступки». И это при­мер насто­я­щего, дей­стви­тельно взрос­лого пове­де­ния. То есть взрос­лый – это не тот, кто не совер­шает ошибок. 

Взрос­лый – это тот, кто совер­шен­ную ошибку дово­дит до конца – логи­че­ского, нор­маль­ного, поло­жен­ного всем нор­маль­ным людям, изви­ня­ется за то, что он что-то сде­лал не так, и, как обычно мы гово­рим: «Я поста­ра­юсь больше так не делать».

Этого же мы тре­буем от ребенка, и когда он что-то делает не так, мы счи­таем, что он дол­жен попро­сить про­ще­ния, он про­сит, и мы его часто спра­ши­ваем: а за что ты попро­сил про­ще­ния, ты вообще понял, что было, или не понял? 

И это нор­маль­ное взрос­лое пове­де­ние: ты дол­жен про­сить про­ще­ния не потому, что ты малень­кий, сла­бый и вино­ва­тый, ты дол­жен про­сить про­ще­ния, потому что ты чув­ству­ешь, что ты сде­лал что-то не так.

И это для взрос­лого тоже нор­маль­ное пове­де­ние. Поэтому хоте­лось бы, чтобы, даже если учи­тель кон­флик­то­вал с ребён­ком, каж­дый из них ска­зал: изви­ните меня за это, извини меня за это, давай поста­ра­емся больше не ссориться.

– Это из обла­сти иде­аль­ного, за один­на­дцать лет школы не помню, чтобы учи­теля изви­ня­лись за то, что они  делали не в отно­ше­нии меня, а в отно­ше­нии одно­класс­ни­ков. У нас была класс­ная руко­во­ди­тель­ница, и мы с 8 класса тре­бо­вали её сме­нить, потому что она про­сто не умела разговаривать. 

Мы доби­лись её смены. Про­блема была в том, что никто из роди­те­лей не смог пого­во­рить с ней, потому что каж­дый раз после собра­ния или оче­ред­ного роди­тель­ского обра­ще­ния к ней в классе было то же самое. Учи­теля изви­ня­ю­щи­еся – это, мне кажется, из раз­ряда фантастики…

– Я встре­чаю учи­те­лей, кото­рые именно так выстра­и­вают диа­лог с детьми. Я не хочу ска­зать, что такая изви­ня­ю­ща­яся пози­ция должна быть в прин­ципе пози­цией учителя.

В началь­ной школе учи­тель зани­мает совер­шенно осо­бое место в жизни ребёнка и в его раз­ви­тии, это такой небо­жи­тель, кото­рый пре­кра­сен, заме­ча­те­лен, кото­рый всё про всё знает, всё умеет и всё у него получается. 

Обычно педа­гоги началь­ных клас­сах как раз настро­ены на то, чтобы уста­но­вить отно­ше­ния с ребён­ком, им ссо­риться с детьми неза­чем, им это не нужно по боль­шому счёту, потому что их авто­ри­тет дер­жится как раз на чув­ствах, на отно­ше­ниях, а не на гром­ко­сти голоса.

Их задача – подру­житься с детьми, спло­тить класс, быть хоро­шими, чтобы дети их услы­шали. Потому что у ребёнка, кото­рый начи­нает учиться, появ­ля­ется огром­ное коли­че­ство пра­вил жизни, и все эти пра­вила несёт учи­тель. Он даже дома может спо­рить с роди­те­лями, что вот так надо делать, потому что Мари­ванна так сказала.

С дру­гой сто­роны, если нару­ша­ется пра­виль­ная дистан­ция между взрос­лым и ребен­ком, то у роди­те­лей в начале школь­ного обу­че­ния воз­ни­кают про­блемы в выстра­и­ва­нии пра­виль­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний между ребён­ком и учителем.

Потому что роди­тель про­ве­ряет домаш­нее зада­ние и гово­рит ребёнку: «Ты дол­жен здесь отсту­пить две строчки, тут две клетки». – «А почему я дол­жен это делать?» – «Ну, потому что так учи­тель­ница сказала».

Правда в том, что у нас нет дру­гого логич­ного объ­яс­не­ния, почему нужно отсту­пить две клетки слева, и мы ссы­ла­емся на этот авто­ри­тет, мы гово­рим «это учи­тель­ница так ска­зала», и в норме, что она носи­тель всех этих пра­вил, она знает, как пра­вильно выпол­нять домаш­нее задание. 

Поэтому неплохо, если эта дистан­ция всё-таки будет, и мы на неё потом обо­прёмся. Я была сви­де­те­лем ситу­а­ций, когда роди­тели сами раз­ду­вают костер отно­ше­ний, когда им кажется, что учи­тель что-то не так ска­зал, как-то не очень кор­ректно выразился.

Можно сгла­дить кон­фликт, а можно раз­дуть его. И вот эта борьба за ува­же­ние к ребёнку очень часто при­об­ре­тает гипер­тро­фи­ро­ван­ные формы.

Осо­бенно если ребё­нок рас­тёт в пара­дигме «нельзя ска­зать ребенку слово “нельзя” или «нельзя отка­зать ребёнку», ска­зать: «нет, ты не дол­жен, ты не будешь», а учи­тель поз­во­лил себе ска­зать, что работа выпол­нена неверно, поста­вить слиш­ком низ­кую оценку. 

Хочу повто­рить: нельзя взрос­лым обсуж­дать дру­гих взрос­лых в нега­тив­ном ключе при детях, какими бы эти взрос­лые не были нега­тив­ными или неува­жи­тель­ными. Мы со своим ребён­ком пой­мём, что и как, и ком­пен­си­руем всё это. Но пра­виль­ная дистан­ция, пра­виль­ное отно­ше­ние могут быть испор­чены на дол­гие годы.

Во взрос­лом мире дей­ствуют меха­низмы, кото­рых нет у ребёнка. У ребёнка в началь­ной школе мир очень часто чёрно-белень­кий: есть плохо, есть хорошо, есть поло­жи­тель­ный герой или отри­ца­тель­ный герой. А у нас, взрос­лых,  много нюан­сов, и мы гово­рим: стро­гий учи­тель, зато спра­вед­ли­вый; или стро­гий, зато у него хорошо знают мате­риал дети – то есть мы нахо­дим, что чем компенсировать.

А тут мы вынуж­дены при­знать, что мир чёрно-белый, раз кто-то ска­зал пло­хое слово, неува­жи­тельно отнёсся к ребёнку – всё, пло­хой, надо вое­вать, тре­бо­вать ком­пен­са­ции, тре­бо­вать реванша, спра­вед­ли­во­сти, это усу­губ­ляет всё.

Не хочу ска­зать, что не надо защи­щать ребенка – надо. Но прежде чем вы этим зай­мё­тесь, да ещё и на гла­зах у ребёнка, десять раз взвесьте: дей­стви­тельно ли это то, что при­не­сёт поло­жи­тель­ные резуль­таты раз­ви­тию ребёнка и отно­ше­ниям с этим зна­чи­мым взрослым. 

Или я дей­стви­тельно могу пого­во­рить со своим ребён­ком, ска­зать ему, что я на его сто­роне, что взрос­лые тоже делают ошибки,  и ты запомни, как это непри­ятно, не будем так повто­рять, рас­ска­зать ему, что важно про­сить про­ще­ния и так далее? Не все взрос­лые так посту­пают, но это не зна­чит, что ты дол­жен расти вне этого.

– Сооб­ще­ние от Ана­ста­сии: «У меня был слу­чай, когда вос­пи­та­тель в садике грубо раз­го­ва­ри­вала с детьми. Я думала, что это из-за того, что у меня не было денег на нужды группы и при­шла ругаться. 

Но вос­пи­та­тель отве­тила куль­турно, что у неё про­сто такой голос, и я попро­сила её быть повеж­ли­вее с моими детьми, потому что они тяжело пере­жили раз­вод и видели, как супруг меня бил. И вос­пи­та­тель стала веж­ли­вее общаться, стала участ­ли­вее отно­ситься к детям».

– Совер­шенно верно. Пони­майте, что вы ста­вите себе в задачу: мотив мести, мотив спра­вед­ли­во­сти, псевдо-спра­вед­ли­во­сти, реванша, чтобы меня услы­шали; или мотив пере­вос­пи­та­ния или пере­де­лы­ва­ние дру­гого чело­века? Нико­гда не бывает дей­ствен­ного, поло­жи­тель­ного мотива.

– Что делать в такой ситу­а­ции, когда близ­кий род­ствен­ник так посту­пает, и ты нахо­дишься в пози­ции ребёнка. Как защи­тить себя, как отстоять?

–Можно объ­яс­нить дру­гому взрос­лому, что он не прав. И если он, ска­жем, госу­дар­ством упол­но­мо­чен­ный – учи­тель, или вы пла­тите деньги за заня­тия ребенка – это тре­нер или пре­по­да­ва­тель в каком-то дру­гом заве­де­нии, объ­яс­ните, что так нельзя, так не нужно, что ребёнку так плохо.

И если вы с пози­ции роди­теля защи­ща­ете сво­его ребёнка, уре­зо­ни­вая какого-то взрос­лого, это понятно. Но если вы, будучи уже взрос­лым чело­ве­ком, чув­ству­ете себя сами в пози­ции ребенка, кото­рого надо защи­тить – то защи­щать вас уже некому, потому что вы уже взрос­лый сам по себе.

Здесь речь идёт о неверно выстро­ен­ных отно­ше­ниях, неверно выстро­ен­ной дистан­ции между двумя взрос­лыми, а не и ребен­ком и взрос­лым. Здесь речь идет о том, что у чело­века в опре­де­лен­ном воз­расте вос­при­я­тие мира тоже иска­жа­ется в обрат­ную сто­рону, ему снова хочется вот этого родительства.

Поэтому, когда речь идёт о бабуш­ках, мы уже не вос­пи­ты­ваем, мы их не пере­де­лы­ваем – любим, забо­тимся, но сде­лать мы ничего уже не можем. Надо потерпеть.

–Что делать, когда учи­тель себя ведёт дей­стви­тельно неадек­ватно, оскорб­ляет, уни­жает в классе каж­дый день? Когда ты пони­ма­ешь, что там что-то не так, ты же не можешь оста­вить это на само­тёк и гово­рить ребенку, успо­ка­и­вать его, что люди бывают плохие?

– Во всех этих исто­риях вза­и­мо­от­но­ше­ний между учи­те­лем и ребён­ком задайте себе вопрос, какова ваша зона ответ­ствен­но­сти. Если мы с пози­ции роди­теля рас­суж­даем, вы несете ответ­ствен­ность за пси­хо­эмо­ци­о­наль­ное здо­ро­вье вашего ребенка, поэтому вы его опе­ка­ете, его пере­ме­ща­ете, то есть вы не отве­ча­ете за учи­тель­ский талант вашего учителя.

Мы можем сде­лать заме­ча­ние, можем про­сить, мы можем объ­яс­нять ситу­а­цию, в кото­рой нахо­дится семья или ребё­нок, мы много чего можем делать, но есть всё равно пре­дел. Напри­мер, мы не можем заста­вить учи­теля любить нашего ребенка; мы не можем убе­дить учи­теля ува­жи­тельно отно­ситься к детям.

Мы можем при­гро­зить, мы можем напи­сать письмо куда сле­дует, мы можем дирек­тору ска­зать, мы можем в роди­тель­ском чате под­нять бучу. Задайте себе вопрос: это научит, это заста­вит пре­по­да­ва­теля полю­бить моего ребёнка? Ско­рее всего, ответ – нет.

Бывает так, что не скла­ды­ва­ются отно­ше­ния, не нашлись точки сопри­кос­но­ве­ния с учи­те­лем – зна­чит, пере­хо­дите в дру­гой класс. Вы ответ­ственны за пси­хо­эмо­ци­о­наль­ное раз­ви­тие ребенка. Ищите ему более бла­го­при­ят­ную среду. 

Если, попы­тав­шись к этой среде при­спо­со­биться, вы пони­ма­ете, что не полу­чи­лось, зна­чит, защи­щайте его таким обра­зом. Но если вы раз­ду­ете кон­фликт и потре­буйте уволь­не­ния учи­теля (в неко­то­рых слу­чаях это оправ­дано, ничего не хочу ска­зать), то, в общем, вы добье­тесь опре­де­лен­ной спра­вед­ли­во­сти или мести, но на вашего ребёнка это поло­жи­тельно никак не подействует.

Это ваше роди­тель­ское эго будет удо­вле­тво­ряться. Не обма­ны­вайте себя – вы не защи­ща­ете этим ребёнка, вы защи­ща­ете себя, свои чув­ства, вас уяз­вили, оби­дели, оби­дев вашего ребёнка.

f7c7a4a3 6648 4cc9 a55c 0e0427dd6a6c - Что делать ребёнку, если грубит взрослый: воспитываем достоинство

Если вы дей­стви­тельно хотите ему добра – зна­чит, ищите для него дру­гую учеб­ную среду, внутри кото­рой ему будет хорошо. Воз­можно, у него дей­стви­тельно был непод­хо­дя­щий ему по пси­хо­типу учитель. 

Есть учи­теля подвиж­ные и актив­ные, гром­кие, а ребё­нок тихий, спо­кой­ный, мед­ли­тель­ный, немножко инерт­ный – он про­сто пуга­ется в при­сут­ствии этого учи­теля и не выдер­жи­вает темп обу­че­ния, кото­рый есть в коллективе.

А такие учи­теля часто не очень вни­ма­тель­ные, не очень чут­кие, не очень чув­стви­тель­ные, и потом, они управ­ляют трид­ца­тью, а тут один такой сидит. Ну, вот, не сло­жи­лось, не со зла, не по умыслу, так полу­чи­лось. Ищите дру­гую среду, и это будет защи­той вашего ребёнка.

Защи­тить – это не обя­за­тельно добиться нака­за­ния кому-то, а защи­щать обя­за­тельно надо, потому что только вы и есть у вашего ребёнка.

– Это сложно, но, навер­ное, этот про­дук­тив­ный выход сохра­нит много нер­вов в семье. Только мама с папой очень должны пора­бо­тать над собой, потому что эмо­ции, гнев, жела­ние спра­вед­ли­во­сти – его же нужно куда-то переработать.

– Вы можете их выплес­нуть. Схо­дите к учи­телю, пошу­мите, пого­во­рите. Во-пер­вых, без ребёнка, без сви­де­те­лей, но схо­дите, выра­зите своё отно­ше­ние, если вы хотите этого. Но, опять же, боль­шин­ство роди­те­лей мол­чат и недо­вольно выска­зы­ва­ются в чате, потому что они пере­жи­вают, что, если они пой­дут к учи­телю скан­да­лить, всё это отри­ко­ше­тит потом по их ребёнку.

Потому что это их ребе­нок ходит в школу каж­дый день, это он полу­чает оценки в днев­ник, а не они. Можно пойти выска­заться, но только будет ли хорошо ребенку?

– А можно ли нор­мально пого­во­рить с чело­ве­ком, кото­рый так себя ведёт, если ты идёшь не с вой­ной, а разо­браться в ситу­а­ции, стоит ли делать такие попытки?

– Это все­гда стоит делать. Един­ственно, посмот­рите, с чем вы при­хо­дите, с каким сооб­ще­нием. Если вы при­хо­дите с пози­ции чело­века, кото­рый дей­стви­тельно заин­те­ре­со­ван в успехе обу­че­ния ребёнка, в том, чтобы всё было хорошо между учи­те­лем и ребен­ком, вы при­хо­дите с тек­стом: чем я могу помочь, как я могу повли­ять на ситу­а­цию, где мне при­нять участие?

Вот, я с вами при­шёл пого­во­рить, я и с ним готов пого­во­рить, где сбоит, я искренне хочу эту понять. То есть не когда вы при­хо­дите на сто­роне ребенка с шаш­кой наголо рубить головы учи­те­лям, кото­рые были неспра­вед­ливы или упо­тре­били не те слова.

У вас есть общий инте­рес, общая забота: ребё­нок и его успе­ва­е­мость – вот с этой пози­ции идите и раз­го­ва­ри­вайте, сколько хотите. В боль­шин­стве слу­чаев учи­телю ни к чему эти войны, у него трид­цать чело­век в классе, и ему не нужно вести еже­днев­ные выяс­не­ния отно­ше­ний с раз­ными родителями. 

Поверьте мне, все роди­тели хотят инди­ви­ду­аль­ного отно­ше­ния к их детям. Каж­дый рас­ска­жет осо­бен­но­сти, свою семей­ную исто­рию, ска­жет о каких-то сла­бых местах детей и захо­чет, чтобы учи­тель учи­ты­вал их. И доста­точно тер­пе­ли­вые учи­теля это выслу­ши­вают. Поэтому, если вы при­дите как союз­ник, а не как враг, я уве­рена, что отно­ше­ния изме­нятся в луч­шую сторону.

Что делать, когда кто-то гру­бит в семье, есть такой взрослый?

– Это, пожа­луй, самая слож­ная кате­го­рия людей. Слож­ная не потому, что с ними непо­нятно что делать, а потому что она ока­зы­вает наи­боль­шее вли­я­ние на ребенка. И если мы дей­стви­тельно най­дём слова для хамо­ва­того про­давца в мага­зине и для не очень лас­ко­вого учи­теля, то трудно найти достой­ное для ребёнка объ­яс­не­ние, почему так посту­пает папа или бабушка.

Они в дру­гом настро­е­нии, в дру­гом состо­я­нии заяв­ляют, что любят ребёнка, и что есть какие-то чув­ства у ребёнка к этому взрос­лому, или, может быть, он был не все­гда таким, а стал таким. Но не это важно. Важно, что это кто-то всё равно близ­кий, зна­чи­мый, это тот, кто вли­яет на ребёнка в боль­шей сте­пени: и на его фор­ми­ро­ва­ние лич­но­сти, и на его отно­ше­ние к миру. Поэтому на этих взрос­лых гораздо больше ответ­ствен­но­сти и вины в том слу­чае, если они это делают.

Ещё раз хочу повто­рить это пра­вило, кото­рое для род­ствен­ных отно­ше­ний, для род­ствен­ни­ков, взрос­лых, в разы более дей­ствен­ное, чем для каких-либо дру­гих взрос­лых: вы должны изви­няться перед ребён­ком, если вы неправы. 

Вот это наше взрос­лое оправ­да­ние «вся­кое бывает» – хорошо, при­мем его как воз­мож­ность. Вся­кое бывает: пло­хое настро­е­ние, кри­зис в жизни, кри­зис в семей­ных отно­ше­ниях, потери из-за работы, зар­платы, ковид – что угодно, не полу­чи­лось, не сло­жи­лось, вот. испор­ти­лись отно­ше­ния с ребёнком…

Изви­няй­тесь и исправ­ляйте, и так и гово­рите – дру­гой реко­мен­да­ции у меня для вас про­сто нет. 

Во-пер­вых, есть право на ошибку, все оши­ба­ются в отно­ше­ниях, все оши­ба­ются в каких-то поступ­ках, но это не конец исто­рии. И, если чело­век ошибся, то он изви­ня­ется, исправ­ляет. В отли­чие от детей, работа со взрос­лым этим и сложна, что, если с ребён­ком можно что-то фор­ми­ро­вать или исправ­лять совер­шенно неосо­знанно – то есть ребе­нок думает, что мы книжки с ним читаем или рас­краски рас­кра­ши­ваем, а мы на самом деле в эмо­ци­о­наль­ной сфере исправ­ляем что-то; то со взрос­лым так не полу­чится, с ним кар­тинки не пори­су­ешь и книжки не почитаешь.

Взрос­лый может испра­виться только тогда, когда он осо­знает, что он делает что-то не так. 

При­хо­дит вот такая семей­ная пара, где один не пони­мает, какой урон своим вос­пи­та­тель­ным воз­дей­ствием ока­зы­вает на ребенка.

Я ста­ра­юсь напу­гать, то есть рас­ска­зать, как это будет вли­ять дальше на ребёнка, что будет сле­ду­ю­щим шагом, и не могу ска­зать, что это в 100% слу­чаев рабо­тает – нет, но очень часто люди оскорб­ляют, уни­жают или делают какие-то непри­ем­ле­мые дей­ствия по отно­ше­нию к детям, про­сто думая, что ребё­нок всё забудет.

Что он и так ребё­нок, он и так любит, что ничего в этом страш­ного нет, что это всё как-то рас­тво­рится. А вот когда при­хо­дит пони­ма­ние, что это оста­нется с ребён­ком, это про­рас­тёт в опре­де­лен­ных фор­мах его пове­де­ния, то это отрезвляет.

Очень часто люди в таких момен­тах ссы­ла­ются на свой жиз­нен­ный опыт и гово­рят: «ну, я вот рос, и ничего» – счи­тают, что это никак их не испор­тило, не трав­ми­ро­вало – ничего, пере­жили, выжили, и вот, даже вполне благополучны.

Я обычно таких людей спра­ши­ваю: хотели бы они, чтобы их ребё­нок отно­сился к ним так, как они отно­сятся к своим роди­те­лям, хотят ли они таких же отно­ше­ний? И вот тут насту­пает мол­ча­ние, и чело­век гово­рит: «Нет, не хочу». 

Тогда нужно пере­смот­реть пози­цию. Потому что правда в том, что всё, что вы сей­час дела­ете, как раз фор­ми­рует типы отно­ше­ния, от кото­рых вы хотели бы изба­виться в жизни. Поэтому, если вы не хотите, чтобы ваш ребё­нок вот так отно­сился к вам, зна­чит, вспом­ните всё то, что у вас было, покри­ти­куйте это, то есть нор­мально, здраво при­знайте, что дей­стви­тельно есть вещи, кото­рыми не стоит хва­литься, их не стоит повто­рять, их не стоит воз­во­дить в ранг нормальных.

Нужно при­знаться, что это было плохо, что так посту­пать было нельзя. Честно к этому отне­стись и посту­пать по-другому.

– А как доне­сти эту мысль до взрослого?

– Пря­мым под­хо­дом. Есть такой приём: ино­гда для таких роди­те­лей я бесе­дую с ребён­ком в ком­нате, но раз­ре­шаю им попри­сут­ство­вать за две­рью. Обычно всё-таки пси­хо­лог один на один рабо­тает с ребён­ком, а тут как бы говорю: послу­шайте, пожа­луй­ста, вы можете услы­шать всё, что о чём мы гово­рим с ребёнком.

Для роди­те­лей бывает очень много откро­ве­ний, как думает о них на самом деле ребё­нок. Это отрезв­ляет. Поэтому важно рас­ска­зать как есть. 

Повспо­ми­найте сами, что на вас про­из­во­дило впе­чат­ле­ние, что вы помните, какие-то обрывки из дет­ства вот таких отно­ше­ний между взрос­лым и ребен­ком, между вами и дру­гими взрослыми.

Что вы чув­ство­вали, когда взрос­лый к вам обра­ща­ется, с какими взрос­лыми вы чув­ство­вали себя неуютно, неком­фортно, с какими взрос­лыми было страшно?

Про каких взрос­лых даже сей­час, будучи уже взрос­лым чело­ве­ком, вам тяжело вспо­ми­нать, вы бежите от этих вос­по­ми­на­ний – и срав­ните с тем, какой вы теперь. Это помо­жет лучше пони­мать сво­его ребёнка.

Аудио-вер­сия беседы на радио «Теос»

Соб. инф.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки