И счастливые семьи счастливы по-разному<br><span class="bg_bpub_book_author">Виктор Судариков</span>

И счастливые семьи счастливы по-разному
Виктор Судариков

(2 голоса5.0 из 5)

Вик­тор Суда­ри­ков родил­ся в 1967 году. В 1984 году окон­чил МАИ, в 1994 защи­тил кан­ди­дат­скую дис­сер­та­цию и окон­чил Пра­во­слав­ный Свя­то-Тихо­нов­ский Бого­слов­ский инсти­тут. Рабо­та­ет. Женат, два взрос­лых сына.

– Вик­тор, ты рос в пол­ной семье? 

– Да, но в школь­ные и сту­ден­че­ские годы боль­ше жил с дедуш­кой и бабуш­кой, чем с роди­те­ля­ми. Они жили в Москве, а роди­те­ли в Горь­ком – так тогда назы­вал­ся Ниж­ний Нов­го­род. Лет­ние кани­ку­лы, как пра­ви­ло, про­во­дил с роди­те­ля­ми, а после окон­ча­ния шко­лы и инсти­ту­та я общал­ся с ними еще боль­ше. У них был дом в деревне под Ниж­ним, там мно­го вре­ме­ни про­во­дил. Отец по про­фес­сии радио­ин­же­нер, руко­во­дил целым кол­лек­ти­вом, но в обще­нии был прост, досту­пен, увле­кал­ся мно­гим поми­мо сво­ей спе­ци­аль­но­сти. Напри­мер, очень любил аст­ро­но­мию, и одно из самых ярких дет­ских вос­по­ми­на­ний у меня, как мы с отцом звезд­ной ночью выхо­дим на ули­цу, и он мне рас­ска­зы­ва­ет про созвездия.

– Их отно­ше­ния с мамой были для тебя примером? 

– Без­услов­но. Осо­бен­но отно­ше­ние отца, его тер­пи­мость, пони­ма­ние жен­ской пси­хо­ло­гии, спо­кой­ствие, уме­ние мир­но решать воз­ни­ка­ю­щие спо­ры. Наде­юсь, что это­му я от него хоть немно­го смог научиться.

И счастливые семьи счастливы по-разному

– А дедуш­ка с бабуш­кой тоже мир­но жили? 

– Не про­сто мир­но. Бабуш­ка еще до мое­го рож­де­ния пере­нес­ла опре­де­лен­ные болез­ни, и дедуш­ка ее обе­ре­гал от любых пере­жи­ва­ний, непри­ят­но­стей. Конеч­но, это был потря­са­ю­щий при­мер люб­ви супру­гов и рыцар­ско­го отно­ше­ния мужа к жене. Они были вме­сте почти пять­де­сят четы­ре года.

Дедуш­ка про­жил дол­гую жизнь, восемь­де­сят два года, до семи­де­ся­ти шести лет он рабо­тал. Изна­чаль­но он тоже был радио­ин­же­не­ром, но после вой­ны зани­мал­ся про­ек­ти­ро­ва­ни­ем воен­ной тех­ни­ки, рабо­тал на ответ­ствен­ных долж­но­стях. Вой­ну же он про­шел с пер­во­го и почти до послед­не­го дня, участ­во­вал и в бит­ве на Кур­ской дуге, и в фор­си­ро­ва­нии Дне­пра. Это всё было для него зна­чи­мо, но всё же самый боль­шой подвиг он совер­шил до вой­ны. В 1938 году дедуш­ка сде­лал пред­ло­же­ние бабуш­ке, тогда совсем моло­дой девуш­ке, сва­дьба была назна­че­на на лето, а вес­ной аре­сто­ва­ли бабуш­ки­но­го отца. Дедуш­ка был еще не муж, а толь­ко жених, лег­ко мог «исчез­нуть», но не «исчез», а в июле женил­ся на бабуш­ке и полу­чил клей­мо «член семьи измен­ни­ка Роди­ны». Бабуш­ки­но­го отца, инже­не­ра Алек­сандра Васи­лье­ви­ча Кры­ло­ва, вско­ре после аре­ста рас­стре­ля­ли. Дедуш­ке тогда было трид­цать лет, поэто­му он пре­крас­но пони­мал, чем может кон­чить­ся для него такой брак, но он любил бабуш­ку боль­ше, чем свою без­опас­ность и благополучие.

Его при­зва­ли в пер­вый же день вой­ны, а в нояб­ре 1941, во вре­мя бит­вы под Моск­вой, роди­лась моя мама. Но как раз на это вре­мя бабуш­ка уеха­ла к дедуш­ки­ной родне в город Лыс­ко­во Горь­ков­ской области.

Дедуш­ка до кон­ца жиз­ни соби­рал вос­по­ми­на­ния о войне, ана­ли­зи­ро­вал выхо­див­шие кни­ги о войне. Память об этом была для него очень важ­на. Вооб­ще он был чело­век раз­но­сто­рон­ний, мно­гим увле­кал­ся. Напри­мер, фила­те­ли­ей. Рыбал­ку любил. Меня тоже брал на рыбал­ку, прав­да, я к ней так и не при­стра­стил­ся, но знаю по рас­ска­зам дедуш­ки, что в его дет­стве это увле­че­ние бук­валь­но спа­са­ло семью от голо­да. Жили они с роди­те­ля­ми в Повол­жье, у него еще была млад­шая сест­ра, и во вре­мя голо­да дедуш­ка, тогда еще под­ро­сток, был для сво­ей семьи, мож­но без пре­уве­ли­че­ния ска­зать, глав­ным постав­щи­ком про­до­воль­ствия. Ред­ко когда с рыбал­ки при­хо­дил без уло­ва. Ему, конеч­но, все­гда нра­ви­лась рыбал­ка, но во вре­мя голо­да в Повол­жье это было для него не про­сто хобби.

– Инсти­тут ты выбрал под его влиянием? 

– Конеч­но. В шко­ле я все­гда был отлич­ни­ком, поэто­му мог посту­пить куда угод­но, и одно вре­мя поду­мы­вал о МГИМО, но в ито­ге под вли­я­ни­ем дедуш­ки выбрал МАИ.

– Раз бабуш­ки­но­го отца рас­стре­ля­ли, мож­но пред­по­ло­жить, что настро­е­ния в вашей семье были не просоветские? 

– Нет.

– Но семья была неверующей? 

– Бабуш­ка была веру­ю­щая, тай­но ходи­ла в цер­ковь. Дедуш­ка нет, но к Церк­ви отно­сил­ся с ува­же­ни­ем. Сре­ди его даль­них пред­ков были свя­щен­но­слу­жи­те­ли, а его отец, мой пра­дед – он был школь­ным учи­те­лем и соби­ра­те­лем музея, – обла­дал хоро­шим голо­сом и пел на кли­ро­се. Уже в кон­це жиз­ни дедуш­ка рас­ска­зал мне, что с того вре­ме­ни, с ран­не­го дет­ства, он запом­нил одну молит­ву. Я спро­сил, какую, и ока­за­лось, что это све­ти­лен Вели­кой пят­ни­цы, кото­рый поет­ся в чет­верг вече­ром на служ­бе «Две­на­дца­ти Еван­ге­лий»: «Раз­бой­ни­ка бла­го­ра­зум­на­го во еди­ном часе рае­ви спо­до­бил еси, Гос­по­ди, и мене дре­вом крест­ным про­све­ти и спа­си мя».

– Тебя бабуш­ка при­ве­ла в Церковь?

– Нет, я сам к это­му при­шел в сту­ден­че­ские годы. Кре­стил­ся в два­дцать два года.

И счастливые семьи счастливы по-разному

– А женился? 

– Женил­ся в 1994 году. Тот год полу­чил­ся у меня очень насы­щен­ный. В апре­ле я защи­тил кан­ди­дат­скую дис­сер­та­цию, тогда же закон­чил Свя­то-Тихо­нов­ский инсти­тут (это был пер­вый выпуск), а в июне женился.

– Как вы познакомились? 

– В хра­ме Илии Про­ро­ка в Обы­ден­ском пере­ул­ке. Я был тогда при­хо­жа­ни­ном это­го хра­ма, мы там орга­ни­зо­вы­ва­ли раз­ные встре­чи, бесе­ды, на них быва­ли и люди из дру­гих при­хо­дов, и на одной такой моло­деж­ной встре­че мы познакомились.

– Сра­зу после вен­ча­ния ста­ли жить отдельно? 

– Да, у моей жены Юлии уже была малень­кая квар­ти­ра, мы там ста­ли жить.

– Ты толь­ко защи­тил­ся. В совет­ское вре­мя это сра­зу гаран­ти­ро­ва­ло суще­ствен­ную по тем мер­кам при­бав­ку к зар­пла­те. А в пер­вой поло­вине девя­но­стых это в мате­ри­аль­ном смыс­ле ниче­го не дава­ло, и тогда не толь­ко мало кто защи­щал­ся, но моло­дые уче­ные и инже­не­ры ухо­ди­ли из про­фес­сии и в ком­мер­че­ские струк­ту­ры, и на скла­ды, и в чел­но­ки. Не воз­ник­ла и у тебя после женить­бы необ­хо­ди­мость сме­нить работу? 

– Не сра­зу. Сна­ча­ла я пре­по­да­вал в МАИ и вско­ре начал парал­лель­но рабо­тать в науч­но-ком­мер­че­ской орга­ни­за­ции. Но в 1997 году, когда у нас родил­ся вто­рой сын, мне при­шлось уйти в бан­ков­скую сферу.

– Не воз­ни­ка­ло про­блем из-за того, что жена сидит с дву­мя малень­ки­ми детьми, а ты при­хо­дишь с рабо­ты уста­лый и не помо­га­ешь ей? 

– Конеч­но, я с само­го нача­ла пони­мал, что она уста­ет боль­ше (рабо­та – это всё-таки отвле­че­ние от быта) и надо ей помо­гать. Осо­бен­но когда сыно­вья малень­кие были, мы «дежу­ри­ли» попе­ре­мен­но. Если мне надо было рано на рабо­ту идти, она дава­ла мне выспать­ся, но и по вече­рам, и по выход­ным мы дели­ли вме­сте наши домаш­ние заботы.

– В веру­ю­щих семьях быва­ет еще такая про­бле­ма, что когда дети малень­кие, мама с ними при­хо­дит в храм толь­ко к при­ча­стию, а если кто-то из детей боле­ет, то и вооб­ще не может схо­дить в храм. Не было тако­го, что ты, хоть и рабо­та­ешь, можешь каж­дое вос­кре­се­нье схо­дить на литур­гию, а у нее такой воз­мож­но­сти почти не бывает? 

– В этом смыс­ле нам тоже повез­ло. Мы жили в Мити­но, в лег­кой доступ­но­сти от дома был храм Спа­са Пре­об­ра­же­ния в Тушине, мы зна­ли насто­я­те­ля, отца Фео­до­ра Соко­ло­ва, он даже как-то был у нас дома, в при­хо­де сло­жи­лась очень доб­рая атмо­сфе­ра. В общем, не воз­ни­ка­ло у нас таких про­блем, что кто-то не может бывать в храме.

– В храм Илии Обы­ден­но­го пере­стал ходить? 

– Стал бывать там реже, пото­му что дале­ко, а вско­ре мой духов­ник отец Алек­сандр Его­ров стал болеть. Послед­ний раз он отслу­жил на Тро­и­цу 1999 года, а в мар­те 2000 года скончался.

– Отец Фео­дор погиб тогда же, даже чуть раньше. 

– Да, 21 фев­ра­ля, в день сво­их име­нин. Но я, еще учась в Свя­то-Тихо­нов­ском инсти­ту­те, позна­ко­мил­ся с его бра­том, отцом Нико­ла­ем, и потом отец Нико­лай бывал в Спа­со-Пре­об­ра­жен­ском хра­ме, пото­му что еще не был насто­я­те­лем хра­ма свя­ти­те­ля Нико­лая в Тол­ма­чах (в Тре­тья­ков­ской гале­рее). Служ­бы там уже совер­ша­лись, но офи­ци­аль­но храм еще не вер­ну­ли Церк­ви. После гибе­ли отца Фео­до­ра мы ста­ли ходить к отцу Нико­лаю и до сих пор ходим.

– То есть вы с женой все­гда окорм­ля­лись у одно­го священника? 

– С тех пор как поже­ни­лись – да.

И счастливые семьи счастливы по-разному

– Быва­ли слу­чаи, когда какие-то семей­ные спо­ры реша­ли, сове­ту­ясь со священником? 

– Конеч­но. Не знаю, может у кого-то в бра­ке полу­ча­ет­ся жить совсем без труд­но­стей, кон­фликт­ных ситу­а­ций… Да, у нас быва­ли и про­бле­мы, и нестро­е­ния, кото­рые было необ­хо­ди­мо пре­одо­леть. В таких слу­ча­ях, быва­ло, шли к свя­щен­ни­ку, сове­то­ва­лись. И по отдель­но­сти, и вме­сте. Каж­дый чело­век сам несет ответ­ствен­ность за свою повсе­днев­ную жизнь, за вза­и­мо­от­но­ше­ния с близ­ки­ми, но я счи­таю, что совет духов­но опыт­но­го нерав­но­душ­но­го свя­щен­ни­ка может быть поле­зен. Был и доста­точ­но серьез­ный кри­зис, кото­рый мы смог­ли пре­одо­леть. Тут и сове­ты духов­ни­ка помог­ли, и обра­ще­ние к пси­хо­ло­гу, и, конеч­но, рабо­та над собой.

– Слы­ша­ли друг друга? 

– Ста­ра­лись. Не все­гда уда­ва­лось сра­зу услы­шать. Лег­че навя­зать свое пред­став­ле­ние, решить, что долж­но быть толь­ко по-мое­му. Но пло­ды такой «лег­ко­сти» могут быть очень печаль­ны. Надо услы­шать – ведь то, что тебе кажет­ся оче­вид­ным, дру­гой вос­при­ни­ма­ет ина­че. Это слож­но и у меня не все­гда полу­ча­лось, но дру­го­го пути уре­гу­ли­ро­ва­ния непро­стых спор­ных ситу­а­ций я не вижу.

Напри­мер, был пери­од, когда я мно­го вре­ме­ни про­во­дил в цер­ков­ных делах: на какие-то встре­чи ходил, был свя­зан с цер­ков­ным кни­го­из­да­тель­ством. Не по основ­ной рабо­те, а в сво­бод­ное от рабо­ты вре­мя. Конеч­но, это при­во­ди­ло к труд­но­стям, так как всё это было за счет како­го-то уча­стия в домаш­них делах.

– Это ловуш­ка, в кото­рую пра­во­слав­ные люди попа­да­ют не так уж ред­ко. Чело­ве­ку кажет­ся, что раз это у него не про­сто какое-то хоб­би, а он дела­ет что-то полез­ное для Церк­ви, то с домаш­ни­ми дела­ми и без него упра­вят­ся, а у него есть дела поважней. 

– Да, и тут соблазн еще в том, что обща­ешь­ся с очень инте­рес­ны­ми людь­ми, и это достав­ля­ет боль­шую радость. Напри­мер, с отцом Фео­до­ром Соко­ло­вым и дру­ги­ми свя­щен­ни­ка­ми обща­лись и в нефор­маль­ной обста­нов­ке. Были и дру­гие люди, не толь­ко свя­щен­ни­ки, но и миряне, обще­ние с кото­ры­ми, конеч­но, обо­га­ща­ло, а дома жда­ли дела и забо­ты, нечто гораз­до более про­за­ич­ное, зем­ное, но то, что за меня никто не сде­ла­ет. Это ста­но­ви­лось источ­ни­ком семей­ных кон­флик­тов, и, зна­чит, я был неправ. Не сра­зу уда­лось най­ти баланс, но как-то пере­жи­ли и этот непро­стой момент.

– Спо­ры о вос­пи­та­нии детей были? 

– Были. Жене каза­лось, что я слиш­ком мягок с ними. Может, дей­стви­тель­но слиш­ком, но я такой. Жест­че меня сде­лать слож­но. Об этом спо­ри­ли, я ста­рал­ся аргу­мен­ти­ро­вать свою пози­цию, и при­хо­ди­ли к согласию.

– Каким-то муж­ским навы­кам ты сыно­вей учил? Ты рукастый? 

– Не осо­бо. Отец у меня был рука­стый. И инже­нер талант­ли­вый, и руки у него были золо­тые. Всё мог почи­нить. Меня, конеч­но, тоже чему-то учил, но у меня таких даро­ва­ний, как у него, нет.

Что каса­ет­ся сыно­вей, то они в свое вре­мя несколь­ко раз езди­ли в лагерь «Звез­да Виф­ле­е­ма» от Свя­то-Дани­ло­ва мона­сты­ря. Там мно­го инте­рес­но­го, раз­ви­ва­ю­ще­го. Млад­ший так­же ездил в лагерь экс­тре­маль­но­го туриз­ма. И в школь­ную жизнь они были актив­но вовле­че­ны. Учи­лись оба в лицее име­ни Вер­над­ско­го, езди­ли в похо­ды и экспедиции.

– Но и всей семьей вы отды­хать ездили? 

– Ино­гда всей семьей, ино­гда я с обо­и­ми сыно­вья­ми, ино­гда жена тоже с обо­и­ми: не все­гда уда­ва­лось нам уйти в отпуск одно­вре­мен­но. Но у нас есть неболь­шая дач­ка в Под­мос­ко­вье, и там мы, конеч­но, мно­го вре­ме­ни про­во­ди­ли вместе.

– А как про­хо­ди­ло рели­ги­оз­ное вос­пи­та­ние детей? 

– Есте­ствен­но, в дет­стве они регу­ляр­но быва­ли с нами в хра­ме, оба закон­чи­ли вос­крес­ную шко­лу при церк­ви свя­ти­те­ля Нико­лая в Тол­ма­чах. Сей­час они от актив­ной цер­ков­ной жиз­ни ото­шли, но я наде­юсь, что не очень дале­ко. Доб­ро­же­ла­тель­ное и ува­жи­тель­ное отно­ше­ние к Церк­ви у них оста­ет­ся, но, мне кажет­ся, сей­час они во внут­рен­нем поис­ке. Упо­ваю на то, что всё, что мы мог­ли, зало­жи­ли, а даль­ше они сами долж­ны выстра­дать свое душев­ное состо­я­ние. Наде­юсь, что они вер­нут­ся в актив­ную цер­ков­ную жизнь.

– Живут они уже отдельно? 

– Да. Один даже сей­час в Петер­бур­ге. Он окон­чил бака­лаври­ат ист­фа­ка МГУ, а про­дол­жить обра­зо­ва­ние решил в Петербурге.

– Ино­гда быва­ет, что когда дети вырас­та­ют и начи­на­ют жить отдель­но, роди­те­ли в рас­те­рян­но­сти, не зна­ют, чем занять­ся. Такое слу­ча­ет­ся, когда из-за житей­ских забот не нахо­ди­ли вре­ме­ни для сов­мест­но­го досуга. 

– Мы нахо­ди­ли. Конеч­но, когда сыно­вья были малень­кие, не уда­ва­лось куда-то вме­сте схо­дить, но когда они под­рос­ли, ходи­ли и вдво­ем, и вчет­ве­ром. Послед­ние годы мы с женой мно­го путе­ше­ству­ем, как пра­ви­ло, вдво­ем. Рань­ше чаще быва­ли за гра­ни­цей, сей­час, во вре­мя пан­де­мии, по Рос­сии – про­сто садим­ся в маши­ну и едем.

Зна­ешь, и счаст­ли­вые семьи счаст­ли­вы по-раз­но­му – неко­то­рые супру­ги, мож­но ска­зать, узнав и полю­бив друг дру­га, срас­та­ют­ся, ста­но­вят­ся как бы одним чело­ве­ком, даже внешне ста­но­вят­ся похо­жи друг на дру­га. А для дру­гих путь люб­ви иной – дли­тель­но­го узна­ва­ния близ­ко­го чело­ве­ка и посте­пен­но­го изме­не­ния самих себя. Навер­ное, это наш путь.

Бесе­до­вал Лео­нид Виноградов

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки