<span class=bg_bpub_book_author>Достоевский Ф.М.</span><br>Двойник

Достоевский Ф.М.
Двойник

(6 голосов4.5 из 5)

Оглавление

Петер­бург­ская поэма

Глава I

Было без малого восемь часов утра, когда титу­ляр­ный совет­ник Яков Пет­ро­вич Голяд­кин очнулся после дол­гого сна, зев­нул, потя­нулся и открыл, нако­нец, совер­шенно глаза свои. Минуты с две, впро­чем, лежал он непо­движно на своей постели, как чело­век не вполне еще уве­рен­ный, проснулся ли он, или еще спит, наяву ли и в дей­стви­тель­но­сти ли все, что около него теперь совер­ша­ется, или — про­дол­же­ние его бес­по­ря­доч­ных сон­ных грез. Вскоре, одна­кож, чув­ства гос­по­дина Голяд­кина стали яснее и отчет­ли­вее при­ни­мать свои при­выч­ные, обы­ден­ные впе­чат­ле­ния. Зна­комо гля­нули на него зелено-гряз­но­ва­тые, зако­пте­лые, пыль­ные стены его малень­кой ком­натки, его комод крас­ного дерева, сту­лья под крас­ное дерево, стол, окра­шен­ный крас­ною крас­кой, кле­ен­ча­тый турец­кий диван крас­но­ва­того цвета, с зеле­нень­кими цве­точ­ками и, нако­нец, вчера впо­пы­хах сня­тое пла­тье и бро­шен­ное ком­ком на диване. Нако­нец, серый осен­ний день, мут­ный и гряз­ный, так сер­дито и с такой кис­лой гри­ма­сою загля­нул к нему сквозь туск­лое окно и ком­нату, что гос­по­дин Голяд­кин ника­ким уже обра­зом не мог более сомне­ваться, что он нахо­дился не в три­де­ся­том цар­стве каком-нибудь, а в городе Петер­бурге, в сто­лице, в Шести­ла­воч­ной улице, в чет­вер­том этаже одного весьма боль­шого, капи­таль­ного дома, в соб­ствен­ной квар­тире своей. Сде­лав такое важ­ное откры­тие, гос­по­дин Голяд­кин судо­рожно закрыл глаза, как бы сожа­лея о недав­нем сне и желая его воро­тить на минутку. Но через минуту он одним скач­ком выпрыг­нул из постели, веро­ятно попав, нако­нец, в ту идею, около кото­рой вер­те­лись до сих пор рас­се­ян­ные, не при­ве­ден­ные в над­ле­жа­щий поря­док мысли его. Выпрыг­нув из постели, он тот­час же под­бе­жал к неболь­шому круг­лень­кому зер­кальцу, сто­я­щему на комоде. Хотя отра­зив­ша­яся в зер­кале заспан­ная, под­сле­по­ва­тая и довольно опле­ши­вев­шая фигура была именно такого незна­чи­тель­ного свой­ства, что с пер­вого взгляда не оста­нав­ли­вала на себе реши­тельно ничьего исклю­чи­тель­ного вни­ма­ния, но, пови­ди­мому, обла­да­тель ее остался совер­шенно дово­лен всем тем, что уви­дел в зер­кале. «Вот бы штука была, — ска­зал гос­по­дин Голяд­кин впол­го­лоса, — вот бы штука была, если б я сего­дня ман­ки­ро­вал в чем-нибудь, если б вышло, напри­мер, что-нибудь не так, — пры­щик там какой-нибудь вско­чил посто­рон­ний или про­изо­шла бы дру­гая какая-нибудь непри­ят­ность; впро­чем, пока­мест недурно; пока­мест все идет хорошо». Очень обра­до­вав­шись тому, что все идет хорошо, гос­по­дин Голяд­кин поста­вил зер­кало на преж­нее место, а сам, несмотря на то, что был боси­ком и сохра­нял на себе тот костюм, в кото­ром имел обык­но­ве­ние отхо­дить ко сну, под­бе­жал к окошку и с боль­шим уча­стием начал что-то отыс­ки­вать гла­зами на дворе дома, на кото­рый выхо­дили окна квар­тиры его. Пови­ди­мому, и то, что он отыс­кал на дворе, совер­шенно его удо­вле­тво­рило; лицо его про­си­яло само­до­воль­ной улыб­кою. Потом, — загля­нув, впро­чем, сна­чала за пере­го­родку в каморку Пет­рушки, сво­его камер­ди­нера, и уве­рив­шись, что в ней нет Пет­рушки, — на цыпоч­ках подо­шел к столу, отпер в нем один ящик, поша­рил в самом зад­нем уголку этого ящика, вынул, нако­нец, из-под ста­рых пожел­тев­ших бумаг и кой-какой дряни зеле­ный истер­тый бумаж­ник, открыл его осто­рожно, — и бережно и с насла­жде­нием загля­нул в самый даль­ний, пота­ен­ный кар­ман его. Веро­ятно, пачка зеле­нень­ких, серень­ких, синень­ких, крас­нень­ких и раз­ных пест­рень­ких бума­жек тоже весьма при­вет­ливо и одоб­ри­тельно гля­нула на гос­по­дина Голяд­кина: с про­си­яв­шим лицом поло­жил он перед собою на стол рас­кры­тый бумаж­ник и крепко потер руки в знак вели­чай­шего удо­воль­ствия. Нако­нец он вынул ее, свою уте­ши­тель­ную пачку госу­дар­ствен­ных ассиг­на­ций, и, в сотый раз, впро­чем счи­тая со вче­раш­него дня, начал пере­счи­ты­вать их, тща­тельно пере­ти­рая каж­дый листок между боль­шим и ука­за­тель­ным паль­цами. «Семь­сот пять­де­сят руб­лей ассиг­на­ци­ями! — окон­чил он, нако­нец, полу­ше­по­том. — Семь­сот пять­де­сят руб­лей … знат­ная сумма! Это при­ят­ная сумма, — про­дол­жал он дро­жа­щим, немного рас­слаб­лен­ным от удо­воль­ствия голо­сом, сжи­мая пачку в руках и улы­ба­ясь зна­чи­тельно, — это весьма при­ят­ная сумма! Хоть кому при­ят­ная сумма! Желал бы я видеть теперь чело­века, для кото­рого эта сумма была бы ничтож­ною сум­мою? Такая сумма может далеко пове­сти человека…»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки