«И положил еси на главах их венцы»

«И положил еси на главах их венцы»

(3 голоса4.3 из 5)
Оглав­ле­ние

В помощь моло­дым хри­сти­а­нам, всту­па­ю­щим в брак

Часть I.

Что есть христианский брак?

***

Брак – есть Таин­ство, в кото­ром при сво­бод­ном пред свя­щен­ни­ком и Цер­ко­вью обе­ща­нии жени­хом и неве­стою вза­им­ной их супру­же­ской вер­но­сти, бла­го­слов­ля­ет­ся их супру­же­ский союз, во образ духов­но­го сою­за Хри­ста с Цер­ко­вью, и испра­ши­ва­ет­ся им бла­го­дать чисто­го еди­но­ду­шия, к бла­го­сло­вен­но­му рож­де­нию и Хри­сти­ан­ско­му вос­пи­та­нию детей.

(Свя­ти­тель Фила­рет, Мит­ро­по­лит Московский)

***

Нет луч­ше­го руко­вод­ства к семей­ной жиз­ни, чем Свя­щен­ное Писа­ние. Я очень сове­тую поча­ще пере­чи­ты­вать, напри­мер, свв. Апо­сто­лов о семей­ной жиз­ни, при­ни­мая их серьез­но, как Сло­во Божие, живое во все вре­ме­на. При­сту­пая же к чте­нию, про­си­те Гос­по­да, а так­же и авто­ра каж­дой кон­крет­ной кни­ги, о том, что­бы понять и при­ло­жить к сво­ей жиз­ни то, что про­чте­те. Осо­бен­но мно­го полез­но­го для руко­вод­ства и вдох­но­ве­ния имен­но семей­ных хри­сти­ан нахо­дит­ся в Пер­вом посла­нии св. Апо­сто­ла Пет­ра и в посла­ни­ях апо­сто­ла Пав­ла к Корин­фя­нам и к Ефе­ся­нам. «Брак у всех да будет честен и ложе непо­роч­но…» (Евр. 13:4). Мно­гие сей­час слиш­ком лег­ко отно­сят­ся к отно­ше­ни­ям меж­ду пола­ми. Все виды извра­ще­ний и похо­ти одоб­ре­ны нор­ма­ми совре­мен­ной эти­ки. Или, напри­мер, нахо­дят­ся люди, пыта­ю­щи­е­ся про­во­дить «хри­сти­ан­ское» отно­ше­ние к бра­ку, даже в самых интим­ных его про­яв­ле­ни­ях, и в то же вре­мя уни­чи­жать дев­ство. Или есть хри­сти­ане, кото­рые, состоя в бра­ке, отка­зы­ва­ют сво­им парт­не­рам в пол­но­цен­ных супру­же­ских отно­ше­ни­ях из-за иллю­зор­но­го при­зва­ния жить в чисто­те, в то вре­мя как св. Апо­стол Павел гово­рит, что мужу и жене долж­но воз­дер­жи­вать­ся по вза­им­но­му «согла­сию, на вре­мя упраж­не­ния в посте и молит­ве» (1 Кор. 7:5). Ино­гда эта послед­няя про­бле­ма – а она созда­ет еще тьму дей­стви­тель­ных про­блем вокруг себя – воз­ни­ка­ет от того, что кто-то один обра­ща­ет­ся ко Хри­сту или начи­на­ет жаж­дать более усерд­ной хри­сти­ан­ской жиз­ни, уже состоя в бра­ке. По уче­нию св. Апо­сто­ла Пав­ла, брак не дол­жен рас­па­дать­ся, если неве­ру­ю­щий согла­сен жить с веру­ю­щим. В таком слу­чае супруг-хри­сти­а­нин несет огром­ную ответ­ствен­ность перед Богом за свое пове­де­ние по отно­ше­нию к дру­го­му супру­гу и к семье. Истин­ное обра­ще­ние и духов­ный рост ведет семей­но­го хри­сти­а­ни­на к более само­от­вер­жен­ной люб­ви в семей­ной жиз­ни, к боль­ше­му жела­нию облег­чить жизнь тому, с кем он живет. (Такие исклю­чи­тель­ные при­ме­ры, как житие св. Алек­сия, Чело­ве­ка Божия, нель­зя при­ни­мать за общее пра­ви­ло). К несча­стью, обыч­ная кар­ти­на, когда ново­об­ра­щен­ный начи­на­ет про­по­ве­до­вать и пре­кра­ща­ет пока­зы­вать инте­рес к чему-либо «мир­ско­му». Св. Апо­стол Петр гово­рит, что «без сло­ва» (яко­же и Хри­стос Пет. 3:1) пове­де­ние жены-хри­сти­ан­ки может при­ве­сти неве­ру­ю­ще­го мужа к Гос­по­ду. Полу­чая откро­ве­ние от Бога, нам сле­ду­ет пом­нить Матерь Божию, «сла­гав­шую гла­го­лы сии в серд­це Сво­ем» (Лк. 2:51). И, пом­ня, как Она иска­ла под­держ­ки от срод­ни­цы Сво­ей Ели­за­ве­ты после чудес­но­го собы­тия Бла­го­ве­ще­ния, не бери­тесь упра­вить себя само­сто­я­тель­но, но поищи­те настав­ле­ния у сво­е­го духов­но­го отца. Жела­ю­щим избрать семей­ную жизнь мож­но посо­ве­то­вать про­сить у Бога, что­бы Он нашел мужа или жену, с которым(-ой) они смог­ли бы жить по-хри­сти­ан­ски и вос­пи­тать детей христианами.

(Из кни­ги сест­ры Маг­да­ли­ны «Мыс­ли о детях в Пра­во­слав­ной Церк­ви сегодня»)

Божественное установление брака

Священное Писание о Таинстве брака

Цель боже­ствен­но­го уста­нов­ле­ния бра­ка тако­ва: умно­же­ние и сохра­не­ние рода чело­ве­че­ско­го, вза­им­ное вспо­мо­ше­ство­ва­ние супру­гов в этой жиз­ни и обуз­да­ние гре­хов­ных похо­тей человека.

Быт. 1:27: «И сотво­рил Бог чело­ве­ка по обра­зу Сво­е­му, по обра­зу Божию, сотво­рил его; муж­чи­ну и жен­щи­ну сотво­рил их».

Быт. 1:28: «И бла­го­сло­вил их Бог, и ска­зал им Бог: пло­ди­тесь и раз­мно­жай­тесь, и напол­няй­те зем­лю, и обла­дай­те ею».

1 Кор. 7:1-2: « А о чем вы писа­ли ко мне, то хоро­шо чело­ве­ку не касать­ся жен­щи­ны. Но, во избе­жа­ние блу­да, каж­дый имей свою жену, и каж­дая имей сво­е­го мужа».

Еф. 5:23-24: «Муж есть гла­ва жены, как и Хри­стос гла­ва Церк­ви, и Он же Спа­си­тель тела. Но как Цер­ковь пови­ну­ет­ся Хри­сту, так и жены сво­им мужьям во всем».

Еф. 5:31-32: «Посе­му оста­вит чело­век отца сво­е­го и мать и при­ле­пит­ся к жене сво­ей, и будут двое одна плоть. Тай­на сия вели­ка; я гово­рю по отно­ше­нию ко Хри­сту и к Церкви».

«Будет два в плоть едину»

Конеч­но, вели­кое и ответ­ствен­ное дело для хри­сти­а­ни­на и хри­сти­ан­ки – избрать себе дру­га или подру­гу на всю жизнь. О хри­сти­ан­ском бра­ке Сло­во Божие гово­рит: «Будет два в плоть еди­ну» – т.е. в нем двое состав­ля­ют как бы один орга­низм, одну общую жизнь. Жена-хри­сти­ан­ка преж­де все­го дума­ет о муже, а потом уже о себе. И такой хри­сти­ан­ский супру­же­ский союз Гос­подь закре­пил Сво­им Боже­ствен­ным сло­вом: «Еже Бог соче­та, чело­век да не разлучает…»

И заме­ча­тель­но то, что в таком хри­сти­ан­ском бра­ке, любовь мужа и жены име­ет тот же бес­ко­рыст­ный, само­от­вер­жен­ный харак­тер, каким вооб­ще отли­ча­ет­ся истин­но хри­сти­ан­ская любовь. Не напрас­но ап. Павел супру­же­ский союз срав­ни­ва­ет с сою­зом Хри­ста и Церк­ви и гово­рит: «Мужие, люби­те своя жены, яко­же и Хри­стос воз­лю­бил Цер­ковь, и Себя пре­дал за ню (за нее). В хри­сти­ан­ском бра­ке еди­не­ние любя­щих лич­но­стей ста­но­вит­ся настоль­ко все­объ­ем­лю­щем и пол­ным, вза­им­ная пре­дан­ность супру­гов настоль­ко глу­бо­ка и без­услов­на, что они во всем упо­доб­ля­ют­ся друг дру­гу, а ино­гда (к ста­ро­сти) даже и внешне ста­но­вят­ся похо­жи друг на дру­га. И жизнь их про­хо­дит в пол­ном согла­сии, в пол­ной пре­дан­но­сти заве­там Хри­ста Спа­си­те­ля и Его Свя­той Церкви.

Но как тяже­ло быва­ет в наши дни видеть опро­мет­чи­вое, без­рас­суд­но-неосто­рож­ное и совер­шен­но нехри­сти­ан­ское отно­ше­ние моло­де­жи к это­му серьез­ней­ше­му вопро­су. Посто­ян­но при­хо­дит­ся наблю­дать, как бра­ки заклю­ча­ют­ся теперь не по серьез­но­му, глу­бо­ко­му, про­ве­рен­но­му чув­ству люб­ви, а по «влюб­лен­но­сти» – чув­ству не серьез­но­му, не глу­бо­ко­му. Часто содер­жа­ни­ем такой влюб­лен­но­сти явля­ет­ся, увы, в сущ­но­сти, толь­ко живот­ная похоть, толь­ко «вол­не­ние кро­ви моло­дой» (а ино­гда и не моло­дой, да гряз­но – бурливой…).

И вме­сте с этим, в таких «бра­ках» в пред­брач­ную пору посто­ян­но наблю­да­ет­ся фальш и само­при­кра­ши­ва­ние и тела, и души, лице­мер­ное жела­ние не быть, а казать­ся луч­ше и кра­си­вее. Но ведь жизнь мож­но сро­ить толь­ко на прав­де, на лжи она усто­ять не может. И отсю­да столь частое разо­ча­ро­ва­ние супру­гов друг в дру­ге и без­об­раз­ная прак­ти­ка раз­во­дов. Да и кто же не зна­ет, что в наши дни эти «влюб­лен­но­сти» посто­ян­но раз­ре­ша­ют­ся в «граж­дан­ские бра­ки», т.е. неза­кон­ные свя­зи. Систе­ма­ти­че­ские нару­ше­ния 7‑й запо­ве­ди, за кото­рые Цер­ковь отлу­ча­ет от при­ня­тия св. Таин. А окан­чи­ва­ет­ся все это сплошь и рядом тра­ги­че­ски – не толь­ко ссо­ра­ми, но и пре­ступ­ле­ни­я­ми: убий­ством или самоубийством.

Хри­сти­ан­ский брак – есть живая жизнь двух в еди­не­нии, и с года­ми супру­же­ская любовь в нем толь­ко уси­ли­ва­ет­ся, ста­но­вит­ся глуб­же, оду­хо­тво­рен­нее. Конеч­но, и в хри­сти­ан­стве эту супру­же­скую любовь, как извест­ное сла­га­е­мое, вхо­дит любовь страст­ная, свя­зан­ная со свой­ствен­ной каж­до­му чело­ве­ку есте­ствен­ной поло­вой склон­но­стью и чисто телес­ным вле­че­ни­ем его к дру­го­му полу. Но в истин­но хри­сти­ан­ском бра­ке такая любовь стра­сти в при­вя­зан­ность супру­гов вхо­дит, как мы ска­за­ли, толь­ко как сла­га­е­мое; и ино­гда не име­ет тако­го зна­че­ния и силы, как в нехри­сти­ан­ских сою­зах. А в жити­ях свя­тых мы видим ряд при­ме­ров, как супру­ги-хри­сти­ане по обо­юд­но­му согла­сию отка­зы­ва­лись от поло­вой жиз­ни – то с само­го нача­ла бра­ка, то после 40 лет. И заме­ча­тель­но, что в таком бра­ке, когда супру­ги-подвиж­ни­ки живут «как брат и сест­ра», их вза­им­ная любовь отли­ча­ет­ся осо­бен­ною силою при­вя­зан­но­сти, все­объ­ем­лю­щей вер­но­сти и вза­им­но­го ува­же­ния. Так хри­сти­ан­ство освя­ти­ло, воз­вы­си­ло и пре­об­ра­зи­ло брач­ный союз.

Но в хри­сти­ан­ской семье, кро­ме мужа и жены, еще мыс­лят­ся и дети, и роди­те­ли. И на вза­им­ные отно­ше­ния тех и дру­гих хри­сти­ан­ство, опять-таки, накла­ды­ва­ет свой харак­тер­ный отпе­ча­ток. В каж­дой доб­рой семье непре­мен­но долж­на быть еди­ная семей­ная жизнь. «Наше», общее – все­гда долж­но в ней сто­ять выше «мое­го», лич­но­го. Неда­ром все чле­ны семьи носят одну фами­лию – общею, друж­ною жиз­нию долж­ны они и жить.

Гла­вою семьи обыч­но счи­та­ет­ся и дол­жен быть муж. На нем, на его тру­дах осно­вы­ва­ет­ся бла­го­со­сто­я­ние семьи. И семья – его пер­вый долг. О тех, кто не забо­тит­ся о сво­ей семье, ап. Павел гово­рит крат­ко, но доста­точ­но вра­зу­ми­тель­но: «Если кто о сво­их, и осо­бен­но о домаш­них, не печет­ся, тот отрек­ся от веры и хуже невер­но­го…» (1 Тим. 5:8).

Часто быва­ет в жиз­ни, что роди­те­ли, направ­ляя детей на тот или иной жиз­нен­ный путь, посту­па­ют напе­ре­кор их склон­но­сти и сер­деч­но­му жела­нию. А ино­гда быва­ют вооб­ще неспра­вед­ли­вы. И про­тив это­го апо­стол пря­мо гово­рит: «Отцы, не раз­дра­жай­те чад сво­их, что­бы они не уны­ва­ли, но вос­пи­ты­вай­те их в уче­нии и настав­ле­нии Гос­под­нем» (Кол. 3:21 и Еф. 6:4). Чрез­мер­ная, непо­силь­ная тре­бо­ва­тель­ность, дей­стви­тель­но, повер­га­ет детей в уны­ние. Тем более, неспра­вед­ли­вость: для ребен­ка отец – выс­ший авто­ри­тет пой­дет про­тив того чув­ства прав­ды, кото­рое в ребен­ке гораз­до силь­нее, чем во взрос­лом. Полу­чит­ся поло­же­ние, пря­мо – таки, без­вы­ход­ное для дет­ской души… но еще хуже быва­ет, когда роди­те­ли черес­чур балу­ют детей, быва­ют слиш­ком снис­хо­ди­тель­ны к ним и часто остав­ля­ют их без при­смот­ра. Отсю­да может полу­чить­ся уже вели­кая нрав­ствен­ная пор­ча ребен­ка, тем более, что как мы виде­ли, сло­во Божие пря­мо пове­ле­ва­ет роди­те­лям вос­пи­ты­вать и настав­лять детей в Законе Гос­под­нем… Дело вос­пи­та­ния детей, конеч­но, по пре­иму­ще­ству лежит на мате­ри. И это есте­ствен­но, т.к. никто не бли­зок так к душе и серд­цу ребен­ка, как его мать: неда­ром имен­но к ней бежит с кри­ком «мама», когда его оби­де­ли. И пред мате­рью – вели­кая зада­ча: вос­пи­тать сына (или дочь) – веру­ю­ще­го хри­сти­а­ни­на, отзыв­чи­во­го, тру­до­лю­би­во­го, полез­но­го работ­ни­ка Церк­ви и госу­дар­ству; вос­пи­тать и сло­вом, и при­ме­ром, и лас­кой, и стро­го­стью. И муж дол­жен ценить этот огром­ный вос­пи­ты­ва­ю­щий труд жены. Это – алтарь ее слу­же­ния сво­е­му Гос­по­ду, рабо­та не менее важ­ная, чем его рабо­та для семьи.

И стыд, позор тем мате­рям, кото­рые тяго­тят­ся вос­пи­та­ни­ем сво­их детей и отда­ют их часто цели­ком на попе­че­ние наем­ных лиц, забы­вая о том, что душу ребен­ка так лег­ко повре­дить или загряз­нить. Да раз­ве кто-нибудь может заме­нить ребен­ку род­ную мать?..

(Из кни­ги игу­ме­на Фила­ре­та «Кон­спект по Зако­ну Божию»)

Формы совершения брака в древней Церкви

В пер­вом веке новой эры хри­сти­ане, как рим­ские граж­дане, всту­па­ли в брак по граж­дан­ским зако­нам гре­ко-рим­ско­го госу­дар­ства. По рим­ско­му пра­ву для дей­стви­тель­но­сти бра­ка тре­бо­ва­лось лишь вза­им­ное согла­сие на него. По фор­ме это согла­сие мог­ло быть уст­ным, пись­мен­ным (в виде дого­во­ра) или выра­же­но совер­шив­шим­ся делом – пере­хо­дом неве­сты в дом жени­ха. Бра­ку пред­ше­ство­вал «сго­вор», или обру­че­ние. На нем род­ные или опе­ку­ны жени­ха и неве­сты дого­ва­ри­ва­лись о мате­ри­аль­ном обес­пе­че­нии семьи, уточ­ня­ли раз­мер при­дан­но­го, кото­рое неве­ста при­но­си­ла в дом жениха.

Свое отно­ше­ние к заклю­че­нию бра­ков по рим­ско­му пра­ву Пра­во­слав­ная Цер­ковь при­во­ди­ла в соот­вет­ствие с ново­за­вет­ным уче­ни­ем о Бра­ке. Цер­ковь усмат­ри­ва­ла в бра­ке не толь­ко осно­ва­ние семьи и ячей­ку обще­ства, но и образ сою­за Хри­ста и Церкви.

Хри­сти­ане, с их более глу­бо­ким и духов­ным пред­став­ле­ни­ем о бра­ке, счи­та­ли, что вступ­ле­ние в брак долж­но быть не по стра­сти, а с мыс­лью о Боге, о Его нрав­ствен­ном законе и во сла­ву Его. Поэто­му, всту­пая в брак по граж­дан­ским зако­нам, они пред­ва­ри­тель­но испра­ши­ва­ли на него бла­го­сло­ве­ние сво­е­го епи­ско­па. И о наме­ре­нии всту­пить в брак объ­яв­ля­лось в церк­ви до заклю­че­ния граж­дан­ско­го дого­во­ра. Свя­той Игна­тий Бого­но­сец в Посла­нии к Поли­кар­пу Смирн­ско­му пишет: «А те, кото­рые женят­ся и выхо­дят замуж, долж­ны всту­пать в союз с согла­сия епи­ско­па, что­бы брак был о Гос­по­де, а не по похо­ти». Бра­ки, не объ­яв­лен­ные в цер­ков­ной общине, по сви­де­тель­ству Тер­тул­ли­а­на (ск. 160 – после 220), при­рав­ни­ва­лись к блу­ду. Тер­тул­ли­ан писал, что истин­ный брак совер­шал­ся перед лицом Церк­ви, освя­щал­ся молит­вой и скреп­лял­ся Евхаристией.

Таким, обра­зом, хри­сти­ане всту­па­ли в брак и через цер­ков­ное бла­го­сло­ве­ние, и через при­ня­тый в рим­ском госу­дар­стве дого­вор. Когда пред­по­ло­жен­ный и воз­ве­щен­ный Церк­ви брак полу­чал ее одоб­ре­ние, то при­вод неве­сты в дом жени­ха мог быть совер­шен без осо­бо­го бла­го­сло­ве­ния. Но нрав­ствен­ный дух хри­сти­ан тре­бо­вал и здесь освя­ща­ю­ще­го уча­стия Церк­ви. В афри­кан­ской Церк­ви, по опи­са­нию Тер­тул­ли­а­на, совер­ше­ние бра­ка про­ис­хо­ди­ло в общем бого­слу­жеб­ном собра­нии с при­но­ше­ни­ем бес­кров­ной Жерт­вы и тор­же­ствен­ным бла­го­сло­ве­ни­ем ново­брач­ных. Но более рас­про­стра­нен­ным был обы­чай при­гла­шать свя­щен­но­слу­жи­те­ля на дом для бла­го­сло­ве­ния жени­ха и неве­сты, и соеди­не­ния их рук в знак заклю­чен­но­го меж­ду ними супру­же­ско­го союза.

Цер­ков­ное бла­го­сло­ве­ние хри­сти­ан­ско­го бра­ка иерар­хия уже тогда при­зна­ва­ла без­услов­но необ­хо­ди­мым для сооб­ще­ния супру­гам освя­ща­ю­щей и укреп­ля­ю­щей бла­го­да­ти Хри­сто­вой. Так, свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст в одной из бесед гово­рит: «Нуж­но … самым нача­лом бра­ка укреп­лять в деви­це чув­ство сты­да, при­зы­вать свя­щен­ни­ков и их молит­ва­ми, и бла­го­сло­ве­ни­ем утвер­ждать брач­ное согла­сие, дабы и любовь жени­ха посто­ян­но воз­рас­та­ла, и цело­муд­рен­ность неве­сты воз­вы­ша­лась. В таком слу­чае … супру­ги при­ят­но будут про­во­дить жизнь, охра­ня­е­мые в сво­ем сою­зе силой Божией».

В даль­ней­шем Цер­ковь наста­и­ва­ла на необ­хо­ди­мо­сти освя­щать бра­ки меж­ду хри­сти­а­на­ми, кото­рые были заклю­че­ны без ее бла­го­сло­ве­ния в граж­дан­ском порядке.

Око­ло 895 года импе­ра­тор Лев Муд­рый (886–912) 89‑й новел­лой пред­пи­сал заклю­чать брак не ина­че как с цер­ков­но­го бла­го­сло­ве­ния. Но закон этот не рас­про­стра­нял­ся на рабов, он касал­ся толь­ко сво­бод­ных лиц. В 1095 году импе­ра­тор Алек­сей Ком­нин рас­про­стра­нил обя­зан­ность цер­ков­но­го бла­го­сло­ве­ния бра­ков и на рабов.

В XII веке зна­че­ние бра­ка как Таин­ства ста­вит­ся уже в пря­мую зави­си­мость от цер­ков­ных свя­щен­но­дей­ствий бра­ко­вен­ча­ния. Такое свя­щен­но­дей­ствие, кото­рое свя­щен­ник совер­ша­ет, а бра­чу­ю­щи­е­ся при­ем­лют, при­зна­ет­ся Таин­ством Бра­ка. Об этом гово­рит кано­нист XII века – Федор Вальсамон.

Импе­ра­тор Анд­ро­ник Палео­лог (1282–1328) и Кон­стан­ти­но­поль­ский пат­ри­арх Афа­на­сий (1303–1309) окон­ча­тель­но запре­ти­ли заклю­че­ние бра­ка без ведо­ма и бла­го­сло­ве­ния при­ход­ско­го свя­щен­ни­ка. Само совер­ше­ние хри­сти­ан­ско­го бра­ка пере­шло в исклю­чи­тель­ное веде­ние Церкви.

В XIV веке свя­той Симе­он Солун­ский вполне опре­де­лен­но выска­зы­ва­ет кано­ни­че­ское поло­же­ние о бра­ке: «Брак состав­ля­ет­ся не сло­вес­ным согла­ше­ни­ем, а свя­щен­ным молит­во­сло­ви­ем». Отсю­да сле­до­ва­ло: кто начал супру­же­ское сожи­тие без бла­го­сло­ве­ния Церк­ви, тот состо­ит не в бра­ке, а в любо­дей­ной свя­зи. Таким обра­зом, хри­сти­ан­ский брак – есть Таин­ство, для совер­ше­ния кото­ро­го необ­хо­ди­мы два фак­то­ра: воля самих бра­чу­ю­щих­ся лиц, кото­рая дает реаль­ное бытие бра­ку с необ­хо­ди­мым сакра­мен­таль­ным харак­те­ром, отоб­ра­жа­ю­щим все­гда при­су­щую хри­сти­а­нам бла­го­дать Кре­ще­ния, и воля Церк­ви, кото­рая сво­им бла­го­сло­ве­ни­ем утвер­жда­ет брак и сооб­ща­ет ему живую и дей­ствен­ную бла­го­дать Божию.

Цер­ковь издав­на участ­во­ва­ла и в самом обру­че­нии, при­да­вая обру­че­нию нрав­ствен­но-обя­за­тель­ную силу. До тех пор, пока вен­ча­ние не ста­ло обя­за­тель­ным для всех хри­сти­ан, цер­ков­ное обру­че­ние, за кото­рым сле­до­ва­ло реаль­ное нача­ло брач­ных отно­ше­ний, рас­смат­ри­ва­лось как дей­стви­тель­ное заклю­че­ние бра­ка. Уста­нов­ле­ния Пра­во­слав­ной Церк­ви и зако­ны визан­тий­ских импе­ра­то­ров о совер­ше­нии обру­че­ния и бра­ка пере­шли на Русь после ее Кре­ще­ния. Но здесь они не сра­зу при­ви­лись в народ­ной жиз­ни. Из кано­ни­че­ских отве­тов мит­ро­по­ли­та Киев­ско­го Иоан­на II (1080–1089) вид­но, что народ, счи­тая вен­ча­ние при­над­леж­но­стью бра­ков кня­зей и бояр, дер­жал­ся при вступ­ле­нии в брак язы­че­ских обы­ча­ев умы­ка­ния и куп­ли невест.

Форма заключения брака в русской Церкви

На Руси, как и в Визан­тии, заклю­че­ние бра­ков начи­на­лось обра­ще­ни­ем жени­ха и неве­сты к архи­ерею с про­ше­ни­ем бла­го­сло­вить их брак. Епи­скоп выда­вал про­си­те­лю указ на имя свя­щен­ни­ка с пред­ло­же­ни­ем выявить, нет ли каких пре­пят­ствий бра­ку. Это назы­ва­лось про­из­ве­сти «обыск», а указ име­но­вал­ся «зна­ме­ни­ем». В 1765 году ука­зом Ека­те­ри­ны II венеч­ные памя­ти («зна­ме­ния») были отменены.

В XVII веке заклю­че­ние бра­ков сопро­вож­да­лось «заря­дом» – дого­во­ром, преду­смат­ри­ва­ю­щим выпла­ту денеж­ной ком­пен­са­ции в слу­чае рас­тор­же­ния бра­ка. Петр I в 1702 году запре­тил писать заряд­ные запи­си и пред­пи­сал совер­ше­ние обру­че­ние не ранее шести недель до венчания.

В 1775 году Свя­тей­ший Синод обна­ро­до­вал указ о совер­ше­нии цер­ков­но­го обру­че­ния в одно вре­мя с вен­ча­ни­ем. Исклю­че­ние дела­лось для лиц импе­ра­тор­ской фами­лии. В сино­даль­ную эпо­ху в Рос­сии вен­чать брак мог толь­ко при­ход­ской свя­щен­ник жени­ха или неве­сты. Это тре­бо­ва­ние, содер­жа­ще­е­ся в Корм­чей, повто­ря­ет­ся во мно­гих ука­зах Свя­тей­ше­го Сино­да. По ука­зу 1775 года, жела­ю­щий всту­пить в брак дол­жен объ­явить об этом сво­е­му при­ход­ско­му свя­щен­ни­ку. Свя­щен­ник объ­яв­лял о пред­по­ла­га­е­мом бра­ке в хра­ме. Если со сто­ро­ны при­хо­жан не посту­па­ло сооб­ще­ний о пре­пят­стви­ях к дан­но­му бра­ку, то свя­щен­ник вно­сил в обыск­ную кни­гу запись об этом. Вне­се­ние этой запи­си теперь назы­ва­лось «обыс­ком». Она скреп­ля­лась под­пи­сью жени­ха и неве­сты, их пору­чи­те­лей и свя­щен­ни­ка. Чино­по­сле­до­ва­ние бра­ко­вен­ча­ния совер­ша­лось в лич­ном при­сут­ствии жени­ха и неве­сты, а так­же их сви­де­те­лей, кото­рые под­твер­жда­ли акт бра­ко­вен­ча­ния сво­и­ми под­пи­ся­ми в мет­ри­че­ской кни­ге. Такой поря­док уста­нов­лен в Рус­ской Церк­ви с 1802 года.

(Из кни­ги про­то­и­е­рея Ген­на­дия Нефе­до­ва «Таин­ства и Обря­ды Пра­во­слав­ной Церк­ви»)

Искание брака в близком родстве

Цер­ковь даже рас­тор­га­ет те бра­ки, кото­рые заклю­че­ны в близ­ких запре­щен­ных сте­пе­нях род­ства. Род­нить­ся в кров­ном или бли­жай­шем род­стве – зна­чит идти про­тив уста­вов при­ро­ды. При­ро­да дер­жит­ся и рас­про­стра­ня­ет­ся, как ука­зал ей Тво­рец, сме­ше­ни­ем раз­но­род­ных. (Извест­но даже, что и врож­ден­ные болез­ни, напри­мер, золо­ту­ха, чахот­ка, счаст­ли­во про­хо­дят, если раз­но­пле­мен­ные лица соеди­ня­ют­ся закон­ным бра­ком, напри­мер, рус­ский с кре­ще­ною ино­род­кою). Если б чаще допус­ка­лись бра­ки в близ­ком род­стве, это пове­ло бы род чело­ве­че­ский к сокра­ще­нию. Кро­ме того, от таких бра­ков (где они быва­ют) рож­да­ют­ся дети то немые, то глу­хие, то без­об­раз­ные и глу­пые. Иска­ние род­ствен­но­го бра­ка ничем не может быть изви­не­но (осо­бен­но в одной и той же семье, когда семья вели­ка, и когда жених и неве­ста сади­лись за один стол: а быва­ли такие при­ме­ры). Раз­ве цело­го мира мало, чтоб най­ти себе неве­сту, кро­ме дво­ю­род­ной сест­ры или тро­ю­род­ной пле­мян­ни­цы? (Пре­ступ­ным так­же супру­же­ством был бы такой брак, когда повен­ча­лись бы два лица от дру­гих зата­ен­но­го, но им самим и роди­те­лям их извест­но­го род­ства, и само­го кров­но­го род­ства, как род­ные брат и сест­ра оба неза­кон­но­рож­ден­ные или же один от закон­но­го бра­ка, а дру­гая неза­кон­но­рож­ден­ная). Если же иска­те­ли род­ствен­но­го бра­ка гово­рят в оправ­да­ние себя: «Это лишь лицо мне нра­вит­ся, оно при­шло по серд­цу, а дру­гой неве­сты не надо», – то, оче­вид­но, брак в таком слу­чае был бы по стра­сти и, сле­до­ва­тель­но, не хри­сти­ан­ский. Соб­ствен­но, с духов­ной сто­ро­ны такие бра­ки осуж­да­ют­ся и запре­ща­ют­ся по той при­чине, что род­ствен­ные свя­зи сами по себе свя­щен­ны: пре­вра­щать их в плот­скую связь – зна­чит отни­мать у них эту свя­ты­ню, зна­чит – кра­си­вое безобразить.

Вольное обращение между собой жениха и невесты, и супружеские отношения прежде венца

«Ревек­ка лишь толь­ко уви­де­ла пред собой жени­ха сво­е­го, взем­ши ризу лет­нюю обле­че­ся» (закры­лась покры­ва­лом) (Быт. 24, 66). Так и у каж­до­го жени­ха и неве­сты вза­им­ные отно­ше­ния долж­ны быть при­кры­ты цело­муд­рен­ною стыд­ли­во­стью. До вен­ча­ния они все же мень­ше близ­кие меж­ду собой лица, чем, напри­мер, брат и сест­ра. При­том, не быва­ют ли слу­чаи, что сва­деб­ный сго­вор совсем рас­стра­и­ва­ет­ся после про­дол­жи­тель­но­го вре­ме­ни, после обме­нов жени­ха и неве­сты подар­ка­ми и вза­им­ной откро­вен­но­сти? Поэто­му до вен­ца, и по суще­ству дела и для бла­го­род­ной фор­мы его, необ­хо­ди­ма сдер­жан­ность как в уеди­нен­ных про­гул­ках, в пожа­ти­ях рук, в сви­да­ни­ях без­вре­мен­ных (напри­мер, в глу­бо­кий вечер), в раз­го­во­рах и в пере­пис­ке о вза­им­ной пре­дан­но­сти, так и в гне­ве друг на дру­га, в тре­бо­ва­нии излиш­них услуг или в оскорб­ле­нии роди­те­лей с той или дру­гой сто­ро­ны, т.е. или жени­хо­вых, или неве­сти­ных. В слу­чае рас­тор­же­ния брач­но­го сго­во­ра эта воль­ность обра­ще­ния будет новым сты­дом. Новым нака­за­ни­ем, осо­бен­но неве­сте. Но и с бла­го­по­луч­ным завер­ше­ни­ем бра­ка она будет отзы­вать­ся непри­ят­ным вос­по­ми­на­ни­ем для сове­сти. (Удив­ля­ет­ся иной воль­ный жених, что неве­ста его, как толь­ко он пря­мо и при­сталь­но взгля­нет на нее, вся крас­не­ет; эту крас­но­ту ее он готов назвать заби­то­стью ее в семье. Но эта крас­но­та пре­крас­ней­ший цвет дев­ства, вели­кое досто­ин­ство наре­чен­ной его неве­сты). Вина так­же жени­ха и неве­сты, если они тот­час же после сго­во­ра наде­ва­ют на себя и носят коль­ца. Допус­кать это преж­де цер­ков­но­го обру­че­ния – зна­чит быть винов­ным в гре­хе само­воль­но­го обру­че­ния. Что же до преж­де­вре­мен­но­го сожи­тия жела­ю­щих вен­чать­ся, то такое сожи­тие «не есть брак и даже не нача­ло бра­ка», но толь­ко блуд­ная связь. Даже луч­ше этим людям совсем разой­тись, т.е. луч­ше им соеди­нить­ся бра­ком с дру­ги­ми лица­ми; пото­му что до закон­но­го супру­же­ства лег­ко меж­ду ними воз­ник­нут попре­ки, холод­ность и пре­зре­ние. Но если уже им не с кем более соеди­нить­ся бра­ком, и если они при­мут закон­ный брак: все же «вен­цом (как, меж­ду тем, они дума­ют) не при­кры­ва­ет­ся их грех». Со дня лишь цер­ков­но­го бра­ка закон­но их сожи­тие: а за преж­нюю связь они долж­ны поне­сти епи­ти­мию, кото­рая пола­га­ет­ся 4‑летняя, поне­сти или оба, жених и неве­ста, или один тот, кото­рый наси­ли­ем или обо­льще­ни­ем рас­тлил невин­ное лицо. Но если сожи­тия или свя­зи не было, а толь­ко пред самым бра­ком вслед­ствие воль­но­го обхож­де­ния допу­щен грех, в таком слу­чае винов­ные под­ле­жат одно­лет­ней епи­ти­мии (запре­ще­но при­сту­пить в Свя­тым Таи­нам). Нако­нец, кто падет преж­де бра­ка не с самою неве­стою, а с мате­рью ее или с дру­гим кров­ным для нее лицом, тому и брак с этою неве­стою вос­пре­ща­ет­ся. Наре­чен­ные жени­хи и неве­сты! Не в послед­ней корот­ко­сти обхож­де­ния долж­но состо­ять ваше пред­ва­ри­тель­ное озна­ком­ле­ние, и не в том, чтоб вам ни на час не отста­вать друг от дру­га, вез­де выхо­дить и выез­жать вме­сте, нет, не в том! Но чтоб уве­рить­ся во вза­им­ных доб­рых каче­ствах и на осно­ва­нии-то вза­им­ной люб­ви и вза­им­но­го ува­же­ния утвер­дить­ся в реши­мо­сти соче­тать­ся бра­ком. Кото­рый из вас будет дер­жать­ся скром­нее и сте­пен­нее, тот в гла­зах дру­го­го и заслу­жит боль­шее ува­же­ние. А вам нуж­но поза­бо­тить­ся не об одной сер­деч­ной люб­ви, но и о вза­им­ном ува­же­нии; пото­му что пер­вое без послед­не­го не совсем прочно.

(Из кни­ги «Нрав­ствен­ное бого­сло­вие для мирян», изда­ние Свя­то-Успен­ско­го Пско­во-Печер­ско­го мона­сты­ря, 1994 г.) 

Часть II.

Начало христианской семьи

Обручение и венчание

Богословский смысл священнодействий обручения и венчания и содержание молитвословий

Обручение

Обру­че­ние озна­ча­ет скреп­ле­ние пред Богом и Цер­ко­вью вза­им­ных обе­ща­ний, всту­па­ю­щих в брак. Обру­че­ние – это хри­сти­ан­ская фор­ма есте­ствен­но­го бра­ка. В нем Цер­ко­вью и Богом утвер­жда­ет­ся «гла­го­лан­ное у бра­чу­ю­щих­ся слово».

Обру­че­нию пред­ше­ству­ет бла­го­сло­ве­ние роди­те­лей и духов­но­го отца. Види­мым зна­ком утвер­жде­ния это­го сою­за в мире, люб­ви и еди­но­мыс­лии явля­ет­ся вру­че­ние жени­ху и неве­сте колец с молит­вой свя­щен­ни­ка о Небес­ном бла­го­сло­ве­нии их обру­че­ния. В Таин­стве бра­ка при­кро­вен­но содер­жат­ся эле­мен­ты, свой­ствен­ные и семей­но-пат­ри­ар­халь­но­му укла­ду жиз­ни, как, напри­мер, отре­ше­ние доче­ри от роди­тель­ско­го оча­га и пере­да­ча отцом прав на нее буду­ще­му мужу.

В древ­но­сти обру­че­ние жени­ха и неве­сты совер­ша­лось их роди­те­ля­ми и род­ствен­ни­ка­ми. Соиз­во­ле­ние роди­те­лей при­зна­ва­лось не менее важ­ным, чем согла­сие жени­ха и неве­сты. А так как хри­сти­ане, кро­ме роди­те­лей по пло­ти, име­ли духов­но­го отца в лице епи­ско­па, то вско­ре вошло в бла­го­че­сти­вый обы­чай зару­чить­ся еще и бла­го­сло­ве­ни­ем епи­ско­па. 89‑е пра­ви­ло Трулль­ско­го Собо­ра в тол­ко­ва­нии Нико­ди­ма свидетельствует:

«Цер­ковь тре­бо­ва­ла от сво­их веру­ю­щих заклю­чать бра­ки толь­ко с ее бла­го­сло­ве­ния. Это же она тре­бо­ва­ла отно­си­тель­но обру­че­ния». Фор­ма обру­чаль­но­го бла­го­сло­ве­ния епи­ско­па, как доно­сит ее до нас текст одной из древ­них литур­гий, была про­ста и содер­жа­ла крат­кое молит­вен­ное бла­го­по­же­ла­ние: «Бла­го­сло­ви, Гос­по­ди, коль­цо это, … ибо как оно вен­ча­ет палец чело­ве­ка, … так и бла­го­дать Свя­то­го Духа пусть окру­жа­ет жени­ха и неве­сту, что­бы они виде­ли сыно­вей и доче­рей до тре­тье­го и чет­вер­то­го рода, кото­рые да вос­хва­лят имя Твое». Это бла­го­сло­ве­ние рас­кры­ва­ет суть хри­сти­ан­ско­го бра­ка: оду­хо­тво­ре­ние чув­ствен­ной люб­ви, при­зы­ва­ние Божи­ей помо­щи, укреп­ля­ю­щей к сов­мест­но­му вве­де­нию в жизнь бла­гих, спа­си­тель­ных усто­ев нрав­ствен­но­сти и про­дол­же­нию этих духов­ных начал в потомстве.

В совре­мен­ной прак­ти­ке свя­щен­ни­че­ское бла­го­сло­ве­ние при обру­че­нии сбли­жа­ет­ся с роди­тель­ским, при­ня­тым в бла­го­че­сти­вых семьях, то есть выска­зы­ва­ет­ся наме­ре­ние, что­бы дан­ный брак был совер­шен о Гос­по­де. Жени­ха-хри­сти­а­ни­на и неве­сту-хри­сти­ан­ку сбли­жа­ет не толь­ко любовь друг к дру­гу, но и устрем­ле­ние каж­до­го из них ко Хри­сту, кото­рое и дает нелож­ное осно­ва­ние быть бра­ку ради Господа.

Когда буду­щие жених и неве­ста про­ник­нут во внут­рен­нюю суть сво­ей дву­еди­ной люб­ви ко Хри­сту и друг к дру­гу и при­дут к вза­им­но­му согла­сию создать хри­сти­ан­скую семью, то свое реше­ние они откро­ют роди­те­лям. Обык­но­вен­но в этом слу­чае роди­те­ли жени­ха спра­ши­ва­ют его, по нра­ву ли ему неве­ста и образ пове­де­ния ее, и, полу­чив утвер­ди­тель­ный ответ, выра­жа­ют согла­сие на брак сына. То же дела­ют и роди­те­ли неве­сты, спра­ши­вая ее, нра­вит­ся ли ей жених и соглас­на ли она вый­ти за него замуж.

На Руси издрев­ле счи­та­лось, что честь неве­сты – это честь рода. Поэто­му в ста­ри­ну отец неве­сты не стра­зу давал сва­там ответ, но обе­щал поду­мать о том с женой и роди­ча­ми. Совер­шив так назы­ва­е­мый «совест­ли­вый раз­го­вор» с род­ствен­ни­ка­ми, отец объ­яв­лял согла­сие на брак доче­ри. Тем дело не окан­чи­ва­лось: насту­пал пери­од уси­лен­ных молитв к Богу о даро­ва­нии муд­ро­сти, о бла­го­при­ят­ных усло­ви­ях к соеди­не­нию «двух в плоть еди­ну, душу еди­ну и Дух живо­тво­ря­щий». Молит­вы роди­те­лей сози­да­ют дома чад и «бла­го­сло­ве­ние отца утвер­жда­ет домы детей» (Сир. 3:9), – сви­де­тель­ству­ет опыт Церк­ви. Без них, как зда­ние без фун­да­мен­та, ни одна семья в мину­ты испы­та­ний не усто­ит в сво­ей непо­вре­жден­но­сти и целостности.

Но и роди­те­ли, реша­ясь на брак детей, не пола­га­ют­ся на свое мне­ние и, как пра­ви­ло, посы­ла­ют их за бла­го­сло­ве­ни­ем к свя­щен­ни­ку-духов­ни­ку или же к стар­цу, опыт­но­му в зна­нии воли Божи­ей о людях и в рас­суж­де­нии житей­ских обстоятельств.

Пас­тыр­ское бла­го­сло­ве­ние несет в себе осо­бую жиз­не­утвер­жда­ю­щую силу, окры­ля­ю­щую моло­дых и их роди­те­лей. Зару­чив­шись бла­го­сло­ве­ни­ем роди­те­лей и духов­ни­ка – свя­щен­ни­ка, наре­чен­ные жених и неве­ста, посо­ве­то­вав­шись со стар­ши­ми, назна­ча­ют день сва­дьбы. Ради юри­ди­че­ско­го при­зна­ния до цер­ков­но­го вен­ча­ния брак дол­жен быть заре­ги­стри­ро­ван в граж­дан­ской инстан­ции (ЗАГСе), затем совер­ша­ет­ся Свя­тое Таин­ство, в кото­ром ново­брач­ным пре­по­да­ет­ся Боже­ствен­ная бла­го­дать, освя­ща­ю­щая их союз и сооб­щая им бла­го­сло­ве­ние Божие на сов­мест­ную жизнь, рож­де­ние и вос­пи­та­ние детей.

По обы­чаю, в самый день или нака­нуне граж­дан­ской реги­стра­ции при­ня­то слу­жить моле­бен Гос­по­ду Иису­су Хри­сту о нача­ле доб­ро­го дела.

В самый день бра­ко­вен­ча­ния роди­те­ли, сотво­рив извест­ные молит­вы, совер­ша­ют бла­го­сло­ве­ние сво­их детей: сына ико­ной Спа­си­те­ля, а дочь – ико­ной Божи­ей Матери.

Начальный момент обручения

В жиз­ни моло­дых людей, любя­щих друг дру­га, насту­па­ет, нако­нец, такая мину­та, когда на ожи­да­е­мое ими супру­же­ство они полу­ча­ют бла­го­сло­ве­ние Божие, что­бы стать им под­ра­жа­те­ля­ми жиз­ни цер­ков­ной. Чисто­та наме­ре­ний и искрен­ность их веры побуж­да­ет свя­щен­ни­ка скре­пить брач­ный союз бла­го­сло­ве­ни­ем Божи­им и сло­ва­ми молитв.

Для этой цели моло­дые люди при­бы­ва­ют в храм. По обы­чаю, в хра­ме появ­ля­ет­ся жених, сопро­вож­да­е­мый шафе­ра­ми (дру­зья­ми жени­ха) и кем-то из детей, несу­щим впе­ре­ди жени­ха ико­ну Хри­ста Спа­си­те­ля. Сопро­вож­да­е­мый ими жених вхо­дит в храм, где его встре­ча­ют пени­ем одно­го из цер­ков­ных пес­но­пе­ний, при­ли­че­ству­ю­ще­го слу­чаю. Помо­лив­шись Богу, жених отхо­дит с сере­ди­ны хра­ма на пра­вую сто­ро­ну и ожи­да­ет при­ез­да неве­сты. Неве­ста при­бы­ва­ет в храм чуть поз­же и, так­же пред­ше­ству­е­мая ико­ной Божи­ей Мате­ри и сопро­вож­да­е­мая шафе­ра­ми, совер­ша­ет покло­не­ние Богу и выслу­ши­ва­ет цер­ков­ное пес­но­пе­ние. Затем неве­ста отхо­дит на левую сто­ро­ну храма.

Таким обра­зом, жених и неве­ста встре­ча­ют­ся в хра­ме, где их окру­жа­ют род­ные, дру­зья и при­хо­жане. В их лице зем­ная Цер­ковь – обще­ство веру­ю­щих, собрав­ших­ся во имя Хри­ста и со Хри­стом, – гото­ва сотво­рить сов­мест­но с бра­чу­ю­щи­ми­ся общую молит­ву Гос­по­ду о бла­го­сло­ве­нии их оби­ли­ем бла­го­дат­ных даров для един­ства сов­мест­ной жиз­ни, вза­им­ной вер­но­сти и пре­тво­ре­ния в жизнь сло­вес­ных обе­ща­ний бра­чу­ю­щих­ся. Цер­ковь ста­но­вит­ся сви­де­тель­ни­цей обе­тов жени­ха и неве­сты, кото­рые они дают друг дру­гу пред Богом, и бла­го­сло­ве­ние свя­щен­ни­ка – это сло­во утвер­жда­ет, скреп­ля­ет свя­тым соединением.

Горя­щие све­чи ново­брач­ных изоб­ра­жа­ют духов­ное тор­же­ство, сла­ву цело­муд­рен­но­го дев­ства и свет бла­го­да­ти, нис­хо­дя­щие на них. Свет – источ­ник Божи­ей свя­то­сти. Пла­мень све­чей оза­ря­ет нача­ло новой жиз­ни, в кото­рое всту­па­ют двое, что­бы стать одним суще­ством, «одной пло­тью». Све­чи в их руках гово­рят о радо­сти встре­чи этих людей и об общей радо­сти при­сут­ству­ю­щих, напо­ми­ная сло­ва Хри­ста: «Так да све­тит свет ваш пред людь­ми, что­бы они виде­ли ваши доб­рые дела и про­слав­ля­ли Отца Небес­но­го» (Мф. 5:16). С про­слав­ле­ния Отца Небес­но­го и начи­на­ет­ся соб­ствен­но чин обручения.

Обручение кольцами

Вру­че­ни­ем колец, при­не­сен­ных от свя­то­го пре­сто­ла, жени­ху и неве­сте свя­щен­ник выра­жа­ет веру Церк­ви в непре­рыв­ность их сою­за, дару­е­мо­го им бла­го­да­тью Божией.

Супру­же­ский союз воз­ни­ка­ет в зем­ных усло­ви­ях, но несет в себе залог един­ства и печать нерас­тор­жи­мо­сти. Коль­ца наде­ва­ют­ся на пер­сты пра­вых рук, зна­ме­нуя тем их сво­бод­ную волю, вос­при­ем­лю­щую обет вер­но­сти, тру­до­вой дея­тель­но­сти, молит­вы и бла­го­сло­ве­ния. «И дес­ни­ца раб Тво­их бла­го­сло­вит­ся…», – гово­рит текст молит­вы, чита­е­мой свя­щен­ни­ком после обручения.

Таким обра­зом, обру­че­ние запе­чат­ле­ва­ет при­зна­ние наме­ре­ний и чувств жени­ха и неве­сты, скреп­ля­ет дан­ное ими друг дру­гу сло­во сво­им бла­го­сло­ве­ни­ем и молит­ва­ми и убеж­да­ет их в необ­хо­ди­мо­сти Боже­ствен­но­го содей­ствия во всей даль­ней­шей жизни.

Коль­ца на их руках сви­де­тель­ству­ют, что отныне Гос­подь с ними, что­бы поста­вить их «укреп­лен­ным горо­дом и желез­ным стол­бом» и напо­ми­нать им о «дру­же­стве юно­сти, о люб­ви» и их жела­нии «быть свя­ты­ней Гос­по­да, начат­ком пло­дов Его» (Иер. 1:18; 2–3). Им сооб­ща­ет­ся рев­ность к слав­ным делам, к сви­де­тель­ству исти­ны, к вос­при­я­тию щед­рот Божи­их, ибо все­силь­но бла­го­сло­ве­ние Божие: «Гос­подь бодр­ству­ет над сло­вом Сво­им, чтоб оно ско­ро испол­ни­лось» (Иер. 1:12). В этом залог кре­по­сти их сов­мест­ной жиз­ни и ее смысл; в этом тай­на сохра­не­ния вза­им­ной люб­ви, немерк­ну­щей во вре­ме­ни. Бог посы­ла­ет Анге­ла шество­вать пред ними и вести их в Цар­ство Небес­ное. Открыть же для себя это Цар­ство, кото­рое, по сло­ву Хри­ста, «внутрь вас есть» – внут­ри их сов­мест­ной люб­ви, – помо­га­ют обру­чив­шим­ся молит­вы и бла­го­сло­ве­ние Церк­ви, пре­по­да­ва­е­мые им в чине венчания.

Венчание

После­до­ва­ние вен­ча­ния сво­им молит­вен­но-бла­го­дат­ным стро­ем пола­га­ет осно­ва­ние для житель­ства по пра­ви­лам Свя­той Церк­ви и для упраж­не­ния душ в усво­е­нии нау­ки хри­сти­ан­ской жизни.

Начало венчания

На сере­дине хра­ма свя­щен­ник постав­ля­ет жени­ха и неве­сту пред ана­ло­ем с Кре­стом и Еван­ге­ли­ем на разо­стлан­ный на полу кусок белой мате­рии («под­нож­ку») – сим­вол един­ства и радо­сти нераз­дель­но­го житель­ства в супружестве.

По окон­ча­нии сло­ва иерей вопро­ша­ет сна­ча­ла жени­ха: «Име­ешь ли, имя рек, про­из­во­ле­ние бла­гое и непри­нуж­ден­ное, и креп­кую мысль, взять себе жену сию?..» Этот вопрос зада­ет­ся жени­ху для того, что­бы он понял свою ответ­ствен­ность за созда­ние семьи. Муж есть гла­ва семьи, жена – его помощ­ни­ца. Вво­дя неве­сту в дом, в обще­ние жиз­ни, жених, как буду­щий муж, дол­жен понять, что он не толь­ко берет себе жену, но с это­го момен­та дол­жен забо­тить­ся о спа­се­нии ее души. Эта забо­та пред­по­ла­га­ет креп­кую любовь к супру­ге, готов­ность напо­ми­нать себе и ей запо­ве­ди Гос­под­ни и пре­да­ния свя­тых отцов, под­креп­ляя дух ее, а впо­след­ствии и детей, Боже­ствен­ны­ми писа­ни­я­ми. А для это­го необ­хо­ди­мы и воля бла­гая и непри­нуж­ден­ная, и креп­кая мысль.

Име­ет ли все это жених? Изост­рил ли он ум свой про­ни­ца­тель­но­стью, воз­бу­дил усер­дие на спа­се­ние, на подвиг хри­сти­ан­ско­го житель­ства муже­ством, утвер­дил ли себя верой и надеж­дой идти впе­ре­ди супру­ги и детей во вся­ком подви­ге, готов ли сра­зить­ся с мыс­лен­ны­ми вра­га­ми – демо­на­ми? Ведь ты берешь себе в дом жену, ты испра­ши­ва­ешь у Бога дар домо­стро­и­тель­ства. Готов ли ты отно­сить­ся к Богу как «слу­жи­тель Хри­стов и домо­стро­и­тель таин Божи­их»? (1Кор. 4:1). Готов ли, при­ни­мая жену, не ска­зать чего-либо вопре­ки воле Божи­ей, засви­де­тель­ство­ван­ной в Свя­щен­ном Писа­нии, или оста­вить угод­ное Богу? Готов ли ты в уго­жде­ние Богу и для поль­зы семьи подать не толь­ко бла­го­вест­во­ва­ние Божие, но и душу свою по ска­зан­но­му Гос­по­дом: «Запо­ведь новую даю вам, да люби­те друг дру­га, как Я воз­лю­бил вас» (Ин. 13:34)? Толь­ко такая свя­тая любовь и бла­гое про­из­во­ле­ние поз­во­ля­ет тебе взять в жену ту, кото­рую здесь пред собой видишь. Мыс­лен­но, зара­нее раз­ду­мав над всем этим, жених отве­ча­ет: «Имею, чест­ный отче».

И сно­ва иерей зада­ет вопрос: «Не обе­щал­ся ли иной неве­сте? (Не про­дол­жа­ешь ли дер­жать кого-либо в заблуж­де­нии сво­им обе­ща­ни­ем всту­пить в брач­ный союз?)» Вопрос пред­по­ла­га­ет и вос­пи­та­тель­ное зна­че­ние для при­сут­ству­ю­щих, напо­ми­ная им, что подоб­ны­ми обе­ща­ни­я­ми шутить не поз­во­ли­тель­но. И отве­ча­ет жених: «Не обе­щал­ся, чест­ный отче».

Те же вопро­сы зада­ют­ся иере­ем и неве­сте. От нее так­же тре­бу­ет­ся осмыс­лен­ное и ответ­ствен­ное отно­ше­ние к избран­ни­ку, ведь ей пред­сто­ит быть помощ­ни­цей мужу, взяв на себя обя­зан­но­сти еди­но­мыс­лия и послу­ша­ния. Неве­ста пони­ма­ет, что она при­ни­ма­ет на себя попе­че­ние о семье и несет оди­на­ко­вую с мужем ответ­ствен­ность соблю­дать в доме во сла­ву Божию все, что уста­нов­ле­но с обще­го одоб­ре­ния. В лице жены муж име­ет дея­тель­ную помощ­ни­цу, содей­ству­ю­щую ему в отправ­ле­нии раз­лич­ных обя­зан­но­стей по управ­ле­нию дела­ми семьи и шестви­ем по пути упраж­не­ния и поуче­ния в запо­ве­дях Гос­под­них. В извест­ных слу­ча­ях, напри­мер, в отсут­ствие мужа, она засту­па­ет на рав­ных с ним пра­вах на его место и ведет жизнь семьи, руко­вод­ству­ясь запо­ве­дям Божи­им и тра­ди­ци­я­ми семьи (оте­че­ски­ми пре­да­ни­я­ми). За все это Бог посы­ла­ет бла­го­дать Свою и обе­ща­ет хра­нить место их про­жи­ва­ния. Пораз­мыс­лив над этим, неве­ста отве­ча­ет свя­щен­ни­ку: «Имею, чест­ный отче. Не обе­ща­лась, чест­ный отче».

Вопро­сы и отве­ты эти нуж­ны еще и пото­му, что­бы Цер­ковь ста­ла сви­де­те­лем доб­ро­воль­но­сти вступ­ле­ния в сов­мест­ное сожи­тель­ство супру­гов, и что­бы не мог­ли потом ска­зать люди, что вен­ча­ние совер­ше­но по принуждению.

Тай­но­со­вер­ши­тель­ный момент венчания

Вен­цы, воз­ла­га­е­мые на жени­ха и неве­сту, сим­во­ли­зи­ру­ют сла­ву сою­за Хри­ста с Цер­ко­вью. Воз­ло­же­ни­ем вен­цов Цер­ковь воз­да­ет жени­ху и неве­сте честь за цело­муд­рие и сохра­нен­ное дев­ство и дела­ет для всех оче­вид­ным бла­го­сло­ве­ние Божие – быть дан­ной супру­же­ской чете родо­на­чаль­ни­ка­ми потом­ства, пре­дан­но­го уста­вам Свя­той Церк­ви. «Плод чре­ва на поль­зу и вос­при­я­тие бла­го­ча­дия» дает супру­гам роди­тель­ская власть, если они бла­го­ра­зум­но вос­поль­зу­ют­ся ею. Вен­цы так­же слу­жат пре­ду­ка­за­ни­ем веч­но­го увен­ча­ния супру­гов, о кото­ром ска­за­но в Откро­ве­нии апо­сто­ла еван­ге­ли­ста Иоан­на Бого­сло­ва: «Будь верен до смер­ти, и дам тебе венец жиз­ни» (Откр. 2:10).

Воз­ло­же­ние вен­цов и сло­ва свя­щен­ни­ка: «Гос­по­ди Боже наш, сла­вою и честию вен­чай я (их)», – запе­чат­ле­ва­ют Таин­ство Бра­ка. Цер­ковь, бла­го­слов­ляя брак, про­воз­гла­ша­ет вен­ча­ю­щих­ся родо­на­чаль­ни­ка­ми новой хри­сти­ан­ской семьи – малой, домаш­ней церк­ви, ука­зы­вая путь в Цар­ство Божие и зна­ме­нуя веч­ность их сою­за, нерас­тор­жи­мость его, как ска­зал Гос­подь: «Что Бог соче­тал, того чело­век да не раз­лу­ча­ет» (Мф. 19:6).

Историческое формирование чина венчания второбрачных

Рас­смат­ри­вая пер­вый брак, по выра­же­нию свя­ти­те­ля Гри­го­рия Бого­сло­ва, как «закон», а вто­рой как «снис­хож­де­ние» к чело­ве­че­ской немо­щи, цер­ковь поз­же внес­ла неко­то­рые раз­ли­чия в чино­по­сле­до­ва­ния для пер­во­го и вто­ро­го бра­ка. Послед­ние вен­ча­лись по более корот­ко­му чину. Обыч­ный чин вен­ча­ния вто­ро­брач­ных был выра­бо­тан к XVI веку.

Тре­тий брак доз­во­лял­ся в древ­не­рус­ской цер­ков­ной прак­ти­ке толь­ко «по нуж­де» и совер­шал­ся по чину второбрачных.

(Из кни­ги про­то­и­е­рея Ген­на­дия Нефе­до­ва «Таин­ства и обря­ды Пра­во­слав­ной Церкви»)

Непощение до венца и неблагоговение во время самого венчания

Таин­ство бра­ка при­ни­ма­ет­ся все­го раз в жиз­ни (как в боль­шин­стве супру­жеств). Отсю­да пре­крас­ный обы­чай при­сту­пать к нему не ина­че, как «нато­щак»; и дей­стви­тель­но, грех не постить­ся в день сва­дьбы. Постит­ся же из воз­раст­ных, жела­ю­щий кре­стить­ся, хоть и в пер­вый раз еще слы­шит урок о хри­сти­ан­ском посте; тем более не пьют и не едят при­част­ни­ки здо­ро­вые и боль­ные, а так­же, по воз­мож­но­сти, и испо­вед­ни­ки. Поще­ние перед сва­дьбою будет соот­вет­ство­вать духу уси­лен­ной молит­вы, кото­рый выра­жа­ет­ся во всем после­до­ва­нии вен­ча­ния. При­том, пить из чаши бла­го­сло­вен­ное вино за вен­ча­ни­ем не луч­ше ли не пив­шим и не едшим? Если же не постят­ся до кон­ца пото­му, что вен­ча­ние быва­ет позд­нее, ночью; то Цер­ковь, снис­хо­дя к сла­бо­сти сил жени­ха и неве­сты или к непри­выч­ке их постить­ся, снис­хо­дя раз­ре­ше­ни­ем им малой пищи, стро­го, одна­ко, осуж­да­ет самую без­вре­мен­ность вен­ча­ния ночью. При­лич­ным и закон­ным вре­ме­нем для бра­ка она пола­га­ет часы тот­час после обед­ни, когда и лег­ко могут попо­стить­ся каж­дый жених и каж­дая неве­ста. Извест­но, что бра­ки пра­во­слав­ных хри­сти­ан из ува­же­ния к посту не совер­ша­ют­ся нико­гда в пост­ные дни (кро­ме осо­бен­ной надоб­но­сти в неде­лю мясо­пуст­ную). Но кто не пока­зы­ва­ет вни­ма­ния и бла­го­го­ве­ния к бра­ку уже в самой церк­ви, т.е. и в непро­дол­жи­тель­ные мину­ты вен­ча­ния; кто не ста­ра­ет­ся рас­слу­шать молитв, кото­рых так мно­го чита­ет свя­щен­ник, и кото­рые столь тор­же­ствен­ны, небреж­но сто­ит пред ана­ло­ем, не пред­став­ля­ет себе в духе веры того, как схо­дит на него бла­го­дать Таин­ства: тот забыл, что Цер­ковь во вре­мя бра­ка ни о ком боль­ше не молит­ся, как о двух лицах: жени­хе и неве­сте (раз все­го толь­ко про­из­но­сит­ся молит­ва «за вос­пи­тав­шия роди­те­ли»). Невни­ма­ние и небла­го­го­ве­ние жени­ха и неве­сты во вре­мя вен­ца пока­зы­ва­ют, что они как бы не нуж­да­ют­ся в цер­ков­ном вен­ча­нии или гото­вы заоч­но обвен­чать­ся (по обы­чаю запад­ных). И не гото­ви­лись-то они по-хри­сти­ан­ски к бра­ку и бес­со­зна­тель­но вен­ча­ют­ся! Меж­ду тем, этот один час име­ет вли­я­ние на целую их жизнь. Они долж­ны бы молить­ся, чтоб Сам Гос­подь Бог был тут с ними, закре­пил их клят­вы. Будут ли они после это­го глу­бо­ко ува­жать рели­ги­оз­ные обя­зан­но­сти в бра­ке: вер­ность супру­же­скую и нерасторгаемость?

(«Нрав­ствен­ное Бого­сло­вие для мирян»)

Плод чрева на пользу

В наше вре­мя все реже гово­рят о бра­ке, а если и каса­ют­ся этой темы, то часто огра­ни­чи­ва­ют ее толь­ко любо­вью меж­ду мужем и женой. Тако­вая любовь может дей­стви­тель­но быть бла­го­сло­ве­ни­ем и даром Божи­им, но пер­вей­шей целью бра­ка явля­ет­ся вос­пи­та­ние детей-хри­сти­ан, новых сыно­вей и доче­рей Божи­их. К этой свя­щен­ной зада­че долж­но быть самое серьез­ной отно­ше­ние с само­го зарож­де­ния семьи. И даже еще до совер­ше­ния помолв­ки буду­щие супру­ги долж­ны вме­сте обсу­дить ее. Моло­дые муж и жена не долж­ны забы­вать о том, что они полу­чи­ли бла­го­сло­ве­ние стать сора­бот­ни­ка­ми Божи­и­ми в созда­нии новой лич­но­сти. Они долж­ны мыс­лить свои интим­ные отно­ше­ния не толь­ко как соб­ствен­ное удо­вле­тво­ре­ние или осу­ществ­ле­ние пол­но­ты жиз­ни лич­но­сти, но и как уча­стие (хотя бы потен­ци­аль­ное) в при­ве­де­нии в бытие ново­го суще­ства, новой лич­но­сти, пред­на­зна­чен­ной жить веч­но. Им долж­но схо­дить­ся вме­сте со стра­хом Божи­им, молясь о Божи­ем бла­го­сло­ве­нии, что­бы про­изо­шло зача­тие духов­ное, не толь­ко физи­че­ское. В наше вре­мя слыш­но столь­ко баналь­но­го, гру­бо­го и бого­хуль­но­го о супру­же­ских отно­ше­ни­ях! Хри­сти­а­нам необ­хо­ди­мо пом­нить, что они участ­ву­ют в тво­ре­нии Божием.

В кни­ге Тови­та (см. Тов. 8:4–9) чита­ем о Товии и его неве­сте: «Когда они оста­лись в ком­на­те вдво­ем, Товия встал с посте­ли и ска­зал: «Встань, сест­ра, и помо­лим­ся, что­бы Гос­подь поми­ло­вал нас». И начал Товия гово­рить :» Бла­го­сло­вен Ты, Боже отцев наших, и бла­го­сло­вен­но Имя Твое свя­тое и слав­ное во веки! Да бла­го­слов­ля­ют Тебя небе­са и все тво­ре­ния Твои! Ты сотво­рил Ада­ма и дал ему помощ­ни­цею Еву, под­по­рою – жену его. От них про­изо­шел род чело­ве­че­ский. Ты ска­зал: «Нехо­ро­шо быть чело­ве­ку одно­му, сотво­рим помощ­ни­ка, подоб­но ему». И ныне, Гос­по­ди, я беру сию сест­ру мою не для удо­вле­тво­ре­ния похо­ти, но поис­ти­не как жену: бла­го­во­ли же поми­ло­вать меня и дай мне соста­рить­ся с нею». И она ска­за­ла с ним: «Аминь». И оба спо­кой­но спа­ли в эту ночь» Что за бла­го­сло­ве­ние для ребен­ка – быть зача­тым после подоб­ной молит­вы, начав жизнь в такой атмо­сфе­ре стра­ха Божия и люб­ви, испол­нен­ной уважения.

Когда мы пере­да­ем жизнь ново­му поко­ле­нию, наша зада­ча – дать жизнь не толь­ко телес­ную, но и духов­ную. Важ­ное место для нас зани­ма­ет труд, что­бы про­кор­мить и одеть ребен­ка; важ­нее – про­бу­дить его рост духов­ный. Духов­ная жизнь – это самое цен­ное, что мы можем дать нашим детям в наследство.

Ни о ком нель­зя думать, что его жизнь пред­опре­де­ле­на нача­лась ли она в бли­зо­сти к Богу или нет; в любой момент Бог может при­звать нас к Себе и изме­нить нас Сво­ею бла­го­да­тию и нашим пока­я­ни­ем. Но, тем не менее, роди­те­ли-хри­сти­ане могут пря­мо повли­ять на духов­ное бла­го­со­сто­я­ние сво­их чад, окру­жая их любо­вью и молит­вою с само­го момен­та зачатия.

О поведении на брачном вечере

В пра­ви­лах собор­ных ска­за­но: «Не подо­ба­ет на бра­ки ходя­щим (т.е. даже и посто­рон­ним лицам) ска­ка­ти или пля­са­ти, но скром­но вече­ря­ти и обе­да­ти, как при­лич­но хри­сти­а­нам». Тем более, зна­чит, подоб­ные уве­се­ле­ния не при­лич­ны и состав­ля­ют вину со сто­ро­ны самих ново­брач­ных. И дей­стви­тель­но, как же это тот­час из-под вен­ца бро­сать­ся на пляс­ку, на тан­цы? Как это тот­час же обра­щать­ся к таба­ко­ку­ре­нию, участ­во­вать в общем сме­хе и пусто­сло­вии? Ново­брач­ным есть чем в это вре­мя занять свой дух. Их долж­ны зани­мать тай­ное ощу­ще­ние в себе бла­го­да­ти, кото­рая толь­ко что низо­шла на них в бра­ке; молит­вен­ная мысль при взгля­де на вен­чаль­ные ико­ны Спа­си­те­ля и Божи­ей Мате­ри, мысль о том, чтоб Сам Гос­подь и Божия Матерь неви­ди­мо посе­ти­ли их брак, как неко­гда в Кане гали­лей­ской; все еще чув­ство­ва­ние на сво­ей голо­ве вен­цов, кото­рых они нико­гда не сро­нят с себя, если будут жить в супру­же­ской вер­но­сти. Вме­сто услаж­де­ния музы­кой, кото­рую пусть слу­ша­ли бы дру­гие, луч­ше бы им услаж­дать свою душу чув­ством радо­сти и бла­го­да­ре­ния Бога за то, что нако­нец совер­шил­ся их брак, кото­ро­му, может быть, пред­ше­ство­ва­ли мно­гие коле­ба­ния и пре­пят­ствия; а еще луч­ше было бы, если б, вза­мен музы­кан­тов они при­гла­си­ли в свой дом бед­ных и нищих для тра­пезы и мило­сты­ни: пусть это назва­ли бы дру­гие стран­ною ново­стью, зато новость сто­и­ла бы мень­шей тра­ты, а при­нес­ла бы несрав­нен­но боль­шую поль­зу для супру­же­ской жиз­ни их. Но, вме­сте с тем, ново­брач­ные отве­тят пред Богом и за непри­лич­ное пове­де­ние сво­их гостей на бра­ке, если сами быва­ют хозя­е­ва­ми или рас­по­ря­ди­те­ля­ми брач­но­го пира. Так, неред­ко они доз­во­ля­ют быть на бра­ке самой без­об­раз­ной нетрез­во­сти гостей; для блес­ка, для сла­вы выстав­ля­ют уго­ще­ния вином даже и посто­рон­ним лицам, кому толь­ко угод­но вос­поль­зо­вать­ся их уго­ще­ни­ем; допус­ка­ют гостям на бра­ке про­из­но­сить такие шуточ­ные сло­ва, петь такие пош­лые пес­ни, делать такие выход­ки, что после все­го это­го хри­сти­ан­ский брак реши­тель­но теря­ет в гла­зах всех посе­ти­те­лей брач­но­го вече­ра (а неиз­беж­но быва­ют тут и дети) чистый, духов­ный смысл при­ни­ма­ет одну толь­ко чув­ствен­ную сто­ро­ну; гости тол­пой сопро­вож­да­ют ново­брач­ных к брач­но­му ложу, буд­то их каса­ет­ся тут дело, а глав­ное – в насто­я­щем слу­чае сме­ши­ва­ют свя­тое с греш­ным, свя­щен­ные и высо­кие пес­ни («в законе сени и писа­ний…») с мир­ским пени­ем, с хохо­том и новой попой­кой. Затем, гости сами по себе несколь­ко дней сря­ду, с ран­не­го утра и до вече­ра состав­ля­ют пиры, для пиру­шек-то пере­хо­дят из дома в дом, при­гла­шая к себе ново­брач­ных, как буд­то хри­сти­ан­ский брак есть радость един­ствен­но плот­ская, буд­то это дверь для всех участ­ни­ков его к плот­ским насла­жде­ни­ям и закон­ная оста­нов­ка еже­днев­ных работ и заня­тий. Как в день бра­ка, так и на осталь­ных сва­деб­ных обе­дах, ново­брач­ные при­го­тов­ля­ют для гостей в пост­ные дни ско­ром­ные блю­да, меж­ду тем, как тут же и в чис­ле пер­вых гостей быва­ет (хоть не все­гда) свя­щен­ник (с дру­ги­ми духов­ны­ми лица­ми), кото­ро­го, таким обра­зом, и постав­ля­ют в край­нее затруд­не­ние, если не есть, то бла­го­сло­вить запре­щен­ные блю­да. За все эти бес­чи­ния, оскорб­ля­ю­щие брак как Таин­ство и супру­же­скую жизнь как жизнь чистую и закон­ную, без сомне­ния, при­ни­ма­ют на себя ответ­ствен­ность пред Богом ново­брач­ные, если могут предот­вра­тить их, и – не предот­вра­ща­ют. А если все это допус­ка­ет­ся по рас­по­ря­же­нию одних роди­те­лей ново­брач­ных, то тем еще хуже. Роди­те­ли здесь уни­жа­ют чисто­ту соб­ствен­но­го бра­ка, уни­жа­ют, преж­де все­го, пред ново­брач­ны­ми же, от кото­рых рань­ше таи­ли (и долж­ны были таить) чув­ствен­ную, плот­скую сто­ро­ну в сво­ем бра­ке, вооб­ще охра­ня­ли слу­чаи, оскорб­ля­ю­щие цело­муд­рие. А уже во вся­ком слу­чае винов­ны сами по себе невоз­дер­жан­ные и нескром­ные гости: как же это гостям гово­рить и делать пред гла­за­ми моло­дых то, что непри­лич­но слы­шать и видеть даже дав­ним супру­гам? О ново­брач­ные! Пока­жи­те на пер­вый раз свою само­сто­я­тель­ность после цер­ков­но­го вен­ца, кото­рый есть знак цар­ской вла­сти, пока­жи­те эту само­сто­я­тель­ность тем, что­бы и самим вам не весе­лить­ся по-мир­ски на сво­ем хри­сти­ан­ском бра­ке и гостей отвлечь от без­об­раз­ных увеселений!

(Из кни­ги сест­ры Маг­да­ли­ны «Мыс­ли о детях в Пра­во­слав­ной Церк­ви сегодня»)

О благодарности богу за рождение ребенка

«Адам же позна Еву жену свою» (Быт. 4:1). Заме­чай, когда это слу­чи­лось. После пре­слу­ша­ния, после изгна­ния из рая, тогда начи­на­ет­ся супру­же­ское житие. До пре­слу­ша­ния (пер­вые люди) жили, как анге­лы, и не было (речи) сожи­тии. И как это мог­ло быть, когда они сво­бод­ны были от телес­ных потребностей?..

Так как чрез пре­слу­ша­ние вошел грех и при­го­вор сде­лал пер­вых людей смерт­ны­ми, то все­мо­гу­щий Бог, устрояя, по Сво­ей пре­муд­ро­сти, про­дол­же­ние чело­ве­че­ско­го рода, соиз­во­лил ему умно­жать­ся чрез супружество.

«И рече (Ева): стя­жах чело­ве­ка Богом». Смот­ри, как нака­за­ние сде­ла­ло жену бла­го­ра­зум­нее: рож­де­ние дитя­ти она при­пи­сы­ва­ет не при­ро­де, но Богу, и (этим) обна­ру­жи­ва­ет в себе чув­ство при­зна­тель­но­сти… «И при­ло­жи роди­ти бра­та его, Аве­ля». Так как она была бла­го­дар­на за рож­де­ние (пер­во­го сына) и при­зна­тель­на за пер­вое бла­го­де­я­ние, то полу­чи­ла и вто­рое… Рож­де­ние детей сде­ла­лось уже вели­чай­шим уте­ше­ни­ем для людей, когда они ста­ли смерт­ны­ми. Поэто­му-то и чело­ве­ко­лю­би­вый Бог, что­бы немед­лен­но, в самом нача­ле, смяг­чить стро­гость нака­за­ния и отнять у смер­ти страш­ный вид, даро­вал рож­де­ние детей, являя в нем, так ска­зать, образ вос­кре­се­ния и устрояя так, что­бы на место пада­ю­щих (уми­ра­ю­щих) вос­ста­ва­ли другие.

На вось­мой день от рож­де­ния ребен­ку наре­ка­ют имя, на соро­ко­вой день мать при­хо­дит в храм, что­бы выслу­шать очи­сти­тель­ные молит­вы и воцер­ко­вить кре­щен­но­го младенца.

(Св. И. Зла­то­уст, «Бесе­ды на кни­гу Бытия», т. 1)

Супружеское сношение в непозволительные (физически) времена

Здесь преж­де все­го разу­ме­ет­ся вре­мя «месяч­ных кро­вей и кро­ве­очи­ще­ния после родов»: Чело­век же, иже есть пра­ве­ден…, к жене в месяч­ных сущей не при­бли­жит­ся» (Иезек. 18:6).

При­бли­же­ние в это вре­мя супру­гов состав­ля­ет сквер­ну пло­ти и духа: со сто­ро­ны мужа оно озна­ча­ет обна­жать исте­че­ния жен­ская, а со сто­ро­ны самой жены – открыть тече­ние сво­их кро­вей (Лев. 20:18). Оно вред­но, так как кро­ве­очи­ще­ние жен­ское есть, сво­е­го рода, болезнь, – вред­но для жены, но и опас­но для орга­низ­ма мужа. Оно обли­ча­ет несдер­жан­ность похо­ти, на этот раз осо­бен­но в жене. Оно есть дело насиль­ствен­ное для сове­сти: если жен­щи­на во вре­мя сво­их регул, а так­же после родо­во­го очи­ще­ния, осво­бож­да­ет­ся и от рели­ги­оз­ных обя­зан­но­стей, напри­мер, от при­об­ще­ния в посте, от хож­де­ния в цер­ковь до 7 дней: то не тем ли более сле­ду­ет осво­бо­дить себя в это вре­мя от плот­ских супру­же­ских обязанностей?

Затем, с физи­че­ской сто­ро­ны не поз­во­ля­ет­ся супру­же­ское сно­ше­ние в те дни и часы, когда кото­рый-либо из супру­гов еще не попра­вил­ся после тяж­кой и про­дол­жи­тель­ной болез­ни; когда оба они, будучи вооб­ще сла­бы сво­им здо­ро­вьем, удо­сто­ве­рят­ся в после­до­вав­шей бере­мен­но­сти; когда мать вскарм­ли­ва­ет гру­дью свое дитя; когда они нахо­дят­ся в состо­я­нии осо­бен­ной сла­бо­сти тела, напри­мер, после дол­гих умствен­ных заня­тий, после рабо­ты и т.п. Так, супру­ги, необ­хо­ди­мы вам и со сто­ро­ны при­ро­ды неко­то­рые пра­ви­ла воз­дер­жа­ния в плот­ской связи!

Неумеренность в супружеском ложе

«Не блу­до­де­я­ния ради аз поем­лю жену, но по истине», – гово­рил пра­вед­ный Товия (Тов. 8:7). Что­бы видеть винов­ность супру­же­ско­го невоз­дер­жа­ния, ука­жем на те цели, какие име­ет брак каж­до­го мужа и жены. Пер­вая и самая чистая цель бра­ка: рож­де­ние детей (Быт. 1:28). Вто­рая: раз­де­ле­ние меж­ду мужем и женой домаш­не­го тру­да, или вза­им­ная помощь в жиз­ни (Быт. 2:18). Тре­тья и послед­няя: удо­вле­тво­ре­ние поло­во­му побуж­де­нию (1 Кор. 7:9).

Таким обра­зом, поло­вое насла­жде­ние уже само по себе сто­ит на послед­ней сту­пе­ни, хотя и чест­на женит­ва (Евр.13:4). Взя­тое же и цени­мое отдель­но, оно и будет блу­до­де­я­ния ради, т.е. пола­га­ет­ся толь­ко выше раз­же­ния или блу­да; тогда луч­ше есть жени­ти­ся, неже­ли раз­жи­га­ти­ся (1 Кор. 7:9). А если еще при­ба­вить к это­му неуме­рен­ность или часто­вре­мен­ность сооб­ще­ния, тогда что же вый­дет из закон­но­го бра­ка, как не одна плот­ская при­хоть, как не поте­ха для живот­но­го инстинк­та? И достой­но ли такое поль­зо­ва­ние бра­ком в осо­бен­но­сти со сто­ро­ны хри­сти­ан­ских супру­гов? Нет; о пер­вых супру­гах было ска­за­но: «Разу­ме­ша, яко нази быша» (Быт. 3:7). Зна­чит и меж­ду закон­ны­ми мужем и женой долж­на быть уме­рен­ная поло­вая стыд­ли­вость, кото­рая, меж­ду тем, с часто­вре­мен­ным сово­куп­ле­ни­ем их непре­мен­но пони­жа­ет­ся и утрачивается.

Невоздержание от супружеского ложа в великий пост

«Да пре­бы­ва­е­те в посте и молит­ве: и паки в купе соби­рай­те­ся» (1Кор. 7:5), – дает­ся пря­мая запо­ведь закон­ным мужу и жене. Эта запо­ведь может идти и ко всем цер­ков­ным постам, а так­же к пост­но­му вре­ме­ни на сре­ды и пят­ни­цы; но осо­бен­но она отно­сит­ся к Вели­ко­му Посту, и тем еще более к гове­нию. О соблю­де­нии Вели­ко­го Поста в супру­же­ской непри­кос­но­вен­но­сти поло­жи­тель­но ука­зы­ва­ет цер­ков­ное пра­ви­ло: «От жен воз­дер­жа­ти­ся весь свя­тый Вели­кий Пост…, весь Пост обез­че­ство­ва». Вооб­ще же молит­ве супру­же­ское сооб­ще­ние не пре­пят­ству­ет; пото­му что оно еще не дела­ет осквер­не­ния чело­ве­ку. Но в при­ве­ден­ной запо­ве­ди сло­ва Божия разу­ме­ет­ся молит­ва осо­бен­ная, уси­лен­ная, какою и быва­ет она в посты, пре­иму­ще­ствен­но же в Вели­кий. Ска­за­но не про­сто: «моли­те­ся», но: да пре­бы­ва­е­те в молит­ве; пото­му что при воз­дер­жа­нии супру­же­ском молит­ва чище и совер­шен­нее. Итак, пра­во­слав­ные супру­ги! В осо­бен­но­сти Вели­кий Пост дол­жен быть для вас непри­кос­но­вен­ным отно­си­тель­но супру­же­ско­го сово­куп­ле­ния, непри­кос­но­вен­ным весь от нача­ла и до кон­ца, и как в один год, так и во все годы, или как с моло­дых лет, так и до ста­ро­сти. На этот раз весь­ма важен шаг с пер­во­го же года супру­же­ской жиз­ни или даже вслед за самим бра­ком, если брак был перед неде­ля­ми Вели­ко­го Поста, твер­дый шаг, чтоб в Вели­кий Пост не при­ка­сать­ся супру­гам друг к дру­гу: сохра­нив­шие в цело­муд­рен­ной чисто­те пер­вый пост уже и во всю после­ду­ю­щую жизнь свою не допу­стят обез­че­ство­ва­ния Вели­ко­го Поста сово­куп­ле­ни­ем. О супру­ги-хри­сти­ане! Поло­жи­те же себе пра­ви­лом: осо­бен­но в Вели­кий-то Пост не при­ка­сать­ся друг к дру­гу, даже не допус­кать супру­же­ских ласк, но быть меж­ду собой как духов­ные брат и сест­ра. Это будет жерт­ва ваша, угод­ная Богу.

Прелюбодеяние

«Пре­лю­бо­де­ем судит Бог» (Евр. 13:4). По пра­ви­лам цер­ков­ным пре­лю­бо­дею эпи­ти­мия вдвое боль­ше, чем блуд­ни­ку, имен­но – до 15 лет (Вас. Вел. 58). При­том, имя пре­лю­бо­дея отне­се­но в них не толь­ко к нару­ши­те­лю соб­ствен­ной супру­же­ской вер­но­сти, т.е. к чело­ве­ку жена­то­му или замуж­ней, но и к холо­стым; когда холо­стые нару­ша­ют чужое супру­же­ское ложе. Что же ска­зать о тяже­сти гре­ха пре­лю­бо­де­ев по суще­ству само­го дела? Если это закон­ные муж и жена, то они во вре­мя вен­ча­ния дали обет вза­им­ной супру­же­ской вер­но­сти. Обет свой они про­из­нес­ли созна­тель­но и сво­бод­но перед Кре­стом и Еван­ге­ли­ем, и зало­гом его полу­чи­ли обру­чаль­ные перст­ни. И так, Крест и Еван­ге­лие, свя­тая Цер­ковь, свя­щен­ник и Сам Бог, быв­шие сви­де­те­ля­ми их обе­та или готов­но­сти остать­ся вер­ны­ми в супру­же­стве: все это ими забы­то! Какая небо­го­бо­яз­нен­ность! Затем: пре­лю­бо­дей, так ска­зать, рас­се­ка­ет себя, делясь в одно и то же вре­мя надвое или отда­вая одно­вре­мен­но свои чле­ны и закон­ной жене, и блуд­ни­це (а жена, в свою оче­редь, и закон­но­му мужу, и неза­кон­но­му сожи­те­лю). Напро­тив, каж­дый из супру­гов в мину­ты иску­ше­ния дол­жен бы ска­зать чужо­му лицу: «Это не мое тело, не мне оно при­над­ле­жит, пото­му не могу согла­сить­ся с тво­им жела­ни­ем». Тело же, рас­се­чен­ное на две поло­вине, обык­но­вен­но, уми­ра­ет. Так и брак, разъ­еди­нен­ный пре­лю­бо­де­я­ни­ем, уже теря­ет свою жиз­нен­ность, сочув­ствен­ность и гар­мо­нию. Напри­мер, как же при­сту­пит муж к ложу сво­ей жены, если он в тайне созна­ет себя винов­ным пред нею и пред Богом, пото­му что при­ка­сал­ся к дру­гой жене или деве? С каким чув­ством жена долж­на встре­тить лас­ки мужа, если она сде­ла­лась недо­стой­ною этих ласк, как пре­ступ­ни­ца пред мужем и пред закон­ным бра­ком. (Все это до того мучит совесть иных супру­гов, что они не могут выно­сить сво­е­го состо­я­ния и без вся­ко­го вызо­ва сами откры­ва­ют свою пре­ступ­ную вину, напри­мер, пад­шая жена пред мужем. Впро­чем, эта испо­ведь и неумест­на: за тай­ный грех нуж­но тай­но же пока­ять­ся пред Богом). С каким же сты­дом нару­ши­тель супру­же­ской вер­но­сти встре­тит сво­их тестев, кото­рые вру­чи­ли ему свою дочь? А если еще дело вый­дет так, что изме­на жены как-либо со сто­ро­ны сде­ла­ет­ся извест­ною чест­но­му мужу или чест­ная жена досто­вер­но узна­ет об измене сво­е­го мужа? В таком слу­чае муж допы­ты­ва­ет­ся у сво­ей жены созна­ния и весь рас­стро­ил­ся духом, а жена запи­ра­ет­ся и кля­нет­ся, сты­дясь или опа­са­ясь сознать­ся. Сколь­ко же тогда быва­ет упре­ков, раз­до­ров, при­тес­не­ний со сто­ро­ны силь­ней­ше­го или же бес­силь­ных слез со сто­ро­ны сла­бей­шей, но невин­ной! А если, нако­нец, и оба, муж и жена, падут и оба будут дога­ды­вать­ся отно­си­тель­но сво­ей вза­им­ной невер­но­сти? Что в таком слу­чае? Тогда они будут как чужие друг дру­гу, как два тай­ные вра­га, до вре­ме­ни, меж­ду тем, лас­ка­ю­щие друг дру­га: при вза­им­ной невер­но­сти или со сто­ро­ны одно­го толь­ко лица уже никак не может быть истин­ная супру­же­ская любовь. И к тому же, после это­го будет боль­шая поло­вая при­вя­зан­ность пре­лю­бо­дея и пре­лю­бо­дей­цы (пото­му что при­вя­зан­ность это­го рода не может раз­дво­ять­ся). К одно­му лицу она, дей­стви­тель­но, будет пре­об­ла­да­ю­щею, но толь­ко так же без вся­кой твер­до­сти; дру­гое же или тре­тье лицо (кро­ме закон­но­го бра­ка), с кото­рым пре­лю­бо­дей раз­де­ля­ет свое ложе, будет не луч­ше вещи, сбе­ре­га­е­мой для запа­са в кла­до­вой (как на восто­ке гаре­мы). Какое все это рас­строй­ство в супру­же­стве! Но в пре­лю­бо­дей­ной свя­зи дело дохо­дит ино­гда до неволь­но­го раб­ства. Так, мужу умная жена и тяже­ло­го сло­ва не ска­жет, а посто­рон­няя жен­щи­на, с кото­рой он име­ет связь, будет и бить его, он все вытер­пит. Еще худ­шее поло­же­ние жены. Если она толь­ко раз падет с извест­ным лицом, то уже не сме­ет про­ти­вить­ся это­му лицу при новом уеди­нен­ном напа­де­нии его; пото­му что боит­ся с его сто­ро­ны оглас­ки пред мужем о пер­вой сво­ей вине, да и нрав­ствен­но ему усту­па­ет. А что ска­зать к сты­ду пре­лю­бо­де­ев о похо­ти их? Есть у ино­го закон­ная жена, и он не удо­вле­тво­ря­ет­ся тем, при­бе­га­ет еще к дру­го­му жен­ско­му лицу; или жена сво­е­го мужа имет (1 Кор. 7:2), но для ее похо­ти мало одно­го мужа, она отда­ет­ся дру­го­му и тре­тье­му муж­чине. Тогда воз­ни­ка­ет вопрос или упрек пре­лю­бо­де­ям: «Раз­ве нет у него жены, раз­ве нет у нее мужа?» Что же каса­ет­ся вины холо­стых пре­лю­бо­де­ев, т. е. кото­рые согре­ша­ют с замуж­ни­ми или жена­ты­ми, то мож­но ска­зать здесь крат­ко: вина этих людей подоб­на тому, как богач отни­ма­ет послед­нюю овеч­ку у бед­но­го (2 Цар. 12:4). Холо­стой пре­лю­бо­дей или пре­лю­бо­дей­ка втор­га­ют­ся в чужой брак, как бы ста­но­вят­ся в сере­ди­ну меж­ду мужем и женой, кото­рые во вре­мя вен­ча­ния сто­я­ли пред Кре­стом и Еван­ге­ли­ем, рас­се­ка­ют в двух лицах сво­им постыд­ным втор­же­ни­ем еди­ную плоть. В смыс­ле это­го ковар­ства и оби­ды чужо­му сою­зу такой блуд холо­стым и счи­та­ет­ся в пра­ви­лах цер­ков­ных «сугу­бым».

Итак, закон­ные муж и жена! Нару­ше­ние вами супру­же­ской вер­но­сти (пре­лю­бо­де­я­ние) нико­гда не пере­ста­нет быть гре­хом, при­том – самым тягост­ным для вашей сове­сти. И горе себе сози­да­ет тот из вас, кто толь­ко раз допу­стит это нару­ше­ние! Хоть пад­ший или пад­шая и слез­но будет рас­ка­и­вать­ся за пер­вое паде­ние, но боль­шею частью не сохра­ни­те себя от ново­го паде­ния. Горе же, горе каж­до­му пре­лю­бо­дею! Зато какое глу­бо­кое уте­ше­ние, как вполне умест­ны и чисто-любез­ны эти сло­ва: «ты мой, ты моя» для таких супру­гов, кото­рые во всю жизнь оста­лись вер­ны­ми друг дру­гу в супру­же­ском ложе! О пра­во­слав­ные супру­ги! Доро­жи­те вза­им­ною вер­но­стью от пер­во­го дня бра­ка и до ста­ро­сти лет. При­том, хра­ни­те супру­же­скую вер­ность не ради толь­ко гре­ха или сты­да, но по доб­ро­му рас­по­ло­же­нию друг другу!

Цер­ков­ный брак нерас­тор­жим, за исклю­че­ни­ем слу­ча­ев смер­ти одно­го из супру­гов или прелюбодеяния.

1 Кор. 7:39: «Жена свя­за­на зако­ном, доко­ле жив муж ее; если же муж ее умрет, сво­бод­на вый­ти, за кого хочет, толь­ко в Господе».

Мф. 19:6: «Они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог соче­тал, того чело­век да не разлучает».

1 Кор. 7:8-9: «Без­брач­ным же и вдо­вам гово­рю: хоро­шо им оста­вать­ся, как Я; но если не могут воз­дер­жать­ся, пусть всту­па­ют в брак; ибо луч­ше всту­пить в брак, неже­ли разжигаться».

Мф. 5:32: «А Я гово­рю вам: кто раз­во­дит­ся с женою сво­ею, кро­ме вины любо­де­я­ния, тот пода­ет ей повод пре­лю­бо­дей­ство­вать; и кто женит­ся на раз­ве­ден­ной, тот прелюбодействует».

Молитвы перед вступлением в брак и христианским супругам

Святителю Николаю, архиепископу Мир Ликийских, чудотворцу молятся о целомудрии и благополучном замужестве дочери

О, всесвяты́й Нико́лае, уго́дниче преизря́дный Госпо́день, теп­лый наш засту́пниче и вез­де́ в скор­бех ско́рый помо́щниче. Помо­зи́ мне, гре́шному и уны́лому, в настоя́щем житии́, умо­ли́ Го́спода Бо́га дарова́ти ми оставле́ние всех мои́х грехо́в, ели́ко согреши́х от ю́ности моея́, во всем житии́ мое́м, де́лом, сло́вом, помышле́нием и все́ми мои́ми чу́вствы, и во исхо́де души́ моея́ помо­зи́ ми, окая́нному, умо­ли́ Го́спода Бо́га, всея́ тва́ри Соде́теля, изба́вити мя возду́шных мыта́рств и ве́чнаго муче́ния, да все­гда́ прославля́ю Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха и твое́ ми́лостивное предста́тельство, ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Благоверному князю Петру, в иночестве Давиду и княгине Февронии, в иночестве Ефросинии, Муромским чудотворцам молятся при вступлении в брак

О, вели́цыи уго́дницы Бо́жии и преди́внии чудотво́рцы, благове́рнии кня́же Пе́тре и княги́не Февро́ние, гра́да Му́рома предста́тели и храни́тели и о всех нас усе́рднии ко Го́споду моли́твенницы! К вам прибега́ем и вам мо́лимся со усе́рдием кре́пким: принеси́те за нас, гре́шных, святы́я моли́твы ва́ша ко Го́споду Бо́гу, и испроси́те нам у бла́гости Его́ вся благопотре́бная душа́м и телесе́м на́шим: ве́ру пра́ву, наде́жду бла́гу, любо́вь нелицеме́рну, благоче́стие непоколеби́мое, в до́брых де́лех преуспе́яние, ми́ра умире́ние, зем­ли́ плодоно́сие, возду́ха благорастворе́ние, душа́м и телесе́м здра́вие и ве́чное спасе́ние. Исхода́тайствуйте у Царя́ Небе́снаго Це́ркви Святе́й и всей стране́ Росси́йстей мир, тиши­ну́ и благоустрое́ние и всем нам житие́ благополу́чное и до́брую христиа́нскую кончи́ну. Огради́те оте́чество ва́ше, град Му́ром и вся гра́ды Росси́йския от вся́каго зла и вся правове́рныя лю́ди, к вам приходя́щия и моще́м ва́шим покланя́ющияся, осени́те благода́тным де́йством благоприя́тных моли́тв ва́ших, и вся проше́ния их во бла́го испо́лните. Ей, чудотво́рцы святи́и! Не пре́зрите моли́тв на́ших, со умиле́нием вам возноси́мых, но бу́дите о нас при́снии предста́тели ко Го́споду и сподо́бите нас по́мощию ва́шею свято́ю спасе́ние ве́чное получи́ти и Ца́рствие Небе́сное унасле́довати, да славосло́вим неизрече́нное человеколю́бие Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, в Тро́ице покланя́емаго Бо́га, во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Мученикам Адриану и Наталии молятся о благочестии брака вообще

О, свяще́нная дво́ице, святи́и му́ченицы Христо́ви, Адриа́не и Ната́лие, блаже́ннии супру́зи и до́блии страда́льцы! Услы́шите нас, моля́щихся вам со слеза́ми, и низпосли́те на ны вся благопотре́бная душа́м и телесе́м на́шим, и моли́те Хри­ста́ Бо́га, да поми́лует нас и сотвори́т с на́ми по ми́лости Свое́й, да не поги́бнем во гресе́х на́ших. Ей, святи́и му́ченицы, приими́те глас моле́ния на́шего и изба́вите ны моли́твами ва́шими от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, гра́да, меча́, на́шествия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни, от напра́сныя сме́рти и от всех бед, печа́лей и боле́зней, да вы́ну, ва́шими моли́твами и предста́тельством укрепля́емии, просла́вим Го́спода Иису́са Хри­ста́, Ему́же подоба́ет вся́кая Сла́ва, честь и поклоне́ние, со Безнача́льным его́ Отце́м и Пресвяты́м Ду́хом, во ве́ки веков. Ами́нь.

Молитва на брань блуда

Бо́же Вседержи́телю, всю тва́рь прему́дростию созда́вый, мене́, па́дшаго мно́гими согреше́ньми, Твое́ю воздви́гни руко́ю: пода́ждь ми Твою́ по́мощь, и сподо́би мя от мирски́х свободи́тися искуше́ний, от диа́вольских сете́й, и от плотски́х похоте́й. Умилосе́рдися и про­сти́ ми вся, ели́ка Ти согреши́х во вся дни живо­та́ мое­го́; пома́жи ду́шу мою́ еле́ем благода́ти и щедро́т Единоро́днаго Сы́на Тво­е­го́, Го́спода Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Хри­ста́, с Ним же Тебе́ и Свято́му Ду́ху подоба́ет вся́кая сла́ва во ве́ки. Ами́нь.

Молива от осквернения

Многоми́лостиве, нетле́нне, нескве́рне, безгре́шне Го́споди, очи́сти мя, непотре́бнаго раба́ Тво­е­го́, от вся́кия скве́рны плотски́я и душе́вныя, и от невнима́ния и уны́ния мое­го́ прибы́вшую ми нечи­сто­ту́, со ине́ми беззако́нии мои́ми, и яви́ мя нескве́рна, Влады́ко, за бла́гость Хри­ста́ Тво­е­го́, и освя­ти́ мя наше́ствием Пресвята́го Тво­е­го́ Ду́ха: я́ко да возбну́в2 от мглы нечи́стых привиде́ний диа́вольских, и вся́кия скве́рны, сподо́блюся чи́стою со́вестию отве́рсти скве́рная моя́ и нечи́стая уста́, и воспева́ти всесвято́е и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пред Феодоровскою иконою Божией Матери

О, Премилосе́рдая Гос­по­же́, Цари́це Богоро́дице, при­и­ми́ смире́нное моле́ние на́ше, и не отри́ни нас, заступле́ние и прибе́жище на́ше, и не возгнуша́йся нас, недо́стойных, но я́ко Милосе́рдая, не преста́ни моля́щи, Его́же роди­ла́ еси́, да да́рует нам проще́ние мно́гих согреше́ний на́ших, да спасе́т нас и́миже весть судьба́ми. Поми́луй нас, Влады́чице, поми́луй нас, несть бо нам спасе́ния от дел. Те́мже ве́рно вопие́м Ти: поми́луй рабы́ Твоя́, и непло́дное се́рдце на́ше пока­жи́ плодоно́сно благи́х дел. При́зри на нас недосто́йных, Ты бо упова́ние и покро́в наш, жизнь и свет се́рдцу на́шему. Я́ко Невече́рний Свет от чре́ва Тво­е­го́ воздви́гшая, оза­ри́ ду́шу на́шу, Чи́стая, и отже­ни́ вся́ку мглу се́рдца на́шего. Да́руй нам умиле́ние, покая́ние и сокруше́ние серде́чное. Сподо́би нас по вся дни живо­та́ на́шего твори́ти во́лю Сы́на Тво­е­го́ и Бо́га на́шего и во всем благоугожда́ти Ему́ Еди́ному. О, Богома́ти, не преста́ни моля́щи Ро́ждшагося от Тебе́ за вся притека́ющия с ве́рою к сему́ чудотво́рному о́бразу Тво­е­му́ и подава́й им ско́рую по́мощь и утеше́ние в ско́рбех, и напа́стех, и злострада́ниих, изба́ви их от кле­ве­ты́ и зло́бы челове́ческия, от враг ви́димых и неви́димых, и вся́кия ну́жды и печа́ли. Спа­си́ оте́чество на́ше, град сей и вся гра́ды и стра­ны́ от вся́ких бед и нужд, и сотво­ри́ ми́лостива нам бы́ти Бо́га на́шего, отвра­ти́ вся́кий гнев Его́ на ны дви́жимый и изба́ви ны от належа́щаго и пра́веднаго Его́ преще́ния. О, Боголюби́вая Влады́чице, А́нгелов украше́ние, му́чеников сла́во и всех святы́х ра́досте, с ни́ми моли́ Го́спода, да сподо́бит нас в покая́нии сконча́ти живо­та́ на́шего тече́ние. В сме́рти же час, Пресвята́я Де́во, изба́ви нас от вла́сти бесо́вския и осужде́ния, и отве́та, и стра́шнаго испыта́ния, и мыта́рств го́рьких, и огня́ ве́чнаго, да, сподо́бльшеся сла́внаго Ца́рствия Бо́жия, велича́ем Тя и сла́вим вопло́щшагося от Тебе́ Хри­ста́ Бо́га на́шего, Ему́же сла́ва со Отце́м и Святы́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пред Почаевскою иконою Божией Матери

К Тебе́, о Богома́ти, моли́твенно притека́ем мы, гре́шнии, чуде­са́ Твоя́, во святе́й ла́вре Поча́евстей явле́нная, помина́юще и о свои́х сокруша́ющеся прегреше́ниих. Ве́мы, Влады́чице, ве́мы, я́ко не подоба́ше нам, гре́шным, чесо­го́ проси́ти, то́кмо о е́же Пра́ведному Судии́ беззако́ния на́ша оста́вити нам. Вся бо на́ми в житии́ претерпе́нная, ско́рби же, и ну́жды, и боле́зни, я́ко пло­ды́ паде́ний на́ших прозябо́ша нам, Бо́гу сия́ на исправле́ние на́ше попуща́ющу. Те́мже вся сия́ и́стиною и судо́м Свои́м наве­де́ Госпо́дь на гре́шныя рабы́ Своя́, и́же в печа́лех свои́х к заступле́нию Тво­е­му́, Пречи́стая, притеко́ша и во умиле́нии серде́ц к Тебе́ взыва́ют си́це: грехо́в и беззако́ний на́ших, Блага́я, не помя­ни́, но па́че всечестне́и ру́це Твои́ воздви́гши, к Сы́ну Тво­е­му́ и Бо́гу предста́ни, да лю́те соде́янная на́ми отпу́стит нам, да за премно́гая неиспо́лненная обеща́ния на́ша лица́ Сво­е­го́ от рабо́в Свои́х не отврати́т, да благода́ти Сво­ея́, спасе́нию на́шему посо́бствующия, от душ на́ших не оты́мет. Ей, Влады́чице, бу́ди спасе́нию на́шему Хода́таица и, малоду́шия на́шего не возгнуша́вшися, при́зри на стена́ния на́ша, я́же в беда́х и ско́рбех на́ших пред чудотво́рным Твои́м о́бразом возно́сим. Про­све­ти́ умиле́нными по́мыслы умы́ на́ша, ве́ру на́шу укре­пи́, наде́жду утвер­ди́, люб­ве́ сладча́йший дар сподо́би нас прия́ти. Си́ми у́бо, Пречи́стая, дарова́ньми, а не боле́зньми и скор­бь­ми́ живо́т наш ко спасе́нию да возво́дится, но, от уны́ния и отча́яния ду́ши на́ша огражда́ющи, изба́ви нас, маломо́щных, от находя́щих на ны бед, и нужд, и кле­ве­ты́ челове́ческия, и боле́зней нестерпи́мых. Да́руй мир и благоустрое́ние жи́тельству христиа́нскому предста́тельством Твои́м, Влады́чице, утвер­ди́ Правосла́вную ве́ру в стране́ на́шей и во всем ми́ре. Це́рковь Апо́стольскую и Собо́рную умале́нию не преда́ждь, уста́вы святы́х оте́ц на ве́ки непоколеби́мы сохра­ни́ и всех к Тебе́ притека́ющих от ро́ва поги́бельнаго спа­си́. Еще́ же и е́ресию прельще́нных бра́тий на́ших или́ ве́ру спаси́тельную в грехо́вных страсте́х погуби́вших па́ки ко и́стинней ве́ре и покая́нию при­ве­ди́, да вку́пе с на́ми, Тво­е­му́ чудотво́рному о́бразу покланя́ющеся, Твое́ предста́тельство испове́дят. Сподо́би у́бо нас, Пресвята́я Гос­по­же́ Богоро́дице, еще́ в живо­те́ сем побе́ду и́стины Твои́м заступле́нием узре́ти, сподо́би нас благода́тную ра́дость пре́жде кончи́ны на́шея восприя́ти, я́коже дре́вле насе́льники Поча́евския Твои́м явле́нием победи́тели и просвети́тели ага́рян показа́ла еси́, да вси мы благода́рным се́рдцем вку́пе со А́нгелы, и проро́ки, и апо́столы, и со все́ми святы́ми, Твое́ милосе́рдие прославля́юще, воздади́м сла́ву, честь и поклоне́ние в Тро́ице пева́емому Бо́гу Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, во ве́ки веко́в. Ами́нь.

При родах

Молитва ко Пресвятой Богородице

Пресвята́я Де́во, Ма́ти Го́спода на́шего Иису́са Хри­ста́, я́же ве́си рожде́ние и есте­ство́ ма́тере и ча́да, поми́луй рабу́ Твою́ (и́мя) и помо­зи́ в ча́с се́й да разреши́тся бре́мене сво­е­го́ благополу́чно. О, всеми́лостивая Влады́чице Богоро́дице, я́же не потре́бовала еси́ по́мощи в рожде́нии Сы́на Бо́жия, пода́ждь по́мощь се́й ра́бе твое́й по́мощи тре́бующей, наипа́че же от Тебе́. Да́руй е́й благомо́щие в ча́с се́й, и младе́нца и́же и́мать роди́тися и вни́ти в све́т ми́ра сего́ сподо́би в благопотре́бное вре́мя и у́мнаго све́та во святе́м креще́нии водо́ю и Ду́хом. Тебе́ припа́даем, Ма́ти Бо́га вы́шняго, моля́щеся: Бу́ди ми́лостива ма́ти се́й, е́йже прии́де вре́мя бы́ти ма́ти, и умо­ли́ воплоти́вшагося из Тебе́, Хри­ста́ Бо́га на́шего, да укрепи́т ю́ си́лою свое́ю свы́ше. Ами́нь.

Молитва ко Господу Иисусу Христу

Го́споди Иису́се Хри­сте́ Бо́же на́ш, от преве́чнаго Отца́ рожде́нный Сы́не пре́жде ве́к, и в после́дния дни́, благоволе́нием и соде́йствием Свята́го Ду́ха, изво́ливый рожде́ну бы́ти от Пресвяты́я Де́вы я́ко младе́нцу, пови­е­ну и положе́ну во я́сли, са́м Го́споди, в нача́ле сотвори́вый челове́ка и жену́ спряги́й ему́, за́поведь да́в и́м: расти́теся и мно́житеся и напо́лните зе́млю, поми́луй меня́ по вели́цей ми́лости Твое́й рабу́ Твою́ (и́мя) гото­вя­щу­ю­ся роди́ти по за́поведи Твое́й. Про­сти́ мне́ во́льныя и нево́льныя гре­хи́, благода́тию Твое́ю да́руй мне́ си́лу благополу́чно разреши́тися от бре́мене сво­е­го́, сохра­ни́ меня́ и младе́нца во здра́вии и бла­го­мо­щии, огра­ди́ я́ а́нгелы Твои́ма и сохра­ни́ от неприя́зненнаго де́йствия лука́вых духо́в, и от вся́кия ве́щи злы́я. Ами́нь.

При кормлении

Пред иконою Божией Матери «Млекопитательница»

Тро­парь, гл. 3:

Без се́мене от Боже́ственнаго Ду́ха,/ во́лею же О́тчею зача­ла́ еси́ Сы́на Бо́жия,/ от Отца́ без ма́тере пре́жде век су́ща,/ нас же ра́ди из Тебе́ без отца́ бы́вша,/ пло́тию роди­ла́ еси́/ и Младе́нца млеко́м пита́ла еси́,/ те́мже не преста́й моли́ти // изба́витися от бед душа́м на́шим.

Кондак, гл.5:

Душ на́ших чу́вствия очи́стивше,/ у́зрим на ико́не та́инство пресла́вное,/ Твор­ца́ Вселе́нной и Го́спода вы́шних сил,/ во объя́тиих держи́ма и от сос­цу́ Твое́ю я́ко Младе́нца пита́ема,/ и, со стра́хом и ра́достию покланя́ющеся Тебе́/ и ро́ждшемуся от Тебе́ Спа́су на́шему, воззове́м:// ра́дуйся, Влады́чице, жи́зни на́шея Пита́тельнице.

Молит­ва

При­и­ми́, Гос­по­же́ Богороди́тельнице, сле́зная моле́ния рабо́в Твои́х, к Тебе́ притека́ющих. Зрим Тя на святе́й ико́не, на рука́х нося́щую и млеко́м пита́ющую Сы́на Тво­е­го́ и Бо́га на́шего, Го́спода Иису́са Хри­ста́. А́ще и безболе́зненно роди­ла́ еси́ Его́, оба́че ма́терния ско́рби ве́си и не́мощи сыно́в и дще́рей челове́ческих зри́ши. Те́мже те́пле припа́дающе к цельбоно́сному о́бразу Тво­е­му́ и умиле́нно сей лобыза́юще, мо́лим Тя, всеми́лостивая Влады́чице: нас, гре́шных, осужде́нных в боле́знех роди́ти и в печа́лех пита́ти ча́да на́ша, ми́лостивно поща­ди́ и сострада́тельно засту­пи́, младе́нцы же на́ша, та́кожде и роди́вшия их, от тя́жкаго неду́га и го́рькия ско́рби изба́ви. Да́руй им здра́вие и благомо́щие, да и пита́емии от си́лы в си́лу возраста́ти бу́дут, и пита́ющия их испо́лнятся ра́достию и утеше́нием, я́ко да и ны́не предста́тельством Твои́м из уст младе́нец и ссу́щих Госпо́дь соверши́т хва­лу́ Свою́. О Ма́ти Сы́на Бо́жия! Умилосе́рдися на ма́тери сыно́в челове́ческих и на немощны́я лю́ди Твоя́: постига́ющия нас боле́зни ско́ро исце­ли́, належа́щия на нас ско́рби и печа́ли уто­ли́, и не пре́зри слез и воздыха́ний рабо́в Твои́х. Услы́ши нас в день ско́рби пред ико́ною Твое́ю припа́дающих, и в день ра́дости и избавле́ния при­и­ми́ благода́рная хвале́ния серде́ц на́ших. Воз­не­си́ моль­бы́ на́ша к престо́лу Сы́на Тво­е­го́ и Бо́га на́шего, да ми́лостив бу́дет ко грехо́м и немоще́м на́шим и проба́вит ми́лость Свою́ ве́дущим и́мя Его́, я́ко да и мы, и ча́да на́ша, просла́вим Тя, милосе́рдую Засту́пницу и ве́рную наде́жду ро́да на́шего, во ве́ки веко́в. Ами́нь.

По бла­го­сло­ве­нию архи­епи­ско­па Казан­ско­го и Татар­ско­го Ана­ста­сия, Набе­реж­ные чел­ны, 1997 г.

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки