Месяцеслов. Ноябрь

Св. Дамиан, епископ Каширский, в «книг о святых» (по рукописи Савваитова, л. 3, и Агиологии Востока, архимандрита Сергия, т. III, стр. 62) упоминается в числе святых неканонизованных. Называется «Киевским чудотворцем», вероятно потому, что он скончался и тело его было погребено в Киеве; но ничего неизвестно о сем святителе, даже остается неизвестным, где он святительствовал. Город Кашира, или Кошира – в Тульской епархии, но в этом городе, по исследованию ученых, не было отдельной кафедры, а в первый – домонгольский – период там и не могло быть епископа, так, как и самый город едва ли существовал. В первом периоде русский церковной истории, к которому преимущественно относятся угодники Божии, прославляемые в южной России, частнее в Киеве, с именем Дамиана известен только один епископ Юрьевский (о коем см. ниже).

У о. архимандрита Леонида («Св. Русь», стр. 8), между святыми г. Киева упоминается «Дамиан, епископ Юрьевский». В древней России (в домонгольский период) известен один только епископ с именем Дамиана, именно Юрьевский, упоминаемый под 1147 г. Вероятно, этот святитель под 1154 г. наименован Каневским (Строева, Списки иерархов, 1050 стр.; Голубинский, История Рус. Церкви, т. I, стр. 568). Город Юрьев, ныне уже не существующий, находился в Киевской губернии на берегу р. Роси, впадающей в Днепр с правой (или Киевской) стороны, и был построен великим князем Ярославом 1-м Мудрым (в крещении назван Георгием, или Юрием), который, вероятно, в этом городе открыл епископскую кафедру, но не самостоятельную, а подведомственную Киевскому митрополиту, как его викария. Город Юрьев, думают, разорен татарами в 1238 году. Неизвестно, епископ Дамиан Юрьевский и Дамиан Каширский одно-ли лицо или разные святители; если различные, то и об Юрьевском епископе Дамиане ничего неизвестно; нет имени святителя Дамиана и в общей службе Киевским святым.

Ноября 1-го, по преданию, доблестный незабвенными своими заслугами для спасения России в период тяжких смут междуцарствия (1612–1613) Нижегородский гражданин Косьма Захарьевич Минин, тезоименитый св. безмездному врачу Косьме, праздновал день своего ангела; в воспоминание сего в нижнем этаже Нижегородского Спасо-Преображенского кафедрального собора устроен придел (левый) в честь св. чудотворцев – бессребреников Косьмы и Дамиана. Придел этот был освящен 26 февраля 1852 г.; в этом приделе погребено тело знаменитого Косьмы Захарьевича Минина и ежегодно 1-го ноября торжественно творится по нем память (заупокойная литургия и панихида). Над местом погребения «избавителя России в смутное безгосударственное время от литовских и польских людей и от русских воров» (т.е. изменников), по мысли ныне царствующего ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА III-го, устроена в 1878 г. гробница. Это замечательное художественное произведение, в древнем русском стиле, из мрамора, порфира, лабрадора и золоченой бронзы, сооружено по плану профессора Академии Художеств Л.В. Даля. Гробница разделяется на две части: верхнюю в соборе и нижнюю в усыпальнице (нижнем этаже собора); обе части соединяются между собою мраморною лестницею. Верхняя часть представляет часовню с шатровым верхом, под которым находится «стяг» князя Димитрия Михайловича Пожарского, с которым он освободил Москву от врагов; по обе стороны этого стяга висят две древние, шелками и золотом шитые хоругви, бывшие в крестном ходу, провожавшем рать князя Пожарского и Минина из Нижнего Новгорода в Москву. Думают, что они были выносимы на площадь, на которой посадской человек Косьма Минин держал свою знаменитую речь, пробудившую в народе сильный патриотизм к освобождению отечества. На одной из этих хоругвей изображено Преображение Господне, а на другой Архистратиг Михаил, держащий в правой руке свиток, а в левой меч; по кайме кругом надпись тропаря: «Небесных воин архистратиже»… Здесь же и знамена Нижегородского ополчения 1812 г., поставленные над могилою Косьмы Минина по повелению Императора Александра I-го; здесь же находятся ополченнические знамена Нижегородских дружин 1854–1856 гг. Внизу (в усыпальной церкви) гробница, высеченная из цельного мрамора серого цвета; на ней надпись: «7124 (1616) года преставися раб Божий Косма Минин Сухорук». Пред гробницею большая икона св. бессребреников Косьмы и Дамиана – дар ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА; пред иконою вызолоченный металлический крест с прорезными буквами тропаря: «Святии безсребницы и чудотворцы, Косьмо и Дамиане, посетите немощи наша: туне приясте, туне дадите нам». По стенам вязью написаны слова из летописи о многих мятежах, о бессмертном подвиге бессмертного в скрижалях отечественной истории «Нижегородского мясника», воздвигшего народ на спасение православных и православной Руси, когда боярство изменило им, предавшись на сторону Тушинского вора и других самозванцев, и когда, по меткому выражению летописи, дошло дело до «последних людей». И вот одному из этих «последних людей», незнатному, худородному, небогатому земными сокровищами мяснику, выпала великая и славная доля спасти совсем погибавшее, а ныне сильное, мощное, с стомилионным населением Русское царство. И пред прахом сего «последняго» некогда человека все наши Государи и члены Императорского Дома, по примеру Петра I-го, воскликнувшего у славной гробницы: «здесь лежит избавитель России», до земли преклоняются. В настоящее время (1894 г.) в Нижнем Новгороде думают о постановке памятника знаменитому Косьме Минину.

Русский народ с именами св. Косьмы и Дамиана соединяет много различных верований. К ним, как безмездным врачам и чудотворцам, православные обращаются об исцелении от различных болезней в своих молитвах. Это верование имеет за собою основания – как в самом их наименовании, так и в деятельности их во время своей земной жизни. Они «прияша от Бога дар исцелений, и подаваху здравие душам же и телесем, врачующе всякия болезни, и исцеляюще всяк недуг и всяку язю в людех». В житии сих святых замечается, что «они не точию человеком помогаху, но и скотом, а ни от кого что за сие приимаху, творяху бо вся не имений ради, дабы златом и сребром обогатитися, но Бога ради. Того ради и безмезднии врачеве и безсребренницы от верных наречени быша». (Четьи Минеи 1 ноября). Из «сказания о святых, коим и каковыя благодати даются от Бога», видно, что наши предки молились св. Косьме и Дамиану о прозрении ума к учению грамоте. «Есть обычай многим учащимся, говорится в одном азбуковнике XVII века, совершати молебная св. безсребренникам Косьме и Дамиану и св. пророку Науму и ангелу своему, его же святаго тезоименитство имать» (Чтения Москов. общества Истории и Рос. древн., кн. IV, 1861 г.). Обычай этот заимствован у греков, которые св. Косьму и Дамиана также считали помощниками в обучении грамоте, и есть свидетельство, что для испрошения этой помощи приходили именно в храм свв. бессребреников. В сочинении Дюканжа Constantinopolis christiana civ., III, p. 122 помещены стихи Евхаитского епископа Иоанна ко храму св. Косьмы и Дамиана, как безмездному пути к испрошению у святых врачей просветления ума в научении грамоте. Далее, по народному воззрению, св. Косьма и Дамиан считаются покровителями кузнецов; будто бы эти святые занимаются кузнечным мастерством, куют плуги и раздают их людям для возделывания земли, при чем в народном представлении они сливаются в одно имя (Кузьма-Демьян). «Раз Кузьма-Демьян, Божий коваль, делал плуг, как возстал на него великий змий и уже пролизал языком железную дверь в кузницу. Божий коваль ухватил его клещами за язык, запрег в плуг и проорал землю от моря и до моря; проложенныя им бразды лежат по обеим сторонам Днепра, называются «змеевыми валами» (Афанасьев, Поэт. воззр. славян на природу, т. I, 561 стр.). Кузнецы, считая св. Косьму и Дамиана своими покровителями, в день их до сих пор по деревням не куют, считая это большим грехом (Афанасьев, там же). Молодые люди почитали св. Косьму и Дамиана устроителями супружеской жизни и в обрядовых песнях к ним обращаются с мольбой сковать брачный союз крепкий, долговечный, на век неразлучный (Афанасьев, 466 стр.). «Сковать свадьбу» значит сковать те невидимые нравственные цепи, т.е. обязанности, какие налагают на себя вступающие в супружество. Признание сих святых покровителями святости и ненарушимости брака имеет основание в их житии. Некто Малх, говорится в нем, отправляясь в далекую сторону, поручил свою жену св. Косьме и Дамиану «на соблюдение от всякаго греха и напасти вражией». Диавол, преобразившись юношей, будто бы посланным от мужа, уводит ее из дому и дорогой свергает с коня. Жена молится св. Косьме и Дамиану и те спасают ее. (Правосл. Собеседник, 1883 г., сентябрь, 112 стр.). Наконец, св. Косьма и Дамиан известны у простого народа, как охранители кур, отчего и самый день их памяти в старину слыл под названием «куриннаго праздника», куриных именин; 1-го ноября у наших предков соблюдался даже особый благочестивый обычай в честь этих святых: в Москве хозяйки в этот день собирались вокруг церкви св. Косьмы и Дамиана с курами, выслушивали молебен сим святым, а потом рассылали кур своим знакомым и уважаемым лицам, в виде подарка. Косвенное основание посвящения кур св. Косьме и Дамиану можно видеть в сказании о них. Св. бессребреники – врачи исцеляли больных от различных болезней без всякой платы, ради только прославления имени Иисуса Христа, веру в которого они распространяли среди язычников. Одна женщина, по имени Палладия, исцеленная ими от расслабления, упросила св. Дамиана принять от нее в дар три куриных яйца – не как мзду за исцеление, но как дар в честь Пресвятой Троицы, – и св. Дамиан не отверг ее просьбы (Четьи Минея, 1 ноября). Сахаров (Сказания русского народа, т. II), Афанасьев (т. I, стр. 468) и другие думают, что основанием народного верования о покровительстве курам св. Косьмы и Дамиана послужило то обстоятельство, что эти домашние птицы в народном быту составляют непременную принадлежность свадебной церемонии и необходимое свадебное кушанье. При том же по этим птицам особенно любят гадать сельские девушки о своих суженых; поэтому простому народу естественнее всего представлялось поручить кур под покровительство св. Косьмы и Дамиана, как покровителей свадеб (Терещенко, Быт русского народа, VI, 63 стр. Афанасьев, Поэтич. воззрения славян на природу, т. I, 468, 561 стр. Сахаров, Сказания рус. народа (народн. праздники) т. II. Журнал Мин. Народ. просвещ., 1863 г. ст. Щапова. Этнограф. сборник, т. V. Чтения в Москов. обществе Истории и Рос. древностей, 1861 г., IV. Общерус. Дневник, Петрушевского. Рус. Беседа, 1850 г., 74 стр. Н. Калинского, Церков. народн. Месяцеслов, 53–56 стр. «Св. Косьма и Дамиан по народн. Воззрениям» в Под. Еп. Ведом., 1887 г. № 44. Душепол. Чтение, ноябрь, 1871 г.).

Некоторые (см. Полн. христ. месяцесл., СПб., 1838 г.; С. Дестунис, Жития свят. под 1 ноября) смешивают св. Косьму и Дамиана, празднуемых 1 ноября, с свв. Косьмою и Дамианом, тоже безмездными врачами, память коих совершается 1 июля и 17 октября, – но это совершенно отличные от них святые (см. о сем в Месяцеслове под 1-м числом июля).

С именем Акиндина известно два архимандрита Киево-Печерской лавры; один из них жил в XII веке, а другой в XIII-м. Первый Акиндин по настоятельству был преемником в лавре игумена Феодосия II-го с 1156 г.; в 1159 г. в Киево-Печерском монастыре учреждена была архимандрия и тогда же Акиндин был возведен в сан архимандрита; скончался в 1164 г. (Строев, Списки настоятелей монастырей, стр. 12). Второй архимандрит Акиндин упоминается в 1231 г. при посвящении епископа в Ростов Кирилла (см. 21 мая) (Собр. летоп., I, 194 стр.). Святитель Симон (см. 10 мая) называет Акиндина «мужем святым». По соображению Филарета, архиепископа Черниговского (Рус. святые, август, 117 стр.), он настоятельствовал с 1219 г. У Строева (Списки, 12 стр.) он поставлен между архимандритами Василием и Серапионом (см. 12 июня), впоследствии епископом Владимирским, в 1121 и 1131 гг.; год кончины его неизвестен, вероятно, он скончался вскоре после разорения Батыем Киева, если не во время оного. Погребен в дальних (Феодосиевых) пещерах и день памяти его совершается 28 августа совместно с преподобными Феодосиевых пещер, хотя в службе сим святым имя его не упоминается, – а также 2 ноября, вероятно, по тезоименитству его с священномучеником Акиндином († 2 ноября 355 г.). Думают, что к нему черноризец Поликарп (которого следует отличать от св. Поликарпа, Печерского архимандрита, – см. 24 июля) написал послание «о святых блаженных черноризцех, братии нашея» (Викторова, «Киево-Печерский патерик по древним рукописям», 81–165 стр. Яковлев, «Памятники рус. литературы XII–XIII в.»; Филарет, Рус. святые, август, 28 стр. Н. Барсуков, Источники Агиографии, 16 стр. Графа М. Вл. Толстого, Книга о рос. святых, 16 стр.).

Преподобный Киприан жил в XVI столетии. Ему приписывают основание Николаевского Стороженского монастыря, который находился в Новгородской Обонежской пятине, при Ладожском озере, на месте, называвшемся Сторожки. 14 мая 1587 года царь Феодор Иоаннович пожертвовал Николаевской Стороженской пустыни несудимую грамоту, в которой, между прочим, писано: «Строитель Киприан нам бил челом и сказал: было де и в том монастыре двадцать братов, а ныне де и в том монастыре тридцать братов, а нашеи де милостины оброчнаго хлеба и денег в тот монастырь ничего не идет, питаютца от своих трудов: и отец наш блаженныя памяти царь и великий князь Иван Васильевичь всея Руссии пожаловал, дал в тот монастырь обжу земли, на воск и на ладон, и в руги и в милостины место, и обелил им тое обжу ото всяких податей». Грамоту эту еще при жизни строителя Киприана, 25 июня 1598 г., подтвердил царь Борис Годунов (Дополн. к актам историч., I, 211). Неизвестно, когда и в каком году скончался препод. Киприан. В 1722 г. Стороженский Николаевский монастырь был приписан к Новгородскому Архиерейскому Дому. Мощи преподобного Киприана почивают под спудом в Николаевской, бывшей монастырской, церкви. В «Иконописном Подлиннике» под 2 ноября сказано: «Преподобнаго отца нашего Киприана, строителя Николаевскаго монастыря Сторожевскаго, иже на Ладогском озере, Новгородскаго чудотворца, от Свирскаго монастыря 60 поприщ; подобием сед, брада аки священномученика Антипы, ризы преподобническия и в схиме» (Филиминов, стр. 38).

Историч. словарь о святых, 151 стр. Н. Барсуков, Источники агиографии, 289 стр. Леонид архим., «Св. Русь», 98 стр. (сказано, что память преп. Киприана 2 ноября)h6¹.

Празднество этой иконы совершается в г. Шуй (Владим. губ.) в Воскресенской соборной церкви в память написания ее 2 ноября 1831 г. и прекращения морового поветрия в городе (см. о ней 28 июля).

Св. Анна, прозванная уменьшительным, ласкательным именем Янки (Аннушка), была дочь великого князя Всеволода Ярославича и сестра Владимира Мономаха. Мать Анны была гречанка, дочь греческого императора Константина Мономаха. Св. Анна, с юности посвятившая себя Богу, ревностно занималась обучением закону Божию и грамоте девиц, для которых ею было устроено первое в России училище при монастыре ее (Янчин, или Андреевский монастырь был для ней построен ее отцом). Для лучшего благоустройства своей обители и для обогащения своего училища книгами, св. Анна путешествовала в Константинополь (не позже 1090 г.). «Анна, – говорить древний повествователь, – ходила туда не напрасно, а с тем, чтобы быть вдвойне полезною себе и другим инокиням русской земли» (Степен. книга, I, 128 стр.). По летописям, св. Анна скончалась 3 ноября 1112 г. В рукописных святцах о ней сказано: «в Андреевском монастыре св. княжна Анна Всеволодовна в инокинях преставися в лето 6624 (1116 г.), месяца мая в 18 день». Но это, вероятно, было время обретения ее мощей. Андреевский – Янчин монастырь был близь Михайловского монастыря и разрушен Батыем²; о развалинах его смотри у Фундуклея (Обозр. Киева, стр. 101. Журнал Мин. Народ. просв., 1833 г., кн. III).

Степен. книга, I, 228. Москов. любоп. месяцесл. на 1776 г., стр. 63. Собр. летоп., I, 80, 120; II, 287. Карамзин, II, пр. 126. Татищев, II, 138. Слова о рус. святых, 1836 г., стр. 30. Буслаева, Слов. и искус., II, 242. Ростов. летоп., стр. 44. Воскрес., I, 217. Филарет, Рус. святые, III кн., 304–305 стр.

Георгий, Новгородский юродивый, упоминается в книге, глаголемой «описание о российских святых» (Библиотека Москов. академии, № 209). В «Агиологии Востока» у архимандрита Сергия (III, 61), он поставлен между русскими святыми, неканонизованными. Ничего неизвестно о сем блаженном; неизвестны ни время кончины, ни место его погребения. Память его совершается 3 ноября и 23 апреля – в дни, посвященные великомученику Георгию Победоносцу, вероятно потому, что носил его имя. В «Иконописном Подлиннике» под 23 числом апреля о Георгии юродивом сказано: «подобием рус, аки Косма; ризы как на Иоанне Устюжском» (Филимонов, 52 стр.).

Блаженный Симон, Христа ради юродивый, родился в с. Оделеве Нерехтского уезда, Костромской епархии, – не вдалеке от заштатного города Плеса. Родители его – Родион и Мария – были простые поселяне. Симон, год рождения коего неизвестен, с ранних лет отличался необыкновенным трудолюбием; памятником его трудов служит колодезь, находящийся близ часовни у с. Оделева. Желая проводить девственную жизнь, Симон решился тайно оставить дом родителей, которые думали об его бракосочетании; в одной рубашке – и то худой, без обуви, он удалился в пустынный и непроходимый лес, близ с. Елнати (Юрьевецкаго уезда). Некоторые из Елнатских поселян зимой отправились в лес для рубки дров и увидели там молодого человека, полунагого, изможденного, в разодранной рубашке и босого. На все вопросы: кто он, откуда и зачем проживает в лесу, блаженный отвечал только: «Симон, Симон»… Крестьяне сообщили о найденном ими в лесу неизвестном человеке своему приходскому священнику, о. Иосифу, и тот пригласил его в свой дом, где он беспрекословно исполнял все домашние работы (рубил дрова, носил воду, молол хлеб на ручных жерновах и т.п.). Не ограничиваясь работою в доме священника, он услуживал и в домах поселян. Одеждою Симона служила одна льняная рубашка, ложем его был голый пол, или земля; обуви он никогда не носил; не смотря на постоянные труды, он уделял часть дня и ночи для усердной молитвы – и изнурял свое тело строгим постом, любил посещать храмы Божии, но желая скрыть свою богоугодную жизнь, Симон представлялся юродивым. Проживя в доме о. Иосифа 15 лет, Симон перешел в г. Юрьевец-Поволжский, где, не имея постоянного жилища, ходил по улицам, притворяясь лишенным рассудка; любимым местопребыванием его были церковные паперти, и особенно паперть Богоявленского мужского монастыря, где по ночам усердно молился Богу: от суровой жизни и сильных морозов зимой у него почернело тело и кожа прилипла к костям; за богоугодные подвиги он от Бога получил дар прозрения: так, он предсказал о нечаянной смерти жены воеводы Трегуба, приказавшего слугам бить его, о пожаре в городе и пр. Блаженный любил уединяться в лес, находящийся за Волгой от города, и нередко видели его ночью идущим из леса по воде (как-то: крестьян. Зубарев, Сетырев и др.); но Симон строго воспрещал им рассказывать другим о виденном ими. Незадолго до смерти, он зашел в дом воеводы Петелина (преемника Третьяка Трегуба), по приказанию которого за юродство был сильно избит и едва живой стащен был слугами воеводы в подвалье, где, чувствуя приближение смерти, пожелал приобщиться св. Таин, что и было исполнено. Блаженный Симон скончался 4 ноября 1584 г. Воевода, раскаявшись в жестоком обращении с блаженным Симоном, устроил на свой счет богатые похороны. Тело его было погребено в любимом им Богоявленском храме мужского монастыря, еще в 1741 г. обращенного в приходскую церковь. В 1619 г. при устройстве в Богоявленской обители новой церкви могила блаженного Симона пришлась в самом храме, против правого клироса; для ограждения ее сделана небольшая деревянная гробница и устроен к ней ход под церковь. В 1635 г. Богоявленский игумен Дионисий донес патриарху Иоасафу о житии и чудесах от мощей блаженного Симона, равно и о многолюдном стечении народа к его гробу. Патриарх благословил написать икону Симона с сиянием и совершать ему службу по общей минее; в 1666 г., по причислении его к лику святых, блаженному Симону составлена особенная служба, отправлявшаяся до 1722 г.; в этом году архиепископ Нижегородский Питирим, в состав епархии коего тогда входил г. Юрьевец, посетил этот город и, обозревая Богоявленский монастырь, обратил внимание на гробницу блаженного Симона; вероятно, не зная о патриаршей грамоте о почитании его, он приказал разобрать гробницу, сам запечатал дверь к ней и приказывал вместо молебнов совершать по блаженному Симону панихиды. Впоследствии, в 1741 г., производилось следствие по делу о блаженном Симоне. В настоящее время открыт свободный доступ к гробнице. Рака блаженного обновлена, на ней положена кипарисная икона в ризе, представляющая блаженного со сложенными на персях руками. Память его свято чтится в Юрьевце и его окрестностях. Богоявленская церковь, под которою он погребен, более известна под названием «церкви блаженнаго Симона». Нередко можно встретить и иконы блаженного Симона и в храмах, и в домах. В «Иконописном подлиннике» под 10 мая сказано: «Память святаго и блаженнаго Христа ради юродиваго Симона, Юрьева Повольскаго новаго чудотворца; подобием власы на главе черны и долги, и брада черна, длиною с Николину; одеяние на нем одна рубашка» (Филимонов, 54 стр.). Житие преподобного Симона сохранилось в нескольких редакциях. Редакция жития наиболее близкая к 1635 г. оканчивается посмертным чудом 1636 г. (Ключевский, Поморский сборник, л. 237). Другая редакция более пространная и витиеватая доводит ряд чудес до 1695 г. (Ключевский, Древне-рус. жития, 343 стр. Император. публ. Библиотека, № 747 – из Погодин. Древнехранилища). Часовня близь с. Оделева, говорят, устроена в честь блаженного Симона на том месте, где некогда существовал дом его родителей.

Филарет, Рус. святые, III кн., 304–305 стр. А.Н. Муравьев, Жития святых, 4 ноября. Н. Барсуков, Источники агиографии, 533 стр. Степен. книга, I, 228 стр. Собран. летописей, I, 80–120; II, 287 стр. Карамзин, История Рос. государства, II т., пр. 156. Татищев, История Рос. госуд., II, 138 стр. Историч. словарь о рус. святых, 1836 г., 30 стр. Буслаев, Слов. иск., II, 242 стр. Ростов. летопись, 44 стр. Воскресен. летопись, I, 217 стр. Воскр. Чтение, XX г., № 31. Протоиер. Иоанна Поспелова: «Блаженный Симон Юрьевецкий», Кострома, 1889 г. Костром. Епарх. Ведомости, 1892 г., № 21. Пастыр. Собеседник, 1892 г., № 36. Полный христиан. месяцеслов, 4 ноября. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 294 стр. Граф М. Вл. Толстой, Книга о рос. святых, 204 стр. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 35–40 стр. Дестунис С., Жития святых, ноябрь, 12–13. Память блаженного Симона, кроме 4 ноября, совершается еще 10 мая, ради его тезоименитства с св. Апост. Симоном Зилотом.

Митрополит Павел, в мире Петр Конюскевич, родился в Галицийском городе Самборе; отец его был состоятельный житель этого города и сыну своему дал очень хорошее по тому времени образование, сначала в Самборе, а затем в Киевской Академии. Как лучший из воспитанников, он, по окончании академического курса, был оставлен при академии в должности учителя пиитики. Скромный от природы, не любивший светских удовольствий, Петр Конюскевич, желая посвятить себя всецело науке и Богу, 27 лет постригся в Киево-Печерской лавре в монашество, с именем Павла (в 1733 г.) и в скором времени был посвящен в иеродиакона (6 дек. 1733 г.), а затем (1 янв. 1734) в иеромонаха. В мае 1740 г. духовный собор Киево-Печерский вручил ему вести приходы и расходы при митрополите Киевском Тимофее Щербатском, отправлявшемся в С.-Петербург на чреду; но экономская должность не по душе была ученому иеромонаху Павлу и он, по указу Св. Синода, в том же 1740 г. был назначен проповедником при Московской Славяно-греко-латинской Академии; за труды по этой должности в 1744 г. был возведен в сан архимандрита в Юрьев Новгородский монастырь. Здесь он особенно озабочен был монастырскими постройками. 5 мая 1758 г. архимандрит Павел был возведен в сан Тобольского митрополита, куда прибыл 20 ноября того же года. Управление обширною Тобольскою епархией было делом весьма трудным, и святитель Павел особенное обратил внимание на образование ученых пастырей, а потому духовная семинария составляла одну из самых близких и постоянных его забот. При нем был открыт богословский класс и богословие он сам читал; для занятия учительских должностей вызвал ученых иеромонахов из Киева. В Тобольской епархии (совмещавшей нынешние Томскую, Енисейскую, Оренбургскую и др.) не много было церквей и те деревянные, часто страдавшие от пожаров. Митрополит Павел располагал сибирское светское начальство к построению большего количества церквей каменных. Много выпало горя святителю из-за обращения раскольников к православию. Светские команды силою и наказаниями принуждали раскольников присоединяться к православной церкви, вследствие чего многие из упорных старообрядцев решались на самосожжение. По доносу иеромонаха Савватия (вызванного митрополитом Павлом из Киева) святителю, а не светской команде были приписаны крутые меры обращения раскольников, за что, совершенно незаслуженно, 19 июня 1761 г. он получил замечание от Св. Синода и Императрицы Екатерины II-й. К этому присоединился, к большему несчастию святителя, его сильный протест против закрытия сибирских монастырей и отобрания от монастырей крестьян. Екатерина II-я была недовольна протестом Тобольского митрополита, и Св. Синод, по Ее приказу, вызывал его в Петербург; но митрополит Павел, по болезни (что было его врагами приписано упорству), не мог в скором времени явиться в столицу. В 1768 г. он прибыл в Москву и в апреле того же года подал прошение об увольнении его от управления епархией на покой в Киево-Печерскую лавру. Св. Синод определил было лишить его архиерейского сана и для сего вызвал в С.-Петербург. Но он не был лишен святительского сана, и согласно прошению, уволен на покой в Киево-Печерскую лавру. Императрица приказала выдать ему тысячу рублей на путевые издержки, но митрополит Павел не принял денег; впрочем, эти деньги впоследствии были употреблены лаврским архимандритом на позолоту церковных глав; митрополиту Павлу дозволено было в Киеве совершать богослужение. Святитель Павел скончался 4 ноября 1770 года.

«Всякий богомолец, посещающий Киево-Печерскую лавру и ея пещеры, считает за долг с благоговением посмотреть нетленно-почивающаго Тобольскаго святителя Павла. «История, говорить г. Недосекин (Тобол. Епарх. Ведом., 1882 г., № 24), еще не решила вопроса о деятельности митрополита Павла, человеческая наука все еще хочет считать его имя пререкаемым; но почивший иерарх Тобольской паствы не нуждается ни в какой апологии историка. Тот, кто все ведает, тот давно уже Сам оправдал его! Пусть посетивший Киев пойдет в Печерскую лавру, в соборную церковь Успения Богоматери, – там, с северной стороны, под приделом св. архидиакона Стефана, в склепе он увидит лежащаго в открытом гробе святителя; пусть взглянет благочестивый поклонник на это умное, благородное, онаймленное русою бородою и такими же прядями волос, ниспадающих с головы, лицо, – пусть всмотрится в эти закрытыя, несколько впалыя очи, пусть вспомнит при этом, что лежащий пред ним не есть только что уснувший, а более 110 лет лежащий в гробу покойник, лежащий нетленно там, где тут же давно сотлели иные, похороненные позже, и он поймет: праведен ли в глазах Божиих лежащий пред ним святитель?»… (Изображение митрополита Павла см. в I кн. Историч. Вестника за 1888 г.). Интересно лаврское предание о явлении митрополита Павла Киевскому митрополиту Евгению († 1838 г.). Производилась ремонтировка великой лаврской церкви и под полом придела св. архидиакона Стефана рабочие нашли гроб, в котором почивало нетленное тело неизвестного святителя. Доложено было о сем митрополиту Евгению; тот, за недосугом немедленно посмотреть открытые мощи, приказал гроб с нетленным телом не закрывать до следующего дня. И вот ночью, по рассказу самого митрополита, в полудремоте слышат, что кто-то идет к нему из соседней комнаты, затем растворяется дверь и в каком-то необычном свете видит он архиерея в святительском облачении с жезлом, грозно говорящего к нему на малороссийском языке: «даст-ли он (Евгений) покой ему, а если не даст, то и ему не будет покоя». В явившемся ночью святителе митрополит Евгений усмотрел точное сходство с нетленно почивающим Тобольским митрополитом Павлом, тело которого было найдено при ремонте Лаврского собора.

Саровская пустынь, прославленная подвигами знаменитого старца Серафима (см. 2 января), с своего основания воспитывала великих подвижников благочестия, среди коих особенно чтится в означенной обители пустынник Марк, современник, друг и духовный отец старца Серафима. Богу одному ведомы труды и подвиги блаженного Марка; скончался он 4 ноября 1818 г. Каким глубоким уважением пользовался Марк у людей благочестивых, можно видеть из того, что Московский святитель, митрополит Филарет, в письмах своих к наместнику Троице-Сергиевой лавры, архимандриту Антонию, высказывал желание собрать сведения о подвигах пустынника Марка и издать оное для народа как полезное и душеспасительное и – в пример сего приводил, как этот старец своим смирением пристыдил Саровского инока, обуреваемого помыслом любоначалия (Письма к архим. Антонию, I, 253–256 стр. Алфавитный указатель к творениям митрополита Филарета, СПб., 1891 г., 184 стр.). С каким уважением и любовью относился к блаженному Марку великий старец Серафим и считал его сильным молитвенником пред Богом, это видно из его беседы с начальницею Ардатовской женской общины Евдокиею, сетовавшею на трудность ее положения в только что возникшей общине, не имевшей никаких средств к своему существованию. «Когда идешь ко мне, – говорил о. Серафим, – зайди на могилки, положи три поклона, прося у Бога, чтобы он успокоил души рабов своих: Исаии, Пахомия, Иосифа и Марка, и потом припади к гробу, говоря про себя: простите отцы святые и помолитесь обо мне» (Исаия и Пахомий были настоятелями Сергиевой обители). (Жизнь старца Серафима, Москва, 1877 г., стр. 67).

Иона, в мире Иоанн, оставшись круглым сиротою, нашел приют в доме благочестивой вдовы Натальи Медоварцевой в Новгороде. Блаженный Михаил Клопский, увидевши его выходящим из школы кротким мальчиком, предрек ему святительствовать в г. Новгороде, если только будет хорошо учиться грамоте. В летах зрелых, он удалился в Отенскую пустынь (в 50 верстах от Новгорода), где и постригся. По смерти основателя обители Харитона, Иона, как благочестивый строгий подвижник, был избран братией в игумена и при нем Отня пустынь сделалась богатым монастырем; в 1458 году, по смерти владыки Евфимия (11 марта 1458 г.), Новгородцы единодушно избрали его на архиепископскую кафедру. Св. Иона явился пастырем добрым; он учил Новгородцев и словом, и делом; ко всем благорасположенный, он особенно заботился о бедных и сиротах и избавлял обижаемых от насилия. Будучи другом Московского первосвятителя Ионы, св. Иона, при всех искушениях со стороны Рима и нового литовского митрополита Григория, всегда сохранял добрые отношения к Москве и не раз удерживал мятежный Новгород от союза с Литвой. При его святительстве и Псков, сильно желавший иметь у себя особого епископа, подчинился воле Новгородского Владыки, который не раз посещал этот город. При св. Ионе, логофет Пахомий, по поручению его, составил жизнеописания и службы некоторым Новгородским святым (Евфимию, Моисею, Савве Виш. и др.). Доныне сохраняется несколько богослужебных книг, писанных «по благословению архиепископа Ионы». Московские великие князья (Василий Темный и Иоанн III), уважая св. Иону, приглашали его в Москву для совета и испрошения у него благословения. Св. Иона скончался в глубокой древности, 5 ноября 1470 г. и, согласно завещанию, погребен в любимой его Отней обители. Замечательно глубокое уважение современников к св. Ионе: считая его святым и чудотворцем, они оставили гроб его не закрытым, – и тело святителя осталось нетленным.

Праздник св. Ионы установлен соборным определением в Москве, в 1549 году. В рукописи XVII века сказано: «В Мытенском погосте за тридесять поприщ от Великаго Новаграда в Отенском монастыре в церкви св. Иоанна Предтечи чудотворные мощи Ионы, архиепископа Новгородскаго на верх земли, в раце древяне» (Сборник Савваитова, 221 л.). В Уставе церковных обрядов, совершавшихся в Московском Успенском соборе (около 1634 г.) написано: «Ноября в 5 день Ионы, архиепископу Новгородскому; трезвон в лебедь, а поют по уставу с полиелеосом» (Тимофеев, Рус. историч. библиотека, III, 34 стр.). В «Новгородском архиерейском Чиновнике»: «Ноября 5-го святитель служил у Иоанна Предтечи на Опоках: ездил сюда праздновать в честь Ионы архиепископа к вечерне, ко всенощному бдению и к литургии. Сам совершал Параклис, облачался на величание, служил молебен и литургию» (Древн. церков. обряды в Новгороде, 7 стр.). В «Иконописном подлиннике» под 5 ноября сказано: «Иже во святых отца нашего Ионы, архиепископа Великаго Новаграда, новаго чудотворца. Подобием стар, сед, в белом клобуке, брада доле Сергиевы, риза святительская» (Филимонов, стр. 166). «Житие св. Ионы» вышло из кельи пустынного монастыря. Оно любопытно по форме и содержанию. В нем особенно замечательны слова святителя великому князю Василию Васильевичу Темному: «Не твори неправды и не дерзай порабощать людей свободных. Тебе уже приближаются дни кончины, сыну же твоему содержать хоругвь Русскую, и о нем, вместе с моим народом, теплыя вознесу молитвы к Господу Богу, да освободит его от насилия царей Ордынских, ради свободы, дарованныя тобою моему граду (Новгороду); да вознесется рука его над всеми супостатами и прославится властию больше всех своих предков, и княжение его укрепится в мощной его деснице и на многия распространится страны, если только будет жить в благочестии и тихими очами назирать обладаемых им». В одно из посещений Москвы святитель Иона дал обет, по возвращении в Новгород, построить у себя на владычнем дворе храм преподобному Сергию Радонежскому, что и исполнил, – и это был первый храм преподобному Сергию на севере России. В житии св. Ионы изложено много сказаний о чудесных исцелениях при его мощах и особенных явлениях милости Божией призывавшим его в годину напастей. Св. Ионе, архиепископу Новгородскому, полная служба помещается в служебных Минеях (под 5 ч. ноября).

Житие преп. Ионы напечатано Н.И. Костомаровым в «Памятниках старин. русской литературы», IV, 27 стр. Списки жития св. Ионы указаны у Барсукова, Источн. агиографии, 273–274 стр.

В г. Смоленске 5 ноября ежегодно в кафедральном соборе торжественно празднуется икона Смоленской Божией Матери, в память избавления города от французов в 1812 году. Эта икона русскими войсками в достопамятный 1812 год была взята из Смоленска и в течение трех месяцев находилась в рядах русской армии, служа для нее предметом благоговейного почитания и залогом победы над врагами. В этот день в церкви Смоленской Божией Матери, построенной над крепостными воротами к берегу р. Днепра, отправляется торжественно литургия, а после оной молебствие с провозглашением многолетия Государю Императору и вечной памяти православным воинам и всем, павшим на поле брани в 1812 г. В 1867 г. торжество 5 ноября в Смоленске увеличилось освящением часовни, устроенной усердием и средствами Архиерейского Дома (при епископе Иоанне Соколове) в память спасения жизни Государя Императора Александра II-го 4 апреля 1866 г. и 25 мая 1867 г. Часовня устроена при въезде в город с Днепровского моста чрез пролом крепости, близь зданий Архиерейского Дома; под входом в часовню поставлена икона Богоматери за стеклом в киоте и около нее с правой стороны на голубом поле – золотыми словами написано: «часовня устроена усердием и средствами Архиерейскаго Дома при Епископе Иоанне»; а с левой: «освящена 5 ноября 1867 г. в день памяти изгнания французов из Смоленска в 1812 г.». Под иконою Богоматери над входом в часовню надпись: «в память спасения жизни Царя 4 апреля 1866 г. и 25 мая 1867 г.». Внутри – восточная часть часовни закрыта киотом, по средине которого стоит большая икона Богоматери, копия с чудотворной; с правой стороны ее три иконы: а) Вознесения Господня, б) св. Александра Невского и преп. Иосифа песнописца и в) св. муч. Галактиона и Епистимии. Против этих икон на другой стороне часовни икона Спасителя.

Смолен. Епарх. Ведомости, 1867 г., № 23. Описание Смоленской епархии, 250 стр.

Старец Илларион был государственный крестьянин с. Зенкина Рязанской губернии Раненбургского уезда; еще будучи ребенком, он чуждался детских игр и любил с своим дедом путешествовать по святым местам для поклонения мощам Угодников Божиих. Родители Иллариона, желая при себе удержать единственного сына своего и привязать его к семейной жизни, решились, не смотря на сопротивление, женить его, но в самый день брака Илларион оставил жену и тайно удалился в с. Головщино к любимому им священнику о. Трофиму, у которого, прожив два года, выучился грамоте. Затем повел строго подвижническую жизнь и шесть лет прожил в пещере в Воловом Овраге. Изгнанный отсюда, жил сначала в церковной караулке с. Головщина, затем в кельи в с. Карповке, в Дмитровском Скопинском монастыре и наконец в Раненбургской Петропавловской пустыне, откуда по наветам злых людей был выгнан; после сего вел странническую жизнь, посещал разные св. места, пока наконец поселился в с. Троекурове (Лебед. уезда). Здесь к старцу Иллариону, как к опытному в духовной жизни, народ стекался со всех сторон. В 1853 г. 5 ноября в самую полночь скончался почти столетний старец, строгий подвижник, о. Илларион. Тело его погребено в Димитриевской церкви Троекуровской женской обители, первые инокини которой проводили мирную жизнь близ кельи старца, положившего начало монастырю (Тамб. Епарх. Ведомости, 1870 г., № 11). Жизнь о. Иллариона подробно описана монахиней Павлою в Тамбов. Епарх. Ведомостях, за 1876 г.

Преподобный Варлаам, в мире Алексей, сын богатых и знатных жителей Новгорода – Михаила и Анны; по смерти родителей, раздавши их имущество, основал в 1192 г. близь Волхова (в 10 верстах от города) на Хутыне (худое, нечистое место) обитель в честь Преображения Господня. Архиепископ Григорий посвятил св. Варлаама игуменом в основанный им монастырь. Св. Варлаам пользовался глубоким уважением своих современников, а святитель Григорий нередко приглашал его для духовной беседы. Преподобный Варлаам составил для своей обители устав, не дошедший до нас. При жизни еще он считался у современников чудотворцем и имел чудный дар прозрения. Преподобный скончался 6 ноября 1192 г. Новгородцы глубоко чтили память св. Варлаама и считали его своим небесным защитником. Много составлено похвальных слов и жизнеописаний святого, а чудес, приписываемых ему по смерти, нет возможности исчислить. В Москве стали чтить его память в 1461 г.; в этом году был там устроен и храм в честь его. Кроме 6 ноября, в Новгороде совершают память св. Варлаама в первую пятницу после недели всех святых (в память чудесного предсказания его о снеге на 29 июня); в этот день бывает торжественный крестный ход из Софийского собора в Хутынский монастырь. По древнему уставу 6 ноября в Хутынском монастыре литургию совершает Преосвященный и во время литургии в старину благословлял казначея печатать заздравные просфоры и св. воду в вощаниках для отсылки царю в Москву. На большом входе выносили покров (с раки) и большие судари. После трапезы и совершения чина панагии, святитель заходил в церковь, здесь прикладывался к св. иконам, слушал ектению и отпуст. По выходе из св. монастырских ворот, он читал «Достойно есть» и делал отпуст, благословляя настоятеля с братией. В прежние и притом недавние времена, 6 ноября после литургии имели обыкновение отправлять от обители преподобного Варлаама хлеб Государю Императору, а ныне, по совершении литургии, в этот день оделяют всех богомольцев медными денежками, или полушками и небольшими укругами черного хлеба; этот последний обычай введен преподобным Варлаамом и, по его завещанию, в продолжении более 650 лет непрерывно исполняется.

В «Иконописном подлиннике» (Филимонов, стр. 186) преподобный Варлаам описывается так: «Из черна рус, брада до персей узка, на главе схима, из под нея кудерцы знать, ризы преподобническия. Преставление его пишется: стоит церковь о едином версе, празелень с белил, Варлаам лежит во гробе, из черна рус с проседью, брада до персей, узка, на главе схима, ризы преподобническия, испод санкир с белилы, у главы его стоит святитель яко Иоанн Златоуст, плешив, на плеши космочки, риза белая крестечная, в руках Евангелие, подле его диакон млад аки Стефан, у подножия святаго стоит игумен в клобуке, сед, брада аки Богословля, ряска вохра с белилы, с края млад, тому же подобен, испод санкир с белилы, а меж ими рус, брада не велика, другий млад, а на всех клобуки, по сторонам две палаты и ограда». При архиепископе Евфимии II-м (см. 11 марта) мощи преподобного Варлаама усмотрены были нетленными. Этот святитель однажды, призвав Хутынского игумена Тарасия (уп. у Строева в 1444 г.), велел ему три дня поститься и совершать келейно молитвы, чтобы узнать волю Божию об основателе обители. Чрез три дня архиепископ, игумен и иподиакон Иаков вошли в храм, сняли крышку с гроба и увидели нетленное тело преподобного Варлаама. Лице и брада оказались сходными с изображением преподобного на иконе, стоявшей над его гробом. Иподиакон, пораженный видением нетленности мощей преподобного Варлама, принял монашество. Мощи преподобного и после сего оставлены под спудом, вероятно, по желанию самого св. Варлаама. В 1471 году великий князь Иоанн III-й был в Новгороде; он посетил Хутынскую обитель и, увида гробницу преподобного Варлаама, спросил: «почему не открывают мощей?» – Издавна никто не осмеливается сделать это, ответили ему. Тогда он велел поднять крышку гроба и копать землю. Едва только начали исполнять его приказание, как из гроба вырвался дым, а за дымом – пламень. Великий князь в ужасе убежал из храма со своею свитою, так что выронил трость свою; трость эта доныне сохраняется в обители, там же хранится и дверь, обожженная пламенем.

Дошедшее до нас житие преподобного Варлаама г. Ключевский (Древне-рус. жития, 59–63) распределяет на четыре редакции. Первой редакции известны списки: Архив., 752–1281, XVI в. Макариев. Четьи Минеи под 6 ноября; Новгородско-Софийский, № 1529, XVI в.; Сергиев. лавры, № 768, XV–XVI в.; Синодал. М., № 839, 1425. Древний Пролог сохранил это (краткое) житие преподобного Варлаама и, по замечанию г. Ключевского, оно вышло из среды, где события и лица из истории преподобного Варлаама Хутынского, были еще в свежей памяти. Впоследствии это житие имело долгую литературную историю и вобрало в себя цикл легенд, которыми окружено было имя преподобного Варлаама. Оно же может служить образцом литературного стиля житий, какой усвоила Новгородская письменность XIII в. Второй редакции известны списки: Барсова Е.В., № 342, 1543 г.; № 86, XVI в.; Буслаева, XVI в.; Москов. дух. Академии, № 210, XV в.; № 634 (Волоколам.), XVI в.; Новгородско-Софийский, № 1419, XVI в.; Оболенского, № 91, XVII в. (с изображениями); Общества Истории и Рос. Древностей, № 196, XVI в.; Пискарева, № 66; Румянцева, № 434, XVI в.; Сергиев. лавры, № 792, 1572 г.; № 670, 789, XVI в.; Синодал. М., № 494, XV в.; № 565, XV–XVI в.; № 636, 948, XVI в.; № 84, XVIII в.; Тихонравова, XVII в.; Ундольского, № 565, 577, 1254, XVI в.; Царского, № 743, 1602 г.; № 614, XVII в.; № 481, XVIII в.; Чудовский, № 31–333, 98–151, XV–XVI в. Третья редакция – творение Пахомия Логофета. Списки его: Антон. Сийск. монастыря (у Строева, Библ. слов., 225 стр.); Архангел. Семинар. библиотеки, № 265–60. Этот экземпляр принадлежал Афанасию, Холмогорскому архиепископу (Строев, Библ. слов, 225 стр.); Архивский, № 751–1280, XVI в.; Барсова Ельп. Васил., № 344, XVI в., № 66, XVIII в; Буслаева, XVII в.; Четьи Минем: Милютинская (под 7 ноября), Синодальная., Софийская и Тулупова под 6 ноября (Сергиевой лавры, № 671, 1629 г.); Московской духов. Академии, № 355, XVIII в.; Московской Епарх. Библиот., № 25, XVI в.; Новгород.-Соф., № 1461, XVI в.; Москов. Публич. Музея, № 1783, XVII в.; Пискарева, № 131, XV–XVI в., № 121, XVI–XVII в.; № 113 (времен Петра I-го); Спасского Ярославского монастыря (Строев, Библ. слов, 225 стр.); Строева, № 119, 1645 г.; Тихонравова, № 64, XVII в.; Толстого, отдел. III, № 59, XVII в. Ундольского, № 574, 1300 г., XVI в.; № 292, XVII в.; Царского, № 396, 1642 г., № 89, XVII в.; № 446, XVIII в.; Чернигов. семин., № 90, XVI–XVII в. Источником Пахомию служила 2-я редакция, найденная им в Хутынском монастыре. Четвертая редакция, по указанию архиепископа Черниговского Филарета, – рукопись, содержащая в себе житие и похвальное слово преподобному Варлааму, написанные Софронием Лихудом в то время, когда он жил в Новгороде (1706–1709), куда Софроний вызван был из заточения в Ипатьевском монастыре Новгородским митрополитом Иовом для преподавания в Новгородских школах («Обзор рус. духов. Литературы», 361–363 стр.). В 1879 г. издано житие преподобного Варлаама, составленное «в сокращенном виде, на основании рукописнаго сказания о преподобном, исправленнаго братьями Лихудами, хранящагося в Хутынском монастыре». Проложное житие преподобного Варлаама находится в списках, Типографском, № 350, XIII–XIV в.; № 356, 1856 г., № 352, XIV в. (на пергаменте), Тихонравова, № 114, XVII в. (с изображением погребения преподобного Варлаама). Сверх того, житие преподобного Варлаама находится в библиотеках митрополита Макария, № 51, 65; Румянцева, № 154, XVI–XVII в.; Соловецкой (Правосл. Собеседник, февраль, 1859 г.); С.-Петербургской духовной Академии, № 270; Толстого (отдел. I, № 292, XVI в.); Хлудова, 439 стр., XVIII в. В Новгородской Софийской библиотеке находится лицевая рукопись с изображениями из жизни преподобного Варлаама (№ 1430), Толстого (отдел. II, № 140, XVII–XVIII в.). Сказание о мощах преп. Варлаама находится в Милютин. Четьи Минее под 7 числ. ноября и у Царского, № 420, XVII в. Сказание о чудесах его в Милютин. Четьи Минее, у Румянцева, № 434, XVI в.; Сергиев. лавры, № 792, XVII в.; Ундольского, № 292, XVII в.; Царского, № 382, XV в.; № 370, XVI в.; № 401, 420, XVII века. Служба препод. Варлаама находится в служебной Минее под 6 числом ноября. Списки службы препод. Варлааму находятся во многих списках (см. у Н. Барсукова, Источн. агиографии, стр. 84–85).

При церкви св. великомученика Пантелеймона (Николо-Качановской) на Софийской стороне в Новгороде находится деревянная, недавней постройки часовня, известная под названием Варлаамовской; она находится на том месте, где, по преданию, жили родители преп. Варлаама. Это предание оправдывается тем, что земля, окружающая часовню, принадлежала прежде Хутынскому монастырю и подтверждается грамотою патриарха Никона. Под часовней находится колодезь, вырытый, по преданию, родителями препод. Варлаама. В этой часовне хранится домовая икона XV века, вышиной в 1 аршин 9 вершков и шириною в 1 арш. 3½ вершка. Она разделяется на две равные части: в верхней изображены: Спаситель, Божия Матерь, св. Иоанн Предтеча, Архангелы Михаил и Гавриил, Апост. Петр и Павел; в нижней части представлены в малый рост несколько лиц в древних боярских одеждах с надписью над ними: «молятся рабы Божии: Григорий, Мария, Иаков, Стефан, Евсей, Тимофей, Олфим и чады Спасу и Пречистой Богородице о гресех своих в лето 6995 (1487) индикта 15. Повелением раба Божия Антона Кузьмина на поклонение православным». (Графа М.В. Толстого, Святыни Новгорода, 104 стр.). Первый храм преп. Варлаама в Москве был устроен в 1461 г. великим князем Василием Васильевичем за исцеление его отрока препод. Варлаамом от тяжкой болезни: «того же лета 6969 (1461) поставлена бысть церковь на Москве каменна св. Иоанна Предтечи, иже придел имать св. Варлаама Хутынскаго, Великим князем Василием Васильевичем; Варлаама же оттоле начаша праздновати на Москве» (Полное собрание летопис., VI т., 184 стр.).

Св. Герман, в мире Григорий, родом из г. Старицы Тверской губернии; отец его Феодор Полев-Садырев происходил из рода князей Смоленских. В ранней юности постригся он в обители преп. Иосифа Волоколамского, где отличался строгою жизнью родной его дядя Нил (в мире Никифор Васильевич Полев); там пользовался наставлениями богомудрого страдальца Максима Грека (см. 21 января) и добродетельного игумена Гурия Руготина (см. 4 октября и 5 декабря), для которого трудился в списывании книг, где вместе с Германом подвизался отец его Феодор, в иночестве Филовей. Так известны списанные им «Богородичник и Евангелие». Слава о жизни Германа дошла до Старицкой обители; иноки сего монастыря вызвали его к себе для управления обителью и Тверской епископ Акакий в 1551 г. посвятил Германа в архимандрита, но чрез два года он, передав настоятельство Иову (впоследствии патриарх), снова возвратился в Иосифов Волоколамский монастырь. В 1553 г. архимандрит Герман присутствовал на Московском соборе против Матвея Башкина, и этот еретик был отдан ему на увещание в Иосифов монастырь. На соборе 1555 г. св. Гурий Руготин из архимандритов был возведен в сан архиепископа в Казань, а Герману было поручено устроить обитель в г. Свияжске, чтобы она была рассадником веры и благочестия в магометанской (Казанской) стране. Получив от Грозного Царя богатые пособия, Герман ревностно занялся сооружением каменного храма Успения Пресвятой Богородицы и келий для монашествующих. Благоустрояя обитель, сам Герман жил в малой кельи под колокольнею. Недавно еще была цела келья, где он проводил время в молитве и трудах; она занимала не более 3-х кв. аршин; здесь была печь и одно окно; в переднем углу икона Богоматери и пред нею фонарь из слюды; иглы, нитки, наперсток, которые Герман употреблял при жизни, долго хранились на его гробнице. Свияжская обитель сделалась средоточием христианской проповеди для язычников, населявших правый берег Волги; для этой обители Герман собрал более 150 книг разного содержания. Св. Герман был усердным помощником своему архипастырю по делам веры и св. Гурий оказывал ему особенное доверие – поручил суду его все сельские церковные причты Свияжского уезда, а монастырь его освободил от своего суда. По смерти св. Гурия, собором святителей Герман был признан достойным занять его кафедру и в 1564 г. в Москве был посвящен в архиепископа Казанского; в Казани он святительствовал не долго (три года и 8 месяцев). В Зилантовой пустыни, где дети обучались грамоте и закону Божию, он ввел общежитие. В 1566 г. царь Иоанн Грозный, лишив Афанасия митрополичьей кафедры, желал иметь митрополитом Германа, проживавшего тогда в Москве. Против воли Германа ввели в митрополичьи палаты и предназначили на первосвятительскую кафедру. Высоко уважая обязанности священного сана, Герман решился переговорить с царем, вразумить его и тем облегчить положение подданных. Однажды царь посетил его в митрополичьем доме. – Святитель начал говорить с царем о его грехах, о страшном суде Божием, на котором все подданные и цари должны отдать отчет и пред которым страшно будет презрителям Закона Божия, кто бы они ни были. Царь вышел от митрополита с лицом мрачным и, рассказав о беседе с ним, спросил своих любимцев, «что они думают»? Они, хорошо сознавая, что Герман не потерпит их бесчестной жизни, упросили, чтобы он был лишен митрополичьей кафедры. Иоанн с бесчестьем выгнал св. Германа из митрополичьих палат, но он не был отпущен в Казань, а содержался в Москве, в заключении, почему и не был на соборе, на котором избран в митрополита св. Филипп (см. 23 декабря); однако он присутствовал при возведении его в сан митрополита. Вскоре (в 1567 г.) св. Герман скончался (6 ноября) в Москве от моровой язвы и погребен был, согласно его завещанию, при церкви св. Николая (Мокрого); погребение совершено было только двумя архимандритами (см. 23 июля). Курбский писал о св. Германе: «Герман был человек знатнаго рода Полевых и столько же высок умом, сколько ростом, муж жизни чистой и святой, ревностный изследователь священнаго Писания, подвижник духовный; он несколько перенял и учение Максима философа; был человек простой и твердый, готовый на помощь застигнутым бедою и напастию и усердный попечитель о бедных». В «Иконописном подлиннике» под 6 ноября о св. Германе сказано: «Подобием рус, брада аки Никиты мученика; власы на главе с ушей свилися, ризы святительския с омофором, на главе шапка, яже есть митра архиерейская; в руках Евангелие» (Филимонов, 38 стр.). Рукописное житие св. Германа в одной книге с службою ему хранится в Благовещенском соборе г. Казани. Оно составлено неизвестным со слов Казанского митрополита Лаврентия (1657–1673), около ста лет после кончины св. Германа. Житие, хранящееся в Свияжском Богородичном монастыре, есть перевод на современный язык вышеупомянутого жития, сделанный Свияжским архимандритом Иеронимом (Алексеев, Жизнеописания св. Гурия, Германа и Варсонофия Казанских и Свияжских чудотворцев, Казань, 1847 г., пр. 27. Ср. История Казани Рыбушкина). Благодаря отсутствию старинных записок о св. Германе, «облако забвения покрывает память его». Хотя житие и слово изложены, по замечанию Н. Барсукова, «широкими словесами», но скудны известиями (Источники агиографии, 130 стр.).

История Рос. иерархии, I, 97; VI, 54. Карамзина, История Рос. Государства, IX пр. 170 стр. Историч. словарь о рус. сватых, 77 стр. Филарет, Рус. святые, III кн., 335–342 стр. Елисеев Гр., Жизнь св. Германа, Казань, 1847 г. Никанор архим. (Чебоксар. епископ), Святыни Казани (св. Герман). Родосл. книга, 263 стр. Курбский, 123 стр., СПб., 1842 г. Журнал Минист. Народ. Просвещения, 7, 33. Акты экспед., I, 267. Историч. акты, h6 Ih6 ч., 354 стр. Казан. Губерн. Ведомости, 1846 г., № 7–10. Митроп. Макария, История Рус. Церкви, Х т., 354 стр. История Рус. церкви архиеп. Филарета и друг. Архим. Леонид, «Св. Русь», 200 стр. Толстого, Книга о рос. святых, 248–249 стр. Архим. Сергия, Агиология Востока, II, 296 стр.

В 7-й песни канона преподобным Ближних пещер воспевается преподобный Лука «иконом», как добрый делатель заповедей Владычних, но кроме должности экономской, каковую он неизвестно когда отправлял в Киево-Печерской лавре, больше о нем ничего неизвестно. Память его, кроме 6 ноября, совершается совместно с преподобными Ближних пещер, где и его тело нетленное почивает. Экономы Киево-Печерской лавры, почитая его своим покровителем, имеют в своих (экономских) помещениях икону преподобного Луки эконома.

Киевский месяцеслов, 6 ноября. Архим. Сергий, Агиология Востока. Филарет, Рус. святые, сентябрь, 106 стр.

Андрей Большой (или старший, в отличие от другого брата, также по имени Андрея) был родной брат великого князя Московского Иоанна Васильевича III-го, родился в 1446 г. в Угличе, где находился в заточении (от Димитрия Шемяки) его отец, великий князь Василий Васильевич Темный. По смерти отца, в силу завещания, Андрей в 1462 г. получил в удел Угличь с Устюжной, Звенигородом и др. городами, а в 1481 г. к его уделу был присоединен г. Можайск. В 1470 г. Андрей участвовал в походе против Казани, следствием коего было то, что Ибрагим смирился; в этом же году князь Андрей вступил в брак с Еленою, дочерью Мезецкого князя Романа. В 1471 г. он участвовал в походе великого князя Иоанна Васильевича против Новгорода; в 1472 г., во время нападения Ахмета на Москву и его поражения, Андрей с войском находился в г. Серпухове. По смерти бездетного брата князя Юрия, удел его (г. Дмитров, Серпухов и др.) взят был великим князем, что показалось обидным для других братьев, но мать Андрея Углицкого, более всех детей любившая его, дала ему в удел свой город Романов (в 1474 г.). Притязания великого князя на удел, оставшийся по смерти Андрея Младшего (1481) и неуважительные отношения к заявлениям меньших братьев были причиною, что князья Андрей и Борис, в виду усиливающегося значения Москвы в ущерб их значению, решились было искать спасения у иноземцев (литовцев), но при посредстве матери своей, митрополита Геронтия и других владык, они примирились с великим князем и возвратились в Москву; но все, что доселе поселяло вражду между великим князем и его младшими братьями, ясно показывало, что младшим членам великокняжеской семьи, поставленным в новые правонаследственные отношения, рано или поздно должны подчиниться великому князю и лишиться своих уделов. Андрей Васильевич предчувствовал это и беспокоился о том; в 1488 году какие-то крамольники донесли ему, что великий князь хочет его арестовать. Андрей хотел было бежать из Москвы, но одумавшись, решился явиться к своему брату, великому князю, для объяснения по этому делу. Иван Васильевич рассудил своего младшего брата в неосновательных подозрениях и даже наказал тех, которые посеяли между ними вражду. Это обстоятельство заставляет думать, что великий князь в данную минуту не хотел предпринимать ничего решительного против брата и до 1491 г. между ними не было никакой вражды, но к сожалению Андрей Васильевич сам ускорил свой печальный конец. В 1491 году на Менгли-Гирея, союзника Ивана Васильевича, выступили ордынские татары. Великий князь должен был помочь Крымскому хану: он выслал свои полки против ордынских татар, приказал и братьям своим отправить свои полки с воеводами для той-же цели, но Андрей Васильевич уклонился от сего. Великий князь на время затаил свой гнев, но в сентябрь 1492 года, когда Андрей приехал в Москву, великий князь, после неоднократного ласкового приема своего брата, приказал арестовать его. Андрей, под крепким караулом отведен был на казенный двор, а сыновья Иоанн (в иночестве Игнатий – см. 19 мая) и Дмитрий взяты из Углича и отправлены в Переяславль. Князь Андрей скончался в заточении 6 ноября 1494 г. Говорят, что великий князь, узнав о кончине своего брата, сильно опечалился, но тем не менее сыновей его не освободил от заключения. Князь Андрей Васильевич Старший, прозванный Горяй (вероятно, от сильного горя, больших несчастий, постигших его и его сыновей) погребен в Московском Архангельском соборе. Память его, как святого, чтилась в Москве, хотя он и не канонизован (Архим. Леонид, «Св. Русь», 128 стр.). Супруга Андрея Васильевича Елена Романовна скончалась 2 апреля 1483 г. и погребена в Вознесенском монастыре в Московском кремле. Кроме вышеупомянутых двух сыновей (Иоанна и Димитрия) у Андрея Васильевича было две дочери: одна (Улиания) была в замужестве за князем Андреем Дмитриевичем Курбским, а другая (Евдокия, в монашестве Елена) за Иваном Семеновичем Кубенским князем. (Экземплярский, Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период, т. II-й, 141–151 стр.).

В Агиологии Востока архимандрита Сергия, в числе русских святых не канонизованных (т. II, стр. 59) помещен Андрей Иоаннович Углицкий, но такового в списке Углицких князей не находится – см. 3 февраля. Об этом Андрее Иоанновиче сказано: «заточен в темнице и погребен в Москве, в лето 1436 у Бориса и Глеба ноября 3-го». Н. Барсуков, поместив в своих Источниках Агиографии вышеприведенное (стр. 37), замечает: «По летописям, из Углицких князей нам известен только один, который действительно был заточен в темнице». Это князь Андрей Васильевич Углицкий, сын великого князя Василия Васильевича Темного, который в 1492 г., по повелению брата его великого князя Иоанна III Васильевича «за измену» был взят и посажен «на Казенном дворе на Москве», где и скончался 6 ноября 1494 года «и положиша его в церкви Архангела Михаила на Москве у северных дверей» (IV, 160, 163).

В «Книге глаголемой о святых» сказано: «Преподобный отец Варлаам пресвитер Керецкия веси чудотворец, у моря окияна бывый» (у Толстого, стр. 161). По списку, хранящемуся в Московской духовной Академии (№ 29): «Пресвитер Керецкия веси Кольскаго острогу у моря Окиана». В Агиологии Востока архим. Сергия (II т., 60 стр.): «Варлаам пресвитер Керецкия (Корецкой, по другим Керенской) веси чудотворец Кольскаго острогу у моря Окияна» (209). Память его местно чтится 7 ноября, но у архим. Сергия – показана память его 6 ноября (а также у Погодина и Филимонова, вероятно, по тезоименитству его с преподобным Варлаамом Хутынским. В «Иконописном Подлиннике»: «подобием сед, плешив, брада курчевата, аки Антония Киевскаго, ризы поповския, в руках Евангелие» (Филимонов, стр. 38). Жил в конце XVI века. Преподобный Варлаам считается покровителем Беломорских промышленников. Сведения о жизни его находятся только в одной Соловецкой рукописи (Библиотека Казан. дух. Академии, № 182). У Толстого – есть сведения, приведенные на 142 стр. (в Книге о рос. святых). По предположению В.О. Ключевского, житие его составлено около 1684 года. Посмертные чудеса его автор жития записывал со слов спасшихся от потопления и приезжавших в Кереть, где покоятся мощи преподобного Варлаама (Древне-рус. жития, 341–342 стр.). Есть преподобному Варлааму служба (рукописная в библиотеке Ел. Вас. Барсова, № 216, XVIII века). Неканонизован. В числе святых он упоминается и у архим. Леонида («Св. Русь», 82).

Празднество сей иконы совершается в Николо-Угрешском монастыре (Москов. губернии) в память ее явления в 1793 году. Изображается эта икона подобно Владимирской Божией Матери, но с тем отличием, что правою рукою Богомладенец не объемлет Богоматери, а держит (в деснице) свиток.

Изображение сей иконы см. у С. Снессоревой, «Жизнь Пресв. Богородицы», стр. 481. Сборник изображений икон Божией Матери, 1854 г. под 7 ноября. Полн. христ. месяцеслов, 7 ноября.

В С.-Петербурге, в Спасо-Преображенской церкви в Колтовской, с 1825 г., ежегодно празднуется воспоминание избавления от наводнения, бывшего 7 ноября 1824 г. После наводнения усердием прихожан написана и пожертвована в церковь икона «Иисус Христос словом укрощает бурю на море» с надписью внизу иконы золотыми буквами: «Блародарение Всевышнему Богу за спасение от наводнения 7 ноября 1824 г.» С того времени каждый год 7 ноября совершается молебствие, составленное на случай наводнения; в этот день бывает значительное стечение богомольцев.

Историко-статистическое описание С.-Петербург. епархии, т. VI, отд. II, 73 стр. Описание этого наводнения см. там же, 100–101 стр., а также в Русской Старине, 1878 г., июль, записки протоиерея Виноградова.

Празднование в честь св. Ангелов началось в глубокой древности, а установление общего праздника св. Ангелов одни приписывают св. Сильверсту, епископу Римскому († 2 янв. 335 г.), другие св. Александру, патриарху Александрийскому († 328). О празднике Собора в честь Архистратига Михаила и всех небесных сил в Агиологии архимандрита Сергия сказано: «Собор безплотних Сил. Собор (=σύναξις) архангелов, по объяснению месяцеслова императора Василия, значит собрание, соединение их для поражения сатаны. Кажется, это позднейшее объяснение. Собор в честь Ангелов – древний праздник; частная причина установления его неизвестна; кажется, ея и не было, иначе она не была бы забыта» (Агиология Востока, II, 352 стр.). В «Христ. Чтении» (1892 г., ноябрь) в статье: «Почему Собор св. Архангела Михаила совершается 8 ноября?» В.В. Болотов приходит к заключению, что этот праздник Александрийского происхождения и заменил собою древнейший праздник Крещения Господня, установленный Египетскою церковью в противовес языческим крониям и торжествам в честь Уссури. Епископ Никиусский Иоанн († после 694 г.) писал, что Юлий Цезарь в Александрии построил величественное здание и назвал его в честь свою и сына своего Цезариона (прижитого им от Клеопатры) Цезарион (Кесарион). При Константине Великом – по принятии им христианской веры – это здание обращено было в христианскую церковь, которая была посвящена св. Архистратигу Михаилу, но она в народе слыла под прежним наименованием Кесариона (Цезариона), как первоначально построенная Юлием Цезарем и в честь Младшего Цезаря (Цезариона). О церкви Архистратига Михаила, обращенной из Кесариона (построенного Клеопатрою и ею посвященного Сатурну или Крону) говорит Евтихий, Александрийский патриарх († 940). В этом храме была особо чтимая статуя языческого бога, в честь коего устраивали праздник (в ноябре) и приносили множество жертв. Когда сделался патриархом Александр, то он убедил жителей Александрии установить праздник Архистратигу Михаилу: «Он будет ходатайствовать за вас пред Богом и принесет вам больше благ, чем эта статуя». И они согласились с ним. Александр сокрушил статую и наименовал храм церковью св. Архистратига Михаила, установив в честь его праздник, и «доднесь, замечает Евтихий, в Египте и Александрии празднуют в этот день Михаилу ангелу». У Египтян был аналогичный греческому о Кроне-Сатурне – миф об Усири, или Озирисе (Ὄσειρις), при котором был на земле золотой век. Празднование этому божеству, покровителю земледелия, в Египте совершалось с 8-го по 16-е ноября. Противу соблазнов языческих празднеств в честь Усири – Александрийская церковь установила праздник в честь Крещения Господня, которое, по мнению Епифания Кипрского, было 8 ноября (Epiphan. contra haeret., 5, p. 16). Освятив своим благословением начало земледельческих трудов 8 ноября и установив в этот день праздник Крещения Господня, Египетская церковь языческим празднествам в честь Усири предпоставила сорокадневный пост (с 9 ноября по 18 декабря). Воспоминания об этом посте, может быть, послужили первою основою для установления Рождественского поста. В конце IV века впервые на Востоке сделался известен – на Западе уже торжественно отправлявшийся праздник Рождества Христова (в 388 г. св. Иоанн Златоуст в одной из своих бесед на этот праздник говорит, что не прошло еще и десяти лет, как приняла Антиохийская церковь этот праздник, т.е. Рож. Хр.). Между 400 и 432 г. праздник Рождества Христова был принят Александрийскою церковmю. Здесь это нововведение представляло двойную трудность. Нужно было допустить, что Иисус Христос родился не 6 января (как полагали до того в Египте), а 25 декабря, и что 6 января Он крестился (а не родился). Но если Иисус Христос крестился 6 января (а не 8–12 ноября), то этот день, т.е. 8 ноября, приходилось или освятить другим праздником, или обратить в будни, и вот Египетская церковь посвятила его Архистратигу Михаилу. Таким образом, Александрийская церковь установила 8 ноября Собор Архистратига Михаила в замену древнего праздника Крещения Господня. – Впрочем, Копто-Аббисинская церковь и доныне 12-е число каждого месяца празднует Архангелу Михаилу – великому первостоятелю в чинах небесных сил. Этот Ангел, милостивый к роду человеческому, всегда стоит пред престолом Всевышнего, чтобы ходатайствовать за род человеческий, он помогает святым, укрепляет и поддерживает их, пока не скончают своего подвига, … он молит Господа о плодах, о восхождении Нила и о воздушных переменах, чтобы его устроением Господь все это привел в совершенство (из Копто-Ассир. синаксаря под 12 числом атира – 8 ноября). (Христ. Чт., 1892 г., ноябрь–декабрь). В Четьи Минеи св. Димитрия, митрополита Ростовского, под 8 ноября о сем празднике сказано: «Уставися собор св. Ангелов праздновати ноемврия, сиесть девятаго по марте месяце, первом от создания мира, во изображение ангельских чинов, ихже девять изотче св. Дионисий Ареопагит (3 октября), ученик св. Апостола Павла, восхищена бывша до третияго небесе, и тамо различия св. ангельских чинов видевша и ему, яко ученику своему, сказавша. Тии же девять чини разделены суть на три иерархии, по три чины в себе содержащии, на высшую, среднюю и нижайшую. В высшей суть шестокрылатые Серафими, многоочитые Херувимы и Богоносные Престоли; в средней – Господствия, Силы и Власти, в нижней – Начала, Архангелы и Ангелы». Всех же небесных чинов воевода – Архистратиг Михаил. Сонм св. Ангелов многочислен (Деян.8:10), «тьмы тем», по выражению св. Писания. Но главных Ангелов – семь. Но почему не более и не менее? Это – тайна творения, доведомая Господу, Творцу Ангелов; можно только примечать, что седмеричное число – число священное: ибо воззрим ли на царство благодати? – обретаем седмь даров св. Духа, седмь таинств. Посмотрим ли на царство природы? находим седмь лучей света, седмь тонов звуков, седмь дней творения и прочее. Из числа сих седми верховных св. духов церковь первым признает Михаила, имя которого с еврейского означает: «кто яко Бог, или кто равен Богу?» (Деян.10:13, 12:1; Иуд.1:9 ст., Откр.12:7–8). Св. Михаил изображается топчущим ногами Люцифера, в левой руке держащим финиковую зеленую ветвь, а в правой руке копье, имеющее на своем верху белую хоругвь, а на ней червленный (красный) крест. Архангел Михаил первый поразил Люцифера (Денницу), восставшего против Вседержителя. С тех пор, по верованию церкви, Михаил не перестает ратоборствовать во славу Творца и Господа, за дело спасения рода человеческого, за церковь и чад ее. Белая хоругвь, украшающая верх копья его, означает неизменную чистоту и непоколебимую верность ангелов Царю Небесному, а крест, коим оканчивается копье, дает знать, что брань с царством тьмы и победа над ним самими Архангелами совершается во имя Креста Господня – орудия нашего спасения. Второе место в ряду высших Ангелов принадлежит Гавриилу, имя которого означает «силу Божию», или «крепость Божию» (Деян.8:16; Лк.1:26). Архангел Гавриил в деле служения спасения роду человеческому является особенно провозвестником и служителем всемогущества Божия. Так, имеет ли открыться сила Божия в чудесном зачатии Предтечи от престарелых родителей, весть о сем возлагается на Архангела Гавриила. Сей же Архангел, по церковному преданию, послан был для подкрепления Спасителя в саду Гефсиманском и для возвещения Богоматери Ея всечестного Успения. Посему св. церковь именует его служителем чудесе. Но служа чудесам, он по тому самому есть особенный служитель и таин Божиих. Св. Церковь изображает его иногда с райскою ветвью, принесенною им Пресвятой Деве, а иногда в правой руке с фонарем, внутри коего горит свеча, а в левой – с зерцалом из ясписа. Изображается Гавриил с зерцалом – как вестник судеб Божиих о спасении рода человеческого; изображение его со свечою в фонаре обозначает то, что судьбы Божии бывают сокрыты до времени исполнения и, по самом исполнении, постигаются только теми, кои неуклонно смотрят в зерцало слова Божия и своей совести. Третий из высших небесных Сил – Рафаил, имя коего обозначает «помощь и исцеление Божие» (Тов.3:17, 12:15). В книге Товит описывается, как сей Архангел, в виде человека, сопутствовал праведному Товии, освободил от злого духа его невесту (Сару), возвратил зрение его престарелому отцу (Товиту). Потому-то Рафаил изображается с врачебным сосудом в левой руке, а правою ведущий Товию с рыбою. Четвертого Архангела имя Уриил, т.е. «огнь или свет Божий» (3Эздр.4:1, 5:20). Как Ангел света, он просвещает умы людей откровением истин, для них полезных; как ангел огня Божественного, он воспламеняет сердца любовью к Богу и истребляет в них нечистые земные привязанности. «Изображается держащим десницею меч облаженный противу персей, в шуйце же ниспущенный пламень огненный». Этот ангел считается по преимуществу покровителем людей, занимающихся науками. Пятый Архангел – Салафиил – «молитвенник Божий» (3Эздр.5:16). Он изображается в молитвенном положении, с очами потупленными долу и с руками, приложенными с благоговением к персям. Шестой Архангел – Иегудиил – в переводе на русский язык имя его означает: «хвала Божия», хвалитель Бога. Этот Архангел изображается держащим в деснице своей золотой венец, а в шуйце – бич из трех красных (или черных) вервий; это потому, что обязанность сего Архангела с ликом Ангелов, ему вверенных, есть поощрять наградою благ вечных и защищать именем Пресвятой Троицы и силою креста Христова людей, труждающихся во славу Божию. Венец в деснице Иегудиила означает награду для всякого христианина. Седьмой Архангел именуется Варахиил. Имя его означает «благословение Божие». Этот Архангел изображается со множеством розовых цветов в недрах его одежды. Поелику благословения Божии различны, то и служение сего Архангела – многообразно: чрез него посылается Божие благословение на всякое доброе дело, на всякое доброе житейское занятие. Но только тогда, без сомнения, когда земное благословение люди хотят принимать для стяжания благословений небесных и вечных; когда, например, желают иметь чад, чтобы воспитать их в страхе Божием; ожидают обилия плодов земных, чтобы поделиться ими с бедными, украсить храм Божий, призреть сирого, искупить должника невинного и тому подобное. В противном случае Господь не пошлет, и Архангел не принесет благословения. (Из слова Иннокентия, архиепископа Херсонского).

В акафисте Архангелу Михаилу приписывается хранение и заступление не только христианского, но и всех земных племен и царств: «Хотяй Владыка всяческих показати, яко жребии сынов человеческих не самослучайни суть, но в деснице Его выну содержатся, даде тя царствам земным заступника и хранителя, да племена и народы к вечному царствию уготовляеши». (конд. 7-й). Участие св. Архистратига Михаила, по церковному преданию, усматривается во многих событиях Ветхого Завета. Так он был вождь и хранитель в пустыни Иудеев, Богоизбранного народа: «явился еси предводящ древняго Израиля столпом облачным во дни и столпом огненным в нощи, Михаиле, безтелесный, Ангелов Архистратиже…» (5 песнь канона); Архистратиг Михаил был высоким посредником закона, Богом данного чрез Моисея еврейскому народу. У него же судии и вожди Израильского народа обретали силу и покров; чрез него ветхозаветные все пророки и первосвященники иудейские дар ведения от всеведущего Бога принимали. Он не только в Ветхом, но и в Новом Завете богобоязненных законодавцев премудростью снабдевает (икос 5-й). Чрез него прегордый Фараон с неверными Египтянами страннообразно поражен и в волнах Чермнаго моря погружен; им же и пламень Вавилонской пещи угашен и силою его заступления спасены от огня три отрока (Икос 8-й). Архистратиг Михаил «во едину нощь поразя от воев царя Ассирийскаго Сенахерима сто осмьдесят и пять тысящ, да накажется прочее не хулити имя Господне» (икос 9, 4Цар.19:35). Он же ободрил своим явлением «во образ человечесте» Иисуса Навина к изгнанию языческих народов обетованной земли. Архистратиг Михаил «многажды укреплял благочестивыя Маккавеи на поле брани, а нечестиваго Илиодора в самом храме поразил» (икос 9). Этот Архангел являлся Маною и его жене (конд. 6); им был восхищен Аввакум и перенесен «скоротечне от Иудеи в Вавилон дати пищу Даниилу, в рове со львы заключену» (конд. 8). Он «именем Божиим воспретил диаволу – да не дерзнет сокровенное тело почившаго вождя Израилева Мовсея явити ко обожению чувственным сыновом Израилевым» (икос II). Ему же приписывается чудесное возмущение воды в Овчей купели в Иерусалиме (Ин.5:4); в службе в 4-ю неделю по Пасхе (в неделю о расслабленном) положен особенный по сему случаю канон Архистратигу Михаилу. В Новом Завете устное предание усвояет Архистратигу Михаилу множество чудес и в память некоторых из них (наприм. в Хонех, или Колоссах) установлены особые празднества. «Пение всякое хвалебное, – воспевается в 11 кондаке акафиста Архистратигу Михаилу, – побеждается множеством чудес твоих, Архистратиже Божий, яже совершена суть тобою не точию на небеси и на земле, но и в темных сенех преисподней, идеже глубиннаго змия связал еси узами силы Господней»… В Копто-Абиссинской церкви, как выше сказано, празднуют св. Архистратигу Михаилу в каждый месяц в 12-е число, а именно: 12-го Атира (соответствующего нашему 8 ноября) в воспоминание явления св. Михаила, Архистратига небесных сил, Иисусу Навину (Нав.5:13–15); 12 Хиаки (8 дек.), потому что Архангел Михаил угасил пламя в Вавилонской пещи и спас трех отроков (Дан.3:92–95); 12 Тиви (7 января): Архистратиг Михаил боролся с патриархом Иаковом (Быт.32:24–30); 12 Мехира (6 февр.): он был послан на помощь Сампсону (Суд.14:6–19); 12 Фаменота (7 апр.), он освободил прор. Иеремию из темницы (Иер.39:15–18); 12 Пахона (7 мая), он принес Аввакума к прор. Даниилу (Дан.14:34–39); 12 Паури (6 июля) – Архистратигу Михаилу посвящено, как охранителю рода человеческого («Деяния Архистратига Михаила» в Эфиопском Синаксаре); 12 Епифи (6 июля), он истребил войско Сеннахерима (4Цар.19:35); 12 Месори (5 авг.), он явился царю Константину и даровал ему победу над врагами; 12 Тоута (6 сент.), он возвестил прор. Исаии, что Езекия выздоровеет (Ис.20:4–6); 12 Фауфи (9 окт.), он повелел Самуилу помазать на царство Давида (1Цар.16:1). (В. Болотова, Христ. Чтение, 1892 г., ноябрь, 641–642 стр.).

Вероятно, в силу церковного верования, что Архистратиг Михаил считается охранителем рода человеческого, в России с первых времен распространения в ней христианства, благочестивые князья и святители нередко построенные ими храмы посвящали сему Архангелу; так в Киеве одна из первых церквей еще при равноапостольном Владимире была построена первым Киевским митрополитом св. Михаилом церковь в честь св. Архистратига Михаила (Синопсис, 1836 г., 76 стр.). Злато Верхо Михайловский монастырь в честь сего Архангела был построен великим князем Святополком Изяславичем (1093–1113); Выдубицкий – тоже, в честь Архистратига Михаила был построен великим князем Всеволодом Ярославичем (1078–1093); в XII веке, кроме сих церквей, в честь Архистратига Михаила была построена в 1147 г. «Новгородская божница» на Подоле на торгу (Новгородскою названа, вероятно, потому, что ее построили Новгородские купцы, проживавшие тогда в Киеве). В XI веке епископ Ефрем (впоследствии митрополит) в Переяславле построил кафедральный собор и посвятил его в честь Архистратига Михаила. Из древнейших храмов в России (XII–XIII в.), посвященных Архистратигу Михаилу, известны были: в Городце, в Переяславской области, каменная церковь, сожженная в 1152 году; в Чернигове; в Владимире Волынском – под 1268 г.; в Смоленске (основана князем Давидом Ростиславичем † 1197); в Новгороде – на Софийской стороне, в 1219 г.; в Владимире на Клязьме «на торговищи» построена князем Константином Всеволодовичем в 1218 г.; одна из первых церквей, основанных в Москве, была посвящена Архангелу Михаилу (по преданию, построена великим князем Иоанном Даниловичем) и др. И доселе в православной России множество храмов посвящено св. Архистратигу Михаилу: в некоторых епархиях (наприм. в Подольской) большинство храмов посвящено именно сему Архистратигу Божию (см. Труды Подол. Епарх. Статист. Комитета, 1893 г., стр. XXI. – В Подолии св. Архистратигу Михаилу посвящено 237 церквей). Замечательнейшие из монастырей в России, посвященных Архистратигу Михаилу: Злато-верхо-Михайловский в Киеве и Чудов в Москве.

Изображение Архистратига Михаила принято было с давних времен в герб г. Киева, как знамение победы христианства над язычеством, которая (победа) совершилась в Киеве при св. равноапостольном князе Владимире (см. Летоп. Лавры, стр. 50). Думают, что герб с изображением Архистратига Михаила был принят не только в Киеве, но и во всей России. Это подтверждается подобными изображениями в найденных древнейших гривнах в разных местах России. Нынешний герб, официально признанный Императрицею Екатериною II-ю за Киевом, представляет в голубом поле Архистратига Михаила в виде римского воина с открытою головою, в серебряной одежде, держащим в правой руке пламенный меч, а в левой – щит. Император Павел предполагал изменить государственный герб, а при Императоре Николае I-м думали изобразить герб в таком виде: св. Архистратиг Михаил и Гавриил держат золотой, увенчанный императорскою короною щит, с государственным гербом, но профессор Московского Университета И.М. Снегирев, рассматривавший проект этого герба, отозвался, что «Архистратиг Михаил знаменует хранителя усопших Государей, вероятно потому, что охранял от диавола тело Моисея, на каковом основании будто-бы был посвящен имени его (в Москве) Архангельский собор»… Граф Вл. Ф. Адлерберг в 1856 г. обратился к Московскому митрополиту Филарету и просил его по сему поводу мнения. Святитель отвечал: «Геральдика мне неизвестна… но разсмотрю вопросы, по моему посильному разумению: точно ли Архангел Михаил не может держать государственнаго герба, потому что он знаменует хранителя усопших Государей». Не могу отвечать на сие утвердительно, потому что указанное основание не твердо. Архангельский собор в Москве великим князем Иваном Даниловичем построен на месте прежде бывшей деревянной церкви во имя Архистратига Михаила, «в благодарность Богу за избавление России от голода», как написал сам г. Снегирев в памятниках Московской древности: следственно первым основанием сего собора не была мысль великого князя, что Архистратиг Михаил «знаменует хранителя усопших». Сия мысль не основана ни на священном Писании, ни на предании церковном. В каком смысле «Михаил Архангел препирался о Моисееве телеси (Иудеи, 9), апостол не объясняет, а предание полагает, что он не допустил Евреев открыть тело Мосеево, что бы они не обоготворили его, как обоготворяли своих знаменитых людей язычники древних времен. Это особенный случай; и он не ведет к заключению, что Архангел Михаил есть хранитель усопших. Священное Писание являет нам Архистратига Михаила, как защитника и хранителя православного народа. Он явился Иисусу Навину и наставил его чудесно взять Иерихон. О нем Архангел Гавриил сказал пророку Даниилу, что «за Евреев предстательствует пред Богом Михаил, князь ваш» (Дан.10:21). Впрочем, не соглашаясь с г. Снегиревым, я не утверждаю того, что Архистратиг Михаил должен держать Государственный герб; потому что в основание сему не нахожу события собственно в истории России, имеющего государственное значение, и потому что народ, увидя при гербе Архистратига Михаила, может подобно г. Снегиреву, вспомнить при сем о Архангельском соборе, как усыпальнице, и сие воспоминание будет неприятно»… «Государственный герб есть предмет вековой и многовековый. С течением времени он становится и более понятен народу и более досточтим. Например, приятно сыну отечества, смотря на государственнаго двуглаваго орла, думать, что есть знамение православной державы русской, как преемницы последней православной державы греческой. Посему государственный герб должен быть постоянен и может допускать изменения только по особенным важным причинам. Сие можно доказать опытами. Блаженной памяти Государь Император Павел первый положил было в герб на грудь орла мальтийский крест, но вскоре, по переменившимся обстоятельствам, надлежало снять оный. Если бы не поспешили внести новый знак, народ спокойно смотрел бы на цельный герб. Увидев же снятие мальтийскаго креста, он почувствовал ущерб. В царствование блаженной памяти Государя Императора Александра I-го, когда предубеждение в пользу всего французскаго проникло и в кабинет некоторых министров русских, двуглаваго орла стали изображать не с поднятыми выспрь крыльями, а с простертыми горизонтально и несколько наклоненными, по подобию французскаго. Сия малость не осталась без последствий; были недовольные сим, как бы некою приметою, что Россия уже не возвышается, а опускает крылья. Это предразсудок; но не излишня предосторожность и против предразсудков, которые, возбуждаясь, производят разстройство в мыслях народа. По сему и в настоящее время государственной мудрости, думаю, должен встретиться и не быть оставлен без внимания вопрос: настоит ли действительная потребность и благовременность предпринять изменения в государственном гербе» (Собрание мнений митрополита Москов. Филарета, т. IV, стр. 71–77). Вследствие этого отзыва митрополита Филарета, последовало ВЫСОЧАЙШЕЕ повеление: «устраня щитодержателей (Арх. Михаила и Гавриила), ограничиться лишь теми изменениями в оном (не важными), кои потребны гербу для должнаго первоначальнаго его вида, искаженнаго в течение времени от несоблюдения правил науки» (Архив св. Синода, Опись № 79, док. № 2).

Св. Архангел Михаил, как Архистратиг небесных сил, считается покровителем военных, вследствие чего во многих военно-учебных заведениях домовые церкви посвящены ему. В православных храмах св. Архистратиг изображается в иконостасах, большею частью на южных алтарных дверях. (см. Христиан. Чтение, 1892 г. Н. Сперовского: об иконостасах)

Икона св. Архистратига Михаила в с. Новых Бобовичах (Черниг. епархии) ежегодно переносится по домам и это называется свечею. Это бывает так: на канун праздника после малой вечерни, хозяин, празднующий свечу, несет из храма храмовую икону. Священник поет повечерие и ирмосы праздничного канона; после эктении многолетие; следует вечерня. После нее оканчивается повечерие. Народ расходится по домам: но пришедшие по обету остаются на всю ночь пред образом, пред которым не угасает свеча. В храме после литургии священник читает молитву колива. В доме поется молебен Архистратигу Михаилу с чином панагии. Следует трапеза, которую священник старается одушевить благочестивыми разговорами; после обеда хозяин благоговейно несет икону в дом принимающего ее по обету на головое хранение святыни, что бывает в деревнях, а в селе она возвращается в храм. Во время ношения иконы женщины усердные вешают на св. икону холст, а весь народ с благоговением сопровождает икону. Хозяин встречает икону с хлебом и солью и с коробочкою жита, где становится свеча его. Принесшие икону, приветствуя хозяина, кланяются ему, а он им – и целуются друг с другом. Дом, в котором на год оставляется св. икона, обыкновенно отказывает себе во всех шумных веселостях и ведет себя благоговейно во весь год.

Описание Черниговской епархии, кн. VII, стр. 244.

В «Полном христианском месяцеслове» и по табели Высокоторжественных дней, 8 ноября обозначается праздник российских кавалерских орденов. Русские кавалерские ордена следующие: а) для мужчин: св. Апостола Андрея Первозванного (учрежден 30 ноября 1698 г.), св. Александра Невского (учрежден в 1722 г.), св. великомученика и победоносца Георгия (учрежден 26 ноября 1769 г.), св. Равноапостольного великого князя Владимира (учрежден 22 сентября 1782 г.), Св. Анны (учрежден 3 февраля 1735 г.); б) для дам: св. великомученицы Екатерины (учрежден 25 ноября 1714 г.); в число русских орденов приняты еще два польских: св. Станислава (учрежден 7 мая 1765 г. польским королем Станиславом Понятовским; в 1815 г. императором Александром I принят в число русских орденов) и Белого Орла (учрежд. польским королем Владиславом IV, присоединен к русским при императоре Николае в 1825 году).

Благоверная княгиня Мария Димитриевна (дочь Димитрия Александровича, внука св. вел. князя Александра Невского) была в супружестве за Довмонтом (в крещении Тимофеем, см. 20 мая), Псковским князем. В 1267 г. в Литве убит был князь Миндовг, вследствие чего произошли сильные возмущения; множество знаменитых литовских семейств прибежали из Литвы в Псков; одним из таких переселенцев был Довмонт, который храбростью своею так понравился псковичам, что они выбрали его своим князем; но чтобы упрочить его на княжестве (в виду происков некоторых из русских князей) псковичи испросили у тогда бывшего великим князем Димитрия Александровича руку его дочери Марии для своего избранного князя (Довмонта), и Мария, с согласия родителя, вступила в брак с Довмонтом, принявшим крещение с именем Тимофея. По смерти Довмонта (в 1299 г.) Мария Димитриевна, с именем Марфы, пострижена была в монашество в Иоанно-Предтеченской женской обители, но в скором времени скончалась – 8 ноября 1300 года. Мощи ее находятся под спудом в древней церкви этой обители, близь юго-западного угла. Местная память ее совершается 8 ноября – как святой, хотя она не канонизована. Над гробницею ее на черной доске надпись: «Гробница под спудом благоверной княгини, схимонахини Марфы». В ногах ее гробница княгини Наталии, по местному преданию, супруги ее сына – князя Давида Довмонтовича. В Спасо-Мирожском монастыре на иконе Знамения Божией Матери, именуемой Спасо-Мирожскою, по сторонам Богоматери, изображены молящимися св. благоверный князь Довмонт (Тимофей) и супруга его княгиня Мария (в княжеской одежде и с короною на главе).

История Псков. княжества, III, 76. История русскаго народа, Н. Полевого, IV, 252. Историч. словарь о рус. святых, 181. Филарет, Рус. святые, май, 148 стр. Гр. М. В. Толстой, Святыни и древности Пскова, 36 стр. Книга «о рос. святых», 50. Архим. Леонид, «Св. Русь», 64 стр.

Преподобный Онисифор – прозорливый. О нем сказание помещено в «Послании смиреннаго Симона, епископа Владимирскаго и Суздальскаго, к Поликарпу черноризцу Печерскому»: «Слышал я правдивую вещь, писал св. Симон, от блаженных старцев Печерских; они же говорят от самовидцев этаго чуда. Во времена игуменства Пимена (1132–1141) в св. Печерском монастыре был там муж, совершенный во всякой добродетели, именем Онисифор, пресвитер саном. Он сподобился от Бога дара прозорливости, так что видел в сердце всякаго человека согрешения его. Разсказывают о многих его подвигах; но я тебе одно скажу»… и далее повествуется об одном черноризце, который скоропостижно умер и от его тела начал исходить сильный смрад, но, по молитве преподобного Онисифора, тело умершего перестало издавать смрад. Преподобный Онисифор скончался в 1148 г. Мощи его почивают в Антониевых (ближних) пещерах. Память его, кроме общей всем преподобным Антониевых пещер, 9 ноября (вероятно, в память его тезоименитства с св. мучеником Онисифором). IV века). Имя преподобного Онисифора упоминается в общем каноне Киево-Печерским преподобным (в 3-й песни), вместе с преподобными Иеремием и Матфеем прозорливыми (см. 5 октября): «Онисифоре блаженне, предвидевый вся и предвещая ясне, со Иеремием и Матфеем, яко пророцы предвидяще, беды належащия скоро нас избавите молитвами вашими».

Киево-Печер. патерик. Описание Киево-Печер. лавры, 289 стр. Викторовой, «Киево-Печер. патерик», стр. 29–32. Яковлева, «Памятники Рус. литературы, XII–XIII вв.» Филарет, Рус. святые, III кн., 342–345 стр. Историч. словарь о рус. святых, 217 стр. История Рос. иерархии, VI, 47 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, II т., 298 стр. Барсуков Н., Источники агиографии, 414 стр. Гр. М.В. Толстого, Книга о рос. святых, стр. 20. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 121–123 стр. Полный христиан. месяцеслов, 9 ноября. Муравьев А.Н. и др.

Икона «Скоропослушницы» находится на Афоне в Дохиарском монастыре; особенно прославилась чудотворениями с XVII в. (см. Снессоревой, Жизнь Пресв. Богородицы, 481–483). Многочисленные списки с сей иконы находятся в России. В честь сей иконы Афонским Пантелеймоновым монастырем в 1887 году издан акафист, в память посещения св. Горы Преосвященным Модестом, архиепископом Волынским и Житомирским.

Михаил – Вязниковский чудотворец. В «Книге о святых» о нем сказано: «Преподобный трудник и пустынник Михаил верижник в монастыре Успения Пресвятой Богородицы и св. Николы, иже на Клязьме реце, во Мстерской волости, новый чудотворец. Подобием стар без брады, возрастом велик, во свитке власяной, чином белец бысть в лето 6930 (1422). Поживе более 50 лет. От града Вязникова 10 верст, от Владимира ниже 100 верст, от Гороховца 40 верст. На гробе его положен камень и крест вырезан и летопись на дске и образ на гробе штилистовой. Область патриарша». (Рукопись Савваитова, л. 16). Скончался 9 ноября 1422 г. Память Михаила свято чтится окрестными жителями. В старинных рукописных святцах он называется «святым, чудотворцем». Над местом погребения его упоминается церковь св. Николая. Успенский мужеский монастырь был к 10 верстах от г. Вязников; здесь были две церкви: Успения Божией Матери и св. Николая; о времени основания и упразднения сей обители нет сведений. Предание сообщает, что когда-то был монастырь в с. Станках (Вязник. уезда), в 12 верстах от г. Вязников на р. Клязьме. Ныне в с. Станках две церкви каменные, – одна Успения Пресвятой Богородицы с приделами св. Апостола Иоанна Богослова и св. Иоанна Златоуста, а другая теплая в честь Двенадцати Апостолов с приделом св. мученика Иоанна воина; первая построена в 1826 г., а вторая – в 1777 г. Церковь св. Николая, упоминаемая древними святцами над могилою Михаила верижника, полагают, находится на противоположном (левом) берегу р. Клязьмы против с. Станков и называется «Никола молошный».

Н. Барсуков, Источники агиографии, 365 стр. Архим. Сергия, Агиология Востока, т. II, стр. 66. Рус. святцы Филимонова и Погодина, XVIII в. Ратшив, Сведения о монастырях, 1852 г. Владим. Губ. Ведом., 1880 г., № 32. Владим. Епарх. Ведом. (Н. Стромилова), № 14, 1884 г. «Цалехский подлинник», XVIII в. в Владим. Губ. Ведом., 1879 г., № 26. Архим. Леонид, «Св. Русь», 176.

Основательницею Скорбященской-Тихоновской в г. Задонске общины, возведенной в 1891 г. Св. Синодом в монастырь, была старица Матрона, в тайном постриге Мария; она была дочь Наума Попова, дьячка пригородней под г. Ельцом Ламской слободы. Оставшись круглою сиротою с больным (расслабленным) братом, она с ранних лет (12) много испытала скорбей от крайней бедности, пока не приютил ее у себя Елецкий житель Абрамов; здесь она познакомилась с известною подвижницею (Елецкого женского монастыря) Меланиею, под влиянием которой Матрона, не смотря на свою молодость и красоту, решилась навсегда остаться в девстве, тем более, что нередко страдала падучею болезнью. По совету Мелании, Матрона отправилась в Задонск, где при гробе св. Тихона получила исцеление от болезни, и решилась служить бедным и странникам, приходившим во множестве на поклонение свято чтимому святителю Тихону (лет за 5 до открытия его мощей). Сначала она, как бесприютная и не имевшая письменного вида, жила под открытым небом, а иногда заключаемая в тюрьме. Благочестивые старцы Задонского монастыря – Анатолий и Иларий – упросили одну гражданку дать ей приют, и с тех пор Матрона стала кормить странных, сама нередко оставаясь без куска хлеба. О странноприимстве ее далеко расходилась молва, так что приходившие в Задонск бедные странники обращались к ней и звали «матушкою кормилицею»; но хозяйка, где она жила, отказалась принимать странников. Тогда старцы купили Матроне за 12 рублей хижину, где она беспрепятственно принимала всех бедных странников, кормила безмездно и для этого прибегала к займам у добрых людей и задолжала более 1500 руб., каковые деньги, по видении во сне святителей Димитрия Ростовского, Митрофана и Тихона Воронежских, она уплатила, благодаря щедрой милостыни неизвестного благотворителя, давшего ей деньги на приют бедных странников. По смерти старцев Илария и Анатолия, в 1822 г., Матрона, вследствие притеснения от городских властей и разных неприятностей, отправилась в Киев и там хотела остаться навсегда, но однажды во сне явилась ей благолепная дева (св. великомуч. Варвара) и приказала возвратиться в Задонск и заняться по-прежнему странноприимством. По возвращении в Задонск, один из местных купцов, лишившись единственного сына, отдал свой дом (близь монастыря) для приюта странников, – и таким образом было положено начало странноприимному дому, обращенному впоследствии в женскую общину с странноприимницею. Благочестивая старица Матрона скончалась в глубокой старости 9 ноября 1851 г.; первоначально тело ее было погребено в усыпальнице Задонского Богородице-Тихоновского монастыря, а потом, с разрешения Св. Синода, было перенесено в Тихоновский (Скорбященский) женский монастырь, где 9 ноября торжественно совершается заупокойная литургия и панихида по основательнице оного – Матроне. (Воронеж. Епарх. Ведомости, 1872 г., № 17–19, – иеромонаха Геронтия, «Описание Скорбященской (Тихоновской) женской обители в г. Задонске»). В обращении странноприимницы в общину принимал участие Московский митрополит Филарет, который уважал основательницу странноприимного дома как подвижницу. В декабре 1851 г. он писал к г. Обер-Прокурору Св. Синода (гр. А. Толстому): «Должно признаться, что вхожу в чужое дело, представляя Вашему Сиятельству прошение Тихоновского общества сестер милосердия, около 40 лет существующего в Задонске, без сего наименования и без законного утверждения, а ныне по завещанию учредительницы Матроны Наумовой ищущего законного утверждения. Знаю, что дело человеколюбия и без ходатайства приобретет внимание и попечение Вашего Сиятельства. Однако Наумовой, не знаю почему, пожелавшей употребить меня для ходатайства по сему делу, не решился я отказать, частью потому, что слышал о ее богоугодной деятельности, частью потому, что она, по изъявлении означенного желания, скончалась; а отшедшим к Богу прекословить и отказывать не так удобно, как живущим на земле. Если удостоены утверждения женские общежития, имеющие целью только собственную тихую и благочестивую жизнь сестер; то можно полагать, что не менее, или даже более, достойно утверждения общежитие, которое к вышесказанной присоединяет другую цель – оказывать человеколюбие бедствующим ближним. И хорошо, что Тихоновское общежитие образовалось не по иностранным образцам: но в простоте духа православного и русского…» (Письма к архим. Антонию, ч. III, стр. 113).

Неизвестна жизнь святителя Луки до его игуменства в Спасском монастыре, на Берестове в Киеве. Вероятно, он был уроженец южной России и иночество принял в одном из Киевских монастырей; когда он был избран на игуменство в Спасскую, на Берестове, обитель – неизвестно. 11 марта 1185 г. Лука был хиротонисан во епископа Ростовского, откуда, вероятно, в 1188 г. переведен во Владимир на Клязьме. На канун праздника Успения Пресвятой Богородицы, в 1189 г. святитель Лука торжественно освятил Владимирский Успенский собор, в присутствии возобновителя его, великого князя Всеволода (Димитрия) Георгиевича и зятя его, князя Ростислава Ярославича. В том же году, 10 ноября, епископ Лука преставился и «Великий князь Всеволод Георгиевич, спрятавши тело его с игумены и с чернецы, с клирошаны, с попы, положиша и у св. Богородицы в граде Володимери в 11 ноября, на память св. Мины, Виктора и Викентия». (Лаврент. летоп., 171 стр.). Каменная гробница епископа Луки поставлена в первой (при выходе из храма) камере, по правую сторону южных дверей, в Всеволод. пристройке Владимирского собора. При реставрации собора (1888–1889) была открыта на глухо заложенная крупным старинным кирпичом гробница епископа Луки и над нею сохранилась старинная надпись: «Мощи св. Луки, епископа Владимирскаго, положены на сем месте... месяца ноембрия 10 дня». Гробница святителя Луки, будучи на глухо заложена, должно быть, в очень давние времена, сохранилась вся целою, без повреждений, и плита, которою она покрыта, устроенная на два ската из целого белого камня, оказалась совершенно твердою (История кафедр. Успен. Владим. собора, протоиер. А. Виноградова, 1891 г., 97 стр.). Летописец (Полное собрание летописей, I, 165–167) так отзывается о св. Луке, епископе Ростовском (Владимирском): «бысть же святый сей муж свят, милостив к убогим и вдовицам, ласков же ко всякому богату и убогу, смирен же и кроток речью и делом, утешая печальныя, по истине добрый пастух, иже пасет словесныя овцы, нелицемерно с кротостию и с разсмотрением и бдя за ня день и нощь, и последуя обычаю святых, и преходя от дела в дело уншее, и обычныя мольбы к Богу воздая; в воню благоуханья, принося кадило молитвенное, темьян благовонный, победив мирскую похоть и миродержца, князя века сего, супротивника, поправ диавола и его козни, победник его явися противным его стрелам и гордым помыслам, став супротивно, укрепився оружием крестным, поношение Христово на себе нося». На основании таких отзывов о св. Луке Ростовском некоторые ученые (как наприм. И. Тимковский – см. Странник, 1865 г., ноябрь) приписывали ему составление известного поучения св. Луки, епископа Новгородского (см. 15 октября). По указу царя Иоанна Грозного (в 1552 г.) повелено в Владимирском Успенском соборе «по Владимирских по пяти владыках пети в год... панихиду по Луке епископе октября в 8 день». (История Владим. кафедр. Успен. собора, прот. А. Виноградова, 63 стр.). Но почему не 10 ноября (день кончины), а в 8-й день октября – неизвестно (если только не ошибка, т.е. 8 поставлено вместо 18 октября, когда церковь празднует св. Евангелисту Луке, имя которого носил святитель Ростовский).

Полное собр. рус. летописей, I, 165–167 стр. История Рос. иерархии, I, 135 стр. Карамзин, История Рос. государства, III, пр. 27, 46, 81, 153 и др. Русские достопамятности, ч. I, стр. 6. Странник, ноябрь, 1865 г., 55 стр. Строев, Списки иерархов. А. Титов, Описание Вел. Ростова, 114 стр. Протоиер. А. Виноградова, Описание Владим. Успен. собора, 1891 г., 23, 26 и 27 стр.

Константин происходил из знатной Грузинской фамилии, в верхней Карталинии, владевшей огромными имениями, унаследованными от предков. Он прославился в своей стране щедростью ко всем бедным, покровительствовал церквам и духовенству. В его время Грузия часто подвергалась нападениям от разных врагов; в одну из битв с варварами Константин был взят в плен и отведен в Тифлис к эмиру Буге, который сначала заключил его в темницу, а за тем отправил к царю Джепару. Последний стал убеждать его отречься от Христа, но Константин твердо исповедовал себя христианином, за что заключен был в зловонную тюрьму, где вельможи уговаривали его подчиниться требованию Джепара. Непоколебимый исповедник скорей желал подвергнуться смерти, нежели отречься от исповедания христианской веры, за что, по повелению царя, был усечен мечем в темнице, на 85 году его жизни, 10 ноября 842 года. Тело его было повешено на площади, но христианами было взято и перенесено в Грузию; где было погребено оно – неизвестно. При католикосе Иверском Иоанне II-м (871–893) в честь св. мученика Константина установлен был праздник и католикосом Антонием составлена служба.

Грузинские святые, М. Сабинина, ч. III, 89–96 стр. Муравьев А., Жития рус. святых. Протопопов Д., Жития рус. святых, ноябрь, 133–135 стр. Histoire de la Gh6 éh6 orgie, I p. 268. Vie de s. Constantine. История Грузин. царства, Иосселиани.

Грузия, просвещенная христианскою верою св. Ниною, родственницею св. великомученика Георгия Победоносца (см. 14 января), свято чтила св. Георгия, как своего покровителя, и даже наименована была его именем – Георгия. В честь сего святого Нина установила и празднование св. великомученику. Один из таковых праздников совершается и доныне в Грузии 10 ноября – в воспоминание колесования св. великомученика Георгия. (Полн. жизнеописание Грузин. святых, М., Сабинина). В 1891 г. на Кавказе, вблизи с. Кахи Закатальского округа, построен на месте древнего – новый храм в честь св. великомученика Георгия Победоносца. С давних времен сюда стекается на поклонение в день храмового праздника – 10 ноября – множество богомольцев из разных мест Закатальского округа без различия вероисповеданий, как православных, так и армян, и даже мусульман из ингилойцев, потомков древних христиан. (Отчет г. Обер-Прокурора св. Синода за 1890–1891 г., стр. 147).

Неизвестный по происхождению, блаженный Максим принял на себя, для назидания современников, тяжелый подвиг юродства Христа ради, в Москве; ходил почти нагим в сильные морозы, терпел голод: «хоть люта зима, но сладок рай» – говорил он, бегая по городским улицам. Добровольные страдания его служили ко спасению не только ему самому, но и многим. Он жил в бедственное время: то набеги татар, то засуха и голод, то моровые поветрия томили бедный народ; он говаривал народу: «не все по шерсти, ино и напротив… За дело побьют, повинись, да пониже поклонись; не плачь битый, плачь не битый; оттерпимся, и мы люди будем; исподоволь и сырыя дрова загоряются; за терпение даст Бог спасение». Купцам и Московской знати говорил: «божница домашна, а совесть продажна; всяк крестится, да не всяк молится; Бог всякую неправду сыщет. Ни Он тебя, ни ты Его не обманешь». Блаженный Максим скончался 11 ноября 1434 г. и был погребен у церкви св. князей Бориса и Глеба, которая сгорела в 1568 г. При постройке нового храма в 1698 г., на место сгоревшего, обретены были нетленными мощи преподобного Максима, при чем храм был посвящен его имени. Мощи его почивают в серебряной раке в храме блаженного Максима, на Варварке. В окружной грамоте митрополита Макария, 1547 г., предписывалось: «пети и праздновати на Москве, августа в 13 день (ради обретения мощей), новому чудотворцу Максиму, Христа ради юродивому». (Акты Археогр. экспед., I, 203 стр.). В «Иконописном подлиннике» под 11 ноября сказано: «Преставление святаго и блаженнаго Максима, Христа ради юродиваго, Московскаго чудотворца; подобием сед, брада и власы аки Петра Апостола, главою плешив, наг, препоясан ширинкою, руки молебны. Преставися в лето 6942. А при погребении его пишется святитель сед, брада аки Кирилла Белозерскаго, и с ним попы, диакони, и народи разным подобием» (Филимонов, 190 стр.). В «Уставе церковных обрядов, совершавшихся в Московском Успенском соборе» (около 1634 г.) под 11 ноября сказано: «Максиму уродивому: благовест в лебедь, звон середней»; под 12 (13) августа: «Праздновали преж сего Максиму блаженному; благовест в лебедь, звон середней; а ныне только празднуют в ноябре, а поют по уставу». (Тимофеев, Рус. историч. библиотека, III, 35, 106). В «Повести о перенесении мощей блаженнаго Максима» сказано: «О святом же житии его и чудес, глаголют мнози, еже была не малая книга написанная, но не вем, како из церкви изгибе, или кто у преже бывших священников взял ради списания». (Ключевский, Древнерус. жития, 245 стр.). Блаженному Максиму полная служба помещается в служебных Минеях 11 ноября. Списки (рукописные) этой службы указаны в Источниках Агиографии Н. Барсукова, 348–349 стр.).

Историч. словарь о святых, 176 стр. Агиология Востока, Архим. Сергия, II, 301. Пролог и Четьи-Минеи 11 ноября. Следов. псалтирь. Филарет, Рус. святые, III кн., 345–348 стр. Собрание летоп., 8, 99. Русский Временник, II, 142 стр. Рукопись Румянцева, XVI в., № 397 и 364. Толстого, II, № 368. Рукоп. святцы. Полн. христиан. месяцеслов, 1875 г., Киев. Архим. Леонида, «Св. Русь», 136 стр. Протопопов. А.Н. Муравьев, Жития святых. Гр. М. Вл. Толстой, Книга глаголемая о святых, 72–73.

В Московском Зачатиевском женском монастыре находится местно чтимая икона св. великомученика Мины. В 1812 г. один офицер, отправляясь на войну, дал обет, в случае благоприятного возвращения на родину, сделать серебряную ризу на икону св. великомученика Мины, но почему-то долго медлил выполнением своего обета, пока не явился ему во сне св. великомученик Мина и напомнил ему об обете; после чего офицер на свои средства устроил серебряную ризу на икону св. Мины (Москов. Епарх. Ведом., № 39, 1873 г., где описано несколько чудес от сея иконы в последующие времена).

В Николаевском Черневе монастыре, Шацкого уезда Тамбовской губернии, находится свято чтимая древняя икона св. великомученика Мины. (Описание Чернева монастыря, архиеп. Филарета).

По преданию икона Божией Матери, именуемая Милостивою (ἐλεοῦσα) от того, что на ней изображена Богоматерь умоляющею Сына Своего о помиловании нас грешных, будто бы написана Еванг. Лукою. Есть и другая икона Божией Матери Милостивой, называемая Кикскою, от г. Киккос, на острове Кипре (где находится эта икона); на этой иконе Божия Матерь представлена без Богомладенца. В Флорищевой пустыни (Владим. губернии) есть еще чудотворная икона Кикской Божией Матери (26 декабря).

Дебольского, Дни Богослужения, h6 Ih6 ч., 120 стр. (празднество ей назначено 15 ноября). Слава Пресв. Богородицы в России, Москва, 1853 г., ч. II, сборн. изображ. Божией Матери, 53 стр.

Празднество иконе Божией Матери Милостивой в заштатном г. Кадоме, Тамбовский губернии, в женском Милостиво-Богородицком монастыре, где находится и местно чтимая икона Божией Матери.

Описание Кадомскаго женского монастыря, свящ. И. Кобякова,

В С.-Петербург в Галерной построен в честь «Милующей Божией Матери» величественный, пятикупольный храм, в память дня священного коронования ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА III (15 мая 1883 г.).

Память блаженного Иоанна Власатого, Христа ради юродивого, Ростовского чудотворца, – в день кончины его (1582 г.) 3 сентября (см. это число). Вторично в Ростове совершается его память 12 ноября. Погребение блаженного Иоанна ознаменовано было, по преданию, страшною бурею, молнией и громом, что произвело на всех удручающее впечатление. Благочестивые люди, со времени погребения блаженного, приходили на его могилу и брали из нее землю; многие по вере своей получали исцеления и потому прозвали св. Иоанна «милостивым» (может быть – отожествляя его с св. Иоанном милостивым, Александрийским патриархом, память коего 12 ноября). В числе исцелившихся был Ростовский митрополит Кирилл, лишившийся в старости употребления руки и ноги, а потому оставивший управление епархией. После усердной молитвы над гробницею блаженного Иоанна, престарелый святитель, принесенный в церковь на руках, получил внезапное облегчение от своего недуга, так что уже мог сам идти в архиерейский дом, и впоследствии не только совершал богослужение, но и снова управлял епархией – во время плена знаменитого своего преемника Филарета Никитича Романова (патриарха всероссийского). Над могилою блаженного Иоанна вместо прежней деревянной Власиевской церкви построена каменная (доныне существующая) церковь в честь Толгской иконы Божией Матери, с приделом св. мученика Власия.

Ни один из вселенских учителей и отцов церкви не пользуется в России таким благоговейным уважением, как св. Иоанн Златоуст. Его вдохновенные беседы, его отличные толкования на св. Писание с начала распространения христианства в нашем отечестве были любимым чтением и в доме, и в церкви у наших предков. Едва только появились в России душеспасительные книги – в библиотеках Русских князей и в школах, – творения златоглаголивого проповедника были первыми после книг св. Писания. Первый из великих князей в России, Мудрый Ярослав I, по отзыву преподобного Нестора, любил книги, прилежно читал днем и ночью, собрал много писцов и велел переводить книги с греческого на славянский язык. По исследованиям ученых оказывается, что более всего было переведено при Ярославе Владимировиче из творений св. Златоуста. Так, из 22-х слов, упомянутых у Преосвященного Филарета, как переведенных при этом великом князе, 20 слов принадлежат св. Златоусту. (Обзор духовн. литер., т. I, стр. 14). Для списывания богодухновенных писаний св. Иоанна не редко в древности настоятели русских монастырей отправлялись в Царьград и там проживали по несколько лет, трудясь над списыванием его творений, как, например, преподобный Афанасий, игумен Высоцкий (12 сент. Опис. Румянц. музея, стр. 516). Вызванный из Афона великим князем Иоанном III, преподобный Максим, по поручению его и по желанию митрополита, более всего трудился над переводом толкований св. Златоуста на книги св. Писания. Как высоко чтили творения св. Златоустого в древней России, это видно из того, что их (т.е. слова Златоуста) предписывали читать в церкви и на трапезе в монастырях. В послании к игумену Афанасию митрополит Киприан писал: «Евангелие и толковое в церкви чести, а на трапезе чтут патерик и св. Ефрема и св. Дорофея, а коли остаеться на праздник чтение праздничное и не поспеют на заутрени прочести, то прочтут на трапезе и такожде шестоднев св. Василия Великаго и св. Ивана Златоустаго» (Историч. акты, т. I, 478 стр.). Преисполненное всеобъемлющей любовью ко всем слово Златоуста на Пасху церковным уставом предписано читать на утрени на св. Пасху и было бы святотатством со стороны и даровитых церковных проповедников в этот день вместо неподражаемого слова Златоуста произносить свое; вследствие глубокого уважения к святителю в России в обычай вошло русским проповедникам произносить свои слова на вечерни в первый день Пасхи. Московский митрополит Платон, славный в свое время проповедник, так увлекался беседами св. Иоанна Златоуста, что говорил, что «из-за одного этого святителя следует учиться эллинскому языку» (Снер. 8 ст.). Книжным просвещением своим Россия была обязана единоплеменным нам славянам (болгарам, сербам); от них, как дорогое наследие, перешли творения св. отцов на церковнославянском языке, и между этими книгами первое место занимали творения св. Златоуста. Так из Болгарии в Россию, вскоре по крещении русских при св. Владимире, перешли сборники, составленные исключительно из творений св. Златоуста, как наприм.: Златоструй – труд первого болгарского царя Симеона († 927 г.); Шестоднев из сочинений св. Василия и Златоуста, составленный болгарским экзархом Иоанном; Благовестник – толкование на четвероевангелие, составленное из бесед св. Златоуста на евангелия, болгарским архиепископом Феофилактом. Поучения недельные и праздничные, выбранные из Златоуста патриархами Каллистом и Филфеем и переведенные на славянский язык, несколько раз издавались в России (1343, 1407, 1569, 1652 гг. и др.). Не довольствуясь сборниками из сочинений св. Златоуста, заимствованными из Болгарии, пастыри русской церкви и книжные люди в России составляли новые сборники из бесед того же святителя, под различными наименованиями, как то: Маргарит, Измарагд, Златоуст, Златоструй, и Новый Маргарит (у Курбского) и т.п. Творения св. Златоуста с начала распространения христианства и доселе в России служат неисчерпаемым источником для составления сборников для благочестивого чтения, наприм. Дух св. Златоуста – извлечения из его творений, составленные на каждый день, Московским митрополитом Платоном; Поучения на каждый день – составленные из сочинений св. Златоуста. В сборник проповедей (Воскресное чтение), изданном Св. Синодом в шестидесятых годах на воскресные и праздничные дни – большинство слов – и во главе всех других и, конечно, лучшие – принадлежат св. Златоусту. В период возрождения в России просвещения (в XVI и XVII в.) ученейшие мужи, как то: Константин Константинович Острожский, Памва Берында, Епифаний Славинецкий, Лаврентий Зизаний и другие трудились или над переводом творений св. Златоуста, или над изданием их, или, наконец, над исправлением их.

Авторитет св. Златоуста, как знаменитейшего проповедника, как отличного Богослова, как свыше вдохновенного толкователя св. Писания, так был велик, что многие из русских книжников XIV–XVII в. свои скудные писания издавали под его именем, чтобы этим привлечь внимание читателей и, по возможности, распространить между народом; вследствие чего начали в России появляться апокрифы, с именем этого святителя, как, наприм., известное еще в XII веке слово о женах (Обзор духовн. литературы, т. I, § 35), беседы трех святителей (в «Старин. памятниках литературы», издан. Костомарова), слово пророка Исаии, истолкованное Златоустом против рода и рожаниц (см. Архив Калачева, кн. II, ч. I, стр. 100) и многие другие.

Св. Златоуст в России пользовался такою славою знаменитого церковного оратора, что наименование кого-либо из отечественных проповедников Златоустом считалось высшею похвалою. У нас рано начали появляться свои Златоусты. Так в XII в. Златоустом был наименован св. Кирилл Туровский, в XIII в. – Кирилл, епископ Ростовский, в XV в. – Леонтий Карпович, подобный Златоусту в витийстве (Обзор духовн. литературы, т. I, стр. 240), в XVII в. – св. Димитрий Ростовский, в XVIII в. – св. Тихон Задонский, в XIX в. – Августин, Московский архиепископ (Златоуст 1812 г.), Иннокентий, архиепископ Херсонский, и другие.

Ореол славы проповедника и смелого обличителя пороков в современниках (даже и царей), окружавший св. Златоустого, так казался обаятельным для русских, что нередко смелых обличителей неправд, замеченных в высших лицах, сравнивали с Златоустом, называли их Златоустами. Так Серапиона, архиепископа Новгородского (1516 г.), препиравшегося с великим князем Иоанном III, по случаю самовольного поступка преподобного Иосифа Волоцкого, перечислившегося с своим монастырем из Новгородской области в область Великого князя, называли Златоустом (Терновский, Изуч. Визант. истор. в древней Руси, I, 53). Благовещенского протоиерея Сильверста, по поводу несправедливого удаления его Грозным от царского двора, сторонники его сравнивали с Златоустом (Костомаров, Рус. история в жизнеописаниях, I–II, 442). Заочное осуждение Сильверста А.М. Курбский в своей истории Иоанна Грозного сравнивает с заочным судом на Иоанна Златоуста (Сказание Курбского, 1833 г., I, 101). Русский Златоуст явился у нас в лице св. Филиппа 2-го Московского митрополита (Филарет, Рус. святые, I, 39). Никон патриарх любил себя сравнивать с Златоустом и считал его своим первообразом: «Нам первообразных много, писал он, вот их реестр: Иоанн Златоустый...» (Соловьев, История России, IX, 310). Почитателя Никона также сравнивали его с Златоустом. Так, полоцкий игумен, подавая в защиту Никона голос на соборе 1660 г., сравнивает Никона с св. Златоустом (Новикова, Рос. Вивлиоф, III, 376). Подражатели св. Иоанна Златоуста находились и в XVIII веке между русскими иерархами; по их собственному мнению, таковыми были: Феодосий Яновский, С.-Петербургский архиепископ, лишенный сана при Екатерине II, и Ростовский митрополит Арсений Мациевич. Последний сравнивал себя с св. Златоустом в известном деле по отобранию церковных имуществ. Так рассуждали об Арсений и его многочисленные почитатели. В подметном письме Екатерине II в 1771 году, между прочим, было написано: «И учинилася ты вторая Евдоксия; оная желала похищати чуждая имения, токмо не церковныя, и обличающаго и златоточнаго источника св. Иоанна Златоустаго сослала в заточение, а ты преосвященаго архиерея Божия, митрополита Ростовскаго, обличающаго тя по правде, также сослала, лишив сана с безчестием, в ссылку». (Памятн. нов. рус. истории, изд. Кашпирева, I, 125).

Вследствие глубокого уважения к великому святителю у нас на Руси, еще со времени первых христианских князей, старались приобретать частицы мощей св. Иоанна Златоуста. Во многих православных обителях и церквах в нашем отечестве находится эта святыня. Замечательно то, что частицы мощей св. Златоуста у нас (в XI и XII в.) полагали в основание (фундамент) древних церквей. Так, в основание великой Киево-Печерской Успенской церкви были положены частицы мощей св. Златоуста.

В XVII веке старообрядцы поповщинского толка, по оскудении у них беглых попов, думали завести у себя ерархию, посвятив избранного ими в сан архиерея главою св. Иоанна Златоустого, хранящеюся в Успенском Московском соборе, но эта их затея не удалась. (см. Субботина, Белокр. иерархия).

Для русской церкви св. Иоанн Златоуст приснопамятен и как ревностный распространитель христианской веры в пределах нашего отечества. Русская земля сверх того освящена стопами ног этого святителя (сосланного в заточение в нынешний Закавказский край), бывшего в Питиунте (нынешн. Пицунде) на Кавказе (см. 27 января).

Неизвестный по происхождению, круглый сирота, отрок (12 лет) Феофил поселился близь Комельской обители и жил Христовым именем. Каждый день он ходил в церковь и усердно молился Богу. Поселяне, среди которых он жил, удивлялись его кротости, постоянным молитвам и усердию к храму Божию. Сказали о нем преподобному Корнилию (см. 19 мая) и тот, сжалившись над бесприютным сиротою, принял его в обитель; чрез три года Феофил был пострижен в монашество с именем Филиппа. По распоряжению игумена Флавиана, Филипп трудился безропотно в разных монастырских послушаниях. Братия, вида смирение и благочестие Филиппа, ходатайствовали пред Епархиальным Начальством о рукоположении его в священнический сан (иеромонаха). Прослужив 15 лет в Корнилиевской обители, Филипп, из любви к уединенной жизни, удалился в Белозерские пределы и поселился на пустынном берегу р. Андоги между реками Большим и Малым Ирапом. Князь Андрей Шелешпанский, владелец тех мест, обрадовался поселению в его пределах преподобного Филиппа и укрепил за ним грамотой значительный участок земли. Филипп устроил здесь часовню в честь Пресвятой Троицы. Скоро молва о св. пустыннике распространилась в окрестностях, и к нему стали стекаться любители иноческого жития; чрез несколько времени вместо часовни построена была церковь в честь Пресвятой Троицы. Прожив 15 лет в пустыни, Филипп, изнуренный постом, скончался 45 лет, 14 ноября 1527 г. Вскоре на месте его подвигов устроилась обитель, названная Красноборскою, а по имени основателя – Филипповой. Мощи основателя обители почивают под спудом в храме Пресвятой Троицы. На гробнице находится изображение преподобного Филиппа. Житие преподобного Филиппа, по свидетельству Ключевского, принадлежит к числу чрезвычайно редких памятников древнерусской письменности. Оно написано иноком Германом, пришедшим в Ирапскую обитель в год кончины преподобного Филиппа. «Месяца ноемвриа в 14 день. Житие и подвизи преподобнаго отца нашего Филиппа, еже есть в области Бела озера, иже есть веси Андожской вскрай р. Андоги, в Красном бору, Иранскаго чудотворца. Списано бысть благоискусным монахом Германом монастыря святаго Всемилостиваго Спаса, еже есть на Куденском озере»… Житие это издано В.О. Ключевским от общества любителей древней письменности (№ XLVI, 1879 г.). Преподобному Филиппу есть (в рукописи) служба (Библиотека Троице-Сергиевой лавры, № 654, конца XVI века).

Н. Барсуков, Источн. Агиографии, 563 стр. История Рос. иерархии, VI, 594. Сведения о монастырях, 389. Филарет, Рус. святые, III кн., 348–350 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, II т., 303 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь», 58. А.Н. Муравьев, Жития рус. святых, 14 ноября. Словарь истор. о рус. святых. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 257–259. Гр. М. Вл. Толстого, Книга глаголемая о рос. святых, 152. Полный христиан. месяцеслов, Киев, 1875 г.

В день св. Апостола Филиппа, 14 ноября, по некоторым старинным святцам положена память преподобного Филиппа пустынника, жизнь коего неизвестна. В книге архимандрита Леонида «Св. Русь» между святыми г. Архангельска под 433 № сказано: «Филипп пустынник, «иже бысть на море Окиян у Заицкаго острова», в лето 7000 (XVI–XVII в.); не канонизован; память его 14 ноября». Этот преподобный Филипп, как видно из той же книги о. Леонида, отдельное лицо от преподобного Филиппа Ирапского (№ 234), Филиппа Яиковского (№ 353) и Филиппа Рабангского (№ 322). У архимандрита Леонида между северо-восточными святыми, кроме вышеупомянутых (препод. Филиппа Ирапского 14 ноября, Филиппа Рабангского 15 ноября, Филиппа Яиновского 17 ноября и Филиппа пустынника 14 ноября), упоминается еще (5-й) Филипп Корельский (№ 421): «Василид и Филипп препод., иноки Никольскаго Корельскаго монастыря † XVI века, не канонизованы. Погребены в Никольском Корельском монастыре» (стр. 104–105). Не один ли и тот же преподобный Филипп пустынник и Филипп Корельский? – Если же отличный от первого препод. Филиппа, то о нем не осталось никаких сведений.

Неизвестно, откуда был родом преподобный Филипп, какого происхождения, откуда и когда пришел он на Глушицы; известно только что он в монашество был пострижен в Глушицком монастыре, долго подвизался в этой обители и был одним из ближайших учеников преподобного Дионисия (см. 1 июня). По смерти его, Филипп, из любви к уединенной жизни, оставил Глушицкий многобратственный монастырь и, проходя по дебрям и лесам для отыскания себе пустынного места, поселился на берегу Рабанской Сухоны, в Кадниковском уезде. Здесь он намеревался проводить жизнь в совершенном уединении, но окрестные жители случайно узнали о пустыннике и мало-по-малу стали собираться к нему любители безмолвия, желавшие жить при нем. Приняв желание их за указание свыше, Филипп отправился в Ростов к архиепископу Ефрему († 1454 г., см. 27 марта) и испросил у него благословение на основание обители и храма в ней в честь Преображения Господня (в 1447 г.). Снисходительный к другим, он был строг к себе, постоянно пребывая в посте, молитве и монастырских трудах. Скончался 15 ноября 1457 года и погребен в основанной им обители. В 1764 г. Рабанский монастырь был закрыт и обращен в приходскую церковь; в ней устроен придел в честь св. Апостола Филиппа, вероятно, в память преподобного Филиппа. В древних рукописных святцах память преподобного Филиппа положена 15 ноября.

История Рос. иерархии, ч. V, 655 стр. Историч. словарь о святых, 1862 г., 238 стр. Филарет, Русские святые, 15 ноября (III кн., 351 стр.). Сведения о монастырях, 79 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 303 стр. Н. Барсуков, Источники Агиографии, 275 стр. Верюжский, Историч. сказания о Вологодских святых, 215–218 стр. Муравьев А.Н., Жития святых, ноябрь. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 265 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь», 322 стр.

В «Книге, глаголемой описание о Российских святых» упоминается «преподобный Гурий игумен Шалатской пустыни». В Агиологии архимандрита Сергия, в числе русских святых, не канонизованных, но находящихся в рукописных святцах, упоминается (т. II, 61 стр.): «Гурий, игумен Рождественскаго монастыря Шалотскаго, иже на Мологе реце близ Устюжны Железныя» (Киево-Соф. рукоп.), при впадении Шалчи в Мологу. Гурьева Шагацкая пустынь – от г. Устюжны в 35 верстах; в 1690 г. она приписана к Череповецкому Воскресенскому (в г. Череповце Новгород. епархии) монастырю, а в 1764 г. была упразднена (Строев, Списки настоятелей, 120 стр.). В ней игуменами были: Гурий (1603 г.), Вассиан, Антоний, Ферапонт, Авраамий (убитый в 1672 г.), Иона, Савватий, Филарет, Антоний, Иона II-й, при котором эта обитель была приписана к Воскресенскому Череповецкому монастырю. В «Иконописном Подлиннике» о Гурии сказано: «подобием сед, брада и власы, аки Никона Радонежскаго, ризы преподобническия» (Филимонов, стр. 39). В исследованиях В. Зверинского о монастырях (II т., под № 1358, на 414 стр.) сказано: «Шалацкая-Успенская-Гурьева-Железнопольская мужская пустынь, ныне погост Шалочь, или Глины, Новгородской губернии Устюжскаго уезда, в 40 верстах от г. Устюжны, при впадении р. Шалчи в Мологу, с левой ея стороны».

История Рос. иерархии, III, 760; VI, 720 стр. Сведения о монастырях Ратшина, 405 стр. Акты Археогр. экспед., III, № 52. Калачов, Акты юридич. быта древней России, II, 44, № 128. Чтения в Обществе истории и Рос. древн., 1860 г., III, отд. I, 147. Описание документов и дел Синодального Архива, IV, 1724 г., 146 стр. (о приписке монастыря к Череповской обители). Н. Барсуков, Источники Агиографии, 143 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 300 стр. Зверинский, Материалы для историко-топографич. исследования о монастырях в Рос. империи, СПб., 1892 г.

Явление Купятицкой иконы Божией Матери последовало около 1180 г. Это случилось так: в г. Купятицах, в Пинском повете, малороссийская девушка, Анна, пася стадо своего отца, приметила в лесу между деревьями блистание света. Она подошла и увидела: на дереве висит небольшой крест с изображением на нем иконы Богоматери; девица, снявши крест, с радостью отнесла его домой, но, возвратясь к стаду, снова на том же месте увидела крест и, думая, что находит другой, сняла его и повила на грудь. Но после оказалось, что это был один и тот же. На месте обретения креста построена была церковь в честь Богоматери, а после основан здесь монастырь (в 1629 г.); когда же в половине XVII века Бенедиктинские монахи завладели монастырем, православные иноки в 1656 году перенесли икону в Киево-Софийский собор, где она и поныне находится.

Чудеса от этой иконы были описаны Иоанникием Голятовским, а также Афан. Кальнофойским (Тератургима). Дебольского, «Дни богослужения», I ч., 121–122 стр. «Воскресн. Чтение», 1853 г., № 31. «Минские Епарх. Ведомости», № 2, 1873 г. «Сборник изображений икон Божией Матери», стр. 54. Филарет, «Обозрение духовной литературы», § 173. «Слава Божией Матери», ч. III, отд. II, стр. 106–110.

Эта икона в наименовании и начертании имеет некоторое сходство с иконою Божией Матери «Неувядаемый цвет» (3 апреля); но между ними есть разность как в днях празднования, так отчасти в наименовании и изображении. На иконе «Благоуханный цвет» Спаситель изображен сидящим на левой руке Богоматери, которая держит в правой руке расцветшую ветвь (или цветок). На иконе же «Неувядаемый цвет» Спаситель (в белой одежде) изображен на правой руке у Богоматери, склонившей свою главу к Богомладенцу; у Божией Матери в левой руке расцветшая ветвь (цветок) такого же вида, как и на иконе «Благоуханный цвет». На иконе «Неувядаемый цвет» на главе Богоматери – корона, чего нет на иконе, называемой «Благоуханный цвет». Икона Божией Матери «Благоуханный цвет» находится в Воронеже в Покрово-Девичьем монастыре. Есть таковая же икона в Воронежской Рождество-Богородицкой (Пятницкой) церкви.

Описание изображений икон Божией Матери, 54 стр. Жизнь Божией Матери, – С. Снессоревой, 448 стр.

Свв. мученики Гурий, Самон и Авив, на основании помещенного в их житии подробного повествования в Четьи Минеи о чудесном спасении благочестивой Софии, которая в вероломным и беззаконном мужем своим, готфом, живая была погребена в могиле с первою женой его, в России с древних времен считаются покровителями счастливой семейной жизни (вследствие чего во многих местах нашего отечества, особенно в купечестве, был обычай благословлять новобрачных иконою сих мучеников) и защитниками невинных жен, страдающих от своих злонравных и грубых мужей. Оскорбляемые от мужей жены с мольбой прибегали к ним… В старинных сказаниях о святых, коим должно молиться и в каких нуждах, говорится: «аще возненавидит муж жену свою – молятся свв. Гурию, Самону и Авиву». (Терещенко, «Быт русского народа», VI; «Журн. Мин. Народн. Просв.», 1853 г., ст. Щапова; Этнограф. Сборник, V; Сказания о святых, коим должно молиться, изд. Сементовского; Обще-русский народн. дневник Петрушевского; Четьи Минеи, Св. Димитрия, 15 ноября). Русский народ, кроме того, верит в силу и могущество свв. мучеников Гурия, Самона и Авива – против козней лесных духов (леших). Русская мысль не обошлась при этом без вымысла суеверной молитвы к сим святым (см. Щапова, Русский раскол старообрядства, 152, – где помещена и самая молитва. Остатки языческих верований в русский народ – в «Страннике», 1877 г., август).

В церквах в России есть свято чтимые народом иконы св. мучеников Гурия, Самона и Авива, как наприм. в Новгородско-Софийском соборе – храмовая в приделе, устроенном в 1411 г. по распоряжению архиепископа Иоанна (Новгород. летопись под 6918 = 1410 г.). В Новгороде в честь сих святых в старину совершалось торжество по особенному случаю. В 1440 г. (31 декабря) в Новгородо-Софийском соборе сотворилось знамение от иконы свв. мучеников Гурия, Самона и Авива о судех, или, как по другим спискам летописи, о сосудех церковных (Полное собр. летописей, III, 104, 235; IV, 113). Знамение, вероятно, состояло в том, что похитители сосудов церковных были каким-то чудесным образом обличены от иконы или пред иконою свв. мучеников и сознались в хищении. Это и послужило поводом архиепископу Иоанну не только пристроить к Софийскому собору каменный придел во имя означенных мучеников, но и дать «благословение» и вместе «указ» христианам св. Софии, чтобы они, в случаях разных покраж и пропаж, обращались для обличения виновных не ко кресту на Волховом мосту или присяге, а к чудотворной иконе свв. мучеников Гурия, Самона и Авива, и чтобы приготовляли особую просфору, из которой за литургией следовало вынимать четыре частицы, предназначавшиеся для указания невинных и виновных. В «благословении», или послании, святитель говорит: «слышу я, – да будет вам ведомо, – что у вас, по случаю великой и малой пропажи, ходят ко кресту: это делаете вы не по Божию закону. Здесь дал нам Бог знамение свв. исповедников Гурия, Самона и Авива диакона, так что, Божиею милостию, многие правые оказываются правыми, а виноватые подпадают казни. И мы послали к вам икону тех свв. исповедников в церковь Божию: то, что вы ходили ко кресту, мы вам возбраняем; но ходите к знамению Божиих святых исповедников. Священник, служа св. литургию, напишет имя Божие на хлебце (просфоре) и раздаст это всем, приходящим к имени Божию; кто съест хлебец с именем Божиим, то окажется прав, а кто не съест хлебца, тот, по суду Божию, виноват будет; кто же не пойдет к хлебцу, тот без суда Божия и мирскаго виноват будет… А вы, священники, кроме хлеба Божия, к присяге не допускайте и нашего слова не ослушайтесь. Я же вас, священников, и всех христиан благословляю». В «указе о проскомисании свв. исповедникам» сказано: «Если у кого будет что либо украдено или на кого будет подозрение: вы, священники, велите испечь крестообразную просфору и изобразить на ней четыре креста. Потом, входя в церковь (для совершения литургии), читайте молитву свв. исповедникам, а другую вошедши в церковь, пред иконою святых, а третью на проскомидии. И именно, вынимая просфору, произносите следующее: святые Божии исповедники, Гурие, Самоне и Авиве диаконе! Как некогда, милосердием Божиим, вы возвратили девицу в град свой Едес: так и ныне сотворите чудо для притекающих к вам с верою, – потерпевшим ущерб помогите, виновных обличите, уста злодеев заградите… Потом, вынимая первый крест из просфоры, говори: се имя Божие напишется на хлебце, молитвами свв. Божиих исповедников, – в честь и славу св. Гурию. Вынимая второй крест, говори: в честь и славу св. Самону. Вынимая третий, говори: в честь и славу св. Авиву диакону. А вынимая четвертый крест, поминай имена тех, которым предложатся (вынутыя части) в пищу на обличение виновных». Неизвестно, откуда заимствовал, или на чем основал Новгородский святитель такое необычайное постановление о суде Божием над виновными и такое священнодействие; но во всяком случае это было только постановление частное и из летописей не видно, чтобы оно долго сохраняло силу даже в Новгороде. Не излишним считаем заметить, пишет Преосвященный Макарий (История Рус. церкви, III т., I кн., 384 стр.), что в церкви западной, в числе разных чинов, по которым совершался так называемый суд Божий для узнания виновных существовал и judicium per sanctam eucharistiam (стр.80) и еще judicium panis et casei (стр.80). Но в обоих чинах, имеющих по-видимому некоторое сходство в основной мысли с чином Новгородского владыки Иоанна, нет и помину о свв. исповедниках Гурии, Самоне и Авиве (Binterim Denkwürdigk. der Kathol. Kirche, B. r., Th. III, 57–58 стр.).

В Белобережской Николаевской мужской пустыни, Орловской губернии Брянского уезда (в 15 верстах от Брянска, на урочище «Белые берега»), ежегодно (с 1830 г.) совершается поминовение основателя пустыни, схимонаха Симеона, в день его кончины (15 ноября). В этот день совершается заупокойное всенощное бдение, литургия, а после оной панихида. Кроме того, в пятницу каждой седмицы, по окончании вечерни, когда не бывает бдения, в притворе церкви, отправляется соборная панихида о благочестивых царях, иерархах и основателе обители схимонахе Симеоне. Особенным побуждением к такому чествованию (о. Симеона) служит уверенность в его святости, основанная на его посмертных видениях. Схимонах Симеон, в мире Симеон тоже, сын священника с. Архангельского Тульской губ. и уезда, родился в 1672 г.; по смерти отца, жил у своего родственника – священника Успенской церкви г. Тулы – Иакова Федорова; в 1707 г. женился на Марии Павловой, но чрез полгода оставил ее и предпринял путешествие по святым русским местам. В 1710 г. он был пострижен в монашество с именем Серафима в Николаевском Одрине монастыре (в 8 верстах от г. Карачева), за тем перешёл в Полбину Предтеченскую пустынь (в 3 верстах от г. Брянска) и переименован Серапионом, в 1714 г. удалился в Брянские леса, где и положил начало Белобережской пустыни; скончался в 1741 году. Симеон принес в Белобережскую пустынь икону Троеручицы Божией Матери, каковая икона свято чтится в обители (см. 28 июня).

Душепол. Чтение, 1890 г., июнь: «Схимонах Симеон», статья архим. Григория. О Белобережской пустыни см. у Зверинского, «Материалы для истории рус. монастырей», h6 Ih6 ч., 108 стр.

Преподобный Сергий, в мире Симеон, родился в 1493 г. Отец его Маркиан Стефанович Неклюд был из роду митрополичьих и десятильничих Новгородских боярских детей и во время уничтожения Новгородской вольницы при Иоанне III-м со многими из своих сограждан удалился на север России, «в сторону студеного моря», на р. Печеру, в волость Малую Пинежку; здесь он вступил в брак с девицею благородного рода, Аполлинариею; от этого брака родился Симеон. В старости супруги по взаимному согласию вступили в монашество: Маркиан под именем Матфея был впоследствии игуменом Воскресенской обители в г. Кевроле (заштатный город Архангельской губернии), Аполлинария скончалась схимницею под именем Пелагии. Симеон был воспитан в страхе Божием и был с детства научен книжному учению. Но чем он занимался до принятия священнического сана, когда и с кем вступил в брак, имел ли детей, неизвестно. Будучи уже 30 лет, он был поставлен пресвитером к церквам Преображения Господня и Великомученика Георгия, в Малопинежской волости, где 62 года свято проходил свое пастырское служение, с апостольскою ревностью трудился над обращением «некрещенной чуди», т.е. многих, оставшихся еще язычников из этого народа. Успех в обращении их, при содействии благодати Божией, много зависел и от личных достоинств самого проповедника, ибо он, по свидетельству летописи, имел душу милостиву и чист помысл, сердце бодро, смирение и крепость молчаливую и любовь воистину нелицемерную, и был милостив к нищим до самоотвержения. Столь редким и прекрасным душевным качествам соответствовала и благолепная его наружность: он был «возрастом средний, лицем круглый, брада круглая, велика, бела, взором кроток, тих хождением, умилен видением, седины его были белы, постом украшены, воздержанием сияя». В последний год своей жизни преподобный принял схиму с именем Сергия и скончался 16 ноября 1585 г. По завещанию его, тело положено близь алтаря Преображенской церкви и домашние его поставили на могиле часовню. В древнем рукописном сказании о жизни и чудесах преподобного Сергия записано несколько чудес, которые побудили Пинежан в 1655 г. установить «память преподобнаго Сергия праздновати месяца ноября в 16-й день и образ подобия его написати». Еще прежде, с 1648 г., в Преображенской церкви, вследствие явления преподобного Сергия одной больной женщине, в каждый воскресный день совершалось молебное пение над его гробом. Мощи преподобного Сергия почивают под спудом в деревянной часовне.

Житие преп. Сергия напечатано в Вологод. Епарх. Ведом., 1864 г. Н. Барсуков, Источники Агиографии, 510 стр. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 304. Архим. Леонид, «Св. Русь», 90. Полный христиан. месяцеслов, 1875 г., Киев, 16 ноября. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 272–277 стр. Верюжского, Жития Вологод. святых, 569 стр.

В Книге, глаголемой «Описание Российских святых» упоминаются два Никона, Новгородских преподобных; один называется чудотворцем, а другой – просто «преподобный Никон», – но упоминаются вместе с другим преподобным (Дионисием). О втором Никоне см. 23 марта. Никон, преподобный Новгородский чудотворец, в «Иконописном подлиннике» обозначен под 16 ноября: «Подобием сед, брада поменше Сергиевой, власы на главе просты, ризы монашеския» (Филимонов, 39). Упоминается в Агиологии Востока архимандрита Сергия (III, 66), как русский святой, не канонизованный (Н. Барсуков, Источники Агиографии, 402 стр.).

Преподобный Никон родом из г. Юрьева Поволжского, Владимирской губернии. Не осталось сведений ни о родителях преподобного, ни об его воспитании и летах детства. Слух о высоких подвигах преподобного Сергия привлек благочестивого юношу Никона в Сергиеву обитель. Из коей, впрочем, преподобный Сергий отослал его к преподобному Афанасию, основателю Высоцкого монастыря (см. 12 сентября). После многих трудных иноческих подвигов преподобный Афанасий постриг Никона в монашество, а за тем за благочестивую жизнь он был удостоен священства; в сан иеромонаха Никон отправился посетить преподобного Сергия, и богоносный отец не только с радостью принял Никона, как гостя, но даже оставил его в своей обители, – и разрешил жить в его келии. Как на лучшего, искренно преданного ученика, преподобный Сергий в последние свои годы возлагал на Никона часть своих забот о братии, а затем передал ему и начальство над обителью (в 1392 г.). Чрез шесть лет игуменства своего, Никон, из любви к уединению, оставил настоятельство и игуменом был избран преподобный Савва, но и Савва чрез несколько времени оставил начальство в обители; тогда братия обратилась к преподобному Никону, с особенною настойчивостью прося принять над ними снова игуменство. Никон уступил желаниям братии. В 1408 году посетило великое несчастие обитель Сергиеву. Эдигей разорил Сергиевский монастырь, но Никон, предуведомленный в видении преподобным Сергием, с братиею и ризницею на время удалился из обители. По уходе Эдигея из Московских пределов, Никон возвратился в разоренную обитель и не только восстановил ее, но при щедрых денежных пособиях от Московских князей и других благотворителей благоукрасил оную; в 1417 году Никон освятил деревянный храм св. Троицы (ныне здесь находится церковь Сошествия св. Духа). При копании рвов для нового каменного Троицкого храма, в 1422 году 5 июля, открыты были цельбоносные нетленные мощи преподобного Сергия, после чего обитель Троицкая стала любимым местом богомоления русского народа, что содействовало ее обогащению, и преподобный Никон приобрел в собственность обители землю. Но он заботился еще более о духовном обогащении своего монастыря. Под его руководством, кроме богослужебных книг, в Сергиевой обители списывались братиею духовно-назидательные сочинения: два списка Лествицы с главами Григория Синаита, поучения аввы Дорофея, Диоптра Филиппа пустынника, аввы Варсонофия и аввы Исихия наставления и друг. После 34-летняго настоятельства преподобный Никон скончался в глубокой старости 17 ноября 1426 года. Мощи преподобного Никона почивают под спудом в храме, посвященном его имени, при Троицком соборе. Преподобный Никон причтен к лику святых на Московском соборе 27 февраля 1547 года, а до того времени, как видно из Лаврской обиходной книги XV–XVI в., память его совершалась так: «16 ноября св. Апостола и Евангелиста Матфея. Панихида Никонова. А обедают вся братия после вечерни (по причине поста) и после панихиды на остаточном часу дни и вечерню поют и панихиду в церкви. Матфееву (т.е. в память св. Ап. и Еванг. Матфея) вечерню и заутреню, и обедню и панихиду и на завтрее Никонову память, заутреню и обедню во вся звонят колоколы. А Никонова панихида со свечами». В XVII веке, как видно из рукописного устава, память преподобного Никона праздновалась так: «Ноября 17-го на вечерне звонят во вся. Малая вечерня в трапезе (в церкви, бывшей в трапезе). И потом у преподобнаго Никона вечерня средняя: «Блажен муж», без литии. И после вечерни поют молебен Одигитрии да чудотворцу Никону. А заутреню поют поп да диакон. А всенощное поют в трапезе; а допевают всенощное сице: «Утверди Боже…» и, отпуст сотворив, несут диаконы праздник (икону преп. Никона) в стихарех и диакон прежде (впереди) со свещею. Архимандрит и священницы и вся братия идут в след образа со свещами. И пришед в церковь к Никону поставляют праздник посреди церкви. И клирошане поют стих на целовании. Архимандрит целует праздник и священники, и братия, и прощаются у Чудотворца (т.е. прикладываются к его раке). И говорят первый час, и потом прощение всенощному. – С водами к Государю посылают попа» (Описание Троице-Сергиевой лавры, 1879 г., 75 стр.). В Уставе церковных обрядов, совершавшихся в Московском Успенском соборе (акты 1634) под 17-м ноября сказано: «Трезвон без большаго во вся, а благовест в ревут». В «Месяцеслове Троице-Сергиевой лавры» (стр. 20) напечатано: «Соборное служение в храме преподобнаго Никона. Во время всенощной лития совершается в келии преподобнаго Сергия; после первой кафизмы чтется житие преподобнаго Никона. Соборный обед в трапезе». В «Окружной грамоте» 1547 г. митрополита Макария сказано: «Пети и праздновати повсюду 17 ноября новому чудотворцу Никону, Сергиеву ученику». (Акты Археолог. экспедиции, I, 203). Служба преподобному Никону составлена еще при Московском митрополите Ионе († 31 марта 1461 г.), канон в службе составлен иеромонахом Пахомием святогорцем. В «Икономисном подлиннике» под 17 ноября сказано: «Преподобный отец наш Никон, ученик блаженнаго Сергия, игумена св. Троицы в Радонежи, новаго чудотворца; подобием стар, сед, брада проста, подол Николиной, а Сергиевой меньше, ризы преподобническия; преставися в лето 6935». (Филимонов, 193 стр.). Близки были преподобный Сергий и Никон в земной своей жизни, таковыми же они остаются и в загробной жизни. Не раз они являлись вместе и подавали исцеления больным; так они являлись больному Симеону: преподобный Сергий с крестом, а преподобный Никон с иконою – и исцелили больного. В 1846 г. больному послушнику Гавриилу являлись преподобный Сергий с жезлом, каковым указал Никону на больного, сказавши: «помоги». Никон, приблизившись к одру больного, исцелил его. Как покровители Троице-Сергиевой лавры и молитвенники за нее пред Богом, преподобные Сергий и Никон изображались на мантиях настоятелей (священно-архимандритов) лавры (Опис. Синод. дел, I, 248). От преподобного Никона в лавре сохранились: Евангелие на пергаменте, малой меры; надпись на нем: «Евангелие четвертное, на харатье, Никона чудотворца, а не отдати никому»; служебные сосуды, деревянные (подобные Сергиевым), в которых священнодействовал преподобный Никон; священническая риза преподобного Никона из белой камки, с оплечьем и крестом парчевым; кадило преподобного Никона серебряное, позолоченное, четвероугольное, на подобие церкви, напереди вычеканен Деисус, а на прочих трех сторонах Апостолы, весом 2 фунта (Описание Сергиев. лавры, 1879 г.).

Житие преподобного Никона дошло до нас в двух редакциях: 1) краткое, без предисловия и похвального слова, составлено Пахомием, вероятно для службы, и встречается в списках вместе с нею (Ключевский, 152 стр.). Списки жития перечислены в Источниках Агиографии Н. Барсукова (стр. 404). 2-е житие времен митрополита Макария I-го. Эта редакция вызвана соборным постановлением праздновать преподобному Никону всею церковью. Начало этого жития: «Кто убо исповедати возможет многая и великая Божия дарования…» Списки этого жития перечислены у Н. Барсукова «Источники русской Агиографии», 405 стр. Московским митрополитом Филаретом составлено было житие преподобного Никона для чтения в церкви в день его памяти (Москва, 1854 г.). Филарет, Русские святые, III кн., 352–358 стр. Пролог и Четьи Минея 17 ноября. Историч. словарь о рус. святых, 213 стр. Христиан. Чтение, 1825 г., ч. 18. Описание Сергиев. лавры.

В конце IX века арабский эмир Абдул-Кассим, посланный Багдадским калифом, прошел с огнем и мечем Грузию и Армению; но встретил сопротивление при взятии крепости Квилих-Цихе (в Карталинии). Эту крепость защищал молодой, храбрый вождь Гоброн (в крещении Михаил) с малою дружиною; около месяца арабы осаждали крепость, и только голод заставил осажденных сдаться врагу, под условием сохранения жизни и религии; но как только осажденные прибыли в лагерь неприятеля, их стали принуждать к отречению от христианской веры и за отказ от сего 133 воина из дружины Гоброна были умерщвлены. Эмир долго, но напрасно и ласками, и угрозами думал обратить Гоброна к мусульманству. Желая устрашить его видом смерти, эмир приказал пред глазами Гоброна убить остальных 67 воинов, но и это не устрашило мужественного страдальца, который после тюремного заключения, по повелению эмира, был усекнут во главу мечем (в 920 г.). Вскоре после кончины его, Грузинская церковь причла Гоброна-Михаила с его дружиною к лику святых и установила в честь их праздник – 17 ноября, как день мученической кончины их. Страдания свв. мучеников были описаны св. Стефаном, епископом Мтбевельским, в конце X века, по приказанию правителя Ашота, сына Иверского царя Адернаса II-го. (Сабинин М., Грузин. святые, ч. II, 57–63 стр. Муравьев А.Н., Жития русских святых. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 290–292 стр.).

Елена, по фамилии Девочкина, первая игуменья Новодевичьего в Москве монастыря, местно чтится, как святая. В «Книге о святых» сказано: «Преподобная мати Елена, игуменья Новодевичья монастыря, преставися в лето 7056 (1548) ноября в 18 день» (Рукопись Савваитова, л. 10). В Агиологии Востока, архимандрита Сергия, Елена поименована в числе русских святых, неканонизованных (III, 62 стр.). Она, по свидетельству Снегирева и других, за святость жизни была причислена к местно чтимым святым (Новодев. монастырь, М., 1857). Из Степенной книги (II, 203) видно, что она первоначально подвизалась в Суздальской Покровской женской обители, а за тем, по основании в Москве Новодевичьего монастыря в 1524 году, она, как опытная настоятельница и отличавшаяся благочестием, вызвана была великим князем Василием Ивановичем в Москву и возведена в сан игуменьи. Эта обитель была воздвигнута на месте торжественного провода в г. Смоленск чудотворной иконы Смоленской Божией Матери, точная копия с которой была поставлена в соборном храме Новодевичьего монастыря. Ежегодно, с 1525 года, в память сего события в Москве 28 июля (см. это число) совершается крестный ход в Новодевичью обитель из Московского Успенского собора. Могила игуменьи Елены находится за алтарем соборного монастырского храма.

История Рос. иерархии, V, 34 стр. Строев, Списки настоятелей. Архим. Сергия, Агиология Востока, III, 62 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь», 138 стр. Н. Барсуков, Источники Агиографии, 193 стр. В «Иконописном подлиннике» под 18 ноября об игуменье Елене сказано: «подобием, аки Евдокия, ризы преподобническия, исподняя зеленая» (Филимонов, стр. 39). В. Зверинский, Материалы для истории монастырей, «Новодев. монастырь».

В «Книге о святых» поставлен между святыми «Царствующаго града Москвы»: «святый блаженный Иаков Новодевичья монастыря, иже в Москве, под церковью» (Рукопись Савваитова, л. 10). В Агиологии Востока, архимандрита Сергия, он поименован в числе русских святых неканонизованных (III, 63 стр.). (Н. Барсукова, Источники Агиографии, 238 стр.). Но ничего неизвестно о сем блажен. Иакове.

Преподобный Варлаам, сын знаменитых родителей – боярина Иоанна Вышатича и Марии, которая отличалась глубоким благочестием. С юных лет Варлаам, посещая преподобного Антония, так увлекся безмятежною, благочестивою жизнью Киево-Печерских подвижников, что решился навсегда оставить мир со всеми его прелестями и жить в пещере. Тайный свой помысл он открыл преподобному Антонию, но тот, одобряя благое намерение юноши, заметил, как бы слава мира сего не обратила его из пещеры от монашества вспять. На следующий день Варлаам, одевшись в лучшие одежды, на лучшем коне, окруженный слугами, отправился к Антонию. Сняв с себя одежду, Варлаам положил оную пред Антонием и, указывая на коня, богато украшенного, сказал: «вот, отче, все прелести сего мира, – делай с ними, что хочешь, потому что я, презрев все это, хочу быть иноком и жить с вами в пещере, а домой уже не возвращусь». Преподобный Антоний предупреждал благочестивого юношу, что отец может насильно извлечь его из обители, и мы не можем тогда помочь тебе; но Варлаам настоятельно просил о пострижении его в монашество: «если отец начнет мучить меня, не возвращусь в мир»… Тогда пресвитер Никон, по приказанию Антония, облек Варлаама в иноческие одежды. Узнав об этом, отец Варлаама Иоанн сильно разгневался и, пришед в пещеру со множеством слуг, насильно извлек из нее сына. Дорогой Варлаам сбросил с себя в грязь богатую одежду, в которую был облечен по приказу отца. Когда привели Варлаама в дом, устроили для него богатую трапезу, пригласили гостей, найдена была из знатных и красивых девиц невеста для Варлаама, которая всячески старалась отвлечь его от намерения поступить в монастырь. Но Варлаам не обращал внимания ни на ласки невесты, ни на слезы матери и угрозы отца, сидел в углу комнаты своей молча и три дня не вкушал пищи. Опасаясь, как бы юноша не уморил себя голодом, отец отпустил его в монастырь, – и Варлаам так усердно выполнял монастырские послушания и так превосходил всех своею строгою благочестивою жизнью, что преподобный Антоний, с согласия братии (12 человек), поставил Варлаама, не смотря на его молодость, в игумена обители, а сам удалился на другой холм, где ископал себе пещеру. Приняв начальство, Варлаам еще более стал подвизаться в иноческих трудах, и братия постепенно увеличивалась; когда же число братии достигло до 20-ти, то с благословения преподоб. Антония он устроил над пещерами церковь в честь Успения Пресвятой Богородицы. Спустя несколько времени великий князь Изяслав (Димитрий) Ярославич построил богатый монастырь в честь своего Ангела, св. великомученика Димитрия, и переместил в оный преподобного Варлаама, как опытного наставника монахов и прославившегося святостью жизни. Примером своих трудов Варлаам назидал братию, – и к подвигам иночества прилагал подвиги странствования по св. местам. Он два раза посещал все св. места в Иерусалиме, отправлялся в Константинополь, для того чтобы лучше ознакомиться с жизнью иноков Восточной церкви и изучить церковный чин богослужения. На возвратном пути из Константинополя преподобный Варлаам заболел и скончался в Святогорском монастыре (ныне уже не существующем), в г. Владимире Волынском, в 1065 г. Пред кончиною он завещал о погребении его тела в Печерской обители, коей завещал все иконы и церковную утварь, приобретенные им в Царьграде. Мощи его почивают в Антониевых пещерах. В пещерах сих построена и церковь в честь его имени. В «Иконописном подлиннике» преподобный Варлаам изображается так: «брада мало надседа, подоле как у Никиты мученика, на концы раздвоилась, в клобуке черном, правая рука благословенна, в левой книга, ризы преподобническия». (Филимонов, стр. 196).

Киев. патерик. Житие препод. Феодосия, составленное препод. Нестором. Собрание летоп., h6 Ih6 ч. Филарет, Рус. святые, III кн., 358–364 стр. Историч. словарь о рус. святых, 49 стр. Описание Киево-Печер. лавры, 103 стр. Полный христиан. месяцеслов, Киев, 1875 г. Четьи Минея, 19 ноября. Агиология Востока, архим. Сергия, т. II, 306 стр. Жития святых А.Н. Муравлева, ноябрь, 153–158. Д. Протопопов, ноябрь, 316–319. Гр. М. Вл. Толстой, Книга «О рос. святых», 18. История рус. церкви, архиеп. Макария, Филарета и др. Н. Барсукова, Источники агиографии, 77 стр.

Преподобный Илларион, родом из Кахетии, был сын знаменитых и благочестивых родителей, но у них долго не было детей и Илларион дарован был им Господом после долгих молитв. Для воспитания его в христианском благочестии родители отдали Иллариона сначала одному пресвитеру, а за тем (с 12 лет) в монастырь. На 16-м году Илларион, для большего уединения, удалился в Гаредж. монастырь. Здесь он десять лет подвизался в посте, бдении и постоянной молитве; молва далеко разносилась о строго благочестивой жизни Иллариона, и многие приходили к нему для назидания и утешения; в числе посетителей был один епископ из Кахетии, который рукоположил Иллариона сначала в диакона, а потом в пресвитера. Чрез несколько времени Илларион отправился в Св. Землю для поклонения святыням; посетил гору Фавор, обитель преподобного Саввы освященного, все святыни Иерусалима и поселился в Иорданской пустыни, где провел 17 лет в безмолвии, но по явлении ему во сне ангела, он возвратился в Гареджийский монастырь. Строгая, благочестивая жизнь Иллариона была причиною избрания его в епископа Кахетии. Но смиренный Илларион, поручив управление Гареджийским монастырем одному из своих учеников, в простой одежде, с двумя учениками, отправился сначала в Константинополь, за тем на Олимпийскую гору и поселился близь одной церкви, недалеко от какого-то монастыря. Исцелением больного монаха этой обители Илларион прославился, как чудотворец; но избегая славы, он удалился в Рим, где пробыв два года, отправился в Солунь. Здесь подвижническая жизнь и чудеса привлекли к нему многих ревнителей благочестия.

Скончался преподобный Илларион в Солуни в 882 г.; в том же году мощи его были перенесены в Константинополь, в храм Архистр. Михаила в Сосфении.

(Жизнеописание Грузин. святых М. Сабинина, ч. II, 105–125). Жизнь преп. Иллариона написана, по приказанию греческого императора Василия Македонянина (866–886), учеником его – иноком Василием на греческом языке, а с греческого – была переведена на грузинский язык иноком Феофилом в 1050 г. (бывшим впоследствии Тарсийским митрополитом), в царствование в Грузии св. Давида III, и помещена в Патерик Грузин. церкви; жизнеописание преп. Иллариона находится и у католикоса Антония I. В главном храме г. Солуни (обращенном в мечеть) находится прекрасное изображение преп. Иллариона во весь рост, с надписью: «Иларион грузин». (Муравьев, Жития святых». Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 319–321 стр. Агиология Востока, архим. Сергия, т. II, стр. 306).

О сем преподобном Варлааме у Барсукова (Источники Агиографии, стр. 79) сказано: «Варлаам Улейминский, Ростовский инок, основавший в 1460 году монастырь близ Углича на р. Улейме». Остатки «Жития» сохранились в «Повести о граде Угличе», составленной во 2-й половине XVIII в. (Ключевский, 318). В «Списках настоятелей» у Строева (стр. 356) не показано времени основания Улейминского Николаевского монастыря, и первый настоятель оного поименован в XVII веке (Варсонофий, убитый в 1609 г. литовцами). В «Материалах о православных монастырях» (В. Зверинскаго, II, 238) сказано: «Николаевский Улейминский Угличский монастырь, мужской, заштатный (с 1764 г.) Ярославской губернии, Угличскаго уезда, в 10 верстах к юго-востоку от Углича по дороге в Ростов, при слиянии рек Улеймы и Воржехоти. Основан в XV веке каким-то иноком-странником, поселившимся на Улейме с иконою св. Николая. Не был ли этот странник ученик преподобнаго Паисия (см. 6 июня), Варлаам, который в 1460 г. основал на Улейме свой монастырь? Возобновлен преосвященным (митрополитом Ростовским) Варлаамом в 1610 году». О сем Варлааме в «Описании Ростова Великаго» А.А. Титова (Москва, 1891 г., стр. 120) сказано: «из архимандритов Углицкаго Николо-Улейминскаго монастыря. Пастырствовал 31 год, преставился в Москве 9 июля 1652 года. Погребен в Ростовском соборе». У архим. Леонида, «Св. Русь», о преподобном Варлааме Улейминском сказано: «Варлаам, преподобный, Улейминский, Ростовский инок, основатель монастыря близ г. Углича, на р. Улейме, основаннаго в 1460 г. † в конце XV столетия. Неканонизован. Мощи почивают под спудом в церкви упраздненнаго Улейминскаго монастыря. Остатки жития его сохранились в «Повести о граде Угличе» и в списках XVIII века».

Преподобный Иоасаф подвизался в Нижегородском Печерском (старом) монастыре; ничего неизвестно о жизни его; в неизвестности могла бы остаться и богоугодная его жизнь, если бы только не совершилось обрушение в Волгу прежде существовавшего Печерского монастыря. В 1597 году Печерский монастырь был разрушен обвалом горы, близ которой он находился; в это-то время обнаружился гроб, мало прикрытый землею, с нетленным телом почившего в нем схимонаха. На расспросы: чьи это мощи? – братия Печерского монастыря ответили, что это – Иоасаф, угодный Богу по жизни и погребенный здесь за три десятилетия (т.е. за 30 лет до разрушения монастыря). Об открытии мощей преподобного Иоасафа в летописи сказано: «Последи того разрушения в третий день обретоша мощи позади церкви, мало землею покровены, бяше же схимонах, мощи убо его и ризы и гроб нетленны, токмо прият земля часть от лица его, власы же его все целы, и ничем невредимы, и миро (д.б. елей) во гробе есть. Во оно же время монахи древнии возвестиша, глаголюще, яко сей схимонах, именем Иоасаф, к Богу же в чувственном житии бысть зело подвижен и по преставлении его на сем месте погребен, тому же предъиде тридесят лет. Сему же бывшу, прииде Дудина монастыря (где ныне с. Подъяблочное, Горбатовского уезда) игумен Евфимий с братиею и того Печерскаго монастыря архимандрит Трифон с братиею же, – вси вкупе гроб с того места вземше, известнаго ради свидетельства, мощи смотриша и своими руками осязаша, и погребше его в ином месте, поставиша гроб с землею вровень, а не покровен землею, также и гробницу над ним устроиша». По перенесении Печерского монастыря на новое (нынешнее) место в 1597 г., мощи остались на прежнем месте, почему над гробницею Иоасафа в 1598 г. была построена деревянная церковь в честь Преображения Господня с приделами св. Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова и св. Николая чудотворца. Гробница преподобного Иоасафа находилась в Богословском приделе: «сей же преподобный Иоасаф», говорится далее в летописи, «почивает даже доныне в Старых Печерах, в церкви св. Иоанна Богослова, под спудом, иже изцеления многа подает с верою приходящим ко гробу его; гроб же его по левую сторону царских врат за клиросом». В 1794 г. церковь была построена каменная, вместе с этим была возобновлена пещера схимонаха Иоасафа и над местом его погребения устроена каменная гробница (длиною 3 арш., шириною 1½ арш. и в высоту 1 аршин). В пещере горит неугасимая лампада. Ежедневно после литургии совершается по схимонаху Иоасафу панихида. Записано несколько чудесных исцелений больных (с 1702 по 1853 г.). Неканонизован. (Агиология Востока архим. Сергия, III, 64 стр. Адрес календарь Ниж. Новгорода за 1888 г., диак. А. Снежинского, 958–959 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь», 194 стр. Н. Барсукова, Источники Агиографии, 262 стр.).

В числе русских святых местно чтимых, неканонизованных, находится Варлаам, епископ Суздальский. Скудные о нем остались сведения. Имя его в первый раз становится известным при управлении им Махрицким монастырем (Владим. епархии, Александровского уезда). В «Списке настоятелей» у Строева (стр. 237) он поставлен девятым (после Ионы 1527–1557 г. и прежде Гурия 1571). Время управления им Махрицким монастырем было с 1557 по 1570 г. В 1570 году Варлаам из игуменов Махрицкой обители был хиротонисан в сан епископа Суздальского. Варлаам, в звании Суздальского епископа, в 1571 г. участвовал вместе с прочими святителями в клятвенной о верности к царю записи князя Ивана Феодоровича Мстиславского (напечатанной в I т. Государствен. Грамот, 561–595 стр.); в 1572 г. Варлаам присутствовал на соборе, разрешившем четвертый брак царю Иоанну Грозному (Археолог. Акты, I, 330 стр.); он присутствовал также на соборе (20 декабря 1578 г.), постановившем празднество преподобному Иосифу Волоцкому († 9 сент.) (Чтения Импер. общества Истории и Рос. древн., стат. о книгах Волоколам. монастыря, 9 стр.). Варлаам участвовал также на соборе, касательно монастырских вотчин 15 января 1580 и 20 июля 1584 г. (Государств. Грамоты, I т., 583, 593 стр.). В 1578 году Варлааму дана была царская жалованная грамота на его архиерейские вотчины (Историч. акты, I, № 200). Ключарь Анания Федоров, в повести о граде Суздале, поместил надписи с покровов на св. мощах Суздальских чудотворцев, епископов Феодора и Иоанна (8 июня), вышитых удельною княгиней Евпраксией, вдовою последнего князя Владимира Андреевича, в святительство Суздальского епископа Варлаама, в июле 7086 (1578) и в июле же 7089 (1581) годов. Варлаам в 1577 г. при своем архиерейском доме построил церковь Введения Пресвятой Богородицы (Временник Император. общества Истории и Рос. древностей, кн. XXII, 51, 127 стр.). В Махрицком монастыре он отыскал житие св. Евфросинии Суздальской (25 сентября), составленное иноком Григорием и считавшееся уже утраченным, и представил царю Иоанну IV и митрополиту Антонию; вероятно, после сего было установлено празднование св. Евфросинии Суздальской. В Описании Махрицкого монастыря (История Рос. иерархии, V, 57) Варлааму приписывается построение в этой обители каменного храма Пресвятой Троицы; при освящении сей церкви, в 1551 г., царица Анастасия Романовна пожертвовала бархатные одежды на престол и другие вклады; из этого видно, что Варлаам в Махрицком монастыре настоятельствовал более 20 лет. Святитель этот пользовался за свою благочестивую жизнь глубоким уважением. Скончался в 1587 году и, согласно завещанию, погребен в Махрицком монастыре, в коем, вероятно, прожил последние годы своей жизни. (Журнал Мин. Народн. Просвещ., 1852 г., июль. А. Титов, Суздальские архиереи, в Чтен. Москов. общества любителей просвещения, 1892 г.).

Икона Божией Матери – «В скорбех и печалях Утешение» находится на Афоне и дана русскому Андреевскому скиту первым его игуменом. От сей иконы во время пребывания ее в России в 1863 г. совершались дивные чудеса, особенно – в Вятской губ. (С. Снессорева, «Земная жизнь Пресв. Богородицы», СПб., 1892 г., стр. 459). С этой иконы есть копии в церквах вашего отечества и некоторые из них местно чтимые.

В «Книге о святых» поименован «преподобный Варлаам, игумен Махрицкий», ученик св. Стефана Махрицкого (см. 14 июля). «Преставися в лето 6900 (в 1392 г., – но очевидно здесь ошибка, так, преподобный Стефан скончался в 1406 г., но вернее было бы одом его кончины считать 7000 г.)». В Списках настоятелей у Строева (стр. 237) преемником по игуменству препод. Стефану был Исия, его ученик, игумен с 1406 г. В числе настоятелей Махрицкого монастыря известны два игумена с именем Варлаама. Один – упоминается в 1517 году, преемник игумена Мисаила (1506–1508), а другой Варлаам, впоследствии епископ Суздальский (о коем сказано выше), игуменствовавший в Махрицкой обители с 1551 (или как у Строева с 1557) по 1570 (или 1571-й год). Игумен Махрицкого монастыря Варлаам упоминается в Агиологии Востока, архим. Сергия (III т., 60 стр.), как святой, неканонизованный. О нем упоминается у Барсукова Н. (Источн. Агиографии, стр. 77), но никаких не осталось о нем сведений.

В летописях Иоасаф, 6-й епископ Владимиро-Волынский, именуется «блаженным и преподобным»; он был избран на святительскую кафедру в 1223 году из иноков Святогорского монастыря, существовавшего еще в XI веке близ г. Владимира Волынского. Слава об его добродетельной жизни так далеко распространилась, что когда в 1229 г. Новгородцы избирали себе архиепископа, то в числе желательных кандидатов поставили и Иоасафа, но жребий пал на другое лицо. Где и когда скончался епископ Иоасаф, неизвестно. (Историч. опис. Владимиро-Волын. Успен. Мстислав. храма, О. Левицкого, Киев, 1892 г., 127 стр.).

Знаменитый первосвятитель Москвы Филарет (Дроздов) скончался 19 июня 1867 года. По своим духовным дарованиям приснопамятный святитель стоит в ряду тех великих подвижников и ревнителей правды, труды и подвиги коих с благоговением сохраняются в памяти потомства. Поставленный Промыслом Божиим на святительство церкви Московской, великий иерарх светил и сиял светом духовной мудрости далее за пределами не только Московской, но и всей Русской церкви. Его мощному, архипастырски наставительному совету, в течение полувека, с любовью и удивлением внимали – и православный Восток и инославный Запад. Его учение труды и глубоконазидательные слова на долго останутся для православной России предметом назидания и всестороннего ученого изучения. Время для полной, всесторонней истории жизни и деятельности митрополита Филарета еще не наступило, и наступит оно тогда, когда все письменные труды святителя сделаются достоянием науки. – Митрополит Филарет, в мире Василий, сын Коломенского протоиерея Михаила Дроздова, родился 26 декабря 1782 г.; обучался сначала в Коломне, затем в Троице-Сергиевой семинарии; в 1809 г. иеродиакон Филарет, состоявший учителем Троицкой семинарии и проповедником Сергиевой лавры, был вызван в С. Петербург на должность преподавателя философии в духовной семинарии и затем высшей риторики в только что открытой духовной академии. Отселе началась широкая и многоплодная деятельность будущего великого иерарха церкви Московской. В сане иеромонаха (с 28 марта 1809 г.), архимандрита (с 8 июня 1811 г.) и епископа Ревельского, викария С.-Петербургской епархии (с 5 августа 1817 г.), он проходил должности: инспектора С.-Петербургской духовной академии (с 23 февраля 1809 г.) и одновременно ректора Александро-Невского духовного училища (31 июля того же года), бакалавра богословских наук академии (с 8 февраля 1810 г.), ректора оной (с марта 1812 г.) и члена: С.-Петербургской духовной консистории (с 27 марта 1812 г.), Комиссии духовных училищ (с 30 августа 1814 г.), ИМПЕРАТОРСКАГО Человеколюбивого общества (с 16 июля 1816 г.) и Главного Управления училищ (с 7 апреля 1817 г.). И на всех этих поприщах служения приснопамятный святитель оставил весьма значительный след своей деятельности. С 15 марта 1819 г., по ВЫСОЧАЙШЕМУ повелению, епископ Филарет назначен архиепископом Тверской епархии и вместе членом Св. Синода. В этом последнем звании великий святитель, в течении 48 лет, принимал ближайшее непосредственное участие в обсуждении и решении важнейших вопросов, касавшихся веры и церковного управления, – и не одной нашей отечественной церкви, но и церкви Вселенской, а иногда, по призыву Верховной Власти, участвовал и в разрешении дел государственной важности. С 3 июля 1831 г. Филарет перемещен был на Московскую кафедру, а 22 августа 1826 г. возведен был в сан митрополита. Тело митрополита Филарета погребено в церкви св. праведного Филарета в Троице-Сергиевой лавре (Архиеп. Тверского Саввы, Предисловие к I тому собраний мнений и отзывов митрополита Филарета по учебным и церковно-государственным вопросам, I–II стр.).

* * *

Ноября 19 1825 г. в г. Таганроге скончался Государь Император Александр I-й Павлович Благословенный. Тело его погребено в С.-Петербургском Петропавловском соборе.

Об этой иконе в Агиологии Востока, архим. Сергия (т. II, 307 стр.) сказано, что 20 ноября празднуется: «Олонецкия иконы Божией Матери», – но нет никаких сведений о сей иконе. Не находится ее в Сборнике изображений Божией Матери и в сочинении С. Снессоревой, где собраны сведения о многочисленных иконах Божией Матери, чтимых в России.

О сей иконе упоминается в рукописных святцах Кайдалова, в Чтениях Московского общества любителей духовного просвещения (июнь, 1877 г.). Но нет никаких о ней сведений – ни о времени, ни о месте ее явления, хотя в означенных святцах эта икона названа «чудотворною». Нет упоминания о сей иконе ни в Сборнике изображений Божией Матери, ни у С. Снессоревой (в ее книге «Земная жизнь Пресвятой Богородицы»).

Преподобный Макарий скончался 22 января (1622–1623 г.), в каковой день совершается память ему (см. 22 января). Из «Иконописного подлинник» видно, что поминовение его совершалось 20 ноября, на канун главного монастырского храма, так как в Жабынской обители соборный храм посвящен Введению Божией Матери во храм.

Праведные родители Пресвятой Девы Марии, Иоаким и Анна, подобно Анне, матери пророка Самуила, молясь о разрешении неплодства своего, дали обет принести в жертву Богу дитя свое, если Господь им дарует его. Чрез три года по рождении у них преблагословенной Девы, они решились исполнить свой обет. Пречистая Дева Мария, не смотря на ранний возраст, оказывала явное стремление к назорейскому образу жизни при храме и сама просила родителей о скорейшем исполнении их обета. Чистейшая ее душа, призванная к великой тайне Божией, желала всецело посвятить себя Богу; сердце ее пламенело к Богу любовью чистою, искреннею. По выражению св. Церкви, Богоотроковица «младенчествовала плотию, но была совершенна душею» (канон 21 ноября, п. 4, ст. 2), «трилетствовала телом и многолетствовала духом» (там же, кан., п. 3, ст. 5). Потому-то святые родители Богоблагодатной решились, не смотря на раннее Ее детство, расстаться с Нею и посвятить Ее Господу.

В благочестивых преданиях сохранились подробности Введения во храм Пресвятой Девы. К торжеству посвящения Ее Богу собралось в Назарете много родных и ближних Иоакиму и Анне, а также множество юных дев, сверстниц Марии, для сопровождения Ее в храм; все отправились в Иерусалим. После вступления в св. город и семидневного очищения постом и молитвою, по обычаю, предписанному приносящим жертву в храм, праведные Иоаким и Анна, со всеми сопровождавшими их, приблизились к храму, ведя за руки свою трехлетнюю дочь, благодатную Марию; лик непорочных дев с зажженными свечами предшествовал им: сродники и знакомые шли за ними со свечами и пели священные песнопения. На встречу им из храма вышли с пением служившие в нем (храме) священники и старший между ними (первосвященник: этот титул усвоялся начальникам известных отделений священнических. – 2Пар.26:14; 1Эзд.10:5; Неем.12:7; Ср. Мф.2:4, 16, 21; Лк.2:52), Захария («иерей – главный – от чреды Авиани»). Священнические чреды, или отделения, учреждены были царем Давидом (2Пар.8:14, 35:4) и было их – 24. Крыльцо, ведущее ко храму, состояло из 15 ступеней, по числу степенных псалмов (119–133), которые пелись священниками и левитами при входе их в храм, на каждой ступени по одному (таково предание раввинов, см. Kimchi ad Psalm. CXX, 1). Праведные Богоотцы с благоговейными молитвами поставили свою дщерь на первую ступень. К общему изумлению всех присутствующих трехлетняя Мария скоро и бодро, без посторонней помощи, взошла на верхнюю ступень, где ее и принял первосвященник Захария. Прозрев во вводимой таинницу великих судеб Божиих, первосвященник не остановил Ее там, где обыкновенно стоял молящийся народ, но повел Пресвятую Отроковицу далее, «за первую и за вторую завесу» (Евр.9:3), во глубину святилища, во «святая святых», куда не дозволялось входить самим священникам, и куда лишь однажды в год имели право входить один только первосвященник, в день очищения, с жертвенною кровью (Евр.9:7; Лев.16:17–19). «Во святая святых святая и непорочная св. Духом вводится», воспевает св. Церковь (канон, 9 песнь на 21 ноября). Такое необычное, как бы нарушавшее древнейшие обычаи ветхого завета, введение Девы во святая святых, поразило недоумением всех предстоявших в храме, удивило даже самих Ангелов, которые, «вхождение Пречистыя зряще, удивишася: како Дева вниде во святая святых» (песнь 9 канона). Захария, введя Пресвятую Деву Марию во святая святых, назначил это место для постоянных Ее молитв. Св. Феофилакт говорит об этом так: «Архиерей, в то время объятый Богом, был вне себя и уразумел, что Отроковица эта – вместилище Божественной благодати и более его самого достойна предстоять повсечасно лицу Божию. Вспомнив же сказанное в законе о кивоте, которому повелено находиться во святая святых, он уразумел, что это прямо указывало на сию Отроковицу. И потому нимало не усумнясь, осмелился, вопреки постановлений, ввести Ее во святая святых» (Четьи Минеи, 21 ноября).

В церковной службе упоминаются следующие обстоятельства Входа Пресвятой Девы в храм: сопровождение ее отроковицами (ноября 20, канон, I песнь, 1 стих, светилен-слава) с зажженными свечами (ноября 20, утренний седален; канон, 3 песнь, 1 стих и 4 песнь, 1 стих и др.); встреча Ее первосвященником Захариею (ноября 20 – стихира на Господи воззвах, 21 ноября малая вечерня, лития и др.); введение Ея во внутреннейшее отделение храма (ноября 21, канон 2-й, песнь 7, ст. 6); воспитание во святая святых (ноября 20, канон, песнь I, ст. 2 и 3; и др.). О подробностях при введении Пресвятой Девы, кроме апокрифических повествований (Protoevangel.; Evangelium de nativitate Mariae et historia de nativitate Mariae, apud Tischendorf, Evangel. apocryph. edit. 1853 a., et Thilo, Codex apocryph. edit. 1832 anno), упоминают: Григорий Нисский в слове на Рождество Христово (см. Patrologiae, Cursus completus, t. XLVI, col. 1139); св. Андрей Критский в словах I–IV на Рождество Богородицы (Patrologiae, Cursus completus, tom. XCVII, col. 805–881); св. Иоанн Дамаскин в книге о православной вере (книга IV, глава 14), во 2-м слове на Рождество Богородицы, в слове на Успение Пресвятой Девы (Patrologiae, Cursus completus, tom. XCVI, col. 688–708), св. Герман, патриарх Константинопольский в слове на вход Пресвятой Богородицы (Patrologiae, Cursus completus, tom. XCVIII, col. 291–310), Георгий Никомидийский в беседе на Вход Пресвятой Богородицы (Patrologiae, Cursus completus, t. C, col. 1420), Георгий Кедрин (Compend. Historiae, pag. 153, edit. Basilii), Никифор Каллист (Eccles. Historia, I, 7), св. Димитрий Ростовский в Четьи Минеи под 21 ч. ноября и др.

Пресвятая Дева, поступив в храм, имела там особое место для молитвы и особое для чтения и рукоделия. В то время при храме Иерусалимском, построенном Соломоном и возобновленном Зоровавелем, находилось вокруг стен храма тридцать каменных обширных зданий в три этажа, с полными удобствами для жизни в просторных помещениях. В одних зданиях помещались девицы, посвятившие себя на служение Богу, в других – благочестивые вдовы, а в отдельных кельях жили назореи, посвятившие жизнь свою на (временное) служение храму и Богу; другие покои были определены для успокоения странников, приходивших в Иерусалим для поклонения истинному Богу. Трехлетняя Пресвятая Мария, по введении в храм, была помещена в обители девственниц. Старшие девицы обучали Ее чтению священных книг и женским рукоделиям по назначению первосвященника. В распределении времени занятий Пресвятая Отроковица следовала порядку, установленному при храме, и отличалась такими прекрасными качествами души, что жизнь Ее при храме свв. отцы называют примером чистой и святой жизни. Так, св. Иоанн Дамаскин замечает, что «в храме Она так жила, что, будучи удалена от сообщества неблагонравных мужей и жен, представляла образец жизни лучшей и чистейшей в сравнении с другими» (Слово 1-е на Успение Пресвятой Девы. Cursus completus, t. XCVI; Григорий Богослов, Carmina ad virgin. и др.). Бдительность в молитве, смирение, скромность, постоянство, внимание и кротость к подругам – были отличительными качествами Ее. С каждым днем, казалось, Она более и более совершенствовалась. Никто не слыхал от Нее какого-либо укора, никто не видал Ее во гневе. Пресвятая Дева, проживая при храме, располагала своим временем так: от раннего утра до третьего часа дня Она стояла на молитве; от третьего до девятого упражнялась в рукоделии или чтении книг Священного Писания; от девятого же часа начинала свою молитву и продолжала ее до вечера. Израильтяне считали часы дня от восхода солнца, так что 3-й час соответствовал нашему 9-му утра (Мф.20:3; Деян.2:15), конец 6-го часа (Мф.20:5; Ин.19:14) нашему полудню, с 11-ти часов (Мф.20:6; Мк.15:34) день клонился к вечеру (ср. Ин.1:39, 4:52; Деян.3:1, 10:3). Благочестивые люди имели обыкновение совершать молитву три раза в день (Дан.6:10), именно: утром около 3-го часа (9 часов – Деян.2:15), в полдень около 6 часов (12 часов – Деян.10:9) и после полудня, около 9 часа (3 часа по полудни – Дан.9:12; Деян.3:1, 10:30). Кроме того, всегда молились пред вкушением пищи и после вкушения (Мф.15:36; Ин.6:11; Деян.27:35). Для проживающих при храме часы молитвы были, без сомнения, вполне обязательны. Пресвятая Дева в скором времени совершенно обучилась чтению св. Писания, чем и пользовалась для возможно большего познания Закона Божия; отличное знание св. Писания и уразумение его смысла Она прекрасно выразила в своей песни, воспетой при свидании Ее с праведною Елизаветою. Из рукоделий Она занималась пряжею льна и шерсти; любила вышивать шелками, особенно одежды, принадлежащие к священническому служебному облачению, и во всем этом была очень искусна. Она свое искусство в рукоделии впоследствии засвидетельствовала тем, что приготовила для Божественного своего Сына не швейный, а истканный от верху до низу хитон, до того прекрасный, что распинавшие Господа не решились раздирать его, а определили жребием, кому он достанется. Пресвятая Дева, во время пребывания в храме, нередко видела явление ангелов; об этих явлениях свидетельствуют церковные песни (см. утренние каноны 20 и 21 ноября и др.; в этих песнопениях говорится о принятии Пресвятою Девою пищи «от руки ангела», о явлении Арх. Гавриила и др.) и отцы церкви – как-то: св. Герман, патриарх Константинопольский, Георгий Никомидийский и др. (в словах, произнесенных ими в праздник Введения Пресвятой Девы в храм). (Сказание о земной жизни Пресв. Девы, Афонское издание).

Праздник Введения в храм Пресвятой Девы установлен в православной (восточной) церкви ранее IV века. Указание на существование в этом веке праздника Введения Пресвятой Девы в Иерусалимский храм можно видеть в преданиях палестинских христиан, которые доныне указывают на остатки церкви, построенной св. равноапостольною Еленою в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы. (А. Норов, Путеш. по св. местам, ч. I, гл. XVIII). В IV веке св. отцы церкви (Григорий Нисский и др.) уже произносили проповеди в этот праздник. Известны также проповеди на сей день Константинопольских патриархов (VIII в.) Германа и Тарасия. В IX веке Никомидийский епископ Георгий и император Василий Македонский составили некоторые песнопения, воспеваемые церковью на праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы.

Праздник Введения Пресвятой Девы в храм – великий, двунадесятый, вселенский. Этот праздник есть «предизображение благоволения Божия (к людям), проповедание спасения (человеков) и предвозвестие (явления в мире) Христа – Спасителя мира» (тропарь праздника). Вхождением своим в храм Богоотроковица положила начало исполнению предвечного Совета Триипостасного Божества о спасении падшего человечества: «Совет предвечный превечнаго Бога во исполнение грядет предъгрядущей Ей воспитатися во святая святых – в жилище Слова» (канон 20 ноября, I п., 2 ст.). Появлением своим в храме, лишенном прежней славы, Пресвятая Дева предначала новую славу, затмившую древнюю. Иерусалимский храм, возобновленный Зоровавелем, в внешнем блеске не мог сравниться с храмом Соломона (1Езд.3:12; Аг.2:4), а между тем св. пророк Аггей предвидел, что «слава храма сего последняя будет паче первыя» (Аг.2:10), а пророк Малахия указал и самую причину сего необычайного прославления «в пришестии в церковь Господа и Ангела завета» (Мал.3:1). Но этому пришествию в храм Владыки храма предшествовало явление в храме Пресвятой Девы Богоматери. Ветхий закон тени и образов уже исполнил свое назначение, и вот – в вещественном храме вмещается «скиния святая и пространнейшая небес, приемшая невместимое во всей твари Слово Божие» (12 икос Богород. акафиста). Храм в это время был лишен главнейшей святыни – Ковчега завета, святое святых его было пусто, но слава его воссияла более храма Соломонова; в нем, по изъяснению св. церкви, «ковчег, Божественным Духом позлащенный, Пречистая показася, не скрижали носящь закона, но Христа Господа, Его же закон и пророцы древле предвозвестиша» (октоих, глас 4-й, вторник, утрен. кан., I п., Богородичен). Древний ковчег завета был накрыт «очистилищем», золотою крышкою, над которою распростирали свои крылья два херувима, изваянные из золота (Исх.25:17–21). Это очистилище, по вере иудеев, было местом, где всевездесущий Бог обнаруживал Свое особенное присутствие, открывал Свою волю и принимал молитвы Своего народа (Исх.25:22; Лев.16:2; Чис.7:89). Пресвятая Дева, как «небесный», огненный престол Вседержителя, есть, по учению св. церкви, «теплое очистилище миру, всего мира очищение» (Богородич. акафист). Она – «златокованная стамна, из нея же истече миро животворное верным» (октоих, гл. 8, понедельник, повечерие, канон, п. 7), «стамна, манну носящая, услаждающая всех благочестивых чувства» (Богород. акафист, кан., 4 п.). Эта «манна жизни» есть Христос, хлеб жизни и бессмертия, сшедший с неба (Ин.6:48–56). Пресвятая Дева – «златая кадильница», имевшая в Себе «огнь – Слово от Духа святаго» (служба 8 сентября, утрен. канон 2, п. 6); «благовонное, приятное молитвы кадило» (Богород. акафист, 3 икос), «светозарный свещник, приемший несказанно свет неприступный» (октоих, 6 глас, недел. утр. кан. 3, п. 8), «свеща, явльшаяся во тьме и вжигающая невещественный огнь» (Богородич. акафист, II икос). Она – «одушевленная, Божественная трапеза, вместившая животный хлеб» – Христа Господа (Богород. акафист, п. 3, тр. I). Где же, как не в храме Божием, предлежало Богоизбранной Отроковице предначать свое великое служение тайны воплощения Сына Божия? Где, как не во святилище, могли развиться и утвердиться те высокие качества души, те добрые навыки и благоговейные чувства, которые сделали Ее достойною быть «вместилищем Бога невместимаго?» (Богородич. акафист, 8 ик.).

В событии Введения Богоизбранной Отроковицы св. церковь созерцает исполнение пророчества царя Давида: «Предста Царица одесную тебе в ризах позлащенных одеяна. Слыши, дщи, и виждь, и приклони ухо твое, и забуди люди твоя и дом отца твоего. И возжелает Царь доброты твоея: зане той есть Господь твой и поклонишися Ему. Вся слава дщери цареви внутрь: рясны златыми одеяна и преиспещрена. Приведутся Царю девы в след ея, искренния ея приведутся тебе: приведутся в веселии и радовании, введутся в храм Царев» (Пс.44:10–16). На всенощном бдении в паремиях церковь созерцает величие Девы Марии в преобразовании скинии ветхозаветной, при освящении которой «покры облак скинию свидения, и славы Господни исполнися скиния“ (Исх.40:1, 5, 9–10, 34–35); так святый Дух осенял Пресвятую Деву – скинию воплощения Господа (Лк.1:35). Во 2-й паремии церковь созерцает Пресвятую Деву в прообразовании Кивота Господня, который при освящении храма Соломонова «священницы внесоша во святая святых под крыла херувимов» (3Цар.8:1, 3–7, 9–11). В третьей паремии церковь созерцает Богоизбранную Отроковицу в прообразовании врат, виденных Иезекиилем (Иез.43:27, 44:1–4). На литургии Апостол вещает о прообразовательном входе первосвященника в Скинию, который древле был закрыт до нового Завета (Евр.9:1–7). Утреннее и литургийное Евангелия – те же, что вообще читаются в Богородичные праздники (Лк.1:39–49, 56 и Лк.10:36–42, 11:27–28). Особенность Богослужения праздника Введения Пресвятой Девы в храм – пение с этого дня канона Рождеству Христову: «Христос раждается, славите»…

Воспоминание Введения во храм Пресвятой Богородицы продолжается 6 дней. Предпразднество праздника Введения Пресвятой Девы – 20 ноября, а отдание праздника – 25 ноября. Отдание великих двунадесятых праздников бывает большею частью в 8-й день после праздника и в день «отдания» обыкновенно оставляется служба дневному святому (см. 12, 21 сентября, 31 дек. и т.д.), но в день отдания праздника Введения во храм Пресвятой Девы служба дневного святого – 25 ноября (св. священномученика Климента, епископа Римского) не отправляется совместно с службою отдания праздника. В Служебнике 1863 года, изданном в Киево-Печерской лаврской типографии – под 27 числом ноября, о празднике Знамению Пресвятой Богородицы (в Новеграде) сказано: «служба вся 21 ноября (т.е. Введению Божией Матери)». Почему это сказано? или потому что 27-е ноября считалось днем отдания праздника Введения Божией Матери, или же потому, что до составления особой службы Знамения иконы Божией Матери – совершалась в честь сей иконы служба, положенная на праздник Введения Божией Матери в храм.

Икона эта находится в Владычнем женском монастыре, близ г. Серпухова Московской епархии. Об этой иконе в Душеполезном Чтении за 1880 год помещено любопытное дело: «Дошло до сведения моего, писал Московский митрополит Филарет, что из Серпуховскаго Владычняго монастыря храмовая икона Введения Божией Матери во храм, в следующие за праздником ея дни, вывозится в экипаже, в домы градских обывателей, даже без желания и просьбы хозяев, и в некоторых домах оставляется на ночь, а с нею остаются и находящияся при ней монахини также на ночь, в мирском доме. По сему, протоиерей благочинный Серпуховских церквей, имеет учинить следующее: 1) дознать и донести, действительно ли бывает вышеписанное, давно ли сие допущено и по какому разрешению; 2) настоятельнице монастыря объявить, чтобы св. икона не была выносима из обители впредь до разсмотрения сего дела; 3) дознание произвести чрез взятие письменных сведений от настоятельницы, от одной из старейших монахинь и от монастырских священников; 4) взять мнения настоятельницы и священников, не находят ли они оставление св. иконы в мирском доме на ночь несообразным с достоинством сей святыни и не безопасным». В 1865 г. – октября 21. «По делу о ношении иконы Введения Божией Матери из Владычняго монастыря по домам г. Серпухова довольно принять в разсмотрение следующее: 1) странствование св. иконы начинается за десять дней и более до праздника и продолжается несколько дней за праздник, не менее двух недель. Такое продолжительное хождение находящихся при ней монахинь по мирским домам неудобно по отношению к их званию; 2) икона вносится в домы не по просьбе хозяев, а потому, что святыню посылают к ним и предлагают принять оную, в чем иногда получают отказ. Это несообразно не только с достоинством святыни, но с достоинством духовенства; 3) св. икона в некоторых домах оставляется на ночь, причем монахини дежурят, а хозяева спят. Это со стороны хозяев неблагоговейно, для монахинь ночевать в чужом доме несообразно с их правилами; 4) оба монастырские священники находят оставление иконы в домах несообразным с достоинством святыни и не безопасным от непредвидимых нечаянностей (на иконе много драгоценных камней); 5) Указом св. Синода 21 февраля 1722 года предписано в городах из монастырей и церквей с образами к жителям в домы не ходить, а ежели кому какое обещание, и тот бы приходил в монастыри и церкви и обещание свое исполнял; а указом 6 апреля 1744 г. предписано для совершения молитвы над болящими св. иконы в домы приносить, молебствия и водоосвящения тотчас отправлять, и по исправлении молебствий возвращаться в прежния места, и при иконах не только трапезовать в доме не дерзать, но и разговоров чуждых не держать».

«Почему учинить следующее: 1) Ношение по домам иконы Введения Божией Матери во храм и других икон из монастыря произвольно не должно быть допускаемо. 3) Разрешается выносить св. икону в домы к болящим, по их просьбе, при сопровождении для охранения ея двух, или трех монахинь с тем, чтобы не было допускаемо никакого отступления от вышеприведеннаго указа 1744 года и чтобы она отнюдь не была оставляема в домах на ночь. 3) Разрешается также выносить означенную икону в установленный с утверждения св. Синода крестный ход (в память избавления от холеры, икона еще до обедни приносится в градской Троицкий собор, откуда выходят с крестным ходом на Торговую площадь), также в сопровождении 2 или 3 монахинь; но монастырскаго хора при сем не должно быть, ибо, по слову Апостола, жены в церквах да молчат, разрешается же им читать и петь только в монастырском церковном собрании»… (Филарет, митрополит Московский).

Ярополк, при крещении Петр, сын великого князя Изяслава и внук Ярослава Мудрого. С 1073 года, когда князья Святослав и Всеволод выгнали своего брата Изяслава – отца Ярополкова из Киева, почти пять лет он разделял с ним бедственную участь изгнанника. Ярополк был с своим отцом и у короля польского Болеслава Смелого и императора германского Генриха IV (первый был тесть великого князя Изяслава, а второй родственник, так как отец Генриха IV был женат на дочери великого князя Ярослава Мудрого). По поручению отца, Ярополк посетил Рим, испрашивал помощи (для возвращения Изяслава на великокняжеский Киевский престол) у папы Григория VII (Гильдебрандта); много было обещано ему на словах, но на деле никто не помог Изяславу в его правом деле, пока преподобный Феодосий не убедил князей Святослава и Всеволода добровольно оставить Киев в пользу Изяславa. Летописец так говорит о бедственной участи Ярополка: «Много беды приим, без вины изгоним от братии своея, обидим, разграблен, прочее и смерть горькую приим, но вечной жизни и покоя сподобися. Так бяше блаженныи сь (сей) князь тих, кроток, смирен, братолюбив, десятину дая св. Богородице от всего своего именья по вся лета и моляше Бога всегда, глаголя: Господи Боже мой! приими молитву мою, и даждь ми смерть, якоже двема братома, Борису и Глебу, от чужею руку, да омыю вся грехи своею кровию, избуду суетнаго сего света и мятежа, сети вражия: его же прошения не лиши его благий Бог: восприя благая она, ихже око не виде, ни ухо слыша, ни на сердце человеку не взыде, еже уготова Бог любящим Его». (Бычков, Летопись по Лаврент. списку, стр. 199–201). Ярополк, по примеру своих предков, в Киеве, вероятно, по возвращении отца его на Киевский великокняжеский престол (1077–1078), начал постройкой в честь своего ангела, Апостола Петра, каменную церковь, но за раннею смертью не мог окончить. Молитва Ярополка о мученической смерти услышана была Богом. О страдальческой кончине его в летописи под 1086 г. записано: «Иде Ярополк (к) Звенигороду (южному) и не дошедшу ему града, прободен бысть от проклятаго Нерадьця, от диавола научен (наго) и от злых человек. Лежащу ему ту на возе, саблею с коня прободе и, месяца ноемврия в 22 день; и тогда воздвигнувся Ярополк, выторгну из себе саблю, и возопи великим гласом: ох, тот мя враже улови. Бяжа Нерадец треклятый (к) Перемышлю к Рюрикови (Рюрику Ростиславичу), и Ярополка вземше отроци... несоша и Володимерю (в г. Владимир-Волынский, коим владел князь Ярополк Изяславич), а оттуда к Киеву. Изыде противу ему благоверный князь Всеволод с своима сынъма, с Володимиром и Ростиславом, и вси боляре и блаженный митрополит Иоанн с черноризци и презвутеры, и вси Кияне велик плачь сотвориша над ним, со псалми и песньми проводиша и до святаго Дмитрея (т.е. до Дмитриевского монастыря), спрятавше тело его, с честью положиша и в раце мраморяне в церкви св. Апостола Петра, юже сам начал здати преже»… Летописцы, начиная с преподобного Нестора, свидетельствуют, что благочестивый убиенный князь Ярополк Изяславич считался в числе угодников Божиих. В рукописных святцах XVII века он помещен в числе святых и память его показана под 21 числом ноября (также память его показана 21 ноября в Агиологии Востока архим. Сергия, II т., 308 стр. и в Полн. христ. месяцеслове, Киев, 1875 г.), но в Почаев. лавре память св. Ярополка Изяслав. совершается 22 ноября. (Волынский Патерик, 24 стр. Собран. летоп., I, 86–103. Степен. книга, I, 232. Никон. летопись, I, 189. Карамзин, История Рос. государства, 2 пр., 128–130. Иностр. Акты России, I, № 1. Филарет, Рус. святые, III кн., 364–369. Волын. Еп. Ведом., № 2, 1871 г. (прот. А. Хойнацкого), Волынь, издание П.Н. Батюшкова, 36–39. Н. Барсукова, Источники Агиографии, 579–581. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 331 стр.

Св. Михаил был сын великого князя Ярослава III Ярославича, родился в 1271 г. в год кончины старшего своего брата, Михаила (родившегося в 1267 и умершего в 1271 воду), в отличие от коего называется «младшим». Под влиянием благочестивой своей матери Ксении (см. 24 января) он получил строго религиозное воспитание, а грамоте обучал его новгородский святитель (вероятно, Климент). На Тверской княжеский престол Михаил вступил в 1282 воду. В 1286 воду литовцы вторглись в Тверскую землю, но были отражены и ушли с большею для себя потерею. В 1293 г. Михаил отправлялся в Орду, вероятно за ярлыком на Тверское княжество; 8 ноября 1294 г. Михаил Ярославич вступил в брак с Анною (2 октября), дочерью Ростовского князя Димитрия Борисовича. В 1295 воду Михаил заключил союз с новгородцами, с обязательством помогать друг другу в случае обид от великого князя Андрея Александровича, или в случае нападения татар; в 1301 г., во исполнение договора 1295 г., Михаил ходил на помощь новгородцам против шведов, построивших на р. Неве против Охты крепость Ландекрону, каковая крепость была сожжена новгородцами. В 1304 г. умер великий князь Андрей Александрович, и его бояре, во главе с Акинфом, отъехали в Тверь, предполагая, что в политических тогдашних делах она (Тверь) возьмет верх. С этого времени начинается продолжительная борьба Твери с Москвой, где с 1304 г. князем был Юрий Данилович. Михаил, как старший между князьями, отправился в Орду за получением ярлыка на великое княжество. Туда же, не смотря на убеждения митрополита Максима, отбыл и Юрий (и тоже за ярлыком на великое княжество); в отсутствие князей были враждебные столкновения бояр московских и тверских в пользу своих князей. Возвратившись из Орды с ярлыком на Владимирское великое княжество, Михаил примирился с Юрием Московским, но в 1305 г. братья Юрия – Александр и Борис Данилович – почему-то отъехали в Тверь; вероятно, побуждаемый братьями Юрия, а также и тем, что Московский князь вероломно убил Рязанского князя Константина Романовича, проживавшего в Москве, Михаил Ярославич с войском выступил против Юрия, разорил много селений Московского княжества, за тем, заключивши с Юрием мир, возвратился в Москву. Вслед за сим он отправился в Новгород для разбора возникших там споров о границах между новгородскими и тверскими землями. В 1313 г. Михаил Ярославич и Московский митрополит св. Петр путешествовали в Орду к новому хану Узбеку за ярлыками. Из Орды князь возвратился в 1315 г.; в это время св. Петр поставил в Тверь епископа Варсонофия, на место епископа Андрея, оказавшегося клеветником на святителя (см. 21 декабря). В отсутствие Михаила Ярославича, новгородцы, прогнав от себя тверских наместников, передались на всю волю Московского князя Юрия, который отправил в Новгород своего наместника и вместе с новгородцами жег селения в Тверском княжестве по левой стороне Волги. Вероятно, Михаил, еще в бытность свою в Орде, узнал о разорении Юрием и новгородцами его владений и пожаловался на него в Орду, вследствие чего Юрий, по отбытии Михаила Ярославича в Тверь, не только усиленно оправдывался пред ханом, но и породнился с ним, вступив в брак с сестрою Узбека Кончакою. Породнившись с ханом, Юрий получил от Узбека ярлык на великокняжеское достоинство. С большой свитой татар, во главе с Ковгадыем, Юрий возвратился в Москву и завел тайные сношения с новгородцами, приглашая их напасть на Тверское княжество с севера, обещаясь в то же время с войском и татарами напасть на Тверь с юга. Михаил Ярославич, вовремя узнавший о замыслах против него, немедленно выступил с войском против новгородцев и одержал над ними победу. Юрий, почему-то замедлив на помощь своим союзникам – новгородцам, с суздальскими князьями и татарами отправился к Клину и разорил его; далее пошел против Твери, но Михаил с своими тверитянами и кашинцами 22 декабря 1318 г. при селе Бартеневе разбил союзные войска Юрия, захватил в плен его жену Кончаку, Ковгадыя и многих князей и бояр. В Твери в скором времени умерла Кончака, что подало повод Юрию и врагам Михаила Ярославича обвинять его в отравлении супруги Юрия. С Юрием заключен был мир; из плена возвращены союзники Юрия и Ковгадый, который, притворяясь другом Тверского князя, давал советы Юрию отправиться в Орду и там оклеветать Михаила в отравлении ханской сестры – и сам, отправившись к Узбеку, клеветал на Тверского князя в утайке им дани и в намерении бежать к немцам. Михаил Ярославич, в виду предстоящей ему из Орды грозы, вперед отправил к хану своего сына Константина, в качестве заложника, а затем и сам намеревался отправиться туда. Ковгадый, опасаясь, как бы Михаил не оправдался в клеветах на него взнесенных им, подсылал убийц умертвить Михаила, но безуспешно; тогда он начал представлять хану, что Тверской князь и не думает являться в Орду, а потому Узбек готов уже был послать войско для разорения Тверского князя, который, впрочем, предупредил грозу со стороны хана, явившись в Орду. На пути – во Владимире – Михаил от ханского посла Ахмыла узнал о клеветах, взведенных на него Ковгадыем, вследствие чего окружавшие князя советовали ему послать в Орду другого сына, а самому переждать, пока пройдет ханский гнев; но Михаил, не желая навлекать на свою отчину гнева Узбекова, решился продолжать путь в Орду. Предчувствуя свою кончину, Михаил Ярославич отослал домой сопровождавших его сыновей, «дав им ряд, написав грамату и разделив им отчину свою». В начале сентября Михаил нашел хана при устьи р. Дона. Чрез полтора месяца после сего Узбек приказал дать суд князьям (Юрию и Михаилу); суд два раза производился и оба раза не в пользу Михаила, так как судьями его были Ковгадый и подкупленные Юрием ханские вельможи. Они обвиняли Тверского князя в гордости, непокорности хану, в оскорблении ханского посла (Ковгадыя), в отравлении жены Юрия – Кончаки, в утайке ханской дани и т.п. Михаил представлял оправдания, но его не слушали и, как преступника, заковали в цепи. Решительный приговор об участи Михаила Ярославича был отложен, потому что Узбек отправлялся на охоту; за ним повлекли и Михаила, на которого на ночь надевали колодки и отдавали под стражу. Святой князь ночи проводил в молитве и чтении псалмов. Однажды слуги Михаила приготовили проводников и лошадей для побега, предлагая ему воспользоваться удобным к сему случаем, но Михаил Ярославич отклонил это, говоря: «Не дай Бог сделать это. Во всю жизнь я не бегал врагов; и если я один спасусь, а мои люди останутся в беде, какая мне слава? Нет, да будет надо мною воля Божия». Истязания святого Михаила продолжались на пути хана до города Дербента, в недалеком расстоянии от которого совершена была казнь над святым князем (22 ноября 1318 г.). В самый день кончины он исповедался и приобщился святых Таин, потом, призвав к себе сына Константина, объявил ему свои распоряжения об отчине, боярах и слугах: «Дайте мне теперь псалтирь, сказал он, вельми прискорбна душа моя». В скором времени явились Ковгадый и Юрий в сопровождении множества народа к шатру, где находился святой страдалец. Убийцы вошли в шатер и застали Михаила стоящим на молитве; они бросились на него и ударили о стену так сильно, что проломился шатер; несмотря на это, Михаил, крепкий здоровьем, вскочил на ноги. Тогда стали его бить и топтать ногами, и наконец один из убийц, некто Романец, вонзил нож в ребра князя и повернул его там. Не только шатер был ограблен, но и тело святого князя было обнажено. Ковгадый, увидя обнаженное тело святого Михаила, с досадою сказал Юрию: «он твой дядя – чего же ты смотришь, что тело его брошено нагим?» По распоряжению Юрия тело мученика князя покрыли одеждою, положили на телегу и отправили в Москву. В Моджарах³ некоторые благочестивые купцы желали поставить тело мученика в церкви и покрыть дорогими тканями, но бояре Юрия не позволили им и посмотреть на убиенного и поставили тело его в сарае. В Москве тело св. Михаила было погребено у Спаса на бору в Кремле. Между тем в Твери не знали о судьбе Михаила Ярославича и только чрез год (в 1319 г.) туда пришла печальная весть о его мученической кончине. Тогда супруга св. Михаила – Анна и его дети испросили у Юрия тело его и торжественно похоронили в Тверском кафедральном соборе, где оно и доныне почивает нетленным. В «Иконописном подлиннике» под 22 ноября сказано: «Убиение св. благовернаго великаго князя Михаила Ярославича Тверскаго; подобием плешив, надсед мало, брада аки Михаила Черниговскаго, на главе шапка княжеская, в правой руке крест, а в левой меч в ножнах; убиен бысть в лето 6827». (Филимонов, стр. 198). Празднование памяти св. Михаила Тверского установлено соборным определением 1549 г. (Макария, История Рус. церкви, VIII т.). В Уставе церковных обрядов, совершавшихся в Московском Успенском соборе (октябрь 1634 г.), под 21 (22) ноября сказано: «Убиение великаго князя Михаила Тверскаго, трезвон середней; поют с полиелеосом» (Тимофеев, Истор. Библ., III, 36 стр.). Михаил Ярославич от брака с Анною Димитриевной имел четырех сыновей: Димитрия – прозванного «Грозные Очи» (родился в 1299 г., убит в 1326 г., он имел в супружестве Марию Гедиминовну, дочь Литовского князя Гедимина), Александра (родив. в 1301 г., † 1339 г. Супруга его называлась Анастасиею), князя Холмского и Микулинского, Константина (род. в 1306 г., † в 1345 г. Супруга его 1-я София, дочь Москов. князя Юрия Даниловича, с 1320 г., – и 2-я Евдокия, неизвестная по происхождению); в удел ему, Константину, дан был Дорогобуж – и Василия (род. 1309 г., † 1368 г.; супруга его была Елена Ивановна, брянская княжна; ему дан был г. Кашин) и дочь Феодору. Димитрий Михайлович скончался бездетным. У Александра Михайловича было 6 сыновей (Лев, род. 1321 г., Феодор, род. 1327 г., † в 1339 г., Всеволод, князь Холмский, род. в 1339 г., † в 1364 г., в супружестве имел Софию, неизвестного рода, Михаил, князь Микулинский, род. в 1333 г.; за ним в супружестве была Евдокия Константиновна, Суздальская княжна, Владимир и Андрей, умершие в 1364 г. и две дочери: Юлиания, впоследствии супруга Литовского князя Ольгерда и Мария, впоследствии супруга великого князя Московского Симеона Гордого). (Родословную таблицу Тверских князей см. у Экземплярского, Удельные князья). Великими князьями Тверской области были после Михаила Александровича † 1399 г.: сын его Иоанн (р. 1357 г., † 1425 г.; он имел двух супруг, из коих первая – Мария Кейстутовна, с 1375 г. † 1404 г., вторая – Евдокия Димитриевна, Дорогобужская, с 1408 г. † 1411 г.); преемником Иоанна был сын его Александр (р. 1385 г., † 1427 г., женат был на дочери Феодора Михайловича, князя Моложского); после смерти Александра Ивановича были его преемниками его сыновья – сначала: Юрий (1398 † 1326), а за тем Борис (1425 † 1461); Борис был женат дважды: в первый раз на Анастасии Андреевне, Можайской княжне, † 1451 г., а в другой – на Анастасии, дочери Александра Васильевича Шуйского – Глазатого, с 1453 г. Его преемником и последним Тверским (самостоятельным) князем был Михаил Борисович (р. 1453 г. † 1486 г.); женат был в первый раз на Софии, дочери Киевского князя Симеона Олельковича с 1471 г.; а во второй раз – на неизвестной по имени внучке польского короля Казимира IV-го.

О страданиях св. Михаила Ярославича, Тверского князя, сохранилась повесть современника в Полном собрании летоп., V, 207–215; VII, 188–197. Никон. летоп., III, 109–122. Степен. книга, III, 425–432. Карамзин, История Рос. государства, IV, 120–127. Соловьев С., История России.

Филарет, Русские святые, III ч., 369–385. Историч. Словарь о рус. святых. Протоиерея А.В. Соколова: «Св. благоверный великий князь Михаил Ярославич», Тверь, 1864 г. Пролог. Списки жития св. князя Михаила перечислены у Н. Барсукова, Источники Агиографии, стр. 371–372. Св. Михаилу есть особая служба, помещаемая в служебн. Минеи (22 ноября); есть и акафист.

Св. благоверный князь Александр Невский был сын благочестивых родителей – великого князя Ярослава II-го Всеволодовича (см. 30 сентября) и Феодосии (см. 5 мая), дочери князя Мстислава Мстиславича Удалого (см. 15 апреля). Особенная благодать Божия почивала на единокровных его – родителях и других его родственниках, верно служивших Богу и в сане державных князей земли русской, и в подвигах исповедничества за веру Христову и в иноческих трудах. И св. князь Александр в жизни своей подражал своим благочестивым предкам.

Св. Александр родился 30 мая 1219 г. в г. Переяславле; измлада воспитан был в благочестии; любимыми его занятиями были чтение св. книг, пение церковных песнопений и посещение храма Божия. Отец его, Ярослав, восьмилетним отроком оставил его в Новгороде, вместо себя, под надзором боярина Феодора Даниловича. В 1236 г. Александр занял княжеский престол в Новгороде; в это-то время страшное несчастие (татарский погром) постигло землю русскую. Батый с своими полчищами не достиг Новгорода; но за то соседние с Новгородом народы – литовцы и немцы постоянно угрожали вольному городу своими нападениями и разорениями. Около этого времени (1239 г.) Александр Ярославич вступил в брак с Александрою, дочерью Полоцкого князя Брячислава. Вместо того, чтобы утешаться тихою семейною жизнью, Александр строить укрепления на р. Шелони для предупреждения вражеских вторжений в новгородские пределы. Для переговоров относительно возникших неудовольствий между Новгородом и Литвой приезжал для свидания с св. князем Андрей, магистр ордена литовских рыцарей. Он изумился мудрости св. Александра и, возвратясь домой, говорил: «Многия страны прошел я, видел царей их и князей, но нигде не нашел подобнаго Александру мужеством и красотою, ни в царях – царя, ни в князьях – князя». Слава Александрова не давала покоя королю шведскому Эрику, и он с своим зятем Биргером решился напасть на новгородские земли. «Защищайся, Александр, если можешь, я на твоей земле» – послал гордый Эрик вызов св. князю на битву с ним. Мало было дружины у св. Александра, но он возложил всю свою надежду на Бога и прежде всего поспешил к новгородскому владыке Спиридону – испросить у него благословение на предстоявший тяжелый подвиг. Укрепив себя молитвою и надеждою на помощь Божию, св. князь ободрял свою немногочисленную дружину: «Если Бог за нас, то кто на нас? Не в силе Бог, а в правде». И днем битвы он назначил день памяти равноапостольного Владимира, своего святого предка. Ночью пред битвой св. князь был ободрен видением благочестивого Пелгусия, в крещении Филиппа, удостаивавшегося видеть свв. страстотерпцев Бориса и Глеба (см. 2 мая), поспешавшим на помощь своему сроднику, князю Александру. Упорная битва 15 июля со шведами на берегах Невы окончилась славною победою св. Александра над Биргером; за эту победу св. Александр получил наименование «Невского». К сожалению, спасенные от врагов новгородцы своими раздорами вынудили кроткого князя оставить вольный город и зимой того же (1240) года он, вместе с матерью, супругой и своим двором, выехал из Новгорода в Переяславль (Владимирский). Тогда на Новгород снова напали немцы, вздумавшие отмстить за поражение на Неве. Взявши Изборск, они подступили к Пскову, выжгли его предместья и обложили данью Водскую пятину; затем построили крепость на берегу Финского залива и стали грабить окрестности Новгорода. Гордые новгородцы смирились и отправили послов к великому князю Ярославу с просьбой прислать им желанного Александра; вместо него великий князь прислал третьего своего сына – Андрея, с войском, но дружина Андрея не могла остановить вторжения врагов в Новгородскую область. Тогда новгородцы упросили своего владыку (архиепископа Спиридона) ходатайствовать пред великим князем об отпуске к ним Невского героя. Св. Александр не замедлил явиться в Новгород и с своею дружиною напал на немцев, прогнал их и разорил их крепость на Копорье. Молва о храбром и мужественном князе Александре достигла до татарской Орды, и Батый вызвал его к себе. Благоверный князь для пользы отечества решился отправиться в Орду, где ласково был принят ханом. В отсутствии его, немцы снова напали на Псков и взяли его. Узнав об этом, св. Александр немедленно по возвращении из Орды, выпросил у своего отца низовые полки и присоединил к ним новгородскую дружину. Укрепив себя молитвой в храме св. Софии, он быстро двинулся к Пскову и изгнал из него врагов; затем, чтобы оградить северный край новгородской земли, св. Александр двинулся в Чудскую землю, принадлежавшую тогда Ливонскому ордену, и на Чудском озере 5 апреля 1242 г. произвел знаменитое «ледовое побоище», во время которого немцы потерпели страшное поражение: одних рыцарей погибло в бою до 500. Но знаменитый защитник земли русской, одолевши одного врага, с дружиной своей устремился против литовцев, часто своими набегами разорявших северные пределы России, и в один поход разбил семь литовских ратей. После этих поражений литовцы не нападали на новгородские земли до 1245 г., а в этом году они решились на грабеж русских селений. Тверитяне и дмитровцы нагнали литовцев под Торопцем (Псковской губернии), в котором они и заключились; на другой день прибыл сюда Александр с новгородскою дружиною и на голову разбил литовцев; такая же участь постигла и другую рать литовцев под Усвятом. В 1246 году скончался великий князь Ярослав Всеволодович и достоинство великого князя перешло к брату его – Святославу. Александр и Андрей от отца получили уделы свои, по завещанию отца. Хотя Андрей был моложе св. Александра и Димитрия, но, по властолюбию своему, решился добыть себе великокняжеский титул; с этою целью он отправился в Орду, где успел склонить хана в свою пользу и получил титул великого князя Владимирского; а св. Александру, который также находился в Орде, дан был титул князя Киевского. Будучи Киевским князем, св. Александр не оставлял своим вниманием Новгород; в 1250 году он посетил этот город, а в 1251 году принимал у себя митрополита Кирилла (см. 19 декабря) и ростовского епископа Кирилла II-го (см. 21 мая), прибывших туда для поставления в архиепископа Новгороду Далмата (по смерти архиепископа Спиридона). Ранее сего времени (а именно в 1248 году) римский папа Иннокентий IV присылал к св. Александру двух кардиналов с письмом, в коем убеждал его принять латинство; но доблестный поборник православной веры отвечал папе совершенным нежеланием вступить в соединение с римскою церковью. Властолюбивый Андрей Александрович, получивши титул великого князя, не оставлял в покое своего дядю Святослава Всеволодовича, который вынужден был отправиться в Орду к новому хану Сартаку, сыну Батыя, с жалобой на него. Этим доносом Святослав возбудил гнев хана, который отправил войско, под начальством Неврюя, усмирить князя Андрея. Легкомысленный этот князь решился противостать татарскому войску, но потерпел поражение и бежал в Колывань (Ревель), а затем к шведам. На счастье, России в это время в Орде (уже в 3-й раз) находился св. Александр, который убедил хана не разорять России из-за легкомысленного поступка Андрея. Хан не только подчинился совету Александра, но и почтил его титулом великого князя. Мудрый великий князь видел, что не настало еще время освобождения России от татарского ига, и в покорности хану видел только средство спасения своего отечества и благоразумным своим управлением настолько успел для блага св. православной церкви, что даже в самой столице ханской учреждена была (в Сарае) епископская кафедра для пользы и утешения князей и русских людей, вынужденных проживать долгое время в Орде. Охраняя русскую землю покорностью хану, св. Александр имел возможность утишать внутренние раздоры и подготовлять русских к единодушию. В Новгороде княжил в это время сын св. Александра – Василий; но новгородцы почему-то не взлюбили его, выгнали от себя и призвали Ярослава, брата Александрова. Великий князь решился наказать вероломных новгородцев, но Новгород смирился и снова принял к себе Василия Александровича. Из великого Новгорода св. Александр должен был поспешить в Нижний Новгород к Улавче, родственнику хана Берки, чтобы заключить с ним договор о налогах и народной переписи. В 1256 г. шведский король Биргер-Ярл выслал сильное войско в Вотскую землю и приказал построить крепость на р. Нарове. Новгородцы обратились за помощью к св. Александру. Великий князь, с благословения митрополита, решился с своими войсками отразить шведов и, одержав над ними блестящую победу, положил конец своеволию немирных своих соседей. В 1257 г. св. Александр снова предпринял (4-е уже) путешествие в Орду. Эти поездки великого князя предпринимались им для блага родной земли: нужно было уставить надлежащие отношения России к татарам. Здесь требовались великая мудрость и сила воли, чтобы оградить русскую землю, не имевшую еще возможности защищаться от татар, сохранить веру православную чистою. Св. Александр предвидел, что Россия со временем окрепнет и свергнет с себя ненавистное иго татарское, если сохранит св. веру во всей ее чистоте и народные свои свойства в их неприкосновенности. Из Орды, вслед за великим князем, приехали в Россию татарские численники и переписали земли – Суздальскую, Муромскую и Рязанскую, обложив их податями. По совершении переписи св. Александр с численниками отправился в Орду, чтобы удостоверить хана в исправном взносе налогов и правильности сделанной переписи. Из Орды св. князь должен был поспешить в Новгород, где и слышать не хотели о народной переписи; не только народ был против нее, но и самый князь (Василий, сын Александра Невского), увлекшись бесполезною мыслью о сопротивлении татарам, отказался повиноваться своему отцу и бежал в Псков. Великий князь в 1258 г., прибыв в Новгород, усмирил мятеж, поставил над новгородцами князем своего сына Димитрия, а Василия отправил в суздальскую землю. На возвратном пути из Новгорода св. Александр прожил несколько времени в Ростове, а затем возвратился в Владимир. Зимою 1259 г. в Новгород пришли татарские численники, им сопутствовал сам князь, и, только благодаря его присутствию, новгородцы усмирились и согласились на народную перепись. Татары, для удобства сбора податей с русского народа, решились своих «численников» – сборщиков податей – заменить откупщиками хивинцами. Эти откупщики, называемые в русских летописях «бесерменами», при сборе податей обращались с русскими крайне жестоко; дерзость их доходила до того, что они издевались над святынею. Терпение русских истощилось и в некоторых городах (Владимир, Ростов, Суздаль и др.) произошло поголовное истребление «бесерменов». За своих откупщиков заступилась Орда, и России грозило страшное опустошение, в предупреждение коего св. Александр снова должен был отправиться в Орду (1262 г.), где пробыл до осени 1263 г. и успел умилостивить хана. С радостными вестями великий князь возвращался из Орды, но на пути, близь Городца (Балахн. уезда, Нижегор. губернии), он сильно заболел. Св. Александру в это время было только 43 года, но тяжкие подвиги (особенно частые путешествия в Орду), труды и скорби душевные рано расстроили его крепкое здоровье. Чувствуя приближение смерти, великий князь, по влечению своего благочестивого сердца, решился принять иночество с именем Алексия; во время обряда пострижения он приобщился св. Таин и затем мирно скончался 14 ноября 1263 года. Во Владимире еще не знали о кончине благоверного князя. Эту скорбную весть внезапно возвестил народу митрополит Кирилл. «Дети», сказал святитель, выйдя (из алтаря) во время священнослужения, «зашло солнце земли русской». Народ сначала не понял слов митрополита; тогда святитель сказал: «благоверный великий князь Александр ныне преставился». «Погибаем мы», – воскликнули присутствовавшие в храме. За десять верст митрополит Кирилл, со множеством народа, встретил погребальное шествие защитника земли русской. Погребено было тело св. Александра в Рождественском Владимирском монастыре 23 ноября, и в день этот впоследствии установлено было праздновать св. благоверному великому князю Александру Невскому. В Уставе церковных обрядов, совершавшихся в Успенском Московском соборе (октября 1634 г.) сказано: «ноября в 23 день князю Александру Невскому трезвон средней бывал; а 139 (1503) для храма в ревут, приказано в вечеру отпуск книгу Минею Четью, а по утру сосуды золотые да шандалы оловянные». (Тимофеев, Рус. Истор. Библиотека, III, 36). В «Иконописном подлиннике» под 23 ч. ноября: «подобием, брада аки Козмина, в схиме, кудерцы видеть маленько из под схимы, риза преподобническая, испод дымчат, в руке свиток сжат, сам телом плечист». (Филимонов, стр. 199). Впоследствии воспрещено было, при императоре Петре I-м, изображать св. Александра в монашеском одеянии. В житии св. Александра Невского сказано, что когда митрополит Кирилл при отпевании подошел к усопшему, чтобы вложить в его руку прощальную грамоту, то рука разогнулась сама собой, как бы живая, что принято было присутствовавшими при погребении за знамение небесной славы, которую стяжал великий князь. На месте кончины св. Александра существует мужской Феодоровский монастырь, и в главном монастырском храме устроен придел в честь св. Александра Невского. На средства этого монастыря, но отчасти и при пособии от казны, в Нижнем Новгороде, в пределах знаменитой Макариевской ярмарки, построен также собор в честь св. Александра Невского.

Житие св. Александра Невского – по исследованию В.О. Ключевского (Древн. жития святых, 65, 238, 251, 258 и 312 стр.). Списки первой редакции жития св. Александра находятся в Москов. духов. Академии, № 576, XVI в.; Полн. собрание рус. летописей, I, 204–206; V, 2–6, 176, 181, 191; VII, 146–151; XV, 375–384. Москов. публ. Музея, № 1772, XVI–XVII в.; Списки 2-й редакции в Костром. Ипат. монастыре, XVI в.; Четьи Минен Тулупова (Сергиев. лавры, № 671, 1629); Чудов. под 23 ноября, Сергиев. лавры, № 199, 692, XVI в. Вторая редакция составлена вскоре после собора 1547 г. по поручению Московского митрополита Макария. Ключевский сочинение это приписывает иноку Рождественского Владимирского монастыря Михаилу. Третья редакция (списки коей находятся у Вяземского, № С.; Степен. книга, л. 204; Оболенского, № 74, XVII в.; С.-Петерб. дух. Академии, № 327, см. в Истории рус. церкви, митроп. Макария, VI т., 217 стр.; Синодал. Москов., № 277; у Строева, № 115, XVIII в. и у Толстого, № 183, XVII в.) составлена также при митрополите Макарии и, по предположению г. Ключевского, вышла из того же Рождественского Владимирского монастыря, где покоилось тело св. князя. Состав редакции показывает, что она написана исключительно для Степен. книги (стр. 239). Напечатана (Степен. книга, I, 355–376). Четвертая редакция жития св. Александра Невского составлена в Псковской области биографом местных святых Василием (Ключевский, стр. 251–258). Списки этой редакции находятся в Четьи Минеи Синод. и Тулупова под 23 ноября; у Румянцева, № 397, XVI в.; у Тихонравова, XVII в.; у Ундольского, № 274, XVII в. и у Царского, № 378, XVI в. Пятая, самая обширная редакция находится в Антон. Сийском монастыре; Архив., № 639–1150, XVII в.; у Ел. В. Барсова, № 343, XVI в.; в Владимир. семинарской библиотеке, № 266–1672; у Вяземского, № CLXXXV, XVIII в.; в Макарьев. Унжен. монастыре (Библ. словарь, стр. 321); Милютин. Четьи Минея под 23 ноября; Москов. епарх. библиотека, № 65, XVII в.; у Царского, № 411, 614, 729, XIII в.; у Ундольского, № 275, 1271, XVII в. Эта (пятая) редакция составлена по поручению патриарха Иова Вологодским архиепископом Ионою (Ключевский, стр. 312–313). Н. Барсуков, Источники Агиографии, 17–20. Житие св. Александра Невского находится также в библиотеке графа Ф.А. Толстого (отдел. II, № 110, 388; отд. III, № 69. 2-е прибавление, отд. II, № 455). Четьи Минея св. Димитрия; Муравьева, Жития рус. святых, ноябрь, 261–303. История Карамзина, IV. История России Соловьева, Иловайского и др. История рус. церкви, архиеп. Филарета, митроп. Макария и др. Протопопов Д., Жития рус. святых, ноябрь, 353–369. Описание Александро-Невской лавры. Историч. словарь о рус. святых, 10–15. Русские святые, архиеп. Филарета, III кн., 384–405. Беляева, св. Александр, в Временнике общ. истории, IV кн. 1849 г. Архим. Кирилл – Жизнь св. Александра Невского (в Христиан. Чтении, 1852 г.). Петрушевского, Сказание о св. Александр Невском, СПб., 1867 г. Св. благоверный князь Александр Невский, М. 1856 г. Сказание о подвигах св. благоверного князя Александра Невского, Ремизова, СПб., 1862 г. Начертание жития и подвигов св. Александра Невского, Москва, 1861 г. Житие св. Александра в Историч. Вестнике, СПб., 1864 г. Жизнь и подвиги св. Александра Невского, Шатаева, 1866 г. М. Хитрова, Житие св. Александра в Душепол. Чтении, 1891 г. и отдельно, Гр. М. Вл. Толстого, Книга о рос. святых, 219–222 стр.

* * *

В Успенском-Княгининском женском монастыре, в г. Владимире, под спудом почивают местно чтимая супруга св. Александра Невского – Александра Брячиславна, княжна Полоцкая, и предполагаемая некоторыми 2-я его супруга Васса (или Василисса)⁴, а также Евдокия – дочь св. Александра Невского. В Материалах для истории монастырей, изданных В. Зверинским (СПб., 1892 г., т. II, № 1317, стр. 389), о них упомянуто, как о местно чтимых святых. У архимандрита Леонида («Св. Русь», 186 стр.) между святыми г. Владимира поименованы: Александра великая княгиня, супруга великого князя Александра Невского, Васса, великая княгиня, вторая супруга великого князя Александра Невского, и Евдокия, дочь великого князя Александра Невского, скончавшиеся в XIII в. Не канонизованы. Погребены в Владимирском Княгининском-женском монастыре. В храме Спасителя в Москве, в Александровском приделе, на хорах, на левой стороне, на столбе изображены, как святые, обе супруги св. Александра Невского.

Святитель Митрофан, в мире Михаил, родился в 1623 г. от родителей духовного звания; большую половину своей жизни он провел в семейном быту; лишившись супруги, он вступил в иночество в Золотниковскую пустынь (Владим. губ.); братия Яхромской обители избрали его своим настоятелем, а патриарх Иоаким, узнавши высокое благочестие св. Митрофана, возвел его в сан архимандрита знаменитого в то время Макарие-Унженского монастыря; в 1631 г. св. Митрофан был вызван в Москву для соборного рассуждения о церковных делах и собором святителей был избран на вновь открытую Воронежскую кафедру (2 апреля 1682 г.). По прибытии в Воронеж он прежде всего разослал окружное послание к пастырям местных церквей с убеждением о нравственном улучшении себя и пасомых. Много трудов подъял маститый архипастырь в устроении своей паствы. Памятником его заботливости об устроении храмов и доселе остается Воронежский Благовещенский собор (ныне монастырь), в последнее время значительно измененный. Во время войны русских с татарами и турками святитель жертвовал все свое достояние на военные издержки, за что любил его император Петр Великий, проживавший иногда в Воронеже и любивший беседовать с св. старцем. Святитель Митрофан был ревностный защитник православной церкви и ее уставов и готов был лучше душу свою положить, нежели допустить в пастве своей какое-либо нововведение на соблазн и душевную погибель других. Известна непоколебимая решимость святителя скорее умереть, нежели растлить мысленные очи свои неподобным видением языческих богов на доме Петра I. Скончался св. Митрофан в глубокой старости (80 лет), приняв пред смертью схиму с именем Макария (23 ноября 1703 г.). Погребение совершено было (4 декабря) в присутствии Государя, который при выносе тела святителя, обратившись к чинам, сказал: «нам стыдно будет, если не засвидетельствуем своей признательности сему благодетельному пастырю отданием последней почести; мы сами вынесем его тело». И при опушении гроба святителя Петр I сказал: «Не осталось у меня такого св. старца, – буди ему вечная память».

* * *

Икона св. Митрофана в Воронежском Благовещенском монастыре, дивно, по видению во сне, написанная живописцем Швецовым, вскоре по открытии его св. мощей. С сей иконы обыкновенно пишут лик святителя.

* * *

Икона св. Митрофана в г. Полтаве, в Сретенской церкви. Эта икона не большого размера, на ней святитель изображен молящимся; на ней серебряная позолоченная риза, с привесками. Эта икона особенно чтимая в городе; пред нею по средам, после литургии, читается акафист св. Митрофану, день же памяти святителя, 23 ноября, торжественно празднуется, и на всенощной издавна читается акафист. (Полтав. Епарх. Ведом., № 10, 1875 г.).

Историч. словарь о рус. святых, 182–135. Полное собрание законов, т. VII, № 5461. Историч. сведения о жизни св. Митрофана, 1832 г. История Рос. иерархии. 1, 23, 197. Сказание о обретении и открытии честных мощей св. Митрофана, напечатанное, по определению Св. Синода, 1832 г. Житие иже во святых отца нашего Митрофана, в схимон. Макария (извлечено из актов и донесений, имеющихся в Св. Синоде, издан. 7 м. 1863 г.); Житие св. Митрофана чудотворца (с хромолит. изображ.), СПб. Святитель Митрофан, I-й епископ Воронежский (Воронеж. Рождество-Богор. церковь, свящ. Д. Самбикина, 1868 г.). Историч. свед. о жизни св. Митрофана, СПб., 1842 г. Сказания о жизни свят. Митрофана (изд. Общества распр. полезн. книг, М., 1864 г.). Черты из жизни св. Митрофана, прот. Л. Ефремова, Филарет, Рус. святые, III кн., 406–424. Христиан. Чтение, 1832 г. Поуч. при мощах св. Митрофана, Игнатия архиеп. Воронеж, СПб., 1848 г. Филарет, История рус. церкви, I ч., 263–273. Опис. Макар. Унжен. монастыря, М., 1835 г. Владим. сборник, 1857 г. Воронеж. Губ. Ведом., 1888 г., № 20, 24. Воронеж. Епарх. Ведом., 1870 г. Словарь, Щ. I, 1118–1122. Архим. Сергия, Агиология, 23 нояб. Архим. Игнатия, т. II. Прот. М. Некрасова, Житие св. Митрофана и др. Подлинное завещание святителя хранится в Московской патриаршей ризнице.

Св. Амфилохий – неизвестно какого происхождения, но вероятно, уроженец южной России. Полагают, что он до возведения в епископский сан подвизался в Киево-Печерской лавре, откуда он был взят на кафедру Владимиро-Волынскую; во епископа хиротонисан 27 августа 1105 г. Киевским митрополитом Никифором. Неизвестно, сколько лет он управлял епархией; под конец жизни св. Амфилохий возвратился в Киев и скончался в Печерской обители в 1122 году; мощи его почивают в Феодосиевых пещерах (дальних), а потому и память его совершается с преподобными дальних пещер 28 августа (но его имя не упоминается в общей службе означенным преподобным). Св. Амфилохию есть тропарь и кондак.

Филарет, Рус. святые, август, 110 стр. Волын. Еп. Ведом. (прот. А. Хойнацкого), № 22, 1884 г. Историч. опис. Волын. Успен. собора, О. Левицкого, 126 стр. Архим. Сергия, Агиология Востока, II, 227. Рукопись Савваитова, л. III. Н. Барсукова, Источники Агиографии, стр. 34. Архим. Леонид, «Св. Русь», 8 стр.

Амфилохий, в мире Андрей, сын лютеранского пастора, родился в Риге, получил отличное образование и впоследствии принял православие; тайно от родителей ушел из Риги и долго путешествовал по святым местам. Семидесятилетним старцем, в рубищах, он пришел в г. Тихвин, Новгородской епархии, а за тем поселился на месте упраздненной Реконской (Троицкой) пустыни у старика пономаря (в 45 верстах от г. Тихвина). С 1816 года Амфилохий стал хлопотать о возвращении пустыни, отнятой от нее еще в конце XVIII в. земли, за что пришлось ему вытерпеть тюремное заключение, но все-таки удалось возвратить землю, а за тем стала устраиваться пустыня. Схимонах Амфилохий (в монашестве Адриан) скончался в глубокой старости в 1865 году. Святыню этой пустыни составляет древняя чудотворная икона Пресвятой Троицы. (Рус. Паломник, № 33, 1890 г. У Строева «Списки настоятелей», стр. 119). Троицкая Реконская пустынь от г. Тихвина в 40 верстах; упразднена в 1764 г. (История Рос. иерархии, V, 670). Из ее строителей известны: Аарон 1684–1685, Александр 1686 г., Иоасаф 1717–1733. Возобновлена недавно. Строитель Давид, 1862–1864, он же игумен 1865–1869 г.

Вследствие ходатайства епархиальных Преосвященных (Литовского (Александра), Волынского (Агаѳангела) и других, Св. Синод в 1870 г., воздавая должную честь незабвенным заслугам святителя Иосифа (Семашки, митрополита Литовского и Виленского) на пользу православной церкви и отечества, постановил, чтобы в день его кончины 23 ноября († 1868 г.), во всех церквах северо и юго-западного края совершалась заупокойная о нем служба. На это постановление последовало ВЫСОЧАЙШЕЕ соизволение того же (1870) года.

Киприанович Гр., Жизнь Иосифа Семашки, митрополита Литовского, Вильна, 1893 г.

Св. Меркурий, родом славянин, и вероятно – из Моравии (а по другим римлянин греческой веры (см. у Толстого, Книга о российских святых, стр. 28), был потомок княжеского рода и воспитан в православной вере; по ревности к православной вере он из отечества удалился в Россию и служил в войске смоленского князя; во время нашествия татар св. Меркурий, высокий ростом и сильный мышцами, по откровению свыше, вступил в единоборство с татарским великаном близь Смоленска (на Долгомостье) и убил его; но сам был убит сыном Тамерлана (24 ноября 1238 г.). Татары, приведенные в ужас по смерти своего великана и лучших воинов своих, поспешно удалились из смоленских пределов. Благодарные жители Смоленска похоронили тело Меркурия в Успенском соборе. Над местом погребения повешено его оружие – железный шлем и железная обувь. Ныне мощи св. Меркурия почивают в Смоленском Авраамиевском монастыре, где во имя его есть храм, освященный в 1755 г. Есть и служба св. Меркурию. На Резницкой улице, вниз к Днепру, предание указывает жилище мученика Меркурия. В «Иконописном подлиннике» под 24 ноября сказано: «св. мученик Меркурий Смоленский, новый чудотворец, убиен от Батыя царя в лето 6755, образом велик, брада не велика, разсохата мало, на главе шапка, залом черв, шуба камка, багор, узорчата, а оворот бел, в руке сабля, гораздо велика, а он подперся ею, что посохом, а в другой руке ножны; в иных Подлинниках пишет: млад, аки Димитрий Селунский, ризы княжеския» (Филимонов, стр. 200). В Уставе церковных обрядов Московского Успенского собора под 24 ноября: «Великомученицы Екатерины, трезвон середней, а поют вместе с Меркурием» (Тимофеев, Русская Библиотека, III, 36). В 1609 г. смольняне писали: «А мы здесь в Смоленску, с служилыми людьми и со всеми православными крестьяны, обещались Господу Богу и Пречистой Богородицы и к угодникам ея Меркурею и Аврамею и Офрему и всем святым, что нам за дом Пречистыя Богородицы и за Государя Царя Великаго Князя Василия Ивановича всея России, за его крестное целование, и за наши жены и дети, и за все православное христианство, в дому у Пречистой Богородицы помереть и города не сдать, и Литовскому королю не поклониться» (Акты историч., II, 117). По свидетельству Ф.И. Буслаева, смоленская легенда о св. Меркурии принадлежит к важнейшим произведениям древнерусской литературы. Это произведение принадлежит столько же письменной литературе, сколько и безыскусственной народной поэзии. (Историч. Очерки, II, 155–198). Списки жития св. мученика Меркурия перечислены у Н. Барсукова (Источн. Агиографии, 360–361). В кафедральном соборе г. Смоленска, в углублении в стене близь алтаря, сохраняется шлем и сандалии св. мученика Меркурия-воина. Об этих реликвиях в записках г. Николевой (Транковской) рассказывается, что в проезд чрез Смоленск покойного Государя Императора Александра Николаевича, в бытность Его еще Наследником, эти священные вещи были в забвении. Цесаревич Наследник, в сопровождении В.А. Жуковского, посетил собор и пожелал видеть латы и сандалии св. Меркурия. Оказалось, что никто не вздумал приготовить их и даже разыскать… Итак по заявленному Цесаревичем желанию, в туже ночь были отысканы шлем и сандалии святого в какой-то кладовой, заплеснелые, в жалком виде, а лат так и не нашли. Наследник, войдя в церковь Божией Матери – Смоленской Одигитрии (что под крепостными вратами), подошел к столу, поставленному среди церкви и покрытому парчой с разложенными на ней священными предметами, положил земной поклон и приложился к ним. Шлем железный, очень плохой работы, с застежкой под бороду. Сандалии тоже железные, большие, тяжелые, в роде лаптей, застегиваются спереди железным же перехватом. Далее г. Николева пишет: «В истории г. Смоленска говорится, что было два св. Меркурия; был один монах (вероятно, под этим разумеется св. Меркурий, Смоленский епископ, мощи коего почивают в Киевских пещерах). Его мощи во время нашествия иноплеменных так усердно куда-то были скрыты, что все забыли, где он, тогда как оне до 1812 г. находились в монастыре св. Авраамия в Смоленске... Тот же Меркурий, от котораго остались шлем и сандалии, был воин. По повелению Богородицы, он один выступил против шайки татар, близь деревни Долгомостье, которая и теперь существует близь Смоленска» (Рус. Архив, Х кн., 1893 г., стр. 191).

Преподобный Меркурий Печерский; ничего неизвестно о его жизни; мощи его почивают в Феодосиевых (дальних) пещерах и память его совершается общая с преподобными дальних пещер (28 августа). В день тезоименитства его с св. мучеником Меркурием († 259), как видно из Полного Киевского месяцеслова, в Киевской лавре совершается его память – 24 ноября. Сему преподобному есть тропарь и кондак рукописные. Преподобный Меркурий при жизни был соединен союзом любви с преподобным Паисием, а потому и по смерти они положены в один гроб, о чем упоминается в 3-й песни канона преподобным дальних пещер. У архимандрита Леонида он наименован «постником».

Филарет, Рус. святые, август, 126 стр. Архим. Леонид, «Св. Русь», стр. 26.

Меркурий, епископ Смоленский; мощи его почивают в Киево-Печерской лавре в Антониевой пещере; из службы преподобным Печерским (с которыми он прославляется) видно, что мощи его чудесным образом приплыли к Киеву (см. «Месяцесл. рус. Святых», сентября 22). Св. Меркурий воспевается в каноне преподобным ближних пещер: «Слава Смоленскому граду, Меркурий пастырь, пастырей начальника своего овцы пасый добре, духом же горя выну неразлучну быти от лика преподобных печерских, тем же по смерти чудотворне приплы в кладе, в пещере святой почивает телом, душею же радуется с преподобными в славе вечной».

Преподобный Симон, сын Сольвычегодского жителя Никиты Тентюкова, чувствуя отвращение от мирской жизни, в молодых летах оставил родительский дом, пришел к преподобному Корнилию Комельскому (см. 19 мая) и со слезами просил пострижения в монашество. Прозорливый старец, провидя в пришедшем к нему будущего истинного подвижника, исполнил его желание и поручил Симона одному опытному старцу. Симон, безропотно проходя различные монастырские послушания, скоро сделался примером для братии и от всех заслужил уважение; но любовь к уединению и желание подвизаться в уединении побудили Симона вместе с другом его Логгином, монахом Павлова монастыря, по смерти преподобного Корнилия в 1537 г., удалиться сначала в Сольвычегодский Борисоглебский монастырь, а за тем, так как здесь много было у него родственников, благочестивые друзья решились поселиться в 15 верстах от г. Сольвычегодска, при устье р. Коряжмы; устроив здесь для Логгина часовню и келью, Симон, вследствие близкого расстояния от родного города, не нашел этого места удобным для своих подвигов и, отправившись вверх по течению р. Вычегды, поселился при устье р. Сойги, в дикой пустыни. «Лета 7047 (1539), сентября в 16 день, на память св. великомученицы Евфимии всехвальныя, пришел на устье р. Сойги, на плесо Вычегодское, на дикий лес игумен Симон, постриженник и ученик Корнилиев, что на Комеле, и поставил церковь Преображения Спасова в лето 7049 (1541), мая в 17 день, при ростовском архиепископе Досифее, а преставися игумен Симон в лето 7076 (1562), ноября в 24 день, на память великомученицы Екатерины, при архиепископе ростовском Никаноре, и положен бысть на своем строении, идеже обитель созда Преображения Господня», – говорится в древней летописи. Как ни глухо и пустынно было место, избранное Симоном для своего уединения, но скоро узнали о нем окрестные жители и стали собираться к нему любители пустынного безмолвия, так что преподобный вынужден был переменить первоначальное свое намерение касательно уединенной жизни и, построивши храм, принять начальство над собравшеюся к нему братиею. Двадцать лет преподобный Симон подвизался в своей обители и, достигши глубокой старости, мирно скончался. Мощи его почивают под спудом в церкви св. великомученицы Екатерины, построенной в память его преставления. В древних рукописных святцах XVII в. преподобный Симон Сойгинский именуется «новым чудотворцем». В «Икономисном подлиннике» под 27 мая сказано: «Преподобный отец наш Симон, начальник Сойгинскаго монастыря, иже на Вычегде реце, новый чудотворец, подобием рус, брада желта изчерна, покороче Власиевы, ризы преподобническия и в схиме» (Филимонов, стр. 56). Ратман сольвычегодского магистрата Алексей Соскин, составляя в 1789 г. историю своего города, нашел старинную запись об основателе монастыря на р. Сойге (Ключевский, Древн. жития, 415). Эта записка напечатана в «Истории Российской иерархии», VI, 170. Спасо-Преображенская Сойгинская (Соинская или Соежская) мужская пустынь – ныне погост Сойгинский Преображенский, Сольвычегодского уезда, Рябовской волости, в 82 верстах к северо-востоку от Сольвычегодска, на высоком гористом берегу р. Сойги, при впадении ее в Вычегду, с правой ее стороны. В 1764 г. она была оставлена на своем иждивении, а в 1791 г. упразднена и обращена в приходскую церковь, – и памятником монастыря служат три древних каменных храма.

История Рос. иерархии, VI, 170. Уваров, № 441. Жизнь и труды II. Строева, 192 стр. Н. Барсуков, Источники Агиографии, 531–532 стр. Верюжский, Жития Вологод. святых, 487–490. Историч. словарь о святых, 250. Ратшин, 79. Вологод. Губерн. Ведом., № 28, 1855 г. Толстой, Книга глаголемая о Рос. святых, 154 стр. Архим. Сергий, Агиология, II, 312 стр. Строев, Списки настоятелей, 781. Ключевский, Древн. жития святых, 415. Макарий, История Рос. церкви, VII, 51. Филарет, Рус. святые, III кн., 427. Н. Суворов, Историч. сведения о Коряжском монастыре, Вологод. Епарх. Ведом., № 11, 1878 г. Вологод. Епарх. Ведом., № 18, 1888 г. Архим. Леонид, «Св. Русь», 90. Муравьев, Жития святых. Временник общ. истории, 1857 г., XXV, 177. Чтения в Общ. истории, 1860, III, отд. I, 148. Зверинский В., Материалы о правосл. монастырях, I т., 448 №. Протопов Д., Жития святых, ноябрь, 398.

Орден св. великомученицы Екатерины учрежден императором Петром I-м 24 ноября 1714 года; имеет две степени. Лента красная с серебряною каймою, чрез правое плечо. На четырех концах креста, изображённого в центре ордена, буквы D. S. F. R. (т.е. Domine salvum fac Regem (стр.138) – Господи спаси Царя). На бант орденский девиз: «За любовь и отечество». Этим орденом исключительно награждаются дамы.

Полный христиан. месяцеслов, Киев, 1875 г.

Св. Екатерина отличалась необыкновенною мудростью. Будучи еще 18 лет, она в совершенстве знала философию, поэзию и медицину и говорила на нескольких языках. В житии ее повествуется, как мудрыми своими беседами о ложности языческих богов посрамила языческих философов, которые, в числе 150, приняли христианскую веру и сподобились мученического венца. На западе Европы св. великомученицу Екатерину считают покровительницею ученых. Философский факультет в Парижском университете чтил ее, как свою покровительницу и день ее памяти торжественно праздновался. Во многих местах России (особенно в юго-западном крае) день св. великомученицы Екатерины проводится по-праздничному (Быт русских, Терещенко, VI) и, на канун ее памяти, девицы, мечтающие о замужестве, постятся, чтобы иметь добрых женихов, а грамотные сверх того читают житие св. великомученицы Екатерины. В старину день св. Екатерины был из самых веселых дней для молодежи (Калинский, Церковно-народн. календарь, 59 стр.). Все вообще молодые люди, ищущие счастья в семейной жизни, избирают себе покровительницею св. великомученицу Екатерину, чудную невесту, удостоившуюся обручения с Высочайшим Женихом (см. Четьи Минеи, 24 ноября). В «Выходных книгах» русских царей 1632 и 1682 гг. видно, что 24 ноября были торжественные царские выходы и день св. великомученицы Екатерины чтился не только народом, но и царями. В русском народе св. Екатерина почиталась помощницею женам в болезнях чадорождения, потому что она, как сказано в житии, «по врачебным умудрившися письменем, врачев книги добрыя уведе»…, а отсюда народ мог естественно предположить, что врачебные познания ее, как женщины, могли быть направлены преимущественно к болезням своего пола. Из Дворцовых Разрядов (Историч. материалы в Чтениях общества истории и Рос. древностей, 1883 г.) видно, что в Екатерин. церкви, что в Москве, в Кремле, царицы, во время беременности, молились св. Екатерине, как покровительнице своей: «24 октября царица и великая княгиня Евдокия Лукьяновна у Екатерины Христовой мученицы на сенях слушала обедню и молебны, а царевич князь Алексей Михайлович причащался и на молебен пожаловал Благовещенскому протопопу Максиму, да Екатерининским попам по полтине, и октября 25-го царица родила великую княжну Анну Михаиловну».

В Москве, в Кремле, в церкви св. Екатерины, что на царицыных сенях, находится икона св. великомученицы Екатерины, замечательная по своей древности. На этой иконе находится драгоценный венец, дар императрицы Екатерины II. Екатерининская церковь (построенная царем Михаилом Федоровичем в 1627 г. и возобновленная императрицею Анною Ивановною и Екатериною II-ю) была местом богомолья цариц и царевен, которые в посты нередко здесь приобщались св. Таин; в этой церкви совершались браки русских царевен и великих княжон. В этой церкви царицы (особенно Евдокия Лукиановна), во время беременности, молились св. Екатерине, как покровительнице своей. Екатерининскую церковь особенно чтил царь Алексей Михайлович, которому в 1659 г. явилась св. великомученица Екатерина в сонном видении, когда он был на соколиной охоте, где ныне Екатерининская пустынь (см. ниже).

* * *

В Вятке чудотворный образ св. великомученицы Екатерины. Эту икону берут для всех крестных ходов и нередко и в дома для совершения пред нею молебствий.

* * *

Чудотворная икона св. великомученицы Екатерины в Екатерининской пустыни (в 25 верстах от г. Москвы, в Подол. уезде). Начало Екатерининской пустыни положено царем Алексеем Михайловичем в 1659 г. Однажды, когда он был на соколиной охоте, на том месте, где ныне Екатерининская пустынь, то видел во сне св. великомученицу Екатерину, возвестившую ему рождение дочери, что действительно сбылось. Царь новорожденную дочь нарек Екатериною, а на месте чудесного явления повелел устроить монастырь в честь св. Екатерины. (Архим. Иосиф, Путешествия по Московским святыням, стр. 201).

* * *

В Москве, на Ордынке, в церкви св. Екатерины – особо чтимая икона св. великомученицы Екатерины. (Архим. Иосиф, Путешествия по Московским святыням, 140 стр.).

* * *

В г. Каменце, на Русских Фольварках, в старину была церковь в честь св. великомученицы Екатерины; хотя место ее (церкви) уже забыто, но прихожане нынешней Русско-Фольварецкой (Покровской) церкви свято чтут св. великомученицу Екатерину, а в день ее памяти пред старинною ее иконою совершаются молебны в честь этой святой.

* * *

В Тамбове, в Вознесенском женском монастыре, где в одной из церквей имеется придел в честь св. великомученицы Екатерины, ежегодно совершается панихида по игуменье монастыря Екатерине, сестре святителя Питирима, епископа Тамбовского. Над местом ее погребения устроена небольшая часовня (Тамбов. Епарх. Ведом., 1867 г., № 1. Указатель местн. празднеств, 40 стр.). В 1892 г., на средства обители и почитателей памяти святителя Питирима, часовня эта перестроена и благоукрашена (Тамб. Епарх. Ведом., 1892 г.).

Св. Климент, муж апостольский, ученик Апостола Петра, преемник на римской кафедре Клету, или Анаклету, церковный писатель, глубоко чтимый Вселенскою церковью; правил паствою с 92 по 100 гг. и при Траяне за имя Христово был сослан в Таврический Херсонес, где словом веры утешал христиан, сосланных за веру в тяжкие работы и чудесами обратил многих язычников ко Христу, за что и скончался мученически. Тело его было ввержено в Черное море, но чудесно было извлечено из оного свв. Кириллом и Мефодием, просветителями славян, – и отнесено в Рим, в дар папе Адриану. Часть же мощей, именно св. глава Климента, вместе с мощами его ученика Фивы (неизвестного по жизни), перенесена была в Киев св. Владимиром, после крещения его в Херсонесе. Впоследствии, при постановлении собором русских епископов на кафедру Киевской митрополии Климента Смолятича, упоминается глава св. мученика Климента, но где она находится ныне, – неизвестно. Память св. Климента свято чтилась в России, и в старину много храмов было посвящаемо этому святителю.

* * *

В 8 верстах от г. Севастополя, в Инкерманской долине, находится киновия, в которой заслуживает особенного внимания православных христиан, как остаток первых веков христианства, вырубленный в громадной скале, на высоте 40 сажень от поверхности моря, небольшой храм во имя священномученика Климента, епископа Римского, где находится много гробниц пострадавших за веру Христову. Известно, что святитель Климент был заточен римским императором Траяном в инкерманские каменоломни на тяжкие труды и медленную смерть за обращение многих римлян в христианство. Здесь великий узник подвизался во благочестии Христове и создал во славу Божию 18 веками несокрушимый храм. Изнуренный трудами и страданиями, св. Климент в этом храме священнодействовал; здесь он благовествовал древним крымским язычникам, возвещая им царствие Божие; чудотворил – и обратил многих, как и в Риме, в христианство, и воздвигнуто было при жизни его много храмов... Место в Инкерманской долине, где находится киновия, драгоценно для каждого христианина, как освященное кровью мучеников. Внутри храма находятся 5 гробниц с человеческими костями и одно нетленное тело (Дух. Беседа, 1865 г., 25 сентября). В Киеве, в Десятинном храме, построенном св. равноапостольным Владимиром, был устроен придел в честь св. Климента, но ныне, по перестройке Десятинной церкви, этот придел посвящен св. равноапостольному Владимиру; в приделе этом хранится древняя икона св. Климента, папы Римского. (Киев теперь и прежде, Захарченко, 1889 г., Киев, стр. 208).

В д. Цыгломине (Арханг. епархии) находится весьма древняя и чтимая икона Двинской Божией Матери, будто бы принадлежавшая св. Клименту, епископу римскому (?). Предание рассказывает, что когда норманны проникли в Архангельскую губернию и устремились на разорение придвинской страны, в 1419 году, деревня Цыгломина была ими сожжена. Набожные жители села, свято чтившие икону, спасли ее от пламени, но дерзкая рука варваров не пощадила святыни: удар меча оставил след на иконе, видимый на ней и доселе.

Отечеств. Записки (Свиньина) 1827, № 43. Слава Богоматери, II кн., 2 отд., 88 стр.

В 1661 году, при ростовском архиепископе Ионе, жители с. Исаакова, Пошехонского уезда, Ярославской епархии, 25 ноября, на дереве (иве) увидели в необычайном свете икону Рождества Пресвятой Богородицы, но не могли ее взять; оповестили о явлении иконы церковному причту, – и св. икона торжественно, с крестным ходом, была перенесена в приходскую Николаевскую церковь; но на следующий день икона оказалась не в храме, а снова на дереве; вторично с крестным ходом была перенесена икона в храм и двери его были заперты на ночь; но и на следующий день икону снова нашли на иве. После сего жители с. Исаакова поставили на месте явления иконы часовню и украсили ее иконами; знамения и чудеса происходили не только от св. иконы, но и от самого дерева («от древа того многоразличная болящим исцеления, а наипаче от коры того древа болящим зубом здравие бывает, и исцеление подавается молитвами Пресвятой Богородицы»). Доведено было о чудесах до ведения архиепископа Ионы, который, прибывши на место явления иконы, положил основание обители и первому храму в честь Рождества Пресвятой Девы.

Сказание о явлении Исааковской иконы Рождества Пресв. Богородицы, см. Ярослав. Епарх. Ведом., № 50, 1876 г.

«В сей день, т.е. 25 ноября, отдание праздника Входа Пресвятыя Богородицы». (Правосл. христиан. месяцеслов, Киев, 1875 г.).

У русских князей, со времени Равноапостольного Владимира, был благочестивый обычай устроять храмы в честь своих ангелов: так, самим Владимиром, в крещении Василием, в Киеве была построена церковь во имя св. Василия Великого; Изяславом I, в крещении Димитрием – в Киеве же храм и монастырь во имя св. великомученика Димитрия и т.д. Ярослав же Мудрый (в крещении Георгий) не только основал храм и при нем мужскую обитель в честь своего ангела, великомученика Георгия, но и построил церковь св. мученицы Ирины, во имя ангела своей супруги (Ирины). Впоследствии князья стали строить храмы – и нередко великолепно украшенные – в честь ангелов своих детей, как например, во Владимире был построен Димитриевский собор Всеволодом III на память рождения сына, нареченного в крещении Димитрием. Обычай строить храмы в честь ангелов и, по возможности, величественно украшать их был в такой силе, что некоторые из князей – по недостатку ли средств, или по краткости своего княжения – решались храмы, построенные предместниками их – князьями, богато украшенные, переименовывать в честь своих ангелов; так, например, это известно о великом князе Ярополке II-м (в крещении Петре), который переименовал знаменитый Димитриевский (в Киеве) монастырь в честь св. Апостола Петра. Об этом факте замечено в Лаврентьевской летописи так: «Великий князь Ярополк положил основание храму в честь своего ангела (Ап. Петра), но не успел его окончить, а потому в 1128 году печеряне (вероятно по смерти князя) переяша церковь св. Димитрия и нарекоша ю св. Петра с великим грехом и неправдою». (Киев. Епарх. Ведом., № 4, 1877 г.).

Праздник 26 ноября известен в русском народе под именем осеннего, в отличие от весенняго, Юрьева дня. Он установлен, как выше было замечено, великим князем Ярославом I (Георгием-Юрием), который «заповедал по всей Руси, творити праздник св. Георгия месяца ноября 26 числа» (Пролог XIV в., в Киев. Соф. Библиотеке). В древнерусской жизни Юрьев день был очень важным срочным днем в хозяйственном быту, так как в этот день русские крестьяне пользовались правом перехода от одного помещика к другому. В Судебнике говорится об этих переходах, что они должны совершаться за неделю до Юрьева дня, и неделю по Юрьеве дне осеннем. В одной грамоте тоже читаем: «а крестьянам отказываться из города в волость и из волости в город на один срок в году: за неделю до Юрьева дня осенняго, и неделю по Юрьеве дни осеннем». В Стоглаве по указу царя и митрополита предписывается «отказывать (отпускать) служилых людей при монастырях, домах монастырских, архиерейских и епископских на срок по Юрьеве дне осеннем по старине же». Царь Борис Годунов первый, а потом за ним царь Василий Иванович Шуйский, решительно запретили вольные переходы крестьян, и вместе с тем прекратилось прежнее значение Юрьева дня осеннего. Теперь о нем сохранилось несколько пословиц, в которых предки наши, видимо, высказывали сильное сожаление о потерянном дне свободы: «Вот тебе, бабушка, Юрьев день», – вероятно, сказалось русским человеком, когда он впервые и неожиданно узнал запрещение перехода. Или: «Наряжалась баба на Юрьев день погулять с барскаго двора»; «Верстался мужик на Юрьев день радеть о барском добре: мужик не тумак, знает, когда живет Юрьев день» и т.п. От древнего Юрьева дня остался и держится в некоторых местах доселе один благочестивый обычай, по которому в день памяти св. Георгия, 26 ноября, наши поселяне, при отъезде куда-либо в дорогу, служат молебствия о благополучии на предстоящий путь. Приурочивание этого обычая к осеннему Юрьеву дню дает право предполагать, не есть ли это остаток добрых обычаев нашей старины, которыми древнерусские крестьяне сопровождали свое расставание с старыми своими господами, когда собирались на службу к другим. (Калинский, Церковно-Народн. Календарь, 26 ноября).

О построении Киевского храма в честь св. великомученика Георгия говорится в харатейном списке Пролога (XIV в.): «В той же день (26 ноября) священие церкви св. Георгия в Киеве пред враты св. Софии, блаженный и приснопамятный всея Русския земли князь Ярослав, нареченный во святом крещении Георгий, сын Владимира, крестившаго землю Русскую, брат же свв. мученик Бориса и Глеба, се восхоте создати церковь в свое имя св. Георгия, да еже восхоте и сотвори; и яко начаша здати ю, и не бе многа делатель у нея; и се видев князь, призва тиуна: почто не много у церкве стражающих. Тиун же рече: понеже дело властельское, боятся людие труд, подъимше наима, лишени будут. И рече князь: да аще тако есть, то аз сице сотворю. И повеле куны возити на телегах, в комары Златых врат, и возвестиша на торгу людем, да возмут кождо по ногате на день. И бысть множество делающих. И тако вскоре конча церковь, и святи ю, Ларионом митрополитом, месяца ноября в 26 день, и створи в ней настолование новопоставимым епископом⁵ и заповеда по всей Руси творити праздник св. Георгия месяца ноября в 26 день (Пролог Погодина, в СПб. публ. библиотеке)». В этом храме погребен несчастный князь Псковский Судислав, сын св. Владимира. По получении свободы, после 24-летнего тюремного заключения, он постригся в иноки и скончался в 1063 г.

Этот орден учрежден 26 ноября 1769 года, императрицею Екатериною Великою, имеет 4 степени и жалуется исключительно военным за храбрость. К ордену лента из двух желтых и трех черных полос, чрез правое плечо под мундиром. На звезде ордена надпись: «за службу и храбрость». Носится на левой стороне; 3-й степени носится на шее, а 4-й в петлице. При пожаловании этого ордена денежных взносов не делается.

Изображение св. великомученика Георгия принято в Российском государственном гербе, а потому не излишне сказать о гербе и в частности русском.

Герб – символ какой-либо фамилии, города, области, или целого государства. Гербы получили свое начало во времена рыцарства и турниров. Каждый рыцарь, избрав себе какой-либо знак (льва, орла, звезду и т.п.), изображал его на своем щите, доспехах, печати, на воротах и стенах своего замка. Русская геральдика в основании своем имеет начало религиозное, совершенно противоположное западной, рыцарской геральдике. Этим она отличается от всех народов Европы, в этом заключается ее самобытность. В гербах государств часто встречаются изображения льва и орла, – символ силы, могущества, власти. Наш древний русский герб – родовое знамя – явился впервые на печати великого князя Киевского, законного самовластителя русской земли. Лик святого, по имени которого назывался князь, осенял его печать, а надпись удостоверяла принадлежность. У нас великие князья, цари и императоры являются первыми основателями самобытных гербов русской земли. Родовое знамя от великого князя передавалось его престольной отчизне, переходило на его шлем, перстень, зерцало, домашнюю утварь. Тоже самое переходило и на ратные знамена. Вот первое основание нашей геральдики, русской – по своему происхождению, самобытной по своему основному началу – религиозному. Наше древнее дворянство было родовое: одно наследственное, по праву рождения от князей великих и удельных, другое – прежде жалованное за службу великому князю и русской земле, потом, с возведением в бояре, окольничие, стольники и проч. становилось наследственным в своем роде. Первые передавали знамя своего родового города наследнику из рода в род, другие избирали знамя произвольное, и, принимая его с дозволения Высочайшей власти, передавали его также своему родовому наследнику.

В Русской земле один Самодержавный Государь имел право утверждать и награждать гербами благородное русское дворянство или по их родовому княжескому достоинству, или по их происхождению, или по службе, а потомков в въезжих родов – по их происхождению и по службе. Это исконное право нашего законодательства составляет четвертое основание русской геральдики.

Ныне узаконено (IX т. Св. Зак., изд. 1876 г.) следующее:

Статья 1111. «Родословная книга разделяется на шесть частей:

В первую вносятся роды дворянства жалованнаго или действительнаго.

Во вторую – роды дворянства военнаго.

В третью – роды дворянства, приобретеннаго на службе гражданской, а равно и получившие права потомственнаго дворянства чрез пожалование одним из присвояющих сие достоинство Российских орденов.

В четвертую – все иностранные роды.

В пятую – титулами отличенные роды.

В шестую – древние благородные дворянские роды».

Переходя к описанию Государственного герба, следует сказать, что, до времен великого князя Иоанна III, гербом Московского государстваслужило изображение св. великомученика и Победоносца Георгия. Великий князь Иоанн III приказал внести в герб изображение св. Георгия (в виде всадника, в красном поле, на белом коне, поражающего копьем змия), но, женившись, в 1472 году, на Софье Фоминишне Палеолог, племяннице последнего византийского императора Константина XI, взял для своего государства герб византийской империи – черного двуглавого орла⁶, а прежний герб московский, помещен, в средине нового, на груди двуглавого орла. Посредством брака Иоанн III сделался как бы преемником Палеологов на византийском престоле.

При Иоанне Грозном, когда была покорена Казань, Астрахань и Сибирь, в герб московского государства были внесены гербы вновь покоренных стран, а Петр I, учредив (1698 г.) первый русский орден св. Андрея Первозванного, повелел цепь и орденские знаки св. Андрея изображать в Государственном гербе.

Российский Государственный герб есть в золотом щите черный двоеглавый орел, коронованный двумя Императорскими коронами, над которыми третья такая же, в большем виде, корона с двумя развевающимися концами ленты Андреевского ордена. Государственный орел держит золотые скипетр и державу. На груди орла герб московский: в червленом с золотыми краями щите св. великомученик и Победоносец Георгий в серебряном вооружении и лазуревой приволоке (мантии), на серебряном, покрытом багряною тканью с золотою бахромой, коне, поражающий золотого, с зелеными крыльями, дракона золотым, с восьмиконечным крестом на верху, копьем. Главный щит (с гербом Государственным) увенчан шлемом святого великого князя Александра Невского. Намет черный с золотом. Вокруг щита цепь ордена святого Апостола Андрея Первозванного; по сторонам изображения святых Архистратига Михаила и Архангела Гавриила. Сень золотая, коронованная Императорскою короною, усеянная Российскими двоеглавыми орлами и подложена горностаем. На ней червленая надпись: «С Нами Бог!» Над сенью возникающая Государственная хоругвь, с восьмиконечным на древке оной крестом. Полотно Государственной хоругви золотое; на ней изображение среднего государственного герба, только без окружающих оный девяти щитов.

Мысль, выраженная сооружением Георгиевской залы, объяснена знаменитым Москов. митрополитом Филаретом, в речи, произнесенной им при торжестве освящения (9 апр. 1849 г.) находящейся в Георгиевском зале Большого Московского Дворца, в Кремле, мраморной плиты в память сформирования Лейб-Гвардейского Преображенского полка. «Подобно людям обыкновенным, сказал святитель, и цари созидают себе домы, чтобы иметь жилище новое, приятное, соответственное сану и потребностям жизни общественной. Любя жить не отдельною, личною, но единою, общею с своим народом и царством жизнию, он благоволил, чтобы в нем знаменовались и царь и царство, чтобы это была скрижаль или каменная книга, в которой можно читать и величие настоящаго, чтимую память прошедшаго, и назидание для будущаго. Чертог Георгия Победоносца должен быть храмом славы победоноснаго российскаго воинства, или, что равно справедливо, храмом царской любви к верному воинству».

Действительно, Георгиевская зала, как святилище ордена св. Георгия, предназначена хранить в себе священные для каждого русского знаки царской любви к славе и величию отечества.

Первая по времени учреждения Георгиевская зала находилась в Чесменском дворце (в 9 верстах от С.-Петербурга, по Царскосельскому шоссе) и была предназначена для заседаний кавалерской думы ордена; с 1836 г. в этом дворце помещается Николаевская военно-чесменская богадельня. В первоначальном статуте военного ордена св. Георгия, утвержденном императрицею Екатериною II 26 ноября 1769 г., не было упомянуто о кавалерской думе ордена. Эта дума учреждена при издании «дополнительных правил» к статуту ордена св. Георгия, Высочайше утвержденных 22 сентября 1782 г., при чем кавалерской думе дозволено было «иметь в Чесме, при церкви св. Иоанна Крестителя, дом, архив, печать и особую казну». В статуте ордена св. Георгия, Высочайше утвержденном 6 декабря 1833 г., было сказано, что «дума имеет ежегодно собрание свое в Георгиевской зале Зимняго Дворца». Замечательно то обстоятельство, что в 1836 г. Чесменский дворец, по воле императора Николая Павловича, получил именно то назначение, какое, между прочим, предполагала для него императрица Екатерина II, – служить приютом для заслуженных солдат. Такое предположение императрицы ясно выражено в ее Именном указе, от 26 февр. 1784 г., на имя президента военной коллеги князя Потемкина. С обращением Чесменского дворца в военную богадельню, большая зала, в которой собиралась дума ордена, обращена ныне в зимнюю богоделенную церковь в честь Рождества Пресвятой Богородицы.

Вместо Чесменского орденского «Дома», по воле императора Николая I-го, Георгиевская зала устроена в большем Кремлевском Дворце в Москве. Длина залы 85½ арш., ширина 29 арш., высота 24¾ аршина. Вдоль всей залы идет великолепная колоннада из 18 витых, цинковых колонн, работы Крумбюгеля и Шенфельда, а за нею, по стенам, два ряда пилонов, поддерживающих огромный свод залы. Над капителями колонн возвышаются статуи побед, со щитами, на которых гербы и года – эпохи покорения царств и областей, вошедших в состав России с XV по XIX столетие. Мысль о сооружении этих статуй, удостоившаяся ВЫСОЧАЙШЕГО утверждения, принадлежит директору палаты А.Ф. Вельтману. Статуи исполнены профессором ваяния Витали.

При входе, справа от аван-залы:

– На 1 колонне – завоевание Перми: 1472 г.

– На 2 колонне – Вятки, Югории, Обдории и Кондии: 1489–99 гг.

– На 3 колонне – Царства Казанского: 1553 г.

– На 4 колонне – Золотой Орды: 1557 г.

– На 5 колонне – Сибири: 1582 г.

– На 6 колонне – Камчатки и распространение владений Сибири до берегов реки Ангары, Амура и Яны: 1639–43 гг.

– На 7 колонне – присоединение Малороссии: 1654 г.

– На 8 колонне – завоевание берегов Невы, Нотебурга и Ниеншанца: 1702 г.

– На 9 колонне – Ингерманландии, Карелии и пр.: 1721 г.

С противоположной стороны, начиная от фаса к Москве реке:

– На 10 колонне – завоевание Дербента, Баку и пр.: 1722–23 гг.

– На 11 колонне – Ясский мир, приобретение Малой Татарии: 1791 г.

– На 12 колонне – покорение Тавриды: 1783 г.

– На 14 колонне – Царства Польского: 1794 г.

– На 15 колонне – присоединение Грузии: 1801 г.

– На 16 колонне – Финляндии и Аландских островов: 1809 г.

– На 17 колонне – приобретение областей от Персии по Аракс: 1812 г.

– На 18 колонне – Бессарабской области: 1812 г.

– Также – Армении: 1828 г.

Названия русских полков, участников этих побед, с означением времени их учреждения и дней их славы, иссечены на белых мраморных досках, которыми покрыты стены залы. Над именами полков помещены вензелевые изображения имен Государей, при которых полки основаны, а рядом – имена кавалеров ордена св. Георгия, по времени их пожалования; в числе кавалеров – имена Высочайших Особ. Знаки ордена св. Георгия, с девизом «за службу и храбрость», украшают своды и стены залы. В полукружиях стен помещены горельефные изображения св. Георгия. Украшения залы составляют: два бронзовые чеканные ковчега на белых мраморных тумбах для хранения книг, в которых означаются перемены в надписях полков и имен кавалеров, помещенных на стенах залы; замечательны два камина из белого каррарского мрамора с бронзовыми золочеными часами, изображающими на одном св. Георгия, а на другом – князя Пожарского и Минина; великолепна группа из серебра, изображающая Ермака и графа Платова, у ног которых лежит аллегорическое изображение реки Енисея, в виде старика; эта группа – приношение донских казаков. В переднем углу находится образ св. Георгия – копия с оригинальной картины Рафаэля, находящейся в Императорском Эрмитаже. Паркет залы сделан из разноцветного дерева; мебель состоит из скамеек на золотых ножках с полосатою шелковою тканью, цвета ордена св. Георгия (желтый с черным). Шесть массивных бронзовых люстр, о 208 свечей каждая, укреплены вдоль главного свода (купл. в англ. маг. в Петерб.), а по стенам – 40 бра (работы Крумбюгеля), в 25 свечей каждая, сверх того, по карнизу до 1000 свечей; вообще же для освещения залы, во время вечерних собраний, зажигается до 3200 свечей.

В С.-Петербурге, в Зимнем дворце, имеется Георгиевская зала, в которой ежегодно 26 ноября, в день св. Георгия, происходит в ВЫСОЧАЙШЕМ присутствии церковный парад и обед, как для кавалеров ордена, так и для нижних чинов, имеющих знак отличия военного ордена. Эта зала белая, мраморная, в два света, она весьма обширна и имеет в длину 20, в ширину 10 и в вышину более 7 сажень. Колонны, поддерживающие хоры, возведены из белого мрамора в дорическом стиле. Базы и художественно исполненные капители покрыты позолотой; пол залы узорчатый. У стены, с барельефным изображением св. Георгия Победоносца, находится на возвышении ИМПЕРАТОРСКИЙ трон, а поверх его рельефно выступает украшенный белыми страусовыми султанами балдахин из малинового бархата.

В 1892 г., 13 декабря, число Георгиевских зал обогатилось еще одной, устроенною в помещении Главного Штаба, именно Георгиевской залой Генерального Штаба. Мысль увековечить имена офицеров Генерального Штаба, удостоившихся высшего военного отличия – ордена св. Георгия, была крайне сочувственно встречена Военным Министром. Зала, находящаяся между парадною лестницею и церковным коридором по плану, – круглая. Она богато украшена лепною работою, позолотою и пилястрами коринфского ордена. На потолке, в центре, помещена розетка, из которой свешивается люстра. Переход от потолка к стенам сделан посредством двух поддуг; между разделяющими их лепными тягами помещены рамки с орнаментом. Самый фриз покрыт гирляндами из лавровых листьев. Над пилястрами останавливают внимание зрителя картужи с Георгиевскими крестами и звездами, поверх которых видны короны. Раскрашенная в несколько тонов зала чрезвычайно эффектна. В арках и прямоугольных впадинах выступают одиннадцать белых мраморных досок, с 160 именами Георгиевских кавалеров, начиная с 1770 до 1881 г. Во главе их стоит имя генерал-квартирмейстера армии Румянцева – Боура. Он первый из офицеров Генерального Штаба удостоен ордена св. Георгия 2 ст. за отличие в 1770 г. в деле при Кагуле. Длинный список героев прежних войн украшают имена графа Каменского, князя Кутузова-Смоленского и графа Дибича-Забалканского. В этом же списке встречаются имена большинства выдающихся деятелей минувшей войны. Некоторые имена начертаны на мраморных досках по два и по три раза: так, имя покойного М.Д. Скобелева занесено под 1873, 1877 и 1881 годами. Над входом в церковный коридор прибита белая мраморная доска, с Георгиевским крестом и с надписью: «Генеральнаго Штаба кавалеры ордена св. великомученика и победоносца Георгия». Под этою доской, на карнизе, находится образ св. великомученика и Победоносца Георгия. Тут же, при входе в церковный коридор, по сторонам помещены трофеи – ключи бухарских крепостей: «Ура-Тюбе», взятой 2 октября 1866 г., и «Джизак» – 18 октября того же года.

Парадная лестница Главного Штаба украшена постановкой на четырех колонках у балюстрады бюстов русских полководцев: Меньшикова, Шереметьева, Румянцева и Потемкина, а в нишах статуй Суворова и Кутузова, в особой большой нише – копии со статуи Петра Великого, находящейся в нижне-петергофском саду. Под нишею статуи Петра Великого, на мраморной доске начертаны слова приказа пред Полтавским боем: «а о Петре ведайте, что ему жизнь недорога, жила бы только Россия в славе и благоденствии». Под нишею Суворова помещено донесение его Екатерине II: «Измаил у ног Вашего Величества». Под нишею Кутузова – слова при занятии Тарутинской позиции: «Теперь ни шагу далее».

В здании Главного Штаба церковь посвящена св. великомученику Георгию; она устроена в 1822 году, помещается в 4-м этаже надворного флигеля, в нее ведут три лестницы в 95 ступеней; в 1890 г. церковь эта была возобновлена в память дивного спасения ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА III и ЕГО АВГУСТЕЙШЕЙ СЕМЬИ 17 октября 1888 г. Над полукруглым окном южной стороны, в медальонах, изображения святых, празднуемых св. церковью 17 октября, а ниже – изображения святых, соименных ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ и ЕГО АВГУСТЕЙШЕМУ СЕМЕЙСТВУ, а также изображение Спасителя, окруженного всеми спасенными от смерти 17 октября в царском вагоне-столовой, и надпись (от лика Спасителя): «и власи главы вашея изочтены суть: не убойтеся убо» (Лк.18:21). Над окном северной стены поставлены иконы святых покровителей России: св. митрополита Алексия (12 февраля), преподобного Сергия Радонежского (25 сентября), св. Мстислава Храброго (15 апреля), Довмонта, Князя Псковского (20 мая) и великомученика Димитрия (26 октября). Над западным окном написаны святые, в честь коих существуют в России ордена: св. Апостол Андрей (30 ноября), великий князь Владимир (15 июля), св. великомученица Екатерина (24 ноября) и св. пророчица Анна (3 февраля). Над иконостасною алтарною аркой, в медальонах, изображения св. Иоанна Предтечи, свв. Апостолов Петра и Павла, свв. Кирилла и Мефодия. На западной стене помещены вензелевые изображения, из литой чеканной бронзы, имен: ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА I, с годом основания (1822 г.), и ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА III, с годом переустройства церкви (1890). Над этою же частью церкви свод украшен богатым орнаментом и большим живописным изображением чуда св. Георгия Победоносца в Бейруте. Но особенно замечательно украшен в корабле церкви большой парусной свод ее, заменяющий собою купол. Он изображает собою ту часть звездного неба, которая усматривалась со станции Борки в 12 часов 11 минут 17 октября 1888 года, когда, в минуту крушения, остановились часы в вагон-столовой ИМПЕРАТОРСКОГО поезда. Тут видятся созвездия: Кассиопеи, Орла, Северный Венец, Большая медведица, и в зените – созвездие Дракона. Всех звезд ровно 1200; они сделаны из граненого хрусталя, пяти и шестиугольной формы, и покрыты с задней стороны зеркальною амальгамою. Пол церкви – паркетный из разноцветных древесных пород: дуба, кавказского клена, ореха и сафраксового дерева. В трех полукруглых окнах рамы с матовыми узорчатыми стеклами, расписанными легким орнаментом и с изображением в середине каждого окна, на цельном стекле, в два аршина диаметром, орденских знаков св. Георгия: четырехконечной звезды и наложенного на нее Георгиевского креста.

Древнейший, первый храм и монастырь в честь св. великомученика Георгия Победоносца в пределах нашего отечества, находится в Крыму, близ г. Балаклавы (отсюда его наименование Балаклавским). Ещё в I-м веке христианства на Таврическом полуострове находились пещерные храмы (см. 25 ноября и 7 марта) и один из таковых пещерных храмов послужил основанием существующему и доныне Георгиевскому Балаклавскому монастырю; вероятно, храм этого монастыря один из найденных в Крыму св. Климентом, епископом римским. Не задолго до нашествия на Крым русских, под предводительством великого русского князя Владимира (равноапостольного), в 988 году, пещерная церковь на мысе Партенон была обращена в Георгиевский монастырь по следующему обстоятельству: греческие купцы, во время плавания по Черному морю, были настигнуты страшною бурею. Морские волны несли корабль прямо на прибрежные скалы, где всех ожидала неизбежная гибель. Несчастные с молитвою обратились к св. великомученику Георгию, и внезапно им явился сам великомученик на огромном камне, находящемся в 70-ти саженях от берега. Буря скоро утихла; корабль прибило к этому камню, и погибавшие вышли из него невредимыми. Здесь, к своему удивлению, они обрели икону св. великомученика Георгия, которую, взявши оттуда, перенесли на берег и, в благодарность спасшему их святому, на возвышенном морском берегу, близ места своего спасения, при пещерном храме основали монастырь и посвятили его св. великомученику Георгию. Это было в 891 году. Более набожные из греков, бывшие свидетелями чудесного спасения купцов, стали жить постоянно при сем монастыре. Чудесно обретенная икона св. Георгия находилась в обители до 1779 г., а в этом году митрополит Игнатий, грек, имевший кафедру в Бахчисарайском Успенском монастыре, по приглашению русского правительства перешедший из Крыма в Мариуполь, перенес туда и икону св. великомученика Георгия. В 1891 году, по случаю предстоявшего празднования тысячелетия Балаклавского монастыря, св. Синод, по ходатайству преосвященного Мартиниана, епископа Таврического, разрешил перенести икону св. великомученика Георгия из Мариуполя в упомянутую обитель, что и совершено было 14 сентября 1891 года. (см. «Георгиев. Балаклав. монастырь в Крыму», издание Д. Краевского, а также «Подробное описание жизни и чудес св. великомученика Георгия», Я. Верховца).

О других церквах, посвященных св. великомученику Георгию (более других замечательных), см. Месяцеслов под 23 апреля и книгу Я. Верховца: «О жизни св. великом. Георгия», СПб., 1893 г.

В дворцовой церкви, посвященной Божией Матери всех скорбящих Радости, во дворце Великого Князя Николая Николаевича, в С.-Петербурге, находится на мраморном пьедестале икона св. великомученика Георгия, с частицами мощей святого и св. царицы Александры. Икона эта поднесена была Великому Князю в Лидде Иерусалимским патриархом Кириллом. Мощи св. Георгия вложены в серебряный позлащеный ковчежец, а для мощей св. царицы Александры устроена кипарисная рака. В центре мраморной доски, в ковчегах хранится древнейший серебряный складень с двумя иконами, писанными на кипарисе: одна изображает Божию Матерь «Неисчерпаемая Благодать», а другая – св. великомученика Георгия. В церкви Аничкова дворца в С.-Петербурге находится часть мощей св. великомученика Георгия. В Киевском Выдубицком монастыре, в церкви св. великомученика Георгия, пред местною (его) иконою находится ковчег, в котором положены частицы мощей св. великомученицы Варвары, преподобного Иоанна Дамаскина и капли крови св. великомученика Георгия. (Киев, Сементовского, 207 стр.). Частицы мощей св. великомученика Георгия находятся в Георгиевской церкви с. Красного, Борисоглебского уезда, Воронежской губернии.

В Армении находится монастырь в честь св. великомученика Георгия, построенный в XVII в. и приписанный к Эчмиадзину. В ризнице этого монастыря показывают: часть мощей св. великомученика Георгия, череп св. Евангелиста Матфея и частицу животворящего Креста. В приделе с левой стороны – гробовая плита, под которою, говорят, покоилось все тело великомученика, принесенное из Никомидии, великий Нерсесом, но армянский писатель Вартант говорит только о черепе св. великомученика Георгия. Местное предание утверждает, будто бы за 200 лет пред сим, один из царей Грузии выпросил себе мощи св. Георгия в Тифлис, только на время, для исцеления болящего своего сына и дал за них заложниками лучших своих бояр; но так как сын его не выздоровел, то царь не хотел возвратить мощей и положил их в Бочарскую обитель, из которой впоследствии, вместе с иконою святого, перенесли их в Аловердский собор, где будто бы и до ныне находятся. Однако монастырь св. Георгия и доселе не перестает быть местом осеннего стечения богомольцев, не только армян, но даже и татар, которые, в продолжении семи недель, всякую субботу собираются в обитель для праздника св. Георгия (А.Н. Муравьев, Грузия и Армения, 176 стр.). Аловердский собор, посвященный св. великомученику Георгию, первоначально был построен еще в V столетии св. Иосифом, одним из 13 Сирских отцов, но затем, по перенесении части животворящего креста в этот собор, главный храм в нем посвящен Воздвижению Креста, а св. великомученику Георгию устроен придел на хорах; в этом соборе сохранилось 4 древние иконы св. Георгия (две из них – местные). В одной из них хранятся частицы мощей его (Муравьев, Грузин. храмы, стр. 158).

Св. Иннокентий, в мире Иоанн, происходил из дворянской (на Волыни) фамилии Кульчицких, переселившихся в Черниговскую губернию; родился около 1680 года, обучался в Киевской духовной академии и в 1716 году, по пострижении в монашество, был отправлен в Московскую академию учителем, где после был и префектом; в 1714 году переведен в С.-Петербургскую Невскую лавру с званием сначала соборного, а затем обер-иеромонаха по флоту (иначе начальника флотских иеромонахов); в 1720 году исправлял должность наместника лавры; 14 февраля 1721 года, по желанию Петра I, Иннокентий был посвящен в сан епископа Переяславского (номинально) и предназначался в Пекинскую миссию; но не был принят Китайским правительством из-за выражений о нем в сенатском отношении Китайскому трибуналу («духовная особа, великий господин»), а затем из-за интриг Иркутскаго архимандрита Антония Платковского и русского в Китае посла графа Саввы Рагузинского, и три года провел в Селенгинске, трудясь в проповедании слова Божия инородцам, и перенес много скорбей от неопределенности своего положения и от неустройства гражданского управления в Сибири. В 1727 году, указом Св. Синода, Иннокентий был переименован в епископа Иркутскаго и Нерчинского и вступил в управление новообразованною епархией. Святитель неутомимо – и словом учения (проповеди) и пастырскими посланиями и различными предписаниями – трудился над устройством обширной, малонаселенной и не знавшей никакого над собою контроля епархии. Иннокентий, назначенный на Иркутскую кафедру, по странному недосмотру Сената, не получал жалования до самой смерти и терпел крайний недостаток в средствах содержания себя и свиты, а неопределенность границ новооткрытой епархии подавала повод к неудовольствиям между ним и Тобольским архипастырем. Святитель, никогда не пользовавшийся крепким здоровьем, под влиянием сурового климата и различных невзгод, умер в не преклонных летах – 26 ноября 1731 г. По случаю производившихся в Тихвинской (монастырской) церкви работ, в 1764 г. найдено было тело святителя нетленным, а множество чудес, совершившихся не только в Иркутске, но и в отдаленных странах, при молитвенном призывании святителя, послужили побуждением к открытию мощей и прославлению святителя в 1800 г. Мощи св. Иннокентия почивают открыто в Вознесенском монастыре, в 5 верстах от г. Иркутска, на р. Ангаре. При императоре Павле санитары Ржевский и Левашов, ревизовавшие Иркутскую губернию, донесли Государю о нетленных мощах и чудесах св. Иннокентия. В 1800 году св. Синодом предписано было духовным лицам проверить на месте донесение сенаторов. Строгое следствие вполне оправдало все их известия. За тем, в 1804 году предписано праздновать во всей России память св. Иннокентия 26 ноября. По явлениям из загробной жизни разным больным, святитель был таков: волосы темно-русые, густые, продолговатые и отчасти кудреватые, лицом смугловат, роста среднего, борода русая. Св. Иннокентию составлена служба, издаваемая особою книжкою, а также акафист.

Филарет, Рус. святые, III кн., 408–417. Архим. Модест, Исследование о проповедн. трудах св. Иннокентия, 1873 г. История Рос. иерархии, III, 678; VI, 659. Архим. Никодим, Опис. Вознесен. Иркут. монастыря, СПб, 1840 г. Словарь о рус. святых, 120. Толстой, Книга, глаголемая о рос. святых, 273 стр. Строев, Списки настоятелей, 557. Опис. документов и дел св. Синода, I, 94 стр. Зверинский В., Материалы для истории монастырей, I т., № 123. Душепол. Чтение, 1869 г. Перм. Епарх. Ведомости, 1878 г., № 123. Душепол. Чтение, 1869 г. Перм. Епарх. Ведомости, 1878 г., № 22. Прот. Громова, Начало христианства в Иркутске, 1868 г. Иркутские акты в Иркут. Епарх. Ведомостях, 1863 и 1864 г. Н. Барсуков, Источники Агиографии, 224. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 313. Жития рус. святых, А. Муравьева, ноябрь, 359–391. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 437–447. Иркут. Губерн. Ведом., 1857 г. Ратшин, 99. История рус. церкви Филарета и др.

Преподобные Афанасий и Феодосий – иноки Троице-Сергиевой лавры и, вероятно, ученики преподобного Сергия, местно чтимые, были основателями Воскресенского Череповецкого монастыря в Новгородской епархии, ныне обращенного в собор г. Череповца, при учреждении этого города в 1780 г. и в Подмонастырской слободы и с. Федосеева. Монастырь (а ныне Череповецкий собор) расположен на крутом высоком мысу, образуемом при впадении р. Ягорбы в Шексну; монастырь этот несомненно существовал в XV веке, так как в 1449 г. ему дана была грамота Белозерским князем Михаилом Андреевичем. В «Книге о святых» сказано: «Преподобный Афанасий пустынник, зовомый железный посох. Ученик преподобнаго Сергия радонежскаго. Преставися в лето 6896 (1388)» (Рукопись Савваитова, л. 17). Не сохранилось никаких сведений о жизни преподобных Афанасия и Феодосия. Мощи их почивают под спудом и память им местно совершается 26 ноября и 25 сентября.

История Рос. иерархии, VI, 566. Ратшин, 392. Макарий, История Рос. церкви, IV, 209. Толстой, Книга глаголемая описание о Рос. святых, 182. Строев, Списки настоятелей, 83. Толстой, Рассказы из истории рус. церкви, 200. Акты арх. экспед., I, № 100 (жалованная грамота Белозер. князя). Зверинский В., Материалы для истории монастырей, II, 103 стр. Новгор. Губ. Ведом., 1853, № 30. Павлов, Историч. описание Новгор. святыни, 33. Н. Барсуков, Источн. Агиографии, 68. Архим. Леонид, «Св. Русь», 56.

Иеросхимонах Дамаскин, в мире Димитрий, в монашестве Даниил, уроженец г. Лальска Иркутской губернии, из крестьян; в мире занимался горшечным мастерством; в 1722 г. св. Иннокентием, первым епископом Иркутским, был посвящен в иеродиакона, а Иннокентием II-м (Неруновичем) в иеромонаха; епископ Софроний (в 1753 г.) поставил его строителем Троицкого Селенгинского монастыря. Дамаскин скончался мученическою смертью: разбойники напали на Селенгинский монастырь, разорили его, а настоятеля подвергли истязаниям, жгли его на огне, а затем умертвили (Иркут. Епарх. Ведомости, 1884 г., № 12). О Троицком Селенгинском монастыре см. у Зверинского В., Материалы для истории монастырей, I т., 504.

В г. Глухове, Черниговской епархии, по народному преданию, на месте нынешней каменной Рождество-Богородичной церкви в старину был густой лес; в этом лесу жил инок Иннокентий, носивший на теле своем вериги. Прожив здесь лет десять и, чувствуя близость своей кончины, он положил на месте нынешней церкви икону Рождества Пресвятой Богородицы, а под иконою свои железные вериги и акафист Божией Матери; на акафисте заметили записку, в которой сказано было, кто положил эти вещи, – и выражено было, что умирающий отшельник просит на этом месте построить церковь в честь Рождества Пресвятой Богородицы. Согласно этому завещанию, на означенном месте была построена сначала деревянная церковь, а потом и нынешняя каменная; но когда это было? – доподлинно неизвестно, но, вероятно, ранее XVI века, так как в этом храме хранится Евангелие с обозначением 1633 года.

Филарет, Описание Чернигов. епархии, VII кн., 283 стр.

Воздеяние рук к небу во время молитвы – одно из естественных действий молящегося: оно означает прошение самим телом помощи оттуда, куда стремится дух, означает и готовность принять сию благодатную помощь. Посему вид сей молитвы есть один из древнейших. Великий законодатель Моисей в пустыне, во время битвы евреев с амаликитянами, неослабно держал простертые к небу руки, испрашивая победу изведенному им народу. Царь и пророк Давид в своих псалмах многократно говорит о воздеянии рук во время молитвы. Сей вид молитвы из ветхозаветной перешел и в новозаветную церковь. Апостолы и первые христиане все воздевали свои руки в молитвах, почему изображение Пресвятой Богоматери с воздетыми в молении дланями относится к первым векам христианства. И действительно, в катакомбах Рима, как-то: в катакомбах св. мученицы Агнии – есть изображения Пречистой Матери Господа с воздетыми руками, и известный археолог де-Росси относит их к концу II или III в. (Hist. del’art. per Seroux d’Agincourt, pl. XI). И в восточной церкви изображение Пресвятой Богородицы в молении с воздетыми дланями было издревле. Оно вместе с православною верою перешло и в Русскую землю. В Киевском Софийском соборе, созданном по образцу Софии Константинопольской, есть мозаичное изображение молящейся с воздетыми дланями Богоматери. Пресвятая Дева, изображенная на золотом мозаичном поле, стоит с воздетыми руками на золотом камне. Это Нерушимая Стена, потому что в течении 9 веков остался (образ) неповрежденным… Наименование же икон молящейся Богоматери с Предвечным Младенцем Знаменскими восходит не ранее XII века, когда Пресвятой Матери Господней угодно было явить своею иконою чудо избавления Новгорода от врагов.

Чудотворная икона Новгородская (Знамение) – одна из древнейших в России. Известны только четыре иконы в России прежде ее прославленные: а) Владимирская (писанная препод. Алипием Печерским), б) Елецкая (в Чернигове, явившаяся около 1060 г.); в) Печерская в Киево-Печерской лавре (в 1085 г.) и в) Боголюбская в 1157 г. Распространившаяся слава об иконе Новгородской (Знамение) соделала то, что и в последующие времена явленные иконы Богоматери с воздетыми в молении дланями и с Предвечным Младенцем получали наименование Знаменских. Чрез 28 лет (1198 г.) после Новгородской явленная, но особенно в 1567 г. вновь прославленная в Псковском Спасо-Мирожском монастыре икона получила наименование Знамения Мирожской. Она изображается стоящею в молении в полном, а не в поясном виде. За тем, в 1295 г. явившаяся в Курске носит тоже наименование. (Есть еще Знамение Тобольской, Абалацкой и др.). Архипастыри новгородские, от коих зависел и Псков, издревле имели на своих печатях изображение Знамения Богоматери. На трех договорных грамотах новгородцев с тверским князем Михаилом Ярославичем (между 1305–1308 гг.) Феоктист, архиепископ новгородский, приложил свинцовую печать с изображением Знамения Божией Матери во весь рост; на грамоте 1317 года Давид, архиепископ новгородский, приложил печать Знамения Богородицы – изображение поясное; на договорной грамоте Новгорода с князем Михаилом Александровичем тверским в 1375 г. – Алексием, архиепископом новгородским, приложена печать Знамения Божией Матери во весь рост. Св. икона Знамения Божией Матери чтима была благоговейно издревле в Москве и пределах ее, что объясняется как зависимостью Новгорода и Пскова от Москвы, так действенной благодатною силою, от сих икон являемою. Св. Алексием, московским митрополитом, привешена серебряная поволоченная печать с поясным изображением Знамения Божией Матери на духовной грамоте великого князя Димитрия Иоанновича Донского об учинении наследником сына его, великого князя Василия Димитриевича. Под духовным завещанием великой княгини Софии, вдовствующей супруги великого князя Василия Димитриевича, в 1453 г. подписался св. Иона и приложил печать с изображением Знамения Божией Матери, совершенно сходную с печатью св. митрополита Алексия. (Собрание Госуд. грамат, т. I; стр. 7, 12, 15, 16, 21). В половине XVI века почитание иконы Знамения Божией Матери возгрето было в Москве митрополитом Макарием, чудным по трудам и подвигам, бывшим прежде архиепископом в Новгороде; при нем, в 1527 г., была возобновлена икона Знамения, украшена и поставлена в обновленном храме на Ильинской улице (Соф. Врем., I, 362). При составлении Четьи Минеи, Макарий поместил два слова на праздник Знамения Божией Матери под 27 ноября. В 1589 году Коломенский епископ приложил печать с изображением Знамения Богородицы к грамоте об учреждении в России патриаршества (Собрание Госуд. грамат, т. I). В 1595 году на митре, сделанной по повелению первого русского патриарха Иова, в верху, вместо креста, поставлено изображение Знамения Пресвятой Богородицы со словами, вынизанными жемчугом: «Все упование мое к Тебе возлагаю, Мати Божия, сохрани мя во своем св. крове». (Патр. Ризн., № 1). При Борисе Годунове, в Служебник с Требником, напечатанном в 1602 году, под 27 ноября показано празднование Знамения Пресвятой Богородицы Новгородской. При царе Василии Шуйском и патриархе Гермогене, в Уставе, в первый раз напечатанном в Москве в 1610 г., под 27 ноября указано празднование Знамению Богородицы (со знаком +). Также в первой печатной Минеи 1610 г. за ноябрь помещена служба совершенно сходная Знамению Новгородской иконы Богоматери. (Историч. описание Москов. Знамен. монастыря, М., 1866 г., архим. Сергия, изд. Мартынова).

22 декабря 1612 г. Московский Кремль, молением и помощью Божией Матери, икона которой находилась в полках Д.М. Пожарского, исторгнут из рук поляков, а 21 ноября, т.е. в день праздника Знамения Божией Матери, самые пределы земли русской очищены от врагов. Это последнее обстоятельство, как знаменательное, отмечено современными летописцами (Дворцовые разряды, т. 1, стр. 9).

В XVII в. Московская обитель (Знаменская) 27 ноября принимала величественный вид. Праздник царев был праздником всей Москвы: его возвещал колокол на Иване Великом, ко всенощной старый успенский, а к обедне – новый большой. Звонили до того времени, когда Государь к празднику поедет. Патриарх со властями: митрополитами, архиепископами, епископами и архимандритами; государь с боярами, окольничими, думными и ближними людьми был в Знаменском монастыре у малой вечерни, всенощной и обедни. После вечерни и обедни государь слушал у праздника молебен; иногда государь и патриарх были только одни у обедни и только болезнь, да отбытие из столицы удерживало царя и патриарха от богомолья в Знаменском в сей день. Перед праздником в сытном дворе наливалась в монастырь лампада воску. Некоторые особенности при праздновании Знамения Богородицы у летописцев: В 1657 г. на всенощной на 9-й песни патриарх (Никон) свечи раздавал; на первом часу целованье было к праздничной иконе и маслом помазывал… В 1667 г. у всенощной был патриарх Московский и всея России Иоасаф II-й; а литургию служили все три свят. патриархи (два восточных, бывшие по делу патриарха Никона). Евангелие на литургии чёл один ризничий святейшего патриарха Иоасафа Феодосий. У обедни Государь царь был, церковь и алтарь сукном зеленым все были убиты, а на паперти придел (Благовещения) сукном был обит красным. Тамо в обедню Государь сам стоял. После обедни Государь посылал к патриархам с яствами. – От монастыря в сей день подносились иконы Знамения Богородицы со святою водою в вощанках всем членам царской фамилии отдельно, также патриарху, именитым боярам и другим влиятельным лицам. В Успенском соборе в этот день также была торжественная служба. Патриарх нередко стоял всенощную в соборе и выходил на литию, а чаще на одно величание. На аналогии, посреди собора, во время величания была возлагаема икона Петровой Богоматери, писанная св. митрополитом Петром и бывшая при прошении Михаила Феодоровича в Костроме. Свечи выдавались из дворца. Обедню в Успенском соборе служил один из архиереев. – Кроме Успенского собора, – торжественная служба была еще в церкви Знамения на Знаменке, куда посылалась власть (большею частью архимандрит), да у боярского двора (т.е. у Ивана Никитича Романова, деда царя Михаила Феодоровича, а по смерти его 1640 г. у сына его Никиты Ивановича). На Романов боярский двор посылалась власть до самого конца сего века. – После обедни в Знаменском монастыре у Государя был стол во дворце по столовой избе, иногда по передней, и иногда по золотой комнате. К столу приглашаем был патриарх со властями и именитые бояре. В сей день Государь изволил жаловать бояр, окольничих, думных и ближних людей наградами. В Знаменском монастыре устроялся стол для дьяков, подъячих и певчих государевых и патриарших. (О празднике Знамения см. Вивлиофик., IV, 162, 281; Х, 95 и пр. Синод. библ. рукоп., № 426; № 93, стр. 45; № 423 Дворцовые разряды под 27 ноября. Выходы Государя под сим же числом и дела Знамен. монастыря. Историч. опис. Знамен. монастыря, М., 1866 г. (архим. Сергия) стр. 17–19).

Чудесное Знамение от иконы Божией Матери, спасшей Новгород от Суздальского князя (Андрея), с которым «мало не вся земля Русская совокупися, единых бо тогда князей бяше 72», случилось 25 февраля 1170 г., но ради сырной недели и великого поста – праздник Знамения в Новгороде установлен 27 ноября, как думает архим. Сергий, вероятно – в день тезоименитства тогдашнего посадника Якуна. Чудо от иконы Богоматери было следующее: войска Андрея Боголюбского осадили город; новгородцы не чаяли себе пощады от врагов и со слезами молились Богу и Пресвятой Деве и от Нее ожидали спасения; пламенная молитва их была услышана. Благочестивому новгородскому владыке Иоанну (Илии) было откровение взять икону Богоматери из Спасской церкви и с нею совершить крестный ход по крепостной стене. Тысячи стрел полетели на стену при виде священной процессии, и одна стрела, пущенная суздальским воином, вонзилась в лик Богоматери, и икона обратилась к городу. Архиепископ, увидевши слезы, падающие из очей Пресвятой Девы, в умилении воскликнул: «О, дивное чудо! како из сухаго дерева текут слезы! Царице! Ты даешь нам знамение, что сим образом молишися пред Сыном Твоим и Богом об избавлении града». И надежда новгородцев на Пресвятую Деву сбылась. В войске врагов заметили смятение; они поражали оружием друг друга и объятые ужасом бежали от стен Новгорода. Благодарные новгородцы на вечные времена, на память потомству, установили торжественно воспоминать такое очевидное чудное знамение от иконы Богоматери, спасшей град от разорения; а от них и вся Русская церковь 27 ноября прославляет Богоматерь.

Празднование Знамению Божией Матери в Новгороде, как видно из рукописного устава Софийского собора под 27 ноября, было весьма торжественное: «к празднику Знамения Богородицы съезжаются власти (монастырския) все без зову и без вести». В день праздника новгородский Святитель сопровождал крестный ход в полном облачении из Софийского собора. На пути пели молебен на три статьи с чтением Евангелий. По приходе в собор, Святитель совершал водоосвящение, отпускал кресты, и, по окончании божественной литургии, отправлял в Москву к Государю запечатанные просфоры и св. воду в вощаниках. В этот день и ныне в Знаменском соборе Преосвященный со всем новгородским духовенством в навечерии отправляет молебное пение, или параклисис Богородице с акафистом; а в самый праздник бывает крестный ход из Софийского собора, и Преосвященным совершается литургия. А в те дни, когда в Новгороде бывают общественные крестные ходы, то чудотворная икона прежде приносится в Софийский собор, откуда выходят встречать ее на Волховский мост к Чудному кресту. После литургии, вместе с Софийскими св. иконами обносят чудотворную икону вокруг города по заведенному установлению; а после того она всем священным собором провождается обратно до того же Чудного креста. – Чудотворная икона Знамения Божией Матери в вышину 13½ верш., в ширину 12 верш., а с ручкою в вышину 1 ар. 13½ вершков. На иконе с лицевой стороны изображена Божия Матерь молящеюся с воздетыми руками, на персях у Нее Предвечный Младенец; на полях изображения свв. Георгия и Иакова Персианина, препод. Петра и Онуфрия. На другой стороне иконы, обращенной в алтарь (в иконостасе), находятся изображения Спасителя и двух ангелов по сторонам Его. Пред Ним в молении апостол Петр и мученица Наталия; а на полях священномученик Климент Римский, святитель Николай и мучен. Екатерина и Евдокия. Внизу иконы изображение Новгорода (или самого события). Под левым глазом чудотворной иконы находится едва заметное повреждение, вероятно, сделанное стрелою, пущенною суздальским воином в то время, когда икона была вынесена св. Иоанном на городскую стену. Риза на иконе с лицевой и оборотной стороны золотая, высокой ценности, с драгоценными камнями, украшенная усердием новгородских граждан в 1831 и 1848 годах за избавление от холеры. Когда эта икона писана – неизвестно; но она была уже запрестольною иконою до 1139 г. в Спасо-Преображенской церкви, а оттуда в 1354 году перенесена в Знаменский собор (в честь иконы устроенный).

Новгород. древности, архим. Мавария, т. I, 231–244; т. II, 58–60 стр. Сказание о избавлении Новгорода: IV Новгород. летоп., II Псков. леп. Времен., 1853 г. (XVI в.). Дни Богослужения, Дебольского, II ч., 122–124. Архим. Сергий, т. II, 27 ноября.

Икона Знамения Пресвятой Богородицы в Московском Знаменском монастыре храмовая – главная его святыня – есть та самая, пред которою молился родоначальник наших царей, святейший патриарх Филарет Никитич; она – родовое моление Государей ныне царствующего Дома. Эта икона, по мнению знатоков, написана в XVI или в начале XVII в. Не только лик Богоматери, но и самые украшения на ней, как можно видеть из монастырских описей 1631, 1658, 1671, 1687, 1732, 1734, 1750 гг. и др., сохранились в целости. Икона эта богато украшена (см. Описание ее и на ней находящихся драгоценных украшений в Историч. описании Москов. Знамен. монастыря, архим. Сергия, 36–41). Находится она по левую сторону царских врат, в иконостасе Знаменского монастырского собора. Пред иконою серебряная лампада – дар государыни инокини Марфы Ивановны «за многолетное здравие сына ея, великаго Государя царя и великаго князя Михаила Феодоровича». Весу в ней 7 фунтов.

* * *

Древняя икона Знамения Божией Матери с херувимами (в том же монастыре), богато украшенная. В описи 1631 г. значится, что ее носили в сие время в крестных ходах; в описях XVIII в. говорится, что ее носили в полках во время походов военных. (см. о ней ibid. 42 стр. и приложение А).

* * *

Образ Знамения Божией Матери (в том же монастыре), шитый шелками и золотом, а по золоту жемчугом; по краям образа вышит – средним жемчугом – тропарь Знамению: «Яко необоримую стену…» и год 7138 (1629). Пелена, на которой вышит образ, длиною 7½, а шириною 14 вершков. По всей вероятности, это вклад царицы Евдокии Лукинишны, от которой монастырь имеет шитые воздухи.

* * *

В нижней монастырской (Знам. мон.) церкви, за правым клиросом образ Знамения Пресвятой Богородицы с херувимами, старинной живописи. Некоторые (Снегирев) видят в нем кисть известного живописца Симона Ушакова. (Опис. Знамен. монастыря, стр. 42).

* * *

В Москве, в Златоустовском монастыре, на Маросейке (вернее – на Малороссейке, так как эта часть Москвы названа малороссийскою от того, что прибывшие в Москву малороссы имели здесь свои подворья) икона Знамения Божией Матери особенно прославилась чудотворениями во время холеры 1848 г. «К этой иконе Божией Матери, как являющей благодеяния», писал 24 июня 1848 г. московский митрополит Филарет к наместнику Троице-Сергиевой лавры архимандриту Антонию, «поклонился я на месте ея в Златоустове монастыре уже давно, а в прошедшее воскресенье и в устроившийся (по случаю холеры) ход брал ее…» (Письмо за № 646. Душепол. Чтение, 1867 г., ноябрь. Архим. Иосиф. Путеводитель по Москов. святыням, стр. 119).

* * *

В Москве, в Знаменской церкви, что в Ямской Переяславской слободе, находится весьма древняя (со времен Иоанна Грозного) и почитаемая чудотворною икона Знамения Божией Матери. В нашествие французов в 1812 г. на Москву икона эта была сохранена за иконостасом.

Душепол. Чтение, 1863 г., май.

* * *

В Москве – в Покровском, что на убогих домах, монастыре, в Воскресенской церкви икона Знамения Божией Матери, особенно чтимая с 1844 г., после следующего случая: «12 июля в полдень нашла туча; молния, через верхнее окно Воскресенской церкви, пролетев в ея внутренность, сделала несколько правильных кругов, отпечатавшихся на иконостасе; описав круг около образа Знамения Божией Матери и только оставив знаки на стекле киоты, изчезла». С того времени в каждую среду, после утрени, пред этою иконою отправляется молебен с акафистом Божией Матери.

Покровский монастырь, что на убогих домах, Снегирев, 1863 г., 54 стр.

* * *

В Москве, в церкви св. Иоанна Предтечи, что у Крестовой заставы, – находится местно чтимая икона Знамения Пресвятой Богородицы.

Архим. Иосиф, Путешествие по Москов. святынях, стр. 142.

Чудесно найденная в XIII веке (см. 8 сентября) икона Божией Матери особенно прославилась в XVII в. В 1612 г. мятежники (поляки и сторонники лже-Димитрия), под начальством Жолкевского, осадили Курск. При самом начале осады одна женщина в городе объявила, что Божия Матерь, явившаяся ей в видении, спасет меловую башню. Пушкарь Москвитин объявил, что он видел некую жену, которая шла по забралам стены с двумя светлыми иноками и осветила город. Посему жители Курска дали обет, в случае освобождения от врагов, построить внутри города монастырь во имя Знамения Пресвятой Богородицы, и неприятели с большею потерею отступили от города; благодарные жители Курска построили монастырь. (Слава Пресв. Богородицы, III гл., 73 стр.). Благочестивый царь Феодор Иоаннович питал особенное благоговение к Курской иконе Знамения Божией Матери, пред тем вновь прославившейся чудесными знамениями. По его желанию, чудотворная икона в 1597 г. была принесена в Москву. Царица Ирина Феодоровна украсила ее дорогою ризою, приказала вставить ее в доску, на которой изображены Господь Саваоф и пророки, и за тем св. икона была возвращена в Курск, в Коренскую пустынь.

В храме Входа Господня в Иерусалим (в Знаменской церкви на Невском проспекте) находится икона Знамения Божией Матери, писанная в 1175 г., с ликами св. великомученика Георгия, Иакова Персианина, преп. Петра и Онуфрия. Длина ее 14½ верш., ширина 11 ½ верш., в серебряной позлащенной ризе, с двумя венцами древней филигранной работы, украшенными 23 рубинами, 13 изумрудами, 2 гиацинтами, 2 перлами, 4 халцедонами и 4 гранатами. На окраине серебряного оклада чернью сделана древне-церковным славянским шрифтом надпись: «Сей святой Пренепорочныя и Приснодевы Марии Владычицы нашея Богородицы образ писан истово и праведно, точка в точку с тово самова чудотворнаго образа Знамения Защитницы и помощницы Ноугородцам во дни святительства Григория архиепископа Новограда, по благословению его и по приказанию великаго князя Всеволода владимирскаго новгородскаго, а писал грек в Новегороде, священно-инок Христофор Семенов в лето 6683 месяца февраля, марта и апреля в святое четыредесятие». Таким образом, если верна эта надпись, то оказывается, что икона написана через пять лет после самого события (1170 году). Историч. описание С.-Петерб. епархии, IV т., стр. 17 (2 отд.).

* * *

В церкви Спаса Нерукотворенного образа, что при главных конюшнях, находится древняя, чтимая местно, икона Знамения Божией Матери. Эта икона прежде находилась в Константинополе и прислана в Россию в царствование императрицы Анны Иоанновны (Полный месяцеслов за 1822 г., Отечеств. Записки за 1823 г., Памятн. Веры за 1843 г., Описание С.-Петербурга, Пушкарева). До 1743 г. икона сия находилась в домовой церкви вице-канцлера графа М.Г. Головкина. По вступлении же на престол императрицы Елизаветы Петровны, когда граф Головкин был судим за участие в сочинении проекта об устранении императрицы от престола, лишен чинов, имения и сослан в Березов, икона эта, по приказанию императрицы, была передана (в 1743 году) в церковь Нерукотвореннаго Спаса. Образ Знамения Божией Матери, писанный на доске, с изображением на нем свв. праведных Захария и Елизаветы, апостола Петра и Алексия человека Божия, древнего греческого письма. В 1823 г., по возобновлении храма, икона украшена новою серебряною позлащенною ризою; мера образа в вышину 1 арш. 13½ верш., в ширину 1 арш. 6½ верш.; находится в особом киоте за левым клиросом.

Историко-статистические сведения о С.-Петербург. епархии, вып. IV, 165 стр.

Царскосельская икона Божией Матери прославилась в недавнее время. Икона эта находится в малой церкви Царскосельского дворца; написана она на доске (в длину два, а в ширину полтора аршина); живопись на иконе весьма древняя, но несмотря на это лики Божией Матери и Спасителя отличаются необыкновенною ясностью очертаний, живостью цветов и теней, нежностью кисти; видно, что эта икона принадлежит к высоким образцам древне-византийской иконописи. По преданию, эта икона была принесена в дар царю Алексею Михайловичу одним из восточных патриархов (вероятно, св. Афанасием Константинопольским, который нетленно почивает в г. Лубнах, Полтавской губернии). С того времени св. икона стала особенно почитаемою святынею в Царствующем Доме. Император Петр I-й, перенося столицу из Москвы в С.-Петербург, из особого благоговения, в числе других драгоценностей взял и икону Знамения Божией Матери; по кончине его св. икона перешла в наследство к его дочери цесаревне Елисавете Петровне. По народному преданию, император Петр благословил сею иконою дочь свою, как наследницу престола после Екатерины I-й. Цесаревна Елизавета Петровна часто молилась в уединении пред св. иконою, родительским благословением, с глубокою верою, что Матерь Божия совершит и для нее знамение своего покрова и заступления. В одно время таких уединенных молитв пред цесаревною предстали некоторые из преданных России сановников и объявили ей, что вся Россия желает видеть ее на родительском царском престоле. На третий день после того, как столица (25 ноября) присягнула ей, в праздник иконы Знамения Пресвятой Богородицы, радостная весть о восшествии Елизаветы Петровны на императорский престол понеслась во все концы империи. Избранием этого дня императрица, без сомнения, желала показать, что воцарением своим она обязана покрову Пресвятой Богородицы и чудотворной силе св. иконы Ее – Знамения. По воцарении своем, Елизавета Петровна повелела устроить из своих средств драгоценную ризу на икону Знамения Божией Матери; тогда же, по ее повелению, по краям иконы были написаны изображения: на правой стороне – апостола Петра, праведного Захария, а на левой – Алексея человека Божия и праведной Елизаветы. В 1747 г. в Царском Селе, по повелению императрицы, вместо сгоревшей дворцовой деревянной Благовещенской церкви, построена была каменная, в честь иконы Знамения Божией Матери. По окончании постройки этого храма, Елизавета Петровна приказала торжественно перенести икону Знамения Божией Матери из С.-Петербургского дворца в Царскосельскую придворную Знаменскую церковь. Торжество перенесения иконы было в мае 1747 г. и продолжалось три дня; в этом ходе присутствовала сама императрица и по временам сама несла св. икону. По распоряжению государыни, икона Знамения Пресвятой Богородицы была поставлена в верхнем отделении иконостаса, над иконою Тайной Вечери. В продолжении почти целого столетия (1747–1831) икона Знамения Пресвятой Богородицы находилась поверх царских врат и только однажды (12 мая 1820 г.) она была оттуда снята и вынесена из храма по случаю пожара в старом (большом) дворце, угрожавшего соседним зданиям и Знаменской церкви. Как только вынесли икону из храма и обратили ликом к месту пожара, император Александр I-й, обратясь к иконе, вслух всех воскликнул: «Матерь Божия! сохрани мой дом!» В одно мгновение ветер, несший пламя на церковь и дворец (малый), переменил свое направление и пожар быстро прекратился. Во время первой холеры (в 1831 г.) с особенным усердием стали прибегать с мольбою к Божией Матери пред Ее иконою Знамения в Царском Селе. В это время для богомольцев икона была снята с своего места и поставлена среди храма; за тем с св. иконою был совершен (5 июля) крестный ход и холера, к удивлению всех, миновала Царское Село. В благодарное воспоминание о сем был установлен ежегодный крестный ход – 5 июля (см. это число) и, по прошению царскосельских жителей, икона была поставлена внизу, чтобы молящиеся могли прикладываться к ней. С этого времени (т.е. со времени холеры 1831 г.) особенно началось почитание св. иконы – Знамения. На всю икону (прежде изображения оставались без окладов) сделана была новая драгоценная риза из золота (27½ фунтов) и драгоценных камней; в украшении этой иконы принимала особенное участие жившая в Царском Селе благочестивая девица Мария Ап. Давидова. Во время холеры 1848 г. Царское Село, по молитвам Заступницы рода христианского, было спасено от губительной смерти. В это время поступали и от лиц Царствующего Дома и от других богатые пожертвования для благоукрашения чудотворной иконы и храма. В 1853 г. икона была поставлена в особо устроенный бронзовый, позолоченный киот; в это же время внизу изображения, по бокам иконы, были написаны изображения святителя Николая и св. великомученицы Александры царицы. Благодатная сила, осеняющая чудотворную икону Знамения Божией Матери, подтверждается многими замечательными событиями: так, в 1863 г. 16 июня в два часа по полуночи загорелся Царскосельский дворец и в нем великолепный храм; все усилия и средства, употребленные при тушении огня, казались бессильными; вдруг, в сердцах Императора и Императрицы возбудилось желание прибегнуть к заступлению Пресвятой Богородицы; по воле Их Императорских Величеств, икона Знамения Божией Матери была обнесена вокруг горевшего дворца – и пожар почти мгновенно прекратился. Много от сей иконы по молитвам молящихся бывало исцелений больных. Весьма замечательно чудесное спасение флотского офицера г. Дудинского. Мать его, смоленская помещица, пред отправлением сына в Черное море на корабль «Ингерманланд», нарочно приезжала в Царское Село помолиться с сыном пред чудотворною иконою Богоматери, которой и поручала его, воскликнув в слезах: «Царица небесная! Тебе поручаю сына моего и на Тебя вся надежда моя: Ты возвратишь мне его и со дна моря!»… Во время плавания корабль, на котором был Дудинский, подвергся крушению, так что весь экипаж был поглощен волнами; в числе погибавших и Дудинский был выброшен за борт. Сознавая неизбежную гибель, он вдруг вспомнил о св. Царскосельской иконе и из глубины души воззвал к Царице небесной о спасении своем. Вдруг морская волна так сильно ударила его, что он лишился чувств, когда же пришел в сознание, то увидел себя на берегу и благоговейно возблагодарил Милосердую Владычицу за свое спасение.

Снессорева С., Земная жизнь Пресвятой Богородицы, СПб., 1892 г., стр. 494–511.

Абалацкая икона (с. Абалак, в 25 верстах от Тобольска), служит предметом особенного благоговения не только в Сибири, но и в соседних с нею губерниях России; на поклонение ей стекается множество богомольцев из далеких стран (особенно в июле). На иконе Богоматери, по сторонам, изображены святитель Николай и преподобная Мария Египетская; эта икона написана протодиаконом Тобольского собора, Матфием, по обету бывшего несколько лет в расслаблении некоего крестьянина Евфимия, который, по написании иконы, выздоровел; икона эта находится местно в Абалацкой церкви. Храм Пресвятой Богородицы, с приделами св. Николаю и препод. Марии Египетской, устроен после неоднократного чудесного видения благочестивой вдовы Марии, проживавшей в XVII веке в с. Абалаке.

Древн. Вивлиоф., ч. III (Записки к Сибир. истории). Дебольского, Дни Богослужения, ч. II, стр. 124–125.

В г. Владимире, в Рождественском монастыре, находится икона Знамения Божией Матери весьма древняя, греческого письма. По преданию, она принадлежала св. Александру Невскому и была при нем в достославной битве с шведами и ливонскими рыцарями; впоследствии эта икона была поставлена над ракою св. Александра

* * *

В Вологде чудотворная икона Знамения Божией Матери явилась в 1571 г. 2 сентября, во время морового поветрия, жителю села Дюдикова Марку Заозерскому, которому повелено было поставить эту икону в храм св. Иоанна Предтечи в с. Дюдикове. «И от того времени на Вологде моровое поветрие преста». В честь этой иконы была устроена теплая церковь Знамения Божия. Чудотворная икона весьма малого размера (5 верш. вышины и 3¾ ширины). В верхней части ее изображен образ Знамения Пресвятой Богородицы, а под ним изображены: Арханг. Михаил и Гавриил, св. Василий Великий, Николай чудотворец, св. великомученик Георгий, мученица Параскева, великомученик Никита и великомученица Варвара. Риза на иконе серебряная, позлащенная.

Вологод. Епарх. Ведом., № 19, 1866 г.

* * *

В г. Севске (Орлов. епархии), в градской церкви Знамения Божией Матери, построенной в 1634 г. по обету за спасение города от гетмана Жолкевского, находится особенно чтимая древняя икона Знамения Курской Божией Матери.

* * *

В г. Сумах (Харьков. епархии), в соборном храме, находится особенно чтимая во всем городе икона Знамения Курской Божией Матери; на ней серебряная позлащенная риза – дар курских купцов (1780 г.), которые являлись на Введенскую ярмарку в г. Сумы.

* * *

В слоб. Никитовке (Харьков. епархии), в Успенской приходской церкви, находится местно чтимая икона Знамения Божией Матери в серебряной позлащенной ризе, с надписью: «В память избавления от холеры в 1648 г.»

Описание Харьков. епархии, III кн., 319 стр.

* * *

В слоб. Летях (Черниг. епархии), в Успенской церкви, замечательна древняя икона Знамения Божией Матери, найденная казаком Бовсуном в прошлом столетии в лодке, на берегу р. Ковниты.

(Описание Черниг. епархии, V ч., 327 стр.).

* * *

В г. Елатьме (Тамбов. епархии), в соборе, находится древняя местно чтимая икона. На ней надпись: «Истинное изображение, подобие и мера чудотворнаго образа Пресвятой Богородицы, иже в великом Новграде; писал поп Георгий».

Описание Тамбов. епархии, стр. 318. Указатель местн. праздников Тамбов. епархии, стр. 40.

* * *

В г. Павловске, Воронежской губернии, в Преображенском соборе местно чтится икона Знамения Божией Матери. Об обретении этой иконы в г. Азове сохраняется такое предание: Император Петр I-й в 1696 году осадил город Азов и разорил его. На развалинах бывшей Азовской крепости найдены были иконы св. Иоанна Предтечи (ныне находящаяся в Донецком монастыре) и Знамения Божией Матери. Эта последняя отдана была Петром I-м в Азовский собор, а затем, по возвращении туркам Азова, в 1711 году, по повелению Государя, икона была передана в Осередскую крепость, переименованную тогда же в г. Павловск, в соборную церковь. В Павловский собор был перемещен причт Азовского храма, сюда же была взята и церковная утварь бывшего в Азове собора. Икона Знамения Божией Матери начертана на внутренней стороне морской раковины, пяти вершков. Эмаль раковины от времени пожелтела, изображение Богоматери начертано штрихами. Первоначально эта икона была вставлена в большую деревянную икону (стоявшую сзади правого клироса), на которой в 6 отделениях были изображены разные обстоятельства взятия Азовской крепости и обретения иконы. На киоте внизу иконы сделана следующая надпись: «Сей образ Знамения Матери Христовой, начертанный честно на матице перловой, егда град татарский Азов от бусурман взят, найден в земляном валу и обложен в злато, не достойно бо свящи (святыни) быти в земней яме, но светит всем в храме святем, иже в похвалу ея претворен из мечету в честь Богу христианскому на погибель Махмета». В двадцатых годах нынешнего столетия протоиерей Симеон Донецкий (1820–1844) поместил икону в большом золоченом лучеобразном киоте и поставил над царскими вратами. Св. икону, по примеру Киево-Печерской, в конце Богослужения, на шнурах спускают для целования. При протоиерее Донецком был такой благочестивый обычай чествования этой иконы: пред окончанием праздничной, или воскресной всенощной, когда священник стоял для отпуста на 1 час пред царскими вратами, выходили с клиросов священно-церковно-служители, становились по обе стороны служащего священника и пели: «Никтоже притекаяй к Тебе, посрамлен от Тебе будет». Во время пения этой церковной песни кто-либо из служителей, стоя в алтаре, тихо спускал на шнуре св. икону. Когда же нижние лучи сияния касались пола и пение оканчивалось словами: «Пресвятая Богородице, спаси нас!» – священнослужители прикладывались к св. иконе, а за ними и все бывшие в храме. Граждане не редко берут эту св. икону в свои дома для совершения молебствий. С иконою ежегодно, в 9-ю пятницу по Пасхе, совершается крестный ход на «студеный колодезь» в 6 верстах от Павловска. На колодезе совершалось молебствие Божией Матери, а затем панихида по Государю Петру I-му, как основателю города, пожертвовавшему эту св. икону в Павловский собор. (Указатель праздн. Воронеж. епархии, I ч., 298 стр.).

* * *

В Серафимо-Понетаевском женском монастыре, Нижегородской епархии, Арзамасского уезда. Эта икона написана в 1879 году одною из сестер означенной обители (Клавдиею Войлошниковою) и находилась в письмоводительской кельи корпуса, занимаемого игуменьей Евправсией. В 1885 г. 14 мая некоторыми из монахинь замечено было на лике Богоматери особенное просветление, молва о чем привлекла богомольцев и некоторые из больных получили исцеление. По распоряжению епархиального начальства было назначено следствие о сей иконе, коим и подтвердилась благодатная сила иконы. Нижегородский епископ Модест донес о новоявленной благодатной иконе св. Синоду, по предписанию которого (от 27 сентября 1885 г.) икона Знамения Божией Матери, находившаяся в кафедральном соборе, была возвращена в Серафимо-Понетаевский монастырь, «в видах поддержания веры и успокоения народа».

Адрес-Календарь Нижн. Новгорода, диак. А. Снежинского, 1889 г., 933–935 стр.

* * *

В Введенской Макариево-Жабынской обители (близь г. Белева, Тульской епархии) находится свято-чтимая чудотворная икона Знамения Божией Матери; эта икона принесена из с. Озерска в 1711 году (Г. Зверинский, Материалы для истории монастырей, И в., № 105).

* * *

В Нижнем Новгороде, в Знаменской (Мироносицкой) церкви, в иконостасе, по левую сторону царских врат – находится весьма древняя икона Знамения Божией Матери, свято чтимая в Нижнем Новгороде; на иконе серебряная риза. В том же храме икона Знамения Божией Матери – точная копия с чудотворной Новгородской иконы Знамения Божией Матери. По средам, после литургии, пред сею иконою читается акафист. Эта икона берется в крестные ходы в ярмарочное время (25 июля и 24 августа); крестные ходы сии установлены в память спасения от холеры (Нижегор. Епарх. Ведом., № 12, 1886 г.).

* * *

В с. Торге, в 30-ти верстах от г. Нерчинска, вверх по р. Нерче, свято чтимая (Торгинская) икона Знамения Божией Матери. По преданию, икона сия была принесена из Москвы в г. Албазин, а из Албазина, после первых нападений на сей город китайцев, она казаками была перенесена в Торг. Эта икона глубоко чтится в Камчатской епархии и с нею бывают крестные ходы по Камчатской епархии (Иркут. Епарх. Ведомости, № 47, 1882 г.).

* * *

В г. Ярославле, в Знаменской церкви, что при Власьевской башни, находится местно чтимая икона Знамения Божией Матери – копия с чудотворной иконы Новгородской Знамения Божией Матери. Это древнее изображение Знамения Божией Матери, бывшее прежде над воротами Власьевой башни; ныне оно, по устройстве церкви, находится на восточной стороне храма. (Ярославския Епарх. Ведомости, 1892 г., №№ 16–17.)

Св. Иаков, с молодых лет посвятивший себя Богу, в 1385 г., по смерти епископа Матфея, был удостоен святительского сана; из пастырской его деятельности известно посрамление какого-то Маркиана, отвергавшего иконопочитание. За спасение от позорной смерти преступной женщины, св. Иаков, несправедливо заподозренный в нечистой жизни, неразумными жителями Ростова был изгнан из города. Смиренный Иаков в 40 саженях от храма св. Архангела Михаила, построенного св. Леонтием, поставил сначала хижину, а затем и деревянную церковь, в честь св. пророчицы Анны, – и этим положил основание Иаковлевскому (Зачатскому) монастырю. Святитель скончался 27 ноября 1391 г. Св. мощи его почивают под спудом; над ним устроена богатая серебряная рака, усердием графини Анны Ал. Орловой. В «Иконописном подлиннике» св. Иаков изображается: «подобием сед, брада аки Богословля, на главе шапка, ризы святительския, в омофоре Евангелие» (Филимонов, 202 стр.). Праздник св. Иакову установлен соборным определением 1549 г. С 1888 г. Ростовский Иаковлевский монастырь назначен для местопребывания Угличского епископа, викария Ярославской епархии.

Рукописное житие св. Иакова хранится в Иаковлев. ростов. монастыре («Описание монастыря», СПб., 1849 г., стр. 3–5). История рос. иерархий, II, 527. Ратшин, 550. Макарий, История рус. церкви, IV, 195. Сведения о существующих в России монастырях, 95. Историч. словарь о рус. святых, 91, 125. Муравьев, Путешествие к рус. святым местам, I, 61. Толстой, Древности и святыни Ростова. Историч. акты, I, 320; XVII, 172; Акты архив. экспед., I, 241. Филарет, Рус. святые, кн. III, 467–470. Архим. Леонид, «Св. Русь», 160. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 314. Н. Барсуков, Источн. агиографии, 238. Чтения общества истории и рос. древностей, 1847 г., № 2, 35. Журавлев, Путеш. по Ярослав. губернии, 301. Крылов, Историкостат. описание Яросл. епархии, 61. Титов А., Ростов великий. Толстой, Книга, глаголемая о рос. святых, 93. Древняя Рос. Вивлиофика, 1774 г., VI, 408. А. Толстой, Описание Ростова Великого, 116. Строев, Списки настоятелей, 365. Ключевский, Древн. жития рус. святых, 462. Зверинский В., Материалы для истории монастырей, I т., № 465, 248 стр. Муравьев, Жития рус. святых, ноябрь, 392–396. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 463–465. Св. Иакову епископу есть служба, помещаемая в служебн. минеи 27 ноября. Списки службы св. Иакову находятся в Москов. епарх. библиотеке, № 54, XVI в. Архив. список, № 486, XVI в. Сергиев. лавры, № 623, 630, XVI в.; № 624, XVI–XVI в.; № 626, XVII. Тихонравова, XVI и XVII в.

Преподобный Диодор, в мире Диомид, родился в конце XVI в. в Турчасовском приходе, Олонецкого уезда. Рано он возъимел склонность к иноческой жизни и на 19 году своей жизни отправился в Соловецкий монастырь, где, по достаточном испытании, был пострижен с именем Дамиана игуменом Антонием и отдан под руководство опытного в духовной жизни иеромонаха Иосифа. Из монастыря Дамиан часто удалялся на пустынный остров и там уединялся на несколько дней; однажды он пробыл там сорок дней, не взяв с собой про запас ни одежды, ни пищи, и так изнемог, что братия нашла его едва живым. К такому положению он был принесен на монастырское подворье, где, после приобщения св. Таин, он стал укрепляться. После этого случая преподобный Дамиан, в схиме Диодор, поселился на пустынном острове с двумя отшельниками и отсюда ходил для духовной беседы к другим отшельникам, которых там было до восьми, и один из них – Никифор – ходил без одежды. Настоятель Соловецкого монастыря Иринарх был недоволен, что появилось много отшельников и что к ним уходят даже братия из обители (между ними, наприм., больничный келарь Кирик, лучше которого никто из братии не мог служить), и распорядился, чтобы стрельцы и работники возвратили в обитель всех отшельников, в числе коих был возвращен и Диодор, которого в монастырской больнице посадили в оковах и приставили к нему стражу; но, несмотря на это, Диодор чрез три месяца удалился на пустынный остров, где едва мог найти его родной его брат, живший также в Соловецкой обители. После сего Диодор решился навсегда оставить Соловецкие острова и удалился на р. Онегу, где, близь Кенозера, в лесу избрал себе место; но здесь не давали ему покоя соседние жители, и Диодор удалился на Юрьеву гору (в 25 вер. от г. Олонца). Здесь, водрузив крест, Диодор поставил келью и стал трудиться; скоро к нему прибыл сподвижник Прохор. Прожив в уединении лет семь, они решились устроить обитель в честь Пресвятой Троицы. При содействии келаря Троице-Сергиевой лавры Александра Боголепа, Диодор получил от бывшей царицы, инокини Марфы, на устройство обители 200 руб. и от других благотворителей 300 руб. Царь Михаил Феодорович в 1626 г. выдал ему грамоту на построение монастыря. Преподобный Диодор на месте древнего языческого кладбища построил церковь в честь Пресвятой Троицы, а близь нее и обитель; за тем была построена и другая церковь Введения Божией Матери. В 1633 году преподобный Диодор по делам обители отправился в Каргополь; в предчувствии скорой своей кончины, он убеждал братию проводить строгое иноческое житие, а Прохору сказал: «уже нам с тобою здесь не видаться; если Богу угодно, увидимся в будущем веке». И действительно, в Каргополе Диодор заболел и, приобщившись св. Таин, скончался 27 ноября 1633 г. Тело его сначала было погребено в Каргополе, а за тем в 1635 г. было перенесено в обитель, где в храме под спудом и покоятся его мощи. В «Иконописном подлиннике» преподобный Диодор изображается: «Подобием надсед, изжелта, брада аки Сергиева, ризы преподобническия и в схиме» (Филимонов, 65 стр.). Житие преподобного Диодора, по словам Ключевского (Древн. жития, 326), представляет любопытные данные для истории монашества Поморского края в XVII веке. Списки жития: у Барсова Е.В., № 73, XVII в.; Выголексинской библиотеки, № 56, XVIII в.; Ключевского; Помор. письма, Милютин. Четьи Минея, под 27 ноября; Ново Иерусалим., № 128, XIX в. Есть (рукописная) служба преподобному Диодору (у Е.В. Барсова, № 216, XVIII в.). Троицкий Юрьегорский (Демьянова пустынь) монастырь ныне обращен в приходскую церковь Пресвятой Троицы, с приделами Введения Божией Матери и преподобных Зосимы и Савватия Соловецких (постр. в 1794 г.), в погосте Юрьегорском, Онежского уезда (от г. Онеги в 147 верстах).

История Рос. иерархии, VI, 329. Филарет, Рус. святые, III кн., 470–473 стр. Ратшин, 424. Арханг. Губ. Ведом., 1851, № 31. Олонец. Губ. Ведом., 1849 г., № 4. Толстой, Книга, глаголемая о рос. святых, 178. Строев, Списки настоятелей, 1010 стр. Чтения в обществе истории и рос. древностей, 1860 г., III т. Зверинский, Материалы для истории монастырей, т. II, № 1289. Архим. Леонид, «Св. Русь», 96. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 315 стр. Н. Барсуков, Источники Агиографии, 144 стр. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 470–473 стр.

Св. князь Всеволод Мстиславич скончался 11 февраля 1137 г. (см. 11 февраля). Обретены были его мощи 27 апреля 1192 г. В «Иконописном подлиннике» под 27 ноября сказано: «Обретение честных мощей св. благовернаго князя Всеволода, нареченнаго в св. крещении Гавриила, псковскаго чудотворца. Подобием рус, власы с ушей повились, брада, что Василия Кесарийскаго, пошире и подоле, шуба на нем червчата, испод лазорь, на главе шапка княжеская, в руке празелень с белилом, об одном верху, святая Троица». Под 11 февраля: «Преставление – на главе шапка, и шуба на нем княжеская; нецыи пишут на руке церковь, под ногами его лежит бранное оружие и щит» (Филимонов, 202, 269). По свидетельству псковского летописца, царь Иоанн IV-й, во время пребывания своего в Пскове, в 1569 г., «прииде в соборную церковь св. Троицы и молебная пев, такожде и поклонися чудотворной раце чудотворца Гавриила и удивися меча его величествию, еже на гробе святаго» (IV, 344). Житие св. князя Всеволода написано биографом псковских и новгородских святых, пресвитером Василием, в иночестве Варлаамом (1550–1552 г.). В предисловии к житию автор, между прочим, говорит: «а еже от младых ногтей житие его не свем и не обретох нигде же». При составлении сказания об обретении и перенесении мощей в 1192 г. автор имел у себя «некое малое писание» и пользовался изустными рассказами старца клирика Ивана, «добре ведуща яже о святом повествования от неложных мужей псковских старейших». По отношению к истории Пскова в первой половине XVI века не лишены интереса чудеса, рассказанные со слов самих исцеленных (Ключевский, 257–258). У Барсукова, Источники Агиографии (110 стр.), перечислены списки жития св. князя Всеволода.

Св. Феодор, в мире Иоанн, был сын Стефана (брата преподобного Сергия Радонежского), занимавшего важный служебный пост при радонежском князе Андрее Иоанновиче. Лишившись супруги (Анны), Стефан принял монашество, и 12-летняго сына своего отдал брату, преподобному Сергию, который постриг его в иноки 20 апреля и нарек ему имя в честь св. Феодора Трихины (так как тогда был обычай при пострижении давать имя дневного святого). Под надзором великого подвижника, Феодор преуспевал в иноческой жизни, и преподобный Сергий думал видеть в нем своего преемника в лавре; но Феодор решился устроить особый свой монастырь: вместе с преподобным Сергием избрали они для новой обители место на берегу р. Москвы, называвшееся Симоновым, и таким образом положено было основание знаменитому Симонову монастырю. Преподобный Феодор добродетелями, рассудительным смыслом и привлекательною наружностью приобрел в столице громкую известность: бояре делали богатые вклады в монастырь, св. Алексей митрополит возвел его в сан игумена, а великий князь Димитрий Донской – избрал его своим духовником. Константинопольский патриарх Нил так полюбил Феодора, что возвел его в сан архимандрита и обитель его сделал ставропигиальною. В 1388 г. вторично, с поручениями от великого князя, Феодор был в Царьграде и, согласно воле его, вопреки собственному желанию, Феодор был возведен в святительский сан в г. Ростов, и почтен был титулом архиепископа. В Ростове св. Феодор основал женский монастырь в честь Рождества Богородицы. Св. Феодор занимался писанием икон. Скончался он 28 ноября 1394 г. Память св. Феодора чтилась еще в XV веке. Тропарь и кондак ему помещены в Сборнике Кирилло-Белозерского монастыря 1476–1482 г., № 1083. (Митроп. Макарий, История рус. церкви, IV, 260; VIII, 49). В «Иконописном подлиннике» под 30 ноября: «Иже во святых отец наш Феодор, архиепископ, ростовский чудотворец; подобием брада поменьше Власиевой, в белом клобуке; ризы святительския, омофор и Евангелие. Неци пишут рус, аки Златоуст». (Филимонов, стр. 40). В «Сказании о святых иконописцах»: «Св. Феодор, племянник св. Сергия, писаше многия св. иконы, егда был архимандритом в Симоновом монастыре на Москве; и образ написа дяди своего преподобнаго Сергия чудотворца. И доныне на Москве обретаются его письма иконы, Деисус на Болвановке у Николы святаго» (Рукопись гр. С.Г., Строганова. Буслаев, Историч. очерки, II, 379). О кончине св. Феодора в летописях записано под 1394 годом: «Месяца ноября 28, как обедню поют, преставися преосвященный Феодор, архиепископ Ростовский и Ярославский; пас церковь Божию 5 лет». (Бычков, стр. 509). Премудрый Епифаний задумывал написать житие св. Феодора, но неизвестно, было ли оно написано. Сохранившееся житие его, с очерком позднейшей судьбы Симонова монастыря, составлено по довольно большому количеству известных источников, к которым оно ничего не прибавляет нового. (Ключевский, 353).

Житие св. Феодора в Синод. библиотеке, 1723 г., № 580. С.-Петербург. духов. академии. Филарет, Рус. святые, III кн., 474–478 стр. Собрание летоп., VI, 1, 21. История рос. иерархии, I, 118, II, 257. Истор. словарь о рус. святых, 279–289. Церковная история, митроп. Платона, I, 206–241. Церковная история, митроп. Макария, архиеп. Филарета и др. Архим. Иосиф, Путеш. по Москов. святын., 109–113. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 316. Барсуков Н., Источники Агиографии, 591–592. Толстой, Книга, глаголемая о рос. святых, 95 стр. Муравьев А., Жития рос. святых, ноябрь, 413–418. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 537–510. В Рождествен. женском монастыре, в Ростове, находится древняя икона Тихвинской Божией Матери, по преданию, написанная св. Феодором (А. Титов, Описание вел. Ростова, 189). Зверинский В., Материалы для истории монастырей, I т., 227–231; там же указаны источники для жития св. Феодора и истории Симонова монастыря.

* * *

В Новгороде – в первый воскресный день после 27 ноября (после праздника Знамению иконы Пресвятой Богородицы) празднуется св. Иоанну, архиепископу новгородскому (см. 7 сентября), в память избавления Новгорода от нашествия суздальцев в 1170 г. (Софийский новгородский собор, 1888 г., 137 стр.).

Сей св. Стефан был епископом в г. Сураже позднее I-го св. Стефана, память коего совершается 15 декабря, и в отличие от него называется «новым». Думают, что этот Стефан служил в греческих войсках и за иконопочитание императором Константином Копронимом в 766 г. вместе с другими (в числе 345 человек) был сослан в Сураж (на Таврич. полуострове), где им множество туземных жителей обращено к христианской вере; слух о сем достиг до Константинополя, вследствие чего бывшим тогда патриархом св. Тарасием он был вызван в столицу и возведен в сан епископа (что было не ранее 785 г.). Под актами VII вселенского (II Никейского) собора находится подпись Стефана, епископа Сурожского. Его преемником был Филарет, упоминаемый в «Повести о нашествии Бравалина на Сураж»; за ограбление раки св. Стефана Бравалин был наказан Богом. (Церковныя Ведомости, № 39, 1888 г.).⁷

Преподобный Нектарий у Кальнофойского и в службе Киево-Печерским преподобным наименован «послушливым» (6 песнь канона). Ничего неизвестно о жизни сего преподобного. Мощи его почивают в Антониевых (ближних) пещерах и память его совершается общая с преподобными ближних пещер (в субботу, по отдании праздника Воздвижения креста Господня) и особо 29 ноября.

Описание Киево-Печер. лавры, 110, 290. Рукоп. святцы, канон Мел. Сирига (6 песнь канона). Киево-Печер. патерик. Филарет, Рус. святые, III кн., 479. Историч. словарь о рус. святых, 200. Архим. Сергий, Агиология Востока, II, 317. Полный христиан. месяцеслов, 1875 г., Киев, 294. Протопопов Д., Жития святых, 513–514. Толстой, Книга, глаголемая о рос. святых, 25. Киев прежде и теперь; изд. Кульженко, 119. Путевод. по Киев. святын.

Св. Авив был одним из 12 подвижников, пришедших из Антиохийских пределов в Иверию, в конце IV века, для насаждения христианства в этой стране; поселились они над рекою Арагвою на Заденской горе. Однажды сюда прибыл католикос Евлалий с епископами для беседы с преподобным Иоанном Заденским и для избрания на епископские кафедры (в Некресскую, за р. Алазанью, и Цилканскую, близь Мцхета). На пути в Заденскую лавру, Евлалий, по совету епископов, решился посвятить в епископы тех, кои будут совершать службу, – и таковыми оказались пресвитер Авив и диакон Иессей. По окончании литургии Евлалий взял правою рукою Авива, а левою – Иессея, поцеловал и сказал: «радуйся, Авив, епископ Некресский! – радуйся, Иессей, епископ Цикланский», – и затем оба были хиротонисаны в Мцхете. Авив, по прибытии в свою епархию, в виду г. Некресси, на высокой горе, построил церковь в честь Рождества Спасителя. Печальное было тогда положение всей Грузии: она находилась под властью огнепоклонников персов, которые старались всех христиан обратить в язычество. С апостольскою ревностью Авив ходил по городам и селам, проповедуя Евангелие и разрушая капища огнепоклонников, за что язычниками был схвачен и препровожден в Карталинию к персидскому сатрапу. На пути сюда преподобный Симеон-столпник (1 сентября) прислал Авиву в благословение свой жезл и письмо, укреплявшее его на мученический подвиг. Близь Мцхета св. Авив имел свидание с преподобным Шио (см. 9 Мая). В с. Рехи, близь Мцхета, после мужественного исповедания христианской веры, св. Авив, по приказанию сатрапа, был побит камнями, а тело его было брошено на съедение зверям; но христиане тайно взяли тело мученика и погребли его на месте кончины (это было в царствование Бакура III-го, 541–545 г.). Впоследствии мощи св. Авива были перенесены в Мцхетский собор, где и доныне находятся, сокрытые под престолом. Празднование св. Авиву было установлено 29 ноября в 1700 г., при царе Вахтанге IV-м, хотя память священномученика чтилась и прежде в Грузии. Церковь близь Некресси, построенная св. Авивом, находится в ведении диких лезгин и только однажды в год, в праздник Рождества Христова, могут посещать ее христиане. На канун праздника окрестные жители, с оружием в руках и с бубнами, поднимаются на высокую гору Некресскую, чтобы встретить праздник. Клир, стоя у дверей опустелого храма, окропляет каждого св. водою. Народ спешит в церковь приложиться к изображению св. Авива. На самый праздник, рано утром – совершаются в ней утреня и литургия, после чего бывает братское пиршенство и гулянье. К вечеру гора пустеет до нового Вифлеемского торжества.

Сабинин М., Жития Грузин. святых, II ч., 49–55. Д. Пурцеладзе, О Грузин. памятниках, 110–114. Протопопов Д., Жития святых, ноябрь, 514–519. А. Муравьев, Жития рус. святых, ноябрь, 419–435.

Тиридат, сын Хозрова, армянского царя, в детстве спасен был своими воспитателями среди истребления семьи его отца и отведен ко двору римского императора, и правительство римское озаботилось приличным воспитанием малолетнего наследника армянского престола. Пришедши в возраст, Тиридат обнаружил замечательные таланты в военном деле и, во многих случаях, заявил свою преданность римлянам, а потому римские легионы в 286–287 гг. помогли ему взойти на армянский престол. Тиридат, как римлянин по воспитанию, смотрел на религию, как на могущественное, объединяющее политическое начало, а потому с вступлением на армянский престол ему представлялись армянские божества (как и римлянам – римские) – существами, требующими особенного почитания, чтобы царство его было благополучно; вследствие такого взгляда он издал строгий эдикт о почитании армянских богов и в себе показывал пример верного служения им, а не желавших приносить им жертву приказывал наказывать (как наприм. Григория, впоследствии просветителя Армении, см. 30 сентября) и даже казнить смертью. Чтобы поддержать народную веру, как основу политической целости, Тиридат воздвиг гонение на христиан, так как, проживая в римском государстве, он видел постоянные и ожесточенные гонения на христиан, как опасных врагов отечества, тем более, что и злополучный его отец (Хозров, или Курсар) преследовал христиан (Moисей Хоренский, II, 75). Но Господь необычным событием в жизни Тиридата обратил его к христианству и соделал его распространителем св. веры в Армении. Римский император Диоклетиан прислал ему письмо, коим просил отыскать девицу необыкновенной красоты, христианку Римпсимию, скрывшуюся в его царстве (см. 30 сентября). Местопребывание Римпсимии было открыто, и посланные силою привели несчастную красавицу в царский дворец. Лично уверившись в необыкновенной красоте Римпсимии, Тиридат решил, что эта христианка должна принадлежать ему; он был уверен, что бедная скиталица будет рада сделаться супругою царя, но св. Римпсимия с презрением отвергла его предложение; в пылу раздражения царь дал приказ предать ее казни, а его вельможи поспешили казнить ее в ту же ночь. Впечатление, произведенное св. Римпсимиею на Тиридата, было глубокое и потрясающее. Необыкновенная красота и ангельская скромность, девственная юность, вместе с замечательною зрелостью духа, непобедимое мужество при женской немощи – все это, представляя резкое и чудное сочетание в одном существе, было действительно поразительно. Тиридат чувствовал себя побежденным, – он, который славился изумительною физическою силою, который выходил с честью из единоборства с замечательнейшими богатырями, который столько одержал побед и подчинил своей власти столько стран, одному мановению которого беспрекословно повиновались столько миллионов людей, он теперь был побежден женщиною и сделался рабом той, которая его презирала. Он видел, что Римпсимия отвергла его блестящие предложения потому, что была христианка, а он – язычник. Слова императора Диоклетиана – в письме к нему: «это оне (т.е. христианки) стали смотреть на меня, как на существо нечистое, оскверненное и гнусное» – теперь оправдались и на Тиридате. «Смотрите, говорил он в печали, смотрите на эту низкую секту христианскую, как она сбивает с пути людей, удаляя их от почитания богов. Она лишает их радостей этой жизни и мешает им бояться смерти. Так поступила она с удивительною Римпсимиею, которая не имеет себе подобной между всеми женщинами на земле. Мое сердце воспылало к ней, и пока я буду жить, она не изгладится из моей памяти». На другой день после казни св. Римпсимии, начальник стрелков предстал к Тиридату, чтобы получить распоряжение относительно Гаиании. Царь, забывши, под влиянием безумной любви, о смерти Римпсимии, обещал великие награды и почести тому, кто сумел бы убедить прекрасную христианку сделаться его женою. Услыхав же о ее смерти, Тиридат снова впал в печаль и в бешенстве, проливая слезы, катался по земле. Он приказал предать Гаианию ужасным пыткам, как главную виновницу смерти Римпсимии (см. 30 сентября). Целую неделю царь погружен был в глубокую печаль; наконец, чтобы развлечься, он решился отправиться на охоту. Приказавши забрать тенеты, арканы и все нужное для охоты, он сел на колесницу и готов был уже выехать из города, как наказание Божие постигло его. Несчастный царь, подобно Навуходоносору, лишился рассудка и вообразил себя вепрем, на которого, быть может, только он собирался охотиться: он обнажил свое тело, придал ему соответственное положение и стал издавать не членораздельные, не человеческие звуки. Обладая непомерною силою, он вырывался на свободу, когда хотели держать его в городе; бежал в места, поросшие камышом, щипал траву, как скот, и совершенно голый валялся по полям. Так завершился длинный психический процесс, быть может, давней внутренней борьбы между укоренившимися языческими основами и христианскими представлениями. Как человек умный и образованный, Тиридат едва ли не чувствовал очень рано, хотя смутно, внутреннего противоречия как в отношении большинства современников к христианству, так и в своих собственных чувствах к этой новой религии… Быть может, при этом в глубине души он сам чувствовал превосходство христианства над язычеством и питал некоторое невольное уважение, если не к самому христианскому вероучению, которого он мог и не знать, то по крайней мере к тому религиозному сознательному воодушевлению, которое так отличало христиан от язычников, к прямоте их характера и честности во внешних отношениях и в семейной жизни. Такое внутреннее раздвоение, с начала смутно сознаваемое и неопределенное, становилось заметнее и определеннее по мере того, как приводились в исполнение его строгие указы против христиан. Наконец, когда св. Римпсимия предстала пред ним во всей своей девственной красоте и в своем простом одеянии, христианство нанесло в сердце царя решительный удар. Полная жизни и молодых сил, и непоколебимой твердости духа, прекрасная Римпсимия была как бы олицетворением юного и мощного христианства, ставшего лицом к лицу с язычеством, – и совместное жительство язычества и христианства оказалось невозможным. Смутное раскаяние в жестокости довело Тиридата до сумасшествия, и он признавал себя за вепря. Этой болезни, по известию Агафангела, подверглись и некоторые вельможи. От болезни Тиридат был освобожден Григорием, просветителем Армении (см. 30 сентября), который, по сновидению Хозровидухты, сестры Тиридата, был извлечен из подземелья, куда брошен был за не принесение жертвы богине Анашты, по приказанию царя. Григорий наставил царя в истинах веры и впоследствии крестил его в водах Евфрата, наименовав в св. крещении Иоанном, вероятно, в честь Иоанна Предтечи, часть мощей которого из Кесарии принесена была в Армению св. Григорием. С особенною ревностью Тиридат стал распространять с Григорием христианство, поручив ему уничтожение языческих капищ в своем царстве. Для отмены законным порядком прежней языческой религии, и чтобы утвердить принятый уже правительством образ действий в отношении к христианству, Тиридат созвал в г. Вагаршапат начальников и предводителей армянского народа и – с общего согласия решено обратить армян в христианскую веру; для сего избран был Григорий духовным руководителем и учителем армянского народа и Тиридат распорядился отправить его, в сопровождении блестящей свиты, в Кесарию – для возведения его там в сан епископа, о чем особым письмом царь просил кесарийского епископа Леонтия, который с радостью исполнил его благочестивое желание. В 325 году, по совету св. Григория, Тиридат отправил епископа Аристокеса в Никею на первый вселенский собор. После удаления Григория на покой (в 332 г.) Тиридат в течение десяти лет был могущественным покровителем христианства в Армении; но под конец жизни, утомившись продолжительными трудами на благо армянскому народу и христианской вере, он, по временам, удалялся от общественных дел и проводил время в уединенной молитве. К сожалению, вельможи и народ не могли бросить дурные привычки, нажитые ими в язычестве, и, не проникаясь христианскими понятиями, не внимали иногда голосу благочестивого своего царя и следовали более «внушениям своих жен и наложниц». Тиридат не мог сносить такого разлада между нравственными требованиями своей христианской души и окружавшей его действительной жизни общества и, оставив престол, удалился в пещеру Мане, в которой прежде подвизался св. Григорий. По убеждению вельмож, он возвратился в столицу, но набожность Тиридата не нравилась им и некоторые (особенно из сочувствовавших язычеству), по убеждению персидского царя Сапора, составили против него заговор, о каковом, впрочем, Тиридат знал. Во время охоты, в 342 г. он был как будто случайно ранен, а подкупленный заговорщиками камергер подал царю яд, от которого он скончался после 54-летнего управления Арменией. Заслуги его пред Арменией и христианством велики; во внимание к ним армянская церковь причислила его к лику своих святых и наименовала «великим». (О заслугах Тиридата см. у Мовсеса Хоренского, гл. 92, по переводу Эмина, а также у Агафангела, у Зеновия Глака, – Apud. Surium cap. 17, Clem. Galani, Hist. Armena ecclesias. et politika). Тиридат был женат на Амхене, дочери Ашхатару (у Агафангела).

Аннинский А., Правосл. Обозрение, 1888 г., октябрь. М. Сабинин, Грузин. святые (в житии св. Нины).

Ноября 29-го, как видно из Устава московского большого собора (XVII в.), праздновали св. мученице Параскеве-Пятнице. Об этом праздновании в упомянутом Уставе говорится: «В 29-й день ноября святыя преподобныя великомученицы Парасковгеи, нареченныя Пятницы, празнуем, благовест к вечерне и к заутрени в лебедь, а звон середней и ход со кресты к Пятнице Ржевской в Чертолье, а пети с полиелеосом преподобной Парасковгее точию на 9 песне и благовест в ревут для ходу и после заутрени в полчаса дни благовестят преж в ревут же, благовестят в валовой для ходу, и бывает ход ко Ржевской Пятнице, а чюдотворных больших икон не носят. А государь царь и патриарх в ходу том не бывают, точию патриарх из церкви отпущает властей по обычаю; и как начнут молебен и пойдут к западным дверям, прежде идут с хоруговми и с рипиды и со кресты и со святыми иконами, тоже несут икону Богородицы в киот, юже Петр чюдотворец писал, а пред нею идут подъяки со свещами, а протопопы поют каноны Троице до архангелов, и в тоже время бывает звон с ревутом без большаго; и вышед из города за каменный мост, чтут I статью Троице да Архангелов, и потом эктенья и осенение от святителя по чину; и по сем идут к празднику, чтут 2 статью, и воду святят, и литоргию служат собором, и после литоргии со кресты в собор пойдут по чину по прежеписанному, а певчие и диаконы поют согласие; а прежде бывало, идеже чтут первую статию, и на том месте бывает ектения и осенение, а ныне (1613 г.) не велено. И так в город войдут, и идучи певчие поют Владычицу болшую и кончают в церкви, и бывает ектения и отпуст со крестом, по чину, и провожает святитель святыя иконы; и в тоже время бывает звон; тоже входят во святый олтарь, и разоблачаются, и благодаряще Бога отходят в домы своя.» (Рус. Историч. Библиотека, 37 стр.).

Русская церковь издревле чтит св. Апостола Андрея Первозванного, как своего Апостола. Древние и достоверные писатели: Ориген († 258 г.), св. Ириней († 203), св. Ипполит († в III в.) свидетельствуют о проповеди св. Апостола Андрея в Скифии (в пределах нынешней России). Преподобный Нестор летописец, а вслед за ним и другие летописцы говорят о проповеди Апостола Андрея в России и о водружении креста на горах Киевских («Крест водрузи – Андрей – недалече нынешней брамы от полудня» – Полн. собр. летописей, II, 251, разумея браму в крепостном валу, ныне уже не существующем. Закревского, Описание Киева, 1888 г., 257 стр.). Автор статьи «О утверждении и крещении Руси», помещенной «в Книге о вере», пишет: «на той тогда горе в Киеве, идеже св. Андрей стоял, юже нарицают Вздыхальницу,… и церковь Воздвижения пречестнаго креста Господня была поставлена, идеже и ныне есть, яже повесть и до сих дней обносится о той церкви и той горе» – глава 3. Гродн. изд. 31 л. Автор Синопсиса свидетельствует: «Крест водрузи – св. Андрей – на месте, идеже по сем церковь креста Господня водрузися» – СПб., 1798 г., стр. 20 и др. Некоторые же из отечественных историков усиливались доказать, что Апостол Андрей с проповедью о Христе был не только в южной России, но и на севере оной, как-то: в Новгороде (где удивлялся обычаю русских париться в бане и хлестать себя вениками)⁸ и в с. Грузине водрузил крест⁹. На Валааме сохраняется предание о проповеди у них Апостола Андрея и будто бы преподобный Сергий и Герман, основатели Валаамской обители, его ученики (Макария, Церк. история, т. II, изд. 2, 202 стр.). Некто Арендаренко (в «Записках о Полтав. Губернии» (Записки, ч. III, Полтава, 1852, стр. 416)) утверждает, что Апостол Андрей посетил не Новгород великий, а Новгород-северский (Чернигов. губернии) и из сего Новгорода он отправился не в Рим (в Италию), а в г. Ромны (Полтав. губернии). Есть сказания о проповеди Апостола Андрея на Кавказе, в Крыму, в Польше и др. краях нашего отечества. Предание о проповеди Апостола Андрея в прежнее время было общим и весьма приятным для русского народа, но сравнительно в недавнее время некоторые ученые стали сомневаться в проповеди Апостола Андрея не только во внутренней, или северной, но даже и в южной России (см. Журнал Минист. Народн. Просвещения, 1877 г.) и приписывают это предание (как напр. Е. Голубинский, История рус. церкви, т. I, стр. 1–19) тщеславию русского народа, который, приняв христианскую веру в Х веке, причисляет себя к странам, освященным апостольскими стопами. Все христианские народы в Европе хранят у себя дорогие для них предания – даже о мнимой у них апостольской проповеди – и каждая страна усиливается приурочить к себе проповедническую деятельность какого-либо из апостолов и в этом отношении иногда погрешают против истории (как наприм. в Испании распространение христианской веры приписывают св. Апостолу Иакову Зеведееву, не выходившему даже из Иерусалима на проповедь, так как он был убит Иродом в 44 г. по Рождестве Христовом). По несомненному свидетельству древних писателей, св. Апостол Андрей посетил северное и восточное прибрежье Черного моря (Синоп и др. города), и что могло удержать св. Апостола от посещения северного побережья Черного моря, где – и особенно в Крыму – много было жителей из греков и из римлян; и нет ничего неправдоподобного в том, что св. Андрей, дошедши до устья р. Днепра, поднялся вверх по этой реке до нынешнего Киева. О посещении св. Апостолом Андреем нашего отечества так передается в житии св. Апостола: «После праздника Пасхи св. Апостол Андрей, в сопровождении Апостола Матфия (9 августа) и других учеников Христовых, предпринял третье путешествие. Чрез город Эдес, где проповедники на некоторое время останавливались у князя Авгаря (того, коему был послан нерукотворенный образ Спасителя), они прошли в Иверию. Здесь (в гористой Сванетии) остался Апостол Матфий, а Апостол Симон Зилот остался в Сухуме (см. 10 мая). Св. Андрей чрез страну Джигитов пришел в Босфор, где своею проповедию и чудесами многих обратил в христианство. Следуя далее по южному поморию Тавриды (Крыма), он достиг готскаго города Херсонеса, где св. Апостол пробыл довольно долгое время и многих крестил». В Крыму было так сильно убеждение в несомненности пребывания здесь Апостола Андрея, что показывали даже следы стоп Апостола, отпечатлевшихся на берегу моря близь Херсонеса (см. Степен. книга, I, 96 стр.). Мыс, на который вступил Апостол Андрей в Крыму, будто бы от сего получил наименование: Аг – Андрей (Аг – сокращенное Ἅγιος) – святой). Из Херсонеса Апостол Андрей отплыл вверх по р. Днепру до гор Киевских (до так называемого «Ненасытинскаго» порога. О пребывании Апостола Андрея на каменном Днепровском «Ненасытинском пороге» – мысе есть свидетельство в книге Большого Чертеж. изд. Языкова, стр. 100 и у Лерберга, в его «Исследованиях», служащих к объяснению древней русской истории, в русском переводе Языкова, СПб., 1819 г.). Летописец преподобный Нестор, на основании древнего предания, повествует, что Апостол Андрей, водрузил крест на горах Киевских, благословил их и в пророческом духе предрек будущую их судьбу: «Видите ли горы сия? – сказал он своим ученикам, – на сих горах возсияет благодать Божия, и град великий имеет здесь создатися и церкви многия в нем воздвигнет Господь». С гор Киевских св. Андрей, чрез Херсонес, Босфор, Понт (Черное море) и Синоп, достиг Византии (Константинополя), а отсюда он отправился чрез Фракию и Македонию, достиг Пелопонеза, где в Ахейском городе Патрах был распят на кресте (в 62 г.). Предание о проповеди Апостола Андрея в России так сильно в русском народе, что оно внесено даже в церковные службы. «Днесь – воспевает отечественная церковь в день памяти первого киевского митрополита св. Михаила, 30 сентября, – пророчествие во Апостолах первозваннаго исполнися: се бо на сих горах возсия благодать, и вера умножися; и иже неверием обветшавшии, божественною купелью отродишася, и быша людие обновления... Христово стадо, ему же ты первый пастырь явился еси»... (тропарь). Предполагаемое место водружения св. Апостолом Андреем креста – гора над Подолом (где ныне красуется Андреевская церковь) – едва не с первых времен христианства в России было освящено именем св. Апостола Андрея. Еще в XI столетии (в 1086 г.) великий князь Всеволод Ярославич построил церковь, а при ней монастырь в честь св. Апостола Андрея для своей благочестивой дочери Анны (Янки – см. 3 ноября). Вероятно, на месте сего монастыря, о существовании которого летописцы говорят только до половины XII века (около 1145 г.), впоследствии, в 1212 году Смоленский князь Мстислав Романович построил деревянную церковь в честь Воздвижения честного Креста и, нужно полагать, что эта церковь была посвящена кресту в воспоминание о водружении здесь креста Апостолом Андреем. В XVI веке в актах Злато-Михайловского монастыря упоминается уже каменная церковь в то же наименование. В XVII веке при новом устройстве церковь была переименована в честь св. Апостола Андрея. Старец Леонтий, бывший в Киеве в 1706 году, говорит в своем описании путешествия в св. землю: «А где св. Апостол Андрей крест поставил, тот холм в городовой стене красовит зело. В том месте стоит церковь деревянная, ветхая, во имя св. Андрея Первозваннаго» (Описание Киева, Закревского, т. I, стр. 179). Императрица Елисавета Петровна, в бытность свою в Киеве, в память св. Апостола Андрея, благоволила своеручно (19 августа) 1744 г. положить первый камень в основание церкви, выстроенной по чертежу графа Растрелли, знаменитого по своим постройкам (Смольного монастыря, Зимнего дворца и др. зданий). Императрица Елисавета ничего не жалела для возможно лучшего устройства этого храма, но после ее смерти, до 1809 г., печальна была судьба этого храма (см. у Закревского, 182–184 стр.). Андреевская церковь прекрасной легкой архитектуры, ее внешнее великолепие вполне соответствует внутренней пышности и изяществу; но как она устроена на высокой и узкой горе, то для прочности имеет фундамент почти столько же глубокий, как высока самая церковь (более 20 сажень). Церковь св. Апостола Андрея стоит на горе, которая возвышается на 41 сажень и 2 аршина над обыкновенным уровнем Днепра; издали она кажется, как бы висящею над Киево-Подолом и представляет вид прелестный. Местность ее привлекает к себе каждого путешественника, образованного и простолюдина, и в каждом вызывает своего рода чувствования. К храму ведет широкая, чугунная лестница в 53 ступени, разделенная тремя площадками. Вокруг храма, на сводах фундамента устроена терраса или паперть, окруженная чугунною решеткой; отсюда представляется вид необъятный и восхитительный. У ног зрителя виден весь Киево-Подол, как на плане, далее сверкающий Днепр с своими рукавами и с Чертольем, а еще далее – впадающая в него Десна. За ними стелятся во все стороны широкие зеленеющие луга и рощи, между коими заметны селения с верхами церквей и колоколен; на заднем плане виден лес, оканчивающийся на горизонте темно-синею, неявственною полосою. Эта широкая, великолепная картина очаровывает зрителя и возбуждает в нем воспоминания о давно минувших веках исторической жизни нашего отечества. – Со времени заложения храма до окончательного его исправления протекло более 40 лет. В продолжении этого времени текла вода из фундамента, и народ, видя текущую из под церкви воду, естественно спрашивал: откуда берется там вода? К своеобразному решению этого вопроса привело уже образовавшееся в народе мнение, что престол в церкви утвержден на том самом месте, на котором св. Андрей водрузил крест. Вода течет из того же места, где водружен был крест, из престола, следовательно, там есть источник. Так думал и веровал народ и, при естественной вере в чудодейственную силу креста, дополнял это верование новым предположением, что и колодезь образовался на этой горе, когда св. Апостол водрузил крест. Усилия задержать течение ключей из церковного фундамента, оставшиеся на долгое время безуспешными, привели к новому верованию о необыкновенном стремлении воды из подпрестольного колодезя, достаточном к тому, чтобы затопить весь мир. Это, впрочем, верование и до сего времени держится в народе. (Опис. Киева, Закревского, т. 1, 184 стр.). Святыню храма составляют частицы мощей св. Апостола Андрея, помещающиеся в особом ковчеге пред иконостасом, привезенные в 50 годах нынешнего столетия А.Н. Муравьевым, благотворителем сего храма. (А.Н. Муравьев похоронен в устроенной им усыпальнице этой церкви). При копании фундамента для нижней Сергиевой церкви под Андреевским храмом были найдены два больших древка, по-видимому, от деревянного креста, что и подало А.Н. Муравьеву мысль принять оные за остаток от креста, водруженного Апостолом Андреем; эти древка, крестообразно связанные, хранились в Андреевской церкви, но в Описании Киева, изданном в 1888 году г. Кульженко, о сей святыне уже не упоминается (Киев прежде и теперь, стр. 211–213). У правого клироса Киевской Андреевской церкви устроено особое место для Высочайших Особ, а с левой стороны – у левого клироса – проповедническая кафедра. К достопримечательностям храма относятся: икона Тайной Вечери (приписываемая Леонарду-де-Винчи), пожертвованная в Андреевскую церковь Императрицею Екатериною II-й, драгоценный образ Господа Саваофа – дар покойного Государя Императора Александра Николаевича, богатые священнические облачения – цвета Андреевской ленты с таковыми же звездами – дар покойной Государыни Императрицы Марии Александровны и богатейшее Евангелие в драгоценном окладе – дар ИХ ИМПЕРАТОРСКИХ ВЕЛИЧЕСТВ (Государя Императора Александра Александровича и Государыни Императрицы Марии Феодоровны). В Московском Успенском соборе, в особом ковчеге хранится десная (правая) рука Апостола Андрея. На крышке ковчега надпись: «В сем ковчеге мощи св. Апостола Андрея Первозваннаго, рука его правая, персты сложены знаменатися св. крестом. Обретеся в патриаршей ризнице между мощей святых нынешняго 7191 (1672) лета, сентября в 5 день. В самое нужное время явил Господь сию: разори бо его сложение перстов раскольников лесть, слагающих персты знаменатися не по церковному преданию. Юже принесе во град Москву Государю Царю и великому князю Михаилу Феодоровичу всея России, греческий архимандрит Галактион из града Солуня, монастыря св. Анастасии Узоришительницы, в 152 (1644) лето. И о той руке свидетельство тогда писал Государю вселенский патриарх Парфений константинопольский». (Памятники Москов. древностей, тетрадь III, стр. 22). Эту руку св. Андрея с троеперстным перстосложением в прежнее время показывали старообрядцам в обличение их двуперстия (Опис. Синод. дел, I т., 448 стр.), но старообрядцы не только не охотно приходили смотреть оную (см. тамже, за 1730 год, № 387), но даже отвергли ее принадлежность Апостолу. Кроме десной руки св. Андрея, в Синодальной палате хранится в серебряном ковчеге частица от мощей его, присланная в дар св. Синоду Иерусалимским патриархом Афанасием (1827–1845) чрез архиепископа (впоследствии патриарха) Иерофея. Св. мощи Апостола Андрея из Константинополя, куда они были принесены из г. Патр (где пострадал св. Апостол) при императоре Констанции (337–361), и где находились в храме 12 Апостолов, перенесены крестоносцами в 1208 году в Италию кардиналом Петром Капуанским и положены в г. Амальфи, где в честь св. Апостола Андрея построен великолепный собор (День перенесения мощей – 8 мая – в Амальфи торжествуется как великий праздник). Глава св. Апостола Андрея из Ахаии, где она хранилась у Морейских деспотов, перенесена в Рим при папе Пии II-м, в 1458 г., и положена на одной из 4-х колоссальных колонн римского храма – св. Апостола Петра – и в этом храме устроен придел в честь св. Апостола Андрея Первозванного. Частицы мощей сего Апостола находятся в Андреевском свиту на Афоне.

День св. Апостола Андрея, как видно из Устава Московского Большого собора (нач. XVII века), был большим празднеством, которое совершалось издавна в нашем отечестве. В упомянутом уставе о празднике Апостола Андрея говорится: «В 30-й день святаго Апостола Андрея Первозваннаго; трезвон середней в лебедь, а празднество болшое, а мочно такому и в ревут, болши тот Никона и Димитрия Прилуцкаго и иных русских чюдотворцев, которым писаны звоны с ревутом, а то застарелось, что служба ему была на 6, до царя Василья и до патриарха Ермогена, а при них с греческа языка на русский язык полная служба преложена, а звон по старому шестерику и до ныне. А 140-го докладывано, и государь Филарет патриарх приказывал середней».

С особою торжественностью при жизни А.А. Аракчеева праздновалась память св. Апостола Андрея в величественном соборе, в честь св. Апостола, в с. Грузине (Новгород. епархии); празднество в честь Апостола Андрея, по уставу, составленному самим Аракчеевым и Высочайше утвержденному, должно продолжаться три дня и на самый праздник (30 ноября) в соборе должно быть архиерейское служение.

День св. Андрея, как славянского апостола, у славян празднуется торжественно; с раннего утра начинается пушечная пальба, возвещающая жителям о наступлении дня св. Апостола. (Русский Вестник. 1878 г., июль, «В Сербии»).

В Константинополе (древней Византии, где несомненно был св. Апостол) 30-е число ноября считается великим праздником, и вселенский патриарх, служащий в течение года три раза литургию, в день св. Андрея Первозванного служит ее в своей церкви. (Парфения инока, Странств. по Турции, кв. III, стр. 18).

О св. Апостоле Андрее в древней литературе сохранилось много преданий, большею частью апокрифических. Апокрифические сказания, в которых действующим лицом является св. Апостол Андрей. Ныне известны: 1) Деяния Апостолов Андрея и Матфия в стране анфропофагов (человекоядцев), под коими древние разумели скифов – предков русского народа, – живших около Меотийского озера и Азовского моря; 2) Деяния свв. Апостолов Петра и Андрея; 3) Деяния и мучения св. Апостола Андрея. Это последнее сказание изложено в форме послания пресвитеров и диаконов Ахейской церкви, бывших очевидцами смерти Апостола Андрея: Апокрифические сказания об Апостоле Андрее известны с глубокой древности. Евсевий упоминает о Деяниях Андрея, Иоанна и других Апостолов (Ἀνδρέου καὶ Ἰωάννου καὶ τῶν ἄλλων ἀποστόλων πράξεις) и относит их к подложным книгам, называя их «лживыми выдумками еретиков» (Церк. история, III, 26). Патриарх Фотий составление этих деяний приписывает Левкию Харину, известному своими вымыслами о деяниях свв. Апостолов (Русско-византийские отрывки, В. Василевского, в Журнале Мин. Народн. Просвещения, январь, 1877 г.).

День памяти св. Апостола Андрея Первозванного с особенною торжественностью отправляется в южной России. Афанасьев (Поэтические воззрения славян на природу, г. III, 465 стр.) полагает, что причиною такого благоговения к св. Апостолу Андрею отожествление его русским простонародьем с бывшим главным божеством на Руси – Перуном (см. Труды Киевской Академии, 1871 г., сентябрь), чему приводятся некоторые соображения о сходстве народных воззрений на Перуна – солнце и св. Андрея. Но народный Андрей не есть св. Апостол Андрей, а какое-то языческое божество (см. Труды Киевской Академии, 1871 г.). С этим днем (30 ноября) у русского народа соединяется много примет и гаданий. В этот день, как и в день св. великомученицы Екатерины (24 ноября), девушки гадают о своих суженных. Многие из них, по заведенному обычаю, на кануне дня Апостола Андрея соблюдают пост и вообще молятся ему о даровании им хороших женихов. Какие гадания совершаются на юге России под 30 ноября, а также и на самый день Апостола Андрея, довольно подробно сказано в сентябрьской книжке Трудов Киевской Академии за 1871 год. О гаданиях на Полесьи см. Маяк, 1843 г., XI; Вилен. Вестник, 1868 г., № 134; а вообще о гаданиях в России под 30 ноября см. Петрушевского, Общенародный Дневник; Маркевича Обычаи и поверья малороссов, 1843 г., Калинского, Ц. Народный Дневник 1877 г. и др. Обычай гаданий и разных верований, приуроченных ко дню св. Андрея, не имеет никакого основания в житии Апостола. Вероятно, что основанием для гадания девушек о женихах послужило самое наименование Апостола – Андрей (Ἀνήρ – ἀνδρός), которое от греческого языка означает муж. (О сем подробнее см. Душепол. Чтение, 1871 г.). Г. Калинский (Ц.-Народный Дневник, 63) замечает, что гадания, приуроченные ко дню св. Апостола Андрея, были в особенном ходу у других славянских народов, как например у соседних нам поляков (Терещенко, Быт русского народа, VI); от них-то вероятно перешли и к Русским, тем более, что эти гадания более держатся на юге, чем на севере России.

В благодарственное воспоминание о проповеднической деятельности Апостола Андрея в пределах нашего отечества, признательная Россия в 1698 году учредила самый почетный орден в честь сего св. Апостола и на этом ордене нарекла его своим особенным покровителем. Посему день памяти св. Апостола Андрея в нашем отечестве есть вместе и кавалерский праздник этого ордена. (Дебольский, Дни Богослужения, кн. 1, стр. 242).

В Петербурге – на Васильевском острове – собор св. Апостола Андрея Первозванного построен как собор для кавалеров ордена сего Апостола. В этом году Императором Петром I-м на площади пред коллегиями определено было место для сооружения первой на Васильевском острове соборной церкви. Екатерина I-я в 1727 году пожертвовала тысячу рублей и указала собор посвятить св. Апостолу Андрею. В 1728 году была произведена закладка церкви на указанном месте, но не во имя св. Апостола Андрея, а в честь Рождества Пресвятой Богородицы (взамен упраздненной на С.-Петербургской стороне Рождество-Богородичной церкви). В 1732 году, при освещении, она была наименована не в честь Рождества Пресвятой Богородицы, а во имя св. Апостола Андрея «для торжества и празднества кавалеров Андреевскаго ордена». Июля 4, 1764 г. эта церковь (деревянная) сгорела от молний и на ее месте 18 июля того же года заложен был каменный – о пяти главах, с колокольнею – собор в честь св. Апостола Андрея, и ныне существующий; в 1850 году в нем были устроены приделы в честь Успения Пресвятой Богородицы и св. Николая чудотворца. (Опис. Андреев. собора, Прот. Камчатова в III-й книге Историко-стат. описания С.-Петербург. епархии).

Во время войны царя Алексея Михайловича с польским королем, в 1661 году, доблестный русский воевода – князь Даниил Мышецкий, осажденный в г. Вильне литовским гетманом Пацом, мужественно отбивался от поляков с горстью русских воинов. Вытесненный из самого города превосходными силами неприятеля, русский отряд заперся в Виленском замке и на предложение о сдаче отвечал выстрелами пушек в город. Восемь месяцев он держался еще в Виленском замке с горстью солдат. Все почти польские силы, с королем во главе, сосредоточились около Вильны. Мышецкий мужественно отбивал все приступы. У него оставалось только 78 солдат, но на требования сдаться, он отвечал, что скорей умрет, чем это сделает. Король распорядился готовиться к приступу. Мышецкий велел у себя в избе, в подполье, приготовить 10 бочек пороху, чтобы взорвать себя с защитниками и крепость на воздух. Но три изменника из числа гарнизона схватили воеводу, сковали и выдали королю. Милосердия у него князь Мышецкий, не смотря на предложение, не хотел просить и был осужден на смертную казнь. Иезуиты пытались было обратить его в католичество, обещая спасение жизни, но Мышецкий отверг предложение и 30 ноября 1661 г. был казнен. Обезглавленное тело его погребено в Виленском Свято-Духовом монастыре. («Белоруссия», П.Н. Батюшкова, 1890 г., стр. 262).