Цвет полей:
Цвет фона:
Размер:19 18 17 16 15 14
Отображение:Свернуть
Сбросить настройки

«Если с детьми не говорить о Боге, то всю оставшуюся жизнь придётся говорить с Богом о детях...»

Николай Забелкин: «Ребёнок – маленький человек, а значит – Маленький Принц»

Print This Post

Делимся радостью: стихи одного из авторов «Азбуки воспитания» 2 октября 2019 года опубликовала «Российская газета». Новое и старое из осенней тетради Николая Забелкина можно прочесть в рубрике «Календарь поэзии», которую ведет еще один неслучайный для наших читателей человек – обозреватель «РГ» Дмитрий Шеваров.

 

Учат в школе

Читали ли вы вместе с детьми на нашем сайте «Как будто детские стихи»  Н. Забелкина? Не читали? Много потеряли!

В конце прошлого лета мы подробно рассказывали о поэте и его творческой биографии, и публикация вызвала интерес и  много положительных откликов. Поэтому мы решили поздравить автора с дебютом в «РГ» и, пользуясь поводом, снова заговорить о его творчестве. И разговор этот  неслучаен.

Удивительный факт: Николай Забелкин – состоявшийся современный русский поэт, но как автор пока что одной  изданной книги до сих пор широко не известен. Его не встретишь на презентациях и громких поэтических конкурсах, не услышишь на площадях, он не занимается пиаром ни себя самого, ни своего творчества, и это его сознательный выбор.

При этом автор многим знаком, дорог и близок, и его поэзия полюбилась школьникам и педагогам. Спрашивается, почему?  Потому что это – действительно поэзия. И, возможно, потому, что в потоке поэтического «контента» интернета  при всем его изобилии не так-то просто найти талантливые, нравственно  и духовно наполненные, безопасные для детской души стихотворения наших современников  –  помимо всех перечисленных достоинств,  отвечающие классическим представлениям о поэтике.

Ведь, по словам поэта Юрия Кублановского, русскому человеку свойственно  выражать себя в слове – такова особенность менталитета, и сегодня в России пишут  и издают несуразно много, а вот качество этих текстов оставляет желать лучшего.

Что в этой непростой ситуации делать школьникам и педагогам?  Как сориентироваться в мире современной поэзии? Толстых литературных журналов, из которых раньше узнавали о новых именах, нет, «Литературная газета» публикует узкий круг авторов. Хорошо, что есть рубрика Дмитрия Шеварова «Календарь поэзии», живы литературные странички в журнале «Фома» и на православных порталах.

А ведь у учащих и учащихся – задачи не только творческие, но и вполне практические, связанные с учебным процессом: как провести урок литературы или основ православной культуры, подготовиться к конкурсу  чтецов, выучить стихотворение к празднику или событию, найти материал для литературно-художественной композиции или цитату  для  постановки школьного театра.

Некоторые учителя, имея свободу выбора при составлении программы, уже включили  произведения Николая Анатольевича в свои уроки по современной литературе. Об этом факте упоминается в подборке «РГ».

Вот и мы говорим с полной ответственностью: да, стихи этого автора можно без опасений читать и преподавать детям.

Давайте  бегло пролистаем его произведения.

«Ребёнок – маленький человек,

А значит – Маленький Принц»

Евангелие может быть правильно воспринято и принято на веру только детским сознанием – считает Владимир Зелинский, автор книги «Будьте как дети. Теофания детства».

Николай Забелкин говорит о том же, но  своим поэтическим языком.  В его стихах, посвященных Экзюпери, младенчество возрастает до Богомладенчества:

«И как бы ни тщился наш взрослый век

Детство повергнуть ниц,

Ребёнок – маленький человек,

А значит – Маленький Принц.

И если больше не рассветёт,

И станет не жаль ничего –

Над нашей померкшей Землёй взойдёт

Царство большое Его».

Любимый лирический герой Н. Забелкина – взрослый, который не утратил детское восприятие в его ясности, правдивости и чистоте:

«Принц Маленький, ты – одуванчик:
Был – золотой, теперь – седой,
И скоро улетишь Домой –
В пустыню голубую неба,
Где – только стихнет бой вдали –
Мы осознаем: есть, наверно,
Среди бескрайних мёртвых небул
Всех наших страхов, лжи и скверны –
Оазисы живой земли…»

Божий мир в глазах такого героя очень хрупок, скоротечен, непрочен. Тихая музыка мироздания, слышная поэтам и детям, становится еле уловимой:

«Послушай, что за музыкой сегодня

Наполнен этот хрупкий мир Господний!

Лучи Его созвездий не спугни –

Не так уж долго светят нам они…»

Может, поэтому  поэту так сильно тоскуется по Экзюпери – проповеднику истины о том, что «все мы – родом из детства»:

«Небо тебе – в самый раз;

А мы – как тут будем – без?..

Не улетай без нас,

Вечный Сент-Экс».

Автор верит, что время детства никогда не заканчивается – детство заново обретается – возвращается  к нам благодаря воспоминаниям, ассоциациям. Оно приходит, когда мы отправляемся в детские места или погружаемся в детство наших детей:

«Снова наступает время детства:

Время, становящееся местом

Самого прямого в мире действия

Звонких, уменьшительно-ласкательных,

На ветвях проросших прилагательных –

Тех, которыми птенец любой

В песне заливается ликующей

Перед вешним, вечно существующим,

Светлым существительным: любовь…»

Любовь – одно из имён Бога, которое нам явил Христос.  На слуху у многих родителей и молодых людей фильм Скорсезе «Молчание», который ставит проблему: переживание человеком молчания Бога, молитвы, которая, по нашим ощущениям, не находит ответа. «Зовёшь, зовёшь… Никто не отзовётся…» – писал Н. Рубцов.

Николая Забелкина тоже тревожит этот  вопрос, и в нём он расставляет акценты по-своему: а зовем ли мы так, чтобы быть услышанными?

«Исчез из жизни звательный падеж –

Как будто Солнышко зашло за окоём…

Но если грянет над землёй мятеж,

Ещё мы во весь голос позовём,

Припомнив имена и падежи –

Того, Кто всё простит и отзовётся

Со дна души, как из глубин колодца

Взмывающее вновь над миром Солнце –

То, без Чьего ответа не прожить.

Кровавым днём, кромешной вражьей ночью –

Мир озарит как будто тихий свет,

В котором смерти нет, сиротства нет –

Заветный зов, короткий возглас:

– Отче…»

Нет сомнений, с Рубцовым Николая Забелкина связывает давнее духовное родство, очевидно, что его стихи ему с детства близки, возможно, поэтому авторы в чем-то перекликаются. Границы времени стираются. Получается завораживающий перефраз:

«Деревня под осеннею водой

Исчезла – ты один Деревню видишь

Незатонувшей, вечной, молодой,

Светящей всеми окнами – святой

Деревней Китеж…»

Настоящие стихи целительны, понемногу врачуют любые, даже, казалось бы,  неисцелимые раны:

«Неслышен выстрел – но свинцовый

Мрак не даёт дышать с утра…

Но снова перечту Рубцова

И – зарубцуется дыра».

Посвящения поэтам и деятелям родной культуры в творчестве Николая Анатольевича – отдельная большая тема, и музыка среди них – особая глава. Может, поэтому его стихи так насыщены музыкой – и  фонетически, и по смыслам. «…Моцарт лез из трещин на асфальте» – говорит поэт, и  сразу и видишь, и слышишь, как вместе с первой травкой в город по весне пробивается музыка.

И, конечно, стихи Н. Забелкина  пропитаны любовью к русской поэзии и её традиции, полны Пушкиным и поэтами его эпохи, Серебряным веком и  поэзией военных лет, железобетонным «веком» девяностых и нулевых.

Вот, например, строки из посвящения Борису Рыжему:

«…Боря Рыжий вдруг встал – и с праздника в ночь ушёл.
В этом жесте – подобье земного почти-закона:
Поэты уходят, когда им становится хорошо».

Хорошо… Но если так хорошо, то почему тогда поэты уходят? Ответ таков:

«Бывают такие праздники у нашей нынешней жизни,

На которых поэту стыдно прослыть своим».

А вот погружение в поэзию Серебряного века:

«Наотмашь Мандельштам – почти кричал

(Когда решался – и его читал он)

Божественною густотой начал

И смертной густотой своих финалов…

Читая, вновь и вновь он постигал:

Тем более живёт стихотворенье,

Чем более концов в нём и начал,

Чем менее в нём – переходных звеньев…»

И  как метафорично и метко – о нём же:

«Спрессованы стихи, как жизнь твоя –

В чугунную пылинку бытия».

А вот – из стихов памяти Василия Шукшина, набросок, в котором быстро и мастерски схвачено портретное сходство с адресатом:

«Родной землёй – в родное небо

Прошёл сквозь смерть, как сквозь пургу;

А жизнь была – белее снега,

Красней калины на снегу».

Словом, русская литература для Николая Забелкина – его родная стихия, так же как и русский лес, в котором он с детства чувствует себя самим собой:

«Литература вся – в Природе:

Здесь Чудо в рифму происходит.

Здесь в чащах светлые полянки –

Восторженны,  как слог Бианки;

Просторные, как вздох, опушки,

Искрятся Солнцем, словно Пушкин;

А березняк вокруг так Берестов,

Так полон жизни детским шелестом,

Что сердце, словно зверь израненный,

В его святое лепетание,

Боль забывая, окунётся –

И, вновь здоровое, проснётся…

Здесь Пришвин проторил по лугу

Свой путь к Неведомому Другу,

Как чистый мудрости родник –

И снова ты к нему приник;

В небесном зеркальце болотца

Творятся реки Заболоцкого;

В бессонных песенках скворцов

Бесстрашный слышится Рубцов;

А Достоевского гроза? –

Об этом Хлебников сказал;

Сказал про Тютчевскую ночь,

Чью безграничность превозмочь

Не в силах разделённый мир;

Сказал – и вырос Велимир

На занебесных тех полях –

И хлебом Вечности пропах…

А на земле, в печальной мгле –

Остались мы в родной золе,

Где в самый бессловесный час

Спасает нас поэтов глас.

Здесь сквозь осенний день – весенний

День – воскресает, как Есенин;

Здесь прян Цветаевский настой,

А лес – густой, как Лев Толстой…»

Но, конечно, в мире поэта далеко  не всё  играет бликами,  как в летнем  лесу – скорее, в  нем всё также непросто, как и в лесу родной литературы.  Как и всякий поэт, автор порой горестно размышляет: кто я и зачем в огромном мироздании, где моё место в нём?

«Ночь, исполнена очей…
Я – никто, и я – ничей;
Но под этими лучами
Тают горькие печали,
Проливаются ручьями
В землю – за ручьём ручей…
И в ночном весеннем свете
Вновь становится заметен
Каждый – в том числе и я:
Я – частица бытия».

И  потому так важно не погружаться в уныние, а довериться радости – может быть, майскому голосу соловья, который никогда не обманет:

«И хлещет, словно кровь, победный этот крик –

Навылет, напролёт – до хрипа, до надсада…

Ему не прекословь!

Он – до тебя возник.

Он – смерть перепоёт.

…Печалиться – не надо».

На один из самых важных бытийных вопросов, которыми мы задаемся с детства – а как, собственно, жить в этом непростом мире? – поэт, поразмыслив, отвечает так:

«Прогоняя всякий страх,
Жить тепло и просто:
Друг у друга на руках –
И на руках у Господа…»

Стихи Николая Забелкина, говорят ли они о печальном и трагическом или о радостном и воодушевляющем – всегда славословие Творца. Именно к Нему они восходят от творения, от природы  – от красоты и гармонии мира.

Сердце – главный инструмент поэта, которым он и пишет. Одна из новелл Цвейга называется «Нетерпение сердца».  Здесь другое – терпение сердца, рождающее иной слух и иное зрение.

И поэтическое сердце  автора по-своему возражает жестокому и порой несправедливому  миру – но не ответным ударом наотмашь, а смирением и принятием всего, что происходит, – то есть говорит с миром по-христиански.

Поразительно  сердечное целомудрие, с которым поэт  вглядывается в  происходящее свободным от житейского опыта взглядом  ребенка – как будто ищет вокруг ещё не стертые приметы Рая.  Это редкое духовное умение – отстраниться и обособиться  от себя самого, чтобы хоть миг, но видеть в чистоте.

Наверное,  поэзию Николая Забелкина можно точно определить словами  самого автора – «Разнообразье форм благодаренья». Благодарность Создателю – её неумолкающий рефрен:

«…И чётче яви этот яркий сон,

В котором слову каждому дано

Подняться до заоблачных курсивов;

В котором всё закончиться должно

Одним неумолкающим «Спасибо»,

Где свет высот гранит ущелий тьма,

Чтоб луч искрил больней и вдохновенней…

Где смерть – точильный круг.

Где жизнь сама –

Разнообразье форм благодаренья».

Новые и старые стихотворения Николая Забелкина вместе с вами читала Валентина Киденко

Фото и илл. из открытых источников

 

Приведем в небольшом сокращении  новую публикацию стихотворений поэта в «Российской газете». «В стихах Николая Забелкина можно обрести настоящее, а не лубочное православие», – говорится в ней.

Одинокий пешеход

Письмо в редакцию:

«Дорогой Дмитрий!

Благодарю за рубрику и новые поэтические имена, которые вы находите. Разрешите и мне поделиться важной для меня находкой.

Любимого современного русского поэта я обрела, просматривая ресурс «Стихи. Ру». Его имя – Николай Забелкин. Он родился в 1971 году, окончил биологический факультет МГУ. Стихи пишет с детства, в школе занимался в литературно–творческом объединении при Московском городском Дворце пионеров и школьников на Ленинских горах. Посещал семинар молодых поэтов при музее Паустовского, учился в Лингвистической школе. Его стихи опубликованы на сайте поэтов МГУ.

… Мне хочется поддержать и воодушевить его, ведь как и большинство людей, одаренных свыше, он не занимается «продвижением» своего творчества. В интернете у него немало благодарных читателей, и все же его творчество заслуживает большего.

От мамы Николая знаю, что его стихи ввели в программу по современной русской литературе в одной из школ города Иваново, но пока эта школа – одна на всю Россию.

Стихи Николая – исповедание христианской веры. В них – настоящее, а не лубочное православие.

Прошлым летом вышла небольшая подборка его стихотворений на нашем сайте «Азбука воспитания». Было много просмотров и комментариев. Читатели искренне удивлялись: почему никто не знает этого поэта?

Недавно Юрий Кублановский, один из самых дорогих мне поэтов, посетовал на то, что религиозная поэзия в России – явление уходящее. «Поэзия – отражение жизни, а религиозность вымывается из жизни…»

Хочется ответить Юрию Михайловичу: религиозная поэзия жива, достойные поэты есть, и имя одного из них – Николай Забелкин. В его стихах – покаянное чувство, благоговение перед святостью, искреннее человеколюбие…

Редактор сайта «Азбука воспитания»

Из осенней тетради Николая Забелкина

* * *

Облака, словно блюдца.
Небо льется в глаза…
И хотел бы вернуться –
Да, наверно, нельзя.

Вот и кончилось лето,

Прошептало: «Прощай!»
Там, на облаке где–то,
Мы допили свой чай…

Но лучом самым ранним
Я приникну к плечу –
И тебе: «До свиданья,
Жизнь моя!» – прошепчу.

 

Одинокий пешеход

 Не споткнись
на мокрых листьях,
Одинокий пешеход!

Осень бьет волною чистой.
Все проходит. Все пройдет –

Не проходит только ветер,
Как заглавный тот вопрос,

До которого дорос;
Пусть он будет безответен,

Главное – задать его;
Главное – пройти по чистым

Листьям осени лучистой,
Не присвоив ничего, –

Но вдыхая благодарно
Этот ветер – и до дна

Выдыхая лучезарный
Свет созревшего добра.

Все пройдет – но не проходит
Одинокий пешеход:

Медлит он над чем–то вроде
Сердца, павшего с высот;

И, земли недолгий житель,
Осиянный идиот,

Словно по морю – Спаситель –
Нынче посуху пройдет.

В гостях у матушки Матроны

Замирает время пред иконой –
Может, миг один,
а может, век…

Говорю я с матушкой
Матроной –
Отвечает близкий человек;

Отвечает на мои печали –
Радостью становятся они,

Будто крылья плещут
за плечами –
И за тучей теплятся огни.

..Пусть огни погаснут без остатка,
Крылья облетят листвой
с ветвей;

Пусть прощаться мне
с тобой несладко –
Падая на землю без оглядки,

Я целую теплую брусчатку
Пред святой иконою твоей.

Про ежей

Вы слыхали, как поют ежи?
Не слыхали? – Много потеряли!
…Накорми, согрей и уложи
Ежика на мягком одеяле,

Приголубь и рюмочку налей, –
Тут же зазвучит
неудержимый –
Над простором дремлющих полей –
Голос чистый, трепетный – ежиный.

Те, кто слышал, знают: у ежа
Тембр яркий, теплый
– самый лучший;
Тает у внимающих душа,
На глазах смягчаются колючки…

Ласки на ежа не пожалей –
Воспарит, воспрянет,
зазвенит он!
…Просто дремлет в ежике
забытом
Никому не нужный соловей.

Ключ к примирению

Политика для мира не годится;
Природа – примирения богиня:
Недаром каждая лесная птица
Мне ласково твердит
про Си Цзиньпиня…

Первый поэт

Кто был поэтом первым? – Тот,
Кого мы с детства знаем: кот!
Меж нами он –
не просто ходит,
И вовсе неспроста урчит:
«Идет направо –
песнь заводит,
Налево – сказку говорит».

***

Хотя мы боимся верить,
Бродя по земным путям –
Но светятся души деревьев
И падают под ноги нам.

Первый снег

Мир замирает на бегу,
Юнея нежно и стыдливо –
Навек – назло календарю;
И фраза «я тебя люблю»
Звучит особенно правдиво
На свежевыпавшем снегу…

* * *

Снег – просьба с неба:
Не забывайте о тех,
Кому холодней.

Текст: Дмитрий Шеваров

Российская газета – Неделя № 221(7979)

Дмитрий Шеваров «Огонек в золотой шапочке»

 

Обсудить на форуме