Истории обращения

Мой приход в Церковь и стал результатом долгих размышлений о том, что является причиной мира и кто всем управляет, эти мысли волновали все чаще. Я верил, что миром управляет какая-то высшая сила...

Потихонечку я стал ходить в храм, словно чувствовал в этом некую потребность. Стал присматриваться, стал искать молитвы, посещал Богослужения, общался с прихожанами храма, читал неведомым образом попавшие к нам брошюрки, и так потихоньку я прибился к храму.

Каждое утро Он разрешает начинать сначала. Звенит будильник, и спросонья, впотьмах, заново слышится Его – «Встань и иди». А значит, всё не безнадёжно и спасение ещё возможно.

Я прочитал Евангелие, и меня оно потрясло сразу. Вдруг почувствовал, что это не человеческие глаголы, а глаголы Божии. Знаю, что не у всех так происходит, но со мной произошел полный переворот.

В начале 90-х в Библиотеку иностранной литературы завезли книги издательства, которое специализируется на издании христианской литературы на русском языке, и я безвылазно просидел в читальном зале около недели, переписывая и перечитывая все, что только можно.

Преподаватель в университете как-то сказал: «Вы это должны знать, как „Отче наш“! – потом добавил: – Да вы и „Отче наш“ не знаете!» Я обиделась, пришла домой, начала читать. «Отче наш», Нагорную проповедь... И как-то вошло в меня осознание, что это – правда.

Господь меня мягонько толкал в спину, а я упирался, налево-направо пытался отклониться. Но Господь меня, любя, «корректировал»: нет, сюда-сюда-сюда, и все. Вот так и получилось.

В моей жизни появились люди, через которых я приблизился к Православию.

В 17 лет, перед поступлением в институт, я впервые осознанно одна пришла в храм. Мне никто не говорил и не объяснял, где какая икона, где какой святой, я просто пришла и вдруг так светло стало в душе, так хорошо, и я вдруг поняла, что я все тут знаю, и все мне тут родное.

Я всегда чувствовал себя свидетелем постоянной, вселенской, непрекращающейся битвы Добра со злом. Всё – по Достоевскому.

Почему лютеранские священники меняют религиозную ориентацию?

Как-то в книжном магазине я наткнулся на книгу «Очерк мистического богословия Восточной Церкви» профессора Владимира Лосского. Я открыл ее и понял, что у меня нет выбора: я должен стать православным.

Я вошла в храм и почувствовала, как будто какая-то сила пригвоздила мои ноги к полу. Я не могла сдвинуться с места. За дверью храма остался другой мир.

Промыслителю было понятно, что если я буду понемножку ходить, то так и не стану церковным человеком. А чтобы стать им, нужно было резко переменить жизнь.

Неожиданно в меня как будто влетела тысяча солнц. Я такого не ощущал никогда. Даже стоя перед стотысячной толпой. Когда я сидел после причастия на том бревне у храма, я почувствовал благодать, описать которую невозможно.

Когда я уже не стучался, мне открылись двери, и я вошел туда, откуда сложно выйти. Метафизически это было очень точно и правильно. Тогда мне это было непонятно, а сейчас ясно ‒ это был путь одновременно долгий и простой.

Я пообещала больше не грешить, и в тот же день начала поправляться. С тех пор хожу в храм, молюсь, читаю духовные книги. Будто вновь открылись глаза и увидели ослепительно белый свет после долгих лет жизни в затхлом подземелье.

Не знаю, сколько прошло времени ‒ может, всего одно мгновение ‒ но мне казалось, что суд Божий длился очень долго. Я не смела пошевелиться и ждала ЕГО решения.

Но, чем же я виноват, – воскликнул он, – что вера моя утрачена, что я пришел к заключению, что веру и науку согласовать вместе нельзя! Вот если бы я увидел своими собственными глазами дьявола... Едва только он проговорил эти слова, как внезапно открылась дверь в его комнату и вошел тот, которого он так хотел увидеть...

Для меня признание Личности Христа автоматически означало, что я признаю Его Сыном Божьим, а Сын Божий не может просто умереть, Он воскресает.