Объяснение Пасхального канона


 

Цен­траль­ным пес­но­пе­ни­ем пас­халь­ной заут­ре­ни бес­спор­но явля­ет­ся канон Свя­той Пас­хи, сочи­нен­ный извест­ней­шим бого­сло­вом и гим­но­гра­фом Пра­во­слав­ной Церк­ви пре­по­доб­ным Иоан­ном Дамас­ки­ным (VIII век). Об основ­ных иде­ях Пас­халь­но­го кано­на, обле­чен­ных в вос­тор­жен­ные поэ­ти­че­ские одеж­ды, рас­ска­зы­ва­ет пре­по­да­ва­тель ПСТГУ свя­щен­ник Миха­ил АСМУС.

Христос – новая Пасха

Хотя гим­но­гра­фи­че­ский жанр кано­на, к ста­нов­ле­нию кото­ро­го пре­по­доб­ный Иоанн весо­мо при­ло­жил свою чудес­но исце­лен­ную руку, тес­но свя­зан с биб­лей­ски­ми пес­ня­ми, в слу­чае с Пас­халь­ным кано­ном мы име­ем при­мер более сво­бод­но­го соот­но­ше­ния с эти­ми пес­ня­ми. Тем паче, что по Уста­ву в виде исклю­че­ния канон пас­халь­ной заут­ре­ни испол­ня­ет­ся без них: вме­сто вет­хо­за­вет­ных сти­хов перед тро­па­ря­ми кано­на зву­чит древ­ней­ший тро­парь Пас­хи «Хри­стос вос­кре­се из мерт­вых…» (у гре­ков) или его пер­вая фра­за (у нас).

К тако­му отно­ше­нию к вет­хо­за­вет­но­му тек­сту под­тал­ки­ва­ет и сама тема: в Вос­кре­се­нии Хри­ста из мерт­вых начал дей­ство­вать Новый Завет, т. е. «Дого­вор», пред­воз­ве­щен­ный Гос­по­дом на Тай­ной вече­ри и заклю­ча­ю­щий­ся в том, что Он при­но­сит Себя в жерт­ву за гре­хи мира, а люди полу­ча­ют спа­се­ние, сле­дуя про­по­ве­дан­но­му Им Бла­го­ве­стию люб­ви. Поэто­му все вет­хо­за­вет­ное, даже самое важ­ное, как, напри­мер, Пас­ха, отхо­дит на зад­ний план, ста­но­вясь толь­ко тенью насту­пив­шей спа­си­тель­ной реальности.

В пер­вом же ирмо­се пре­по­доб­ный Иоанн начи­на­ет объ­яс­нять новое содер­жа­ние празд­ни­ка Пас­хи, исхо­дя из устой­чи­во­го тол­ко­ва­ния сло­ва «Пас­ха» как пре­ве­де­ние, т. е. «пере­ве­де­ние» (Синак­сарь Пас­хи): Вос­кре­се­ния день, про­све­тим­ся людие! Пас­ха Гос­под­ня! Пас­ха: от смер­ти бо к жиз­ни и от зем­ли к небе­си Хри­стос Бог нас пре­ве­де, побед­ную пою­щия. — «Пас­ха, пото­му что Хри­стос Бог нас, пою­щих (ныне песнь) побе­ды, пере­вел от смер­ти к жиз­ни и от зем­ли (низ­мен­ной жиз­ни по пло­ти) к Небу (воз­вы­шен­ной духов­ной жизни)».

А в 1‑м тро­па­ре тре­тьей пес­ни гово­рит­ся о том, что все необ­хо­ди­мые атри­бу­ты вет­хо­за­вет­но­го пас­халь­но­го агн­ца: совер­шен­ный, муже­ско­го пола, непо­роч­ный (Исх.12:5) — пол­но­стью про­яви­лись во Хри­сте: Муже­ский убо пол — яко раз­вер­зый дев­ствен­ную утро­бу яви­ся Хри­стос; яко чело­век (греч. смерт­ный) же — агнец наре­че­ся; непо­ро­чен же — яко невку­сен сквер­ны, наша Пас­ха; и яко Бог истин­ный — совер­шен рече­ся. — «Как отверз­ший (в Сво­ем рож­де­нии) утро­бу Девы — Хри­стос пред­стал суще­ством муже­ско­го пола; а как суще­ство смерт­ное — был назван (Иоан­ном Кре­сти­те­лем) агн­цем; Он же, наша Пас­халь­ная (тра­пе­за), как непри­част­ный скверне име­ну­ет­ся непо­роч­ным, а как истин­ный Бог — совершенным».

Для истол­ко­ва­ния в сле­ду­ю­щем тро­па­ре послед­не­го непре­мен­но­го атри­бу­та Пас­халь­но­го агн­ца — еди­но­лет­ний (Исх. 12:5) — пес­но­пи­сец исполь­зу­ет поня­тие бла­го­сло­вен­но­го вен­ца бла­го­сти Божи­ей, как на цер­ков­ном язы­ке име­ну­ет­ся годо­вой цикл, и рож­де­ствен­ский образ Солн­ца прав­ды при­ме­ни­тель­но ко Хри­сту вос­крес­ше­му: Яко еди­но­лет­ный агнец, бла­го­сло­вен­ный нам венец Хри­стос (в греч. бла­гий), волею за всех заклан бысть, Пас­ха чисти­тель­ная; и паки из гро­ба крас­ное прав­ды нам воз­сия Солн­це. — «Как еди­но­лет­ний ягне­нок, (Хри­стос, став­ший) для нас (слов­но еди­ным) бла­го­сло­вен­ным вен­цом бла­го­сти (Божи­ей) доб­ро­воль­но отдал Себя на зако­ле­ние за всех (став не толь­ко) Пас­хой, (но и) очи­сти­тель­ной жерт­вой; но сно­ва вос­си­я­ло для нас из гро­ба Солн­це пра­вед­но­сти». В пере­ска­зе это надо пони­мать так: «еди­ный год» зем­ной жиз­ни Спа­си­те­ля закон­чил­ся со смер­тью Его на Кре­сте, но в Вос­кре­се­нии начи­на­ет­ся для нас новый «год» Его бытия — в нашем сле­до­ва­нии путем Его праведности.

Наи­боль­ше­го напря­же­ния про­ти­во­по­став­ле­ние вет­хо­го и ново­го дости­га­ет в послед­нем тро­па­ре тре­тьей пес­ни: Бого­отец убо Давид пред сен­ным ков­че­гом ска­ка­ше играя; людие же Божии свя­тии, обра­зов сбы­тие зря­ще, весе­лим­ся боже­ственне: яко вос­кре­се Хри­стос яко все­си­лен. — «(Неко­гда) пре­док Бога по пло­ти царь Давид ска­кал в пляс­ке перед ков­че­гом (Вет­хо­го Заве­та, быв­ше­го лишь) тенью (Ново­го); мы же, свя­той народ Божий, видя (перед собой) вопло­ще­ние (вет­хо­за­вет­ных) про­об­ра­зов, давай­те выра­жать свою радость бого­до­стой­но: ибо вос­крес (Сам наш) все­силь­ный Царь — Христос».

И несмот­ря на то, что преп. Иоанн про­хо­дил свое мона­ше­ское попри­ще непо­да­ле­ку от Иеру­са­ли­ма, в лав­ре преп. Сав­вы Освя­щен­но­го, для него как для хри­сти­а­ни­на свя­щен­ная сто­ли­ца Иудеи, став­шая аре­ной важ­ней­ших еван­гель­ских собы­тий, явля­ет­ся в ирмо­се 9‑й пес­ни не более чем про­об­ра­зом ново­го Иеру­са­ли­ма — Свя­той Церк­ви Хри­сто­вой: Све­ти­ся, све­ти­ся, новый Иеру­са­ли­ме: сла­ва бо Гос­под­ня на тебе воз­сия. Ликуй ныне и весе­ли­ся, Сионе. Ты же, Чистая, кра­суй­ся, Бого­ро­ди­це, о вос­ста­нии Рож­де­ства Тво­е­го. — «Про­ни­кай­ся све­том, новый Иеру­са­лим: ибо в тебе вос­си­я­ла сла­ва Гос­под­ня. Ликуй и весе­лись нын­че и ты, (свя­тая гора) Сион (ста­рый Иеру­са­лим). Радуй­ся и Ты, Чистая Бого­ро­ди­ца, о вос­кре­се­нии Тво­е­го Сына».

Светозарная ночь

О том, как Свя­тая Цер­ковь про­ни­ка­ет­ся све­том Вос­кре­се­ния, мы узна­ем из дру­гих мест Пас­халь­но­го кано­на, в кото­рых содер­жит­ся опи­са­ние самой пас­халь­ной утре­ни, един­ствен­ной в сво­ем роде в бого­слу­жеб­ном году. Хотя по древ­не­му цер­ков­но­му уста­ву празд­но­ва­ние Пас­хи начи­на­лось с вечер­ни, сов­ме­щен­ной с Литур­ги­ей свт. Васи­лия Вели­ко­го, но бла­го­да­ря вли­я­нию мона­сты­рей имен­но эта ран­няя пас­халь­ная утре­ня ста­ла со вре­ме­нем ассо­ци­и­ро­вать­ся со встре­чей само­го момен­та Свет­ло­го Хри­сто­ва Воскресения:

Очи­стим чув­ствия и узрим непри­ступ­ным све­том вос­кре­се­ния Хри­ста бли­ста­ю­ща­ся, и «радуй­те­ся» реку­ща ясно да услы­шим, побед­ную пою­ще. — «Давай­те очи­стим наши чув­ства, что­бы уви­деть Хри­ста, бли­ста­ю­ще­го непри­ступ­ным све­том вос­кре­се­ния, и ясно услы­шать Его гово­ря­ще­го: “Радуй­тесь!”, вос­пе­вая (Ему) побед­ные пес­но­пе­ния» (1‑й тро­парь пер­вой песни).

Ныне вся испол­ни­ша­ся све­та: небо же и зем­ля и пре­ис­под­няя: да празд­ну­ет убо вся тварь воста­ние Хри­сто­во, в нем­же утвер­жда­ет­ся. — «Нын­че все напол­ни­лось (бла­го­дат­ным) све­том: Небо, зем­ля и под­зем­ный (загроб­ный) мир; пусть все тво­ре­ние празд­ну­ет вос­кре­се­ние Хри­сто­во, в кото­ром оно полу­чи­ло креп­кую под­держ­ку» (1‑й тро­парь тре­тьей песни).

Древ­ний обы­чай обиль­ной иллю­ми­на­ции хра­мов и горо­да в пас­халь­ную ночь, горя­щие в руках людей све­чи вызы­ва­ют у пес­но­пев­ца ассо­ци­а­цию с прит­чей о Деся­ти девах, тем более что не все люди гото­вы были ждать пас­халь­ных раз­го­вин до утра, как это дела­ли мона­хи: При­сту­пим, све­ще­нос­нии, исхо­дя­щу Хри­сту из гро­ба, яко жени­ху, и спразд­ну­им любо­праздн­ствен­ны­ми чин­ми (пра­виль­нее — любо­праздн­ствен­ным чинoм) Пас­ху Божию спа­си­тель­ную. — «Давай­те подой­дем, дер­жа в руках све­тиль­ни­ки, ко Хри­сту, исхо­дя­ще­му из моги­лы, слов­но жених (из чер­то­га. — Мф.25:6), и будем празд­но­вать вме­сте с сон­ма­ми люби­те­лей празд­ни­ков (мона­ха­ми) спа­си­тель­ную Пас­ху Божию» (2‑й тро­парь пятой песни).

Но этот же обы­чай сим­во­ли­зи­ру­ет и напол­нен­ность все­го миро­зда­ния све­том Хри­сто­вым: Яко воис­тин­ну свя­щен­ная и все­праздн­ствен­ная сия спа­си­тель­ная нощь и све­то­зар­ная, све­то­нос­на­го дне воста­ния сущи про­воз­вест­ни­ца, в ней­же без­лет­ный свет из гро­ба плот­ски всем воз­сия. — «О, сколь дей­стви­тель­но свя­щен­на и все­празд­нич­на эта спа­си­тель­ная и све­то­зар­ная ночь, будучи про­воз­вест­ни­цей све­то­нос­но­го дня Вос­кре­се­ния, в кото­рый не свя­зан­ный вре­мен­ны­ми рам­ка­ми Свет (Хри­стос) ощу­ти­мым обра­зом вос­си­ял для всех из моги­лы!» (3‑й тро­парь седь­мой песни).

Плоды Воскресения

В каноне Вос­кре­се­нию, конеч­но, есть место как для опи­са­ния, так и для бого­слов­ской оцен­ки сопут­ство­вав­ших собы­тий. Одна­ко автор оста­нав­ли­ва­ет осо­бое вни­ма­ние на тех из них, кото­рые не вошли в кано­ни­че­ские Еван­ге­лия, в част­но­сти на соше­ствии во ад: Без­мер­ное Твое бла­го­у­тро­бие адо­вы­ми уза­ми содер­жи­мии зря­ще, к све­ту идя­ху, Хри­сте, весе­лы­ми нога­ми, Пас­ху хва­ля­ще веч­ную. — «Видя Твое, Хри­сте, без­мер­ное бла­го­у­тро­бие, узни­ки ада бод­рым шагом поспе­ши­ли к све­ту, руко­плес­кая по пово­ду веч­но­го избав­ле­ния» (1‑й тро­парь пятой пес­ни). Сниз­шел еси в пре­ис­под­няя зем­ли и сокру­шил еси вереи веч­ныя, содер­жа­щия свя­зан­ныя, Хри­сте, и трид­не­вен, яко от кита Иона, вос­кресл еси от гро­ба. — «Ты, Хри­сте, сошел в самые низ­кие части зем­ли (мифо­ло­ги­че­ское место загроб­но­го мира) и сокру­шил там веч­ные запо­ры, удер­жи­вав­шие узни­ков, и как Иона из кита, вос­крес на тре­тий день из моги­лы» (ирмос шестой песни).

Чудо исхож­де­ния Хри­ста из гро­ба при при­ва­лен­ном камне, неиз­вест­ное нам из кано­ни­че­ских Еван­ге­лий, свя­зы­ва­ет­ся пес­но­пис­цем из Дамас­ка с дру­гим не менее зага­доч­ным чудом — рож­де­ни­ем от Девы: Сохра­нив цела зна­ме­ния, Хри­сте, вос­кресл еси от гро­ба, клю­чи Девы не вре­ди­вый в рож­де­стве Тво­ем, и отверзл еси нам рай­ския две­ри. — «Ты, Хри­сте, вос­стал из моги­лы, сохра­нив нена­ру­шен­ной (при­ло­жен­ную пер­во­свя­щен­ни­ка­ми) печать, как не повре­дил при рож­де­нии засо­вов дев­ства (Бого­ро­ди­цы), и (поль­зу­ясь свой­ством про­хо­дить сквозь закры­тые две­ри) открыл для нас две­ри рая» (1‑й тро­парь шестой песни).

Вос­кре­се­нию Хри­сто­ву сим­во­ли­че­ски при­об­ща­ет­ся Адам как родо­на­чаль­ник все­го чело­ве­че­ства: Спа­се мой, живое же и нежерт­вен­ное зако­ле­ние, яко Бог, сам себе волею при­вед Отцу, совос­кре­сил еси все­род­на­го Ада­ма, вос­крес от гро­ба. — «Спа­си­тель мой, Ты, по Боже­ству будучи живым и не при­но­си­мым в жерт­ву жерт­вен­ным живот­ным, но Сам Себя доб­ро­воль­но при­не­ся в жерт­ву Отцу, (как след­ствие) совос­кре­сил с Собою все­об­ще­го пред­ка Ада­ма, вос­крес­нув из моги­лы» (2‑й тро­парь шестой песни).

Спо­соб, каким вос­кре­се­ние пере­да­ет­ся все­му чело­ве­че­ству, преп. Иоанн опи­сы­ва­ет в ирмо­се седь­мой пес­ни: Отро­ки от пещи Изба­ви­вый, быв чело­век, страж­дет яко смер­тен, и стра­стию смерт­ное в нетле­ния обла­чит бла­го­ле­пие… — «Тот, Кто изба­вил трех отро­ков от сожже­ния в печи, став чело­ве­ком, пре­тер­пе­ва­ет стра­да­ния как смерт­ный и в (самом этом) стра­да­нии оде­ва­ет смерт­ное (чело­ве­че­ское есте­ство) в кра­со­ту нетления…»

Содер­жа­ние празд­ни­ка хри­сти­ан­ской Пас­хи крат­ко сум­ми­ру­ет­ся во 2‑м тро­па­ре седь­мой пес­ни: Смер­ти празд­ну­ем умерщ­вле­ние, адо­во раз­ру­ше­ние, ино­го жития веч­на­го нача­ло, и игра­ю­ще поем Винов­на­го… — «(Сего­дня) мы празд­ну­ем омерт­ве­ние самой смер­ти (ее неспо­соб­ность отныне губи­тель­но дей­ство­вать на чело­ве­ка), упразд­не­ние ада (как места при­ну­ди­тель­но­го пре­бы­ва­ния душ всех усоп­ших), нача­ло иной, нескон­ча­е­мой жиз­ни, и с лико­ва­ни­ем (букв. с пляс­кой) вос­пе­ва­ем Винов­ни­ка (все­го это­го — Христа)…».

Приобщение Царству

Послед­ней важ­ной темой, про­хо­дя­щей через весь канон Пас­хи, явля­ет­ся каж­дый чело­век, пере­жи­ва­ю­щий эти свя­тые дни во хра­ме и жаж­ду­щий при­об­щить­ся бла­го­да­ти Вос­кре­се­ния: Вче­ра спо­гре­бох­ся Тебе, Хри­сте, сово­стаю днесь вос­крес­шу Тебе; срас­пи­нах­ся Тебе вче­ра, Сам мя спро­сла­ви, Спа­се, во цар­ствии Тво­ем. — «Вче­ра (на утрене Вели­кой суб­бо­ты) я погре­бал­ся вме­сте с Тобою, а сего­дня совос­кре­саю с Тобою вос­крес­шим; вче­ра (в Вели­кий пяток) я рас­пи­нал­ся вме­сте с Тобою, а (сего­дня) Ты Сам, Спа­си­тель, про­сла­ви меня (вме­сте с Собою) во Цар­ствии Твоем».

Как и Зла­то­устый соста­ви­тель Сло­ва огла­си­тель­но­го, огла­ша­ю­ще­го вот уже 15 веков каж­дый пра­во­слав­ный храм в пас­халь­ную ночь, преп. Иоанн в 1‑м тро­па­ре вось­мой пес­ни при­гла­ша­ет всех без исклю­че­ния при­об­щить­ся Хри­сто­ву Цар­ству через при­ня­тие зако­на Еван­гель­ской люб­ви: При­и­ди­те нова­го вино­гра­да рож­де­ния, боже­ствен­на­го весе­лия, в наро­чи­том дни вос­кре­се­ния, Цар­ствия (в греч. же) Хри­сто­ва при­об­щим­ся… — «В бла­го­зна­ме­на­тель­ный день Вос­кре­се­ния давай­те вку­сим вино­гра­да ново­го уро­жая — боже­ствен­ной бла­го­рас­по­ло­жен­но­сти (друг ко дру­гу) — и ста­нем общ­ни­ка­ми Цар­ства Христова…»

Обе­то­ва­ние Хри­ста не поки­дать Сво­их уче­ни­ков до скон­ча­ния века, дан­ное на горе Воз­не­се­ния (Мф.28:20), ста­но­вит­ся опор­ным пунк­том жиз­ни хри­сти­а­ни­на во Хри­сте вос­крес­шем: О боже­ствен­на­го, о любез­на­го, о слад­чай­ше­го Тво­е­го гла­са: с нами бо нелож­но обе­щал­ся еси быти до скон­ча­ния века, Хри­сте, его­же вер­нии утвер­жде­ние (пра­виль­нее — якорь) надеж­ди иму­ще раду­ем­ся. — «О боже­ствен­ный, о любез­ный, о слад­чай­ший Твой воз­глас! Ибо в самом деле Ты пообе­щал быть с нами до скон­ча­ния века, Хри­сте, како­вое (обе­ща­ние) имея, слов­но якорь надеж­ды, мы пре­бы­ва­ем в радо­сти» (1‑й тро­парь девя­той песни).

В заклю­чи­тель­ном тро­па­ре Пас­халь­но­го кано­на про­слав­лен­ный бого­слов, охва­чен­ный боже­ствен­ным вос­тор­гом, дер­за­ет загля­нуть даже в нашу буду­щую жизнь с Богом: О Пас­ха велия и свя­щен­ней­шая, Хри­сте, о Муд­ро­сте и Сло­ве Божий и Сило: пода­вай нам истее Тебе при­ча­ща­ти­ся в неве­чер­нем дни Цар­ствия Тво­е­го. — «О Хри­сте, вели­кая и свя­щен­ней­шая (наша) Пас­ха, Муд­рость (Божия), Сло­во Божие и Сила (Божия): даруй нам в неве­че­ре­ю­щем дне Тво­е­го (буду­ще­го) Цар­ства более явствен­но участ­во­вать в Тво­ем бытии». В самом деле, празд­ник Свя­той Пас­хи, сто­я­щий вне ряда про­чих вели­ких празд­ни­ков, име­ет осо­бен­ную эсха­то­ло­ги­че­скую пер­спек­ти­ву, напо­ми­ная нам о цели наше­го зем­но­го бытия и щед­ро при­от­кры­вая нам заве­су буду­ще­го бла­жен­ства во Христе.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки