Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»<br><span class="bg_bpub_book_author">Студеникина М.М., Бузулан Д.А., Карпова И.В.</span>

Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»
Студеникина М.М., Бузулан Д.А., Карпова И.В.

(2 голоса5.0 из 5)
Оглав­ле­ние

Авто­ры: Сту­де­ни­ки­на М.М., Бузу­лан Д.А., Кар­по­ва И.В.

Предисловие научного редактора

Мама… Самое тёп­лое и люби­мое сло­во в мире. Ребён­ку мама заме­ня­ет весь мир и кажет­ся иде­аль­ной, зна­ю­щей и уме­ю­щей всё на све­те, — той, кто помо­жет в любой беде, обо­гре­ет и при­лас­ка­ет, защи­тит от невзгод. Вера в абсо­лют­ное могу­ще­ство мате­ри — есте­ствен­ное состо­я­ние для ребён­ка, залог его уве­рен­но­сти в зав­траш­нем дне.

Но кто же помо­жет самим мамам во взрос­лом мире, где им самим так нуж­на быва­ет забо­та, защи­та и поддержка?

Тра­ди­ци­он­но такой опо­рой была семья. Она под­дер­жи­ва­ла ста­нов­ле­ние жен­щи­ны как мате­ри, помо­га­ла ей взять и нести ответ­ствен­ность за бла­го­по­лу­чие сво­их детей. Одна­ко сего­дня семей­ные и брач­ные узы не все­гда доста­точ­но креп­ки: мно­гие жен­щи­ны ока­зы­ва­ют­ся оди­но­ки­ми и без­за­щит­ны­ми перед уда­ра­ми судь­бы. Дру­гие инсти­ту­ты соци­а­ли­за­ции — соци­аль­ное окру­же­ние, тру­до­вой кол­лек­тив, сфе­ра соци­аль­ной под­держ­ки, рели­ги­оз­ные объ­еди­не­ния и так далее — не все­гда и не для каж­дой жен­щи­ны могут ком­пен­си­ро­вать недо­ста­ток под­держ­ки со сто­ро­ны роди­тель­ской семьи и семьи супру­га, отца её детей. Важ­но и то, что в совре­мен­ной Рос­сии пре­об­ла­да­ет нук­ле­ар­ный тип семей, пред­став­ля­ю­щих собой супру­же­скую пару с детьми, а пат­ри­ар­халь­ные семьи, объ­еди­ня­ю­щие несколь­ко поко­ле­ний род­ствен­ни­ков, ста­но­вят­ся всё менее рас­про­стра­нён­ны­ми. Несмот­ря на то что у нук­ле­ар­ных семей есть ряд пре­иму­ществ, есть у них и оче­вид­ная сла­бость: в силу сво­ей мало­чис­лен­но­сти чле­ны семьи менее спо­соб­ны обес­пе­чить соци­аль­ную под­держ­ку друг дру­га. Имен­но поэто­му в кри­зис­ных и труд­ных жиз­нен­ных ситу­а­ци­ях жен­щи­нам с детьми может не хва­тать помо­щи — даже в том слу­чае, если чле­ны семьи гото­вы её оказывать.

К сожа­ле­нию, всё это при­во­дит к тому, что неко­то­рым жен­щи­нам мате­рин­ство может казать­ся слиш­ком тяжё­лой ответ­ствен­но­стью, если нести её необ­хо­ди­мо одной. Ещё более тяжё­лая ответ­ствен­ность — пра­во так назы­ва­е­мо­го репро­дук­тив­но­го выбо­ра, пред­по­ла­га­ю­щее воз­мож­ность изба­вить­ся от ребён­ка в нача­ле бере­мен­но­сти. Под­час эта воз­мож­ность ста­но­вит­ся непре­одо­ли­мым иску­ше­ни­ем и ведёт к тра­ге­дии, если жен­щи­на оста­ёт­ся наедине с жиз­нен­ны­ми трудностями.

Оди­но­кие бере­мен­ные жен­щи­ны и мамы с детьми в пер­вые годы жиз­ни, когда для здо­ро­вья и раз­ви­тия ребён­ку тре­бу­ет­ся так мно­го вни­ма­ния, тер­пе­ния и забо­ты, осо­бен­но нуж­да­ют­ся в под­держ­ке, защи­те и уют­ном доме. И если жен­щи­на, не нашед­шая опо­ры в сво­их близ­ких, нахо­дит пони­ма­ние и под­держ­ку нерав­но­душ­ных людей и чув­ству­ет: её и ребён­ка любят, ценят, — любые труд­но­сти и кри­зис­ные ситу­а­ции ста­но­вят­ся преодолимыми.

Эта кни­га — обоб­ще­ние опы­та тех, кто избрал путь соци­аль­но­го слу­же­ния делом сво­ей жиз­ни. Опы­та боль­шой рабо­ты, радо­стей и невзгод, проб, оши­бок и откры­тий на тер­ни­стом, но счаст­ли­вом пути защи­ты жиз­ни и бла­го­по­лу­чия жен­щин и детей.

Центр помо­щи бере­мен­ным жен­щи­нам и мате­рям с детьми «Дом для мамы» за девять лет суще­ство­ва­ния помог почти 10 000 жен­щин с детьми. Одна­ко зна­че­ние цен­тра не огра­ни­чи­ва­ет­ся этой помо­щью, хотя важ­ность её труд­но пере­оце­нить. Ещё одним, гораз­до более мас­штаб­ным резуль­та­том его дея­тель­но­сти ста­ло изме­не­ние обще­ствен­но­го созна­ния и прак­ти­ки обще­ствен­но-госу­дар­ствен­но­го парт­нер­ства в сфе­ре под­держ­ки мате­рин­ства и дет­ства. Уни­каль­ный при­мер рабо­ты цен­тра стал сво­е­го рода эта­ло­ном для созда­ния и раз­ви­тия сотен кри­зис­ных цен­тров по всей Рос­сии. Будучи дина­мич­ной и не огра­ни­чен­ной бюро­кра­ти­че­ски­ми шаб­ло­на­ми обще­ствен­ной орга­ни­за­ци­ей, он стал лабо­ра­то­ри­ей соци­аль­ных инно­ва­ций и про­вод­ни­ком наи­бо­лее совре­мен­ных и эффек­тив­ных соци­аль­ных тех­но­ло­гий, защи­щая жизнь детей с момен­та их зача­тия посред­ством ком­плекс­ной под­держ­ки их мате­рей. При­мер «Дома для мамы» пока­зал, что инно­ва­ци­он­ность в деле защи­те мате­рин­ства и дет­ства долж­на и может быть помощ­ни­цей, а не кон­ку­рент­кой чело­веч­но­сти.

Суть миро­воз­зрен­че­ской и про­фес­си­о­наль­ной пози­ции авто­ров — ува­же­ние и без­услов­ное при­ня­тие каж­дой мамы и каж­до­го ребён­ка, а так­же пони­ма­ние бере­мен­но­сти как исто­рии их отно­ше­ний меж­ду собой.

Имен­но поэто­му темой кни­ги выбра­на пси­хо­ло­ги­че­ская помощь мамам. Ведь если пси­хо­ло­ги­че­ские фак­то­ры в наи­боль­шей сте­пе­ни состав­ля­ют сущ­ность мате­рин­ства, то и его под­держ­ка долж­на, преж­де все­го, опи­рать­ся на психологию.

Орга­ни­за­ция и содер­жа­ние пси­хо­ло­ги­че­ской рабо­ты с бере­мен­ны­ми и мате­ря­ми пред­став­ле­ны в кни­ге раз­но­сто­ронне и систем­но. Мы видим пол­ный цикл дея­тель­но­сти пси­хо­ло­га кри­зис­но­го цен­тра: от пер­во­го раз­го­во­ра по теле­фо­ну, пред­ва­ри­тель­но­го собе­се­до­ва­ния — до сопро­вож­де­ния жен­щин, кото­рые уже спра­ви­лись с труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ци­ей и вме­сте с детьми вер­ну­лись к само­сто­я­тель­ной жиз­ни. Пока­за­но зна­че­ние и место пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи в общем ком­плек­се мер и эта­пов под­держ­ки жен­щин. Очень цен­но, что авто­ры посвя­ти­ли две части кни­ги вопро­сам орга­ни­за­ции пси­хо­ло­ги­че­ской служ­бы, рабо­ты с её кад­ро­вым потен­ци­а­лом, эти­ки и гиги­е­ны тру­да пси­хо­ло­га, про­фи­лак­ти­ки эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния и про­фес­си­о­наль­ных дефор­ма­ций. Рас­кры­ты и соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские состав­ля­ю­щие успе­ха под­держ­ки жен­щин: созда­ние уюта, фор­ми­ро­ва­ние бла­го­при­ят­но­го пси­хо­ло­ги­че­ско­го кли­ма­та на раз­лич­ных уров­нях вза­и­мо­от­но­ше­ний в самом цен­тре и окру­жа­ю­щем его соци­у­ме, вклю­чая раз­ра­бот­ку стра­те­гии вза­и­мо­дей­ствия со СМИ.

Таким обра­зом, рас­смот­ре­ны все сла­га­е­мые эффек­тив­ной пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи бере­мен­ным и жен­щи­нам с детьми. Пси­хо­ло­ги и руко­во­ди­те­ли пси­хо­ло­ги­че­ских служб, кри­зис­ных цен­тров и дру­гих орга­ни­за­ций, ока­зы­ва­ю­щих пси­хо­ло­ги­че­скую помощь бере­мен­ным и жен­щи­нам с детьми, най­дут в этой кни­ге целост­ное прак­ти­ко-ори­ен­ти­ро­ван­ное руко­вод­ство по орга­ни­за­ции и про­ве­де­нию пси­хо­ло­ги­че­ской рабо­ты. Весь­ма цен­ны­ми для спе­ци­а­ли­стов будут прак­ти­че­ские мето­ди­ки, реко­мен­да­ции, упраж­не­ния и тех­ни­ки пси­хо­ло­ги­че­ско­го кон­суль­ти­ро­ва­ния и пси­хо­кор­рек­ции, кото­рые авто­ры выбра­ли и мно­го­крат­но про­ве­ри­ли в сво­ей чрез­вы­чай­но насы­щен­ной и вос­тре­бо­ван­ной работе.

Несо­мнен­ное досто­ин­ство кни­ги состав­ля­ет то, что она напи­са­на про­стым и ясным язы­ком, понят­ным любо­му чита­те­лю. Её изю­мин­кой ста­ли мно­го­чис­лен­ные при­ме­ры из прак­ти­ки, выска­зы­ва­ния и отзы­вы жен­щин, полу­чив­ших помощь в «Доме для мамы». В их сло­вах хруп­кость и рани­мость соче­та­ют­ся с осо­бой внут­рен­ней силой, досто­ин­ством и порой отлич­ным чув­ством юмо­ра. За каж­дым при­ме­ром — чело­ве­че­ские судь­бы и харак­те­ры жен­щин, кото­рые нашли сме­лость стать мама­ми вопре­ки жиз­нен­ным трудностям.

Авто­ры кни­ги опи­ра­ют­ся на тра­ди­ци­он­ные для пси­хо­ло­ги­че­ской нау­ки и прак­ти­ки под­хо­ды. Наи­бо­лее близ­ки их миро­воз­зре­нию гума­ни­сти­че­ское и экзи­стен­ци­аль­ное направ­ле­ния в лице таких клас­си­ков зару­беж­ной пси­хо­ло­гии, как Г. Олпорт, К. Род­жерс, К. Ясперс, Р. Мей, А. Лэн­гле, В. Фран­кл, Д. Бьюд­жен­таль, И. Ялом и дру­гие, а так­же субъ­ект­но-дея­тель­ност­ный под­ход, осно­ван­ный на тру­дах С.Л. Рубин­штей­на, Б.Г. Ана­нье­ва, К.А. Абуль­ха­но­вой-Слав­ской, Д.А. Леон­тье­ва, А.В. Брушлин­ско­го, Л.И. Анцы­фе­ро­вой, В.В. Зна­ко­ва, Е.А. Сер­ги­ен­ко и мно­гих дру­гих оте­че­ствен­ных авто­ров. Нема­ло­важ­ное зна­че­ние сыг­ра­ли тру­ды таких оте­че­ствен­ных пси­хо­ло­гов, как В.И. Сло­бод­чи­ков, Б.С. Бра­тусь, Е.И. Иса­ев. Клю­че­вым отли­чи­ем всех пере­чис­лен­ных под­хо­дов и авто­ров ста­ло осо­бое вни­ма­ние, кото­рое они уде­ля­ют спо­соб­но­сти чело­ве­ка быть актив­ной, ответ­ствен­ной, сози­да­тель­ной и неза­ви­си­мой лич­но­стью. Смысл жиз­ни, сво­бо­да воли, любовь, доб­ро и зло, лич­ный выбор чело­ве­ка — это те веч­ные темы, кото­рых не избе­га­ют, а, напро­тив, ста­вят во гла­ву угла эти выда­ю­щи­е­ся пред­ста­ви­те­ли пси­хо­ло­ги­че­ской науки.

Зако­но­мер­но, что и авто­ры при­да­ют боль­шое зна­че­ние эти­че­ским ком­по­нен­там про­фес­си­о­на­лиз­ма пси­хо­ло­га и спра­вед­ли­во счи­та­ют, что одна из цен­траль­ных задач пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи жен­щи­нам в кри­зис­ном цен­тре — помочь им раз­вить осо­знан­ность и самостоятельность.

Эти каче­ства, вхо­дя­щие в более широ­кое поня­тие «субъ­ект­ность», опре­де­ля­ют: смо­жет ли жен­щи­на пере­стать чув­ство­вать и вести себя как пас­сив­ная жерт­ва труд­ных жиз­нен­ных обсто­я­тельств? Най­дёт ли она жела­ние и сме­лость их побе­дить? Пре­одо­ле­ет ли син­дром выучен­ной бес­по­мощ­но­сти, что­бы быть не объ­ек­том для уда­ров судь­бы и мани­пу­ля­ций людей, а актив­ным субъ­ек­том, смо­жет ли взять в соб­ствен­ные руки свою жизнь и бла­го­по­лу­чие сво­их детей? Пси­хо­ло­ги, как и дру­гие сотруд­ни­ки «Дома для мамы», не реша­ют про­бле­мы вме­сто жен­щин, не поощ­ря­ют ижди­вен­че­ских и пас­сив­ных уста­но­вок. Они предо­став­ля­ют воз­мож­но­сти, под­держ­ку, помощь, укреп­ля­ют моти­ва­цию, что­бы, полу­чив такую надёж­ную опо­ру, жен­щи­на смог­ла сама спра­вить­ся с кри­зи­сом. Имен­но сама!

Кри­зис­ный центр «Дом для мамы» — пра­во­слав­ная бла­го­тво­ри­тель­ная орга­ни­за­ция не толь­ко по юри­ди­че­ской фор­ме, но по целям и содер­жа­нию. Хри­сти­ан­ские прин­ци­пы для сотруд­ни­ков цен­тра — источ­ник вдох­но­ве­ния, моти­ва­ции для помо­щи людям и про­фес­си­о­наль­но­го роста. Чита­те­ли кни­ги заме­тят, что авто­ры не скры­ва­ют, но и не навя­зы­ва­ют сво­их рели­ги­оз­ных убеж­де­ний чита­те­лям и жен­щи­нам, кото­рым помо­га­ют. Ведь пси­хо­ло­гия — секу­ляр­ная нау­ка, её мето­ды уни­вер­саль­ны как для веру­ю­щих, так и для нере­ли­ги­оз­ных людей. Опе­ра­ци­о­наль­ная сфе­ра про­фес­си­о­на­лиз­ма — зна­ния, уме­ния, навы­ки, спо­со­бы дей­ствий и про­фес­си­о­наль­ные «тех­ни­ки», мето­ды и склад про­фес­си­о­наль­но­го мыш­ле­ния, при­ё­мы про­фес­си­о­наль­но­го само­со­зна­ния и рефлек­сии — важ­на неза­ви­си­мо от миро­воз­зре­ния пси­хо­ло­га. И всё же, если тех­но­ло­ги­че­ская сто­ро­на тру­да не обла­го­ра­жи­ва­ет­ся и не оду­хо­тво­ря­ет­ся нрав­ствен­ны­ми цен­но­стя­ми, чело­веч­но­стью и осмыс­лен­но­стью, любые «тех­ни­ки» могут ока­зать­ся не толь­ко бес­по­лез­ны, но и вредны.

Осо­бен­но это отно­сит­ся к пси­хо­ло­гии, где вла­де­ние мето­ди­ка­ми и тех­но­ло­ги­я­ми про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти толь­ко тогда и может быть кон­струк­тив­ным, когда направ­ле­но на бла­го­род­ные и этич­ные цели.

При­мер «Дома для мамы» ещё раз дока­зал этот тезис, и резуль­та­ты рабо­ты кол­лек­ти­ва еди­но­мыш­лен­ни­ков луч­ше вся­ких слов гово­рят о том, во что они верят. Помощь, вни­ма­ние и забо­та по отно­ше­нию к жен­щи­нам и детям в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции, а так­же цен­ней­ший, зре­лый и мно­го­гран­ный про­фес­си­о­наль­ный опыт, кото­рым они делят­ся в кни­ге, — при­мер дея­тель­ной люб­ви к ближ­ним. Пожа­луй, это и есть реа­ли­за­ция слов из посла­ния апо­сто­ла Иако­ва (2:18): «…я пока­жу тебе веру мою из дел моих».

Мария Нико­ла­ев­на Цыганкова,
кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук,
доцент кафед­ры соци­аль­ной работы
ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пиро­го­ва Мин­здра­ва РФ;
ана­ли­тик Лабо­ра­то­рии ана­ли­за состояния
и пер­спек­тив раз­ви­тия образования
ФГБУ Рос­сий­ская ака­де­мия образования

Введение

Доро­гие читатели!

Кни­га «Пси­хо­лог помо­га­ет мамам» про­дол­жа­ет рас­сказ о рабо­те кри­зис­но­го цен­тра, нача­тый в посо­бии «При­ют для буду­щих мам: от пла­на до вопло­ще­ния»[1].

Кри­зис­ный центр под­держ­ки бере­мен­ных и мате­рей с детьми (и при­ют как часть цен­тра) — явле­ние уже не новое в нашей жиз­ни. Если гово­рить о пра­во­слав­ных цен­трах, то пер­вый из них открыл­ся в Рос­сии 15 лет назад. Сей­час их уже 74, и это коли­че­ство про­дол­жа­ет расти.

В кри­зис­ный центр обра­ща­ют­ся мамы с детьми или бере­мен­ные жен­щи­ны, попав­шие в труд­ную ситу­а­цию, кото­рые хотят рас­тить и вос­пи­ты­вать ребён­ка, но не име­ют для это­го в насто­я­щий момент доста­точ­ных ресур­сов. При­чи­ны обра­ще­ния могут быть раз­ны­ми: кому-то из жен­щин негде или не на что жить, у дру­гих могут быть поте­ря­ны доку­мен­ты, у тре­тьих близ­кие наста­и­ва­ют на абор­те и гонят из дома, и так далее. Центр помо­га­ет решить эти про­бле­мы и ока­зы­ва­ет самую раз­ную помощь: юри­ди­че­скую, соци­аль­ную, гума­ни­тар­ную и, конеч­но же, психологическую.

Имен­но прак­ти­ке ока­за­ния пси­хо­ло­ги­че­ской под­держ­ки и посвя­ще­на наша кни­га. Мы счи­та­ем, что для жен­щин в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции роль пси­хо­ло­га в при­юте — одна из клю­че­вых. Это утвер­жде­ние раз­де­ля­ют не все наши коллеги.

Речь не толь­ко о том, что жен­щи­ны часто обра­ща­ют­ся в при­ют в тяжё­лом пси­хо­ло­ги­че­ском состо­я­нии и для его пре­одо­ле­ния нуж­на помощь спе­ци­а­ли­ста. Вопрос гораз­до шире. Ведь кри­зис, в кото­ром ока­за­лась жен­щи­на, — это, чаще все­го, не про­сто сте­че­ние обсто­я­тельств непре­одо­ли­мой силы, а пря­мое след­ствие лич­ност­но­го кри­зи­са или соци­аль­ной дез­адап­та­ции, вызван­ных теми или ины­ми уста­нов­ка­ми, оши­боч­ной (с точ­ки зре­ния резуль­та­та) жиз­нен­ной стра­те­ги­ей, недо­ста­точ­но­стью ком­му­ни­ка­тив­ных навы­ков и кон­струк­тив­ных спо­со­бов совла­да­ния со стрес­сом. И если жен­щи­на не исполь­зу­ет пери­од остро­го кри­зи­са, что­бы пере­осмыс­лить свою жизнь и уста­нов­ки, если она не нач­нёт менять­ся, то ника­кая помощь кар­ди­наль­но не улуч­шит её жизнь. Мож­но пога­сить ком­му­наль­ные дол­ги, помочь офор­мить льго­ты, снаб­дить дет­ски­ми веща­ми и про­дук­та­ми, но если сама жен­щи­на никак не изме­нит­ся, то после нашей помо­щи кри­зи­сы в её жиз­ни могут про­дол­жить­ся, делая тяжё­лой в том чис­ле и жизнь ребён­ка. И напро­тив — как это ни пара­док­саль­но, кри­зис может стать полез­ным сти­му­лом к лич­ност­но­му, про­фес­си­о­наль­но­му и соци­аль­но­му раз­ви­тию женщины.

Если жен­щи­на гото­ва менять­ся, то пси­хо­ло­ги­че­ская помощь поз­во­лит ей разо­брать­ся в себе, пра­виль­но рас­ста­вить при­о­ри­те­ты, най­ти в себе самой ресурс для изме­не­ния и, с помо­щью дру­гих спе­ци­а­ли­стов кри­зис­но­го цен­тра, пре­одо­леть кри­зис, устой­чи­во встать на ноги и стать опо­рой сво­е­му ребёнку.

Пер­во­на­чаль­но мы заду­мы­ва­ли нашу кни­гу как узко­спе­ци­аль­ную — имен­но для пси­хо­ло­гов кри­зис­ных цен­тров и при­ютов, но поня­ли, что тем самым упус­ка­ем важ­ную часть сво­ей рабо­ты. Пото­му что пси­хо­ло­ги­че­ская под­держ­ка жен­щин в кри­зис­ном цен­тре — не толь­ко про­фес­си­о­наль­ная ответ­ствен­ность и сфе­ра пси­хо­ло­га, но и атмо­сфе­ра в цен­тре, над кото­рой нуж­но спе­ци­аль­но рабо­тать, и суще­ствен­ная часть рабо­ты дру­гих сотруд­ни­ков при­ю­та, и даже инте­рьер, кото­рый тоже нуж­но про­ду­мы­вать. Ведь ока­зав­шись в кри­зис­ной ситу­а­ции, бере­мен­ная жен­щи­на или мама с ребён­ком нахо­дит­ся в состо­я­нии шока, стра­ха, отча­я­ния, безыс­ход­но­сти, депрес­сии. И зна­чит, в при­юте всё долж­но рабо­тать на одну цель: успо­ко­ить, дать уве­рен­ность в без­опас­но­сти, а потом — под­дер­жать на пути к пере­ме­нам в жиз­ни. Поэто­му мы рас­ши­ри­ли содер­жа­ние кни­ги, сде­лав её полез­ной не толь­ко для пси­хо­ло­гов, но и для руко­во­ди­те­лей, сотруд­ни­ков, помощ­ни­ков и волон­те­ров кри­зис­ных цен­тров и при­ютов. Мы ста­ра­лись не нагру­жать текст узко­спе­ци­аль­ны­ми тер­ми­на­ми и пси­хо­ло­ги­че­ской тео­ри­ей, но сосре­до­то­чи­лись на прак­ти­ке пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, при­во­ди­ли при­ме­ры и реаль­ные исто­рии из нашей рабо­ты (конеч­но, изме­нив ини­ци­а­лы и узна­ва­е­мые факты).

Наша кни­га напи­са­на на опы­те пра­во­слав­но­го цен­тра и адре­со­ва­на, в первую оче­редь, нашим кол­ле­гам — сотруд­ни­кам цер­ков­ных при­ютов. Но при этом вы не уви­ди­те в кни­ге какой-то сугу­бо цер­ков­ной спе­ци­фи­ки — пото­му что её нет в пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи жен­щи­нам. Это наша прин­ци­пи­аль­ная пози­ция, о кото­рой мы ещё будем гово­рить в кни­ге. Дело в том, что в при­ют при­хо­дят жен­щи­ны с раз­ным отно­ше­ни­ем к Богу и Церк­ви: и хри­сти­ан­ки раз­ных кон­фес­сий, и мусуль­ман­ки, и убеж­дён­ные ате­ист­ки, и те, кто совсем не заду­мы­ва­ет­ся о вере. Гово­рить с ними с пози­ции хри­сти­ан­ской эти­ки и биб­лей­ских запо­ве­дей непра­виль­но с про­фес­си­о­наль­ной точ­ки зре­ния. Нас не толь­ко не пой­мут, но и могут отверг­нуть нашу помощь, послед­стви­ем чего может стать пре­ры­ва­ние жиз­ни ребён­ка или отказ от ребён­ка в род­до­ме. Поэто­му, несмот­ря на то, что все спе­ци­а­ли­сты наше­го цен­тра — пра­во­слав­ные, веру­ю­щие, воцер­ко­в­лён­ные люди, они не гово­рят о сво­ей вере, если жен­щи­на сама их об этом не спра­ши­ва­ет. Спе­ци­фи­ка же рабо­ты цер­ков­но­го при­ю­та заклю­ча­ет­ся в том, что его сотруд­ни­ки ста­ра­ют­ся сами стро­ить свою жизнь по запо­ве­дям Хри­ста; в том, что для них жизнь ещё не рож­дён­но­го ребён­ка — цен­ность. В рабо­те наших пси­хо­ло­гов спе­ци­фи­кой явля­ет­ся и то, что они исполь­зу­ют в рабо­те толь­ко те мето­ды и под­хо­ды, кото­рые не про­ти­во­ре­чат пра­во­слав­ной вере и нрав­ствен­ным ценностям.

Кни­га «Пси­хо­лог помо­га­ет мамам», как и преды­ду­щая наша кни­га «При­ют для буду­щих мам», напи­са­на на опы­те рабо­ты «Дома для мамы» — цен­тра помо­щи бере­мен­ным и мате­рям с детьми в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции. Центр суще­ству­ет уже девять лет, и за это вре­мя око­ло 10 тысяч семей полу­чи­ли гума­ни­тар­ную, кон­суль­та­ци­он­ную, мате­ри­аль­ную помощь (сей­час это от 50 до 100 чело­век еже­ме­сяч­но), 300 жен­щин с детьми — при­ста­ни­ще в труд­ный пери­од жиз­ни, а самое глав­ное — бла­го­да­ря «Дому для мамы» появил­ся на свет 91 ребёнок.

Напи­са­ли мы эту кни­гу вме­сте: я, Мария Сту­де­ни­ки­на, руко­во­ди­тель цен­тра «Дом для мамы», и я, Дио­мид Бузу­лан, пси­хо­лог цен­тра. В рабо­те над кни­гой и напи­са­нии лите­ра­тур­но­го тек­ста нам очень помог­ла Инна Кар­по­ва, бес­смен­ный редак­тор книж­ной серии «Азбу­ка мило­сер­дия». Науч­ным редак­то­ром ста­ла Мария Цыган­ко­ва, пси­хо­лог, кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент РНИМУ им. Н.И. Пиро­го­ва, кото­рая кури­ру­ет про­ек­ты в обла­сти повы­ше­ния ква­ли­фи­ка­ции наших пси­хо­ло­гов, вра­чей и соци­аль­ных работников.

Как устро­е­на книга?

В пер­вой гла­ве мы рас­ска­зы­ва­ем о том, как орга­ни­зо­ва­на помощь жен­щине в нашем при­юте. Рас­смат­ри­вая основ­ные ком­по­нен­ты и эта­пы систе­мы под­держ­ки, мы дела­ем акцент на пси­хо­ло­ги­че­ской состав­ля­ю­щей рабо­ты всех спе­ци­а­ли­стов приюта.

Вто­рая гла­ва пол­но­стью посвя­ще­на орга­ни­за­ции и содер­жа­нию рабо­ты пси­хо­ло­га в кри­зис­ном центре.

В тре­тьей гла­ве мы крат­ко рас­ска­зы­ва­ем о соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ском кон­тек­сте дея­тель­но­сти цен­тра. В част­но­сти, о том, как создать бла­го­при­ят­ную, поло­жи­тель­но заря­жен­ную пси­хо­ло­ги­че­скую атмо­сфе­ру в самой обста­нов­ке при­ю­та, в его кол­лек­ти­ве и вокруг него — в обществе.

Наде­ем­ся, что кни­га будет полез­на нашим кол­ле­гам, и жела­ем успе­хов в работе!

Глава 1. Психологическая поддержка как часть работы кризисного центра

Кому и как помогает кризисный центр

О том, как устро­ен и как рабо­та­ет кри­зис­ный центр для бере­мен­ных и мате­рей с детьми, мы подроб­но писа­ли в кни­ге «При­ют для буду­щих мам: от пла­на до вопло­ще­ния». Новая кни­га, кото­рую вы дер­жи­те в руках, посвя­ще­на одной из важ­ней­ших состав­ля­ю­щих ком­плекс­ной помо­щи жен­щи­нам в пре­одо­ле­нии труд­ных жиз­нен­ных ситу­а­ций, созда­ю­щих угро­зу для их бере­мен­но­сти и материнства.

Имен­но пси­хо­ло­ги­че­ская помощь и под­держ­ка во мно­гом опре­де­ля­ют успеш­ность всех осталь­ных направ­ле­ний помо­щи. Ведь она в наи­боль­шей сте­пе­ни содей­ству­ет пре­одо­ле­нию стрес­са, пас­сив­но­сти и выучен­ной бес­по­мощ­но­сти и помо­га­ет жен­щине раз­вить актив­ную жиз­нен­ную пози­цию, жиз­не­стой­кость, настой­чи­вость и моти­ва­цию в дости­же­нии успеха.

Для жен­щин, обра­ща­ю­щих­ся в кри­зис­ный центр, прин­ци­пи­аль­но важ­но най­ти опо­ру не толь­ко во внеш­них усло­ви­ях и вре­мен­ных мерах соци­аль­ной под­держ­ки, но и в таких свой­ствах их соб­ствен­ной лич­но­сти, кото­рые поз­во­лят стать ответ­ствен­ны­ми за себя и бла­го­по­лу­чие детей.

Имен­но дости­же­ние само­сто­я­тель­но­сти жен­щин — глав­ный кри­те­рий успе­ха нашей рабо­ты. Мно­гие из наших быв­ших под­опеч­ных уже обре­ли её настоль­ко, что теперь сами помо­га­ют кри­зис­но­му цен­тру «Дом для мамы» и жен­щи­нам, кото­рые нахо­дят­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции. Преж­де чем перей­ти непо­сред­ствен­но к нашей теме — содер­жа­нию и мето­ди­ке пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи бере­мен­ным и жен­щи­нам с детьми, нахо­дя­щим­ся в кри­зис­ной ситу­а­ции, — крат­ко резю­ми­ру­ем, кому помо­га­ет, как устро­ен и чем зани­ма­ет­ся кри­зис­ный центр «Дом для мамы», опыт кото­ро­го обоб­щён в книге.

Кому помо­га­ет центр

Обыч­но цен­тры, подоб­ные наше­му (в Рос­сии их сей­час 74), помо­га­ют сле­ду­ю­щим кате­го­ри­ям жен­щин, нахо­дя­щим­ся в кри­зис­ной ситуации:

  • бере­мен­ным жен­щи­нам, сто­я­щим перед выбо­ром: сде­лать аборт или родить ребён­ка. Если уда­ёт­ся помочь жен­щине при­нять пра­виль­ное реше­ние, сде­лав выбор в поль­зу жиз­ни ребён­ка, ей пред­ла­га­ют ком­плекс­ную помощь, кото­рая необ­хо­ди­ма до родов и в пер­вые меся­цы после них.

Гово­ря о пра­виль­ном реше­нии, мы исхо­дим не из того, что зна­ем, как для дру­го­го чело­ве­ка будет пра­виль­но (такое навя­зы­ва­ние было бы пси­хо­ло­ги­че­ским наси­ли­ем и не прак­ти­ку­ет­ся в нашем цен­тре), а из того, что не суще­ству­ет абсо­лют­но без­опас­но­го, без­вред­но­го и этич­но­го абор­та. Мас­штаб ущер­ба физи­че­ско­му и пси­хи­че­ско­му здо­ро­вью жен­щи­ны, кото­рый нано­сит­ся искус­ствен­ным пре­ры­ва­ни­ем бере­мен­но­сти, все­гда раз­ный, но он все­гда есть. Поэто­му пра­виль­ный выбор — это выбор сохра­не­ния соб­ствен­но­го здо­ро­вья, а так­же жиз­ни и здо­ро­вья ребён­ка, кото­рый рас­тёт и раз­ви­ва­ет­ся в пери­од беременности;

  • бере­мен­ным и мате­рям, кото­рые пла­ни­ру­ют отка­зать­ся от ново­рож­дён­но­го ребён­ка. Мы все­гда гото­вы помочь жен­щине, если она это­го не сде­ла­ет. С нашей точ­ки зре­ния, не суще­ству­ет ни одной жиз­нен­ной ситу­а­ции, кото­рая может при­ну­дить жен­щи­ну к абор­ту или отка­зу от ребён­ка. Отсут­ствие дома, рабо­ты, под­держ­ки близ­ких, средств к суще­ство­ва­нию — всё это пре­одо­ли­мо. Мы гото­вы помочь, най­ти ресур­сы и ока­зать пси­хо­ло­ги­че­скую под­держ­ку, что­бы жен­щи­ны смог­ли обре­сти сча­стье мате­рин­ства, а их дети — забо­ту роди­те­лей. Даже с точ­ки зре­ния затрат­но­сти ресур­сов, уси­лия и сред­ства, необ­хо­ди­мые для пре­одо­ле­ния ситу­а­ции, субъ­ек­тив­но или объ­ек­тив­но вынуж­да­ю­щей роди­те­лей отка­зать­ся от ребён­ка, намно­го менее затрат­ны, чем рас­хо­ды на содер­жа­ние ребён­ка в дет­ском учре­жде­нии, а затем — пре­одо­ле­ние послед­ствий эмо­ци­о­наль­ной депри­ва­ции и соци­аль­ной дез­адап­та­ции, свой­ствен­ной детям, лишён­ным семей­но­го вос­пи­та­ния. Кро­ме того, отказ от ребён­ка нано­сит пси­хо­ло­ги­че­скую трав­му не толь­ко ему, но и самой мате­ри, чле­нам её семьи, созда­ёт у неё ком­плекс вины и чув­ство нере­а­ли­зо­ван­но­го мате­рин­ства, ведь мате­рин­ские чув­ства, как пра­ви­ло, рас­тут и раз­ви­ва­ют­ся вме­сте с ребён­ком — вплоть до дня его рож­де­ния. В свя­зи с этим про­фи­лак­ти­ка отка­за от ново­рож­дён­ных детей сред­ства­ми соци­аль­ной и пси­хо­ло­ги­че­ской под­держ­ки бере­мен­ных — чрез­вы­чай­но важ­ная мера по сохра­не­нию бла­го­по­лу­чия и пси­хо­ло­ги­че­ско­го здо­ро­вья и детей, и мам, и все­го их соци­аль­но­го круга;
  • мате­рям с детьми и бере­мен­ным, попав­шим в труд­ную жиз­нен­ную ситу­а­цию, если жен­щи­на оста­лась без жилья, средств к суще­ство­ва­нию и не име­ет доста­точ­ной под­держ­ки. В такой ситу­а­ции могут ока­зать­ся вполне бла­го­по­луч­ные женщины.

Одна из наших мам вела свой биз­нес, зара­ба­ты­ва­ла око­ло 500 тысяч руб­лей в месяц. Но сте­че­ние обсто­я­тельств — банк­рот­ство, раз­вод, смерть мамы — при­ве­ли к колос­саль­ным про­бле­мам: жен­щине с доч­кой при­шлось ноче­вать в подъ­ез­де.

Мно­гие жен­щи­ны, при­хо­дя­щие в наш центр, не име­ют про­пис­ки, а ино­гда и рос­сий­ско­го граж­дан­ства, при­е­хав из Укра­и­ны, из стран СНГ, ино­гда из стран даль­не­го зару­бе­жья: из Азии, Афри­ки. Сто­ит отме­тить, что посколь­ку «Дом для мамы» — бла­го­тво­ри­тель­ная неком­мер­че­ская орга­ни­за­ция, мы име­ем воз­мож­ность не созда­вать бюро­кра­ти­че­ских пре­град для обра­ща­ю­щих­ся к нам жен­щин и обес­пе­чить инди­ви­ду­аль­ный под­ход к их нуждам.

image001 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

При­ют — это суще­ствен­ная часть кри­зис­но­го цен­тра. Но не все те, кому помо­га­ет центр, живут в при­юте: ино­гда жен­щи­ны нуж­да­ют­ся в дру­гой помо­щи: напри­мер, гума­ни­тар­ной помо­щи в виде вещей или про­дук­тов, юри­ди­че­ских и пси­хо­ло­ги­че­ских кон­суль­та­ци­ях и так далее. В нашей кни­ге ино­гда о раз­ных под­опеч­ных гово­рит­ся отдель­но: внут­рен­ние под­опеч­ные — те, кто в дан­ный момент живёт в при­юте; внеш­ние под­опеч­ные — те, кому центр помо­га­ет «амбу­ла­тор­но».

По сло­жив­шей­ся тра­ди­ции, всех обра­ща­ю­щих­ся к нам бере­мен­ных и мате­рей с детьми мы назы­ва­ем «мамы»: это спо­соб­ству­ет пси­хо­ло­ги­че­ско­му при­ня­тию ими мате­рин­ства и иден­ти­фи­ка­ции с мате­рин­ской соци­аль­ной ролью, а в соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ском плане — раз­ви­тию тёп­лых, нефор­маль­ных и под­дер­жи­ва­ю­щих отношений.

Как попа­да­ют в приют

Ситу­а­ций может быть две: либо жен­щи­на узна­ёт о при­юте, цен­тре и при­хо­дит за помо­щью, когда боль­ше неку­да обра­тить­ся; либо центр узна­ёт о том, что жен­щи­на соби­ра­ет­ся отка­зать­ся от ребён­ка или сде­лать аборт, и тогда руко­во­ди­тель, спе­ци­а­ли­сты сами пред­ла­га­ют ей помощь.

Узнать друг о дру­ге кри­зис­ный центр и жен­щи­ны в кри­зис­ной ситу­а­ции могут раз­ны­ми путями:

  • через меди­цин­ские учре­жде­ния: жен­ские кон­суль­та­ции, родиль­ные дома и боль­ни­цы, госу­дар­ствен­ные и обще­ствен­ные цен­тры и каби­не­ты меди­ко-соци­аль­ной под­держ­ки бере­мен­ных жен­щин, ока­зав­ших­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции. Сотруд­ни­ки таких орга­ни­за­ций раз­ме­ща­ют инфор­ма­цию о кри­зис­ных цен­трах и при необ­хо­ди­мо­сти реко­мен­ду­ют паци­ент­кам туда обра­тить­ся (если центр об этом зара­нее поза­бо­тит­ся и предо­ста­вит нагляд­ные инфор­ма­ци­он­ные мате­ри­а­лы: пла­ка­ты, объ­яв­ле­ния, визит­ные кар­точ­ки и листов­ки для раз­да­чи посетительницам);
  • через орга­ны опе­ки и попе­чи­тель­ства, учре­жде­ния соци­аль­ной защиты;
  • через инфор­ма­цию в СМИ, интер­нет-ресур­сах, хра­мах, куль­тур­ных, соци­аль­ных, обра­зо­ва­тель­ных, бла­го­тво­ри­тель­ных и дру­гих организациях;
  • «из уст в уста». «Сара­фан­ное радио» — самый удоб­ный вари­ант рас­про­стра­не­ния инфор­ма­ции, так как жен­щи­на, обра­ща­ясь в центр, уже име­ет о нём пози­тив­ные и в то же вре­мя реа­ли­стич­ные пред­став­ле­ния, а так­же дове­ря­ет его сотруд­ни­кам, осно­вы­ва­ясь на поло­жи­тель­ных отзы­вах сво­их знакомых.

Какую помощь ока­зы­ва­ет центр

Обыч­но у жен­щин, попав­ших в кри­зис­ную ситу­а­цию, име­ет­ся целый клу­бок про­блем. Поэто­му и под­держ­ка со сто­ро­ны кри­зис­но­го цен­тра тре­бу­ет­ся ком­плекс­ная. Как пра­ви­ло, она может вклю­чать сле­ду­ю­щие виды помощи:

  • юри­ди­че­ская: жен­щи­нам разъ­яс­ня­ют их пра­ва, кон­суль­ти­ру­ют и при необ­хо­ди­мо­сти пред­став­ля­ют их инте­ре­сы в реше­нии жилищ­ных вопро­сов, полу­че­нии али­мен­тов, посо­бий, суб­си­дий и иных видов госу­дар­ствен­ных гаран­тий, предо­став­ля­е­мых бере­мен­ным и жен­щи­нам с детьми;
  • соци­аль­ная: мамам помо­га­ют офор­мить справ­ки, най­ти рабо­ту, снять жильё и так далее;
  • гума­ни­тар­ная: мамам выда­ют дет­скую одеж­ду, обувь, сред­ства ухо­да за ребён­ком, коляс­ки и тому подоб­ное, а так­же дет­ское пита­ние, про­дук­ты и дру­гие виды мате­ри­аль­ной помощи;
  • пси­хо­ло­ги­че­ская, кото­рой в первую оче­редь и посвя­ще­на наша кни­га: пси­хо­ло­ги ока­зы­ва­ют мамам под­держ­ку в реше­нии пси­хо­ло­ги­че­ских про­блем и труд­но­стей. К это­му направ­ле­нию помо­щи отно­сят­ся: инди­ви­ду­аль­ное и семей­ное пси­хо­ло­ги­че­ское кон­суль­ти­ро­ва­ние, пси­хо­ло­ги­че­ская диа­гно­сти­ка, пси­хо­ло­ги­че­ская реа­би­ли­та­ция, груп­по­вые фор­мы рабо­ты с пси­хо­ло­гом (тре­нин­ги, мастер-клас­сы, раз­ви­ва­ю­щие про­грам­мы), а так­же пси­хо­про­фи­лак­ти­че­ские меро­при­я­тия — напри­мер лек­ции и семи­на­ры, в том чис­ле по вопро­сам пси­хо­ло­ги­че­ской под­го­тов­ки к родам и мате­рин­ству, осно­вам дет­ской пси­хо­ло­гии и педа­го­ги­ки, ран­не­го раз­ви­тия детей и так далее);
  • предо­став­ле­ние вре­мен­но­го про­жи­ва­ния, то есть сам при­ют. В такой помо­щи нуж­да­ет­ся мень­шин­ство жен­щин, хотя изна­чаль­но про­сят о ней многие;
  • орга­ни­за­ция и/или опла­та меди­цин­ской помо­щи: в свя­зи с тем что в при­юте чаще все­го живут жен­щи­ны без мос­ков­ской про­пис­ки, а ино­гда и рос­сий­ско­го граж­дан­ства, мно­гие иссле­до­ва­ния, ана­ли­зы, лече­ние слож­ных слу­ча­ев при­хо­дит­ся делать плат­но. Ино­гда уда­ёт­ся орга­ни­зо­вать и бес­плат­ный при­ём бла­го­да­ря дру­же­ствен­ным кон­так­там при­ю­та с меди­цин­ски­ми учре­жде­ни­я­ми и врачами;
  • опла­та про­ез­да домой — в реги­он, где есть жильё и родные;
  • помощь в полу­че­нии про­фес­сии или повы­ше­нии ква­ли­фи­ка­ции для тру­до­устрой­ства и обре­те­ния финан­со­вой независимости;
  • помощь в устрой­стве ребён­ка в дет­ский сад;
  • помощь в заня­ти­ях с детьми: орга­ни­за­ции досу­га, раз­ви­ва­ю­щих заня­тий, под­го­тов­ки к шко­ле, уро­ков с репе­ти­то­ра­ми по школь­ным пред­ме­там и так далее.

Не в каж­дом цен­тре есть все пере­чис­лен­ные виды помо­щи, всё зави­сит от того, каки­ми ресур­са­ми он рас­по­ла­га­ет. Важ­но, что жен­щи­нам ока­зы­ва­ют имен­но помощь, а не услу­гу — в отли­чие от госу­дар­ствен­ных или ком­мер­че­ских струк­тур. Помощь шире, чем услу­га, не име­ет чёт­ких гра­ниц, выстра­и­ва­ет­ся под кон­крет­ную ситу­а­цию и запрос. При этом центр име­ет пра­во выби­рать тех, кому будет помогать.

Предварительная беседа перед обращением женщины в центр

Мы начи­на­ем рас­сказ о пси­хо­ло­ги­че­ской под­держ­ке мам с само­го нача­ла — с пер­вой мину­ты обще­ния с жен­щи­ной. С пер­во­го раз­го­во­ра, ино­гда теле­фон­но­го. С пер­вой встре­чи, с пер­вой бесе­ды. Пото­му что имен­но с самых пер­вых минут и начи­на­ет­ся пси­хо­ло­ги­че­ская помощь.

Да, засе­ле­ние в центр или дру­гая помощь жен­щине воз­мож­ны толь­ко после очной встре­чи и бесе­ды в цен­тре со спе­ци­а­ли­ста­ми (об этом см. на с. 42). Но пер­вый, пред­ва­ри­тель­ный раз­го­вор с мамой до её при­хо­да в центр очень важен для даль­ней­шей рабо­ты. Рас­ска­жем о нём подробнее.

Бесе­да жен­щи­ны с дежур­ным по телефону

Если жен­щи­на зво­нит в кри­зис­ный центр и гово­рит, что ей нуж­на помощь, — зна­чит, пер­вым с ней будет гово­рить дежур­ный цен­тра. От того, как имен­но он будет гово­рить, с какой инто­на­ци­ей, каки­ми сло­ва­ми, зави­сит очень мно­гое, ино­гда даже жизнь.

В СМИ порой появ­ля­ют­ся сооб­ще­ния о том, как жен­щи­ны, не спра­вив­шись с кри­зис­ной ситу­а­ци­ей, чаще все­го — на фоне пси­хи­че­ско­го небла­го­по­лу­чия, совер­ша­ют суи­ци­ды или дру­гие фаталь­ные поступ­ки: само­сто­я­тель­но пре­ры­ва­ют бере­мен­ность, уби­ва­ют или выбра­сы­ва­ют мла­ден­цев в мусор­ные баки и так далее. Кто зна­ет, может быть, перед совер­ше­ни­ем таких импуль­сив­ных и необ­ду­ман­ных дей­ствий они про­си­ли где-то помо­щи, но не полу­чи­ли её или столк­ну­лись с нега­тив­ным отно­ше­ни­ем, кото­рое усу­гу­би­ло их стрес­со­вые реакции?

Совер­шая зво­нок в кри­зис­ный центр, жен­щи­ны обыч­но испы­ты­ва­ют сму­ще­ние, стыд, недо­ве­рие. При этом они нахо­дят­ся в состо­я­нии стрес­са, что, в зави­си­мо­сти от ста­дии его раз­ви­тия, может выра­жать­ся пере­воз­буж­де­ни­ем, тре­во­гой, раз­дра­жи­тель­но­стью — либо апа­ти­ей, уста­ло­стью и без­раз­ли­чи­ем. Поэто­му, учи­ты­вая высо­кую сте­пень ответ­ствен­но­сти и потен­ци­аль­ные рис­ки, дежур­ный дол­жен раз­го­ва­ри­вать очень вдум­чи­во, вни­ма­тель­но и лас­ко­во — настоль­ко, насколь­ко суме­ет. Он дол­жен быть готов помочь, но в первую оче­редь — выслу­шать: «Рас­ска­жи­те о вашей ситу­а­ции. Что с вами слу­чи­лось?» «Ска­жи­те, какая помощь вам нуж­на?» Жела­тель­но, что­бы дежур­ный вла­дел осно­ва­ми экс­трен­ной пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи по теле­фо­ну, что­бы суметь успо­ко­ить и под­дер­жать жен­щин, в каком бы эмо­ци­о­наль­ном состо­я­нии они не нахо­ди­лись, — до того момен­та, как рабо­ту с ними про­дол­жит соот­вет­ству­ю­щий спе­ци­а­лист кри­зис­но­го центра.

Если нуж­на веще­вая помощь — дежур­ные рас­ска­зы­ва­ют о вре­ме­ни и часах рабо­ты Цен­тра гума­ни­тар­ной помо­щи, а так­же о том, как эту помощь полу­чить. Если жен­щине нуж­на пси­хо­ло­ги­че­ская или юри­ди­че­ская помощь — её запи­сы­ва­ют к юри­сту и к пси­хо­ло­гу. Если жен­щине нужен при­ют, дежур­ный при­гла­ша­ет её при­е­хать. Даже если в при­юте в дан­ный момент нет мест, все­гда мож­но най­ти какой-то вари­ант и выход.

Зво­нок ночью. Схе­ма раз­го­во­ра такая: вни­ма­тель­но выслу­шать, выра­зить сочув­ствие, готов­ность помочь и при­гла­сить прий­ти в центр на сле­ду­ю­щий день с утра, когда начи­на­ют рабо­тать спе­ци­а­ли­сты. Если ситу­а­ция экс­трен­ная, неот­лож­ная, и при этом мы убеж­де­ны в досто­вер­но­сти инфор­ма­ции (напри­мер, зво­нит наша быв­шая под­опеч­ная или жен­щи­на, за кото­рую пору­чил­ся извест­ный нам чело­век), то дежур­ный вызы­ва­ет жен­щине так­си и опла­чи­ва­ет его, затем пере­да­ёт ей день­ги на хостел, нахо­дя­щий­ся в пешей доступ­но­сти. Жен­щи­на, если хочет, может оста­вить свои вещи в при­юте, посколь­ку утром сюда вер­нёт­ся. Мы нико­го не остав­ля­ем на ули­це и без помо­щи — если запрос на помощь адекватный.

Руко­во­ди­те­лю цен­тра нуж­но обя­за­тель­но про­во­дить с дежур­ны­ми регу­ляр­ные пла­нёр­ки, обсуж­дая труд­ные вопро­сы и нюан­сы рабо­ты, раз­ви­вая и совер­шен­ствуя навы­ки актив­но­го слу­ша­ния, а так­же вни­ма­тель­но­го, мак­си­маль­но доб­ро­же­ла­тель­но­го отве­та на звон­ки. Удоб­ным под­спо­рьем для веде­ния пред­ва­ри­тель­ных теле­фон­ных бесед может стать так назы­ва­е­мый скрипт (сце­на­рий, алго­ритм) раз­го­во­ра с зара­нее под­го­тов­лен­ны­ми вари­ан­та­ми отве­тов на наи­бо­лее рас­про­стра­нён­ные вопро­сы. Так­же жела­тель­но, что­бы в рас­по­ря­же­нии дежур­но­го име­лась спра­воч­ная инфор­ма­ция, кото­рая помо­жет быст­ро най­ти нуж­ные дан­ные, кон­так­ты орга­ни­за­ций и специалистов.

В «Доме для мамы» мы про­во­дим отдель­ные сове­ща­ния с дежур­ны­ми раз в месяц. Ино­гда устра­и­ва­ем про­вер­ки: напри­мер, сами зво­ним в наш центр, в том чис­ле и ночью, слу­ша­ем, что отве­ча­ют дежурные.

Бесе­да жен­щи­ны, нахо­дя­щей­ся в боль­ни­це или род­до­ме, со специалистами

Если у ваше­го цен­тра хоро­шо постав­ле­на рабо­та по свя­зям с обще­ствен­но­стью, к вам будет попа­дать инфор­ма­ция о жен­щи­нах, кото­рые хотят отка­зать­ся от ребён­ка либо сде­лать искус­ствен­ное пре­ры­ва­ние бере­мен­но­сти (аборт), одна­ко сомне­ва­ет­ся. Воз­мож­но, пси­хо­лог ваше­го цен­тра сам ведёт при­ём в жен­ских кон­суль­та­ци­ях и полу­ча­ет инфор­ма­цию из пер­вых рук. В подоб­ных слу­ча­ях нуж­но самим ини­ци­и­ро­вать пер­вый, пред­ва­ри­тель­ный раз­го­вор. Он может про­хо­дить по теле­фо­ну, скай­пу и дру­гим подоб­ным про­грам­мам видео­свя­зи. Ведёт его либо руко­во­ди­тель, либо (чаще все­го) имен­но пси­хо­лог: имен­но он спо­со­бен наи­бо­лее вни­ма­тель­но выслу­шать жен­щи­ну, помочь ей луч­ше услы­шать и понять саму себя и сде­лать пра­виль­ный выбор.

Ино­гда быва­ет нуж­но выехать туда, где нахо­дит­ся жен­щи­на, — в боль­ни­цу или род­дом. В таких выез­дах тоже участ­ву­ет пси­хо­лог, по воз­мож­но­сти — с руко­во­ди­те­лем либо адми­ни­стра­то­ром. Подроб­нее о таких бесе­дах см. на с. 95 и далее.

Мама приходит в приют

Прак­ти­че­ски любой пред­ва­ри­тель­ный теле­фон­ный раз­го­вор завер­ша­ет­ся при­гла­ше­ни­ем на очную встре­чу со спе­ци­а­ли­ста­ми на тер­ри­то­рии цен­тра — то, что меж­ду собой мы назы­ва­ем «пер­вич­ное собе­се­до­ва­ние». Надо ска­зать, что по раз­ным при­чи­нам на это при­гла­ше­ние откли­ка­ют­ся не все. Но всё рав­но тех, кто при­хо­дит, доста­точ­но мно­го: в «Доме для мамы» про­хо­дит от 50 до 100 собе­се­до­ва­ний ежемесячно.

Важ­но, что­бы в собе­се­до­ва­нии участ­во­ва­ли все основ­ные сотруд­ни­ки кри­зис­но­го цен­тра: юрист, пси­хо­лог, адми­ни­стра­тор и руко­во­ди­тель. Каж­дый из спе­ци­а­ли­стов со сво­ей точ­ки зре­ния рас­смат­ри­ва­ет ситу­а­цию, в кото­рую попа­ла жен­щи­на. После собе­се­до­ва­ния мы вме­сте обсуж­да­ем и при­ни­ма­ем реше­ние: есть ли у нас воз­мож­ность помочь этой женщине?

Мы гото­вы помо­гать всем жен­щи­нам, кото­рые обра­ща­ют­ся к нам. Но не все­гда мы сами им подходим.

Встре­ча в цен­тре: любовь, вни­ма­ние, забота

Жен­щи­ны при­хо­дят к нам не в доб­ром рас­по­ло­же­нии духа, не в спо­кой­ном и урав­но­ве­шен­ном состо­я­нии, а в кри­зи­се — когда их выгна­ли, а порой и поби­ли, когда им нече­го есть, негде жить, когда они муча­ют­ся, решая, оста­вить ли ребёнка.

Одна­жды к нам при­шла бере­мен­ная жен­щи­на и, пока жда­ла собе­се­до­ва­ния со спе­ци­а­ли­ста­ми, попро­си­ла у нас хоть что-нибудь поесть. В это вре­мя в центр как раз заеха­ла наша бла­го­тво­ри­тель­ни­ца, при­вез­ла под­гуз­ни­ки и дет­ские вещи. Она была так удив­ле­на прось­бой, что напи­са­ла потом в соци­аль­ных сетях: «Я была уве­ре­на, что для Моск­вы эта ситу­а­ция нере­аль­на, но сво­и­ми гла­за­ми уви­де­ла, как бере­мен­ная жен­щи­на попро­си­ла хотя бы кусок хле­ба». Порой жен­щи­ны при­хо­дят оде­ты­ми не по пого­де, напри­мер, в холод­ное вре­мя года — в босо­нож­ках и лёг­ких пла­тьях, в том, в чем их заста­ла тяжё­лая ситу­а­ция.

Поэто­му так важ­но, как здесь встре­тят жен­щи­ну, какое впе­чат­ле­ние про­из­ве­дёт на неё обста­нов­ка при­ю­та. И когда жен­щин при­ни­ма­ют с любо­вью — с это­го момен­та и начи­на­ет­ся пси­хо­ло­ги­че­ская под­держ­ка. Нуж­но обя­за­тель­но напо­ить чаем, пред­ло­жить поесть, дать воз­мож­ность успо­ко­ить­ся. Вся обста­нов­ка долж­на рабо­тать на идею при­ня­тия, без­опас­но­сти, готов­но­сти помочь (подроб­нее об атмо­сфе­ре при­ю­та читай­те в гла­ве 3).

Сво­и­ми впе­чат­ле­ни­я­ми от пер­вой встре­чи поде­ли­лась одна наша мама.

«Это был июнь 2019 года, при­мер­но 10.45 утра.

Я иска­ла «Дом для мамы» по нави­га­то­ру. Несколь­ко раз пута­ла ули­цы, пока нашла нуж­ное зда­ние. Я чув­ство­ва­ла вол­не­ние и неко­то­рую затор­мо­жен­ность, ни на что не рас­счи­ты­ва­ла. Я зна­ла, что это — центр помо­щи от пра­во­слав­ной церк­ви, но пере­сту­па­ла порог «Доми­ка» по обы­чаю мусуль­ман — пра­вой ногой, и с мыс­ля­ми: «Пусть это будет мне во благо».

Пер­вым я услы­ша­ла голос моло­до­го чело­ве­ка, кото­рый по теле­фо­ну кому-то обе­щал помочь. Поду­ма­ла, что это волон­тёр (а это был пси­хо­лог, Дио­мид, как я узна­ла поз­же). Я сто­я­ла и жда­ла. Мне ста­ло страш­но. Я вдруг осо­зна­ла, что если здесь отка­жут, идти мне некуда.

Потом Дио­мид подо­шёл к сто­ли­ку реги­стра­ции посе­ти­те­лей и спро­сил: «Это вы вче­ра ночью зво­ни­ли? А то мы ждём, пере­жи­ва­ем. Вы про­хо­ди­те, не бой­тесь. Мы вас жда­ли». И пока я про­хо­ди­ла сквозь кори­дор, кото­рый пока­зал­ся мне тогда бес­ко­неч­ным, у меня появи­лось стран­ное пред­чув­ствие, что мне помо­гут или про­сто хотя бы выслушают.

Когда мы сели за стол пере­го­во­ров, подо­шла милая девуш­ка, кото­рую мне пред­ста­ви­ли как руко­во­ди­тель­ни­цу «Дома для мамы». На какой-то волне дове­рия я рас­ска­за­ла им всё про свою жизнь. Это было так стран­но, что абсо­лют­но чужие люди так вни­ма­тель­но слу­ша­ют меня. А я рас­ска­зы­ва­ла и дума­ла, что они пони­ма­ют меня. Столь­ко лет про­жив рядом с род­ны­ми людь­ми и не сумев им объ­яс­нить на двух язы­ках (рус­ском и таджик­ском) свои печа­ли, стра­хи и сомне­ния, свои меч­ты, я поня­ла, что эти люди не толь­ко слу­ша­ют, но и слышат.

Самое инте­рес­ное было в кон­це собе­се­до­ва­ния, когда они нача­ли при­ки­ды­вать воз­мож­ные и опти­маль­ные вари­ан­ты помо­щи мне. Это было за гра­нью моих ожи­да­ний. Ведь я дума­ла, что сна­ча­ла ска­жут: «Собе­ри­те доку­мен­ты, при­не­си­те справ­ки» и вся эта бюрократия.

Ушла я под впе­чат­ле­ни­ем и пол­ная надежд на спасение».

Анке­та как часть знакомства

Когда жен­щи­на толь­ко при­шла, ей нуж­но дать вре­мя успо­ко­ить­ся, ина­че раз­го­вор будет некон­струк­тив­ным. Воз­мож­но, час или два назад она сбе­жа­ла от трав­ми­ру­ю­щей ситу­а­ции — а мы тут же при­сту­па­ем с рас­спро­са­ми. Что­бы прий­ти в себя, ей может пона­до­бить­ся час или больше.

Пока жен­щи­на пьёт чай и успо­ка­и­ва­ет­ся, в какой-то момент нуж­но дать ей запол­нить анке­ту (обра­зец см. на с. 219). С запол­нен­ной анке­той она потом пой­дёт на собе­се­до­ва­ние к специалистам.

Зачем это нуж­но? В анке­те есть стар­то­вая инфор­ма­ция, кото­рую жен­щи­на гото­ва о себе сооб­щить. Собрав­шись на собе­се­до­ва­ние, все спе­ци­а­ли­сты чита­ют анке­ту и зада­ют сопут­ству­ю­щие вопро­сы, уточ­няя ситуацию.

В анке­те есть общая инфор­ма­ция: фами­лия, имя, отче­ство, дата рож­де­ния, реги­стра­ция, граж­дан­ство, веро­ис­по­ве­да­ние, обра­зо­ва­ние, срок бере­мен­но­сти или воз­раст ребён­ка, хро­ни­че­ские заболевания.

Так­же в анке­те есть пункт «кон­такт­ные теле­фо­ны бли­жай­ших род­ствен­ни­ков». В цен­тре «Дом для мамы» предо­став­ле­ние теле­фо­нов — обя­за­тель­ное усло­вие бла­го­тво­ри­те­ля. Конеч­но, ситу­а­ции быва­ют раз­ные, и если жен­щи­на — жерт­ва домаш­не­го наси­лия, никто нико­гда не будет зво­нить мужу и сооб­щать о месте её нахож­де­ния. Но ино­гда род­ствен­ни­ки явля­ют­ся основ­ным ресур­сом помо­щи женщине.

Кро­ме того, род­ные и зна­ко­мые могут дать нам новый взгляд на обсто­я­тель­ства жен­щи­ны. Ино­гда они под­твер­жда­ют, что та дей­стви­тель­но в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции, но ино­гда кар­ти­на ока­зы­ва­ет­ся дру­гой. Напри­мер, ино­гда ситу­а­ция может ока­зать­ся труд­ной лишь субъ­ек­тив­но, в вос­при­я­тии жен­щи­ны. В этом слу­чае помощь может огра­ни­чить­ся юри­ди­че­ской или пси­хо­ло­ги­че­ской кон­суль­та­ци­ей, реко­мен­да­ци­я­ми по раз­ре­ше­нию кон­флик­тов, моти­ви­ро­ва­ни­ем к актив­но­сти и ответ­ствен­ной мате­рин­ской позиции.

К нам в центр как-то при­шла с малень­ким ребён­ком 20-лет­няя В. Мужа у неё не было, сама она себя не мог­ла обес­пе­чить и хоте­ла пожить у нас, про­си­ла о помо­щи. Одна­ко быст­ро выяс­ни­лось, что, вооб­ще-то, В. живёт с мамой, про­сто боль­ше там жить не может и не хочет. Мама её содер­жа­ла, пол­но­стью обес­пе­чи­ва­ла, понуж­да­ла уха­жи­вать за ребён­ком. Ника­ких угроз или уль­ти­ма­ту­мов со сто­ро­ны мамы не было — она про­сто вос­пи­ты­ва­ла взрос­лую дочь. То есть в ситу­а­ции не было ниче­го угро­жа­ю­ще­го жиз­ни и здо­ро­вью мамы и ребён­ка, этот слу­чай — не кри­зис­ный, а зна­чит, не наш. Когда мы попро­си­ли теле­фон мамы, В. нам его не дала.

Как пра­ви­ло, если жен­щи­на реаль­но ока­за­лась в труд­ной ситу­а­ции, теле­фо­ны род­ствен­ни­ков она даёт: «Пожа­луй­ста, зво­ни­те кому угод­но. Они мне не помогают».

Вопрос анке­ты «име­ют­ся ли у вас хро­ни­че­ские забо­ле­ва­ния?» нужен не для того, что­бы кого-то отсе­ять. Наобо­рот: ответ на него даёт нам более пол­ную инфор­ма­цию о том, чем мы можем помочь. Ино­гда в кри­зис­ных цен­трах могут быть какие-то огра­ни­че­ния в при­ё­ме жен­щин с теми или ины­ми забо­ле­ва­ни­я­ми, если есть на то при­чи­ны. Мы тоже пона­ча­лу с осто­рож­но­стью отно­си­лись, напри­мер, к при­ё­му жен­щин с инфек­ци­он­ны­ми забо­ле­ва­ни­я­ми. Но сей­час в «Дом для мамы» при­ни­ма­ют жен­щин с ВИЧ, гепа­ти­том, тубер­ку­ле­зом, если эти забо­ле­ва­ния не в острой ста­дии и не пред­став­ля­ют опас­но­сти для здо­ро­вья окру­жа­ю­щих. Что­бы в этом убе­дить­ся, мы про­сим жен­щи­ну сдать ана­ли­зы, резуль­та­ты смот­рит врач и даёт спе­ци­а­ли­стам цен­тра реко­мен­да­ции: мож­но ли сра­зу засе­лять маму в при­ют или ей нуж­но сна­ча­ла прой­ти лече­ние, в том чис­ле, когда это необ­хо­ди­мо, с госпитализацией.

Все­гда мож­но най­ти вари­ант, каким обра­зом одно­вре­мен­но и ока­зать помощь жен­щине с ребён­ком, и не создать при этом угро­зы для дру­гих житель­ниц и сотруд­ни­ков при­ю­та. Иде­аль­ный вари­ант — иметь в при­юте каран­тин­ную ком­на­ту, где мог­ла бы неко­то­рое вре­мя жить посту­пив­шая мама с подо­зре­ни­ем на инфек­ци­он­ную болезнь.

Све­де­ния о суди­мо­сти. Этот пункт анке­ты — тоже не осно­ва­ние для отка­за. Центр для бере­мен­ных и мам в кри­зис­ной ситу­а­ции при­ни­ма­ет жен­щин вне зави­си­мо­сти от нали­чия или отсут­ствия доку­мен­тов, хоро­ше­го или пло­хо­го про­шло­го, состо­я­ния здо­ро­вья и так далее. Более того — в жен­щи­ну с тяжё­лым про­шлым мы поста­ра­ем­ся вкла­ды­вать­ся даже боль­ше, ведь ей нуж­но боль­ше ресур­сов для того, что­бы вый­ти из кри­зис­ной ситуации.

Инфор­ма­ция о нали­чии или отсут­ствии суди­мо­сти нуж­на не для дис­кри­ми­на­ции суди­мых жен­щин, а для того, что­бы сотруд­ни­кам кри­зис­но­го цен­тра было понят­нее, как выстра­и­вать рабо­ту с жен­щи­ной, какой спектр про­блем пред­сто­ит решать.

Так же обсто­ят дела с вопро­са­ми про пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ский дис­пан­сер и нар­ко­дис­пан­сер — эти све­де­ния нуж­ны, что­бы спе­ци­а­ли­сты, осо­бен­но пси­хо­ло­ги, пони­ма­ли, с каким про­бле­ма­ми мы име­ем дело. Пси­хо­лог не смо­жет помочь жен­щине, кото­рая стра­да­ет серьёз­ны­ми пси­хи­че­ски­ми забо­ле­ва­ни­я­ми, — ей будет нуж­на помощь пси­хи­ат­ра, воз­мож­но, даже ста­ци­о­нар­ное лече­ние. Зна­чит, наша помощь долж­на быть направ­ле­на на это. С жен­щи­на­ми, име­ю­щи­ми алко­голь­ную или нар­ко­ти­че­скую зави­си­мость, тоже мож­но рабо­тать — при усло­вии, если жен­щи­на согла­ша­ет­ся прой­ти курс лече­ния и пси­хо­те­ра­пии в нар­ко­ло­ги­че­ском дис­пан­се­ре, боль­ни­це или реа­би­ли­та­ци­он­ном цен­тре. Для граж­дан Рос­сии мно­гие из них бес­плат­ны: сотруд­ни­ки при­ю­та, пред­став­ля­ю­щие инте­ре­сы жен­щи­ны, могут свя­зать­ся и устро­ить маму в тот, кото­рый более все­го ей под­хо­дит. Если маме тре­бу­ет­ся лече­ние в ста­ци­о­на­ре, её детей на этот пери­од поме­ща­ют в дом ребён­ка или дет­ский дом без воз­мож­но­сти усы­нов­ле­ния, а после реа­би­ли­та­ции мама с ребён­ком посе­ля­ет­ся в кри­зис­ном цен­тре, что­бы решать осталь­ные свои проблемы.

Итак, нуж­но сра­зу объ­яс­нить жен­щине, что инфор­ма­ция, кото­рую она напи­шет в любом из пунк­тов анке­ты, не явля­ет­ся пре­пят­стви­ем для помощи.

Одна­ко жен­щи­на всё рав­но может не захо­теть сра­зу же запи­сы­вать о себе всё, о чём мы спра­ши­ва­ем, — у неё тоже есть свои стра­хи и опа­се­ния. В про­цес­се собе­се­до­ва­ния мы гово­рим, для чего это нуж­но, объ­яс­ня­ем, что чем чест­нее она запол­нит анке­ту, тем эффек­тив­нее мы смо­жем помочь. Поми­мо анке­ты нуж­но попро­сить под­пи­сать согла­сие на обра­бот­ку пер­со­наль­ных дан­ных, оформ­лен­ное в соот­вет­ствии с зако­но­да­тель­ством РФ. Отказ под­пи­сать согла­сие не может быть осно­ва­ни­ем для отка­за в предо­став­ле­нии помо­щи, одна­ко это нуж­но будет учесть при рабо­те с пер­со­наль­ны­ми дан­ны­ми подопечной.

Когда жен­щи­на при­дёт в себя и запол­нит все пунк­ты анке­ты, кото­рые посчи­та­ет воз­мож­ным запол­нить, мы при­гла­ша­ем её на беседу.

Собеседование при поступлении

На пер­вич­ном собе­се­до­ва­нии соби­ра­ют­ся, как мы ска­за­ли, все спе­ци­а­ли­сты: пси­хо­лог, юрист, адми­ни­стра­тор, руководитель.

Мы все­гда про­во­дим эту бесе­ду за чаем, нам очень важ­но, что­бы во вре­мя раз­го­во­ра было уют­но: кон­фе­ты, пече­нье, сал­фет­ки. Эти мело­чи име­ют колос­саль­ное пси­хо­ло­ги­че­ское зна­че­ние: они помо­га­ют создать атмо­сфе­ру без­опас­но­сти, люб­ви, дове­рия, кото­рые жен­щи­на обя­за­тель­но най­дет в «Доме для мамы».

Начи­на­ю­щий бесе­ду сотруд­ник (как пра­ви­ло, руко­во­ди­тель) пред­став­ля­ет­ся, пред­став­ля­ет кол­лег по име­нам (фами­лии и долж­но­сти пока не нуж­ны, запом­нить всё сра­зу жен­щине будет труд­но) и ведёт бесе­ду, кото­рая стро­ит­ся на трёх основ­ных вопросах.

  1. «Рас­ска­жи­те о труд­ной ситу­а­ции, в кото­рую вы попали»

Руко­во­ди­тель может задать сра­зу несколь­ко близ­ких вопро­сов, что­бы жен­щи­на мог­ла отве­чать на любой из них. Таким обра­зом, веду­щий даёт ей почув­ство­вать себя сво­бод­нее, ухо­дит от парал­ле­лей с экза­ме­ном, допро­сом и тому подоб­ны­ми офи­ци­аль­ны­ми вопрос-ответ­ны­ми фор­ма­та­ми. Напри­мер, мож­но обра­тить­ся так: «Рас­ска­жи­те, пожа­луй­ста, что вас к нам при­ве­ло, как ваши дела; как вы дума­е­те, чем мы можем быть вам полезны».

Мы, таким обра­зом, долж­ны узнать глав­ное: есть ли у неё роди­те­ли или она выпуск­ни­ца дет­ско­го дома, отку­да она родом, состо­ит ли в офи­ци­аль­ном бра­ке и так далее.

Сотруд­ни­ки акку­рат­но помо­га­ют. При­чём каж­дый из спе­ци­а­ли­стов зада­ёт вопро­сы со сво­ей про­фес­си­о­наль­ной точ­ки зре­ния. Для юри­ста важ­ны юри­ди­че­ские момен­ты слож­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции: в бра­ке жен­щи­на или нет, нуж­но ли будет вести бра­ко­раз­вод­ный про­цесс, взыс­ки­вать али­мен­ты на содер­жа­ние ребён­ка с его отца или же это­го не тре­бу­ет­ся. Для пси­хо­ло­га важ­но, как имен­но отве­ча­ет жен­щи­на, на чём сосре­до­то­че­на. Для адми­ни­стра­то­ра — как она реа­ги­ру­ет и вза­и­мо­дей­ству­ет, как с ней рабо­тать впо­след­ствии, если она будет жить в приюте.

image003 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

  1. «Как вы дума­е­те, как стро­ит­ся жизнь в при­юте? Как вы пред­став­ля­е­те своё про­жи­ва­ние здесь?»

Нам очень важ­но, что­бы жен­щи­на сама озву­чи­ла свои ожидания.

Как пра­ви­ло, те, кто к нам при­хо­дит, дума­ют, что мы либо боль­ни­ца, либо сана­то­рий. То есть либо ты, как в боль­ни­це, лежишь и испол­ня­ешь то, что тебе гово­рят вра­чи: пьёшь таб­лет­ки, ходишь на раз­ные про­це­ду­ры, даёшь кон­тро­ли­ро­вать своё состо­я­ние. Либо, как в сана­то­рии, отды­ха­ешь, наби­ра­ешь­ся сил, а вокруг все бега­ют и обслу­жи­ва­ют тебя.

Мно­гие пута­ют нас с госу­дар­ствен­ным учре­жде­ни­ем и оши­боч­но ожи­да­ют, что мы обя­за­ны предо­став­лять им помощь по пер­во­му запросу.

Ино­гда нам зво­нят и гово­рят: «Я в само­ле­те, встре­чай­те. Со сво­им муж­чи­ной пору­га­лась, дома жить не хочу. Вы же помо­га­е­те женщинам?»

Зада­вая вопрос и обсуж­дая ответ, мы ста­ра­ем­ся раз­вен­чать эти мифы и предубеж­де­ния. Мы рас­ска­зы­ва­ем, кто мы и како­вы наши пра­ви­ла и тра­ди­ции. Обя­за­тель­но объ­яс­ня­ем, что мамы в при­юте сами гото­вят, уби­ра­ют, моют посу­ду и смот­рят за детьми — это явля­ет­ся обя­за­тель­ным усло­ви­ем про­жи­ва­ния в «Доме для мамы». Если у жен­щи­ны нет спе­ци­аль­но­сти, мы пред­ла­га­ем её полу­чить, ищем раз­ные вари­ан­ты обу­че­ния, опла­чи­ва­ем его. Но воз­мож­но­сти жить в при­юте, как в сана­то­рии, мы не предо­став­ля­ем. Так­же объ­яс­ня­ем, что мы име­ем пра­во и даже обя­за­ны тща­тель­но отби­рать, кому из обра­тив­ших­ся к нам жен­щин мы будем ока­зы­вать помощь, и само­сто­я­тель­но при­ни­ма­ем реше­ние о раз­ме­ре и видах этой помощи.

Важ­но, что­бы жен­щи­на поня­ла: в цен­тре про­хо­дят соци­аль­ную и пси­хо­ло­ги­че­скую реа­би­ли­та­цию. Мы гото­вы при­влечь любые ресур­сы, дать любые воз­мож­но­сти, но важ­но, что­бы сама жен­щи­на хоте­ла вос­поль­зо­вать­ся ими. Мы не хотим и не долж­ны ниче­го навя­зы­вать, важ­но её жела­ние изме­нить ситу­а­цию к луч­ше­му и обре­сти само­сто­я­тель­ность. Если жен­щине ниче­го не нуж­но, она не моти­ви­ро­ва­на на пре­одо­ле­ние труд­но­стей и не хочет быть ответ­ствен­ной за себя и сво­их детей, то все наши уси­лия будут тщет­ны­ми. Для нас и наших бла­го­тво­ри­те­лей было бы самым неже­ла­тель­ным резуль­та­том рабо­ты — укре­пить чьи-то ижди­вен­че­ские привычки.

К тому, что нуж­но обсуж­дать вопрос об ожи­да­ни­ях до поступ­ле­ния в при­ют, мы при­шли путём проб и оши­бок. Непра­виль­ные пред­став­ле­ния о при­юте порож­да­ют слож­но­сти в работе.

Нам как-то позво­ни­ли из род­до­ма: юная мама хочет отка­зать­ся от ребён­ка. Мы пообе­ща­ли помочь ей и взя­ли к нам без вся­ких пред­ва­ри­тель­ных бесед. Мама поня­ла это так, что мы гото­вы для неё абсо­лют­но на всё. Тут же нача­лись про­бле­мы: «Поче­му вы мне ничем не помо­га­е­те? С какой ста­ти вы застав­ля­е­те меня уби­рать­ся в сво­ей ком­на­те? Что это за помощь ужасная?!»

После того как мы гово­рим о наших пра­ви­лах, мы спра­ши­ва­ем жен­щи­ну, соглас­на ли она с ними. Быва­ет, что не соглас­на: её пуга­ет, что нуж­но и рабо­тать, и уби­рать­ся, и гото­вить. Она име­ет пра­во не согла­сить­ся, но это зна­чит, что наш центр ей не под­хо­дит, о чём мы и сообщаем.

Итак, важ­но дого­во­рить­ся обо всём на бере­гу, до реше­ния вопро­са о засе­ле­нии в при­ют. Тогда впо­след­ствии отсе­и­ва­ет­ся мно­го вопро­сов, жен­щи­на пони­ма­ет, куда она идёт и как здесь живут.

  1. «Какой вы види­те выход из вашей слож­ной ситуации?»

За исклю­че­ни­ем экс­трен­ных слу­ча­ев, когда речь идет об отка­зе от ребён­ка или абор­те, важ­но в общих чер­тах про­го­во­рить сце­на­рий уже на пер­вом собеседовании.

Мы спра­ши­ва­ем: «Как вы дума­е­те, куда вы пой­дё­те после жиз­ни в цен­тре? Неваж­но, сколь­ко прой­дёт вре­ме­ни: месяц, два, пол­го­да. Давай­те поду­ма­ем, куда мож­но дви­гать­ся даль­ше». Жен­щи­на с пер­во­го момен­та долж­на отда­вать себе отчёт, что вре­мя пре­бы­ва­ния в цен­тре ограничено.

Важ­но услы­шать мне­ние самой жен­щи­ны. Когда она гово­рит о сво­ём плане вслух, и ей, и нам ста­но­вит­ся оче­вид­но, реа­ли­сти­чен ли он. Мы обсуж­да­ем, кор­рек­ти­ру­ем его вме­сте, вме­сте ищем аль­тер­на­ти­ву, если изна­чаль­ный запрос уто­пи­чен, и в даль­ней­шем дей­ству­ем по обще­му пла­ну. Но мы всё рав­но осно­вы­ва­ем­ся на запро­се самой жен­щи­ны. Если мы будем навя­зы­вать ей свои реше­ния — это не будет эффек­тив­но, даже если она фор­маль­но согла­сит­ся. Жен­щи­на долж­на сама уви­деть, на каком пути есть воз­мож­ность изме­нить жизнь. Это и будет нача­лом изменений.

Есть жен­щи­ны, у кото­рых есть ответ на этот вопрос. Напри­мер, жен­щи­на наде­ет­ся поми­рить­ся с мамой и вер­нуть­ся в род­ной город, — зна­чит, мы будем вме­сте рабо­тать над вос­ста­нов­ле­ни­ем вза­и­мо­от­но­ше­ний с родителями.

Есть те, кото­рые заду­мы­ва­ют­ся о плане толь­ко здесь и ещё не име­ют стра­те­гии раз­ре­ше­ния сво­их проблем.

Если сотруд­ни­ки цен­тра чув­ству­ют, что гото­вы взять жен­щи­ну в при­ют, они пыта­ют­ся сфор­му­ли­ро­вать вме­сте с ней либо пред­ло­жить из сво­е­го опы­та раз­лич­ные вари­ан­ты. Но есть и такие мамы, кото­рые не толь­ко не име­ют пла­на, но и не хотят о нём думать.

Часто так быва­ет у совсем юных бере­мен­ных (до 20 лет), в осо­бен­но­сти — у несо­вер­шен­но­лет­них. Един­ствен­ное, чего они хотят, — что­бы роди­те­ли ниче­го не узна­ли. «Да, они всё рав­но узна­ют, но пусть это слу­чит­ся когда-то потом», — дума­ет девуш­ка. Но если мы посе­лим её в при­ют и роди­те­ли будут не в кур­се, куда исчез­ла их дочь, то они объ­явят её в розыск. В кон­це кон­цов к нам при­е­дет отряд поли­ции, обна­ру­жит бег­лян­ку, нач­нёт допра­ши­вать сотруд­ни­ков в соот­вет­ствии с уго­лов­ным делом по фак­ту про­па­жи чело­ве­ка, и так далее. Девуш­ка не заду­мы­ва­ет­ся об этом, но сотруд­ни­ки долж­ны заду­мать­ся и про­счи­тать ситу­а­цию на несколь­ко ходов вперед.

Вряд ли наш при­ют подой­дёт им: мы не можем «пустить пожить» в при­ют без вся­кой цели. Даже если жен­щине кажет­ся, что глав­ное — пере­жить слож­ный пери­од, когда из-за бере­мен­но­сти и родов она не может рабо­тать и себя содер­жать, либо когда ей нуж­но вырвать­ся из ситу­а­ции наси­лия. Но мы и в этом слу­чае про­го­ва­ри­ва­ем: что даль­ше? Нуж­но ли помочь судить­ся с мужем или тре­бу­ет­ся пси­хо­ло­ги­че­ская помощь? Нуж­но устро­ить ребён­ка на лече­ние или вос­ста­но­вить пра­ва на недви­жи­мость? Обя­за­тель­но нуж­но ста­вить какую-то цель.

Исклю­че­ние состав­ля­ют выпуск­ни­цы дет­ских домов, у кото­рых зача­стую нет ника­ко­го жиз­нен­но­го пла­на не по при­чине пас­сив­ной или ижди­вен­че­ской жиз­нен­ной пози­ции, а в силу общей соци­аль­ной дез­адап­та­ции. Если кри­зис­ный центр им не помо­жет, то они могут ока­зать­ся нико­му не нуж­ны­ми, попасть в кри­ми­наль­ные сооб­ще­ства или ком­па­нии алко­го­ли­ков и нар­ко­ма­нов, стать жерт­ва­ми наси­лия, похи­ще­ний и так далее. Пони­мая это, «Дом для мамы» при­ни­ма­ет их, а спе­ци­а­ли­сты пыта­ют­ся за мам создать реа­ли­стич­ный план их устройства.

То же каса­ет­ся и пси­хи­че­ски нездо­ро­вых или умствен­но отста­лых мам. Если они обра­ща­ют­ся — мы при­ни­ма­ем их в при­ют и не лиша­ем дее­спо­соб­но­сти, так как за этим после­ду­ет раз­лу­че­ние с детьми. Мы не идём на такие меры, ведь зача­стую жен­щи­ны с задерж­кой пси­хи­че­ско­го раз­ви­тия — забот­ли­вые и любя­щие мамы, а дети — их опо­ра в буду­щем. Най­ти для таких семей вари­ант раз­ме­ще­ния после при­ю­та труд­но, но возможно.

Тесто­вые вопросы

Как пра­ви­ло, при­ют наше­го кри­зис­но­го цен­тра все­гда полон. Но даже если у нас есть сво­бод­ные места, мы не берём под­ряд всех мам и бере­мен­ных, кото­рые нахо­дят­ся в слож­ной ситу­а­ции. Почему?

Пред­ставь­те две лод­ки, одна из кото­рых — дыря­вая. В обе нали­ли по 200 лит­ров воды. В нашем слу­чае — это услов­ные «200 лит­ров» про­блем. Кри­зис­ный центр — это что-то вро­де насо­са, кото­рый выка­чи­ва­ет про­бле­мы. Мы выка­ча­ли. Но если внут­рен­нюю брешь заде­лы­вать нечем или не хочет­ся — нет смыс­ла бес­ко­неч­но качать эту воду.

Неко­то­рым жен­щи­нам есть смысл помо­гать, — они «поплы­вут» даль­ше. А быва­ют такие, кото­рые не соби­ра­ют­ся ниче­го делать со сво­ей «бре­шью».

Напри­мер, жен­щи­на может про­дол­жать все мате­ри­аль­ные вопро­сы решать так: «Я опять возь­му в долг у кре­дит­ных орга­ни­за­ций». Быва­ет, что жен­щине готов помо­гать отец ребён­ка или зна­ко­мые, но она отка­зы­ва­ет­ся, пото­му что эти люди ей про­сто не нра­вят­ся. Она гово­рит им: «Я сама», но не справ­ля­ет­ся и при­хо­дит к нам снова.

Рас­ход сил и ресур­сов «в нику­да» не помо­жет жен­щине и демо­ти­ви­ру­ет сотруд­ни­ков. Имен­но поэто­му мы берём имен­но тех, кто готов менять свою жизнь и выхо­дить из тупика.

Что­бы при­нять окон­ча­тель­ное реше­ние, берём ли мы жен­щи­ну в при­ют или нет, мы можем задать вопро­сы, кото­рые для нас будут сво­е­го рода лак­му­со­вой бумажкой.

  1. «Буде­те ли вы пода­вать заяв­ле­ние на алименты?»

Мы объ­яс­ня­ем, что помо­жем с оформ­ле­ни­ем, важ­на сама готов­ность к это­му шагу.

Если жен­щи­на согла­ша­ет­ся — зна­чит, она не берёт на себя боль­ше ответ­ствен­но­сти, чем может поне­сти. Да, мно­гие жен­щи­ны хоро­шо зара­ба­ты­ва­ют и справ­ля­ют­ся сами, но они и не при­хо­дят в кри­зис­ный центр. При­ро­дой зало­же­но, что о ребён­ке забо­тят­ся мини­мум два чело­ве­ка: отец и мать. Когда отцы сбе­га­ют, а мате­ри не снис­хо­дят до заяв­ле­ния на али­мен­ты, это озна­ча­ет, что жен­щи­на берёт всю ответ­ствен­ность за малы­ша на себя. Но у чело­ве­ка нет без­гра­нич­ных ресур­сов, и ответ­ствен­ность — такой же конеч­ный ресурс, как вре­мя, здо­ро­вье, день­ги и так далее. Если мама берёт на себя ещё и папи­ны обя­зан­но­сти, это озна­ча­ет, что в дру­гих сфе­рах, где нуж­но будет про­явить ответ­ствен­ность, её не хва­тит. Напри­мер, мама смо­жет зара­бо­тать на жизнь, но не смо­жет ответ­ствен­но поза­бо­тить­ся о ребён­ке или не смо­жет в чём-то реа­ли­зо­вать­ся. Муж­чи­на же полу­чит воз­мож­ность и даль­ше без­на­ка­зан­но обма­ны­вать и бро­сать женщин.

image005 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

Такой пере­кос мы обсуж­да­ем и про­го­ва­ри­ва­ем. Если нас слы­шат — мы гото­вы вме­сте рабо­тать. Но если нет, помо­гать жен­щине, кото­рая отка­зы­ва­ет­ся от любой помо­щи кро­ме нашей, — нера­ци­о­наль­но. Мы берём в при­ют тех, кому кро­ме нас помочь неко­му, а таких очень мно­го. Таким обра­зом, отно­ше­ние жен­щи­ны к али­мен­там долж­но быть прин­ци­пи­аль­ным вопро­сом для сотруд­ни­ков кри­зис­но­го центра.

  1. «Гото­вы ли вы, если вам нужен вре­мен­ный кров, поехать в дру­же­ствен­ный нам област­ной центр: в Мос­ков­скую область или даже сосед­ние с ней — Калуж­скую, Вла­ди­мир­скую, Рязанскую?..»

Мы дале­ко не все­гда зада­ём подоб­ный вопрос, лишь когда сво­бод­ных мест дей­стви­тель­но нет и при этом у нас есть сомне­ния в кри­тич­но­сти ситу­а­ции жен­щи­ны, в необ­хо­ди­мо­сти для неё приюта.

Кто-то гово­рит: «Мне куда угод­но — в Калу­гу, Вла­ди­мир, всё рав­но, дай­те мне кон­так­ты. Мне с ребён­ком ноче­вать негде». Для такой мамы мы порой ста­вим рас­кла­душ­ку, нику­да не отправляем.

Но есть и те, кто гово­рит: нет, мне это не под­хо­дит, мне нуж­на Москва. Дей­стви­тель­но, мно­гих при­вле­ка­ет имен­но то, что наш при­ют нахо­дит­ся в цен­тре Моск­вы. Быва­ет, что в этом есть объ­ек­тив­ная необ­хо­ди­мость — напри­мер, ребё­нок со слож­ным забо­ле­ва­ни­ем наблю­да­ет­ся в Фила­тов­ской или дру­гой мос­ков­ской дет­ской боль­ни­це; или у мамы — под­пис­ка о невы­ез­де из горо­да; или есть необ­хо­ди­мость в регу­ляр­ных юри­ди­че­ских или соци­аль­но-эко­но­ми­че­ских про­це­ду­рах, про­хо­дя­щих в Москве. Дру­гие при­чи­ны, как пра­ви­ло, несу­ще­ствен­ны. И если жен­щи­на хочет сохра­нить рабо­ту в цен­тре Моск­вы и жить побли­же к рабо­те — для нас это не осно­ва­ние взять маму на своё обеспечение.

Наши «лак­му­со­вые вопро­сы» помо­га­ют нам выявить пре­дел адек­ват­но­го отно­ше­ния жен­щи­ны к сво­ей ситу­а­ции, до кото­ро­го мы вме­сте можем спра­вить­ся с про­бле­ма­ми. Да, жен­щи­на может не про­яв­лять жела­ния отста­и­вать свои инте­ре­сы, порой у неё ещё не сфор­ми­ро­ва­ны неко­то­рые потреб­но­сти. Мы помо­жем их сфор­ми­ро­вать, но толь­ко если она сама к это­му расположена.

«Все врут»

Мно­гие жен­щи­ны, при­хо­дя­щие к нам, не могут пове­рить, что в совре­мен­ном мире, да ещё в Москве, где всё, на их взгляд, дер­жит­ся на день­гах и коры­сти, кто-то без­воз­мезд­но помо­га­ет людям. Сами они ни разу в жиз­ни не стал­ки­ва­лись с бес­ко­рыст­ной помо­щью, поэто­му на собе­се­до­ва­нии ведут себя насто­ро­жен­но, недо­вер­чи­во и прак­ти­че­ски все­гда так или ина­че обманывают.

Наша зада­ча — не раз­об­ла­чить ложь, а понять, какой она носит харак­тер. Ложь может быть очень раз­ной. Ино­гда она нуж­на, что­бы скрыть важ­ные дета­ли, раз­об­ла­ча­ю­щие мошен­ни­че­ский, пара­зи­ти­че­ский образ жиз­ни жен­щи­ны. Ино­гда же ложь быва­ет неле­пой и бессмысленной.

М. при­шла к нам за гума­ни­тар­ной помо­щью, ска­за­ла, что у неё трое детей. Мы ста­ли оформ­лять помощь, смот­рим — в пас­пор­те детей двое. Спра­ши­ва­ем М., зачем она нас обма­ну­ла, ведь скрыть такой обман невоз­мож­но. М. отве­ча­ет: «Я дума­ла, вы с тре­мя детьми уж точ­но поможете».

Ложь быва­ет так­же свя­за­на с пси­хи­че­ским забо­ле­ва­ни­ем. В этом слу­чае вме­сто реаль­ных фак­тов в бесе­де льёт­ся поток бре­да или сверх­цен­ных для жен­щи­ны идей.

Но ино­гда ложь быва­ет след­стви­ем совер­шен­но здо­ро­во­го чув­ства само­за­щи­ты, ведь жен­щи­на нас тоже видит впер­вые. Она опа­са­ет­ся: вдруг рас­ска­жет нам прав­ду, а мы позво­ним в орга­ны опе­ки, и те отбе­рут ребён­ка? Поэто­му мама чуть-чуть при­укра­ши­ва­ет дей­стви­тель­ность. «Где вы ноче­ва­ли?» — «У подру­ги». Но по одеж­де и по все­му обли­ку жен­щи­ны вид­но, что послед­ние дни она явно ноче­ва­ла не в домаш­них усло­ви­ях. Мно­гие имен­но из чув­ства стра­ха поте­рять детей недо­го­ва­ри­ва­ют, умал­чи­ва­ют о важ­ных обстоятельствах.

Даже живя в при­юте, неко­то­рые мамы пона­ча­лу про­дол­жа­ют нам не дове­рять. Т. пер­вые две неде­ли ночью закры­ва­ла дверь на ключ, хотя у нас так не поло­же­но. Она дума­ла, что осталь­ные мамы — под­став­ные, и всё инсце­ни­ро­ва­но для того, что­бы ночью похи­тить её детей.

Быва­ет, что при­хо­дят и про­сто мошен­ни­цы, кото­рые хотят жить в цен­тре Моск­вы на пол­ном обес­пе­че­нии. Жен­щи­на может, гля­дя нам в гла­за, ска­зать, что две неде­ли ноче­ва­ла на вок­за­ле. При этом на ней чистая и выгла­жен­ная одеж­да, а воло­сы акку­рат­но уложены.

Мы помо­га­ем и мошен­ни­цам, про­сто дози­ро­ван­но, ведь они при­хо­дят с малень­ки­ми детьми. Если мы убеж­да­ем­ся, что это их дети, то можем помочь гума­ни­тар­ной помо­щью, под­гуз­ни­ка­ми. Даже если жен­щи­на скры­ва­ет­ся от кол­лек­то­ров, поли­ции, это не озна­ча­ет, что она не в кри­зис­ной ситу­а­ции и что ей не нуж­но кор­мить ребён­ка. Дру­гое дело, если она про­сит 50 тысяч руб­лей, а от под­гуз­ни­ков отказывается.

Если жен­щи­на вызы­ва­ет у нас боль­шие подо­зре­ния, это не зна­чит, что мы начи­на­ем серьёз­ное рас­сле­до­ва­ние или что нас нель­зя обма­нуть. Пре­тен­до­вать на зва­ние луч­ше­го Шер­ло­ка Холм­са, кото­ро­го не про­ве­дёшь, — это тупи­ко­вый путь, в кон­це кото­ро­го — эмо­ци­о­наль­ное выго­ра­ние и разо­ча­ро­ва­ние в рабо­те. Если задать­ся целью, мож­но обма­нуть любо­го сотруд­ни­ка. Наша зада­ча — мини­ми­зи­ро­вать рис­ки. Кро­ме того, когда мы про­во­дим собе­се­до­ва­ние и при­ни­ма­ем реше­ние кол­ле­ги­аль­но, когда мы вме­сте — дирек­тор, пси­хо­лог, юрист, адми­ни­стра­тор — смот­рим на ситу­а­цию, про­ще понять, кто сидит перед тобой, и сде­лать пра­виль­ный выбор.

При­ни­ма­ем решение

Когда мы обсу­ди­ли и выяс­ни­ли всё, что хоте­ли, мы про­сим жен­щи­ну подо­ждать, что­бы кол­ле­ги­аль­но при­нять решение.

Ино­гда мы при­ни­ма­ем его уже в про­цес­се собе­се­до­ва­ния, видя по настрою кол­лег, что все еди­но­душ­ны в жела­нии помочь жен­щине и взять её в при­ют. Но быва­ет, что спе­ци­а­ли­сты рас­хо­дят­ся в пони­ма­нии ситу­а­ции, и пока жен­щи­на пьёт чай в хол­ле или у стой­ки дежур­но­го, мы обсуж­да­ем мне­ния и рис­ки. Если голо­са раз­де­ли­лись поров­ну, руко­во­ди­тель рас­став­ля­ет при­о­ри­те­ты, посколь­ку имен­но он несёт основ­ную ответ­ствен­ность за рабо­ту все­го центра.

И всё же, как пра­ви­ло, сотруд­ни­ки с опы­том рабо­ты, рас­смот­рев все «за» и «про­тив», в резуль­та­те при­хо­дят к еди­но­му мнению.

Кате­го­ри­че­ское несо­гла­сие одно­го из сотруд­ни­ков, как пра­ви­ло, боль­ше сви­де­тель­ству­ет о жела­нии уйти от пер­со­наль­ной ответ­ствен­но­сти за послед­ствия вза­и­мо­дей­ствия со спор­ной под­опеч­ной, неже­ли о реаль­ном несо­гла­сии. В иде­а­ле надо вести пере­го­во­ры до пол­но­го единодушия.

Если мы пони­ма­ем, что гото­вы и можем помочь жен­щине, то берём её в при­ют. Если в этот момент в при­юте нет мест, пред­ла­га­ем дру­гие цен­тры. Все, кто живёт в нашем цен­тре, поль­зу­ют­ся все­ми услу­га­ми, кото­рые мы предо­став­ля­ем: меди­цин­ским обслу­жи­ва­ни­ем, пси­хо­ло­ги­че­ской, юри­ди­че­ской, соци­аль­ной помо­щью, обес­пе­че­ны всем необ­хо­ди­мым: едой, одеж­дой, кро­вом, теп­лом, лекар­ства­ми, пред­ме­та­ми ухо­да за ребёнком.

Если мы пони­ма­ем, что ситу­а­ция может решить­ся без про­жи­ва­ния в при­юте, то предо­став­ля­ем маме «амбу­ла­тор­но» пси­хо­ло­ги­че­скую, юри­ди­че­скую, гума­ни­тар­ную помощь — в зави­си­мо­сти от ситуации.

Ино­гда быва­ет нуж­но про­сто пого­во­рить с жен­щи­ной, услы­шать её. Напри­мер, ей есть где жить, но она не зна­ет, как ей ужи­вать­ся и общать­ся с мамой, с кото­рой они живут вме­сте. Пси­хо­лог может помочь взгля­нуть на ситу­а­цию с дру­гой сто­ро­ны, най­ти спо­со­бы изме­нить отно­ше­ния. Быва­ет, что жен­щи­на даже после одной такой бесе­ды ухо­дит уте­шен­ная, бла­го­да­рит, гово­рит, что не доду­ма­лась пря­мо спро­сить или ска­зать о чём-то, и так далее. Таким обра­зом, даже доб­рая атмо­сфе­ра, уме­ние выслу­шать дают эффект.

Если ваш центр уже наби­ра­ет обо­ро­ты, вы обя­за­тель­но буде­те стал­ки­вать­ся с ситу­а­ци­ей, когда авто­ри­тет­ный чело­век хода­тай­ству­ет за какую-то жен­щи­ну и про­сит взять её в при­ют. Этим чело­ве­ком может быть мест­ный архи­ерей, депу­тат, губер­на­тор, руко­во­ди­тель круп­но­го про­из­вод­ства и дру­гие. Нуж­но обя­за­тель­но отклик­нуть­ся, но сра­зу объ­яс­нить усло­вия при­ё­ма: у жен­щи­ны долж­но быть жела­ние менять­ся, рабо­тать над ситу­а­ци­ей. И даль­ше нуж­но посту­пать обыч­ным поряд­ком: при­гла­сить жен­щи­ну в при­ют, позна­ко­мить­ся с ней, про­ве­сти пер­вич­ное собе­се­до­ва­ние. Если вы види­те, что жен­щи­на при­шла с пози­ци­ей «сде­лай­те всё за меня» и не хочет тру­дить­ся ради изме­не­ния сво­е­го поло­же­ния, брать её в при­ют нель­зя — несмот­ря ни на какие прось­бы авто­ри­тет­ных людей.

Заселение

Если на пер­вом собе­се­до­ва­нии реше­но, что жен­щи­на засе­ля­ет­ся в при­ют, в пер­вый день все фор­маль­но­сти нуж­но отло­жить, дав ей воз­мож­ность мак­си­маль­но ком­форт­но устроиться.

Дадим сло­во ещё одной из наших мам, С., кото­рая опи­сы­ва­ет своё заселение.

«Перед тем как пере­се­лить­ся в «Дом для мамы», я послед­ний раз с детьми ноче­ва­ла на съём­ной квар­ти­ре и всю ночь мучи­лась мыс­ля­ми: «А как это — жить в при­юте? Какие там люди? Не рели­ги­оз­ная ли это сек­та? Как, как дока­ти­лась я до того, что ока­за­лась в пози­ции нуж­да­ю­щей­ся?» Это было как пры­жок в неиз­вест­ность. Но пути назад не было, нуж­но было дове­рить свою жизнь и жизнь сво­их детей чужим людям.

На сле­ду­ю­щий день я с веща­ми и детьми сто­я­ла воз­ле «Доми­ка» и не реша­лась зай­ти. Позво­ни­ла. Меня встре­ти­ла Мария Михай­лов­на и, радост­но улыб­нув­шись, ска­за­ла: «Доб­ро пожа­ло­вать!» Потом мне пока­за­ли про­сто­ры «Доми­ка», про­во­ди­ли в ком­на­ту. Но я торо­пи­лась на под­ра­бот­ку в Под­мос­ко­вье, поэто­му при­шлось быст­ро бро­сить сум­ки и вме­сте с детьми бежать.

С рабо­ты мы при­е­ха­ли очень позд­но. Я дума­ла, что нас никто не ждёт. Но когда мы с детьми зашли, нас встре­ти­ли Дио­мид и Мария Михай­лов­на. Когда она при­ве­ла нас в ком­на­ту, я уви­де­ла там кро­ват­ки, новое постель­ное бельё, оде­я­ла. Это меня про­сто пора­зи­ло. Пото­му что два года назад, когда я при­е­ха­ла с детьми в Таджи­ки­стан, никто из мно­го­чис­лен­ной род­ни не поду­мал о моих детях! Никто не при­го­то­вил кро­ват­ки. Мои дети спа­ли на полу, и толь­ко на сле­ду­ю­щий день мне самой при­шлось поку­пать всё необ­хо­ди­мое. А здесь, в при­юте, меня ожи­дал такой тёп­лый и душев­ный приём.

После того как я покор­ми­ла, иску­па­ла и уло­жи­ла спать детей, меня опять нача­ли тер­зать мыс­ли: «А что даль­ше?» Я никак не мог­ла уснуть, вста­ла, что­бы прой­тись, и слу­чай­но в кори­до­ре встре­ти­ла Марию Михай­лов­ну. Изму­чив­шись мыс­ля­ми, я спро­си­ла: что же даль­ше? А она, обняв меня, ска­за­ла: «Сего­дня у тебя есть «Домик», твои дети в без­опас­но­сти. Спи спо­кой­но». И я успо­ко­и­лась, лег­ла и сра­зу же креп­ко усну­ла — впер­вые за дол­гое время».

На сле­ду­ю­щий день мы вме­сте со спе­ци­а­ли­ста­ми про­во­дим ещё одну общую встре­чу с жен­щи­ной и зна­ко­мим с каж­дым, кто будет ей помо­гать: с пси­хо­ло­гом, юри­стом, адми­ни­стра­то­ром, руко­во­ди­те­лем. Руко­во­ди­тель при­ю­та рас­ска­зы­ва­ет, по како­му вопро­су к кому из них мож­но обращаться.

На встре­че мы дарим маме три вещи: еже­днев­ник, руч­ку и пап­ку-кон­вер­тик с кноп­кой. Поче­му имен­но это?

Еже­днев­ник — для пла­ни­ро­ва­ния дел, запи­си важ­ных вопро­сов, мыс­лей, инфор­ма­ции, чему мы учим с само­го нача­ла. На каж­дый кон­си­ли­ум раз в одну-две неде­ли (о них см. далее) мама при­хо­дит с этим еже­днев­ни­ком и запи­сы­ва­ет в него план на буду­щую неде­лю. Когда жен­щи­на забы­ва­ет о еже­днев­ни­ке, гово­рит, что всё пом­нит и так, мы про­сим обя­за­тель­но его при­не­сти и запи­сать в нашем при­сут­ствии. Толь­ко так потом мож­но будет спро­сить о результате.

Пап­ка нуж­на для хра­не­ния лич­ных доку­мен­тов мамы и ребён­ка. Ино­гда мы наблю­да­ем у при­хо­дя­щих к нам жен­щин вопи­ю­щее отно­ше­ние к важ­ным бума­гам: толь­ко что полу­чен­ное сви­де­тель­ство о рож­де­нии ребён­ка может быть уже мятым, испач­кан­ным и истёр­тым. Мы учим акку­рат­но­му отно­ше­нию, объ­яс­няя, что доку­мент — это лицо владельца.

После вто­рой встре­чи адми­ни­стра­тор рас­ска­зы­ва­ет маме о пра­ви­лах и тра­ди­ци­ях при­ю­та и даёт запол­нить несколь­ко доку­мен­тов, кото­рые впо­след­ствии состав­ля­ют «лич­ное дело» каж­дой женщины.

image007 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

Важ­ные документы

Посте­пен­но «лич­ное дело» будет попол­нять­ся, но есть доку­мен­ты, кото­рые жен­щи­на запол­ня­ет в пер­вые дни.

«Моё целе­по­ла­га­ние»

Содер­жа­ние доку­мен­та (см. с. 225) настра­и­ва­ет на рабо­ту, а не на без­мя­теж­ное суще­ство­ва­ние в при­юте. Жен­щи­на долж­на отве­тить на вопро­сы, на кото­рые уже отве­ча­ла при пер­вом собе­се­до­ва­нии, но, позна­ко­мив­шись с воз­мож­но­стя­ми и пра­ви­ла­ми при­ю­та, она может отве­тить более взвешенно:

1) чего вы хоти­те в сло­жив­шей­ся тяжё­лой ситу­а­ции? что имен­но вы хоти­те изменить?

2) чего вы ожи­да­е­те от наше­го центра?

Нам важ­но, что­бы жен­щи­на сво­ей рукой напи­са­ла, чего имен­но она хочет, зачем мы ей нуж­ны. Ино­гда пишут абсо­лют­но нере­аль­ные цели, кото­рые мы впо­след­ствии вме­сте кор­рек­ти­ру­ем. Ино­гда жен­щи­ны про­сто не пони­ма­ют вопро­са о целях и зада­чах, и тогда мы объ­яс­ня­ем бук­валь­но на пальцах.

Мы гово­рим: пред­ставь­те, что нам нуж­но полу­чить мешок кар­тош­ки. Это наша цель. Зада­чи — это шаги, кото­рые при­бли­зят нас к цели. Их может быть мно­го: поса­дить кар­тош­ку, поли­вать, оку­чи­вать, про­па­лы­вать, соби­рать с неё коло­рад­ских жуков. А осе­нью — выко­пать. Так же и в жиз­ни. Вы хоти­те иметь жильё? День­ги на жизнь? Давай­те думать, что для это­го нужно.

Мама гово­рит о сво­их целях, уже позна­ко­мив­шись с нашим цен­тром и пони­мая, чем мы можем ей помочь. Она оце­ни­ва­ет, как мож­но исполь­зо­вать наши воз­мож­но­сти для изме­не­ния её ситу­а­ции. К момен­ту запол­не­ния доку­мен­та жен­щи­ны, как пра­ви­ло, пони­ма­ют, что квар­ти­ру в цен­тре Моск­вы или доро­гую маши­ну ждать от нас бесполезно.

Отве­ты на вопро­сы сотруд­ник сво­дит в одну таб­ли­цу, где рядом ока­зы­ва­ет­ся то, как видят ситу­а­цию сотруд­ни­ки-спе­ци­а­ли­сты и как её видит под­опеч­ная (см. При­ло­же­ние 4). Таб­ли­ца нагляд­но пока­зы­ва­ет нам стра­те­гию рабо­ты с кон­крет­ным слу­ча­ем, направ­ле­ние к выхо­ду из тяжё­лой ситу­а­ции, инди­ви­ду­аль­ную про­грам­му реабилитации.

Этот общий доку­мент, под кото­рым мы все под­пи­сы­ва­ем­ся, даёт пони­ма­ние, что будет делать каж­дый спе­ци­а­лист. Важ­но раз­де­лить сфе­ры ответ­ствен­но­сти и понять, чем каж­дый из нас может помочь.

Быва­ет так, что жен­щи­на, нахо­дясь в стрес­се, пона­ча­лу вооб­ще не может ска­зать, чего она хочет: «Я вооб­ще ниче­го не хочу. Хочу лечь и уме­реть». Мы можем отло­жить обсуж­де­ние пла­на, даём вре­мя прий­ти в себя, чему помо­га­ет пси­хо­лог. Услы­шав во вре­мя общей встре­чи такое при­зна­ние, он может спро­сить: «Мы можем пого­во­рить о вашем состо­я­нии и его при­чи­нах?» Если нет остро­го сопро­тив­ле­ния со сто­ро­ны жен­щи­ны, осталь­ные спе­ци­а­ли­сты ухо­дят, и пси­хо­лог даёт жен­щине воз­мож­ность начать гово­рить о её боли, об исто­ках депрес­сив­но­го состо­я­ния, ищет опо­ру для буду­щих изменений.

В тече­ние неде­ли жен­щи­на в при­юте посте­пен­но успо­ка­и­ва­ет­ся, при­хо­дит в более или менее ста­биль­ное эмо­ци­о­наль­ное состо­я­ние и тогда запол­ня­ет доку­мен­ты — до кон­ца пер­вой неде­ли пре­бы­ва­ния в приюте.

Боль­шая ошиб­ка — навя­зать жен­щине план изме­не­ний её жиз­ни так, как он видит­ся извне. Невоз­мож­но пере­дать чело­ве­ку жела­ние изме­нить то, что он менять не планирует.

Да, спе­ци­а­лист со сто­ро­ны ино­гда видит боль­ше. Быва­ет, что при­хо­дит в при­ют жен­щи­на, и мы сра­зу видим, какие моде­ли пове­де­ния и дей­ствия при­ве­ли её к пла­чев­но­му резуль­та­ту, какие жиз­нен­ные реше­ния сто­ит «пере­при­нять», что изме­нить, что­бы ста­ло луч­ше даже без наше­го участия.

Конеч­но, если мы засе­ля­ем такую жен­щи­ну в при­ют, мы рабо­та­ем над изме­не­ни­ем этих про­иг­рыш­ных моде­лей. И всё-таки в целом, осо­бен­но если жен­щи­на при­хо­дит за разо­вой мате­ри­аль­ной помо­щью, — мы рабо­та­ем по запро­су. Мы ста­ра­ем­ся отве­чать на те вопро­сы, какие зада­ёт жен­щи­на, и помо­гать с реше­ни­ем тех про­блем, кото­рые она вос­при­ни­ма­ет как насущ­ные. Мы не учим её жиз­ни, не пыта­ем­ся её испра­вить и даже помочь в том, что кажет­ся нам оче­вид­ным, всё это порож­да­ет толь­ко сопро­тив­ле­ние: «Я к вам при­шла за помо­щью, а не что­бы вы меня учи­ли жизни».

Поэто­му и важ­но пра­виль­но фор­му­ли­ро­вать цели и план изме­не­ний: он дол­жен быть не навя­зан извне, а созреть у самой жен­щи­ны, пусть и с неко­то­рой помо­щью спе­ци­а­ли­стов приюта.

Дого­вор

Его мы тоже заклю­ча­ем не сра­зу, а в тече­ние неде­ли. Для нас это некий испы­та­тель­ный срок, когда мы при­смат­ри­ва­ем­ся к новой житель­ни­це приюта.

В «Доме для мамы» был слу­чай, когда жен­щи­на, посе­лив­шись в при­юте, бук­валь­но с пер­вых дней ста­ла вести себя неадек­ват­но: со все­ми ругать­ся, игно­ри­ро­вать прось­бы и даже бить посу­ду. Было оче­вид­но, что она пред­став­ля­ет угро­зу для дру­гих жен­щин и что её пре­бы­ва­ние не при­не­сёт поль­зы ни ей, ни дру­гим. Мы долж­ны думать обо всех, кто живёт у нас. Поэто­му дого­вор с той жен­щи­ной заклю­чать мы не стали.

После обсуж­де­ния всех обсто­я­тельств у нас все­гда есть при­мер­ное пони­ма­ние, сколь­ко жен­щи­на может про­жить в при­юте. Бере­мен­ная жен­щи­на — столь­ко, сколь­ко оста­лось до родов, и ещё неко­то­рое вре­мя после. Мама с ребён­ком может про­жить пару меся­цев — в зави­си­мо­сти от ситу­а­ции. Сред­ний срок пре­бы­ва­ния в при­юте — от трёх до шести меся­цев, ино­гда дольше.

Но вне зави­си­мо­сти от обсто­я­тельств, дого­вор мы заклю­ча­ем толь­ко на один месяц, а не на неопре­де­лён­ное буду­щее, «когда я вста­ну на ноги». Это прин­ци­пи­аль­ный вопрос. К тако­му реше­нию мы при­шли, сде­лав выво­ды из сво­их ошибок.

Пона­ча­лу мы уста­нав­ли­ва­ли в дого­во­ре срок три меся­ца, и это дей­ство­ва­ло рас­слаб­ля­ю­ще. Жен­щи­на пони­ма­ла, что в тече­ние трёх меся­цев её никто не высе­лит, и два с поло­ви­ной меся­ца ничем не занималась.

Теперь, даже пони­мая, что мама про­бу­дет в при­юте пол­го­да и боль­ше, дого­вор мы заклю­ча­ем на месяц и потом про­дле­ва­ем — опять же, толь­ко на месяц. Мама долж­на пони­мать, что, во-пер­вых, в тече­ние меся­ца мы на неё смот­рим, и зна­чит, нель­зя себе поз­во­лить рас­пус­кать­ся, вести себя неува­жи­тель­но к дру­гим; а во-вто­рых, в момент про­дле­ния будем обсуж­дать выпол­не­ние её лич­но­го пла­на, дина­ми­ку реше­ния про­блем, а зна­чит нуж­но рабо­тать над собой.

Это сти­му­ли­ру­ет жен­щи­ну к изменениям.

Совещания с мамами

Для реа­би­ли­та­ции наших мам, вос­ста­нов­ле­ния их навы­ков соци­аль­ной адап­тив­но­сти поле­зен не кон­троль, а вза­и­мо­дей­ствие. Поэто­му мы регу­ляр­но в раз­ных фор­мах про­во­дим сове­ща­ния с мама­ми. Такие сове­ща­ния — часть непре­рыв­ной рабо­ты над пре­одо­ле­ни­ем кризиса.

Пяти­ми­нут­ки

Обыч­но они длят­ся доль­ше пяти минут, при­чём — зна­чи­тель­но доль­ше. Ведёт их каж­дое утро адми­ни­стра­тор цен­тра, а по выход­ным — дежурные.

image009 2 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

У пяти­ми­ну­ток две основ­ные задачи:

1) рас­пре­де­ле­ние дежурств и обя­зан­но­стей на день. В кри­зис­ных цен­трах для буду­щих мам нет пова­ров и убор­щиц, поэто­му мамы сами уха­жи­ва­ют за собой и под­дер­жи­ва­ют чисто­ту в при­юте. В нашем при­юте, рас­счи­тан­ном на 10–13 жен­щин и столь­ко же детей, одна мама назна­ча­ет­ся на стир­ку, одна или две — на при­го­тов­ле­ние еды для всех, чет­ве­ро уби­ра­ют четы­ре эта­жа — общие тер­ри­то­рии, в ком­на­те каж­дый уби­ра­ет сам. Ино­гда быва­ют дру­гие обя­зан­но­сти, свя­зан­ные с жиз­нью при­ю­та. Адми­ни­стра­тор ста­ра­ет­ся рас­пре­де­лять обя­зан­но­сти рав­но­мер­но, что­бы не было пере­ко­са в чью-либо сторону;

2) обсуж­де­ние про­изо­шед­ше­го за преды­ду­щий день. Адми­ни­стра­тор выяс­ня­ет у мам, какие были про­ис­ше­ствия, кон­флик­ты, про­бле­мы, что­бы решить их пря­мо сей­час или в тече­ние дня сво­и­ми сила­ми или с помо­щью пси­хо­ло­га, юри­ста, вра­ча, руководителя.

Еже­не­дель­ные консилиумы

Жен­щине, кото­рая при­хо­дит к нам в состо­я­нии стрес­са, нуж­но в сред­нем от одной до двух недель, что­бы прий­ти в себя, успо­ко­ить­ся и начать заду­мы­вать­ся о сво­ей жизни.

Тогда мы воз­вра­ща­ем­ся к раз­го­во­ру, кото­рый вели на пер­вич­ном собе­се­до­ва­нии: каков план дей­ствий, чего мы доби­ва­ем­ся. Раз­го­вор об этом про­ис­хо­дит на еже­не­дель­ных консилиумах.

В еже­не­дель­ных кон­си­ли­у­мах участ­ву­ют те же сотруд­ни­ки, что и в пер­вом собе­се­до­ва­нии: руко­во­ди­тель, адми­ни­стра­тор, юрист и пси­хо­лог. Они рас­спра­ши­ва­ют, как про­шла неде­ля, обсуж­да­ют вме­сте с жен­щи­ной те цели и зада­чи, кото­рые она поста­ви­ла перед собой на собеседовании.

Это про­ис­хо­дит так. Мы берём листок с собе­се­до­ва­ния или про­шло­го кон­си­ли­у­ма, где был запи­сан план на неде­лю с кон­крет­ны­ми зада­ча­ми: напри­мер, оформ­ле­ние доку­мен­тов, обсле­до­ва­ние перед рода­ми, запро­сы в госу­дар­ствен­ные орга­ны и так далее. Мы про­ве­ря­ем, какие зада­чи выпол­не­ны, какие нет, как мы к ним при­бли­зи­лись, что поме­ша­ло. На этом осно­ва­нии сотруд­ни­ки дела­ют выво­ды, как про­шла неде­ля, запи­сы­ва­ют основ­ные ито­ги и общие наблю­де­ния о жиз­ни мамы в при­юте: как она гото­ви­ла и уби­ра­лась во вре­мя дежур­ства, ходи­ла ли на пси­хо­ло­ги­че­ские кон­суль­та­ции и тренинги.

После это­го мама вме­сте с сотруд­ни­ка­ми состав­ля­ет новый план, ста­вит новые зада­чи. Каж­дую неде­лю она будет посте­пен­но, шаг за шагом, при­бли­жать­ся к сво­ей цели.

Напри­мер, цель жен­щи­ны — поми­рить­ся с род­ны­ми. Пер­вая сту­пень — понять, поче­му с мамой были такие пло­хие отношения.

Допу­стим, при­чи­на­ми частых кон­флик­тов были тре­бо­ва­ния жен­щи­ны уби­рать в квар­ти­ре, гото­вить. Тогда вто­рая сту­пень — научить­ся гото­вить и уби­рать. Тре­тья сту­пень — про­ра­бо­тать ситу­а­цию с пси­хо­ло­гом, а потом — позво­нить маме.

Или одна из целей жен­щи­ны — полу­чить про­фес­сию. Для это­го нуж­но прой­ти обу­че­ние. Целью на бли­жай­шую неде­лю может быть най­ти под­хо­дя­щие кур­сы (кото­рые опла­чи­ва­ет центр) и запи­сать­ся на них.

Новый план мы запи­сы­ва­ем на спе­ци­аль­ном блан­ке, и жен­щи­на ста­вит свою под­пись, тем самым обя­зу­ясь выпол­нять наме­чен­ное. На сле­ду­ю­щей неде­ле по это­му блан­ку мы опять све­ря­ем, что было сде­ла­но, что нет, и куда дви­гать­ся дальше.

Кон­си­ли­ум с каж­дой под­опеч­ной в отдель­но­сти может длить­ся пять минут, а может — час. И хотя сове­ща­ние не похо­же на пси­хо­те­ра­пев­ти­че­скую рабо­ту, тем не менее это пол­ное погру­же­ние в жизнь жен­щи­ны, что­бы понять, что мы ещё можем для неё сделать.

Кон­си­ли­у­мы дают воз­мож­ность обсуж­дать и кор­рек­ти­ро­вать даты про­жи­ва­ния в при­юте. Имен­но на кон­си­ли­у­мах мы под­пи­сы­ва­ем допол­ни­тель­ное согла­ше­ние к дого­во­ру, и жен­щи­ны заин­те­ре­со­ва­ны, что­бы его про­дли­ли ещё на месяц.

Быва­ет, что жен­щи­на что-то дела­ет, но — в пол­но­ги. Мы выяс­ня­ем, что мешает.

Напри­мер, мама гово­рит, что не зани­ма­ет­ся полу­че­ни­ем доку­мен­тов, пото­му что ребё­нок боле­ет и не спит. Но мы видим, что ребё­нок пре­крас­но себя чув­ству­ет, про­сто маме не хочет­ся зани­мать­ся делами.

Как пра­ви­ло, в таких слу­ча­ях мы не про­сто сра­зу сокра­ща­ем сро­ки про­жи­ва­ния в при­юте, а ста­ра­ем­ся вести пси­хо­ло­ги­че­скую рабо­ту с моти­ва­ци­ей жен­щи­ны, пока­зать ей все плю­сы изме­не­ния ситуации.

Но если жен­щи­на из раза в раз ниче­го не дела­ет, в какой-то момент мы гово­рим ей, что мы ничем не можем ей помочь, что её про­жи­ва­ние в цен­тре и наша рабо­та бесполезны.

Кон­си­ли­у­мы поз­во­ля­ют струк­ту­ри­ро­вать рабо­ту с жен­щи­на­ми и дер­жать их в тону­се. Их под­стё­ги­ва­ет пони­ма­ние, что на сле­ду­ю­щем кон­си­ли­у­ме мы спро­сим, что сде­ла­но, и что можем высе­лить из при­ю­та, если план игно­ри­ру­ет­ся и ниче­го не дела­ет­ся. В их жиз­ни есть вовле­чён­ные наблю­да­те­ли, заин­те­ре­со­ван­ные ока­зать реаль­ную помощь, что­бы облег­чить жизнь мам и детей.

Без наше­го уча­стия мно­гие мамы ниче­го бы не дела­ли, но когда они видят, что в них столь­ко вкла­ды­ва­ют, им ста­но­вит­ся жаль наших уси­лий. Мы вре­мен­но ста­но­вим­ся допол­ни­тель­ным внеш­ним дис­ци­пли­ни­ру­ю­щим фак­то­ром, ком­пен­си­ру­ю­щим недо­ста­ток внут­рен­ней дисциплины.

Комплексная помощь и чувство меры

При­юты, подоб­ные наше­му, обес­пе­чи­ва­ют жен­щи­ну всем необ­хо­ди­мым: жильём, про­дук­та­ми, веща­ми для неё и ребён­ка, юри­ди­че­ской, соци­аль­ной, пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щью и так далее.

Но есть тон­кая грань меж­ду помо­щью в выхо­де из кри­зи­са и пол­ным ограж­де­ни­ем жен­щи­ны от про­блем, кото­рое порож­да­ет ижди­вен­че­ство и идёт во вред. К сожа­ле­нию, по этой при­чине неко­то­рые цен­тры закры­ва­лись. Орга­ни­за­то­ры спра­ви­лись со все­ми труд­но­стя­ми: нашли под про­ект зем­лю, зда­ние, финан­си­ро­ва­ние, сотруд­ни­ков, про­ект зара­бо­тал, — но с кон­тин­ген­том не спра­ви­лись. Жен­щи­ны в какой-то момент начи­на­ли вести себя неадек­ват­но, не радо­ва­лись помо­щи, а тре­бо­ва­ли её, гру­би­ли адми­ни­стра­ции, пере­ста­ва­ли что-либо делать.

Поэто­му так важ­но чув­ство меры в нашей поддержке.

Если помо­щи недо­дать, жен­щи­на про­дол­жа­ет пре­бы­вать в стрес­се. Если помо­щи слиш­ком мно­го, жен­щи­на рас­слаб­ля­ет­ся и даже рас­пус­ка­ет­ся, пере­ста­ёт сама делать уси­лия для выхо­да из кризиса.

Когда мы в пра­виль­ном объ­ё­ме и в пра­виль­ной фор­ме пред­ла­га­ем нашу помощь, жен­щи­на начи­на­ет зани­мать­ся само­раз­ви­ти­ем: повы­ша­ет ква­ли­фи­ка­цию, при­об­ре­та­ет новую про­фес­сию, рас­пу­ты­ва­ет с помо­щью юри­ста нако­пив­ши­е­ся за мно­гие годы пра­во­вые про­бле­мы, посе­ща­ет, нако­нец, сто­ма­то­ло­га и поправ­ля­ет здо­ро­вье в целом, а с помо­щью пси­хо­ло­га начи­на­ет луч­ше пони­мать себя, видеть источ­ник сво­ей боли, неудач в отно­ше­ни­ях и так далее.

Если жен­щи­на не зани­ма­ет­ся само­раз­ви­ти­ем — она начи­на­ет зани­мать­ся само­раз­ру­ше­ни­ем, заод­но раз­ру­шая и дру­гих. Хотя бы пото­му, что если она ничем не заня­та, у неё появ­ля­ет­ся сво­бод­ное вре­мя, кото­рое нуж­но чем-то занять.

Как избе­жать это­го и най­ти пра­виль­ную меру помощи?

Ста­вя зада­чи на кон­си­ли­у­мах, нуж­но сле­дить за тем, что­бы ини­ци­а­ти­ва оста­ва­лась в руках жен­щи­ны. Не нуж­но пытать­ся все сде­лать за неё или навя­зы­вать свою помощь.

Мож­но опла­тить обу­ча­ю­щие кур­сы, но най­ти их долж­на жен­щи­на. Мож­но помочь соста­вить доку­мент, но пусть она сама отне­сёт его в соот­вет­ству­ю­щее ведом­ство. Исклю­че­ние состав­ля­ют толь­ко мамы с огра­ни­чен­ны­ми воз­мож­но­стя­ми, кото­рые не могут сде­лать это­го само­сто­я­тель­но в силу объ­ек­тив­ных причин.

Нуж­но ста­рать­ся дать всё необ­хо­ди­мое в рам­ках ваших воз­мож­но­стей. Но если у жен­щи­ны появ­ля­ют­ся капри­зы, если её прось­бы не оправ­дан­ны и пре­вра­ща­ют­ся в тре­бо­ва­ния — нель­зя идти на поводу.

Две мамы из наше­го при­ю­та хоте­ли научить­ся веб-дизай­ну. Для это­го нужен был ком­пью­тер. Мы пред­ло­жи­ли им систем­ный блок. Одна с удо­воль­стви­ем согла­си­лась, а дру­гая ска­за­ла, что «систем­ник» — это очень неудоб­но, «несо­вре­мен­но, немод­но и вооб­ще», и нужен имен­но ноут­бук. Но ноут­бук — это слиш­ком доро­го, его нет даже у мно­гих наших сотруд­ни­ков. А глав­ное — для того, что­бы учить­ся веб-дизай­ну, нет раз­ни­цы, на чём рабо­тать. Поэто­му мы не ста­ли пота­кать капризам.

Инте­рес­но, что той маме, кото­рая согла­си­лась взять ком­пью­тер, мы в резуль­та­те нашли ноут­бук б/у.

Важ­но посто­ян­но ори­ен­ти­ро­вать жен­щин на соб­ствен­ные ресур­сы для изме­не­ния ситу­а­ции, напо­ми­нать, что помощь при­ю­та огра­ни­че­на во вре­ме­ни. Нуж­но улав­ли­вать гра­ни­цу, за кото­рой начи­на­ют­ся ижди­вен­че­ство, и пре­се­кать ижди­вен­че­ские настро­е­ния, выска­зы­ва­ния и пове­де­ние. Когда появ­ля­ют­ся тре­бо­ва­ния купить дру­гой шам­пунь или жен­щи­на выбра­сы­ва­ет све­жие йогур­ты, пото­му что она такие не любит, тре­бу­ет доба­вить в меню дели­ка­те­сы, мож­но пред­ло­жить ей купить всё, что ей нра­вит­ся, из её лич­ных средств, а про­дук­ты и шам­пунь, предо­став­ля­е­мые при­ютом, отдать дру­гим нуж­да­ю­щим­ся мамам. Часто тако­го пред­ло­же­ния доста­точ­но, что­бы жен­щи­на пере­ста­ла при­ве­ред­ни­чать, пото­му что лич­ные сред­ства наши мамы по нашей же реко­мен­да­ции ста­ра­ют­ся откла­ды­вать на само­сто­я­тель­ную жизнь после приюта.

Если мама про­дол­жа­ет дока­зы­вать, что «это всё моё», «бла­го­тво­ри­тель­ную помощь дали для таких, как я», «вы не име­е­те пра­ва», — мож­но ей напом­нить, что бла­го­тво­ри­те­ли дают сред­ства на тех, кто нахо­дит­ся в кри­ти­че­ской ситу­а­ции. При­ве­ред­ли­вость и раз­бор­чи­вость сви­де­тель­ству­ют о том, что ситу­а­ция у жен­щи­ны пере­ста­ла быть кри­ти­че­ской. Ино­гда раз­го­во­ры не помо­га­ют, и тогда есть смысл дей­стви­тель­но огра­ни­чить какие-то виды помо­щи, что­бы жен­щи­на обес­пе­чи­ва­ла себя сама таки­ми йогур­та­ми и шам­пу­ня­ми, кото­рые ей нра­вят­ся, гото­ви­ла себе сама из сво­их продуктов.

В целом, появ­ле­ние жела­ний, «капри­зы» часто дей­стви­тель­но явля­ют­ся пока­за­те­ля­ми выхо­да из кри­зи­са. В том подав­лен­ном состо­я­нии, в кото­ром жен­щи­на при­хо­дит к нам, она не спо­соб­на чего-то изби­ра­тель­но хотеть. Посте­пен­но, в том чис­ле бла­го­да­ря рабо­те с пси­хо­ло­гом, на это появ­ля­ют­ся душев­ные силы. И зна­чит, мы выпол­ни­ли свою задачу.

Досрочный выпуск из центра

Итак, у нашей помо­щи есть цена: рабо­та жен­щи­ны над собой. Невоз­мож­но помочь тому, кто ниче­го не хочет делать. Рабо­та впу­стую сотруд­ни­ков демо­ти­ви­ру­ет, при­во­дит к выго­ра­нию. Кры­ша над голо­вой нуж­на мно­гим: в нашем при­юте прак­ти­че­ски все­гда нет мест и есть очередь.

Поэто­му если женщина:

  • ниче­го не дела­ет для выхо­да из кри­зи­са, не выпол­ня­ет соб­ствен­ный план;
  • мно­го­крат­но злост­но нару­ша­ет режим;
  • созна­тель­но под­вер­га­ет опас­но­сти себя, дру­гих житель­ниц или сотруд­ни­ков приюта;
  • скры­ва­ет­ся от госу­дар­ствен­ных орга­нов, скры­ва­ет от сотруд­ни­ков при­ю­та зна­чи­мую инфор­ма­цию, вовле­кая в про­ти­во­за­кон­ные дей­ствия или мани­пу­ли­ро­ва­ние отцом ребёнка, —

мы можем поста­вить реб­ром вопрос о непро­дле­нии дого­во­ра и выселении.

В тех слу­ча­ях, когда жен­щи­на пред­став­ля­ет угро­зу для дру­гих (напри­мер, она дерёт­ся или выпи­ла), мы высе­ля­ем её в тот же день, но не на ули­цу, а в хостел, опла­чи­вая три дня про­жи­ва­ния для воз­мож­но­сти под­го­то­вить даль­ней­ший переезд.

О таких послед­стви­ях мы пре­ду­пре­жда­ем при засе­ле­нии и вто­ро­го шан­са не даём, даже если жен­щи­на гово­рит: «Я боль­ше не буду. Мне было так пло­хо! Это не повто­рит­ся нико­гда», пото­му что её пове­де­ние может быть нега­тив­ным при­ме­ром для дру­гих. Если девять-десять мам, нахо­дя­щих­ся в кри­зи­се, пой­мут, что пра­ви­ла не столь жёст­кие, то могут вовсе пере­стать их соблюдать.

Ино­гда мамы пыта­ют­ся обой­ти запрет. У нас были жен­щи­ны, кото­рые про­но­си­ли в центр вино в пач­ках из-под сока. У дежур­ной воз­ник­ли подо­зре­ния, и она попро­си­ла пока­зать, что там. После это­го попро­си­ла пач­ку выбро­сить, а жен­щине ска­за­ла, что ей нуж­но собрать вещи и уйти из центра.

Есть жен­щи­ны, для кото­рых упо­треб­ле­ние спирт­но­го — часть жиз­ни. Мы дого­ва­ри­ва­ем­ся с ними «на бере­гу», до засе­ле­ния: либо мама идёт на реа­би­ли­та­цию в наш центр, и тогда мы гото­вы при­влечь спе­ци­а­ли­стов для борь­бы с зави­си­мо­стью или опре­де­лить жен­щи­ну на вре­мя в спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ный центр, — либо она пьёт даль­ше, но тогда помочь ей мы не сможем.

Быва­ют ситу­а­ции, в кото­рых дей­ствия жен­щи­ны пред­став­ля­ют угро­зу для неё самой.

Т., жив­шая в нашем при­юте, жда­ла двой­ню. Т. была вполне соци­а­ли­зи­ро­ван­ной, име­ла хоро­шую про­фес­сию, но к сво­е­му здо­ро­вью отно­си­лась ужас­но. Вра­чи поста­ви­ли ей серьёз­ный диа­гноз, кото­рый мог при­ве­сти к леталь­но­му исхо­ду. Несколь­ко раз Т. было пло­хо, мы вызы­ва­ли ско­рую, кото­рая долж­на была вести Т. в боль­ни­цу, но после уко­ла Т. от гос­пи­та­ли­за­ции отка­зы­ва­лась. Мы тыся­чу раз бесе­до­ва­ли, убеж­да­ли лечь в боль­ни­цу, но, не успев туда уехать, Т. сра­зу воз­вра­ща­лась обрат­но: ей не хоте­лось пре­ры­вать рабо­ту. В оче­ред­ной раз Т. упа­ла в обмо­рок в под­ва­ле при­ю­та, её слу­чай­но обна­ру­жи­ла дежур­ная. Мы опять вызва­ли ско­рую, поеха­ли с Т., поло­жи­ли на лече­ние. Но вско­ре позво­нил врач и ска­зал, что Т. ухо­дит под рас­пис­ку. При­чём, врач ска­зал, что вне боль­ни­цы Т. может умереть.

Так как мы не мог­ли взять на себя ответ­ствен­ность за жизнь Т., мы поста­ви­ли ей уль­ти­ма­тум: или Т. воз­вра­ща­ет­ся в боль­ни­цу — или мы рас­ста­ём­ся. К сожа­ле­нию, Т. к нам не прислушалась.

Если не соблю­да­ют­ся пра­ви­ла общей жиз­ни в при­юте: напри­мер, жен­щи­на воз­вра­ща­ет­ся в при­ют поз­же 23 часов (на ночь дежур­ные в целях без­опас­но­сти закры­ва­ют две­ри на ключ), не выхо­дит на дежур­ства и так далее, — с ней сна­ча­ла бесе­ду­ют дежур­ные, адми­ни­стра­тор, пси­хо­лог, руко­во­ди­тель. Если ниче­го не меня­ет­ся, жен­щи­на по-преж­не­му нару­ша­ет наши пра­ви­ла, не ува­жа­ет дру­гих, — мы при­ни­ма­ем реше­ние, что она не может нахо­дить­ся в при­юте. Прав­да, если есть опас­ность абор­та, мы отно­сим­ся к жен­щине гораз­до снис­хо­ди­тель­нее, но все­му есть границы.

Когда идёт речь о «ниче­го­не­де­ла­нии», до окон­ча­тель­но­го реше­ния про­хо­дит колос­саль­ная рабо­та: раз­го­во­ры, объ­яс­не­ние, попыт­ки моти­ви­ро­вать. Быва­ет, что жен­щи­на ниче­го не дела­ет из наме­чен­но­го пла­на, пото­му что этот план — не её. Тогда нуж­но сов­мест­но най­ти имен­но её цель и план выхо­да из кри­зи­са. Мы гото­вы вкла­ды­вать любые ресур­сы, если жен­щине это нуж­но. Даль­ше выбор за ней. И всё-таки с пятью — деся­тью про­цен­та­ми жен­щин при­хо­дит­ся рас­ста­вать­ся имен­но из-за их пас­сив­но­сти в кон­струк­тив­ном направ­ле­нии и актив­но­сти — в деструктивном.

image011 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

Как бы труд­но ни скла­ды­ва­лись отно­ше­ния с при­ня­той в при­ют жен­щи­ной, мы нико­гда не угро­жа­ли высе­ле­ни­ем, но в кри­ти­че­ских слу­ча­ях напо­ми­на­ли о дого­во­ре с обя­за­тель­ством соблю­дать пра­ви­ла: «Вы его под­пи­сы­ва­ли? Вы пони­ма­е­те, что при нару­ше­нии дого­во­ра мы будем вынуж­де­ны с вами рас­стать­ся?» Мно­гих это вразумляет.

Готовность к отъезду и его неизбежность

Неиз­беж­ность отъ­ез­да из при­ю­та мы про­го­ва­ри­ва­ем с мама­ми в самом нача­ле. Но прак­ти­че­ски нико­гда — за ред­ким печаль­ным исклю­че­ни­ем, под­твер­жда­ю­щим пра­ви­ло, — мы дирек­тив­но не гово­рим мамам о том, что пора поки­дать при­ют. Как в таком слу­чае опре­де­ля­ет­ся готов­ность жен­щи­ны уйти из наших стен?

Когда жен­щи­на к нам посту­па­ет, на собе­се­до­ва­нии она, при нашем уча­стии, ста­вит перед собой цель, мы вме­сте про­ду­мы­ва­ем план на бли­жай­шие три — шесть меся­цев. В ходе еже­не­дель­ных кон­си­ли­у­мов мы поша­го­во, мед­лен­но, но вер­но при­бли­жа­ем­ся к выпол­не­нию это­го плана.

Когда мы вплот­ную при­бли­зи­лись к цели или даже уже достиг­ли её, мы всё рав­но не гово­рим жен­щине, что ей пора. Мы про­сто садим­ся за круг­лый стол оче­ред­но­го кон­си­ли­у­ма, вме­сте смот­рим на наши пла­ны — и всем ста­но­вит­ся понят­но, что этот этап в жиз­ни жен­щи­ны закан­чи­ва­ет­ся, она с нашей помо­щью пре­одо­ле­ла кризис.

В насту­пив­шей «атмо­сфе­ре понят­но­сти» нет необ­хо­ди­мо­сти наме­кать жен­щине, что при­шёл срок прощаться.

Выпол­не­ние пла­на — это, преж­де все­го, появ­ле­ние реа­ли­стич­но­го вари­ан­та отъ­ез­да: куда поехать жить из при­ю­та. Вари­ан­ты могут быть разными.

Есть те, кто воз­вра­ща­ет­ся в семью, вос­ста­но­вив отно­ше­ния с роди­те­ля­ми, родственниками.

Так быва­ет, когда близ­кие пона­ча­лу тре­бо­ва­ли абор­та. Но те же самые люди, кото­рые застав­ля­ли убить малы­ша, после его рож­де­ния меня­ют точ­ку зре­ния, заис­ки­ва­ют перед мамой и скром­но про­сят пока­зать им ребён­ка. Ино­гда, быва­ет, нахо­дят­ся род­ствен­ни­ки, кото­рые поте­ря­лись мно­гие годы назад, а сей­час раду­ют­ся вестям о род­ной душе.

Ино­гда с нашей под­держ­кой вос­ста­нав­ли­ва­ют­ся отно­ше­ния с мужем, муж­чи­ной — отцом ребён­ка. Ино­гда это не уда­ёт­ся, но реша­ет­ся вопрос с али­мен­та­ми, а зна­чит, учи­ты­вая ещё и посо­бие, кото­рое полу­ча­ет мама, есть сред­ства на жизнь. Кро­ме того, неко­то­рая сум­ма мог­ла нако­пить­ся и за вре­мя жиз­ни в при­юте: мы обес­пе­чи­ва­ем жен­щин необ­хо­ди­мым и все­гда при­зы­ва­ем не тра­тить лич­ные день­ги, кото­рые потом очень пригодятся.

image013 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

Есть мамы, у кото­рых нико­го нет. Но если они в при­юте подру­жи­лись меж­ду собой, то могут съе­хать вме­сте и снять вдво­ём или втро­ём одну квар­ти­ру. Вме­сте пла­тить за жильё, и пока одна сидит с детьми, две могут рабо­тать, потом меняться.

Быва­ет, что наши юри­сты помо­га­ют вос­ста­но­вить жильё.

Напри­мер, если жен­щи­на — выпуск­ни­ца дет­ско­го дома, но квар­ти­ру в своё вре­мя не полу­ча­ла; или пого­ре­ли­ца, у кото­рой есть реги­стра­ция в пас­пор­те, офи­ци­аль­ное под­твер­жде­ние пожа­ра, а новое жильё мест­ные вла­сти не предоставили.

Быва­ют так­же очень ред­кие слу­чаи, когда оди­но­кие пен­си­о­не­ры обра­ща­ют­ся к нам с прось­бой под­се­лить к ним поря­доч­ную маму с ребён­ком, пото­му что им тоск­ли­во быть одним на ста­ро­сти лет.

Неко­то­рые мамы вполне соци­а­ли­зи­ро­ва­ны, до бере­мен­но­сти были само­до­ста­точ­ны и спо­соб­ны опять обес­пе­чи­вать и себя, и ребён­ка, опла­чи­вать няню, как толь­ко мож­но будет с ней оста­вить малыша.

Кро­ме того, с 2020 года мате­рин­ский капи­тал уве­ли­чен, выда­ёт­ся уже на пер­во­го ребён­ка, и жильё по нему мож­но теперь при­об­ре­сти прак­ти­че­ски сра­зу после оформ­ле­ния сер­ти­фи­ка­та. Если доба­вить к это­му допол­ни­тель­ные еди­но­вре­мен­ные выпла­ты госу­дар­ства и сред­ства, кото­рые мы в слу­чае необ­хо­ди­мо­сти соби­ра­ем на наших мам в соци­аль­ных сетях, то у мам появ­ля­ет­ся воз­мож­ность купить жильё даже без ипо­те­ки. Да, это может быть толь­ко ком­нат­ка и не в самой Москве, но — своя.

Итак, наши жен­щи­ны — счаст­ли­вые мате­ри. У них есть где жить. Они пре­одо­ле­ли кри­зис, изме­ни­лись. Они уже не боят­ся зав­траш­не­го дня. Зна­чит, мы дали им всё, что могли.

От пер­во­го лица.

Наблю­де­ние пси­хо­ло­га об отъ­ез­де мам

С 99% мам рас­ста­ва­ние с при­ютом про­хо­дит очень мир­но. Но у неко­то­рых сре­ди этих 99% быва­ет потреб­ность несколь­ко обес­це­нить у себя внут­ри образ «Дома для мамы».

Пер­вое вре­мя у меня это вызы­ва­ло непо­ни­ма­ние и огор­че­ние. Ведь толь­ко срав­нить, каки­ми они при­шли пол­го­да назад — раз­би­ты­ми, подав­лен­ны­ми, отча­яв­ши­ми­ся — и каки­ми ухо­дят! Да и в мате­ри­аль­ном смыс­ле: при­е­ха­ли с дву­мя сум­ка­ми, а уез­жа­ют на газе­лях — с одеж­дой, обу­вью, коляс­ка­ми, кро­ват­ка­ми, игруш­ка­ми. Поче­му же при этом они не ценят про­ве­дён­ное здесь вре­мя и нашу помощь?

Потом я понял, что им это нуж­но, что­бы выжить. Что­бы не цеп­лять­ся за нас и объ­яс­нить себе, что они без нас спо­кой­но спра­вят­ся, нуж­но наше зна­че­ние немно­го умень­шить: «Не боль­но-то и надо».

Прой­дёт вре­мя, и они всё рав­но с теп­лом и бла­го­дар­но­стью будут вспо­ми­нать наш центр. Он не про­сто помог им высто­ять в момент кри­зи­са, но и помог полу­чить навы­ки, бла­го­да­ря кото­рым они про­дол­жа­ют жить и рас­тить детей.

Что потом? О поддержании контакта после выпуска из центра

Когда мамы с детьми съез­жа­ют из при­ю­та, они из кате­го­рии «внут­рен­них под­опеч­ных» пере­хо­дят в кате­го­рию «внеш­них», как мы их услов­но называем.

Они устра­и­ва­ют­ся на рабо­ту, нахо­дят новых зна­ко­мых, дети посте­пен­но рас­тут — в общем, их жизнь складывается.

И это даже не пото­му, что сотруд­ни­ки при­ю­та очень хоро­шо пора­бо­та­ли и помог­ли совер­шить «пере­за­груз­ку», а пото­му, что если чело­век не зани­ма­ет­ся само­уни­что­же­ни­ем (а мы таких изна­чаль­но отсе­я­ли), то его жизнь всё рав­но раз­ви­ва­ет­ся, налаживается.

Боль­шин­ство мам про­дол­жа­ют так или ина­че кон­так­ти­ро­вать с нами. Мини­мум раз в месяц они обра­ща­ют­ся к нам за помо­щью, оста­ют­ся в наших спис­ках: мы выда­ём им про­дук­то­вые и гиги­е­ни­че­ские набо­ры, а по запро­су охва­ты­ва­ем весь спектр гума­ни­тар­ной помо­щи. Это не зна­чит, что мамы не справ­ля­ют­ся, про­сто с учё­том пла­ты за съём­ную жил­пло­щадь денег на жизнь с ребён­ком оста­ёт­ся немно­го. Мы, по воз­мож­но­сти, обес­пе­чи­ва­ем их самым необходимым.

Часть про­блем у жен­щин оста­ёт­ся. Ведь к нам попа­да­ют те, у кого нако­пи­лось мно­же­ство бед: забо­ле­ва­ния, зави­си­мо­сти, про­бле­мы с зако­ном, отсут­ствие посто­ян­ной реги­стра­ции, жилья и так далее. Не все труд­но­сти пре­одо­ли­мы, или пре­одо­ли­мы сила­ми кри­зис­но­го цен­тра, или в корот­кий срок. Прак­ти­че­ски у всех, напри­мер, оста­ют­ся слож­но­сти с устрой­ством детей в дет­ский сад, ведь у мам нет мос­ков­ской про­пис­ки, без кото­рой даже не ста­вят в оче­редь на садик. Быва­ют слож­но­сти с устрой­ством на рабо­ту — напри­мер, у жен­щин со СПИДом.

Обра­ща­ют­ся наши внеш­ние под­опеч­ные и к пси­хо­ло­гу. Ино­гда нуж­на спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ная помощь — напри­мер, кон­суль­та­ции дет­ско­го пси­хо­ло­га. Но самый частый запрос дру­гой. Когда жен­щи­ны сно­ва попа­да­ют в мир, кото­рый их не при­ни­ма­ет, это очень заде­ва­ет, под­ры­ва­ет их силы: «ты мать-оди­ноч­ка — зна­чит, с тобой что-то не так». Быва­ют про­бле­мы в новом кол­лек­ти­ве, с новым муж­чи­ной. Жен­щи­ны хотят знать, как не сло­мать­ся, когда они дела­ют всё воз­мож­ное, а мир всё рав­но гово­рит им «нет». Даже силь­ным жен­щи­нам в такой ситу­а­ции пери­о­ди­че­ски нужен пси­хо­лог, под­держ­ка, атмо­сфе­ра спо­кой­ствия и принятия.

Глава 2. Работа психолога в приюте

Психологический портрет мам

У мам и бере­мен­ных жен­щин, при­хо­дя­щих в кри­зис­ный центр, есть общие чер­ты. Так, кли­ни­че­ский пси­хо­лог, кото­рая про­во­ди­ла диа­гно­сти­ку мам наше­го цен­тра, обра­ти­ла вни­ма­ние на резуль­та­ты иссле­до­ва­ния их эмо­ци­о­наль­но-лич­ност­ной сферы.

Само иссле­до­ва­ние было про­ве­де­но при помо­щи кли­ни­че­ской мето­ди­ки СМИЛ[2]. Исполь­зо­ва­ние опрос­ни­ка не пре­сле­до­ва­ло зада­чи выявить общие чер­ты, а явля­лось вспо­мо­га­тель­ным сред­ством пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, даю­щим более глу­бо­кое пред­став­ле­ние о чело­ве­ке. Срав­ни­вая полу­чен­ные резуль­та­ты, мы заме­ти­ли общую тен­ден­цию. Почти у всех иссле­ду­е­мых жен­щин отме­ча­ет­ся пик в про­фи­ле (пре­вы­ше­ние гра­ниц нор­мы) по шка­лам «Реа­ли­за­ция эмо­ци­о­наль­ной напря­жён­но­сти в непо­сред­ствен­ном пове­де­нии» и по шка­ле «Ригид­ность аффекта».

Шка­ла «Реа­ли­за­ция эмо­ци­о­наль­ной напря­жён­но­сти в непо­сред­ствен­ном пове­де­нии» сви­де­тель­ству­ет о слож­но­стях в соци­аль­ной адап­та­ции, вза­и­мо­дей­ствия чело­ве­ка с окру­жа­ю­щи­ми. В жиз­ни подоб­ные слож­но­сти про­яв­ля­ют­ся в виде недо­ста­точ­ной спо­соб­но­сти соот­вет­ство­вать обще­при­ня­тым нор­мам. Чаще все­го эти слож­но­сти обусловлены:

  • харак­те­ром, то есть врож­дён­ны­ми осо­бен­но­стя­ми лич­но­сти, пере­да­ю­щи­ми­ся по роду, но часто име­ю­щи­ми не пря­мую наследуемость;
  • семей­ной исто­ри­ей и осо­бен­но­стя­ми воспитания;
  • сфор­ми­ро­ван­ным в про­цес­се жиз­нен­но­го пути не все­гда адап­тив­ным набо­ром спо­со­бов пре­одо­ле­ния стрес­со­вых ситуаций.

Пик по шка­ле «Ригид­ность аффек­та» под­ра­зу­ме­ва­ет склон­ность чело­ве­ка к чрез­мер­ной фик­са­ции на пере­жи­ва­ни­ях, неспо­соб­ность взгля­нуть на про­ис­хо­дя­щее со сто­ро­ны, субъ­ек­тив­но пре­уве­ли­чен­ное чув­ство опас­но­сти и враж­деб­но­сти со сто­ро­ны окру­жа­ю­щих — вплоть до подо­зри­тель­но­сти. Эти осо­бен­но­сти могут иметь те же при­чи­ны, что и опи­сан­ные выше. Вза­и­мо­дей­ствие с жен­щи­на­ми во мно­гом под­твер­жда­ет полу­чен­ные дан­ные. Чаще все­го эти осо­бен­но­сти про­яв­ля­ют­ся в виде скрыт­но­сти, предъ­яв­ле­ния окру­жа­ю­щим людям соци­аль­но при­ем­ле­мо­го и одоб­ря­е­мо­го «фаса­да», в то вре­мя как их внут­рен­ний мир оста­ёт­ся закры­тым. Опа­се­ния, пере­жи­ва­ния, стра­хи, пре­уве­ли­чен­но цен­ные уста­нов­ки оста­ют­ся глу­бо­ко внутри.

Сто­ит упо­мя­нуть ещё об одной шка­ле, пик по кото­рой име­ет 45% иссле­ду­е­мых жен­щин: это шка­ла «Аути­за­ция». Она под­ра­зу­ме­ва­ет склон­ность к интро­вер­сии, погру­жён­ность вни­ма­ния в боль­шей сте­пе­ни в свой внут­рен­ний мир, чем во внеш­ние собы­тия. Саму по себе эту осо­бен­ность нель­зя счи­тать нега­тив­ной, одна­ко в неко­то­рых слу­ча­ях она может нега­тив­но отра­жать­ся на спо­соб­но­стях к адап­та­ции, осо­бен­но если выра­жен­ность этой чер­ты очень высо­кая. В жиз­ни может про­яв­лять­ся как дис­ком­форт в соци­аль­ном вза­и­мо­дей­ствии, погру­жён­ность в свои пред­став­ле­ния о мире и жиз­ни, бед­ность эмо­ци­о­наль­ных свя­зей с окру­жа­ю­щи­ми. При этом для жен­щин с выра­жен­ным пиком по шка­ле харак­тер­на высо­кая чув­стви­тель­ность и рани­мость отно­си­тель­но соб­ствен­ных переживаний.

Выде­лен­ные лич­ност­ные осо­бен­но­сти сто­ит рас­смат­ри­вать как свя­зан­ные меж­ду собой вза­и­мо­вли­я­ю­щие фак­то­ры, обу­слов­лен­ные как внут­рен­ни­ми, так и внеш­ни­ми причинами.

Все выше­опи­сан­ные осо­бен­но­сти у про­шед­ших тести­ро­ва­ние жен­щин выра­же­ны в раз­лич­ной мере, от лёг­кой тен­ден­ции — до ярких проявлений.

Если пси­хо­лог поль­зу­ет­ся дру­гим инстру­мен­та­ри­ем, состав­лен­ный им пси­хо­ло­ги­че­ский порт­рет будет несколь­ко иным. Но если вспом­нить клас­си­че­скую тео­рию иерар­хии потреб­но­стей Абра­ха­ма Мас­лоу, то мож­но ска­зать ещё несколь­ко самых общих слов о том, что объ­еди­ня­ет под­опеч­ных кри­зис­но­го цен­тра. Во-пер­вых, у них, как пра­ви­ло, не гаран­ти­ро­ва­но обес­пе­че­ние базо­вых физио­ло­ги­че­ских потреб­но­стей: в еде, чисто­те, тёп­лом поме­ще­нии для себя и ребён­ка. Во-вто­рых, если сле­до­вать выше по той же пира­ми­де Мас­лоу, у них не удо­вле­тво­рён врож­дён­ный уро­вень потреб­но­сти в чув­стве без­опас­но­сти: жен­щин пре­сле­ду­ют мужья, граж­дан­ские или закон­ные, род­ствен­ни­ки, сосе­ди и дру­гие недоб­ро­же­ла­те­ли. Жен­щи­ны пре­бы­ва­ют в стрес­се либо по пер­вой при­чине, либо по вто­рой, либо сра­зу по обе­им. Имен­но такие жен­щи­ны нуж­да­ют­ся в помо­щи кри­зис­но­го цен­тра и при­юте вре­мен­но­го пре­бы­ва­ния. Их при­мер­но треть или даже чет­верть обще­го коли­че­ства приходящих.

В осталь­ном — всё инди­ви­ду­аль­но. Есть само­сто­я­тель­ные жен­щи­ны, про­фес­си­о­наль­но состо­яв­ши­е­ся. Им важ­но про­сто пере­жить момент, когда они из-за бере­мен­но­сти и родов не могут рабо­тать и содер­жать себя. Но таких меньшинство.

Чаще все­го жен­щи­ны попа­да­ют в ситу­а­цию кри­зи­са не в свя­зи с бере­мен­но­стью, после кото­рой всё само вой­дёт в колею, а по дру­гим при­чи­нам: нет про­фес­сии, или кон­фликт­ность не поз­во­ля­ет им задер­жи­вать­ся дол­го на одном месте рабо­ты, или у них неадек­ват­ные отно­ше­ния с муж­чи­на­ми и так далее. При­мер­но 10–15% наших мам — сиро­ты, кото­рые недо­ста­точ­но соци­аль­но адап­ти­ро­ва­ны, не вла­де­ют навы­ка­ми само­сто­я­тель­ной жиз­ни в боль­шом городе.

Ино­гда жен­щи­на не справ­ля­ет­ся с соб­ствен­ной жиз­нью из-за того, что пси­хи­че­ски не вполне здо­ро­ва. Как это опре­де­лить? Отсут­ствие улыб­ки и чув­ства юмо­ра может быть при­зна­ком как пси­хи­че­ско­го откло­не­ния, так и вре­мен­ной, но глу­бо­кой пси­хо­ло­ги­че­ской трав­мы. Одна­ко сужен­ное шаб­лон­ное нетвор­че­ское миро­воз­зре­ние, явный бред вро­де тоталь­но­го про­слу­ши­ва­ния теле­фон­ных пере­го­во­ров орга­на­ми опе­ки, невоз­мож­ность вести диа­лог с дву­мя собе­сед­ни­ка­ми сра­зу, при­сталь­ный взгляд, как из глу­би­ны колод­ца, — всё это может наме­кать на необ­хо­ди­мость допол­ни­тель­ной кон­суль­та­ции у пси­хи­ат­ра. Не все­гда это замет­но сра­зу при встре­че, поэто­му порой, даже про­во­дя кол­ле­ги­аль­ное собе­се­до­ва­ние, мы можем ниче­го не запо­до­зрить. Как-то раз у одной из наших мам толь­ко через несколь­ко недель в при­юте ста­ли про­яв­лять­ся стран­но­сти в пове­де­нии. Пси­хи­атр, кото­ро­го при­шлось при­гла­сить, тоже не сра­зу поста­вил диагноз.

Мы можем при­нять жен­щи­ну с пси­хи­че­ски­ми нару­ше­ни­я­ми, если они выра­же­ны не слиш­ком интенсивно.

Мы при­сталь­но наблю­да­ем за тем, как она уха­жи­ва­ет за ребён­ком, насколь­ко она без­опас­на для него и забот­ли­ва. Ино­гда реко­мен­ду­ем гос­пи­та­ли­за­цию в пси­хи­ат­ри­че­скую кли­ни­ку. Ребён­ка на этот пери­од устра­и­ва­ем в госу­дар­ствен­ный дом ребёнка.

Запрос на помощь психолога — основа эффективности работы

Запрос на пси­хо­ло­ги­че­скую помощь в нашем при­юте идёт от жен­щи­ны. Пси­хо­лог свою помощь не навязывает.

По рас­ска­зам кол­лег-пси­хо­ло­гов мы зна­ем, что в Аме­ри­ке, напри­мер, во мно­гих подоб­ных цен­трах посе­ще­ние пси­хо­ло­га обя­за­тель­но для всех мини­мум раз в неде­лю — даже если жен­щи­на в тече­ние это­го часа будет мол­чать. Если она ока­за­лась в таком цен­тре — зна­чит, ей точ­но нуж­на помощь.

У нас пси­хо­ло­ги­че­ская помощь не обя­за­тель­на, и пси­хо­лог, как пра­ви­ло, пони­ма­ет, что это ско­рее хоро­шо. Обыч­но чело­век на пути к пси­хо­ло­гу про­де­лы­ва­ет огром­ную внут­рен­нюю рабо­ту: посте­пен­но осо­зна­ёт про­бле­му, пони­ма­ет, что невоз­мож­но даль­ше её игно­ри­ро­вать, пыта­ет­ся решить её сам, при­зна­ёт свою неспо­соб­ность спра­вить­ся само­сто­я­тель­но. Потом он начи­на­ет актив­ный поиск того, кто может ему помочь. Сре­ди всех про­фес­сий и спе­ци­а­ли­стов он выби­ра­ет имен­но пси­хо­ло­га. Потом через зна­ко­мых узна­ет, какой пси­хо­лог подо­шёл бы ему, дого­ва­ри­ва­ет­ся непо­сред­ствен­но со спе­ци­а­ли­стом о кон­суль­та­ции, заре­зер­ви­ро­вав на них вре­мя, силы и день­ги (разу­ме­ет­ся, в «Доме для мамы» кон­суль­та­ции бес­плат­ны, но речь здесь не об этом). То есть к момен­ту, когда чело­век посту­чал в дверь к пси­хо­ло­гу, он уже про­де­лал боль­шой путь и наце­лен на результат.

Основ­ная зада­ча пси­хо­ло­га — не поме­шать тако­му чело­ве­ку. Не зря гово­рят, что в любом гра­мот­но сфор­му­ли­ро­ван­ном вопро­се зало­же­на поло­ви­на отве­та. Это как игра в сквош, где пси­хо­лог — «стен­ка», от кото­рой чело­век отби­ва­ет мячик. Если «стен­ка» не пыта­ет­ся чему-то научить чело­ве­ка, счи­тая, что зна­ет, как ему пра­виль­но жить, то чело­век сна­ча­ла вкривь и вкось пода­ёт мяч и бега­ет за ним, но потом посте­пен­но вырав­ни­ва­ет­ся, успокаивается.

Ино­гда, если у мам замет­ны явные пси­хо­ло­ги­че­ские про­бле­мы, мож­но им пред­ло­жить пого­во­рить. И всё же, толь­ко если жен­щи­на обра­ща­ет­ся сама, есть высо­кая веро­ят­ность результата.

Мно­гие выска­зы­ва­ли мысль, что до тех пор, пока чело­век не дой­дёт до сво­е­го дна, он не будет что-либо менять. Для кого-то «дно» — ока­зать­ся в оди­но­че­стве во вре­мя бере­мен­но­сти. Для кого-то — ока­зать­ся с ребён­ком или бере­мен­ной на ули­це. А для кого-то и это ещё не явля­ет­ся дном. У каж­до­го свой уро­вень вос­при­им­чи­во­сти, боле­вой порог. У всех раз­ное «дно».

Для одной нашей мамы с ребён­ком кру­ше­ни­ем мира была невоз­мож­ность обес­пе­чить уют в новой, но пока пустой квар­ти­ре, полу­чен­ной после пожа­ра. Если быть совсем точ­ным, у жен­щи­ны не было штор на окнах. Она допус­ка­ла, что мож­но какое-то вре­мя спать на мат­ра­се на полу, есть греч­ку всу­хо­мят­ку, но жизнь без штор она реши­тель­но не мог­ла перенести.

Если жен­щи­на дошла до сво­е­го пре­де­ла, она гото­ва менять­ся. Ина­че мы можем при­ло­жить любые уси­лия к реше­нию про­бле­мы, но всё будет безрезультатно.

В целом, все под­опеч­ные кри­зис­но­го цен­тра делят­ся при­мер­но на три рав­ные группы.

  1. Пер­вая треть нико­гда, ни при каких обсто­я­тель­ствах не обра­ща­ет­ся к психологу.

От пер­во­го лица

В самом нача­ле сво­ей рабо­ты в цен­тре я пытал­ся пере­ло­мить эту ситу­а­цию: мне каза­лось, что нуж­но при­ве­сти к пси­хо­ло­гу всех «кри­зис­ных мам». Я пытал­ся вло­жить в них эту идею через кол­лек­тив­ные тре­нин­ги, кото­рые про­во­дил для всех. Но со вре­ме­нем убе­дил­ся, что в одно­сто­рон­нем поряд­ке рабо­та неэф­фек­тив­на и даже ино­гда опас­на. В ходе рабо­ты без запро­са порой обна­жа­ют­ся огром­ные про­бле­мы, но если нет готов­но­сти что-то менять, такие откры­тия толь­ко допол­ни­тель­но трав­ми­ру­ют жен­щи­ну. — Д.Б.

  1. Дру­гая треть обра­ща­ет­ся к пси­хо­ло­гу с запро­сом: «под­ска­жи­те мне какой-нибудь лай­фх­ак, что­бы я не меня­лась, а жизнь вокруг меня поме­ня­лась». То есть даже ока­зав­шись в при­юте, жен­щи­на не наме­ре­на делать выво­ды, не соби­ра­ет­ся менять­ся и счи­та­ет себя во всём пра­вой. А от пси­хо­ло­га ей нуж­но узнать толь­ко как мани­пу­ли­ро­вать дру­ги­ми людь­ми, что­бы добить­ся от них того, что ей нужно.

В ходе бесе­ды неко­то­рых (но не всех!) мож­но пере­ори­ен­ти­ро­вать и под­ве­сти к пони­ма­нию, что они муча­ют­ся совсем не от того, что все окру­жа­ю­щие пло­хие, и что мож­но изме­нить жизнь в про­цес­се серьёз­ной рабо­ты над собой.

  1. Послед­няя треть име­ет живой запрос на помощь пси­хо­ло­га. В содей­ствии таким жен­щи­нам и состо­ит цен­ность рабо­ты в кри­зис­ном цен­тре: живой, не исся­ка­ю­щий поток кли­ен­тов, боль­шая и раз­но­об­раз­ная прак­ти­ка, опыт реаль­но­го изме­не­ния жиз­нен­ной ситу­а­ции подопечных.

Особенности психологической помощи населению в России

Перед тем как гово­рить о кон­крет­ных направ­ле­ни­ях и содер­жа­нии про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти пси­хо­ло­га кри­зис­но­го цен­тра, напом­ним вкрат­це самые общие поло­же­ния об ока­за­нии пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи в нашей стране.

Дея­тель­ность спе­ци­а­ли­стов и орга­ни­за­ций, ока­зы­ва­ю­щих пси­хо­ло­ги­че­скую помощь насе­ле­нию, регла­мен­ти­ру­ет­ся рядом нор­ма­тив­ных доку­мен­тов. Рабо­тая в Москве, мы, преж­де все­го, руко­вод­ству­ем­ся зако­ном «О пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи насе­ле­нию в горо­де Москве»[3].

В законе пси­хо­ло­ги­че­ская помощь опре­де­ля­ет­ся так: про­фес­си­о­наль­ная под­держ­ка и содей­ствие, ока­зы­ва­е­мые чело­ве­ку, семье или соци­аль­ной груп­пе в реше­нии их пси­хо­ло­ги­че­ских про­блем, соци­аль­ной адап­та­ции, само­раз­ви­тии, само­ре­а­ли­за­ции, реа­би­ли­та­ции, пре­одо­ле­нии слож­ной пси­хо­ло­ги­че­ской ситу­а­ции. Основ­ной её зада­чей явля­ет­ся после­до­ва­тель­ное повы­ше­ние уров­ня пси­хо­ло­ги­че­ско­го бла­го­по­лу­чия и здо­ро­вья насе­ле­ния, каче­ства жизни.

Полу­ча­тель пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, в соот­вет­ствии с этим зако­ном, это лицо, нахо­дя­ще­е­ся в слож­ной пси­хо­ло­ги­че­ской ситу­а­ции, пере­жи­ва­ю­щее небла­го­при­ят­ное пси­хо­ло­ги­че­ское состо­я­ние и обра­тив­ше­е­ся к лицу, ока­зы­ва­ю­ще­му пси­хо­ло­ги­че­скую помощь, или специалисту-психологу.

Под слож­ной пси­хо­ло­ги­че­ской ситу­а­ци­ей, кото­рая явля­ет­ся осно­ва­ни­ем для обра­ще­ния за пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щью, под­ра­зу­ме­ва­ет­ся ситу­а­ция, кото­рая нару­ша­ет нор­маль­ную жиз­не­де­я­тель­ность чело­ве­ка, семьи или соци­аль­ной груп­пы и не может быть пре­одо­ле­на ими самостоятельно.

Основ­ные тре­бо­ва­ния к пси­хо­ло­гу кри­зис­но­го цен­тра регла­мен­ти­ру­ет про­фес­си­о­наль­ный стан­дарт 03.008 «Пси­хо­лог в соци­аль­ной сфе­ре»[4]. Соглас­но проф­стан­дар­ту, основ­ная цель нашей про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти — про­фи­лак­ти­ка и пси­хо­ло­ги­че­ская кор­рек­ция нега­тив­ных соци­аль­ных про­яв­ле­ний в пове­де­нии соци­аль­ных групп и отдель­ных лиц (асо­ци­аль­ное и кон­фликт­ное пове­де­ние, соци­аль­ное сирот­ство и дру­гое), пси­хо­ло­ги­че­ская помощь пред­ста­ви­те­лям соци­аль­но уяз­ви­мых сло­ев насе­ле­ния (мигран­ты, бежен­цы) и лицам, нахо­дя­щим­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции (в том чис­ле дез­адап­ти­ро­ван­ным лицам и деви­ан­там; лицам, име­ю­щим раз­ные виды зави­си­мо­сти, совер­шив­шим суи­ци­даль­ные попыт­ки; боль­ным, оди­но­ким и пре­ста­ре­лым, сиро­там, лицам с огра­ни­чен­ны­ми воз­мож­но­стя­ми здо­ро­вья; лицам, полу­чив­шим пост­трав­ма­ти­че­ские стрес­со­вые рас­строй­ства, нахо­дя­щим­ся под след­стви­ем или в учре­жде­ни­ях пени­тен­ци­ар­ной системы).

Ока­зы­вать пси­хо­ло­ги­че­скую помощь име­ют пра­во как пси­хо­ло­ги, рабо­та­ю­щие инди­ви­ду­аль­но (инди­ви­ду­аль­ные пред­при­ни­ма­те­ли и само­за­ня­тые), так и юри­ди­че­ские лица (госу­дар­ствен­ные учре­жде­ния, него­су­дар­ствен­ные орга­ни­за­ции). Для это­го пси­хо­ло­ги долж­ны иметь выс­шее обра­зо­ва­ние по про­фи­лю про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти, жела­тель­но — обу­че­ние по про­грам­мам повы­ше­ния ква­ли­фи­ка­ции, опыт рабо­ты — не менее двух лет прак­ти­че­ской или волон­тёр­ской рабо­ты, при­бли­жен­ной к дан­но­му виду дея­тель­но­сти. К рабо­те не допус­ка­ют­ся лица, име­ю­щие или имев­шие суди­мость за пре­ступ­ле­ния (какие имен­но — ука­за­но в законе).

Нуж­но отме­тить, что дале­ко не все про­бле­мы и пси­хи­че­ские про­яв­ле­ния жен­щин, кото­рые обра­ща­ют­ся в кри­зис­ный при­ют, нахо­дят­ся в ком­пе­тен­ции пси­хо­ло­га цен­тра. Неко­то­ры­ми про­бле­ма­ми и про­яв­ле­ни­я­ми долж­ны зани­мать­ся спе­ци­а­ли­сты кли­ни­че­ско­го про­фи­ля: кли­ни­че­ские пси­хо­ло­ги, вра­чи-пси­хо­те­ра­пев­ты, пси­хи­ат­ры, нар­ко­ло­ги и неврологи.

Пси­хо­лог не име­ет пра­ва само­сто­я­тель­но ста­вить диа­гно­зы, но если в жало­бах или пове­де­нии жен­щи­ны он заме­ча­ет воз­мож­ные при­зна­ки пси­хо­па­то­ло­ги­че­ских симп­то­мов, он дол­жен реко­мен­до­вать ей допол­ни­тель­ную кон­суль­та­цию у соот­вет­ству­ю­ще­го вра­ча. При под­твер­жде­нии диа­гно­за пси­хо­лог может при­нять взве­шен­ное реше­ние: нуж­на ли ей помощь пси­хо­ло­га или же тре­бу­ет­ся толь­ко лече­ние у вра­ча? Целе­со­об­раз­но ли про­дол­жать рабо­ту парал­лель­но с осу­ществ­ле­ни­ем лече­ния или пере­дать пси­хо­ло­ги­че­скую помощь пол­но­стью в веде­ние кли­ни­че­ско­го пси­хо­ло­га учре­жде­ния, где будет про­хо­дить пси­хи­ат­ри­че­ское или нар­ко­ло­ги­че­ское лечение?

Ино­гда для реше­ния про­бле­мы нуж­на ком­плекс­ная помощь раз­ных специалистов.

Напри­мер, неко­то­рые нев­ро­ло­ги­че­ские забо­ле­ва­ния могут иметь пси­хо­со­ма­ти­че­скую при­ро­ду и поми­мо меди­ка­мен­тоз­но­го лече­ния облег­чать­ся мето­да­ми пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи. То же каса­ет­ся зави­си­мо­стей и ряда пси­хи­че­ских нару­ше­ний, одна­ко в этом слу­чае пред­по­чти­тель­но, что­бы пси­хо­лог, осу­ществ­ля­ю­щий сопро­вож­де­ние пси­хи­ат­ри­че­ско­го или нар­ко­ло­ги­че­ско­го лече­ния, имел кли­ни­че­скую специализацию.

Оце­нить, какой допол­ни­тель­ный спе­ци­а­лист может потре­бо­вать­ся той или иной кон­крет­ной жен­щине, мож­но при­ме­няя алго­ритм, при­ве­ден­ный в таб­ли­це на с. 92.

Виды и фор­мы пси­хо­ло­ги­че­ской помощи

Выде­ля­ют раз­ные виды пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи — в зави­си­мо­сти от целей, задач, инстру­мен­та­рия и так далее. К основ­ным видам относятся:

  • пси­хо­ло­ги­че­ское консультирование;
  • пси­хо­ло­ги­че­ская под­держ­ка и сопровождение;
  • пси­хо­ло­ги­че­ская диагностика;
  • пси­хо­ло­ги­че­ская про­фи­лак­ти­ка и пси­хо­ло­ги­че­ское просвещение;
  • пси­хо­ло­ги­че­ская реабилитация;
  • пси­хо­ло­ги­че­ская коррекция;
  • пси­хо­ло­ги­че­ская экспертиза;
  • пси­хо­ло­ги­че­ский ана­лиз и пси­хо­те­ра­пия (неме­ди­цин­ская);
  • пси­хо­ло­ги­че­ский тренинг.

Подроб­нее об их содер­жа­нии см. в При­ло­же­нии 6.

В дея­тель­но­сти каж­до­го пси­хо­ло­га пли орга­ни­за­ции совсем не обя­за­тель­но долж­ны быть пред­став­ле­ны все виды пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, но всё же жела­тель­но стре­мить­ся к тому, что­бы пси­хо­ло­ги­че­ская помощь кли­ен­ту была ком­плекс­ной. Это воз­мож­но, если исполь­зо­вать несколь­ко её видов после­до­ва­тель­но пли парал­лель­но — в зави­си­мо­сти от стра­те­гии рабо­ты с каж­дым кон­крет­ным кли­ен­том и воз­мож­но­стей орга­ни­за­ции. При­чём под­час гораз­до более эффек­тив­но не стре­мить­ся охва­тить все виды помо­щи в оди­ноч­ку, а про­сто рас­по­ла­гать инфор­ма­ци­ей о том, где и какие виды помо­щи жен­щи­на может полу­чить бес­плат­но и качественно.

Осо­бен­но­сти запро­са при обра­ще­нии за пси­хо­ло­ги­че­ской помощью

Пси­хо­ло­ги­че­ская или социально-

пси­хо­ло­ги­че­ская про­бле­ма, фруст­ра­ция, нару­ше­ния соци­аль­ной адап­та­ции, лич­ност­ный кри­зис, кон­фликт, стрес­со­вая реак­ция на труд­ную жиз­нен­ную ситу­а­цию, откло­не­ния пси­хо­ло­ги­че­ских харак­те­ри­стик от воз­раст­ной нор­мы, деви­ант­ное пове­де­ние, акцен­ту­а­ции характера

Нев­ро­ло­ги­че­ские симп­то­мы: тики, голов­ные боли, пара­ли­чи, бес­сон­ни­ца, непро­из­воль­ные дви­же­ния или нару­ше­ния дви­же­ний, син­дром хро­ни­че­ской уста­ло­сти, бес­сон­ни­ца и т.д.

Симп­то­мы и син­дро­мы пси­хи­че­ских забо­ле­ва­ний: асте­ни­че­ский син­дром, навяз­чи­во­сти, аффек­тив­ные син­дро­мы (депрес­сии, мани­а­каль­ные состо­я­ния, суи­ци­даль­ные мыс­ли), сене­сто­па­тии, ипо­хон­дри­че­ский син­дром, иллю­зии, гал­лю­ци­на­ции, бре­до­вые рас­строй­ства, ката­то­ни­че­ские син­дро­мы, помра­че­ние созна­ния, сла­бо­умие (демен­ция)

Зави­си­мо­сти от пси­хо­ак­тив­ных веществ: алко­го­лизм, нар­ко­ма­ния, ток­си­ко­ма­ния. Нехи­ми­че­ские зави­си­мо­сти: лудо­ма­ния, рас­строй­ства пище­во­го пове­де­ния, лекар­ствен­ная зави­си­мость (напри­мер, от фено­бар­би­та­ла, вхо­дя­ще­го в пре­па­ра­ты «Вало­кор­дин», «Кор­ва­лол» и т.п.)

Кли­ни­че­ские при­зна­ки заболевания

 

Пси­хо­со­ма­ти­че­ские

Нев­ро­ти­че­ские

Пси­хо­ти­че­ские

Виды тре­бу­е­мой помощи

Пси­хо­ло­ги­че­ская помощь

 

Пси­хо­те­ра­пия

Нар­ко­ло­ги­че­ское лечение

Нев­ро­ло­ги­че­ское лечение

 

Пси­хи­ат­ри­че­ское лечение

Спе­ци­а­лист, в ком­пе­тен­ции кото­ро­го нахо­дит­ся дан­ный вид помощи

Кли­ни­че­ский психолог

Прак­ти­че­ский психолог

Пси­хо­те­ра­певт

Врач-нев­ро­лог

Пси­хи­атр-нар­ко­лог

То есть по мере необ­хо­ди­мо­сти пси­хо­лог может высту­пить в роли «нави­га­то­ра» или рабо­тать в сотруд­ни­че­стве со спе­ци­а­ли­ста­ми сто­рон­них орга­ни­за­ций, чей вид пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи счи­та­ет необ­хо­ди­мым для клиента.

Напри­мер, пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра может про­во­дить пси­хо­ло­ги­че­ское кон­суль­ти­ро­ва­ние само­сто­я­тель­но, а для пси­хо­кор­рек­ци­он­ных заня­тий поре­ко­мен­до­вать мамам посе­тить груп­пы «Ано­ним­ных соза­ви­си­мых» или «Взрос­лых детей алко­го­ли­ков», кото­рые про­во­дят пси­хо­ло­ги, рабо­та­ю­щие в пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ских или нар­ко­ло­ги­че­ских диспансерах.

Если какие-либо цен­ные заня­тия по пси­хо­ло­ги­че­ской под­го­тов­ке бере­мен­ных к родам могут про­во­дить­ся в мест­ных поли­кли­ни­ках и жен­ских кон­суль­та­ци­ях, хра­мах — поче­му бы не поре­ко­мен­до­вать их под­опеч­ным центра?

Кон­суль­та­ции и соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ские тре­нин­ги могут так­же предо­став­лять­ся в рай­он­ных цен­трах пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи насе­ле­нию по месту про­пис­ки жен­щин (если есть про­пис­ка), а учре­жде­ния содей­ствия заня­то­сти насе­ле­ния и обра­зо­ва­тель­ные учре­жде­ния про­во­дят полез­ные и инте­рес­ные меро­при­я­тия по про­фес­си­о­наль­ной ори­ен­та­ции и пси­хо­ло­ги­че­ской под­держ­ке жела­ю­щих трудоустроиться.

Так­же в арсе­на­ле пси­хо­ло­га или пси­хо­ло­ги­че­ской служ­бы кри­зис­но­го цен­тра (о ней читай­те далее, на с. 158) могут быть раз­ные фор­мы пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи: очная или заоч­ная (напри­мер, по скай­пу), инди­ви­ду­аль­ная или груп­по­вая, крат­ко­сроч­ная или дол­го­сроч­ная, неот­лож­ная и экс­трен­ная. Подроб­нее о них см. При­ло­же­ние 7.

В каж­дом кон­крет­ном слу­чае фор­му, вид и объ­ём пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи опре­де­ля­ет и реко­мен­ду­ет пси­хо­лог в соот­вет­ствии с состо­я­ни­ем полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи и спе­ци­фи­кой его пси­хо­ло­ги­че­ской про­бле­мы. Окон­ча­тель­ный выбор фор­мы, вида и объ­ё­ма пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи дела­ет кли­ент[5].

Основные направления работы психолога кризисного центра

Пере­хо­дя непо­сред­ствен­но к содер­жа­нию рабо­ты пси­хо­ло­га кри­зис­но­го при­ю­та, напом­ним, что состо­я­ние стрес­са, в кото­ром жен­щи­ны при­хо­дят в при­ют, свя­за­но с тем, что не обес­пе­че­ны их базо­вые био­ло­ги­че­ские потреб­но­сти и отсут­ству­ет чув­ство без­опас­но­сти. Обыч­но на то, что­бы спра­вить­ся с этим стрес­сом, прий­ти в себя, успо­ко­ить­ся, понять, что ты в без­опас­но­сти, ухо­дят пер­вые две неде­ли жиз­ни в приюте.

Через две неде­ли мы начи­на­ем рабо­тать над при­чи­на­ми, по кото­рым жен­щи­на не смог­ла жить само­сто­я­тель­но и попа­ла к нам.

У пси­хо­ло­га три основ­ных направ­ле­ния работы:

1) рабо­та, направ­лен­ная на сохра­не­ние бере­мен­но­сти, отказ от аборта;

2) рабо­та, направ­лен­ная на сохра­не­ние материнства;

3) рабо­та с жен­щи­на­ми, ока­зав­ши­ми­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситуации.

Рабо­та, направ­лен­ная на сохра­не­ние беременности

Такие жен­щи­ны ред­ко при­хо­дят к нам сами, пото­му что мыс­ли об абор­те — это внут­рен­няя борь­ба жен­щи­ны. Но ино­гда они всё же обра­ща­ют­ся в поис­ке аргу­мен­тов во внут­рен­нем спо­ре, а зна­чит скло­ня­ясь к реше­нию в поль­зу ребён­ка. Ино­гда их при­во­дят зна­ко­мые, в том чис­ле — наши быв­шие под­опеч­ные, кото­рые порой ста­но­вят­ся актив­ны­ми про­лай­фе­ра­ми, то есть защит­ни­ка­ми жиз­ни нерож­дён­ных детей. Ино­гда пси­хо­ло­ги кри­зис­ных цен­тров для жен­щин узнают о таких слу­ча­ях из пер­вых рук, пото­му что одно­вре­мен­но рабо­та­ют и в госу­дар­ствен­ных меди­цин­ских учре­жде­ни­ях: родиль­ных домах, жен­ских кон­суль­та­ци­ях. Там жен­щи­ну, при­шед­шую на аборт, в обя­за­тель­ном поряд­ке направ­ля­ют к пси­хо­ло­гу в так назы­ва­е­мую неде­лю тиши­ны, что­бы попы­тать­ся в послед­ний раз пого­во­рить с ней о её реше­нии. То есть в боль­шин­стве таких слу­ча­ев у жен­щи­ны нет актив­но­го запро­са на помощь психолога.

С точ­ки зре­ния пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, это непра­виль­ный под­ход, ведь пси­хо­лог пыта­ет­ся рабо­тать с жен­щи­ной, кото­рая об этом не про­сит. Но так как на кону — жизнь ребён­ка, даль­ней­шая судь­ба самой жен­щи­ны, такие дей­ствия пси­хо­ло­га, на наш взгляд, допустимы.

Более того, если ранее мы пере­чис­ля­ли ситу­а­ции, в кото­рых отка­зы­ва­ем­ся при­ни­мать жен­щи­ну в при­ют или убеж­да­ем­ся, что мы ей не под­хо­дим, то при угро­зе абор­та мы гото­вы посту­пить­ся очень мно­ги­ми сво­и­ми пра­ви­ла­ми. Когда мы при­ез­жа­ем в жен­скую кон­суль­та­цию или род­дом, нам нуж­но решить сра­зу две кон­флик­ту­ю­щие зада­чи: с одной сто­ро­ны, поста­рать­ся предот­вра­тить ката­стро­фу (аборт или отказ от ребён­ка), с дру­гой — рас­ска­зать о наших усло­ви­ях и опре­де­лён­ных тре­бо­ва­ни­ях. В этой ситу­а­ции мы рас­став­ля­ем при­о­ри­те­ты: для нас важ­нее, что­бы жен­щи­на сохра­ни­ла ребён­ку жизнь, ста­ла мамой. Мы дела­ем для неё всё, что воз­мож­но, и, несмот­ря на наши пра­ви­ла, ищем компромиссы.

Суть рабо­ты мож­но сфор­му­ли­ро­вать так: мы не отго­ва­ри­ва­ем жен­щи­ну от абор­та, а помо­га­ем при­нять пра­виль­ное реше­ние в ситу­а­ции репро­дук­тив­но­го выбо­ра. Пра­виль­ное не в смыс­ле исти­ны в послед­ней инстан­ции, кото­рую мы яко­бы зна­ем, а жен­щи­на — нет, а в смыс­ле непри­чи­не­ния ей вре­да, её безопасности.

Аборт — это одно­знач­ный вред здо­ро­вью жен­щи­ны. Ни один аборт с меди­цин­ской точ­ки зре­ния не быва­ет абсо­лют­но без­опа­сен. Рано или позд­но, одним или дру­гим обра­зом он нега­тив­но отра­жа­ет­ся на здо­ро­вье либо самой жен­щи­ны, либо её буду­щих детей, если они будут, а ско­рее — и пер­вое, и вто­рое. Таким обра­зом, мы помо­га­ем жен­щине не при­чи­нять себе вред, сохра­нить своё здо­ро­вье, а так­же жизнь и здо­ро­вье сво­е­го ребёнка.

Рабо­та с таки­ми жен­щи­на­ми похо­жа на рабо­ту пси­хо­ло­гов пери­на­таль­но­го кон­суль­ти­ро­ва­ния, к кото­рым вра­чи в жен­ских кон­суль­та­ци­ях направ­ля­ют жен­щин, решив­ших делать аборт.

Содер­жа­ние беседы

Обыч­но бесе­да стро­ит­ся при­мер­но по тако­му пла­ну. Психолог:

1) зна­ко­мит­ся с жен­щи­ной, гово­рит о целях бесе­ды, её кон­фи­ден­ци­аль­но­сти, сво­бо­де мыс­ли и воле­изъ­яв­ле­ния женщины;

2) спра­ши­ва­ет о при­чи­нах пла­ни­ру­е­мо­го аборта;

3) инфор­ми­ру­ет жен­щи­ну о послед­стви­ях абор­та, раскрывая:

  • его меди­цин­ские аспек­ты. Жен­щи­на долж­на хоро­шо пони­мать, на что идёт; что аборт не похож на уда­ле­ние зуба с кари­е­сом и что эта мани­пу­ля­ция без послед­ствий не остаётся,
  • послед­ствия для вза­и­мо­от­но­ше­ний с отцом ребёнка,
  • послед­ствия для пси­хо­ло­ги­че­ско­го состо­я­ния беременной,
  • вли­я­ние на буду­щие поко­ле­ния её рода,

4) если это будет умест­но, пред­ла­га­ет аль­тер­на­тив­ные вари­ан­ты реше­ния проблемы.

С пунк­та 3 как раз начи­на­ет­ся соб­ствен­но пси­хо­ло­ги­че­ская рабо­та. В её осно­ве — тезис, кото­рый зву­чит так. Если в эпо­ху мас­со­во­го кон­тро­ля над рож­да­е­мо­стью, при­зы­вов к предо­хра­не­нию, все­воз­мож­ных и очень доступ­ных средств кон­тра­цеп­ции жен­щи­на всё-таки бере­ме­не­ет, — зна­чит, какой-то сво­ей частью она это­го хочет. Даже если жен­щи­на заяв­ля­ет о себе, что она child-free и нико­гда не будет рожать, в ней всё рав­но зало­же­но мате­рин­ство, кото­рое вклю­ча­ет­ся в какой-то момент жиз­ни. И сам факт, что жен­щи­на кому-то дове­ри­лась и забе­ре­ме­не­ла, гово­рит о том, что она созре­ла быть мамой.

На этом тези­се выстра­и­ва­ет­ся даль­ней­шая бесе­да. При этом пси­хо­лог дол­жен учи­ты­вать реак­ции жен­щи­ны, её выска­зы­ва­ния, про­яв­ле­ния, кото­рые выда­ют её жела­ние стать мамой, — но учи­ты­вать и то, что её созна­ние по каким-то при­чи­нам забло­ки­ро­ва­ло эту идею. Нуж­но искать эти при­чи­ны. Они могут быть мате­ри­аль­ны­ми, био­ло­ги­че­ски­ми, меди­цин­ски­ми, соци­аль­ны­ми. Напри­мер, ей негде жить. Или жильё есть, но через стен­ку живёт род­ствен­ник-алко­го­лик. Или жен­щи­на хочет рабо­тать, учиться.

То есть насту­пив­шая бере­мен­ность — это некий репро­дук­тив­ный выбор, кото­рый под­со­зна­тель­но уже сде­лан жен­щи­ной, не став­шей предо­хра­нять­ся. А реше­ние сде­лать аборт — это попыт­ка про­иг­рав­шей сто­ро­ны в её голо­ве, в диа­ло­ге с самой собой, взять реванш. Зада­ча пси­хо­ло­га в этом слу­чае — помочь жен­щине уви­деть себя. Не пси­хо­ло­га, не Биб­лию, не чьи-то мне­ния, а саму себя, мате­рин­скую суб­лич­ность. Помочь ей услы­шать себя, рас­пра­вить кры­лья, реализоваться.

Чело­век чаще все­го не осо­зна­ёт свои глу­бин­ные потреб­но­сти или не до кон­ца честен по отно­ше­нию к себе. Что­бы помочь ему встре­тить­ся с соб­ствен­ной глу­би­ной, мож­но пред­ло­жить поду­мать о самом глав­ном в жиз­ни, о важ­ных меч­тах. Мож­но пред­ло­жить жен­щине напи­сать два спис­ка: «Я иде­аль­ная» и «Я реаль­ная». Пусть она в каж­дом из них рас­ста­вит по поряд­ку пять глав­ных жиз­нен­ных при­о­ри­те­тов. И вполне может ока­зать­ся, что её иде­ал вполне сов­ме­стим с бере­мен­но­стью, рож­де­ни­ем ребён­ка, что аборт никак не упо­мя­нут в «иде­аль­ном» спис­ке. Это зна­чит, что сию­ми­нут­ные цели, кото­рых жен­щи­на хочет достичь с помо­щью абор­та, не сов­па­да­ют с глу­бин­ны­ми. Если она убьёт ребён­ка и добьёт­ся сво­их сию­ми­нут­ных целей: не поссо­рит­ся с род­ны­ми, не съе­дет с хоро­шей квар­ти­ры, не поте­ря­ет рабо­ту и так далее — она всё рав­но не ста­нет счаст­ли­вой. Пото­му что в глу­бине души хочет дру­го­го, большего.

В то же вре­мя, если потреб­но­сти — живые, вырас­та­ю­щие из глу­би­ны души, то для их удо­вле­тво­ре­ния может быть най­ден дру­гой спо­соб, не про­ти­во­ре­ча­щий сце­на­рию со спо­кой­ным тече­ни­ем бере­мен­но­сти и бла­го­по­луч­ным материнством.

У Н. уже было двое детей. Когда она забе­ре­ме­не­ла в тре­тий раз, она реши­ла сде­лать аборт толь­ко пото­му, что не хоте­ла сидеть дома, хоте­ла обще­ния, какой-то твор­че­ской само­ре­а­ли­за­ции. Но в про­цес­се бесе­ды выяс­ни­лось, что муж (он тоже участ­во­вал в раз­го­во­ре) пред­по­чи­та­ет, что­бы Н. про­во­ди­ла вре­мя дома, и совсем не готов к её слиш­ком интен­сив­но­му обще­нию. Полу­ча­лось, что пре­ры­ва­ние бере­мен­но­сти ниче­го не изме­нит. Одна­ко муж хотел сохра­нить ребён­ка. И когда мы обсуж­да­ли вари­ант, при кото­ром муж будет чаще вме­сте с женой посе­щать свет­ские меро­при­я­тия, раз­ре­шит ей рабо­тать, даже бере­мен­ной, путь немно­го и уда­лён­но; даст воз­мож­ность ухо­дить даль­ше, чем поз­во­ля­ет про­гул­ка вокруг дома с коляс­кой, то шан­сы сохра­нить дитя и внут­рен­нюю гар­мо­нию Н. рез­ко возрастают.

Даже когда жен­щи­ны осо­зна­ют раз­ни­цу меж­ду истин­ны­ми и сию­ми­нут­ны­ми зада­ча­ми, дале­ко не у всех хва­та­ет сме­ло­сти сле­до­вать за сво­и­ми истин­ны­ми меч­та­ми, глу­бин­ны­ми целя­ми. Вооб­ще, мно­гие люди живут, не обра­щая вни­ма­ния на свои глу­бин­ные потреб­но­сти. Напри­мер, у чело­ве­ка есть успеш­ная рабо­та в бан­ке, но этот чело­век любит рисо­вать. Кто гаран­ти­ру­ет, что его рисун­ки будут поку­пать и чело­ве­ку будет на что жить? Идти на пово­ду у внут­рен­не­го мира — это риск.

Так же и здесь.

В нашей прак­ти­ке не встре­ти­лось ни одной жен­щи­ны, у кото­рой в глу­бине души есть жела­ние сде­лать аборт. Пото­му что сам по себе аборт не явля­ет­ся удо­воль­стви­ем, чем-то при­ят­ным, жен­щи­ны вынуж­де­ны идти на него под дав­ле­ни­ем обсто­я­тельств. Мыс­ли о нём воз­ни­ка­ют в резуль­та­те иска­жён­но­го вос­при­я­тия самой себя, иска­жён­ной само­ре­а­ли­за­ции, когда жен­щи­на ста­вит перед собой не свои глу­бин­ные цели и зада­чи, а обще­ствен­но при­знан­ные: день­ги, карье­ру, сла­ву, уважение.

Они тоже ста­ли её лич­ны­ми целя­ми, но — не глу­бин­ны­ми, а при­вне­сён­ны­ми. Рас­кры­вать свой внут­рен­ний мир — зна­чит пред­стать перед внеш­ним миром без­за­щит­ным. Это страш­но, болез­нен­но. Такие жен­щи­ны, ско­рее все­го, уже были кем-то ране­ны и боят­ся опять рисковать.

Э. родом из села на Кав­ка­зе. Там есть фор­му­ли­ров­ка: «жить в оглас­ке». Это зна­чит, если она родит без мужа — будет стыд и позор на весь аул, Э. будет пре­зи­ра­е­ма, её ста­тус упа­дёт. Поэто­му, рас­суж­да­ет Э., луч­ше я ребён­ка убью, а если опоз­да­ла с абор­том, то рожу и сдам в дет­ский дом. Но зато никто не узна­ет, что я роди­ла ребён­ка вне бра­ка. Но если Э. оста­но­вит­ся и заду­ма­ет­ся, чего она хочет на самом деле: любить и рас­тить сво­их детей — или быть ува­жа­е­мой в ауле, где она быва­ет раз в два года, то чест­ный ответ будет очевиден.

Как помочь жен­щине понять свои глу­бин­ные жела­ния — это дело тех­ни­ки и мето­дов кон­крет­но­го пси­хо­ло­га. Кто-то исполь­зу­ет для это­го телес­но-ори­ен­ти­ро­ван­ную тера­пию, кто-то — гра­фи­че­ские мето­ды. В нашем цен­тре исполь­зу­ет­ся гума­ни­сти­че­ская экзи­стен­ци­аль­ная беседа.

Содер­жа­ние бесе­ды уни­каль­но, как и ситу­а­ция каж­дой жен­щи­ны. В раз­го­во­ре нель­зя ниче­го навя­зы­вать, но лишь спра­ши­вать и пытать­ся вме­сте понять, где про­изо­шла про­бо­и­на в кана­ле материнства.

Раз­во­ра­чи­вать бесе­ду мож­но из вопро­са: «Несмот­ря на то, что вы услы­ша­ли о меди­цин­ских, физи­че­ских, пси­хо­ло­ги­че­ских, соци­аль­ных, семей­ных послед­стви­ях абор­та, вы всё рав­но счи­та­е­те его необ­хо­ди­мым и хоти­те его сде­лать. Мы можем пого­во­рить, в чём при­чи­на этого?»

Раци­о­наль­ные и нера­ци­о­наль­ные при­чи­ны реше­ния об аборте

Один из деви­зов наше­го цен­тра — не быва­ет ситу­а­ций нераз­ре­ши­мых, быва­ют необ­ра­ти­мые. Аборт — необ­ра­ти­мая ситу­а­ция. Всё осталь­ное мож­но обсуж­дать и искать выхо­ды, кото­рые все­гда есть. Когда жен­щи­на вклю­ча­ет­ся в поиск реше­ний, она убеж­да­ет­ся: если борешь­ся за жизнь, жизнь обя­за­тель­но побо­рет­ся за тебя.

Сре­ди раз­ре­ша­е­мых ситу­а­ций, напри­мер, — кон­флик­ты с родственниками.

Г. была бере­мен­на чет­вёр­тым ребён­ком, и все род­ствен­ни­ки были про­тив. Жилищ­ных про­блем не было: у семьи три квар­ти­ры, муж и роди­те­ли Г. рабо­та­ют, сама она сидит дома с детьми. Муж гро­зил­ся уйти, если Г. не сде­ла­ет аборт. Г. хоте­ла родить, при­шла в «Дом для мамы». Нашу помощь свё­к­ры и муж вос­при­ня­ли как втор­же­ние в семью. Одна­ко посте­пен­но, в про­цес­се спо­кой­ных бесед, их отно­ше­ние изме­ни­лось, осо­бен­но бли­же к родам. После родов каж­дый из них меч­тал толь­ко о том, что­бы уви­деть ребён­ка и подер­жать его на руках. Г. вер­ну­лась в семью.

Часто жен­щи­на гово­рит, что не смо­жет про­кор­мить ребён­ка, не в силах купить для него необ­хо­ди­мое. В этом слу­чае наш кри­зис­ный центр даёт абсо­лют­но всё, что нуж­но, поми­мо замет­но воз­рос­шей госу­дар­ствен­ной под­держ­ки семей с детьми.

Быва­ет, что при­чи­на назва­на, но она ока­зы­ва­ет­ся след­стви­ем какой-то дру­гой при­чи­ны. Если жен­щи­на гово­рит о кон­флик­те с род­ствен­ни­ка­ми, то надо попы­тать­ся вме­сте понять, в чём при­чи­на кон­флик­та. Если при­чи­на — мате­ри­аль­ные про­бле­мы, то по какой при­чине у жен­щи­ны воз­ник­ли такие про­бле­мы? Если при­чи­ны меди­цин­ские (воз­раст стар­ше 40 лет или кон­крет­ные про­ти­во­по­ка­за­ния), то все­гда мож­но орга­ни­зо­вать аль­тер­на­тив­ное меди­цин­ское кон­суль­ти­ро­ва­ние, сопро­вож­де­ние, гене­ти­че­скую диа­гно­сти­ку, что-то ещё.

Когда закан­чи­ва­ют­ся раци­о­наль­ные при­чи­ны, у жен­щи­ны про­дол­жа­ет­ся внут­рен­ний диа­лог, и всту­па­ют в силу при­чи­ны ирра­ци­о­наль­ные. Добрать­ся до них пси­хо­лог может толь­ко если жен­щи­на не закры­ва­ет­ся. Если спро­сить у жен­щи­ны: как она дума­ет, будет ли она счаст­ли­ва, сде­лав аборт, — на поверх­ность посте­пен­но выхо­дит глав­ная при­чи­на: трав­ми­ро­ван­ность души.

Кри­зис в отно­ше­ни­ях с муж­чи­ной как трав­ма и при­чи­на аборта

Часто трав­ми­ро­ван­ность души — резуль­тат нере­а­ли­зо­ван­но­сти жен­щи­ны в отно­ше­ни­ях с муж­чи­ной, пре­да­тель­ства, пере­жи­той или пере­жи­ва­е­мой боли. Со все­ми эти­ми чув­ства­ми мож­но работать.

Пре­да­тель­ство. Когда жен­щи­на забе­ре­ме­не­ла и оста­лась одна — это дей­стви­тель­но тяже­ло. Но суб­лич­ность жены, даже неофи­ци­аль­ной, и мате­ри — это две раз­ные субличности.

Конеч­но, они очень тес­но свя­за­ны, и счаст­ли­вая жен­щи­на — более адек­ват­ная мама, чем несчаст­ная. Мно­гие жен­щи­ны не могут удер­жать­ся, что­бы не исполь­зо­вать ребён­ка в сво­их пси­хо­ло­ги­че­ских ком­пен­са­тор­ных играх в отно­ше­ни­ях с мужчиной.

Но всё-таки быть люби­мой и быть любя­щей мамой — это две раз­ные базо­вые потреб­но­сти жен­щи­ны. И если суб­лич­ность жены не сло­жи­лась, это не зна­чит, что ради того, что­бы ото­мстить муж­чине, нуж­но раз­ру­шать и своё мате­рин­ство: «Раз уж ты раз­ру­шил мою суб­лич­ность жены, я не могу себя чув­ство­вать реа­ли­зо­вав­шей­ся жен­щи­ной. И за то, что ты меня это­го лишил, я лишу тебя ребён­ка». Но полу­ча­ет­ся, что это посту­пок назло самой себе. Жен­щи­на лиша­ет себя реа­ли­за­ции ещё одной базо­вой потребности.

Боязнь лишить­ся отно­ше­ний. Если муж­чи­на стру­сил и ска­зал, что оста­нет­ся толь­ко если жен­щи­на сде­ла­ет аборт, жен­щине кажет­ся, что выпол­нить его тре­бо­ва­ние — про­стой спо­соб сохра­нить отно­ше­ния, добить­ся любви.

Здесь есть две важ­ные темы.

  1. «Добить­ся люб­ви». Любые отно­ше­ния тре­бу­ют рабо­ты, преж­де все­го — над собой: зани­мать­ся сво­им телом, душой, интел­лек­том. Выхо­дить на про­беж­ку по утрам или посе­щать фит­нес-клуб, зани­мать­ся пси­хо­те­ра­пи­ей, что­бы очи­щать душу, рабо­тать с нега­тив­ны­ми вос­по­ми­на­ни­я­ми, всех про­щать, всех любить; учить англий­ский или китай­ский, читать кни­ги. Если ты веру­ю­щий чело­век — у тебя тем более огром­ное поле для рабо­ты. Но если ты ниче­го не дела­ешь, смот­ришь сери­а­лы и дума­ешь, что добьёшь­ся хоро­ших отно­ше­ний про­сто идя на пово­ду, — это если и сра­бо­та­ет, то нена­дол­го. Аборт не помо­жет ни добить­ся люб­ви, ни сохра­нить отношения.
  2. «Выпол­нить тре­бо­ва­ние муж­чи­ны». Даже когда муж­чи­на стру­сил, тре­бу­ет абор­та и гово­рит, что ина­че бро­сит жен­щи­ну, — он зна­ет о себе не всё.

Поми­мо нашей лич­но­сти, созна­ния, мы ещё и оке­а­ны бес­со­зна­тель­но­го, сфор­ми­ро­ван­но­го исто­ри­ей наших пред­ков. Мы явля­ем­ся потом­ка­ми выжив­ших, то есть наро­дов, циви­ли­за­ций и отдель­ных инди­ви­ду­у­мов с наи­бо­лее жиз­не­спо­соб­ны­ми моде­ля­ми пове­де­ния. Всё изме­ни­лось толь­ко в ХХ веке, а до это­го у всех наших пред­ков мно­го тысяч лет под­ряд, сот­ни поко­ле­ний было по десять и более детей. Это не может не сохра­нить­ся в гене­ти­че­ской про­грам­ме, в наших голо­вах, душах, телах. Поэто­му муж­чи­на под­со­зна­тель­но вос­при­ни­ма­ет жен­щи­ну как суще­ство рожающее.

Поэто­му когда он гово­рит жен­щине, что как толь­ко она сде­ла­ет аборт, у них всё будет хоро­шо, — он дума­ет, что гово­рит прав­ду, но лжёт само­му себе. Со вре­ме­нем он пере­ста­нет вос­при­ни­мать жен­щи­ну, убив­шую его ребён­ка, как при­вле­ка­тель­ную и при­тя­га­тель­ную. И наобо­рот, если жен­щи­на, несмот­ря на сию­ми­нут­ную сла­бость муж­чи­ны, сохра­ня­ет бере­мен­ность, веро­ят­ность того, что семья сохра­нит­ся, будет выше.

Как пока­зы­ва­ют наблю­де­ния мно­гих пси­хо­ло­гов, после абор­тов, осо­бен­но когда речь идёт о пер­вой бере­мен­но­сти, раз­во­ды слу­ча­ют­ся чаще, чем про­дол­же­ние сов­мест­ной жизни.

Пси­хо­ло­ги­че­ский меха­низм у дан­но­го про­цес­са такой. Все наши пред­ки стре­ми­лись оста­вить потом­ство, а те, кто не стре­мил­ся и не оста­вил, гене­ти­че­ски нико­му не мог­ли пере­дать сво­ей «про­грам­мы». Поэто­му глу­бо­ко внут­ри муж­чи­ны зало­же­но архе­ти­пи­че­ское пони­ма­ние, что если он живёт с женой, то через девять меся­цев, год, два, мак­си­мум три появит­ся малыш. Если это­го не про­ис­хо­дит, в том чис­ле из-за абор­та, у муж­чи­ны воз­ни­ка­ет мно­го­уров­не­вый дис­со­нанс: раз долж­на быть бере­мен­ность, а её нет, зна­чит «что-то идёт не так».

Это неосо­зна­ва­е­мое ощу­ще­ние посте­пен­но начи­на­ет жить сво­ей жиз­нью и искать како­го-то раз­ре­ше­ния, сня­тия вопро­са. Преж­де все­го, вопро­са «с кем из нас что-то не так?» И труд­но встре­тить муж­чи­ну, кото­рый ска­зал бы себе: «Конеч­но, со мной», ведь муж­чи­ны чем стар­ше, — тем, на их взгляд, без­упреч­нее. Поэто­му ответ при­хо­дит дру­гой: «Это с ней что-то не так».

Через какое-то вре­мя эта бес­со­зна­тель­ная уста­нов­ка начи­на­ет кор­рек­ти­ро­вать пове­де­ние, отно­ше­ние и мыс­ли о спут­ни­це. И то, что преж­де не вызы­ва­ло наре­ка­ний и, даже по мер­кам муж­чи­ны, явля­ет­ся мело­чью (остыв­ший или пере­гре­тый ужин, недо­ста­точ­ная или чрез­мер­ная погру­жён­ность в поли­ти­ку), начи­на­ет вызы­вать раз­дра­же­ние. Пото­му что муж хочет себе объ­яс­нить, что жена дей­стви­тель­но вино­ва­та, она пло­хая, непол­но­цен­ная. Таким обра­зом, пря­мым неиз­беж­ным резуль­та­том абор­та явля­ет­ся общее повы­ше­ние уров­ня кон­фликт­но­сти в отношениях.

  1. «Дру­гих отно­ше­ний не построю». Если отно­ше­ния с отцом ребён­ка не сло­жи­лись, жен­щи­на порой сама рас­смат­ри­ва­ет ребён­ка как поме­ху в лич­ном сча­стье: боит­ся, что ниче­го дру­го­го не сло­жит­ся, что дру­гой муж­чи­на может при­чи­нить боль, ранить, навре­дить ей или ребён­ку и так далее.

Обыч­но в таких слу­ча­ях я гово­рю, что боять­ся и сомне­вать­ся не надо: дру­гой муж­чи­на точ­но при­чи­нит боль, точ­но оби­дит, ранит. Пото­му что не суще­ству­ет на све­те людей, кото­рые, повстре­чав­шись нам одна­жды, вза­и­мо­дей­ствуя с нами, нико­гда не при­чи­нят нам ника­ко­го вреда.

Раз­ни­ца в каж­дом слу­чае — лишь в коли­че­стве «вре­да», в соот­но­ше­нии «вре­да» и «поль­зы». Конеч­но, жен­щине надо стре­мить­ся к тому, что­бы выбрать муж­чи­ну семей­но ори­ен­ти­ро­ван­но­го, рас­по­ло­жен­но­го к забо­те о жен­щине. Но есть мир долж­ный, а есть — реаль­ный. И ожи­дать, что в реаль­ном мире муж­чи­на нико­гда ни в чём не трав­ми­ру­ет — это инфан­тиль­ная пози­ция, из кото­рой нуж­но вырас­ти, пре­одо­леть её.

Внут­рен­няя борь­ба женщины

Жен­щи­на, кото­рая идёт на аборт, пыта­ет­ся дого­во­рить­ся со сво­ей совестью.

Есть одно глу­бо­кое наблю­де­ние: не быва­ет бес­со­вест­ных людей. Оно о том, что чело­ве­ку важ­но в любых сво­их поступ­ках чув­ство­вать их право­ту. Даже пре­ступ­ни­ки и тер­ро­ри­сты дого­ва­ри­ва­ют­ся со сво­ей сове­стью, объ­яс­няя себе, поче­му и зачем нуж­но совер­шить пре­ступ­ле­ние. Так и жен­щи­на, кото­рая идёт на аборт, пыта­ет­ся объ­яс­нить себе его необ­хо­ди­мость. Будучи в роли убий­цы и несчаст­ли­вой жен­щи­ны, запре­ща­ю­щей себе сча­стье мате­рин­ства, жен­щи­на ищет иллю­зию, поз­во­ля­ю­щую чув­ство­вать себя благородной.

Напри­мер, жен­щине поста­ви­ли пред­ва­ри­тель­ный диа­гноз, при кото­ром есть веро­ят­ность рож­де­ния боль­но­го ребён­ка. Тогда она «посту­па­ет бла­го­род­но», пото­му что не хочет, что­бы ребё­нок, родив­шись, стра­дал: «Уж луч­ше пусть не родит­ся». (Кста­ти, как пока­зы­ва­ет прак­ти­ка, поло­ви­на таких пред­по­ло­же­ний — оши­боч­ные, рож­да­ют­ся здо­ро­вые дети.) Или у неё малень­кая зар­пла­та (вари­ант: нет рабо­ты), и жен­щи­на не хочет, что­бы ребё­нок был нищим или бед­ным. И тогда она опять — бла­го­род­ная спасительница.

Кста­ти, никто из жен­щин не фор­му­ли­ру­ет свою реак­цию на бере­мен­ность «уж луч­ше я его убью», — «не родит­ся» зву­чит куда менее страш­но. В выбо­ре защит­ных фор­му­ли­ро­вок жен­щине помо­га­ет неопре­де­лён­ность обще­го­су­дар­ствен­ной пози­ции: чело­ве­ком при­зна­ёт­ся лишь родив­ший­ся, и даже запрет на аборт после 12‑й неде­ли вве­дён не для сохра­не­ния пло­да, а для сохра­не­ния здо­ро­вья и жиз­ни женщины.

Образ бла­го­род­ной спа­си­тель­ни­цы — это фан­том, выдум­ка, иллю­зия. Он не име­ет ника­кой душев­ной напол­нен­но­сти и в момент кри­зи­са, насту­па­ю­ще­го после абор­та, не помо­жет. Нет ни одной жен­щи­ны, кото­рая оста­ви­ла бере­мен­ность и пожа­ле­ла. Но те, кто дела­ли аборт, осо­бен­но в пер­вый раз, жале­ли об этом. Мно­гие жен­щи­ны любят гово­рить: «Это всё ваша про­па­ган­да и домыс­лы, что я стра­даю. Я не стра­даю, мне очень хоро­шо, я абсо­лют­но счаст­ли­ва». Но рань­ше или поз­же ощу­ще­ние «сча­стья» закан­чи­ва­ет­ся, если жен­щи­на борет­ся со сво­им есте­ством, глу­бин­ной чело­ве­че­ской сущ­но­стью. И в этот момент фан­том никак не спа­са­ет. Таким обра­зом, пого­ня за фан­то­мом при­во­дит к неиз­беж­но­му кра­ху. Попы­тать­ся раз­ру­шить фан­том — ещё одна важ­ная зада­ча психолога.

Резуль­та­ты беседы

Пси­хо­ло­гам, кото­рые будут рабо­тать с этой темой, нуж­но быть внут­ренне гото­вы­ми к невы­со­кой резуль­та­тив­но­сти рабо­ты: рабо­та начи­на­ет­ся без запро­са, то есть без пред­ва­ри­тель­но­го пути, про­де­лан­но­го жен­щи­ной. Она не гото­ва откры­вать­ся, созна­тель­но и целе­на­прав­лен­но заглу­ша­ет в себе суб­лич­ность матери.

Кро­ме того, вес при­ня­то­го реше­ния здесь очень велик: рож­де­ние ребён­ка ради­каль­но меня­ет жизнь жен­щи­ны. Поэто­му мно­гие, выби­рая аборт, защи­ща­ют­ся от дру­гих точек зре­ния, что­бы не допу­стить мыс­ли о тех ради­каль­ных изме­не­ни­ях, кото­рые при­не­сёт с собой рож­де­ние ребёнка.

Дру­гим пре­пят­стви­ем для глу­бо­кой и про­дук­тив­ной рабо­ты с жен­щи­ной может быть её депрес­сив­ное состо­я­ние раз­лич­ной глу­би­ны и интен­сив­но­сти: труд­ная ситу­а­ция и внут­рен­ние пере­жи­ва­ния накла­ды­ва­ют­ся на изме­не­ния гор­мо­наль­но­го фона.

Если в какой-то момент бесе­ды жен­щи­на закры­ва­ет­ся, пото­му что мы слиш­ком близ­ко подо­шли к её внут­рен­ней боли, пси­хо­лог ниче­го боль­ше сде­лать не может.

По всем этим при­чи­нам, про­цент жен­щин, кото­рые после бесе­ды меня­ют своё реше­ние в поль­зу рож­де­ния ребён­ка, очень невы­сок: от 10 до 15%. Реже он воз­рас­та­ет до 18–20%. Подроб­нее о том, как отно­сить­ся к таким пока­за­те­лям рабо­ты, читай­те в раз­де­ле «Син­дром эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния» (с. 174, внизу).

При­ме­ча­ние. Немно­го о статистике

Как мы уже гово­ри­ли, ино­гда пси­хо­ло­ги кри­зис­ных цен­тров одно­вре­мен­но рабо­та­ют и в жен­ских кон­суль­та­ци­ях. К таким спе­ци­а­ли­стам направ­ля­ют жен­щин, при­шед­ших на аборт, что­бы в послед­ний раз пого­во­рить об этом. И когда мы гово­рим, что 10–15% жен­щин меня­ют реше­ние, то име­ем в виду имен­но ситу­а­цию, когда они при­шли на аборт в госу­дар­ствен­ное учреждение.

Любая дру­гая ста­ти­сти­ка — о дру­гих ситу­а­ци­ях. В одном дру­же­ствен­ном про­ек­те нам офи­ци­аль­но ска­за­ли, что у них после бесе­ды с пси­хо­ло­гом меня­ют своё реше­ние в поль­зу мате­рин­ства 60–70% жен­щин! По срав­не­нию с 10–15% это выгля­дит как неве­ро­ят­ный успех. Тогда мы не ста­ли спо­рить, но здесь можем ска­зать, что рядом ста­вить ту и дру­гую ста­ти­сти­ку в корне неверно.

Дело в том, что поток жен­щин, обра­ща­ю­щих­ся в кри­зис­ные цен­тры помо­щи бере­мен­ным, кар­ди­наль­но отли­ча­ет­ся от пото­ка, иду­ще­го в госу­дар­ствен­ные мед­учре­жде­ния. Глав­ное их отли­чие — очень раз­ная моти­ви­ро­ван­ность жен­щин. В «неде­лю тиши­ны» по направ­ле­нию от гине­ко­ло­га жен­щи­ны при­хо­дят в состо­я­нии «меня не оста­но­вить, реше­ние при­ня­то, под­пи­сы­вай­те поско­рее свои бумаж­ки». Отно­ше­ние к пси­хо­ло­гу у них, как пра­ви­ло, нега­тив­ное: его вос­при­ни­ма­ют как чинов­ни­ка, из-за кото­ро­го, воз­мож­но, при­дёт­ся рас­ко­ше­лить­ся на плат­ный аборт. Как бы пси­хо­лог ни ста­рал­ся, в луч­шем слу­чае одна из деся­ти бере­мен­ных может оду­мать­ся. Если в какой-нибудь жен­ской боль­ни­це не один, а два из деся­ти слу­ча­ев, когда жен­щи­ны после визи­та к пси­хо­ло­гу реши­ли рожать, — это зна­чит лишь то, что не всех бере­мен­ных, при­шед­ших на кон­суль­та­цию, вклю­ча­ют в общее чис­ло. Напри­мер, по меди­цин­ским пока­за­ни­ям — «не в счёт», это вро­де как «объ­ек­тив­ная необходимость».

Совсем дру­гая исто­рия — с бла­го­тво­ри­тель­ны­ми кри­зис­ны­ми цен­тра­ми. Если жен­щи­на туда обра­ти­лась, зна­чит, она уже про­де­ла­ла какой-то внут­рен­ний путь. Даже если жен­щи­ну при­ве­ли за руку — вряд ли она пошла про­тив воли. Поэто­му, напри­мер, орга­ны опе­ки рас­це­ни­ва­ют при­ход в центр пози­тив­но, как про­се­мей­ное пове­де­ние: жен­щи­на при­шла, пото­му что внут­ренне она скло­ня­ет­ся к сохра­не­нию бере­мен­но­сти и мате­рин­ству. Её не нуж­но убеж­дать или «отго­ва­ри­вать», ей доста­точ­но не поме­шать, а если ещё и под­дер­жать — точ­но будет спа­се­на ещё одна жизнь. В нашем цен­тре ста­ти­сти­ка побед в таких обра­ще­ни­ях стре­ми­тель­но при­бли­жа­ет­ся к 90 и даже 100%.

Рабо­та, направ­лен­ная на сохра­не­ние материнства

Речь идёт о ситу­а­ци­ях, когда жен­щи­на, уже родив ребён­ка, реша­ет от него отказаться.

Наш недав­ний слу­чай — О., 26 лет, с пер­вой бере­мен­но­стью. О. вела здо­ро­вый образ жиз­ни, ребё­нок родил­ся здо­ро­вым. Но О. поло­же­ние кажет­ся без­вы­ход­ным: её пар­ня нет рядом, не на кого опе­реть­ся, на рабо­те уже ждут, рабо­та неофи­ци­аль­ная, декре­та ника­ко­го нет, жен­щи­на никак не защи­ще­на. Жизнь име­ла свой ход — и вдруг она изме­нит­ся. Этот страх тол­ка­ет О. на то, что­бы напи­сать отказ от ребёнка.

О таких слу­ча­ях кри­зис­но­му цен­тру сооб­ща­ют сотруд­ни­ки род­до­мов горо­да или служ­бы опе­ки, если с ними выстро­е­ны креп­кие парт­нер­ские отно­ше­ния[6].

Сотруд­ни­ки цен­тра (у нас это обыч­но пси­хо­лог и руко­во­ди­тель) выез­жа­ют в род­дом бесе­до­вать. В отли­чие от ситу­а­ции сохра­не­ния бере­мен­но­сти, когда на раз­го­вор с жен­щи­ной есть порой все­го 15–20 минут, здесь нет цейт­но­та. Ино­гда есть шанс встре­тить­ся ещё раз, если одной встре­чи недостаточно.

В нашей прак­ти­ке было мало подоб­ных слу­ча­ев, посколь­ку бес­по­мощ­ный ново­рож­дён­ный одним сво­им видом запус­ка­ет мате­рин­скую про­грам­му, и чаще все­го она сра­ба­ты­ва­ет, даже если ребё­нок родил­ся больным.

В нашем при­юте жила С. с ребён­ком, кото­рый родил­ся сле­по­глу­хим. Но при­чи­ны, по кото­рым С. ока­за­лась в при­юте, были объ­ек­тив­ны­ми: ей ост­ро нуж­на была мате­ри­аль­ная помощь на пер­вое вре­мя после родов.

Девять меся­цев в утро­бе мате­ри нуж­ны не толь­ко пло­ду, что­бы био­ло­ги­че­ски созреть, но и роди­те­лям, в част­но­сти маме, что­бы посте­пен­но вой­ти в функ­ци­о­наль­ное состо­я­ние роди­те­ля. Если по какой-то при­чине это­го не про­изо­шло, пси­хо­лог не пыта­ет­ся искус­ствен­но «создать» мате­рин­ство, а выяс­ня­ет, где про­изо­шла ошиб­ка, про­бо­и­на в кана­ле под­го­тов­ки мате­рин­ства, поче­му оно не до кон­ца сфор­ми­ро­ва­лось. Ведь если у мамы чув­ство мате­рин­ства ослаб­ле­но — зна­чит, её силы ухо­дят в дру­гое место, на дру­гие силь­ные пере­жи­ва­ния. Мы долж­ны вме­сте обна­ру­жить эту пробоину.

Прин­цип рабо­ты опи­сан выше — там, где мы гово­ри­ли о жен­щи­нах, иду­щих на аборт: ищем при­чи­ну, по кото­рой жен­щи­на хочет отка­зать­ся от родив­ше­го­ся ребён­ка, потом — при­чи­ну воз­ник­но­ве­ния этой при­чи­ны. Всё опять делит­ся на раци­о­наль­ные и ирра­ци­о­наль­ные при­чи­ны решения.

Все раци­о­наль­ные при­чи­ны мож­но обна­ру­жить, для это­го не нуж­но быть пси­хо­ло­гом, и устра­нить, помочь жен­щине. Мы пред­ла­га­ем пожить в при­юте на пол­ном обес­пе­че­нии, гово­рим: «Давай­те попро­бу­ем быть мамой. Отка­зать­ся от ребён­ка очень лег­ко, напи­сать одно заяв­ле­ние — и всё. А вер­нуть потом очень слож­но, с како­го-то момен­та — прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Давай­те мы с вами попро­бу­ем. Если не полу­чит­ся — вы все­гда смо­же­те вер­нуть­ся к пер­во­на­чаль­но­му реше­нию». Когда мама при­ез­жа­ет в при­ют, погру­жа­ет­ся в атмо­сфе­ру мате­рин­ства, видит, как дру­гие мамы любят сво­их детей, ста­ра­ют­ся для них, — как пра­ви­ло, её мыш­ле­ние меняется.

С ирра­ци­о­наль­ны­ми при­чи­на­ми слож­нее, с ними и рабо­та­ет пси­хо­лог. По сути, мы име­ем дело с про­дол­же­ни­ем внут­рен­не­го кон­флик­та, борь­бой с уже при­ня­тым реше­ни­ем. Зада­ча пси­хо­ло­га — прий­ти к жен­щине не как учи­тель мора­ли и нрав­ствен­но­сти: «Ай-ай-ай, так нель­зя! Оду­май­ся!» — а помочь ей услы­шать себя.

Посте­пен­но жен­щи­на с помо­щью пси­хо­ло­га всё глуб­же пони­ма­ет, что дело не в объ­ек­тив­ных мате­ри­аль­ных или соци­аль­ных труд­но­стях, а во внут­рен­них про­бле­мах: в отно­ше­нии к соб­ствен­ным роди­те­лям, пси­хи­че­ских откло­не­ни­ях и тому подоб­ном. И у любой при­чи­ны, кото­рая нам кажет­ся ирра­ци­о­наль­ной, есть более глу­бин­ная при­чи­на. Когда мы её нахо­дим, то, по опы­ту наше­го цен­тра, пре­пят­ствия ока­зы­ва­лись пре­одо­ли­мы, вопрос решал­ся в поль­зу ребёнка.

В резуль­та­те раз­го­во­ра может ока­зать­ся, что у жен­щи­ны — гипер­тро­фи­ро­ван­ная неуве­рен­ность в себе в соче­та­нии с дли­тель­ной запу­щен­ной депрес­си­ей. «Я не толь­ко пло­хая мать. Я вооб­ще непо­нят­но зачем живу. Жить не хочу, неза­чем». На само­ощу­ще­ние вли­я­ет и гор­мо­наль­ный фон, и тело, изме­нив­ше­е­ся после родов.

В тече­ние бесе­ды шаг за шагом выяс­ня­ем, с како­го момен­та ста­ли посе­щать такие мыс­ли. Чело­век заду­ман суще­ством актив­ным, жиз­не­спо­соб­ным, твор­че­ским, радост­ным, бод­рым и в глу­бине души таким явля­ет­ся. Если это не так — долж­на быть при­чи­на. Ино­гда это осо­бен­но­сти лич­но­сти, кото­рые под­да­ют­ся изме­не­нию, ино­гда — фак­ты про­шло­го (воз­мож­но — недавнего).

Рабо­та с нега­тив­ны­ми послед­стви­я­ми прошлого

Что мож­но сде­лать, если при­чи­ны отка­за от ребён­ка свя­за­ны с про­шлым, а про­шлое, как извест­но, не испра­вишь? Чело­ве­ку кажет­ся, что про­бле­мы про­шло­го навсе­гда с ним.

В этом слу­чае пси­хо­лог может помочь совла­дать с эти­ми про­бле­ма­ми, пере­осмыс­лить их, вый­ти из зоны их нега­тив­но­го воз­дей­ствия на реше­ния чело­ве­ка и жизнь в целом.

Суще­ству­ет два основ­ных меха­низ­ма рабо­ты с про­бле­ма­ми, свя­зан­ны­ми с прошлым.

  1. Собы­тий­ный, фак­то­ло­ги­че­ский. То есть если тебя муча­ет соб­ствен­ный посту­пок, совер­шён­ный в про­шлом, мож­но сде­лать сего­дня нечто про­ти­во­по­лож­ное, доб­рое, и этим сим­во­ли­че­ски хотя бы отча­сти зале­чить душев­ную рану. Напри­мер, жен­щи­ну тер­за­ет сде­лан­ный аборт. Если она рожа­ет ребён­ка, то на два-три года депрес­сия и само­уни­чи­же­ние её отпускает.
  2. Пере­осмыс­ле­ние. Этот меха­низм нужен для рабо­ты с мучи­тель­ны­ми собы­ти­я­ми из про­шло­го, кото­рые невоз­мож­но «зале­чить» собы­тий­но, так как они — глу­бин­но-пси­хо­ло­ги­че­ские или абстракт­ные. Суть мето­да — в том, что мы пыта­ем­ся про­ник­нуть, вспом­нить, вой­ти в глу­бин­ную моти­ва­цию тех поступ­ков, кото­рые чело­век счи­та­ет ошиб­кой. Да, они оши­ба­лись (или «я сама оши­ба­лась»), жизнь это пока­за­ла. Но в тот момент её моти­ва­ция всё рав­но была бла­го­род­ной. Когда при­хо­дит пони­ма­ние, что чело­век на самом деле хотел как луч­ше, про­бле­ма отпускает.

Напри­мер, выяс­ня­ет­ся, что пер­во­при­чи­на отка­за от ребён­ка — нена­висть к соб­ствен­ной мате­ри, кото­рая сама когда-то бро­си­ла дочь. На вопрос: «Поче­му она так со мной посту­пи­ла?» жен­щи­на в глу­бине души отве­ча­ет себе: пото­му что она пло­хая и я пло­хая и недо­стой­на люб­ви. Пси­хо­лог помо­га­ет пере­осмыс­лить ситу­а­цию: мама посту­пи­ла так, пото­му что ей было тяже­ло, она не спра­ви­лась. Она навер­ня­ка ста­ра­лась, у неё точ­но была внут­рен­няя борь­ба, но она не спра­ви­лась. Она несчаст­ный чело­век, а несчаст­ный чело­век вызы­ва­ет не зло­бу, не агрес­сию, даже не оби­ду, а сожа­ле­ние, сочув­ствие. Такое сни­же­ние уров­ня агрес­сии и оби­ды помо­га­ет сни­зить накал про­бле­мы и посте­пен­но отпу­стить её.

Про­бле­ма может заклю­чать­ся в том, что мне когда-то в про­шлом нуж­но было посту­пить по-дру­го­му. Но это сей­час я муд­рая и про­ни­ца­тель­ная зад­ним умом, а тогда я посту­пи­ла так, пото­му что у меня были на это при­чи­ны. В тот момент я не обла­да­ла муд­ро­стью, зна­ни­я­ми, опы­том, кото­ры­ми обла­даю сей­час, у меня не было шан­са посту­пить по-дру­го­му. Жен­щи­на гово­рит, что при­чи­на поступ­ка в про­шлом — гор­ды­ня. Но гор­ды­ня может быть след­стви­ем нехват­ки роди­тель­ской люб­ви, оди­но­че­ства, упад­ка сил. То есть даже в том, в чём чело­век кате­го­ри­че­ски не прав, мож­но най­ти его про­бле­му и беду, а не вину. Когда про­ис­хо­дит пере­фор­му­ли­ро­ва­ние вины в беду, то здесь, сего­дня, при­хо­дит дру­гое ощу­ще­ние ситу­а­ции. Оно пере­ста­ёт быть раз­ру­ши­тель­но-кон­фликт­ным, раз­ру­ши­тель­но-напря­жён­ным. Насту­па­ет сво­е­го рода сми­ре­ние. Так про­изо­шло. Зато я жива и более-менее здорова.

А., одна их наших мам, очень сожа­ле­ла, что бро­си­ла инсти­тут в 20 лет, пото­му что это изме­ни­ло ход всей её жиз­ни: от шан­сов на соци­аль­ный успех — к воз­мож­но­сти рабо­тать толь­ко няней или сани­тар­кой. Соци­аль­ный лифт закрылся.

Выяс­ня­ем, поче­му так слу­чи­лось. Ока­за­лось, что А. пору­га­лась с пре­по­да­ва­те­лем и ушла, не в силах выно­сить неправ­ду, из-за чув­ства попран­ной спра­вед­ли­во­сти. Сей­час она гово­рит: «Если бы я зна­ла, чем это обер­нёт­ся…» Но кто в 20 лет может всё разум­но и спо­кой­но взве­сить и всё про­счи­тать наперед?

Если бы рядом с А. были роди­те­ли или кто-то дру­гой, зре­лый и муд­рый, он мог бы удер­жать её от это­го шага, взять удар на себя. Но таких людей не ока­за­лось. Если бы А. тогда посту­пи­ла по-дру­го­му, она пре­да­ла бы в себе чув­ство спра­вед­ли­во­сти. То есть она сле­до­ва­ла за доб­ры­ми внут­рен­ни­ми поры­ва­ми, её моти­ва­ция была бла­го­род­ной. Как толь­ко А. это поня­ла, её немно­го отпу­сти­ло. Мож­но наде­ять­ся, что она пере­ста­нет рас­хо­до­вать жиз­нен­ную энер­гию на бес­ко­неч­ное сожа­ле­ние о дав­нем поступ­ке, вер­нёт себе само­ува­же­ние и нач­нёт дви­гать­ся дальше.

Таким обра­зом мы можем разо­брать любую ситу­а­цию в нашем про­шлом. Напри­мер, при­чи­на стра­хов — нехват­ка люб­ви. Отку­да она? Воз­мож­но, мама не дала мне доста­точ­но люб­ви, была суро­вой. Поче­му мама была суро­вой? На два­дца­тое «поче­му» появ­ля­ет­ся ответ, кото­ро­го жен­щине доста­точ­но, что­бы рас­пла­кать­ся и начать смот­реть на ситу­а­цию в дру­гом ключе.

Чело­век, кото­ро­му в дет­стве недо­ста­ва­ло люб­ви роди­те­лей, став взрос­лым, может нахо­дить эту любовь не толь­ко в роди­те­лях, но и внут­ри себя, во внеш­них источ­ни­ках, при­чём не толь­ко в меж­лич­ност­ных отношениях.

Если чело­век её не полу­ча­ет, у это­го тоже есть свои при­чи­ны. Напри­мер, в осно­ве бло­ки­ров­ки лежит непра­виль­ная уста­нов­ка, что роди­те­ли мне всё рав­но долж­ны «додать» эту любовь, я всё рав­но от них это­го добьюсь. Это­го не про­изой­дёт, но жен­щи­на тра­тит на ожи­да­ния и борь­бу вре­мя и жизнь. Она не полу­ча­ет любовь из дру­гих источ­ни­ков, люб­ви ей по-преж­не­му не хва­та­ет, и поэто­му воз­ни­ка­ет энер­го­не­до­ста­точ­ность, у жен­щи­ны появ­ля­ют­ся стра­хи или дру­гие ирра­ци­о­наль­ные состо­я­ния. Пере­осмыс­ле­ние про­шло­го помо­га­ет най­ти реаль­ный источ­ник сил и поддержки.

Рис­ки и слож­но­сти в работе

Они те же, что и в слу­чае бесе­ды с бере­мен­ной жен­щи­ной, гото­вя­щей­ся к абор­ту. Для глу­бо­кой рабо­ты жен­щи­на долж­на была откры­та, откро­вен­на, пред­рас­по­ло­же­на к бесе­де. В нашем же слу­чае встре­ча с пси­хо­ло­гом, как пра­ви­ло, не вхо­дит в пла­ны жен­щи­ны. Оста­ёт­ся неста­биль­ным и гор­мо­наль­ный фон, что не спо­соб­ству­ет спо­кой­но­му взве­шен­но­му при­ня­тию решения.

Есть в рабо­те по сохра­не­нию мате­рин­ства спе­ци­фи­че­ские рис­ки — когда мама реша­ет не отка­зы­вать­ся от ребён­ка, едет в при­ют, гово­рит, что справ­ля­ет­ся, но мы видим, что это не так. Когда воз­ни­ка­ют малей­шие подо­зре­ния, мы самым при­сталь­ным обра­зом наблю­да­ем, спо­соб­на ли жен­щи­на быть мамой, не явля­ет­ся ли она угро­зой для сво­е­го ребёнка.

Как пра­ви­ло, не справ­ля­ют­ся лишь жен­щи­ны с раз­ны­ми пси­хи­че­ски­ми нару­ше­ни­я­ми или зависимостями.

М. стра­да­ла пси­хи­че­ским рас­строй­ством. Через несколь­ко дней после того, как М. роди­ла ребён­ка и выпи­са­лась из род­до­ма к нам в при­ют, мы уви­де­ли, как мама пыта­лась закры­вать ребён­ку рот подуш­кой, пото­му что М. раз­дра­жал его крик. Нам при­шлось поза­боть­ся о том, что­бы изо­ли­ро­вать ребён­ка от мате­ри и ока­зать ей пси­хи­ат­ри­че­скую помощь.

Дру­гая мама, Т., очень хоте­ла быть с ребён­ком и обе­ща­ла лечить­ся от алко­го­лиз­ма. В трез­вом виде Т. была хоро­шей мамой, но в состо­я­нии алко­голь­но­го опья­не­ния остав­ля­ла груд­но­го ребён­ка одно­го. Мы отсто­я­ли Т. у орга­нов опе­ки, что­бы дать ей шанс, раз­ме­сти­ли на лече­ние, но Т. сбе­жа­ла из реа­би­ли­та­ци­он­но­го цен­тра. Потом был дру­гой реа­би­ли­та­ци­он­ный центр, и Т. опять сбе­жа­ла. Мы бились око­ло года, но поня­ли, что помочь не можем, и были вынуж­де­ны пере­стать защи­щать её перед орга­на­ми опе­ки, кото­рые хоте­ли лишить Т. роди­тель­ских прав.

Рабо­та с жен­щи­на­ми, ока­зав­ши­ми­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции, не свя­зан­ной с при­ня­ти­ем бере­мен­но­сти и материнства

Основ­ная часть бере­мен­ных жен­щин и мате­рей, с кото­ры­ми рабо­та­ет пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра, не соби­ра­ют­ся отка­зы­вать­ся от мате­рин­ства, от ребёнка.

Их кри­зис свя­зан с дру­ги­ми вопро­са­ми — экзи­стен­ци­аль­ны­ми: кто я, чем хочу зани­мать­ся, поче­му ока­за­лась в кон­фликт­ной и/или стрес­со­вой ситу­а­ции, поче­му не спра­ви­лась с ней сама. Рабо­ту пси­хо­ло­га с таки­ми слу­ча­я­ми мож­но назвать анти­кри­зис­ным кон­суль­ти­ро­ва­ни­ем, направ­лен­ным на ста­би­ли­за­цию жиз­ни в целом.

Конеч­но, пси­хо­лог не берёт на себя боль­ше, чем пси­хо­ло­гия: он не реша­ет вопро­сов с реги­стра­ци­ей, дет­ски­ми сади­ка­ми, дол­га­ми, жилищ­ны­ми усло­ви­я­ми. Но если жен­щи­на какое-то вре­мя жила само­сто­я­тель­но, а потом что-то её выби­ло из режи­ма авто­ном­но­сти, то это «что-то» явля­ет­ся пси­хо­ло­ги­че­ской нагруз­кой, с кото­рой она не спра­ви­лась, и пси­хо­лог может помочь выров­нять пси­хо­ло­ги­че­ские силы.

Как мы гово­ри­ли выше, для нача­ла необ­хо­ди­мо дать жен­щине воз­мож­ность прий­ти в себя, предо­ста­вив ей без­опас­ность, еду, теп­ло, кров, что и обес­пе­чи­ва­ет при­ют вре­мен­но­го пре­бы­ва­ния. Нет смыс­ла с помо­щью пси­хо­ло­ги­че­ских прак­тик фор­си­ро­вать этот про­цесс, если есть воз­мож­ность достичь спо­кой­но­го состо­я­ния жен­щи­ны, про­сто предо­ста­вив всё необ­хо­ди­мое. Спу­стя при­мер­но одну-две неде­ли после все­ле­ния в при­ют жен­щи­на уже спо­соб­на вести спо­кой­ный и адек­ват­ный диа­лог. Тогда и начи­на­ет­ся рабо­та пси­хо­ло­га — пол­но­цен­ная, с погру­же­ни­ем во внут­рен­ние про­бле­мы жен­щи­ны, в её внут­рен­ний мир, глу­бин­ные моти­вы, при­чин­но-след­ствен­ные свя­зи и тому подобное.

Когда жен­щи­на гово­рит пси­хо­ло­гу, что «всё идёт не так», совер­шен­но оче­вид­но, что она зна­ет, как долж­но быть «так». Сча­стье зало­же­но внут­ри каж­до­го из нас, но в резуль­та­те чего-то иска­же­но. Про­бле­мы, кото­рые муча­ют маму, сиг­на­ли­зи­ру­ют ей о необ­хо­ди­мо­сти изме­нить­ся в сто­ро­ну сча­стья. На кон­суль­та­ци­ях вслед за обна­ру­жен­ны­ми про­бле­ма­ми она с помо­щью пси­хо­ло­га идёт к сво­е­му бес­со­зна­тель­но­му счастью.

О неко­то­рых путях рабо­ты уже было ска­за­но выше. Так, в анти­кри­зис­ном кон­суль­ти­ро­ва­нии может пона­до­бить­ся рабо­та с нега­тив­ны­ми послед­стви­я­ми про­шло­го (см. с. 112) с исполь­зо­ва­ни­ем собы­тий­но­го меха­низ­ма или пере­осмыс­ле­ния.

Итак, основ­ная зада­ча пси­хо­ло­га — разо­брать­ся в при­чи­нах сло­ма до неко­то­рой сте­пе­ни уже нала­жен­ной жиз­ни. Понять, чего не хва­ти­ло, поче­му не хва­ти­ло, и попы­тать­ся это испра­вить. Гово­ря очень обоб­щён­но, корень кри­зи­са — во внут­рен­них невер­ных уста­нов­ках жен­щи­ны, сте­рео­ти­пах, алго­рит­мах пове­де­ния. Есть такой муд­рый совет: умей­те пред­ви­деть, по воз­мож­но­сти — избе­гать, при необ­хо­ди­мо­сти — дей­ство­вать. Жен­щи­ны, ока­зав­ши­е­ся в при­юте, во-пер­вых, не суме­ли пред­ви­деть надви­га­ю­щей­ся беды, во-вто­рых, не смог­ли её избе­жать, не вклю­чи­ли для это­го все воз­мож­ные ресур­сы, и, в‑третьих, дей­ствуя, исполь­зо­ва­ли невер­ные моде­ли пове­де­ния. Невер­ные — с точ­ки зре­ния пла­чев­но­го для жен­щи­ны результата.

Кри­зис во вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях с отцом ребёнка

Самые основ­ные слож­но­сти в жиз­ни наших мам свя­за­ны с дву­мя моментами:

1) невер­ный выбор мужчины;

2) выбор невер­ной моде­ли во вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях с выбран­ным мужчиной.

Хотя боль­шин­ство людей счи­та­ет, что глав­ное — выбрать пра­виль­но­го чело­ве­ка, не будем пре­уве­ли­чи­вать зна­че­ние пер­во­го пунк­та. На самом деле, за фра­зой «иде­аль­ных людей не суще­ству­ет» сле­ду­ет логи­че­ский вывод: пра­виль­ный выбор сде­лать прак­ти­че­ски невоз­мож­но, это уто­пи­че­ская зада­ча. С любым муж­чи­ной у жен­щи­ны всё рав­но будут слож­но­сти. Куда более важ­но вто­рое — выбрать пра­виль­ную модель вза­и­мо­от­но­ше­ний с муж­чи­ной. С этим мы и пыта­ем­ся рабо­тать в ходе пси­хо­ло­ги­че­ско­го консультирования.

Конеч­но, есть ситу­а­ции, когда про­дол­же­ние отно­ше­ний невоз­мож­но. Рас­про­стра­нён­ный слу­чай, когда жен­щи­на, выби­рая муж­чи­ну, виде­ла его нега­тив­ные чер­ты и, тем не менее, не отка­за­лась от отно­ше­ний с ним. Но ведь если у муж­чи­ны были какие-то серьёз­ные недо­стат­ки, то даже если он до сва­дьбы обе­щал, что потом испра­вит­ся, — вряд ли что-то изме­нит­ся. Зачем, если жен­щи­на уже нику­да не денется?

Напри­мер, В., одна из наших мам, поня­ла ещё в пери­од зна­ком­ства, что её муж­чи­на заме­шан в воров­стве. И даже сама одна­жды, воль­но или неволь­но, ока­за­лась в машине «на карау­ле». В., тем не менее, всту­пи­ла в отно­ше­ния. Финан­со­вой под­держ­ки не полу­ча­ла, более того — муж­чи­на оформ­лял на её имя кре­ди­ты и дол­го­вые обя­за­тель­ства. Но влюб­лен­ную жен­щи­ну ничто не оста­но­ви­ло: в надеж­де, что он обя­за­тель­но изме­нит­ся, В. забе­ре­ме­не­ла и роди­ла ребён­ка. Затем дол­го с нашей помо­щью она ходи­ла по судам, обви­не­ния с неё сня­ты, но отец ребён­ка уехал на роди­ну, денег не при­сы­ла­ет, лишь зовёт к себе. К сча­стью для себя, В. поня­ла, что там поло­же­ние её и ребён­ка толь­ко ухуд­шит­ся, и реши­ла пре­кра­тить отношения.

Рабо­та с окру­же­ни­ем женщины

Пре­одо­ле­ние кри­зи­са в отно­ше­ни­ях с отцом ребён­ка нуж­но не толь­ко как этап пре­одо­ле­ния лич­ност­но­го кри­зи­са жен­щи­ны, но и как поиск источ­ни­ка под­держ­ки её и ребён­ка. Най­ти такой источ­ник — зна­чит сде­лать огром­ный шаг к само­сто­я­тель­ной жиз­ни вне стен приюта.

Таким источ­ни­ком могут стать не толь­ко мужья, отцы детей, но и дру­гие близ­кие. Поэто­му рабо­та с окру­же­ни­ем жен­щи­ны — важ­ная часть реабилитации.

К сожа­ле­нию, вза­и­мо­дей­ствие с близ­ки­ми быва­ет воз­мож­но доволь­но ред­ко, пото­му что:

  1. Как пра­ви­ло, боль­ше чем в поло­вине слу­ча­ев у жен­щи­ны вооб­ще нет близ­ких: либо она сиро­та, выпуск­ни­ца дет­ско­го дома (с чем и свя­за­но её неуме­ние жить само­сто­я­тель­но и недо­ста­точ­ная соци­а­ли­за­ция), либо так сло­жи­лась её жизнь в дан­ный момент, что жен­щи­на оста­лась одна.

К. при­е­ха­ла в Моск­ву из ближ­не­го зару­бе­жья. На родине у неё оста­лись мама и сын с тяжё­лой инва­лид­но­стью. Бабуш­ка уха­жи­ва­ла за вну­ком, К. долж­на была зара­бо­тать день­ги на их жизнь. Но зара­бо­тать не полу­ча­лось, а потом К. забе­ре­ме­не­ла. Ей было очень стыд­но перед мамой и сыном, и К. пере­ста­ла выхо­дить на связь с ними. Бабуш­ка реши­ла, что дочь умер­ла, офор­ми­ла пен­сию по поте­ре кор­миль­ца. К. попа­ла в наш при­ют. Очень стра­да­ла из-за сына, ску­ча­ла, но боя­лась вый­ти на связь с мамой, пото­му что тогда сын-инва­лид поте­ря­ет посо­бие, кор­мить его будет не на что.

  1. Если у жен­щи­ны есть близ­кие — не все­гда она раз­ре­ша­ет сотруд­ни­ку цен­тра вести с ними пере­го­во­ры: «Я луч­ше сбе­гу от вас и буду на ули­це, чем иметь дело с этим…» Без раз­ре­ше­ния жен­щи­ны зво­нить кому-то мы не можем.

Ино­гда неже­ла­ние быва­ет про­дик­то­ва­но при­хо­тью и оби­дой, а ино­гда — инстинк­том само­со­хра­не­ния. Речь идёт о слу­ча­ях, когда близ­кие быва­ют настоль­ко обо­зле­ны тем, что жен­щи­на бере­мен­на, что при­чи­ня­ют ей нема­ло про­блем, а кри­зис­но­му цен­тру — хло­пот. Напри­мер, если жен­щи­на сбе­га­ет в при­ют от насилия.

  1. Быва­ет, что жен­щи­на не про­тив, но роди­те­ли или муж­чи­на бло­ки­ру­ют воз­мож­ность общения.

Н. в 17 лет, несмот­ря на несо­вер­шен­но­ле­тие, ста­ла пол­но­стью дее­спо­соб­ной (ока­зы­ва­ет­ся, есть и такая юри­ди­че­ская воз­мож­ность). Зло­упо­треб­ля­ла алко­го­лем и нар­ко­ти­ка­ми. Сожи­те­ли Н. в резуль­та­те оче­ред­но­го дебо­ша пока­ле­чи­ли её мать до инва­лид­но­сти. Пер­во­го ребён­ка Н. оста­ви­ла мате­ри и сбе­жа­ла. В доме, кото­рый для Н. выде­лил папа, устро­и­ла пожар. У род­ствен­ни­ков все­ми прав­да­ми и неправ­да­ми наодал­жи­ва­ла столь­ко денег, что никто с ней боль­ше дела иметь не хочет. При­шла к нам в 20 с неболь­шим лет со вто­рой бере­мен­но­стью, СПИ­Дом, преды­ду­щей услов­ной суди­мо­стью, тре­мя све­жи­ми уго­лов­ны­ми дела­ми и под­пис­кой о невы­ез­де. Вполне объ­яс­ни­мо, что никто из род­ных Н. не хочет с нами раз­го­ва­ри­вать о её про­бле­мах. К сча­стью, нашлись спе­ци­а­ли­сты, кото­рые взя­лись осно­ва­тель­но ей помочь решить нако­пив­ши­е­ся проблемы.

Когда есть воз­мож­ность — мы свя­зы­ва­ем­ся, пыта­ем­ся про­яс­нить взгляд близ­ких на ситуацию.

Как и жен­щи­ны, их близ­кие тоже часто гово­рят не всю прав­ду или же про­сто врут. Но ино­гда выяс­ня­ет­ся аль­тер­на­тив­ная точ­ка зре­ния на создав­ше­е­ся поло­же­ние и ока­зы­ва­ет­ся, что мама ока­за­лась в беде из-за опре­де­лён­ных свойств сво­ей лич­но­сти, а близ­кие с ней наму­чи­лись и были вынуж­де­ны оттолк­нуть от себя. Но даже в этом слу­чае ей и ребён­ку нуж­на помощь, пото­му что жен­щи­на всё рав­но нахо­дит­ся в кри­зис­ной ситуации.

Поэто­му при любой воз­мож­но­сти мы рабо­та­ем и с роди­те­ля­ми, и с граж­дан­ски­ми или закон­ны­ми мужья­ми. Ино­гда это необ­хо­ди­мо для того, что­бы решить жилищ­ные вопро­сы или офор­мить али­мен­ты. Но ино­гда полу­ча­ет­ся уре­гу­ли­ро­вать заста­ре­лые кон­флик­ты. К сожа­ле­нию, такие слу­чаи очень нечасты.

Одна наша мама, С., рас­ска­зы­ва­ла такие ужа­сы о сво­ём муже, что мож­но было её толь­ко пожа­леть. Но в лич­ной бесе­де он ока­зал­ся абсо­лют­но вме­ня­е­мым, адек­ват­ным и нисколь­ко не был похож на порт­рет, нари­со­ван­ный С. Как выяс­ни­лось, он хотел бы вос­ста­но­вить отно­ше­ния и как мини­мум — видеть сво­е­го ребён­ка, пытал­ся нала­дить циви­ли­зо­ван­ные гра­ни­цы вза­и­мо­дей­ствия, но С. не шла на кон­такт. Был момент, когда отец на несколь­ко меся­цев увёз ребён­ка в своё село, что­бы совер­шить там обряд обре­за­ния, а потом вер­нул жене. Труд­но ска­зать, что отец похи­тил ребён­ка, ведь это и его сын. Конеч­но, мама натер­пе­лась стра­ха и даже в запа­ле хоте­ла лишить мужа роди­тель­ских прав. Но по сути дела, при­дя к нам, С. посту­пи­ла с ним так же: сбе­жа­ла с ребён­ком, оста­вив отца в неве­де­нии. И не толь­ко не дума­ла воз­вра­щать, но и запре­ща­ла им видеть­ся. А отец места себе не находил.

Помощь сотруд­ни­ков цен­тра (у нас было несколь­ко встреч) поз­во­ли­ла семье воссоединиться.

Мы все­гда дела­ем всё воз­мож­ное для созда­ния или сохра­не­ния семьи, пони­мая, насколь­ко для ребён­ка важ­на семья, в кото­рой есть папа и мама, насколь­ко это важ­но для самой жен­щи­ны. Если у отно­ше­ний есть хоть какой-то потен­ци­ал — мы при­ла­га­ем все уси­лия, что­бы его исполь­зо­вать, и часто уда­ёт­ся не толь­ко спа­сти маму и ребён­ка, но и спа­сти семью, дать ей вто­рое дыхание.

Быва­ют слу­чаи, когда семьи уже фак­ти­че­ски нет или она настоль­ко дис­функ­ци­о­наль­на, что пред­став­ля­ет угро­зу для жен­щи­ны и ребён­ка. Одна­ко ино­гда имен­но жен­щи­на наот­рез отка­зы­ва­ет­ся про­дол­жать отно­ше­ния, хотя для это­го нет объ­ек­тив­ных при­чин. Мы не можем повли­ять на такое реше­ние, но если видим, что жен­щи­на не справ­ля­ет­ся с само­сто­я­тель­ной жиз­нью, объ­яс­ня­ем ей, что даже если она не хочет сохра­нить свой брак, нуж­но сохра­нить хотя бы фор­маль­ные отно­ше­ния ради ребён­ка — если не дру­же­ские, то хотя бы не враж­деб­ные. Ребён­ку нужен папа, бабуш­ка с дедуш­кой, хотя бы для того, что­бы помочь в труд­ной ситу­а­ции: при­не­сти лекар­ство, если вы боле­е­те; поси­деть с ребён­ком, пока вы рабо­та­е­те, и так далее.

Стра­те­гия выстра­и­ва­ния кон­так­тов с близкими

Вос­со­еди­не­ние быва­ет воз­мож­но бла­го­да­ря тому, что эмо­ции участ­ни­ков кон­флик­та со вре­ме­нем осты­ва­ют, а так­же пото­му, что сотруд­ник цен­тра (как пра­ви­ло, имен­но пси­хо­лог) помо­га­ет жен­щине уви­деть кар­ти­ну с дру­гой сто­ро­ны. К сотруд­ни­ку дове­рия чуть-чуть боль­ше, чем к «людям из про­шло­го», поэто­му мы этим дове­ри­ем ста­ра­ем­ся не зло­упо­треб­лять, но исполь­зо­вать его к поль­зе женщин.

Выстра­и­ва­ние кон­так­тов с близ­ки­ми име­ет свою последовательность.

  1. Когда мы выяс­ня­ем ситу­а­цию, из-за кото­рой жен­щи­на ока­за­лась у нас, мы ищем в её рас­ска­зе источ­ни­ки жиз­нен­ной силы, ресурс для этой жен­щи­ны. Она может ска­зать: «У меня есть роди­те­ли», или «у меня есть сест­ра, она может помочь, но мы не обща­ем­ся», или «у меня есть муж», или «у меня есть парень». Так как мы гото­вим жен­щи­ну к само­сто­я­тель­ной жиз­ни, мы пыта­ем­ся про­счи­тать все воз­мож­ные вари­ан­ты, отку­да она может полу­чать помощь: от род­ствен­ни­ков, дру­зей и так далее.
  2. После того, как мы пони­ма­ем, где искать под­держ­ку, мы пред­ла­га­ем жен­щине: «Давай­те задей­ство­вать вот эти ресур­сы». На неко­то­рые она согла­ша­ет­ся лег­ко — к сожа­ле­нию, часто на те, кото­рые бес­по­лез­ны. Про эффек­тив­ные же, с нашей точ­ки зре­ния, часто гово­рит: «Нет, это бес­по­лез­но». Но мы гово­рим: «Давай­те попробуем».

Есть те, кто про­дол­жа­ет упи­рать­ся: «Нет, я не хочу от них ника­кой помо­щи» (напри­мер, али­мен­ты от муж­чи­ны). Конеч­но, они совер­ша­ют прин­ци­пи­аль­ную ошиб­ку. Помощь кри­зис­но­го цен­тра огра­ни­че­на во вре­ме­ни и, как уже было ска­за­но выше, одно из усло­вий помо­щи — стрем­ле­ние жен­щи­ны сде­лать со сво­ей сто­ро­ны всё воз­мож­ное. Центр лишь вос­пол­ня­ет недо­ста­ю­щее. (Подроб­нее об отно­ше­нии к али­мен­там см. с. 49.)

  1. Если жен­щи­на согла­ша­ет­ся попро­бо­вать, мы зво­ним близ­ко­му и гово­рим при­мер­но сле­ду­ю­щее: «Здрав­ствуй­те, меня зовут Сер­гей Пет­ров. Я рабо­таю пси­хо­ло­гом в кри­зис­ном цен­тре, кото­рый помо­га­ет бере­мен­ным жен­щи­нам и мамам в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции. К нам обра­ти­лась за помо­щью Анна Ива­но­ва, и в рам­ках ока­за­ния помо­щи мы бы хоте­ли попы­тать­ся выяс­нить взгляд на ситу­а­цию с дру­гой сто­ро­ны — если вы не буде­те про­тив. Ведь ино­гда жен­щи­ны свое­об­раз­но вос­при­ни­ма­ют ситу­а­цию: или услож­ня­ют, или упро­ща­ют, или искажают…»

Таким обра­зом с пер­вых слов идёт попыт­ка дру­же­ствен­ной настрой­ки. Чело­век на дру­гом кон­це про­во­да ещё ниче­го не ска­зал, а его уже пони­ма­ют и гото­вы при­нять любую его точ­ку зрения.

Неко­то­рые кате­го­ри­че­ски отка­зы­ва­ют­ся гово­рить, но есть и те, кто идёт на кон­такт, с кем полу­ча­ет­ся диалог.

image015 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

В центр обра­ти­лась М.: «Мы жили два года с В., я забе­ре­ме­не­ла, и он меня выгнал». Когда пси­хо­лог позво­нил муж­чине, в пер­вый раз тот сабо­ти­ро­вал бесе­ду, хотя и не бро­сил труб­ку. Что­бы отвя­зать­ся, В. стал рас­ска­зы­вать, что отно­ше­ний с М. у них не было, он про­сто пустил её пожить, но сам — дру­гой сек­су­аль­ной ори­ен­та­ции. Через неде­лю пона­до­би­лось свя­зать­ся с ним ещё раз: М. нуж­но было при­е­хать в тот город на три дня по пово­ду про­пис­ки, она хоте­ла попро­сить В. оста­но­вить­ся у него, но он не отве­чал на её звон­ки. Пси­хо­ло­гу уда­лось дозво­нить­ся — и в этом раз­го­во­ре В. рас­крыл­ся. Он при­знал­ся в том, что, во-пер­вых, боит­ся не вытя­нуть ребён­ка, тем более что у него уже есть дети. А во-вто­рых, и в‑главных, все два года, что они про­жи­ли вме­сте, М. его ни во что не ста­ви­ла. Он пытал­ся изме­нить её отно­ше­ние, но она его не слы­ша­ла и даже забе­ре­ме­не­ла обма­ном, ска­зав, что предо­хра­ня­ет­ся. Ему не нра­вит­ся её отно­ше­ние к нему и то, что она все реше­ния при­ни­ма­ет само­сто­я­тель­но. Рядом с ней он не чув­ству­ет себя мужчиной.

Резуль­та­ты теле­фон­ных бесед пси­хо­лог пере­дал М., и она нако­нец-то услы­ша­ла пре­тен­зии муж­чи­ны. По нату­ре она дей­стви­тель­но очень актив­ная, свое­воль­ная, гипе­роб­щи­тель­ная. В раз­го­во­ре с ней труд­но дождать­ся пау­зы, что­бы вста­вить хотя бы сло­во. В. пытал­ся до неё досту­чать­ся всё вре­мя их сов­мест­ной жиз­ни, но толь­ко ока­зав­шись в кри­зи­се, М. смог­ла с помо­щью посред­ни­ка услы­шать близ­ко­го и понять его прав­ду. Ситу­а­ция ещё раз­ви­ва­ет­ся, но уже мож­но ска­зать, что наше вме­ша­тель­ство помог­ло. У М. появил­ся настрой к соб­ствен­ным изме­не­ни­ям, В. был готов дать ей шанс, при­нять не толь­ко на три дня, но и попы­тать­ся опять жить вместе.

  1. После теле­фон­но­го раз­го­во­ра мы, по воз­мож­но­сти, встре­ча­ем­ся с чело­ве­ком. Это даёт боль­ше воз­мож­но­стей для того, что­бы про­де­мон­стри­ро­вать своё дове­рие, ува­же­ние, дру­же­лю­бие по отно­ше­нию к собе­сед­ни­ку, рас­по­ло­жить его, уста­но­вить кон­такт, услы­шать и уви­деть то, что сто­ит за сло­ва­ми. Поэто­му очная встре­ча все­гда более резуль­та­тив­на, чем теле­фон­ный разговор.

Когда необ­хо­ди­мо, во встре­че участ­ву­ет и жен­щи­на. Это не про­сто «очная став­ка», что­бы уви­деть, кто гово­рит прав­ду, кто лука­вит, кто готов к кон­струк­тив­но­му диа­ло­гу, а кто — нет. Это, преж­де все­го, меди­а­ция, воз­мож­ность помочь про­дви­нуть­ся в при­ня­тии важ­ных для жен­щи­ны и ребён­ка реше­ний. Если ситу­а­ция меж­ду супру­га­ми или род­ствен­ни­ка­ми очень напря­жён­ная, то есть про­стой лай­фх­ак: встре­чай­тесь в кафе, сре­ди людей, что­бы все участ­ни­ки из-за пуб­лич­но­сти ста­ра­лись себя сдерживать.

Со слов нашей под­опеч­ной Ф., её муж был домаш­ним тира­ном. Она была настро­е­на на раз­вод и отказ от любых кон­так­тов с мужем. Но встре­ча в кафе с уча­сти­ем пси­хо­ло­га, на кото­рую жен­щи­на согла­си­лась, пока­за­ла, что муж­чи­на адек­ват­ный, готов забо­тить­ся о жене и ребён­ке. Дей­стви­тель­но, было несколь­ко слу­ча­ев, когда муж уда­рил Ф., на встре­че он попро­сил про­ще­ния. При­чи­на его пове­де­ния была в том, что Ф., выпив, начи­на­ла оскорб­лять мужа. В силу сво­е­го тем­пе­ра­мен­та он не мог это­го стер­петь. Рабо­тая толь­ко с Ф., мы этих подроб­но­стей не зна­ли. На встре­че вскры­лись про­бле­мы Ф. с алко­го­лем, готов­ность мужа идти на ком­про­мис­сы, выпол­нять обя­зан­но­сти отца. Ф. уви­де­ла ситу­а­цию дру­ги­ми гла­за­ми и от пол­но­го непри­я­тия, с помо­щью даль­ней­шей рабо­ты, при­шла к пони­ма­нию необ­хо­ди­мо­сти уча­стия отца в жиз­ни ребёнка.

Быва­ет, что род­ствен­ник, близ­кий живёт в дру­гом горо­де. Но и здесь есть выход: в Рос­сии 74 кри­зис­ных цен­тра, откры­тых Рус­ской Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью, меж­ду ними под­дер­жи­ва­ют­ся дру­же­ствен­ные свя­зи. Мож­но свя­зать­ся с пси­хо­ло­га­ми из нуж­но­го реги­о­на и попро­сить их встре­тить­ся с чело­ве­ком. Если в реги­оне нет цен­тра и пра­во­слав­но­го пси­хо­ло­га, мы про­сим помочь либо мест­ные орга­ны опе­ки, либо мест­но­го свя­щен­ни­ка. Ино­гда выяс­ня­ет­ся, что отец ребён­ка абсо­лют­но адек­ват­ный и готов ока­зы­вать под­держ­ку, вос­пи­ты­вать ребёнка.

Когда вза­и­мо­от­но­ше­ния силь­но ослож­не­ны иму­ще­ствен­ны­ми и юри­ди­че­ски­ми вопро­са­ми, во встре­че при­ни­ма­ет уча­стие юрист. Он объ­яс­ня­ет род­ствен­ни­кам, какие могут быть послед­ствия, если они доб­ро­воль­но не предо­ста­вят жен­щине то, что ей поло­же­но по закону.

И., попав­шая в наш при­ют, после раз­во­да вла­де­ла долей квар­ти­ры. Дру­гой жил­пло­ща­ди у неё с ребён­ком не было, в отли­чие от быв­ше­го мужа и его роди­те­лей. И. уго­ва­ри­ва­ла их про­дать квар­ти­ру и раз­де­лить день­ги по долям — это было бы выгод­ней, чем выде­лять доли и про­да­вать их частя­ми. Ей отве­ча­ли: «Нет!», и при этом не пус­ка­ли в квар­ти­ру, меня­ли зам­ки. Сами там прак­ти­че­ски не жили, про­сто пошли на прин­цип. Наш юрист пре­ду­пре­дил их: если вопрос будет решать­ся через суд, то жен­щи­на выде­лит свою долю и выста­вит её на про­да­жу. При­дёт поку­па­тель, чужой чело­век, и вы с ним не смо­же­те посту­пать так же: не давать клю­чи, менять зам­ки. Он будет каж­дый раз взла­мы­вать дверь, у вас будут посто­ян­ные кон­флик­ты, вы вряд ли там смо­же­те жить. А когда захо­ти­те про­дать свою долю, то про­да­ди­те зна­чи­тель­но дешев­ле. Таким обра­зом, из-за ваше­го неже­ла­ния дого­во­рить­ся поте­ря­ют все.

Род­ствен­ни­ки выслу­ша­ли юри­ста, но не усту­пи­ли, решив, что И. не решит­ся на такие дей­ствия. После это­го И. была вынуж­де­на дей­ство­вать имен­но так: выде­лить долю и выста­вить её на про­да­жу. Толь­ко тогда род­ствен­ни­ки согла­си­лись про­дать всю квар­ти­ру. Без юри­ди­че­ской помо­щи и меди­а­тор­ства дело вряд ли кон­чи­лось бы успешно.

Когда ресур­сом для жен­щи­ны явля­ют­ся её соб­ствен­ные роди­те­ли, кото­рые поссо­ри­лись с доче­рью, узнав о её бере­мен­но­сти, рабо­ты у пси­хо­ло­га мень­ше. Здесь глав­ное — не поме­шать. В 90% слу­ча­ев все, кто тре­бо­вал абор­та (это каса­ет­ся и мужей), бли­же к девя­то­му меся­цу начи­на­ют заис­ки­вать, искать кон­так­та и уго­ва­ри­вать при­ми­рить­ся. Но тако­го рода кон­флик­ты и ситу­а­ции ред­ки, пото­му что роди­те­ли, если они есть, нахо­дят­ся дале­ко и мало чем могут быть полезны.

Ситу­а­ции домаш­не­го насилия

Слу­чаи домаш­не­го наси­лия состав­ля­ют 10–20% обра­ще­ний в наш кри­зис­ный центр. На самом деле жертв домаш­не­го наси­лия гораз­до боль­ше, чем тех, кто обра­ща­ет­ся за помо­щью, про­сто мно­гие ещё не созре­ли для тако­го при­зна­ния и шага, у них ещё есть силы жить и тер­петь, При­хо­дят те, чьи ресур­сы истощены.

Ино­гда мы пере­на­прав­ля­ем жен­щин в цен­тры, кото­рые спе­ци­а­ли­зи­ру­ют­ся на таких ситу­а­ци­ях, но нико­гда не дела­ем это­го автоматически.

У жен­щин, стра­да­ю­щих от домаш­не­го наси­лия, есть осо­бен­ность, кото­рую мож­но обо­зна­чить тер­ми­ном «соза­ви­си­мость». Обыч­но так гово­рят про жён алко­го­ли­ков, но и жерт­ва домаш­не­го наси­лия — это уже внут­рен­ний ста­тус жен­щи­ны. Мож­но ска­зать, что жерт­ва домаш­не­го наси­лия инфи­ци­ро­ва­на пси­хо­ло­ги­че­ски. Если она не изме­нит свой ста­тус, он перей­дёт с ней и в дру­гие отношения.

Резуль­тат рабо­ты зави­сит от очень мно­гих при­чин, но обыч­но эффек­тив­ность пси­хо­те­ра­пии в этом слу­чае невысока.

Часто жен­щи­ны-жерт­вы наси­лия обра­ща­ют­ся в при­ют не для того, что­бы им помог­ли что-то изме­нить в жиз­ни, а что­бы про­сто пере­ждать труд­ный пери­од, нако­пить сил. Для пси­хо­те­ра­пии такой запрос крайне непро­дук­ти­вен, по сути это тупик. Как толь­ко ресур­сы будут вос­ста­нов­ле­ны, более 50% жен­щин воз­вра­ща­ют­ся в те же самые опас­ные отношения.

Тем не менее мы не можем отка­зать жен­щине в пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи. К тому же ино­гда всё-таки уда­ет­ся помочь, ведь не зря ситу­а­ция даёт сбой и орга­низм, пси­хи­ка пре­кра­ща­ют вос­про­из­во­дить жиз­нен­ные ресур­сы. Это зна­чит, что под­со­зна­тель­но жен­щи­на при­зна­ёт обсто­я­тель­ства сво­ей жиз­ни непри­ем­ле­мы­ми, ещё не отда­вая себе в этом отчё­та. Она может быть гото­ва вас услы­шать сей­час, когда она при­шла сама или её увез­ла с пере­ло­ма­ми ско­рая. Ещё неде­лю назад жен­щи­на мог­ла вас не услышать.

Содер­жа­ние работы

Пси­хо­ло­ги­че­ская рабо­та с жен­щи­ной начи­на­ет­ся с посте­пен­но­го выяс­не­ния при­чи­ны, по кото­рым жен­щи­на ста­но­вит­ся жерт­вой домаш­не­го наси­лия. Глу­бин­ные при­чи­ны могут быть самы­ми раз­ны­ми, напри­мер, дет­ско-роди­тель­ские отно­ше­ния (рань­ше бил папа, теперь — муж) или низ­кая само­оцен­ка, вызван­ная нега­тив­ным отно­ше­ни­ем к соб­ствен­ной внеш­но­сти, и так далее. Часто жерт­вы домаш­не­го наси­лия ока­зы­ва­ют­ся в так назы­ва­е­мом тре­уголь­ни­ке Кар­п­ма­на. В таких отно­ше­ни­ях чело­век чере­ду­ет свои роли и быва­ет то жерт­вой, то агрес­со­ром, то спасателем.

Посте­пен­но узна­вая о том, как имен­но жен­щи­на попа­ла в кри­ти­че­скую ситу­а­цию, в отно­ше­ния наси­лия, мы уви­дим те же три эта­па, о кото­рых гово­ри­ли на с. 119: жен­щи­на не смог­ла пред­ви­деть, не суме­ла избе­жать, непра­виль­но дей­ство­ва­ла. Что име­ет­ся в виду?

Не смог­ла пред­ви­деть. Это каса­ет­ся выбо­ра муж­чи­ны, отно­ше­ния с кото­рым заве­до­мо не могут быть ком­форт­ны­ми. Если он уже несколь­ко раз был женат, име­ет детей, но не любит их и не под­дер­жи­ва­ет, бега­ет от али­мен­тов, а тут гово­рит: у нас с тобой всё совсем дру­гое, наших детей я буду любить, — жен­щине есть о чём заду­мать­ся. Чаще все­го её все пре­ду­пре­жда­ют. Но у неё есть иллю­зия, что с ней это­го не про­изой­дёт, что муж­чи­на с ней обя­за­тель­но изме­нит­ся, ведь «это же я, а не другие!».

Не суме­ла избе­жать. Итак, жен­щи­на согла­ша­ет­ся на отно­ше­ния с чело­ве­ком, склон­ным к дик­та­ту. Ни одна исто­рия семей­но­го наси­лия не начи­на­ет­ся сра­зу с побо­ев. Если при пер­вой встре­че муж­чи­на уда­рит жен­щи­ну — вто­рой встре­чи не будет. Но путь в без­дну начи­на­ет­ся с пер­вых шагов. И тут он начи­на­ет­ся с пер­во­го невеж­ли­во­го обра­ще­ния. Каж­дое новое окно Овер­то­на откры­ва­ет­ся посте­пен­но. Буду­щую жерт­ву по раз­ным при­чи­нам пер­вые «зво­ноч­ки» не настораживают.

Непра­виль­но дей­ство­ва­ла. Если у жен­щи­ны есть род­ные, близ­кие, дру­зья, и, тем более, если они предо­сте­ре­га­ли её от этих отно­ше­ний, то стра­те­гия муж­чи­ны — изо­ли­ро­вать жен­щи­ну от дру­же­ствен­ной сре­ды, стать един­ствен­ным источ­ни­ком вли­я­ния, осла­бить её, сде­лать без­за­щит­ной. Так посту­па­ют не толь­ко тира­ны, но и мошен­ни­ки. Если жен­щи­на идёт на пово­ду и оста­ёт­ся отре­зан­ной от близ­ких, то ока­зы­ва­ет­ся один на один с домаш­ним тира­ном, без вся­кой защиты.

Пара­докс заклю­ча­ет­ся в том, что муж­чи­на ведёт себя так, что­бы жен­щи­на оста­ва­лась с ним. То есть жен­щи­на в нега­тив­ных отно­ше­ни­ях видит не толь­ко мину­сы, но и плю­сы. Какие?

  • Муж­чи­на-тиран, как пра­ви­ло, — эго­ист, лич­ность нар­цис­си­че­ско­го скла­да. Он при­вле­ка­тель­но и эффект­но выгля­дит, кра­си­во гово­рит, хоро­шо оде­ва­ет­ся, сле­дит за собой. Сре­ди исто­рий, с кото­ры­ми мы стал­ки­ва­лись, были домаш­ние тира­ны на пре­крас­ных маши­нах, взя­тых в кре­дит дру­ги­ми жен­щи­на­ми. Полу­ча­ет­ся при­вле­ка­тель­ная кар­тин­ка для внеш­не­го мира: кра­си­вый и успеш­ный муж­чи­на рядом с жен­щи­ной повы­ша­ет её самооценку.
  • Муж­чи­на-тиран все реше­ния при­ни­ма­ет сам. Он огра­ни­чи­ва­ет не толь­ко круг кон­так­тов жен­щи­ны, но и её миро­воз­зре­ние, её жела­ния, вку­сы теми, что навя­зы­ва­ет ей. Он реша­ет, что им делать в выход­ной, какой фильм смот­реть, что ей носить, какое мне­ние иметь о том или дру­гом. Жен­щи­на вос­при­ни­ма­ет это как фор­му забо­ты и люб­ви и посте­пен­но начи­на­ет на весь мир смот­реть его гла­за­ми. Таким обра­зом, жен­щи­на сни­ма­ет с себя ответ­ствен­ность за свою жизнь, своё сча­стье, поступ­ки, она ни о чём более не забо­тит­ся. Она отка­зы­ва­ет­ся от сво­их лич­ных, глу­бин­ных целей, пере­да­ёт пра­ва на свою внут­рен­нюю жизнь муж­чине. Так жить лег­че, чем решать и думать самостоятельно.

Если это длит­ся мно­го лет, у чело­ве­ка атро­фи­ру­ет­ся навык само­сто­я­тель­но­го при­ня­тия реше­ний. Поэто­му так труд­на рабо­та с жерт­ва­ми домаш­не­го насилия.

Суть рабо­ты пси­хо­ло­га — в том, что­бы помочь жен­щине понять, что она полу­ча­ет в таких отно­ше­ни­ях, раз­гля­деть свои истин­ные потреб­но­сти (семья, забо­та, любовь, своё дело и так далее), при­знать­ся себе в них и попы­тать­ся най­ти спо­соб полу­чать необ­хо­ди­мое по-дру­го­му, не под­вер­гая себя опасности.

Нуж­но помочь ей во вре­мя пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ской рабо­ты при­слу­шать­ся к себе, быть чест­ной с самой собой, не под­да­вать­ся навя­зы­ва­е­мым извне сте­рео­ти­пам («зато есть кры­ша над голо­вой», «зато когда не пьёт — на руках тас­ка­ет», «одной всё рав­но хуже» и тому подоб­ные). У любо­го чело­ве­ка, дума­ю­ще­го о том, что­бы ради­каль­но изме­нить жизнь, есть стра­хи, опа­се­ния, и никто не гаран­ти­ру­ет ему резуль­тат. Но толь­ко такой путь, дви­же­ние к сво­им истин­ным целям, спо­со­бен дать наи­боль­шее сча­стье, чув­ство напол­нен­но­сти и гар­мо­нии жизни.

Рабо­та с жерт­ва­ми домаш­не­го наси­лия, повто­рим­ся, не все­гда даёт резуль­тат. Ино­гда жен­щи­на реша­ет­ся на раз­рыв и само­сто­я­тель­ную жизнь. Но дале­ко не все­гда жен­щине уда­ёт­ся пре­одо­леть внут­рен­нюю роль жерт­вы. Если она в этом ста­ту­се вер­нёт­ся в брак, то гаран­ти­ро­ван­но повто­рит­ся то же самое. Если же в резуль­та­те внут­рен­ней рабо­ты она от роли жерт­вы при­дёт к пози­ции сво­бод­но­го чело­ве­ка — сво­бод­но­го от наси­лия, от пред­рас­суд­ков, от игры в тре­уголь­ник Кар­п­ма­на, — она может попы­тать­ся вер­нуть­ся в тот же брак и изме­нить в нём семей­ные отно­ше­ния. Конеч­но, нет ника­кой гаран­тии, что всё полу­чит­ся и отно­ше­ния сло­жат­ся: либо жен­щи­на посте­пен­но «зара­зит» мужа сво­ей адек­ват­но­стью, либо он вер­нет её в этот тре­уголь­ник, либо они разойдутся.

Содержание и формы работы психолога

Рабо­чий день пси­хо­ло­га кри­зис­но­го цен­тра состо­ит не толь­ко из кон­суль­та­ций. Попро­бу­ем пере­чис­лить все основ­ные виды и фор­мы его работы.

  1. Инди­ви­ду­аль­ное кон­суль­ти­ро­ва­ние зани­ма­ет большую часть рабо­че­го вре­ме­ни. В нашем цен­тре у пси­хо­ло­га по две-три кон­суль­та­ции в день пять дней в неде­лю. Одна кон­суль­та­ция длит­ся более часа, быва­ет, что дохо­дит и до трёх. Инди­ви­ду­аль­ные кон­суль­та­ции про­во­дят­ся для внут­рен­них и для внеш­них подопечных.
  2. Веде­ние запи­сей после при­ё­ма в удоб­ном для пси­хо­ло­га фор­ма­те. Ино­гда внеш­ние под­опеч­ные при­хо­дят на кон­суль­та­цию раз в месяц или даже раз в пол­го­да, и важ­но вспом­нить какие-то дета­ли и нюан­сы. Для это­го необя­за­тель­но запи­сы­вать подроб­но­сти, порой одно наблю­де­ние пере­да­ёт всю исто­рию мамы. Пси­хо­лог ведёт для себя такие запи­си с раз­ре­ше­ния под­опеч­ных. Если кли­ент при­шёл неожи­дан­но, нуж­но быст­ро най­ти запи­си. Зна­чит, нуж­на систе­ма­ти­за­ция информации.
  3. Кол­лек­тив­ные тре­нин­ги, то есть груп­по­вая рабо­та с жен­щи­на­ми. В нашем цен­тре тре­нинг про­хо­дит один раз в неде­лю по вос­кре­се­ньям и длит­ся три часа и более. Подроб­нее о них см. на с. 136.

К кол­лек­тив­ным тре­нин­гам так­же мож­но отне­сти и ней­ро­фит­нес — ком­плекс телес­но­ори­ен­ти­ро­ван­ных и мен­таль­ных упраж­не­ний. В нашем при­юте ней­ро­фит­нес для мам про­во­дит­ся один-два раза в неде­лю и длит­ся от одно­го до полу­то­ра часов. На тре­ни­ров­ках мы чере­ду­ем нагруз­ку на раз­ные части тела (лицо и голо­ву, ладо­ни и паль­цы рук, ноги), сидя­чие и сто­я­чие дина­ми­че­ские нагруз­ки, интел­лек­ту­аль­ные зада­чи. Непри­выч­ное, но полез­ное свер­ху­си­лие, кото­рое дела­ет жен­щи­на на ней­ро­фит­не­се, спо­соб­ству­ет раз­ви­тию памя­ти, вни­ма­ния, рабо­то­спо­соб­но­сти, эмо­ци­о­наль­ной устой­чи­во­сти, навы­ков пре­одо­ле­ния стрес­са и таким обра­зом помо­га­ет решать слож­ные жиз­нен­ные про­бле­мы, с кото­ры­ми к нам попа­да­ют женщины.

  1. Уча­стие в собе­се­до­ва­ни­ях, еже­не­дель­ных кон­си­ли­у­мах, в реше­нии меди­а­тор­ских задач, кото­рые тре­бу­ют теле­фон­ных раз­го­во­ров, выез­дов за пре­де­лы цен­тра, встреч с род­ствен­ни­ка­ми и дру­ги­ми близ­ки­ми наших подопечных.

Вче­ра мы, пси­хо­лог и руко­во­ди­тель цен­тра, езди­ли в пси­хи­ат­ри­че­скую кли­ни­ку бесе­до­вать с вра­ча­ми, кото­рые лечат нашу под­опеч­ную. Сего­дня рано утром пси­хо­лог был в род­до­ме, где жен­щи­на, родив­шая здо­ро­во­го ребё­ноч­ка, реши­ла от него отка­зать­ся. Бесе­да рас­тя­ну­лась на два с поло­ви­ной часа, окон­ча­тель­ное реше­ние жен­щи­на ещё не приняла.

  1. Обще­ние с под­опеч­ны­ми вне рамок инди­ви­ду­аль­ных кон­суль­та­ций. Житель­ни­цы при­ю­та под­хо­дят спро­сить сове­та или сроч­но что-то обсу­дить. Это про­ис­хо­дит доста­точ­но регу­ляр­но, посколь­ку пси­хо­ло­ги­че­ское кон­суль­ти­ро­ва­ние — обо­юд­ная рабо­та, сосре­до­то­чен­ная на внут­рен­нем мире чело­ве­ка. Когда она начи­на­ет­ся, у жен­щи­ны появ­ля­ют­ся вопро­сы. К это­му же пунк­ту отно­сит­ся интер­вен­ция (см. о ней на с. 143) как спо­соб раз­ре­ше­ния кон­фликт­ных ситу­а­ций в цен­тре и фор­ма рабо­ты над пре­одо­ле­ни­ем лич­ност­но­го кри­зи­са подопечных.
  2. Пре­зен­та­ция рабо­ты цен­тра. Пси­хо­лог при­ни­ма­ет гостей из СМИ, обще­ствен­ных, госу­дар­ствен­ных и дру­гих орга­ни­за­ций, рас­ска­зы­ва­ет, как устро­ен центр и рабо­та в нём, водит экс­кур­сии по кри­зис­но­му цен­тру, ходит на встре­чи и меро­при­я­тия, где нуж­но пред­ста­вить центр.
  3. Под­го­тов­ка отчётов.
  4. Мето­ди­че­ская рабо­та. Не мень­ше часа каж­дый рабо­чий день нуж­но выде­лять на чте­ние про­фес­си­о­наль­ной лите­ра­ту­ры, напи­са­ние науч­ных работ и так далее.
  5. Регу­ляр­ное повы­ше­ние ква­ли­фи­ка­ции.
  6. Руко­вод­ство пси­хо­ло­ги­че­ской служ­бой, в кото­рую вхо­дят пси­хо­ло­ги-волон­тё­ры, — если такая служ­ба созда­на при вашем центре.

Рас­ска­жем подроб­нее о неко­то­рых видах и фор­мах работы.

Тре­нин­ги

Кол­лек­тив­ные тре­нин­ги дают участ­ни­цам воз­мож­ность про­жить опре­де­лён­ную ситу­а­цию и полу­чить внут­рен­ний опыт пове­де­ния в ней, кото­рый они мог­ли бы при­ме­нить в реаль­ной жиз­ни. Такие тре­нин­ги в цен­тре «Дом для мамы» мы про­во­дим раз в неде­лю, по вос­кре­се­ньям, что­бы все жела­ю­щие мог­ли собраться.

Дина­ми­ка тре­нин­га зада­ёт­ся коли­че­ством участ­ни­ков. Клас­си­че­ский тре­нинг пред­по­ла­га­ет от вось­ми до две­на­дца­ти участ­ни­ков. Тогда пси­хо­ло­гу доста­точ­но запу­стить вопрос, и он начи­на­ет жить сво­ей жиз­нью, пере­хо­дя от участ­ни­цы к участнице.

В при­ю­тах обыч­но жен­щин немно­го, не все при­хо­дят на тре­нинг, а зна­чит пси­хо­ло­гу надо при­кла­ды­вать боль­ше уси­лий для раз­го­на игры или упраж­не­ния. Поэто­му мож­но при­гла­шать внеш­них под­опеч­ных, а ино­гда и деву­шек-волон­тё­ров, но учи­ты­вать состав в под­го­тов­ке мате­ри­а­ла. При выбо­ре: дотя­нуть до вось­ми чело­век или взять одно­род­ную ауди­то­рию, луч­ше, на наш взгляд, дотя­нуть до восьми.

Пси­хо­ло­ги­че­ский тре­нинг в нашем кри­зис­ном цен­тре устро­ен так.

В самом нача­ле мы садим­ся в круг, и в кру­гу про­ис­хо­дит даль­ней­шее обще­ние, что­бы всем было вид­но всех и при этом сохра­ня­лось без­опас­ное для лич­но­го про­стран­ства расстояние.

Мы зна­ко­мим­ся, при­вет­ству­ем друг друга.

Часть тре­нин­га зани­ма­ют физи­че­ские дви­же­ния из телес­но­ори­ен­ти­ро­ван­ной тера­пии. Ино­гда мы что-то пишем или рису­ем, что-то дела­ем и обща­ем­ся с закры­ты­ми гла­за­ми. Часть тре­нин­га (обыч­но в сере­дине) — лек­ци­он­но-семи­нар­ская: пси­хо­лог пишет на дос­ке, рас­кры­ва­ет тему, кото­рая потом про­ра­ба­ты­ва­ет­ся и закреп­ля­ет­ся в упраж­не­нии, что­бы инфор­ми­ро­ван­ность пре­вра­ти­лась в зна­ние. Не затя­ги­вай­те эту часть, что­бы не поте­рять вни­ма­ние участников.

В кон­це каж­до­го упраж­не­ния пси­хо­лог про­сит участ­ниц сде­лать выво­ды, не толь­ко общие, но и субъ­ек­тив­ные: что у них в ходе упраж­не­ния получилось.

Тече­ние тре­нин­га нуж­но очень тон­ко регу­ли­ро­вать: ино­гда цен­нее импро­ви­за­ция, ино­гда уход в посто­рон­ние темы нуж­но остановить.

Перед тем как попро­щать­ся, все делят­ся впе­чат­ле­ни­я­ми, и каж­дый раз пси­хо­лог зада­ёт вопрос: «Какие выво­ды вы для себя сделали?»

Очень важ­но, что­бы тре­нинг про­дол­жал рабо­тать и после завер­ше­ния. Для это­го долж­но остать­ся «после­вку­сие»: при­ят­ное пози­тив­ное ощу­ще­ние напол­нен­но­сти жиз­ни, ощу­ще­ние дру­гих людей, откро­вен­но­сти, кото­рая абсо­лют­но без­опас­на и даже полез­на, пото­му что мож­но сде­лать какие-то важ­ные выво­ды. Веду­щий дол­жен быть наце­лен на то, что­бы внут­рен­ний опыт, полу­чен­ный на тре­нин­ге, про­дол­жал раз­ви­вать­ся и жить во внут­рен­нем мире под­опеч­ных и дальше.

Роль юмо­ра в тренинге

Тре­нинг дол­жен быть устро­ен так, что­бы на нём мно­го смеялись.

Чем пози­тив­нее настрой, тем мень­ше внут­рен­ний зажим участ­ниц, тем боль­ше они вовле­че­ны. Юмор сгла­жи­ва­ет, смяг­ча­ет про­ра­бот­ку самых тяжё­лых, трав­ми­ру­ю­щих, но нуж­ных кли­ен­ту тем, пере­жи­ва­ний и воспоминаний.

Отча­сти это про­ис­хо­дит уже тогда, когда кли­ент о болез­нен­ной или опас­ной ситу­а­ции рас­ска­зы­ва­ет в ком­форт­ной без­опас­ной обста­нов­ке. Юмор же помо­га­ет внут­ренне отде­лить­ся от трав­ми­ру­ю­ще­го вос­по­ми­на­ния, чув­ства, вый­ти за пре­де­лы ситу­а­ции, пере­жить её. Про­бле­ма не реше­на, но теря­ет свою устра­ша­ю­щую силу, если чело­ве­ку уда­лось посме­ять­ся над ней, над каки­ми-то её эле­мен­та­ми, участ­ни­ка­ми — если и когда это уместно.

Поэто­му полез­но при­ду­мы­вать для тре­нин­гов в том чис­ле смеш­ные темы и упраж­не­ния, ста­рать­ся, что­бы жен­щи­ны и сами рас­ска­зы­ва­ли что-то смеш­ное из сво­ей жиз­ни. Когда сме­ют­ся вме­сте сра­зу восемь или десять чело­век, смеш­ное ста­но­вит­ся в разы смеш­нее. Но важ­но пра­виль­но выстро­ить упраж­не­ние, что­бы это не был смех над чело­ве­ком и его чувствами.

Под­го­тов­ка тренинга

Источ­ни­ком мате­ри­а­ла для тре­нин­га может быть спе­ци­аль­ная лите­ра­ту­ра, интер­нет, опыт кол­лег, соб­ствен­ная фан­та­зия, но всё — не меха­ни­че­ски, а в сона­строй­ке с зада­ча­ми, кото­рые мы реша­ем в про­цес­се консультирования.

От пер­во­го лица

У каж­до­го пси­хо­ло­га свой под­ход к под­го­тов­ке. Поде­люсь тем, как это про­ис­хо­дит у меня.

Преж­де все­го, гото­вясь, я выде­ляю спе­ци­аль­ное вре­мя, что­бы поси­деть в тишине и поду­мать о наших под­опеч­ных, об их жела­ни­ях, про­бле­мах, с кото­ры­ми они к нам при­шли и с кото­ры­ми столк­ну­лись здесь. Я пыта­юсь это уло­вить на уровне эмоций.

Далее делаю пред­по­ло­же­ние о том, что имен­но с ними про­ис­хо­дит. Таким обра­зом, опре­де­ля­ет­ся цель наше­го буду­ще­го тре­нин­га. Напри­мер, рабо­та с обидой.

Любая заста­ре­лая про­бле­ма въеда­ет­ся в жизнь чело­ве­ка и будет защи­щать­ся при попыт­ке с ней спра­вить­ся. Поэто­му я пыта­юсь при­ду­мать, как мож­но обой­ти её защит­ные меха­низ­мы, пере­хит­рить про­бле­му. Ведь из совет­ской пси­хо­ло­гии мы пом­ним, что сна­ча­ла мы участ­ву­ем в каком-то про­цес­се, он запус­ка­ет в нас состо­я­ние, и если оно часто повто­ря­ет­ся, то закреп­ля­ет­ся, ста­но­вясь свой­ством. Про­бле­ма, над кото­рой мы будем рабо­тать, тоже обла­да­ет харак­те­ри­сти­ка­ми свой­ства. Таким обра­зом опре­де­ля­ют­ся задачи.

Потом я читаю спе­ци­аль­ную лите­ра­ту­ру и пред­ла­га­е­мые интер­не­том упраж­не­ния дру­гих пси­хо­ло­гов, вспо­ми­наю своё уча­стие в чужих тре­нин­гах. Читая какое-либо упраж­не­ние, пред­став­ляю, как бы я его про­во­дил с кон­крет­ны­ми мама­ми из наше­го при­ю­та, подой­дёт ли им, для них ли оно, заде­ва­ет ли их раны. Ред­ко сов­па­де­ние быва­ет иде­аль­ным, чаще выхва­чен­ную идею мозг сам дора­ба­ты­ва­ет до состо­я­ния адек­ват­но­сти нашей ситу­а­ции. Так опре­де­ля­ют­ся инструменты.

Нема­ло­важ­но так­же раз­ре­шить себе как веду­ще­му тре­нин­га твор­че­ство и экс­промт, кото­рый порой ока­зы­ва­ет­ся умест­ней и инте­рес­ней всех заго­то­вок. — Д.Б.

Темп и дина­ми­ка тренинга

Пси­хо­лог управ­ля­ет груп­по­вой дина­ми­кой во мно­гом через эмо­ци­о­наль­ное состо­я­ние груп­пы. Напри­мер, когда нуж­но немно­го замед­лить темп, мож­но пере­клю­чить всех на вол­ну роман­тиз­ма, пред­ло­жив вспом­нить и рас­ска­зать самый инте­рес­ный из про­чи­тан­ных рома­нов про любовь. Если, наобо­рот, все заси­де­лись и замед­ли­лись, то мож­но уско­рить темп, пред­ло­жив упраж­не­ния из телес­но­ори­ен­ти­ро­ван­ной тера­пии или даже про­сто актив­ную и весё­лую игру вро­де деся­ти сту­льев на девять чело­век (подоб­ных игр очень много).

Если вы чаще буде­те дер­жать участ­ни­ков в пото­ке юмо­ра, это тоже помо­жет не терять темп. Вы може­те и сами давать соот­вет­ству­ю­щие зада­чи, и про­сить рас­ска­зать что-то забав­ное по кру­гу. Чере­до­ва­ние серьёз­но­го и лёг­ко­го, смеш­но­го и мелан­хо­лич­но­го, сиде­ния и хож­де­ния, кол­лек­тив­но­го и инди­ви­ду­аль­но­го, раз­го­во­ров и слу­ша­ния, с откры­ты­ми гла­за­ми и закры­ты­ми — при­во­дит к тому, что три часа тре­нин­га про­ле­та­ют незаметно.

Упраж­не­ния для тренингов

«Я про­ин­фор­ми­ро­ван» и «я знаю» — это раз­ные явле­ния. Цель тре­нин­га — помочь мамам вырас­тить внут­ри себя новое зна­ние. Так, семи­нар­ская часть тре­нин­га, какой бы ни была полез­ной, — толь­ко инфор­ми­ру­ет. Мы ста­ра­ем­ся закре­пить её в после­ду­ю­щих упраж­не­ни­ях, что­бы эмо­ция, опыт, прак­ти­ка ста­ли внут­рен­ним опы­том участниц.

Напри­мер, рабо­тая над темой «оби­да», мы, не погру­жа­ясь глу­бо­ко (то есть это совсем не рас­ста­нов­ки по Хелин­ге­ру), разыг­ры­ва­ем сцен­ку с задан­ны­ми мною усло­ви­я­ми: маме, кото­рая испы­ты­ва­ет оби­ду на кого-то, отво­дим роль «обид­чи­ка», при­чём так, что у неё нет воз­мож­но­сти посту­пить по-дру­го­му. В этой роли мама дела­ет нечто похо­жее на то, что когда-то оби­де­ло её саму. — Д.Б.

Ника­кие сло­ва о том, что боль­шин­ство обид­чи­ков не пре­сле­до­ва­ло цель оби­деть, не воз­дей­ству­ют так, как про­жи­ва­ние ситу­а­ции в упраж­не­нии. И хотя несо­гла­сие и спор с пози­ци­ей обид­чи­ка могут остать­ся, но — уже внут­ри, рано или позд­но они раз­ре­шат­ся, воз­мож­но — уже с помо­щью инди­ви­ду­аль­ных консультаций.

Рабо­тая с раз­ны­ми тема­ми и целя­ми, мы в упраж­не­ни­ях можем искус­ствен­но погру­жать­ся в так назы­ва­е­мые кон­тро­ли­ру­е­мые нега­тив­ные эмо­ции — напри­мер страх. Это нуж­но делать мак­си­маль­но осто­рож­но и так же осто­рож­но выхо­дить из упражнения.

Есть упраж­не­ния, внешне похо­жие на игру, но при этом часто сопро­вож­да­ю­щи­е­ся инсай­том. Вот один из примеров.

«Ярмар­ка». Упраж­не­ние мож­но про­во­дить для разо­гре­той груп­пы сра­зу после лек­ции. Суть его — в том, что­бы пока­зать, как устро­ен наш поиск спут­ни­ка жиз­ни: обыч­но мы ищем в чело­ве­ке те хоро­шие каче­ства, кото­рых нам не хва­та­ет, и сами при зна­ком­стве предъ­яв­ля­ем свои досто­ин­ства и пря­чем недостатки.

Про­хо­дит упраж­не­ние так: мы пишем на бумаж­ке три–пять качеств, кото­рых нам не хва­та­ет в жиз­ни. На обо­ро­те пишем (печат­ны­ми бук­ва­ми, раз­бор­чи­во) сна­ча­ла три сво­их досто­ин­ства, ниже — три недо­стат­ка. Потом при­креп­ля­ем бумаж­ки либо ко лбу, либо к гру­ди той сто­ро­ной, где ука­за­ны наши досто­ин­ства и недо­стат­ки, что­бы вид­но было дру­гим, но не самой участ­ни­це. После чего веду­щий пред­ла­га­ет всем участ­ни­цам обме­нять («про­дать») свои поло­жи­тель­ные каче­ства и вза­мен полу­чить («купить») поло­жи­тель­ные каче­ства дру­гих. «В нагруз­ку» с поло­жи­тель­ным нуж­но взять (и отдать) одно отри­ца­тель­ное каче­ство. То есть участ­ни­цы гово­рят: «Мне нуж­но твоё такое-то поло­жи­тель­ное каче­ство, и вме­сте с ним я гото­ва забрать у тебя такое-то отрицательное».

Обме­нять­ся мож­но с одной участ­ни­цей, а мож­но с тре­мя, но совер­шить обмен каж­до­го каче­ства лишь один раз — так, что­бы отдать все свои недо­стат­ки. Всё, что полу­че­но, мож­но запи­сать или запом­нить. Бумаж­ки луч­ше не сни­мать, а про­сто вычёр­ки­вать нуж­ное из списка.

В этом упраж­не­нии нет пра­виль­но­го и непра­виль­но­го резуль­та­та. То, как ведут себя жен­щи­ны в этом упраж­не­нии, очень точ­но отра­жа­ет их пове­де­ние с муж­чи­на­ми. Обсуж­де­ние резуль­та­тов начи­на­ет­ся с озву­чи­ва­ния пол­но­го назва­ния упраж­не­ния — «Ярмар­ка невест». Обыч­но это вызы­ва­ет шквал эмо­ций и всю цепоч­ку осо­зна­ния «страш­ной прав­ды»: отри­ца­ние, гнев, торг, депрес­сия и при­ня­тие. В кон­це кон­цов жен­щи­ны при­зна­ют­ся себе в том, как мно­гое в упраж­не­нии было похо­же на реаль­ные жиз­нен­ные ситуации.

Пока «ярмар­ка» длит­ся (от трех до пяти минут), зада­ча пси­хо­ло­га — мак­си­маль­но вни­ма­тель­но и жела­тель­но мол­ча, без вся­ко­го вме­ша­тель­ства, наблю­дать. Ибо даже пере­спра­ши­ва­ние усло­вий игры озна­ча­ет неко­то­рый сабо­таж этой сфе­ры в реаль­ной жиз­ни. Кто с кем и как тор­го­вал­ся, како­во ощу­ще­ние каж­до­го от полу­чен­ных качеств; насколь­ко при­об­ре­тён­ные в резуль­та­те обме­на пози­тив­ные каче­ства соот­вет­ству­ют недо­ста­ю­щим, ука­зан­ным на внут­рен­ней сто­роне бумаж­ки; уда­лось ли обме­нять все три пары сво­их качеств или кто-то остал­ся «с носом»; кто выби­рал, обхо­дя всех, а кто согла­сил­ся на остав­ше­е­ся в кон­це, пото­му что уже не было дру­гих вари­ан­тов, — всё в этом упраж­не­нии инте­рес­но. И даже если не всё сов­па­ло с реаль­но­стью, затро­ну­тых глу­бин­ных пла­стов будет доста­точ­но на час после­ду­ю­ще­го обсуж­де­ния и на дол­гое вре­мя само­сто­я­тель­но­го обду­мы­ва­ния участ­ни­ца­ми после тре­нин­га. Осо­зна­ние себя и обна­ру­же­ние при­чин сво­их бед в себе даёт силь­ный тол­чок к изменению.

В целом, упраж­не­ния для тре­нин­гов неис­чер­па­е­мы и мно­го­об­раз­ны, и вы все­гда може­те най­ти что-то своё, под­хо­дя­щее вам как веду­ще­му тре­нин­га и вашим под­опеч­ным с теми или дру­ги­ми проблемами.

Интер­вен­ция

Интер­вен­ция — важ­ная фор­ма рабо­ты над пре­одо­ле­ни­ем кри­зи­са. Она под­ра­зу­ме­ва­ет вне­зап­ное неожи­дан­ное втор­же­ние в лич­ное пси­хо­ло­ги­че­ское про­стран­ство жен­щи­ны, но втор­же­ние дру­же­ствен­ное, гра­мот­ное, про­фес­си­о­наль­ное. Интер­вен­ция воз­мож­на без обра­ще­ния за помо­щью в тех слу­ча­ях, когда мы сами видим, что пове­де­ние жен­щи­ны, живу­щей в при­юте, выхо­дит из-под её контроля.

  1. У одной из мам вви­ду раз­рос­шей­ся депрес­сии бес­по­ря­док в ком­на­те начал выхо­дить за пре­де­лы ком­на­ты. При этом жен­щи­на, по мере сил, дого­во­рён­но­сти кон­си­ли­у­ма соблю­да­ет. Тогда мы дру­же­ствен­но и гра­мот­но втор­га­ем­ся в её лич­ное и жилищ­ное про­стран­ство, выяс­ня­ем, поче­му так про­ис­хо­дит, что мы можем сде­лать, что­бы это изме­нить, ком­форт­но ли ей самой жить в бес­по­ряд­ке. Если нет — отда­ёт ли она себе в этом отчёт и поче­му не меня­ет ситу­а­цию. Если да, то с како­го момен­та нача­лась ком­форт­ность от беспорядка.
  2. Д., нахо­дя­ща­я­ся в депрес­сии, избе­га­ет обще­ния со все­ми, закры­ва­ет­ся. Закры­ва­ние — это не реше­ние, а заку­по­ри­ва­ние про­бле­мы, кото­рое может закон­чить­ся суи­ци­дом. Это вовсе не обя­за­тель­ный, но воз­мож­ный сце­на­рий, кото­рый и дик­ту­ет необ­хо­ди­мость вмешаться.

Пово­дом к интер­вен­ции может быть повы­шен­ная кон­фликт­ность или любая дру­гая про­бле­ма, оче­вид­ная нам и угро­жа­ю­щая сосе­дям жен­щи­ны по при­юту или ей самой. Ведь состо­я­ние наших под­опеч­ных неста­биль­но, оно раз­ви­ва­ет­ся. Если жен­щи­на на ста­дии подъ­ёма, опти­миз­ма, энту­зи­аз­ма, её состо­я­ние будет раз­ви­вать­ся в этом направ­ле­нии. Если же она в уны­нии, депрес­сии, упад­ке и ниче­го при этом не дела­ет, на том же уровне она не оста­нет­ся, будет падать дальше.

Осо­бен­но эффек­тив­ны интер­вен­ции в ситу­а­ци­ях табач­ной, алко­голь­ной, нар­ко­ти­че­ской и дру­гих зависимостей.

В интер­вен­ции пси­хо­лог может при­ни­мать уча­стие один, а может — вме­сте с дру­ги­ми сотруд­ни­ка­ми, или вме­сте с сосед­ка­ми жен­щи­ны, с её подру­га­ми или наобо­рот с теми, кто с ней не дру­жит. Порой имен­но они могут заме­тить, что жен­щи­на ведёт себя стран­но. Во вре­мя интер­вен­ции выяс­ня­ет­ся, дей­стви­тель­но ли это так.

image017 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

Интер­вен­цию дол­жен вести опыт­ный пси­хо­лог, и всех, кто участ­ву­ет вме­сте с ним и эмо­ци­о­наль­но вовле­чён в ситу­а­цию, он дол­жен тща­тель­но под­го­то­вить. При­чём после объ­яс­не­ния зада­чи нель­зя пола­гать­ся на их сло­ва, мол, мы всё поня­ли. Нет. Мы долж­ны зара­нее дого­во­рить­ся обо всём, про­го­во­рить тот текст, кото­рый долж­ны будем про­из­не­сти, запи­сать его, выучить наизусть, отре­пе­ти­ро­вать. Нуж­но внят­но объ­яс­нить, насколь­ко опас­но ухо­дить от темы: с высо­кой долей веро­ят­но­сти, это при­ве­дёт к про­ва­лу всей задум­ки и ухуд­ше­нию и без того пло­хой ситуации.

Методические аспекты психологического консультирования

Содер­жа­ние и мето­до­ло­гия кон­суль­ти­ро­ва­ния зави­сят от шко­лы, к кото­рой себя при­чис­ля­ет психолог.

В моём слу­чае — это клас­си­че­ская гума­ни­сти­че­ская бесе­да в тра­ди­ции Абра­ха­ма Мас­лоу, Кар­ла Род­жер­са, Вик­то­ра Франк­ла. Но, без­услов­но, по мере необ­хо­ди­мо­сти я исполь­зую неко­то­рые при­ё­мы, мето­ды, зако­но­мер­но­сти из дру­гих пси­хо­ло­ги­че­ских школ, кото­рые не вхо­дят в кон­фликт с пра­во­слав­ным миро­воз­зре­ни­ем и явля­ют­ся без­опас­ны­ми для пси­хи­ки паци­ен­та. — Д.Б.

Вот несколь­ко примеров.

«Раз­го­вор с субличностью»

Эту тех­ни­ку раз­ра­бо­тал ита­льян­ский пси­хо­лог, пси­хи­атр Робер­то Асса­джи­о­ли (1888–1974), родо­на­чаль­ник мето­да психосинтеза.

Я адап­ти­ро­вал «раз­го­вор с суб­лич­но­стью» к нашим целям и исполь­зую для рабо­ты с дли­тель­ным эмо­ци­о­наль­ным дис­ком­фор­том, силь­ны­ми нега­тив­ны­ми эмо­ци­я­ми (страх, тре­во­га, гнев, оби­да и так далее) наших под­опеч­ных. — Д.Б.

Запрос. Ино­гда люди испы­ты­ва­ют дли­тель­ные навяз­чи­вые нега­тив­ные состо­я­ния. У наших под­опеч­ных в ситу­а­ции лич­ност­но­го кри­зи­са эта про­бле­ма встре­ча­ет­ся часто. Страх, тре­во­га, гнев, раз­дра­же­ние, оби­да быва­ют настоль­ко мощ­ны­ми, что жен­щи­нам не хва­та­ет внут­рен­них ресур­сов, что­бы справиться.

Из пяти извест­ных видов пси­хо­ло­ги­че­ско­го вза­и­мо­дей­ствия (нега­тив­ные: агрес­сия, избе­га­ние, оце­пе­не­ние, и пози­тив­ные: сотруд­ни­че­ство и ком­про­мисс) боль­шин­ство людей по отно­ше­нию к сво­ей нега­тив­ной эмо­ции выби­ра­ют в каче­стве спо­со­ба вза­и­мо­дей­ствия агрес­сию, избе­га­ние или оце­пе­не­ние. Пси­хо­лог дол­жен помочь им пере­клю­чить­ся на пози­тив­ное отно­ше­ние: сотруд­ни­че­ство, компромисс.

Поче­му вооб­ще нуж­но вза­и­мо­дей­ство­вать с соб­ствен­ной нега­тив­ной эмо­ци­ей? Пото­му что она — важ­ный для чело­ве­ка сиг­нал, кото­рый дол­жен был от чего-то предо­сте­речь, куда-то напра­вить. Запу­щен этот сиг­нал нашим бес­со­зна­тель­ным, кото­рое таким стран­ным для нас спо­со­бом про­яв­ля­ет о нас забо­ту. Эмо­ция долж­на была запу­стить цепоч­ку: потреб­ность (био­ло­ги­че­ское явле­ние) порож­да­ет моти­ва­ци­он­ную силу (чув­ствен­но-эмо­ци­о­наль­ная сфе­ра), кото­рая фор­ми­ру­ет моти­ва­цию (когни­тив­ное явле­ние). Моти­ва­ция уже дик­ту­ет опти­маль­ное пове­де­ние человека.

Но если чело­век не сумел этот сиг­нал услы­шать, понять и пра­виль­но интер­пре­ти­ро­вать, то эмо­ция не ухо­дит, ста­но­вит­ся болез­нен­ной зано­зой — в ожи­да­нии момен­та, когда чело­век её пра­виль­но про­чи­та­ет и при­мет к све­де­нию. Три нега­тив­ных спо­со­ба вза­и­мо­дей­ствия: сер­дить­ся на неё, пытать­ся заме­щать чем-то или игно­ри­ро­вать, — здесь не помо­га­ют, при­во­дят к нару­ше­ни­ям сна, пси­хо­со­ма­ти­че­ским болез­ням, ска­зы­ва­ют­ся на вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях с дру­зья­ми, семьёй, на рабо­те, пото­му что рас­хо­ду­ют энер­гию человека.

Суть тех­ни­ки: во вре­мя «раз­го­во­ра с суб­лич­но­стью» про­ис­хо­дит суб­стан­ти­ва­ция эмо­ции, дистан­ци­ро­ва­ние от неё, узна­ва­ние её пози­тив­ной роли. Пси­хо­лог помо­га­ет чело­ве­ку, пре­бы­ва­ю­ще­му в рас­слаб­лен­ном спо­кой­ном состо­я­нии, встре­тить­ся с его нега­тив­ной эмо­ци­ей, раз­гля­деть её, пого­во­рить с ней, понять, чего она хочет, побла­го­да­рить и попрощаться.

Опи­са­ние тех­ни­ки. За подроб­но­стя­ми отсы­ла­ем чита­те­ля к тру­дам Р. Асса­джи­о­ли[7]. Здесь же можем крат­ко опи­сать нашу вер­сию прак­ти­ки, кото­рую назы­ва­ем мето­дом управ­ля­е­мо­го хаоса.

Пси­хо­лог зара­нее пре­ду­пре­жда­ет кли­ен­та, что пред­сто­ит погру­зить­ся в неком­форт­ное состо­я­ние, но напо­ми­на­ет: «Я с вами и вы в безопасности».

Помо­га­ем чело­ве­ку «зазем­лить­ся», погру­зить­ся в рас­слаб­лен­ное состо­я­ние: ноги на полу, коле­ни — 90 гра­ду­сов, спи­на пол­но­стью и ров­но опи­ра­ет­ся на спин­ку стула/кресла/дивана, гла­за закры­ты, дыха­ние глу­бо­кое, мед­лен­ное, дума­ем о дыха­нии, вни­ма­ние сосре­до­то­че­но на кон­чи­ке носа, руки и ноги без зам­ков, рас­слаб­ле­ны. Про­ис­хо­дит посте­пен­ное рас­слаб­ле­ние частей тела от ступ­ней до ладо­ней, голо­вы. Одну–две мину­ты чело­век вхо­дит в спо­кой­ное состояние.

Потом пси­хо­лог пред­ла­га­ет вспом­нить самую вопи­ю­щую ситу­а­цию, кото­рая при­ве­ла к появ­ле­нию нега­тив­ной эмо­ции. Чело­век погру­жа­ет­ся в тяжё­лую и неком­форт­ную ситу­а­цию, и эмо­ция вспы­хи­ва­ет с новой силой.

Пси­хо­лог спра­ши­ва­ет: какая это ситу­а­ция (чело­век опи­сы­ва­ет), кто там был, что он ска­зал? Важ­но повто­рить: «Я рядом, вы в безопасности».

После это­го пси­хо­лог гово­рит: «Рань­ше вы игно­ри­ро­ва­ли эту эмо­цию, а теперь давай­те попро­бу­ем мак­си­маль­но её почув­ство­вать, раз­бу­дить, разо­греть», — и начи­на­ет пере­клю­чать вни­ма­ние с ситу­а­ции на эмоцию.

Когда кли­ент пыта­ет­ся выпол­нить прось­бы, он всту­па­ет во вза­и­мо­дей­ствие со сво­ей эмо­ци­ей. А это зна­чит, что он и эмо­ция — это уже два раз­ных субъ­ек­та. Чело­век отде­ля­ет­ся от эмо­ции и начи­на­ет за ней наблю­дать. Зада­ча пси­хо­ло­га — раз­ви­вать эту наблюдательность.

Мож­но спро­сить, есть ли у эмо­ции отте­нок (напри­мер, не про­сто гнев, а гнев с доса­дой), фор­ма, цвет, есть ли в вашем теле место, где эмо­ция лока­ли­зо­ва­на. В фор­му­ли­ров­ках нуж­но избе­гать вопро­сов, кото­рые могут содер­жать какие-либо утвер­жде­ния. Так как метод зазем­ле­ния под­ра­зу­ме­ва­ет дове­рие пси­хо­ло­гу, откры­ва­ю­щее очень неж­ные слои при­гра­ни­чья созна­тель­но­го и бес­со­зна­тель­но­го, то с точ­ки зре­ния эко­ло­гич­но­сти рабо­ты пра­виль­нее не брать на себя ответ­ствен­ность что-либо утверждать.

Не «како­го цве­та эмо­ция?», а «есть ли у неё цвет?» и толь­ко потом: «если да, то какой?» Нуж­но избе­гать ловуш­ки ока­зать­ся в ряду гип­но­ло­гов и попу­ляр­ных сего­дня бихе­ви­о­ри­сти­че­ских коучей, стре­мя­щих­ся вли­ять на фор­ми­ро­ва­ние мысле­форм кли­ен­тов. Это может заве­сти очень дале­ко, в боло­то лич­ност­ной при­вяз­ки к страж­ду­щим, что и кли­ен­там не помо­жет, и пси­хо­ло­га дезориентирует.

Чело­век опи­сы­ва­ет эмо­цию. Уже тут про­ис­хо­дит дина­ми­ка обра­за (мож­но пере­спро­сить: поме­ня­лась ли сей­час ваша эмо­ция? И да, она ста­но­вит­ся не такой силь­ной и страшной).

Потом мож­но пого­во­рить с эмо­ци­ей. Пси­хо­лог озву­чи­ва­ет вопро­сы, кото­рые пред­ла­га­ет повто­рить вслух или про себя. У Асса­джи­о­ли есть спи­сок стан­дар­ти­зи­ро­ван­ных вопро­сов, но мож­но его не при­дер­жи­вать­ся, а под­стра­и­вать­ся под акту­аль­ную ситуацию.

«Здрав­ствуй, моя… (назы­ва­ем: оби­да, гнев, злость). Спа­си­бо, что ты пришла.

Меня зовут так-то и так-то, мне столь­ко-то лет. Я знаю, что ты при­шла, что­бы мне помочь, меня защи­тить, про­явить обо мне забо­ту, ведь мне так не хва­та­ет забо­ты. Про­сти меня, что я была невни­ма­тель­на к тебе. Но сей­час я при­шла сюда, что­бы тебя услы­шать. Ска­жи мне, пожа­луй­ста, чего ты хочешь от меня? Что я могу сде­лать, что­бы ты успо­ко­и­лась? Каких дей­ствий и изме­не­ний ты от меня хочешь? Впер­вые за дол­гое вре­мя беру на себя сме­лость дове­сти дело до кон­ца и обе­щаю выпол­нить то, что тебе кажет­ся необходимым».

В ходе диа­ло­га как мини­мум три­жды (не под­ряд) побла­го­да­рить и столь­ко же попро­сить про­ще­ния быва­ет доста­точ­но, что­бы потек­ли слё­зы. Слё­зы — кос­вен­ный при­знак попа­да­ния в цель. Их отсут­ствие в этой мето­ди­ке озна­ча­ет про­мах либо с эмо­ци­ей, либо с её интен­сив­но­стью: зна­чит, у обра­тив­шей­ся не так уж и боле­ла душа, и тогда нель­зя было при­ме­нять этот метод. Ведь не мы сами втор­га­ем­ся в душу кли­ен­та, а его душев­ная боль откры­ва­ет две­ри бес­со­зна­тель­но­го и при­гла­ша­ет спе­ци­а­ли­стов в надеж­де, что они будут береж­ны и их наме­ре­ния — чисты.

После того как кли­ент услы­шит ответ, попро­сит про­ще­ния, пси­хо­лог про­сит улыб­нуть­ся этой эмо­ции и вло­жить в улыб­ку всё теп­ло, доб­ро, любовь, на какую спо­со­бен. А потом и обнять свою эмо­цию, после чего она, как пра­ви­ло, пол­но­стью рас­тво­ря­ет­ся в объ­я­тьях чело­ве­ка. Всё про­ис­хо­дит посте­пен­но, мед­лен­но, с выдер­жан­ны­ми пау­за­ми на осмыс­ле­ние и любую дру­гую реакцию.

В кон­це это­го упраж­не­ния мож­но опять попы­тать­ся най­ти, уви­деть ту мучи­тель­ную эмо­цию, с кото­рой рабо­та­ли, вер­нуть­ся в ту же ситу­а­цию, о кото­рой кли­ент гово­рил 30–50 минут назад. Но сей­час он её уже там не находит.

Для плав­но­го завер­ше­ния выхо­дим из чув­ства рас­слаб­лен­но­сти через после­до­ва­тель­ное напря­же­ние мышц в раз­ных частях тела до одно­вре­мен­но­го в тече­ние двух–трёх секунд.

Резуль­тат. С помо­щью этой тех­ни­ки бук­валь­но за 40–60 минут уда­ёт­ся решить боль­шой пласт про­блем и добить­ся мно­го­го. Клиент:

  • осво­бож­да­ет­ся от вла­сти нега­тив­ной эмо­ции, кото­рая дол­го мучи­ла, пожи­рая жиз­нен­ные силы. Зна­чит, появ­ля­ет­ся допол­ни­тель­ный ресурс для чего-то другого;
  • пони­ма­ет, где про­изо­шел слом в жиз­ни и как с этим быть. У чело­ве­ка появ­ля­ет­ся жела­ние что-то делать — разо­во (напри­мер, поми­рить­ся с кем-то) или посто­ян­но (защи­щать себя, выстра­и­вать гра­ни­цы лич­но­сти и так далее);
  • полу­ча­ет опыт вни­ма­тель­но­го отно­ше­ния к соб­ствен­ным чув­ствам, в том чис­ле нега­тив­ным, рабо­ты с ними, пони­ма­ния сво­их истин­ных потребностей.

Для того что­бы пси­хо­лог мог рабо­тать с нега­тив­ны­ми эмо­ци­я­ми кли­ен­та, у само­го пси­хо­ло­га они долж­ны быть про­ра­бо­та­ны. Напри­мер, в рабо­те с оби­дой на роди­те­лей у него не долж­но быть непро­ра­бо­тан­ной трав­мы в отно­ше­ни­ях с соб­ствен­ны­ми роди­те­ля­ми. Ина­че ненуж­ный здесь резо­нанс в луч­шем слу­чае может вызвать неуве­рен­ность, эмо­ци­о­наль­ные изме­не­ния в голо­се, что не даст пове­сти за собой кли­ен­та и не даст ему чув­ство безопасности.

В худ­шем — даже пред­ста­вить страш­но, что быва­ет, когда двое собра­лись во имя оби­ды, и оби­да посре­ди них…

Исклю­че­ния. В нашей прак­ти­ке лишь одна­жды встре­ти­лась нега­тив­ная эмо­ция, кото­рая «не захо­те­ла дого­ва­ри­вать­ся». Её при­ро­да и про­ис­хож­де­ния нам не извест­ны, но эмо­ция явно была не дру­же­ствен­на к носи­тель­ни­це. Сто­и­ло боль­шо­го тру­да вый­ти из ситу­а­ции в ноль. Воз­мож­но, о гене­зи­се эмо­ции нам мог­ла бы дать ответ пси­хи­ат­рия, но ника­ких сле­дов явно­го пси­хи­че­ско­го забо­ле­ва­ния не было вид­но. Может быть, ответ кро­ет­ся в духов­ной сфере.

Так или ина­че, боль­шин­ство слу­ча­ев про­жи­ва­ния нега­тив­ных эмо­ций под­да­ют­ся рабо­те с помо­щью опи­сан­ной мето­ди­ки, так как явля­ют­ся порож­де­ни­ем наше­го бес­со­зна­тель­но­го и нега­тив­ны­ми ста­ли не сра­зу, а посте­пен­но, когда их дли­тель­ное вре­мя игно­ри­ро­ва­ли. Как и физи­че­ская боль, кото­рая даёт сиг­нал чело­ве­ку о физи­че­ском неблагополучии.

«Вопрос бес­со­зна­тель­но­му»

Это ещё один инте­рес­ный метод, кото­рым мы поль­зу­ем­ся по мере необ­хо­ди­мо­сти. Клю­че­вым здесь явля­ет­ся не сам вопрос, а спо­соб его задавания.

Часто наши под­опеч­ные не зна­ют, что на самом деле они дума­ют и чув­ству­ют по како­му-либо пово­ду, что испы­ты­ва­ют к како­му-либо чело­ве­ку. Но то, что мы не зна­ем отве­та, не дока­зы­ва­ет, что его нет в нашей душе. Да, созна­ние не зна­ет, но у бес­со­зна­тель­но­го есть отве­ты на все вопро­сы, каса­ю­щи­е­ся нас.

Одна­ко обра­щать­ся к нему за отве­том нуж­но исклю­чи­тель­но береж­но и толь­ко по делу.

По Фрей­ду, созна­тель­ное — это види­мая, мень­шая часть айс­бер­га. Бес­со­зна­тель­ное — огром­ная, а может быть, и вовсе не огра­ни­чен­ная под­вод­ная часть того же айс­бер­га. Есть уро­вень воды — над­со­зна­ние, суперэ­го, сверх­со­зна­ние, он же — внут­рен­ний цен­зор. Это сво­е­го рода погра­нич­ная служ­ба, филь­тру­ю­щая пото­ки мыс­лей и эмо­ций в обе сто­ро­ны. Погра­нич­ни­ки зор­ко блю­дут каче­ство про­пус­ка­е­мо­го кон­тен­та. Сама по себе это полез­ная функ­ция пси­хи­ки по сохра­не­нию пси­хи­че­ско­го гомео­ста­за (посто­ян­ства внут­рен­ней сре­ды), поэто­му обхо­дить её сто­ит весь­ма осто­рож­но. Над­со­зна­ние, как сбор­ник нрав­ствен­ных истин, порой име­ет свой осо­бен­ный голос, кото­рый может зву­чать голо­са­ми зна­чи­мых для нас взрос­лых из наше­го дет­ства, фор­ми­ро­вав­ших в нас область культурного.

Но в так назы­ва­е­мом изме­нен­ном состо­я­нии созна­ния наш внут­рен­ний цен­зор выклю­ча­ет­ся. К таким состо­я­ни­ям отно­сят­ся сон, алко­голь­ное или какое-либо дру­гое опья­не­ние, реже — спе­ци­аль­ные прак­ти­ки воз­дей­ствия на мозг (дыха­тель­ные и дру­гие). В дан­ном слу­чае пси­хо­лог может исполь­зо­вать есте­ствен­ный сон человека.

Меха­ни­ка про­цес­са состо­ит в том, что внут­рен­ний цен­зор выклю­ча­ет­ся перед засы­па­ни­ем пер­вым, а про­сы­па­ет­ся — послед­ним. Всё, что чело­век видел или слы­шал в самые послед­ние секун­ды перед паде­ни­ем в сон, без филь­тра попа­да­ет в глу­би­ны бес­со­зна­тель­но­го. Этот про­цесс назы­ва­ет­ся инте­ри­о­ри­за­ци­ей. Поэто­му так важ­но засы­пать в доб­ром настро­е­нии, под спо­кой­ную музы­ку или в тишине.

Так же, когда чело­век про­сы­па­ет­ся, пер­вые несколь­ко секунд он сво­бо­ден от внут­рен­не­го цен­зо­ра, и поток мыс­лей и ощу­ще­ний из глу­би­ны души чист и ничем не иска­жён. Вклю­ча­ю­щий­ся внут­рен­ний цен­зор выби­ва­ет из наше­го созна­ния память о сне, о про­жи­тых там чув­ствах и остав­ля­ет толь­ко то, что нам при­ем­ле­мо и ком­форт­но о себе знать. Но если в эти пер­вые секун­ды чело­век видит какой-то зна­ко­вый или тек­сто­вый сиг­нал, вопрос, то бес­со­зна­тель­ное успе­ва­ет на него отре­а­ги­ро­вать, дать свой ответ. Этот про­цесс назы­ва­ет­ся экстериоризацией.

На кон­суль­та­ции М. утвер­жда­ла, что нена­ви­дит «сво­е­го быв­ше­го», ребён­ка ему даже не пока­жет, и так далее, и тому подоб­ное. Но в пото­ке моно­ло­га она про­из­нес­ла фра­зу: «Как мож­но было пре­дать то, что меж­ду нами было, нам ведь было так хоро­шо…», чем заро­ди­ла у пси­хо­ло­га гипотезу.

Выпол­няя домаш­нее зада­ние пси­хо­ло­га, М. пона­блю­да­ла, как она чаще все­го про­сы­па­ет­ся, в какой позе, куда смот­рит, когда откры­ва­ет гла­за. Далее, на листе фор­ма­та А4 круп­ны­ми печат­ны­ми бук­ва­ми М. напи­са­ла имя отца ребён­ка и уста­но­ви­ла лист воз­ле сво­ей кро­ва­ти в нуж­ном месте. Когда она утром просну­лась и наткну­лась гла­за­ми на имя, то почув­ство­ва­ла колос­саль­ную любовь к это­му муж­чине — до физи­че­ско­го жара во всю груд­ную клетку.

Это не зна­чит, что про­бле­ма реше­на и у двух этих людей всё будет хоро­шо; не зна­чит, что М. пол­но­стью изме­нит своё пове­де­ние по отно­ше­нию к муж­чине. Но теперь она зна­ет прав­ду о себе и име­ет более широ­кое поле для манёв­ра. И если в преж­нем сце­на­рии буду­ще­го М в её с малыш­кой жиз­ни не было места для муж­чи­ны, то в све­те открыв­шей­ся прав­ды М может дать ему шанс про­явить себя на пре­дель­но искрен­них усло­ви­ях, не пре­да­вая при этом саму себя.

При­ме­ча­ние. Быва­ет, что пер­вое полу­чен­ное ощу­ще­ние слож­но зафик­си­ро­вать хотя бы на пару минут, что­бы осо­знать, какое оно. Ино­гда мы можем не уви­деть заго­тов­лен­ный с вече­ра вопрос. Но если есть потреб­ность узнать о себе что-то по-насто­я­ще­му важ­ное, то мож­но сде­лать несколь­ко попы­ток и полу­чить ответ. В при­ве­дён­ном выше слу­чае ощу­ще­ние было настоль­ко ясным и чёт­ким, что сохра­ня­лось до вто­рой поло­ви­ны дня, пока не сошло на нет.

«Актив­ное слушание»

Актив­ное слу­ша­ние как при­ём бла­го­да­ря попу­ля­ри­за­ции в дело­вой и пси­хо­ло­го-педа­го­ги­че­ской лите­ра­ту­ре извест­но мно­гим. У него суще­ству­ет свой диа­па­зон при­ме­ни­мо­сти, огра­ни­чен­ная глу­би­на эмпа­тии, сужен­ный круг реша­е­мых задач, но знать основ­ные пра­ви­ла актив­но­го слу­ша­ния полез­но любо­му спе­ци­а­ли­сту. Кро­ме того, если пси­хо­лог наблю­да­ет у себя при­зна­ки син­дро­ма эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния (подроб­нее см. на с. 164), исполь­зо­ва­ние дан­но­го мето­да спо­соб­но помочь под­дер­жи­вать без­опас­ный уро­вень дистан­ции с клиентом.

Крат­кую памят­ку по исполь­зо­ва­нию актив­но­го слу­ша­ния вы най­дё­те в При­ло­же­нии 9. Подроб­нее мож­но почи­тать о нём в любом изда­нии кни­ги «Чуде­са актив­но­го слу­ша­ния» Юлии Бори­сов­ны Гиппенрейтер.

Эко­ло­гич­ность пси­хо­ло­ги­че­ских подходов

Дале­ко не всё и не в любом пси­хо­ло­ги­че­ском и пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ском направ­ле­нии мож­но исполь­зо­вать в кри­зис­ном цен­тре для жен­щин (об основ­ных пси­хо­ло­ги­че­ских направ­ле­ни­ях и их базо­вых кон­цеп­ци­ях читай­те в При­ло­же­нии 8).

Посколь­ку наши кли­ен­ты, под­опеч­ные при­ю­та, нахо­дят­ся в кри­зи­се, стрес­се, то есть в осо­бен­но уяз­ви­мом состо­я­нии, во вза­и­мо­дей­ствии с ними для пси­хо­ло­га очень важ­на экологичность.

На наш взгляд, для рабо­ты в кри­зис­ном цен­тре не под­хо­дят направ­ле­ния, в кото­рых пси­хо­лог навя­зы­ва­ет кли­ен­ту нечто извне: НЛП, бихе­ви­о­ризм, пове­ден­че­ская терапия.

Кате­го­ри­че­ски неуме­стен здесь гип­ноз и око­ло­гип­но­ти­че­ские прак­ти­ки. Гип­но­лог осу­ществ­ля­ет интер­вен­цию в бес­со­зна­тель­ное — напри­мер, для того, что­бы «уда­лить» суб­лич­ность алко­го­ли­ка. Но наше бес­со­зна­тель­ное, как и наш физи­че­ский мозг, устро­е­но очень слож­но, в нём мил­ли­ар­ды свя­зей и всё со всем вза­и­мо­свя­за­но. И когда кто-то из это­го оке­а­на бес­чис­лен­ных вза­и­мо­дей­ствий пыта­ет­ся что-то «выта­щить», забло­ки­ро­вать, он может добить­ся резуль­та­та — ска­жем, раз­ру­шить суб­лич­ность алко­го­лиз­ма. Но она же вза­и­мо­дей­ству­ет и со всем осталь­ным бес­со­зна­тель­ным, хотя мы это­го и не видим! Могут насту­пить послед­ствия, кото­рые спо­соб­ны стать раз­ру­ши­тель­ны­ми. Это игра всле­пую. Поэто­му мы кате­го­ри­че­ски про­тив любых мани­пу­ля­тив­ных прак­тик, кото­рые пыта­ют­ся извне научить чело­ве­ка счастью.

Так­же с осто­рож­но­стью нуж­но исполь­зо­вать мето­ди­ки, глу­бо­ко вме­ши­ва­ю­щи­е­ся во внут­рен­ний мир: напри­мер, сим­вол­дра­му, рас­ста­нов­ки. Авто­ры мето­дик исхо­дят из того, что они пони­ма­ют, что про­ис­хо­дит во внут­рен­нем мире, и дают некие инструк­ции чело­ве­ку. Всё это мож­но делать крайне бережно.

Да, есть спе­ци­а­ли­сты — напри­мер, дет­ский пси­хо­лог или пси­хи­атр, — кото­рые так же воз­дей­ству­ют извне, но они несут огром­ную ответ­ствен­ность за своё вме­ша­тель­ство: какой спрос с ребён­ка или с пси­хи­че­ски нездо­ро­во­го чело­ве­ка? Они пол­но­стью под­чи­ня­ют­ся воз­дей­ствию. Но в осталь­ных слу­ча­ях, вза­и­мо­дей­ствуя со взрос­лы­ми людь­ми, необ­хо­ди­мо отно­сить­ся к пси­хи­ке кли­ен­та как отдель­ной, авто­ном­ной все­лен­ной, вре­мен­но негар­мо­нич­ной, при­чём при­зна­вая, что меха­низ­мы вос­ста­нов­ле­ния гар­мо­нии зало­же­ны в самом человеке.

Наша прак­ти­ка под­твер­жда­ет, что сча­стье у чело­ве­ка зало­же­но внут­ри, имен­но на его фоне чело­век и может ощу­тить несча­стье. Если чело­век при­хо­дит к пси­хо­ло­гу с болью, зна­чит, что-то идёт не так, а ста­ло быть, чело­век зна­ет, как долж­но быть, что­бы не болело.

Разу­ме­ет­ся, в пра­во­слав­ном при­юте абсо­лют­но неумест­ны тех­ни­ки, про­ти­во­ре­ча­щие пра­во­слав­но­му миро­воз­зре­нию, — напри­мер, свя­зан­ные с оккульт­ны­ми практиками.

Неумест­ность проповедей

В пра­во­слав­ном кри­зис­ном цен­тре (даже если он так не назы­ва­ет­ся, но создан веру­ю­щи­ми людь­ми) на клю­че­вых постах рабо­та­ют пра­во­слав­ные спе­ци­а­ли­сты. Пси­хо­лог цен­тра тоже испо­ве­ду­ет Пра­во­сла­вие, это прин­ци­пи­аль­ный момент. В при­ю­тах, создан­ных Цер­ко­вью, как пра­ви­ло, есть молель­ные ком­на­ты (как в нашем при­юте), домо­вые церк­ви или хотя бы уго­лок с ико­на­ми, при­хо­дит свя­щен­ник, бесе­ду­ет с мама­ми, если нуж­но — кре­стит детей.

При этом в рабо­те пси­хо­ло­га не долж­но быть рели­ги­оз­но­го содержания.

Во-пер­вых, пото­му, что сре­ди под­опеч­ных есть и про­те­стант­ки, и мусуль­ман­ки, и ате­ист­ки, о чём жен­щи­ны пишут в анке­те при поступ­ле­нии в при­ют. Есть и те, про веру кото­рых ниче­го не извест­но, в анке­те они отве­ча­ют уклон­чи­во, а на кон­си­ли­у­мах этот вопрос не обсуждается.

Во-вто­рых, под­опеч­ные кри­зис­но­го цен­тра нахо­дят­ся в уяз­ви­мом поло­же­нии: в подав­лен­ном, порой депрес­сив­ном состо­я­нии, не имея внут­рен­них ресур­сов для спо­кой­но­го осмыс­ле­ния или кри­ти­че­ско­го взгля­да на новую инфор­ма­цию. Пси­хо­лог же, как сотруд­ник цен­тра и как спе­ци­а­лист, кото­ро­му для рабо­ты необ­хо­ди­мо дове­рие, откро­вен­ность кли­ен­та, нахо­дит­ся в заве­до­мо более силь­ной пози­ции. Поэто­му любая попыт­ка рели­ги­оз­ной про­по­ве­ди будет зло­упо­треб­ле­ни­ем. Неэтич­но сопро­вож­дать пси­хо­ло­ги­че­скую помощь, на кото­рую есть запрос жен­щи­ны, рели­ги­оз­ным про­све­ще­ни­ем, на кото­рое запро­са нет.

В‑третьих, это про­сто неэффективно.

Если, бесе­дуя с жен­щи­ной, вы буде­те опе­ри­ро­вать рели­ги­оз­ны­ми поня­ти­я­ми и, напри­мер, рас­смат­ри­вать ту или иную ситу­а­цию с точ­ки зре­ния гре­ха, — жен­щи­на вас не услы­шит, закро­ет­ся и вряд ли захо­чет про­дол­жить обще­ние. Она может вос­при­нять вашу пози­цию как попыт­ку дав­ле­ния и вовсе отка­зать­ся от помо­щи кри­зис­но­го центра.

Таким обра­зом, транс­ли­ро­ва­ние рели­ги­оз­ных взгля­дов в рабо­те пси­хо­ло­га непро­фес­си­о­наль­но и непродуктивно.

Дру­гое дело — если вне рамок кон­суль­ти­ро­ва­ния у кого-то воз­ник­нет вопрос к пси­хо­ло­гу о его вере, тогда мож­но чест­но отве­тить. В глу­бин­ном смыс­ле мис­сия кри­зис­но­го цен­тра и при­ю­та выра­жа­ет­ся всей дея­тель­но­стью: без­воз­мезд­ной помо­щью мамам и их детям, сохра­не­ни­ем жиз­ни детей.

Формирование психологической службы

Даже если ваш кри­зис­ный при­ют для мам начал рабо­тать недав­но и у вас толь­ко те несколь­ко под­опеч­ных, кото­рые живут в при­юте, — со вре­ме­нем их круг неми­ну­е­мо рас­ши­рит­ся. Рано или позд­но мамы с детьми выхо­дят в само­сто­я­тель­ную жизнь, и если в при­юте они чув­ство­ва­ли эффек­тив­ность пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, то и после отъ­ез­да они могут про­дол­жать обра­щать­ся в центр уже с дру­ги­ми вопро­са­ми и про­бле­ма­ми. Кро­ме того, неко­то­рым жен­щи­нам из тех, что обра­ща­ют­ся за помо­щью, быва­ет не нужен ста­ци­о­нар, про­жи­ва­ние, но пси­хо­ло­ги­че­ская помощь нуж­на. И таких доста­точ­но много.

Таким обра­зом, посте­пен­но нагруз­ка на пси­хо­ло­га цен­тра может уве­ли­чить­ся настоль­ко, что он пере­ста­нет справ­лять­ся с пото­ком просьб.

От пер­во­го лица:

о нагруз­ке пси­хо­ло­га кри­зис­но­го центра

В рабо­те пси­хо­ло­га, орга­ни­зо­ван­ной на ком­мер­че­ской осно­ве, есть суще­ствен­ное отли­чие от рабо­ты его кол­ле­ги в НКО вро­де кри­зис­но­го при­ю­та. Пси­хо­лог, чья прак­ти­ка име­ет ком­мер­че­скую осно­ву, может рабо­тать с несколь­ки­ми посто­ян­ны­ми кли­ен­та­ми в спо­кой­ном режи­ме, а может — искать и брать новых, рабо­тать на пре­де­ле воз­мож­но­стей. От стра­те­гии пси­хо­ло­га будет зави­сеть его гоно­рар, так что спе­ци­а­лист может сам регу­ли­ро­вать свою заня­тость и доход.

В цер­ков­ном кри­зис­ном цен­тре сотруд­ник тру­дит­ся, как пра­ви­ло, за совсем неболь­шую зар­пла­ту, и поток кли­ен­тов на неё никак не вли­я­ет. Поэто­му каж­дый сотруд­ник, осо­бен­но в круп­ном цен­тре, в пери­о­ды огром­ной рабо­чей нагруз­ки сто­ит перед нрав­ствен­ным выбо­ром: рабо­тать ли на износ или нет. А рабо­та порой дей­стви­тель­но полу­ча­ет­ся «на раз­рыв»: пер­вые выезд­ные кон­суль­та­ции могут начать­ся в 7 утра, потом рабо­та про­дол­жа­ет­ся до 9 вече­ра, и всё это — не счи­тая доро­ги. Бере­мен­ные и мамы с детьми обра­ща­ют­ся в при­ют и в пят­ни­цу вплоть до 9 вече­ра, когда ты уже соби­ра­ешь­ся домой, и в выход­ные — со сло­ва­ми «мне негде ноче­вать с ребёнком».

Если ска­зать себе «стоп» — вряд ли вас кто-то осу­дит. На дру­гой чаше весов — ваша семья, кото­рая тоже нуж­да­ет­ся в вашем вре­ме­ни, ваше здо­ро­вье, физи­че­ское и пси­хи­че­ское, кото­рое очень стра­да­ет от отсут­ствия вре­ме­ни на отдых. Но смо­же­те ли вы спать спо­кой­но, зная, что живая оче­редь нуж­да­ю­щих­ся сто­ит под окна­ми вашей души в то вре­мя, когда вы мог­ли бы им помочь? Одно­знач­но­го отве­та на этот вопрос не суще­ству­ет, золо­тая сере­ди­на у каж­до­го своя. — Д.Б.

Когда запрос мно­го­крат­но пре­вы­ша­ет воз­мож­но­сти, а допол­ни­тель­ных денег на зар­пла­ты нет, выход из ситу­а­ции один: психологи-волонтёры.

Мы посчи­та­ли, что наше­му цен­тру, что­бы справ­лять­ся с пото­ком, нуж­но иметь мини­мум пять пси­хо­ло­гов, что­бы каж­дый из них мог дежу­рить в цен­тре раз в неде­лю. Тогда в слу­чае неза­пла­ни­ро­ван­но­го при­хо­да внеш­ней под­опеч­ной, что часто у нас быва­ет, волон­тёр смо­жет её при­нять, так как штат­ный пси­хо­лог цен­тра в рабо­чее вре­мя плот­но занят.

Есть и ещё одна при­чи­на в при­вле­че­нии помощ­ни­ков. У внеш­них под­опеч­ных, как пра­ви­ло, запро­сы быва­ют само­го широ­ко­го диа­па­зо­на. И хотя пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра и так дол­жен уметь рабо­тать с раз­ны­ми запро­са­ми — как десант­ник, кото­ро­го учат пры­гать с пара­шю­том и в холод, в жару, и в огонь, и в снег, и в воду, — все-таки ино­гда нужен спе­ци­а­лист с кон­крет­ной специализацией.

Искать пси­хо­ло­гов-волон­тё­ров мож­но через объ­яв­ле­ния в соц­се­тях, в том чис­ле в про­фес­си­о­наль­ных сооб­ще­ствах. По опы­ту наше­го цен­тра мож­но ска­зать, что даже без объ­яв­ле­ний к нам пери­о­ди­че­ски при­хо­ди­ли и при­хо­дят люди с жела­ни­ем помогать.

Так посте­пен­но воз­ни­ка­ет пси­хо­ло­ги­че­ская служ­ба, руко­во­дить кото­рой будет пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра. Руко­во­ди­тель дол­жен будет: отби­рать пси­хо­ло­гов-волон­тё­ров, фор­ми­ро­вать их гра­фик, искать поме­ще­ния для кон­суль­ти­ро­ва­ния, рас­пре­де­лять жен­щин с теми или ины­ми про­бле­ма­ми к соот­вет­ству­ю­щим спе­ци­а­ли­стам, состы­ко­вы­вать под­опеч­ных с волон­тё­ра­ми в слу­чае изме­не­ний. Таким обра­зом, кури­ро­ва­ние пси­хо­ло­ги­че­ской служ­бы — допол­ни­тель­ная нагруз­ка на пси­хо­ло­га, кото­рую он дол­жен учи­ты­вать в сво­ём гра­фи­ке работы.

Отбор пси­хо­ло­гов-волон­те­ров

Пси­хо­лог как руко­во­ди­тель пси­хо­ло­ги­че­ской служ­бы несёт ответ­ствен­ность за каче­ство и эко­ло­гич­ность кон­суль­ти­ро­ва­ния под­опеч­ных его кол­ле­га­ми-волон­тё­ра­ми. Поэто­му отби­рать помощ­ни­ков нуж­но очень тщательно.

Вот основ­ные прин­ци­пы отбора:

  • выс­шее спе­ци­аль­ное образование.

Как пока­зы­ва­ет опыт наше­го цен­тра, пред­ла­гать себя для ока­за­ния пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи жен­щи­нам будут не толь­ко пси­хо­ло­ги, но и люди без соот­вет­ству­ю­ще­го обра­зо­ва­ния. К нам часто при­хо­дят и гово­рят: «Я знаю, как жить, давай­те научу ваших дево­чек жизни/бизнесу/женственности/материнству». Эти так назы­ва­е­мые коучи вам, конеч­но, не подой­дут. Пять лет выс­ше­го пси­хо­ло­ги­че­ско­го обра­зо­ва­ния — тот мини­мум, с кото­ро­го мож­но рас­смат­ри­вать кан­ди­да­ту­ру помощника;

  • общие цен­но­сти с сотруд­ни­ка­ми ваше­го кри­зис­но­го цен­тра. Что­бы выяс­нить, какие цен­но­сти раз­де­ля­ет волон­тёр, нуж­но про­ве­сти лич­ное собе­се­до­ва­ние. Один из важ­ных вопро­сов, кото­рый дол­жен про­зву­чать как бы мимо­хо­дом: в каком слу­чае умест­но делать аборт? Вопрос лукав, он под­ра­зу­ме­ва­ет, что в неко­то­рых слу­ча­ях аборт делать умест­но. Если чело­век начи­на­ет раз­мыш­лять на эту тему, то, ско­рее все­го, он вам не подойдёт;
  • моти­ва­ция. Жела­ние рабо­тать волон­тё­ром в кри­зис­ном цен­тре долж­но быть осо­знан­ным. Оно может быть разным:

а) сде­лать доб­рое дело,

б) полу­чить боль­ше живой прак­ти­ки. Конеч­но, в иде­а­ле хоте­лось бы, что­бы волон­тё­ра­ми были успеш­ные состо­яв­ши­е­ся пси­хо­ло­ги, кото­рые при­хо­дят, что­бы делить­ся «от щед­рот», а не для того, что­бы при­об­ре­тать. И всё-таки если прак­ти­ки у волон­тё­ра было немно­го, но по всем дру­гим кри­те­ри­ям он вам под­хо­дит, такая моти­ва­ция вполне при­ем­ле­ма. Речь, конеч­но, идёт не о вче­раш­нем сту­ден­те без вся­ко­го опы­та — это тот слу­чай, когда нуж­но отка­зать, а, напри­мер, об опыт­ном пси­хо­ло­ге, но полу­ча­ю­щем дру­гую специализацию,

в) полу­чить такой опыт, кото­ро­го ещё не было, пора­бо­тать с дру­ги­ми кате­го­ри­я­ми кли­ен­тов. В кри­зис­ных цен­трах дей­стви­тель­но есть воз­мож­ность рабо­тать с инте­рес­ны­ми случаями;

  • при­сут­ствие хотя бы на одной его кон­суль­та­ции с дру­ги­ми кли­ен­та­ми, что­бы посмот­реть, что и как он дела­ет. Это не все­гда воз­мож­но, и всё-таки у пси­хо­ло­гов быва­ют кли­ен­ты, с кото­ры­ми мож­но дого­во­рить­ся о при­сут­ствии кол­ле­ги на кон­суль­та­ции. Ещё про­ще быва­ет прий­ти на тре­нинг или семинар,
  • при­о­ри­тет — спе­ци­а­ли­стам, рабо­та­ю­щим в дру­гом направ­ле­нии, с дру­гой спе­ци­а­ли­за­ци­ей, неже­ли вы сами. Тогда диа­па­зон помо­щи жен­щи­нам будет шире: один пси­хо­лог помо­жет решить про­бле­му дет­ско-роди­тель­ских отно­ше­ний, дру­гой — про­бле­мы с пси­хи­че­ским здо­ро­вьем, и так далее. Так, в нашей пси­хо­ло­ги­че­ской служ­бе кро­ме штат­но­го пси­хо­ло­га-руко­во­ди­те­ля есть пока три волон­тё­ра: кли­ни­че­ский и дет­ский пси­хо­ло­ги, а так­же спе­ци­а­лист по телес­но­ори­ен­ти­ро­ван­ной пси­хо­ло­гии, зани­ма­ю­щий­ся пси­хо­со­ма­ти­че­ски­ми проблемами.

В кри­зис­ном цен­тре обыч­но ощу­ща­ет­ся необ­хо­ди­мость в дет­ском пси­хо­ло­ге. Дело в том, что мамы при­хо­дят с детьми раз­но­го воз­рас­та, доволь­но часто быва­ют дети с осо­бен­но­стя­ми пси­хи­че­ско­го раз­ви­тия, что тре­бу­ет целе­на­прав­лен­ной кор­рек­ци­он­ной рабо­ты. Конеч­но, дет­ская пси­хи­ка отра­жа­ет атмо­сфе­ру семьи, и без ком­плекс­ной помо­щи семье пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ская помощь ребён­ку может стать сизи­фо­вым тру­дом. Но всё-таки с неко­то­ры­ми осо­бен­но­стя­ми и пато­ло­ги­я­ми детей долж­ны рабо­тать про­филь­ные специалисты.

Соблю­де­ние реко­мен­да­ций по отбо­ру пси­хо­ло­гов-волон­тё­ров повы­ша­ет сте­пень надёж­но­сти буду­ще­го сотруд­ни­че­ства, но не гаран­ти­ру­ет его пол­но­стью. Поэто­му очень важ­но дер­жать руку на пуль­се с каж­дым из про­шед­ших отбор волонтёров.

Для это­го нуж­но регу­ляр­но инте­ре­со­вать­ся, как про­хо­дят кон­суль­та­ции; выно­сить на общее обсуж­де­ние и сво­их кли­ен­тов, что­бы про­во­ци­ро­вать встреч­ный доб­ро­воль­ный про­фес­си­о­наль­ный обмен све­де­ни­я­ми; уточ­нять, нуж­но ли какое-либо допол­ни­тель­ное содей­ствие в работе.

Как пра­ви­ло, совсем изо­ли­ро­ван­ной рабо­та пси­хо­ло­гов-волон­тё­ров быть не может. Напри­мер, при­шед­шие извне мамы запра­ши­ва­ют у наше­го цен­тра поми­мо пси­хо­ло­ги­че­ской и дру­гие виды помо­щи. И в этом мы сове­ту­ем­ся с пси­хо­ло­га­ми-помощ­ни­ка­ми, а они — с нами. Что же каса­ет­ся внут­рен­них под­опеч­ных, то свя­зи ещё тес­нее. По мно­гим быто­вым осо­бен­но­стям их про­жи­ва­ния и реа­ги­ро­ва­ния на про­ис­хо­дя­щее мы сове­ту­ем­ся с пси­хо­ло­га­ми-доб­ро­воль­ца­ми, кото­рые этих мам ведут.

Что­бы пси­хо­ло­ги­че­ская служ­ба раз­ви­ва­лась, нуж­но под­дер­жи­вать моти­ва­цию ваших доб­ро­воль­ных помощ­ни­ков, их заин­те­ре­со­ван­ность в рабо­те. Для это­го суще­ству­ют самые раз­ные фор­мы: гра­мо­ты и бла­го­дар­но­сти; пери­о­ди­че­ские встре­чи в нефор­маль­ной обста­нов­ке всей служ­бой; содей­ствие в повы­ше­нии ква­ли­фи­ка­ции; орга­ни­за­ция рабо­чих сове­ща­ний с под­чёрк­ну­тым вни­ма­ни­ем к реко­мен­да­ци­ям волон­тё­ров; деле­ги­ро­ва­ние важ­ных задач, выхо­дя­щих за рам­ки тра­ди­ци­он­ных обязанностей.

image019 1 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

Напри­мер, важ­ная зада­ча — сопро­во­дить под­опеч­ную на кон­суль­та­цию к пси­хи­ат­ру и раз­уз­нать реаль­ное поло­же­ние дел. Это непро­сто, учи­ты­вая, что пси­хи­ат­ры не озву­чи­ва­ют диа­гно­зы пациентов.

Синдром эмоционального выгорания

Люди помо­га­ю­щих про­фес­сий — те, чья дея­тель­ность пред­по­ла­га­ет регу­ляр­ное и тес­ное обще­ние, эмо­ци­о­наль­ное сопе­ре­жи­ва­ние и боль­шую ответ­ствен­ность, — испы­ты­ва­ют боль­шие пси­хи­че­ские нагруз­ки. Когда нагруз­ка ста­но­вит­ся непе­ре­но­си­мой, появ­ля­ет­ся состо­я­ние, кото­рое назы­ва­ют син­дро­мом эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния (СЭВ).

Син­дром эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния — серьёз­ное и очень рас­про­стра­нён­ное явле­ние. Уже в 2005 году на Евро­пей­ской кон­фе­рен­ции ВОЗ отме­ча­ли, что стресс, свя­зан­ный с рабо­той, явля­ет­ся важ­ной про­бле­мой при­мер­но для тре­ти тру­дя­щих­ся стран Евро­пей­ско­го сою­за и сто­и­мость реше­ния этой про­бле­мы, вли­я­ю­щей на пси­хи­че­ское здо­ро­вье чело­ве­ка, состав­ля­ет в сред­нем 3–4% вало­во­го наци­о­наль­но­го дохо­да[8].

Тер­мин «эмо­ци­о­наль­ное выго­ра­ние» (англ. burnout) вве­дён аме­ри­кан­ским пси­хи­ат­ром Х.Дж. Фрей­ден­бер­ге­ром в 1974 году для харак­те­ри­сти­ки пси­хо­ло­ги­че­ско­го состо­я­ния здо­ро­вых людей, нахо­дя­щих­ся в интен­сив­ном и тес­ном обще­нии с кли­ен­та­ми, паци­ен­та­ми в эмо­ци­о­наль­но насы­щен­ной атмо­сфе­ре при ока­за­нии про­фес­си­о­наль­ной помо­щи. К. Мас­лач, одна из веду­щих спе­ци­а­ли­стов по иссле­до­ва­нию эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния, писа­ла, что выго­ра­ние — это не поте­ря твор­че­ско­го потен­ци­а­ла, не реак­ция на ску­ку, а «эмо­ци­о­наль­ное исто­ще­ние, воз­ни­ка­ю­щее на фоне стрес­са, вызван­но­го меж­лич­ност­ным обще­ни­ем». Таким обра­зом, СЭВ — это слож­ный пси­хо­фи­зио­ло­ги­че­ский фено­мен, кото­рый опре­де­ля­ет­ся как эмо­ци­о­наль­ное, умствен­ное и физи­че­ское исто­ще­ние из-за про­дол­жи­тель­ной эмо­ци­о­наль­ной нагрузки.

Син­дро­му осо­бен­но под­вер­же­ны вра­чи, педа­го­ги, работ­ни­ки соци­аль­ных служб, а так­же пси­хо­ло­ги раз­ных спе­ци­а­ли­за­ций. Пси­хо­ло­ги, кото­рые заня­ты в кри­зис­ном кон­суль­ти­ро­ва­нии, в том чис­ле рабо­та­ю­щие в кри­зис­ных цен­трах, — в силу слож­но­сти кон­тин­ген­та этих цен­тров, риску­ют в ещё боль­шей степени.

Про­яв­ле­ния

СЭВ мож­но опре­де­лить по сле­ду­ю­щим признакам:

  • нарас­та­ю­щее эмо­ци­о­наль­ное исто­ще­ние: обед­нён­ное эмо­ци­о­наль­ное реа­ги­ро­ва­ние, сни­же­ние эмо­ци­о­наль­но­го фона, рав­но­ду­шие. Чело­век ощу­ща­ет себя исполь­зо­ван­ным и опу­сто­шён­ным, не чув­ству­ет в себе сил и энер­гии общать­ся с дру­ги­ми людь­ми. Частич­ное или пол­ное исклю­че­ние эмо­ций из обще­ния рабо­та­ет как пси­хо­ло­ги­че­ская защи­та от трав­ми­ру­ю­ще­го воздействия;
  • нарас­та­ю­щее без­раз­ли­чие к сво­им обязанностям;
  • неумест­ное отно­ше­ние к кли­ен­там и кол­ле­гам, раз­дра­же­ние, нега­ти­визм, в том чис­ле нега­тив­ная, цинич­ная, чрез­мер­но отстра­нён­ная реак­ция в обще­нии. Явля­ет­ся защит­ной реак­ци­ей орга­низ­ма и воз­ни­ка­ет как ответ на эмо­ци­о­наль­ное истощение;
  • ощу­ще­ние соб­ствен­ной про­фес­си­о­наль­ной несо­сто­я­тель­но­сти, непро­дук­тив­но­сти, неудо­вле­тво­рён­ность рабо­той. Кажет­ся, что на рабо­те тебя пре­сле­ду­ют про­ва­лы. Обу­слов­ле­но невоз­мож­но­стью спра­вить­ся с высо­ки­ми тре­бо­ва­ни­я­ми, пси­хо­ло­ги­че­ской и стрес­со­вой нагруз­кой на работе;
  • нев­ро­ти­че­ские рас­строй­ства, поте­ря энер­гии, уста­лость, пси­хо­со­ма­ти­че­ские заболевания.

Всё это в конеч­ном ито­ге при­во­дит к рез­ко­му ухуд­ше­нию каче­ства жиз­ни: депрес­сив­но­му состо­я­нию, чув­ству уста­ло­сти и опу­сто­шён­но­сти, недо­стат­ку энер­гии и энту­зи­аз­ма, отри­ца­тель­ной уста­нов­ке в отно­ше­нии рабо­ты и жиз­ни в целом.

Что­бы точ­нее опре­де­лить нали­чие СЭВ, мож­но исполь­зо­вать мето­ди­ку тести­ро­ва­ния и само­те­сти­ро­ва­ния, раз­ра­бо­тан­ную К. Мас­лач. В рос­сий­ской пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ской прак­ти­ке исполь­зу­ет­ся так­же опрос­ник В.В. Бой­ко[9] и опрос­ник Е.П. Ильи­на по про­фес­си­о­наль­но­му выгоранию.

При­чи­ны и усло­вия развития

Сре­ди при­чин и усло­вий раз­ви­тия СЭВ, пере­чис­лен­ных ниже, есть объ­ек­тив­ные, на кото­рые пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра повли­ять не может, но есть и субъ­ек­тив­ные, кото­рые напря­мую зави­сят от чело­ве­ка и его установок:

  • рабо­та в одно­об­раз­ном или напря­жён­ном ритме;
  • эмо­ци­о­наль­ные и физи­че­ские пере­груз­ки, в том чис­ле свя­зан­ные с труд­ным кон­тин­ген­том (бере­мен­ные жен­щи­ны в кри­ти­че­ской ситу­а­ции), кон­флик­ты и хро­ни­че­ские стрес­со­ры на работе;
  • отсут­ствие долж­но­го воз­на­граж­де­ния (не толь­ко мате­ри­аль­но­го, но и пси­хо­ло­ги­че­ско­го) за выпол­нен­ную рабо­ту, под­твер­жде­ния зна­чи­мо­сти, что застав­ля­ет чело­ве­ка думать, что его рабо­та не пред­став­ля­ет ценности;
  • отсут­ствие соци­аль­ной под­держ­ки и воз­мож­но­стей раз­ви­вать­ся профессионально;
  • неверные/неполезные уста­нов­ки: «Я всех спасу/накажу», «Мир идеален/ужасен», «Я самый лучший/худший», «Я знаю абсо­лют­но точ­но, что это так» и тому подобное;
  • склон­ность к иде­а­ли­за­ции и само­по­жерт­во­ва­нию, пер­фек­ци­о­низм, завы­шен­ные тре­бо­ва­ния к себе и окружающим;
  • неспо­соб­ность выра­ба­ты­вать соб­ствен­ные пред­став­ле­ния о пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, сле­пое сле­до­ва­ние авто­ри­те­там и под­гон сво­ей рабо­ты под чужие лека­ла, изго­тов­лен­ные для дру­гих кли­ен­тов и тера­пев­ти­че­ских ситуаций.

Как видим, сре­ди при­чин и усло­вий раз­ви­тия СЭВ есть объ­ек­тив­ные, на кото­рые пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра повли­ять не может, но есть и субъ­ек­тив­ные, кото­рые напря­мую зави­сят от спе­ци­а­ли­ста и его уста­но­вок. Мож­но к это­му доба­вить, что эмо­ци­о­наль­но­му выго­ра­нию и про­фес­си­о­наль­ной дефор­ма­ции спо­соб­ству­ет отсут­ствие у пси­хо­ло­га базо­во­го про­фес­си­о­наль­но­го миро­воз­зре­ния. Это про­во­ци­ру­ет хао­тич­ное мета­ние, поиск «чудес­ных» спо­со­бов исце­ле­ния и мето­дов рабо­ты. Когда же ниче­го не выхо­дит, един­ствен­ным спо­со­бом защи­ты ста­но­вит­ся обви­не­ние кли­ен­тов в сопро­тив­ле­нии и неже­ла­нии менять­ся. Рано или позд­но такие мета­ния закан­чи­ва­ют­ся бес­силь­ным скла­ды­ва­ни­ем рук.

Спе­ци­а­ли­сты, кото­рые хоро­шо уко­ре­не­ны в систе­ме сво­их цен­но­стей, спо­соб­ны отыс­кать смысл даже в труд­ных жиз­нен­ных обсто­я­тель­ствах и спо­соб­ны про­ти­во­сто­ять тем слож­но­стям, кото­рые неми­ну­е­мо при­сут­ству­ют в нашей профессии.

Ста­дии выгорания

Суще­ству­ют раз­ные клас­си­фи­ка­ции эта­пов СЭВ. Одна из наи­бо­лее рас­про­стра­нён­ных опи­ра­ет­ся на тео­рию Г. Селье, осно­во­по­лож­ни­ка уче­ния о стрес­се, и вклю­ча­ет в себя три ста­дии раз­ви­тия стрес­са. В рос­сий­ской пси­хо­ло­гии дан­ные ста­дии подроб­но опи­сал В.В. Бой­ко в ста­тье «Энер­гия эмо­ций в обще­нии: взгляд на себя и дру­гих»[10]:

1) нерв­ное (тре­вож­ное) напря­же­ние — его созда­ют хро­ни­че­ская пси­хо­эмо­ци­о­наль­ная атмо­сфе­ра, деста­би­ли­зи­ру­ю­щая обста­нов­ка, повы­шен­ная ответ­ствен­ность, труд­ность контингента;

2) рези­стен­ция, то есть сопро­тив­ле­ние, — чело­век пыта­ет­ся более или менее успеш­но огра­дить себя от непри­ят­ных впечатлений;

3) исто­ще­ние — оску­де­ние пси­хи­че­ских ресур­сов, сни­же­ние эмо­ци­о­наль­но­го тону­са, кото­рое насту­па­ет вслед­ствие того, что про­яв­лен­ное сопро­тив­ле­ние ока­за­лось неэффективным.

Одна­ко наш соб­ствен­ный опыт рабо­ты поз­во­лил сфор­му­ли­ро­вать свою кон­цеп­цию ста­дий и уров­ней раз­ви­тия СЭВ. В осно­ве её, конеч­но, не толь­ко прак­ти­ка кон­суль­ти­ро­ва­ния, обще­ния с учи­те­ля­ми и кол­ле­га­ми, но твор­че­ски пере­ра­бо­тан­ные пси­хо­ло­ги­че­ские тео­рии СЭВ. Не все люди про­жи­ва­ют все ста­дии, ука­зан­ные ниже, и после­до­ва­тель­ность их тоже может быть дру­гой. И всё-таки гипо­те­ти­че­ски, на наш взгляд, про­цесс раз­ви­тия СЭВ мож­но раз­де­лить на сле­ду­ю­щие четы­ре ста­дии (они же фак­то­ры), кото­рые отча­сти пере­кли­ка­ют­ся с тра­ди­ци­он­ной типо­ло­ги­ей, но име­ют и харак­тер­ные отличия.

  1. Энту­зи­азм. Эта ста­дия совсем не похо­жа на выго­ра­ние и харак­те­ри­зу­ет­ся чрез­мер­ной увле­чён­но­стью рабо­той. Всё осталь­ное в жиз­ни ухо­дит на пятый, деся­тый план. Одно­об­ра­зие и напря­жён­ный темп, силь­ная эмо­ци­о­наль­ная вклю­чён­ность, отсут­ствие помо­щи, под­держ­ки, одоб­ре­ния, бла­го­дар­но­сти за труд — всё это при тоталь­ной вклю­чён­но­сти может запу­стить про­цесс выгорания.
  2. Уста­лость. Накап­ли­ва­ю­ща­я­ся уста­лость вызы­ва­ет жела­ние дистан­ци­ро­вать­ся от рабо­ты. Посте­пен­но сни­жа­ет­ся инте­рес к кон­суль­ти­ро­ва­нию. Обще­ние неза­мет­но ста­но­вит­ся фор­маль­ным. На этой ста­дии помо­га­ют сооб­ще­ства профессионалов.

Напри­мер, для пси­хо­ло­гов мед­учре­жде­ний эту роль может выпол­нять мест­ный Мин­здрав, пери­о­ди­че­ски соби­рая их на повы­ше­ние ква­ли­фи­ка­ции и тема­ти­че­ские встре­чи, где, в том чис­ле, мож­но пожа­ло­вать­ся кол­ле­гам на сво­их кли­ен­тов и обсу­дить трудности.

  1. Деструк­тив­ное пове­де­ние. Когда пси­хо­лог дистан­ци­ру­ет­ся от рабо­ты, её эффек­тив­ность сни­жа­ет­ся ниже обыч­но­го уров­ня это­го спе­ци­а­ли­ста, ухуд­ша­ет­ся обрат­ная связь, вза­и­мо­дей­ствие с кли­ен­том посте­пен­но напол­ня­ет­ся нега­ти­вом, слу­ча­ют­ся нару­ше­ния тру­до­вой дисциплины.
  2. Исто­ще­ние. Рабо­та всё боль­ше авто­ма­ти­зи­ру­ет­ся, появ­ля­ет­ся опу­сто­ше­ние, без­раз­ли­чие к жиз­ни, цинич­ное отно­ше­ние к людям. Про­грес­си­ру­ет пессимизм.

Могут появить­ся пси­хо­со­ма­ти­че­ские забо­ле­ва­ния, нару­ше­ния сна, голо­во­кру­же­ния, голов­ные боли, про­бле­мы с весом, когни­тив­ные про­бле­мы: нару­ше­ния мыш­ле­ния, вни­ма­ния, памя­ти и дру­гие. На этой ста­дии необ­хо­ди­мо обра­тить­ся к специалисту.

Есть мне­ние, что на одном из эта­пов раз­ви­тия СЭВ (ско­рее все­го, на эта­пе деструк­тив­но­го пове­де­ния) может насту­пить про­фес­си­о­наль­ная дефор­ма­ция. Когда нет сил, а рабо­тать надо, мозг защи­ща­ет­ся и меня­ет систе­му рабо­ты: созна­ние пси­хо­ло­га пере­ста­ёт заме­чать про­ма­хи, а актив­ность про­дол­жа­ет­ся. Про­фес­си­о­наль­ная дефор­ма­ция ведёт не к сомне­нию и отча­я­нию, но к само­за­щи­те: вырас­та­ет защит­ный пан­цирь от неуве­рен­но­сти и бес­си­лия, выра­ба­ты­ва­ют­ся более агрес­сив­ные уста­нов­ки и мето­ды. На этом эта­пе мож­но застрять, пото­му что он поз­во­ля­ет не ощу­щать эмо­ци­о­наль­но­го падения.

Раз­но­уров­не­вые при­зна­ки эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния и спо­со­бы про­ти­во­дей­ствия им см. в таб­ли­це на с. 172.

image021 - Психолог помогает мамам. Опыт психологической помощи беременным и матерям с детьми в кризисном центре «Дом для мамы»

Про­фи­лак­ти­ка

Про­вал в СЭВ мно­ги­ми наив­но оправ­ды­ва­ет­ся как след­ствие само­от­вер­жен­но­сти и увле­чён­но­сти, но это оправ­да­ние не помо­га­ет избе­жать нега­тив­ных послед­ствий допу­щен­ных оши­бок. Более взве­шен­ным и зре­лым явля­ет­ся не оправ­да­ние, а при­зна­ние сво­ей недо­ста­точ­ной про­фес­си­о­наль­ной ком­пе­тент­но­сти, в том чис­ле — с помо­щью супер­ви­зии. В таком при­зна­нии нет ниче­го дис­кре­ди­ти­ру­ю­ще­го: рабо­та с внут­рен­ним миром дру­го­го чело­ве­ка очень слож­на и ответ­ствен­на. Пси­хо­ло­ги, пси­хо­те­ра­пев­ты на про­тя­же­нии всей про­фес­си­о­наль­ной жиз­ни обре­че­ны учить­ся, в том чис­ле — на сво­их ошибках.

Нуж­но пом­нить, что эмо­ци­о­наль­ное выго­ра­ние не гро­зит толь­ко тем, кто ниче­го не делает.

Уни­вер­саль­ных мето­дов про­фи­лак­ти­ки и пре­одо­ле­ния СЭВ не суще­ству­ет, но есть наи­бо­лее общие и про­стые стра­те­гии, помо­га­ю­щие не допу­стить выго­ра­ния или спра­вить­ся с его последствиями.

Пси­хо­ло­ги­че­ская гиги­е­на в консультировании:

  • учить­ся уста­нав­ли­вать баланс меж­ду эмпа­ти­че­ским и актив­ным слу­ша­ни­ем. Эмпа­ти­че­ское слу­ша­ние, пред­по­ла­га­ю­щее, что пси­хо­лог чув­ству­ет то, что чув­ству­ет кли­ент, может усу­гу­бить состо­я­ние при эмо­ци­о­наль­ном выго­ра­нии, поэто­му вре­мен­но противопоказано;
  • вме­сто жало­сти про­яв­лять внут­рен­нюю готов­ность к помо­щи и сотрудничеству.

Уров­ни про­яв­ле­ния СЭВ и спо­со­бы с ним справиться

1*

Мен­таль­но-

Интел­лек­ту­аль­ный

уро­вень

Чув­ствен­но-

Эмо­ци­о­наль­ный

уро­вень

Веге­та­тив­но-

Сома­ти­че­ский

уро­вень

2

Систем­ность

Целост­ность

Гомео­стаз

3

Свой­ства

Про­цес­сы

Состо­я­ния

4

Инфор­ма­ция

Энер­гия

Мате­рия

5

Дух

Душа

Тело

6

Утра­та пер­вич­ных смыслов.

Повре­жде­ние нрав­ствен­ных ориентиров.

Зату­ма­ни­ва­ние аутен­тич­ных целей и экзи­стен­ци­аль­ных потребностей

Болит душа,

ощу­ща­ет­ся пустота.

Отсут­ствие сил работать

и раз­ви­вать­ся.

Депрес­сия

Нару­ша­ют­ся: сон,

сек­су­аль­ная жизнь,

раци­он питания.

Появ­ля­ют­ся болезни.

Невоз­мож­ность отдыха

7

Ори­ен­ти­ро­ва­ние на внеш­ние иде­а­лы. Когни­тив­ная суета

Попыт­ка пере­клю­че­ния вни­ма­ния, азарт, под­клю­че­ние к нефи­зи­че­ским зави­си­мо­стям (игры)

Сек­су­аль­ный раз­врат, обжор­ство, алко­голь, нико­тин, нар­ко­ти­ки, хули­ган­ство, риск

8

Само­ре­флек­сия

и супер­ви­зия.

Молит­ва

Кон­троль над рас­пре­де­ле­ни­ем ресур­сов меж­лич­ност­но­го вза­и­мо­дей­ствия. Иное пони­ма­ние источ­ни­ка награ­ды за труд.

Мето­ды пси­хо­фи­зи­че­ской само­ре­гу­ля­ции: релак­са­ция, БОС-тре­нинг, ауто­тре­нинг и т.п.

Меди­цин­ская очист­ка орга­низ­ма. Физи­че­ская актив­ность (в том чис­ле дыха­тель­ная гим­на­сти­ка, лечеб­ная физ­куль­ту­ра и спорт, в осо­бен­но­сти — аэроб­ная нагруз­ка, пла­ва­ние, прогулки).

Раци­о­на­ли­за­ция быта

9

Само­до­ста­точ­ность

Слу­же­ние

Зазем­ле­ние

* Пояс­не­ние к циф­рам в пер­вом столб­це таблицы

  1. Базо­вые уров­ни пси­хо­фи­зи­че­ско­го стро­е­ния человека.
  2. При­род­ная нор­ма для каж­до­го уровня.
  3. Пси­хи­че­ские явле­ния, кото­ры­ми про­яв­ля­ет­ся каж­дый уровень.
  4. Фило­соф­ская модель опи­са­ния уров­ней проявленности.
  5. Рели­ги­оз­ная модель опи­са­ния уров­ней проявленности.
  6. Вли­я­ние СЭВ на каж­дый уровень.
  7. Неэф­фек­тив­ные и вред­ные, но наи­бо­лее часто встре­ча­ю­щи­е­ся спо­со­бы борь­бы с СЭВ.
  8. Эффек­тив­ные спо­со­бы борь­бы с СЭВ.
  9. Путь и цель пре­одо­ле­ва­ю­ще­го СЭВ человека.

Пояс­ним, что име­ет­ся в виду. В жало­сти в дан­ном кон­тек­сте есть снис­хож­де­ние, заве­до­мое нера­вен­ство, отно­ше­ние к чело­ве­ку как к объ­ек­ту наших доб­рых чувств. Сотруд­ни­че­ство пред­по­ла­га­ет при­зна­ние в кли­ен­те не объ­ек­та, а субъ­ек­та, равен­ство с ним.

Жалость может скры­вать готов­ность видеть чело­ве­ка толь­ко в ситу­а­ции, когда он заслу­жи­ва­ет жало­сти, оста­ет­ся уни­жен­ным, упав­шим, а ты можешь про­дол­жать его жалеть. В готов­но­сти к помо­щи и сотруд­ни­че­ству есть готов­ность пора­до­вать­ся за чело­ве­ка в ситу­а­ции успе­ха, сча­стья, пре­одо­лён­но­го кризиса;

  • вме­сто сочув­ствия и сопе­ре­жи­ва­ния (сов­мест­но­го с кли­ен­том чув­ство­ва­ния и пере­жи­ва­ния тяжё­лой ситу­а­ции) — бла­го­же­ла­тель­ность и внут­рен­нее спокойствие.

Кон­суль­ти­ро­ва­ние будет неэф­фек­тив­ным, если кли­ент гово­рит о трав­ми­ру­ю­щей, опас­ной для него ситу­а­ции, а сочув­ству­ю­щий пси­хо­лог вслед за ним мыс­лен­но туда погру­жа­ет­ся и испы­ты­ва­ет те же нега­тив­ные эмоции.

Напро­тив, если пси­хо­лог пока­зы­ва­ет кли­ен­ту, что слы­шит его, что нахо­дит­ся рядом с ним в той трав­ми­ру­ю­щей ситу­а­ции, но при этом испы­ты­ва­ет дру­гие чув­ства, сохра­няя рав­но­ве­сие, внут­рен­ний мир, — такая рабо­та при­но­сит плоды.

Такая пози­ция пока­зы­ва­ет: в ситу­а­ции воз­мож­но реа­ги­ро­вать по-дру­го­му. Кро­ме того, при­сут­ствие урав­но­ве­шен­но­го и исто­ча­ю­ще­го доб­ро­же­ла­тель­ность чело­ве­ка уми­ро­тво­ря­ет, раду­ет, гар­мо­ни­зи­ру­ет само по себе;

  • отсле­жи­вать как у себя, так и у кли­ен­тов вклю­че­ние защит­ных меха­низ­мов пси­хи­ки, гово­ря­щих о пере­груз­ке (в При­ло­же­нии 10 вы най­дё­те их пере­чень с крат­ким пояснением);
  • в рабо­те стро­го ори­ен­ти­ро­вать­ся на про­фес­си­о­наль­ную пси­хо­ло­ги­че­скую эти­ку (подроб­нее см. с. 177).

Орга­ни­за­ция работы:

  • с пере­груз­ка­ми в рабо­те помо­га­ет спра­вить­ся гра­мот­ная орга­ни­за­ция рабо­че­го про­цес­са, места, графика.

Оцен­ка соб­ствен­ной работы:

  • выстра­и­вать и осо­знан­но кон­тро­ли­ро­вать дина­ми­ку вза­им­ной ответ­ствен­но­сти за резуль­та­ты кон­суль­ти­ро­ва­ния. Не забы­вать, что за эффек­тив­ность пси­хо­те­ра­пии и кон­суль­ти­ро­ва­ния несёт ответ­ствен­ность и кли­ент, дале­ко не всё нахо­дит­ся в вашей власти;
  • ста­вить себе реа­ли­стич­ные цели, закла­ды­вать в них воз­мож­ность неудачи;
  • оце­ни­вать свою дея­тель­ность не «извне», «объ­ек­тив­но», гла­за­ми дру­гих (что дела­ет нас уяз­ви­мы­ми), а изнут­ри, при­слу­ши­ва­ясь к голо­су сове­сти, гово­ря­ще­му, насколь­ко ответ­ствен­но мы отнес­лись к рабо­те и насколь­ко пол­но выло­жи­лись. Срав­ни­вать себя не с дру­ги­ми, а с тем, как мы сами рабо­та­ли неко­то­рое вре­мя назад;
  • рабо­тая со слож­ным кон­тин­ген­том, соот­но­сить резуль­та­тив­ность не со 100% и не с 51%, а с 0%: насколь­ко боль­ше нуля слу­ча­ев успеш­ной рабо­ты. Осо­бен­но это акту­аль­но для пси­хо­ло­гов пери­на­таль­но­го кон­суль­ти­ро­ва­ния. Если все­го лишь 10–15% жен­щин после бесе­ды с вами пере­ду­ма­ли делать аборт, — это не зна­чит, что ваша рабо­та неэф­фек­тив­на. Без ваше­го уча­стия про­цент был бы равен нулю и ни один ребё­нок не родил­ся бы. А бла­го­да­ря вашей рабо­те со ста жен­щи­на­ми было спа­се­но десять детей.

От пер­во­го лица: о неудачах

У любо­го пси­хо­ло­га кри­зис­но­го цен­тра, как, напри­мер, и у аку­ше­ра, есть свой дет­ский сад и своё клад­би­ще. Жить с этим клад­би­щем пона­ча­лу невы­но­си­мо. Быва­ют слу­чаи, когда ты в про­цес­се кон­суль­та­ции вхо­дишь в резо­нанс с жен­щи­ной, иду­щей на аборт, и в состо­я­нии пото­ка гово­ришь так, как нико­гда бы не смог, — так, что бесе­да ради­каль­но меня­ет ситу­а­цию от реше­ния быст­ро «с этим покон­чить» — до при­ня­тия ребён­ка. Но быва­ло, что через пару дней жен­щи­на отсту­па­ла, обсто­я­тель­ства воз­вра­ща­ли её на исход­ную позицию.

После таких паде­ний неиз­беж­но про­ис­хо­дит кру­ше­ние грёз и посте­пен­но выра­ба­ты­ва­ет­ся имму­ни­тет и пони­ма­ние, что ты сде­лал всё, что смог. Тогда даже с соб­ствен­ным клад­би­щем нерож­дён­ных детей мож­но как-то даль­ше жить. Это не озна­ча­ет, что спе­ци­а­лист ста­но­вит­ся без­раз­ли­чен к судь­бам жен­щин и их детей. Если в его душе зало­же­ны цели, созвуч­ные дви­же­нию в защи­ту жиз­ни, то он и даль­ше будет их реа­ли­зо­вы­вать, и син­дром эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния будет пре­одо­лён. Если же у чело­ве­ка дру­гие цели и цен­но­сти, то даже без выго­ра­ния он поки­нет эту сфе­ру дея­тель­но­сти. — Д.Б.

Про­фес­си­о­наль­ный рост:

  • участ­во­вать в кур­сах повы­ше­нии ква­ли­фи­ка­ции, пла­ни­ро­вать их заблаговременно;
  • общать­ся с кол­ле­га­ми: это рас­ши­ря­ет кру­го­зор, обо­га­ща­ет про­фес­си­о­наль­но и лич­ност­но, поз­во­ля­ет выго­во­рить­ся и быть услы­шан­ным и понятым;
  • при­бе­гать к супер­ви­зии, то есть к обсуж­де­нию рабо­че­го кон­суль­та­ци­он­но­го мате­ри­а­ла с супервизором.

Супер­ви­зор — не про­сто стар­ший и более опыт­ный кол­ле­га, но спе­ци­а­лист, име­ю­щий кро­ме боль­шо­го опы­та рабо­ты спе­ци­аль­ные зна­ния и навы­ки в обла­сти супер­ви­зи­ро­ва­ния. Воз­мо­жен и дру­гой вари­ант — интер­ви­зия, при кото­рой супер­ви­зи­ру­ют­ся без веду­ще­го несколь­ко кол­лег, име­ю­щих супер­ви­зор­ский опыт.

Супер­ви­зия может помочь пси­хо­ло­гу в рефлек­сии, раз­бо­ре лич­ных и про­фес­си­о­наль­ных про­блем, дать аль­тер­на­тив­ный взгляд на про­бле­мы кли­ен­тов и слож­ные слу­чаи кон­суль­ти­ро­ва­ния, помочь про­фес­си­о­наль­но­му раз­ви­тию в той пси­хо­ло­ги­че­ской шко­ле, к кото­рой при­над­ле­жит специалист.

Супер­ви­зия нуж­на спе­ци­а­ли­сту в той мере, в какой ему не хва­та­ет саморефлексии.

Часть супер­ви­зор­ских задач веру­ю­щий пси­хо­лог может решить в обще­нии с духовником.

Про­ти­во­вес рабо­чим стрес­сам в лич­ной жизни:

  • рабо­тая с труд­ным кон­тин­ген­том (жен­щи­на­ми с неудав­шей­ся или иска­ле­чен­ной лич­ной жиз­нью), пси­хо­ло­гу нуж­но выстра­и­вать свою аль­тер­на­ти­ву — семей­ное счастье.

Профессиональная этика в работе психолога

Все тре­бо­ва­ния, кото­рые предъ­яв­ля­ют­ся к любо­му прак­ти­ку­ю­ще­му пси­хо­ло­гу, акту­аль­ны и для пси­хо­ло­га кри­зис­но­го цен­тра. Пере­чис­лим неко­то­рые основ­ные поло­же­ния из «кодек­са пси­хо­ло­га», сфор­му­ли­ро­ван­но­го про­фес­си­о­наль­ным сооб­ще­ством[11].

«Прин­цип ува­же­ния озна­ча­ет, что пси­хо­лог ува­жа­ет досто­ин­ство, пра­ва и сво­бо­ды сво­е­го кли­ен­та вне зави­си­мо­сти от его воз­рас­та, пола, сек­су­аль­ной ори­ен­та­ции, наци­о­наль­но­сти, при­над­леж­но­сти к опре­де­лён­ной куль­ту­ре, этно­су и расе, веро­ис­по­ве­да­ния, язы­ка, соци­аль­но-эко­но­ми­че­ско­го ста­ту­са, физи­че­ских возможностей».

«Бес­при­страст­ность пси­хо­ло­га не допус­ка­ет пред­взя­то­го отно­ше­ния к кли­ен­ту. Субъ­ек­тив­ное впе­чат­ле­ние, а так­же соци­аль­ное поло­же­ние кли­ен­та не долж­ны ока­зы­вать ника­ко­го вли­я­ния на выво­ды и дей­ствия психолога».

Вли­я­ние на дей­ствия пси­хо­ло­га могут ока­зы­вать и не про­ра­бо­тан­ные им соб­ствен­ные пси­хо­ло­ги­че­ские про­бле­мы: он может транс­ли­ро­вать кли­ен­ту иска­же­ния сво­е­го вос­при­я­тия, напри­мер дет­ско-роди­тель­ских, супру­же­ских или дру­гих отношений.

«Кон­фи­ден­ци­аль­ность. Инфор­ма­ция, полу­чен­ная пси­хо­ло­гом в про­цес­се рабо­ты с кли­ен­том, не под­ле­жит наме­рен­но­му или слу­чай­но­му раз­гла­ше­нию вне согла­со­ван­ных усло­вий. Резуль­та­ты иссле­до­ва­ния долж­ны быть пред­став­ле­ны таким обра­зом, что­бы они не мог­ли ском­про­ме­ти­ро­вать клиента».

В рабо­те пси­хо­ло­га кри­зис­но­го цен­тра могут слу­чать­ся слож­но­сти в выпол­не­нии это­го пункта.

Пси­хо­лог не толь­ко ведёт инди­ви­ду­аль­ные кон­суль­та­ции, но и участ­ву­ет в рабо­те кон­си­ли­у­мов. В какой мере он может исполь­зо­вать полу­чен­ный в инди­ви­ду­аль­ной рабо­те мате­ри­ал для раз­ра­бот­ки пла­на реа­би­ли­та­ции? С одной сто­ро­ны, он всё рав­но будет дей­ство­вать в инте­ре­сах жен­щи­ны. С дру­гой — есть опас­ность, нару­шив пра­ви­ло кон­фи­ден­ци­аль­но­сти, подо­рвать дове­рие жен­щи­ны и сде­лать, таким обра­зом, невоз­мож­ной или непро­дук­тив­ной даль­ней­шую пси­хо­ло­ги­че­скую работу.

В том, что явля­ет­ся здесь кон­фи­ден­ци­аль­ной инфор­ма­ци­ей, тоже нет одно­знач­но­го ответа.

Напри­мер, пси­хо­лог на кон­суль­та­ции видит осо­бен­но­сти тем­пе­ра­мен­та жен­щи­ны: она — флег­ма­тик. Это тоже инфор­ма­ция, полу­чен­ная в ходе кон­суль­ти­ро­ва­ния. Если на кон­си­ли­у­мах сотруд­ни­ки цен­тра будут пред­по­ла­гать и ожи­дать быст­ро­го тем­па выпол­не­ния пла­на, пси­хо­лог мог бы им объ­яс­нить, что это­го делать не сле­ду­ет, это ей несвой­ствен­но. Будет ли это раз­гла­ше­ни­ем кон­фи­ден­ци­аль­ной информации?

Или, напри­мер, дежур­ный при­ю­та жалу­ет­ся на кон­фликт, а пси­хо­лог зна­ет истин­ную моти­ва­цию женщины.

В подоб­ных слу­ча­ях пси­хо­лог дол­жен мак­си­маль­но соблю­дать кон­фи­ден­ци­аль­ность и сове­то­вать кол­ле­гам делать так или ина­че, не объ­яс­няя при­чин. Важ­но, что­бы кол­ле­ги ему доверяли.

Есть и более про­стой и понят­ный аспект про­бле­мы. В кни­ге вы встре­ти­ли уже мно­го при­ме­ров из жиз­ни наших мам. Ино­гда пси­хо­лог дол­жен гово­рить о сво­ей рабо­те в СМИ, рас­ска­зы­вая о дея­тель­но­сти кри­зис­но­го цен­тра. Но в таких исто­ри­ях нико­гда нет и не долж­но быть реаль­ных имён, при необ­хо­ди­мо­сти долж­ны быть изме­не­ны неко­то­рые обсто­я­тель­ства, что­бы труд­но было соот­не­сти их с реаль­ны­ми женщинами.

«Видео- или ауди­о­за­пи­си кон­суль­та­ции или лече­ния пси­хо­лог может делать толь­ко после того, как полу­чит согла­сие на это со сто­ро­ны клиента».

В нашем цен­тре не ведут­ся видео- и ауди­о­за­пи­си кон­суль­та­ций, но мы пред­по­ла­га­ем, что есть ситу­а­ции, в кото­рых это может быть необ­хо­ди­мо. Напри­мер, если под­опеч­ная кри­зис­но­го цен­тра ведёт себя по отно­ше­нию к муж­чине-пси­хо­ло­гу про­во­ци­ру­ю­ще, мож­но, пре­ду­пре­див под­опеч­ную, вести видео­за­пись кон­суль­та­ции без зву­ка, что­бы обез­опа­сить спе­ци­а­ли­ста от лож­ных обвинений.

«Прин­цип ком­пе­тент­но­сти. Пси­хо­лог дол­жен стре­мить­ся обес­пе­чи­вать и под­дер­жи­вать высо­кий уро­вень ком­пе­тент­но­сти, а так­же при­зна­вать гра­ни­цы сво­ей ком­пе­тент­но­сти и сво­е­го опыта».

«Прин­цип ответ­ствен­но­сти. Пси­хо­лог дол­жен стре­мить­ся избе­гать при­чи­не­ния вре­да, дол­жен нести ответ­ствен­ность за свои действия.

Если пси­хо­лог при­хо­дит к заклю­че­нию, что его дей­ствия не при­ве­дут к улуч­ше­нию состо­я­ния кли­ен­та или пред­став­ля­ют для него риск, он дол­жен пре­кра­тить вмешательство.

Если какие-либо обсто­я­тель­ства вынуж­да­ют пси­хо­ло­га преж­де­вре­мен­но пре­кра­тить рабо­ту с кли­ен­том и это может отри­ца­тель­но ска­зать­ся на состо­я­нии кли­ен­та, пси­хо­лог дол­жен обес­пе­чить про­дол­же­ние рабо­ты с клиентом».

Обыч­но жен­щи­ны ухо­дят из при­ю­та, уже про­ра­бо­тав ост­рые про­бле­мы. Но быва­ют вне­зап­ные отъ­ез­ды. В таких слу­ча­ях пси­хо­лог про­сит жен­щи­ну най­ти спе­ци­а­ли­ста для очных кон­суль­та­ций там, где она будет жить. В том слу­чае, если это не полу­чит­ся, мож­но пред­ло­жить про­дол­жить кон­суль­ти­ро­ва­ние онлайн.

«Нена­не­се­ние вре­да. Пси­хо­лог при­ме­ня­ет толь­ко такие мето­ди­ки иссле­до­ва­ния или вме­ша­тель­ства, кото­рые не явля­ют­ся опас­ны­ми для здо­ро­вья, состо­я­ния клиента».

Подроб­нее об этом и об эко­ло­гич­но­сти пси­хо­ло­ги­че­ских под­хо­дов см. с. 155.

«Реше­ние эти­че­ских дилемм. Пси­хо­лог дол­жен осо­зна­вать воз­мож­ность воз­ник­но­ве­ния эти­че­ских дилемм и нести свою пер­со­наль­ную ответ­ствен­ность за их реше­ние. Пси­хо­ло­ги кон­суль­ти­ру­ют­ся по этим вопро­сам со сво­и­ми кол­ле­га­ми и дру­ги­ми зна­чи­мы­ми лицами».

У пси­хо­ло­га в цер­ков­ном кри­зис­ном цен­тре есть воз­мож­ность решать рабо­чие вопро­сы эти­че­ско­го харак­те­ра с духовником.

«Избе­га­ние кон­флик­та инте­ре­сов. Пси­хо­лог дол­жен ста­рать­ся избе­гать отно­ше­ний, кото­рые при­во­дят к кон­флик­там инте­ре­сов с кли­ен­том. Пси­хо­лог не дол­жен исполь­зо­вать про­фес­си­о­наль­ные отно­ше­ния в лич­ных, рели­ги­оз­ных, поли­ти­че­ских или идео­ло­ги­че­ских интересах».

Этот пункт кодек­са под­твер­жда­ет неэтич­ность рели­ги­оз­ной про­по­ве­ди в рабо­те с при­хо­дя­щи­ми к нам жен­щи­на­ми (см. с. 156).

«Пси­хо­лог не дол­жен всту­пать в какие бы то ни было лич­ные отно­ше­ния со сво­и­ми клиентами».

Если пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра муж­чи­на, на этом пунк­те нуж­но оста­но­вить­ся подроб­нее. Попы­та­ем­ся поде­лить­ся взгля­дом на про­бле­му изнутри.

Еже­днев­ная плот­ная рабо­та с боль­шим чис­лом неустро­ен­ных жен­щин несёт с собой для моло­до­го муж­чи­ны-пси­хо­ло­га опре­де­лён­ные соблаз­ны. Усу­губ­ля­ют ситу­а­цию боль­шая сте­пень дове­рия и откры­то­сти во вре­мя кон­суль­та­ций, обсуж­де­ние в том чис­ле вопро­сов лич­ной и даже интим­ной жиз­ни, уяз­ви­мое поло­же­ние, в кото­ром жен­щи­ны ока­за­лись из-за жиз­нен­но­го кри­зи­са. Кро­ме того, встре­ча­ют­ся жен­щи­ны, кото­рые ведут себя про­во­ка­ци­он­но, взгля­да­ми и сло­ва­ми наме­кая или гово­ря пря­мо о жела­тель­но­сти лич­ных отношений.

Как дей­ство­вать в таких случаях?

Мож­но таких под­опеч­ных пере­да­вать дру­го­му пси­хо­ло­гу — кол­ле­ге-волон­тё­ру. Но мож­но с этим рабо­тать и попы­тать­ся сде­лать это темой кон­суль­та­ции: раз­би­рать­ся, насколь­ко глу­бо­ки эмо­ции, поче­му воз­ник инте­рес. Раз­го­вор может под­ве­сти жен­щи­ну к пони­ма­нию слу­чай­но­сти инте­ре­са и осо­зна­нию «внут­рен­не­го муж­чи­ны», то есть неко­е­го обра­за муж­чи­ны, кото­ро­го жен­щи­на инту­и­тив­но ищет.

В све­те ска­зан­но­го, мы бы не реко­мен­до­ва­ли идти на такую рабо­ту моло­дым неже­на­тым муж­чи­нам млад­ше 30 лет. Но глав­ное, что удер­жи­ва­ет муж­чи­ну-пси­хо­ло­га от того, что­бы вос­поль­зо­вать­ся чужой сла­бо­стью, — это не толь­ко вера и поря­доч­ность, но и любовь к сво­ей про­фес­сии. Име­ет­ся в виду не толь­ко сам риск поте­рять рабо­ту и пере­черк­нуть свою репу­та­цию, но и резуль­тат рабо­ты с кон­крет­ной жен­щи­ной. И если жен­щи­на, не видя­щая ника­ких жиз­нен­ных пер­спек­тив, вдруг начи­на­ет их видеть, посте­пен­но меня­ет­ся, выстра­и­ва­ет свою жизнь, когда у неё полу­ча­ет­ся вый­ти из тупи­ка в какой-то совсем для неё новый этап — это даёт огром­ную радость и удо­воль­ствие от рабо­ты и результата.

Мы убеж­де­ны, что эти­че­ский срыв про­ис­хо­дит с таким пси­хо­ло­гом, кото­рый недо­ста­точ­но любит про­фес­сию. Если же вы при­шли в про­фес­сию по при­зва­нию, если вы полу­ча­е­те удо­воль­ствие от про­цес­са кон­суль­ти­ро­ва­ния и его резуль­та­та, то ваша любовь к рабо­те — это луч­ший гарант без­опас­но­сти и для вас, и для ваших клиентов.

Психолог в кризисном центре: мужчина или женщина?

Про­дол­жая преды­ду­щую тему, хочу оста­но­вить­ся на вопро­сах: насколь­ко важ­но, муж­чи­на или жен­щи­на-пси­хо­лог будет рабо­тать в кри­зис­ном цен­тре? Нуж­но ли руко­во­ди­те­лю цен­тра учи­ты­вать это при отбо­ре кан­ди­да­тов? В чем могут быть плю­сы и мину­сы того или дру­го­го решения?

Жен­щи­на-пси­хо­лог: плюсы

Без­услов­но, жен­щи­на-пси­хо­лог, осо­бен­но если у неё есть дети, спо­соб­на луч­ше понять и почув­ство­вать под­опеч­ных жен­щин, когда они гово­рит о состо­я­ни­ях во вре­мя бере­мен­но­сти. Муж­чи­на это зна­ет чисто тео­ре­ти­че­ски. Кро­ме того, жен­щи­ны, как пра­ви­ло, более мяг­ки, им есте­ствен­но быть при­ни­ма­ю­щи­ми, по-мате­рин­ски уте­шить, если это нужно.

У жен­щин-пси­хо­ло­гов отсут­ству­ют соблаз­ны, о кото­рых мы упо­ми­на­ли выше, гово­ря об эти­че­ских прин­ци­пах работы.

Есть темы, кото­рые жен­щине-кли­ент­ке ком­форт­нее обсуж­дать с жен­щи­ной, чем с мужчиной.

Таких тем крайне мало: напри­мер, это ситу­а­ции, в кото­рых есть что-то постыд­ное для жен­щи­ны, с её точ­ки зре­ния, или вопро­сы интим­ных отно­ше­ний. Послед­нее вол­ну­ет обыч­но внеш­них под­опеч­ных: для тех, кто живёт в при­юте, есть более акту­аль­ные вопро­сы, свя­зан­ные с выжи­ва­ни­ем, стрес­со­вы­ми обстоятельствами.

Муж­чи­на-пси­хо­лог: плюсы

У муж­чи­ны-пси­хо­ло­га есть свои преимущества.

Дело в том, что в при­ют, как пра­ви­ло, при­хо­дят жен­щи­ны с нега­тив­ным отно­ше­ни­ем как мини­мум к кон­крет­ным муж­чи­нам, а как мак­си­мум — к миру муж­чин вооб­ще. Наши под­опеч­ные убеж­де­ны в том, что хоро­шее отно­ше­ние муж­чи­ны пред­по­ла­га­ет корысть и потен­ци­аль­но опас­но. Обща­ясь здесь друг с дру­гом и слы­ша похо­жие исто­рии, жен­щи­ны убеж­да­ют­ся в сво­ей право­те. При этом у нас в при­юте не толь­ко пси­хо­лог, но и юрист — муж­чи­на. Для мно­гих жен­щин это чуть ли не пер­вый опыт, когда муж­чи­ны им помо­га­ют в пре­одо­ле­нии жиз­нен­ных труд­но­стей, вклю­ча­ют­ся во все про­бле­мы, совер­шен­но ниче­го не тре­буя вза­мен и не ожи­дая бла­го­дар­но­стей. Для наших кри­зис­ных мам это — раз­рыв шаб­ло­на. Они впер­вые видят саму воз­мож­ность дру­гих отно­ше­ний. Кро­ме того, как пси­хо­ло­гу они начи­на­ют дове­рять спе­ци­а­ли­сту ещё боль­ше, и таким обра­зом поле вза­и­мо­дей­ствия рас­ши­ря­ет­ся, эффек­тив­ность рабо­ты уве­ли­чи­ва­ет­ся. Из при­ю­та мно­гие уез­жа­ют не толь­ко гото­вы­ми к само­сто­я­тель­ной жиз­ни, но и с настро­ем встре­тить нор­маль­ных мужчин.

Порой муж­чине-пси­хо­ло­гу быва­ет чуть про­ще вос­ста­нав­ли­вать кон­так­ты жен­щи­ны с род­ствен­ни­ка­ми ребён­ка: он вос­при­ни­ма­ет­ся как некая сила, поэто­му от него быва­ет слож­нее отмах­нуть­ся. Осо­бен­но это быва­ет важ­но в теле­фон­ном или очном раз­го­во­ре с мужем или парт­нё­ром жен­щи­ны. Рас­ска­зы­вая о сво­ём виде­нии отно­ше­ний с жен­щи­ной, тот апел­ли­ру­ет к чув­ству «муж­ской соли­дар­но­сти» пси­хо­ло­га. Муж­чине так лег­че выска­зать­ся, начать дове­рять, он ста­но­вит­ся более открыт к даль­ней­ше­му диалогу.

Пре­иму­ще­ство муж­чи­ны может воз­ни­кать и ещё в одной при­клад­ной зада­че. Пси­хо­ло­гу кри­зис­но­го цен­тра пери­о­ди­че­ски при­хо­дит­ся раз­ре­шать кон­флик­ты меж­ду мама­ми. Муж­чи­нам это делать немно­го про­ще: они менее рас­по­ло­же­ны зани­мать чью-то сто­ро­ну, реже вовле­че­ны в груп­пи­ров­ки и про­ти­во­сто­я­ния, им про­ще быть нейтральными.

И всё же, несмот­ря на пере­чис­лен­ные плю­сы одних и мину­сы дру­гих, мы уве­ре­ны: всё зави­сит не столь­ко от пола, сколь­ко от про­фес­си­о­на­лиз­ма пси­хо­ло­га и готов­но­сти самой жен­щи­ны, при­хо­дя­щей в центр, к рабо­те над изме­не­ни­ем сво­ей жизни.

Глава 3. Атмосфера в кризисном центре и вокруг него

Создание атмосферы дома

Кри­зис­ный при­ют дол­жен на вре­мя стать для жен­щи­ны домом. Не толь­ко в бук­валь­ном смыс­ле — «кры­ша над голо­вой», а в пси­хо­ло­ги­че­ском: он дол­жен стать местом, где ей хоро­шо, где она чув­ству­ет себя дома. В нём не долж­но быть казён­но­го духа, как быва­ет порой в госу­дар­ствен­ных учре­жде­ни­ях. Домаш­няя, семей­ная атмо­сфе­ра, уют воз­вра­ща­ют жен­щи­нам чув­ство без­опас­но­сти, забо­ты, принятия.

Для это­го в обу­строй­ство ваше­го при­ю­та нуж­но вло­жить душу, про­ду­мать всё до мелочей.

Так, напри­мер, в «Доме для мамы» все ком­на­ты оформ­ле­ны в тёп­лых, свет­лых тонах, что­бы создать тёп­лую атмо­сфе­ру и уют. При­чём ком­на­ты отли­ча­ют­ся друг от дру­га. В них может быть оди­на­ко­вая мебель — шкаф­чи­ки, кро­ва­ти (мебель у нас бело­го цве­та), но раз­ные оттен­ки стен: у кого-то — свет­ло-голу­бые, у кого-то — свет­ло-розо­вые или свет­ло-жёл­тые тёп­лых оттен­ков. Мы прин­ци­пи­аль­но не дела­ем типо­во­го оформления.

Мы про­ду­мы­ва­ли обо­ру­до­ва­ние сто­ло­вых, кухонь, тща­тель­но под­би­ра­ли в мага­зи­нах све­тиль­ни­ки, што­ры, тюль для ком­нат. На сто­лах в нашем «Доме для мамы» лежат скатерти.

Средств на созда­ние и рабо­ту при­ю­та все­гда не хва­та­ет, но, тем не менее, не сто­ит вешать или сте­лить то, что вы собра­ли по людям. Ина­че ощу­ще­ние кри­зи­са, обру­шив­шей­ся жиз­ни у при­шед­ших к вам мам толь­ко усу­гу­бит­ся. Нуж­но сде­лать всё с любо­вью и со вкусом.

Хоро­шо, что­бы в ком­на­тах висе­ли кар­ти­ны, сто­я­ли цве­ты, лежа­ли дет­ские игруш­ки. Это важ­ные мело­чи, кото­рые все вме­сте созда­ют атмо­сфе­ру теп­ло­ты, люб­ви, дома. И тогда те, кто к вам при­дут, это почувствуют.

Чем пло­ха доро­гая обстановка

Обста­нов­ка, вещи, мебель в при­юте долж­ны быть кра­си­вы­ми, каче­ствен­ны­ми, но не шикарными.

Как-то раз мы были в одном госу­дар­ствен­ном при­юте и очень уди­ви­лись: на окнах доро­гие што­ры, в кото­рые вло­же­но по 50–60 тысяч, повсю­ду огром­ные плаз­мен­ные теле­ви­зо­ры и дру­гие доро­гие вещи. У нас теле­ви­зор один на всех, мы ино­гда вме­сте смот­рим и обсуж­да­ем филь­мы, это тоже раз­но­вид­ность груп­по­вой пси­хо­ло­ги­че­ской рабо­ты. Но теле­ви­зо­ра в каж­дой ком­на­те у нас в при­юте нет, это совсем не полез­но, на наш взгляд.

Поче­му обста­нов­ка не долж­на быть слиш­ком доро­гой, шикар­ной? Пото­му что такой при­ют созда­ёт невер­ный образ при­ю­та, вызы­ва­ют непра­виль­ные ожидания.

Как пра­ви­ло, к нам попа­да­ют жен­щи­ны, кото­рые жили небо­га­то, в очень скром­ных усло­ви­ях. При­ют с доро­гой обста­нов­кой для них выгля­дит как отель или сана­то­рий, место отды­ха. Но это не соот­вет­ству­ет назна­че­нию кри­зис­ных цен­тров, здесь мамам помо­га­ют тру­дить­ся над тем, что­бы после при­ю­та у них было буду­щее. Поэто­му и выгля­деть он дол­жен не как отель, а имен­но как дом, где всё чисто, акку­рат­но, с любо­вью, но в то же вре­мя доста­точ­но просто.

Живя несколь­ко меся­цев сре­ди доро­гих вещей и быто­вой тех­ни­ки, жен­щи­на при­вы­ка­ет к такой обста­нов­ке, начи­на­ет счи­тать её един­ствен­но воз­мож­ной для себя. Это созда­ёт завы­шен­ные ожи­да­ния от буду­ще­го, кото­рые жизнь не оправ­ды­ва­ет. А при­ем­ле­мые вари­ан­ты пере­ста­ют удо­вле­тво­рять и радовать.

Режим и пра­ви­ла жиз­ни в при­юте, или как не пре­вра­тить дом в казарму

Мы уже писа­ли, что под­дер­жа­ни­ем в при­юте чисто­ты, уюта зани­ма­ют­ся сами жен­щи­ны: уби­ра­ют, гото­вят, сле­дят за поряд­ком в ком­на­тах и общих поме­ще­ни­ях. Мы обсуж­да­ем это в самом нача­ле, при засе­ле­нии в при­ют. Дежур­ства и обя­зан­но­сти каж­дый день рас­пре­де­ля­ет администратор.

Но важ­но под­хо­дить к этой зада­че — под­дер­жа­нию поряд­ка сила­ми жен­щин — гиб­ко, без фор­ма­лиз­ма, не в ущерб домаш­ней и семей­ной атмосфере.

Быва­ет так, что одна мама не любит гото­вить, дру­гая — уби­рать. Не сто­ит пытать­ся их пере­де­лать и непре­мен­но заста­вить зани­мать­ся тем, что они не любят, раз мож­но достичь ком­про­мис­са и дать воз­мож­ность каж­до­му делать то, что он готов делать.

То же самое и с режи­мом жиз­ни. Рамоч­ный режим нужен обязательно.

Напри­мер, в нашем приюте:

  • до 23 часов нуж­но вер­нуть­ся (в целях без­опас­но­сти мы закры­ва­ем две­ри в 23 часа);
  • толь­ко до 22 часов в при­юте могут быть посе­ти­те­ли (их при­ход нуж­но согла­со­вать с администрацией);
  • после 23 часов пред­по­ла­га­ет­ся сон.

Но при этом:

  1. Из пере­чис­лен­ных пра­вил воз­мож­ны исклю­че­ния, если о них дого­во­рить­ся с администрацией.

Хотя мы кате­го­ри­че­ски про­тив куре­ния, неко­то­рые мамы не могут быст­ро изба­вить­ся от мно­го­лет­ней при­выч­ки. Е., кото­рая у нас жила, была не в силах даже уве­ли­чить пере­ры­вы меж­ду сига­ре­та­ми. Пси­хи­ка её была настоль­ко неустой­чи­ва, что даже её врач не стал наста­и­вать на пре­кра­ще­нии куре­ния. Е. про­си­ла раз­ре­шить ей выхо­дить курить в 12 часов, ина­че она не мог­ла дотер­петь до утра. И хотя в это вре­мя две­ри при­ю­та уже закры­ты, дежур­ная откры­ва­ла их и выпус­ка­ла Е. на несколь­ко минут. Та сто­я­ла под каме­рой видео­на­блю­де­ния, что­бы оста­вать­ся в без­опас­но­сти, и курила.

  1. Конеч­но же, сон после 23 часов озна­ча­ет толь­ко необ­хо­ди­мость соблю­дать тиши­ну и дать воз­мож­ность дру­гим мамам и их детям спать. Никто не огра­ни­чи­ва­ет жен­щи­ну в тихих, не меша­ю­щих дру­гим заня­ти­ях: если ей не спит­ся, она может, напри­мер, сидеть в гости­ной и читать книгу.
  2. Рамоч­ный режим не регла­мен­ти­ру­ет рас­по­ря­док меж­ду 7 и 23 часа­ми. Напри­мер, жен­щи­ны в любое вре­мя ухо­дят из при­ю­та по сво­им делам. А ещё у нас нет фик­си­ро­ван­но­го часа зав­тра­ков, обе­дов и ужи­нов. Быва­ет, что бере­мен­ной жен­щине пря­мо ночью сроч­но захо­чет­ся что-то съесть — у нас в любое вре­мя доступ­ны холо­диль­ни­ки, кухня.

Конеч­но, это созда­ёт опре­де­лён­ные труд­но­сти. Напри­мер, когда все едят в раз­ное вре­мя, дежур­ным слож­нее под­дер­жи­вать чисто­ту на кухон­ном сто­ле. Но жизнь по стро­го­му рас­по­ряд­ку ско­рее похо­жа на «казар­му для мамы», чем на «дом для мамы». Мы не хотим идти по пути закру­чи­ва­ния гаек ради поряд­ка в нашем при­юте, нам важ­нее атмо­сфе­ра люб­ви, принятия.

Создание благоприятной атмосферы в коллективе подопечных

У наше­го цен­тра есть свои тра­ди­ции. С ними мы зна­ко­мим каж­дую новую маму, при­хо­дя­щую в центр, ещё на пер­вой встрече.

Глав­ная цель всех наших тра­ди­ций — пока­зать нашим мамам, что в этом мире есть любовь, вза­и­мо­по­мощь, что мож­но жить, отно­сясь друг к дру­гу с доб­ро­той и ува­же­ни­ем. Боль­шин­ству «кри­зис­ных» мам это незна­ко­мо, поэто­му им самим так труд­но стро­ить подоб­ные отно­ше­ния. Если бы наши под­опеч­ные уме­ли дого­ва­ри­вать­ся, их жиз­ни скла­ды­ва­лись бы по-дру­го­му. Новый опыт отно­ше­ний с людь­ми — это, пожа­луй, самое основ­ное, что мы можем им дать.

Жизнь в при­юте устро­е­на так, что про­сто вынуж­да­ет мам забо­тить­ся друг о друге.

Напри­мер, маме нуж­но ехать оформ­лять доку­мен­ты, а ребён­ка оста­вить не с кем. Летом мож­но было бы взять его с собой, но на ули­це мороз. Жен­щи­на вынуж­де­на дого­во­рить­ся с дру­гой мамой, что­бы та её выру­чи­ла и поси­де­ла с ребёнком.

В нашем при­юте нет нянь, хотя они бы спас­ли ситу­а­цию. Мы дей­стви­тель­но очень в них нуж­да­ем­ся. Обсто­я­тель­ства у мам раз­ные, у неко­то­рых жен­щин по двое-трое детей, так что взять на себя ещё одно­го, сосед­ки­но­го, про­сто физи­че­ски невоз­мож­но — как и оста­вить сво­их на дру­гую маму. При этом нуж­но успеть съез­дить по делам, сде­лать что-то по дому, погу­лять с детьми. Это непросто.

И всё-таки жизнь без нянь спо­соб­ству­ет тому, что­бы жен­щи­ны научи­лись дру­жить, искать под­ход, вза­и­мо­по­ни­ма­ние, даже если это­го не хочет­ся делать. Нуж­но рас­пре­де­лять дежур­ство: кто уби­ра­ет, кто моет туа­лет, кто гото­вит. Кро­ме того, мамы живут в одном про­стран­стве, в каж­дой ком­на­те — по две-три жен­щи­ны с детьми, у всех свой гра­фик. Без уме­ния дого­ва­ри­вать­ся не прожить.

Пра­ви­ла и эти­че­ский кодекс

Под­дер­жи­вать доб­ро­же­ла­тель­ную атмо­сфе­ру в при­юте помо­га­ют пра­ви­ла, с кото­ры­ми мам зна­ко­мят перед поступ­ле­ни­ем в при­ют и под кото­ры­ми они под­пи­сы­ва­ют согла­сие. Пол­но­стью их мож­но посмот­реть в При­ло­же­нии 2.

Надо ска­зать, что как пра­ви­ла дорож­но­го дви­же­ния напи­са­ны, к сожа­ле­нию, чьи­ми-то жиз­ня­ми, так и наши пра­ви­ла регу­ляр­но допол­ня­лись и обнов­ля­лись с каж­дым непри­ят­ным или неле­пым слу­ча­ем. Конеч­но, наши реко­мен­да­ции не явля­ют­ся обя­за­тель­ны­ми к испол­не­нию, это про­сто неко­то­рые ори­ен­ти­ры, к кото­рым при­вёл нас опыт.

Сре­ди них есть пра­ви­ла, у испол­не­ния кото­рых нет чёт­ко­го кри­те­рия. Напри­мер, «с ува­же­ни­ем отно­сить­ся к дру­гим». Ведь мож­но гово­рить ней­траль­ные, при­лич­ные сло­ва совер­шен­но хам­ским тоном. И наобо­рот: про­из­но­сить мало­при­ят­ные сло­ва лас­ко­во и с улыб­кой. Но как мини­мум, мож­но фор­ма­ли­зи­ро­вать запрет раз­го­ва­ри­вать друг с дру­гом в фор­ма­те при­ка­зов и тре­бо­ва­ний: «Иди и при­не­си», «Быст­ро пошла и сде­ла­ла». Конеч­но, сра­зу пере­стро­ить­ся мамам быва­ет труд­но, они пона­ча­лу авто­ма­ти­че­ски про­дол­жа­ют общать­ся в таком тоне, из-за чего и слу­ча­ют­ся основ­ные кон­флик­ты меж­ду ними. Мы ста­ра­ем­ся вме­сте эти ссо­ры раз­ре­шать, пре­ду­пре­жда­ем, обсуж­да­ем. Кро­ме того, сотруд­ни­кам нуж­но самим быть все­гда образ­цом веж­ли­во­сти, соблю­дать дистан­цию в отно­ше­ни­ях с под­опеч­ны­ми — при всей дру­же­ствен­но­сти обста­нов­ки. Обра­щать­ся к мамам нуж­но толь­ко на «вы», нель­зя поз­во­лять себе фами­льяр­но­сти, тогда это­го мож­но будет тре­бо­вать и от женщин.

Есть пра­ви­ла чёт­кие и недву­смыс­лен­ные. Напри­мер, «выпол­нять тре­бо­ва­ния и рас­по­ря­же­ния адми­ни­стра­ции». Эта нор­ма отсе­ка­ет сабо­таж и туне­яд­ство в усло­ви­ях кол­лек­тив­но­го быта.

Есть пра­ви­ла про­ме­жу­точ­ные: с одной сто­ро­ны, чёт­кие, с дру­гой — име­ю­щие исклю­че­ния. Напри­мер, «уча­стие в жиз­ни при­ю­та». Сре­ди про­че­го, это озна­ча­ет согла­сие на рас­ска­зы о себе сред­ствам мас­со­вой инфор­ма­ции. Конеч­но, есть объ­ек­тив­ные слу­чаи, когда сде­лать это­го нель­зя, пото­му что мама от кого-то скры­ва­ет­ся. Но часто быва­ет, что участ­во­вать жен­щи­ны кате­го­ри­че­ски не хотят про­сто пото­му, что стес­ня­ют­ся зна­ко­мых, кото­рые могут уви­деть сюжет.

У нас быва­ло так, что при­ез­жа­ло теле­ви­де­ние (в том чис­ле цен­траль­ные кана­лы), и ока­зы­ва­лось, что сни­мать совсем неко­го, — при том, что сво­бод­ных мест в при­юте тоже нет. Все преду­смот­ри­тель­но раз­бе­жа­лись: кто гулять, кто по делам, кто пря­тать­ся в ван­ной ком­на­те. Жур­на­ли­сты ходят и спра­ши­ва­ют: а ваш при­ют вооб­ще работает?

С тех пор мы про­го­ва­ри­ва­ем с жен­щи­на­ми зара­нее, что уча­стие в жиз­ни при­ю­та не про­сто при­вет­ству­ет­ся, но и явля­ет­ся важ­ным усло­ви­ем полу­че­ния помо­щи. Конеч­но, нуж­но обсуж­дать с мама­ми, что имен­но и на каких усло­ви­ях они гото­вы рас­ска­зать пуб­лич­но, беречь их от неком­форт­ных ситу­а­ций. О том, как орга­ни­зо­вать рабо­ту со СМИ, читай­те на с. 203–208.

Атмо­сфе­ру люб­ви и друж­бы помо­га­ют созда­вать общие тра­ди­ции. В «Доме для мамы» сотруд­ни­ки и мамы вме­сте отме­ча­ют общие и лич­ные празд­ни­ки: дни рож­де­ния мам и сотруд­ни­ков, рож­де­ние ребён­ка, выпис­ку из род­до­ма, Новый год, Рож­де­ство, Пас­ху, День мате­ри. Мамы гото­вят празд­нич­ные блю­да, мы накры­ва­ем общий стол (конеч­но, без­ал­ко­голь­ный). Адми­ни­стра­ция непре­мен­но дарит подар­ки и цве­ты мамам. Даже в самые загру­жен­ные рабо­чие дни мы ста­ра­ем­ся хотя бы 10–15 минут поси­деть за сто­лом вме­сте с мама­ми, про­из­не­сти тёп­лые искрен­ние поздрав­ле­ния. В осо­бых слу­ча­ях укра­ша­ем поме­ще­ния шари­ка­ми, само­дель­ны­ми пла­ка­та­ми и игруш­ка­ми, ино­гда при­гла­ша­ем и тех мам, кото­рые от нас уже уеха­ли в само­сто­я­тель­ную жизнь, но успе­ли подру­жить­ся с именинницей.

Была у нас прак­ти­ка, когда одна дру­же­ствен­ная кон­ди­тер­ская ком­па­ния дари­ла на каж­дый празд­ник пирож­ные с име­нем винов­ни­цы тор­же­ства. Искать подоб­ные пред­ло­же­ния — рабо­та фандрайзера.

В целом, хоро­шо, когда под­опеч­ные устра­и­ва­ют празд­ник сво­и­ми рука­ми, пото­му что чело­век все­гда боль­ше ценит свой труд, вло­жен­ный в дру­го­го, чем чужой труд, вло­жен­ный в себя, и имен­но такие момен­ты потом с радо­стью вспоминаются.

Кон­флик­ты меж­ду мамами

Кон­флик­ты слу­ча­ют­ся в любом кол­лек­ти­ве. При­ют — не исклю­че­ние. Жен­щи­ны труд­ной судь­бы в одном жиз­нен­ном про­стран­стве 24 часа в сут­ки с необ­хо­ди­мо­стью вести общий быт обя­за­тель­но будут спо­рить, кон­флик­то­вать, делить­ся на группировки.

Когда в кри­зис­ном при­юте ула­дить кон­фликт зовут пси­хо­ло­га, то, что бы ни про­изо­шло, его пер­вая реак­ция на про­изо­шед­шее может быть уни­вер­саль­ной: кон­фликт — это нор­маль­но. Нор­маль­но, что про­ис­хо­дят раз­но­гла­сия. Уже потом мож­но раз­би­рать ситу­а­цию, бесе­до­вать с участ­ни­ка­ми, помо­гать им искать компромисс.

Дей­стви­тель­но, появ­ле­ние кон­флик­тов — неиз­беж­ность, к ним надо отно­сить­ся как к рутине, рабо­че­му момен­ту. Вопрос в интен­сив­но­сти этих спо­ров и их рам­ках. Конеч­но, когда мамы пере­хо­дят к физи­че­ским дей­стви­ям и при­ме­не­нию силы, нуж­ны быва­ют адми­ни­стра­тив­ные меры. Пси­хо­ло­гу важ­но вовре­мя заме­тить и серьёз­ные иска­же­ния пове­де­ния, пси­хи­че­ские откло­не­ния, кото­рые могут сто­ять за пата­ло­ги­че­ской кон­фликт­но­стью, и вовре­мя при­влечь к помо­щи пси­хи­ат­ра. Ино­гда глу­бин­ные при­чи­ны ссор мож­но обна­ру­жить толь­ко в инди­ви­ду­аль­ной рабо­те с участ­ни­ца­ми конфликта.

С дру­гой сто­ро­ны, ино­гда нали­чие кон­флик­тов гово­рит об успеш­но­сти рабо­ты сотруд­ни­ков при­ю­та. Когда жен­щи­ны толь­ко при­хо­дят сюда — заби­тые мужья­ми, род­ствен­ни­ка­ми, обсто­я­тель­ства­ми, — они не дума­ют об отста­и­ва­нии сво­их инте­ре­сов. Меж­лич­ност­ные кон­флик­ты начи­на­ют­ся тогда, когда жен­щи­ны пре­одо­ле­ли этап кри­зи­са и в спо­кой­ном состо­я­нии начи­на­ют отста­и­вать свои гра­ни­цы. Для это­го нуж­но совсем дру­гое внут­рен­нее самоощущение.

Рас­про­стра­нен­ная быто­вая ситу­а­ция: дежур­ная мама не убра­ла на кухон­ном сто­ле после обе­да. Не убра­ла и после ужи­на или сде­ла­ла это спу­стя рука­ва. Дру­гая мама начи­на­ет гром­ко воз­му­щать­ся, «поче­му все долж­ны уби­рать­ся, а ты нет», «за такой стол сесть про­тив­но, это про­сто свин­ство» и так далее. В этой ситу­а­ции жен­щи­на пыта­ет­ся взять на себя роль адми­ни­стра­ции и наве­сти поря­док. Она чув­ству­ет себя впра­ве тре­бо­вать чисто­ты на общем про­стран­стве, несмот­ря на то, что она здесь такой же вре­мен­ный житель, как и пре­не­брег­шая убор­кой мама.

Полу­ча­ет­ся, что жен­щи­на не толь­ко вос­ста­но­ви­ла свои лич­ные гра­ни­цы, кото­рые были нару­ше­ны в её жиз­ни до при­ю­та, но и рас­ши­ри­ла их до раз­ме­ров все­го при­ю­та. Теперь жен­щи­ну живо каса­ет­ся бес­по­ря­док на кухне, про­пу­щен­ное кем-то дежур­ство, чьё-то недолж­ное пове­де­ние. Это сви­де­тель­ство роста, укреп­ле­ния лич­но­сти. Таким обра­зом, кон­флик­ты могут кос­вен­но гово­рить о том, что как мини­мум одна из кон­флик­ту­ю­щих вер­ну­ла себе силы и само­до­ста­точ­ность и помощь маме ста­но­вит­ся не нужна.

Создание благоприятной атмосферы в коллективе сотрудников

Что­бы мамы, при­шед­шие в кри­зис­ный центр, ува­жа­ли пра­ви­ла и тра­ди­ции, были дру­же­люб­ны в обще­нии, так долж­ны вести себя и сотруд­ни­ки цен­тра — и по отно­ше­нию к под­опеч­ным, и по отно­ше­нию друг к другу.

Очень важ­но, что­бы люди, кото­рые рабо­та­ют в цен­тре, уме­ли чув­ство­вать чужую боль, были доб­ры­ми, мило­серд­ны­ми. Поэто­му отби­рать сотруд­ни­ков нуж­но очень тща­тель­но и не толь­ко по про­фес­си­о­наль­ным каче­ствам. Те, кто в цер­ков­ном кри­зис­ном при­юте непо­сред­ствен­но рабо­та­ют с жен­щи­на­ми — пси­хо­лог, юрист, адми­ни­стра­тор, дежур­ные, — долж­ны иметь еди­ное миро­воз­зре­ние, общие хри­сти­ан­ские цен­но­сти. Жела­тель­но, что­бы сотруд­ни­ки были пра­во­слав­ны­ми веру­ю­щи­ми, или, как мини­мум, — отно­си­лись к Пра­во­сла­вию с ува­же­ни­ем, а если и при­дер­жи­ва­лись дру­гих взгля­дов — не про­по­ве­до­ва­ли их окружающим.

Поче­му ещё нам важ­но собрать в кол­лек­ти­ве веру­ю­щих людей? Дело в том, что наша рабо­та свя­за­на с боль­шой эмо­ци­о­наль­ной напря­жён­но­стью и при этом опла­чи­ва­ет­ся не очень высо­ко. Поэто­му в ней луч­ше нахо­дят себя те, кто хочет послу­жить Богу и людям. У веру­ю­щих людей боль­ше ресур­сов для пре­одо­ле­ния эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния (подроб­нее о нём см. с. 164), для пони­ма­ния труд­но­стей в рабо­те как иску­ше­ний, кото­рые надо преодолевать.

Един­ство кол­лек­ти­ва важ­но и в отно­ше­ни­ях с под­опеч­ны­ми. Как в семье: если один что-то запре­ща­ет, дру­гой не дол­жен быть «доб­рень­ким» и всё раз­ре­шать. Нуж­но при­дер­жи­вать­ся еди­ной линии и правил.

Все — от дежур­но­го до руко­во­ди­те­ля — долж­ны уметь про­явить любовь, сочув­ствие к жен­щи­нам. На с. 32 мы уже гово­ри­ли, насколь­ко важ­на роль дежур­ных, ведь они пер­вы­ми встре­ча­ют мам, отве­ча­ют на звон­ки. Имен­но от отве­та дежур­ных может зави­сеть реше­ние жен­щи­ны прий­ти в центр. Если дежур­ный ска­жет: «При­ез­жай­те», но холод­но, отстра­нён­но, фор­маль­но, то жен­щи­на, и так нахо­дя­ща­я­ся в подав­лен­ном состо­я­нии, может этим при­гла­ше­ни­ем не вос­поль­зо­вать­ся, и неиз­вест­но, как сло­жит­ся её даль­ней­шая судьба.

Семей­ная, доб­рая атмо­сфе­ра не исклю­ча­ет необ­хо­ди­мо­сти про­яв­лять твёр­дость, если кто-то нару­ша­ет пра­ви­ла цен­тра. Отсут­ствие чёт­ко­сти, твёр­до­сти в сле­до­ва­нии общим пра­ви­лам ведёт к рас­хо­ла­жи­ва­нию и даже к раз­ва­лу кри­зис­но­го цен­тра. Поэто­му нуж­на огром­ная пси­хо­ло­ги­че­ская рабо­та с кол­лек­ти­вом, преж­де все­го — с дежур­ны­ми, администратором.

Мно­гое здесь зави­сит от руко­во­ди­те­ля. Важ­но не толь­ко отно­сить­ся ко всем по-доб­ро­му, но и выстра­и­вать в кол­лек­ти­ве иерар­хию, систе­му вза­и­мо­от­но­ше­ний. Если это­го нет — стра­да­ет рабо­та, реа­би­ли­та­ция мам бук­су­ет, фун­да­мент дома разъезжается.

От пер­во­го лица: руко­во­ди­тель — о субординации.

В самом нача­ле мы с сотруд­ни­ка­ми назы­ва­ли друг дру­га по име­ни: Татья­на, Мария, Еле­на. Тем более что кол­лек­тив малень­кий, пра­во­слав­ный. У меня с неко­то­ры­ми сотруд­ни­ка­ми была боль­шая раз­ни­ца в воз­расте: мне 23 года, сотруд­ни­це — 50 или 60 лет. На меня ста­ли смот­реть немно­го свы­со­ка, с высо­ты воз­рас­та и опы­та. Доб­ро­та ста­ла вос­при­ни­ма­лась как сла­бость, руко­во­дить ста­но­ви­лось труд­но, рас­по­ря­же­ния вос­при­ни­ма­лись как прось­бы, кото­рые мож­но выпол­нять по настро­е­нию. При­шлось выстра­и­вать гра­ни­цы в обще­нии. Мы пере­шли в обра­ще­нии на имя и отче­ство, это добав­ля­ет ува­же­ния друг к дру­гу, помо­га­ет постро­ить пра­виль­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния в кол­лек­ти­ве. И выпол­не­ние рас­по­ря­же­ний я ста­ла неукос­ни­тель­но кон­тро­ли­ро­вать. — М.С.

Для малень­ких кол­лек­ти­вов это осо­бен­но важ­но и дела­ет рабо­ту более продуктивной.

Не сто­ит упо­вать на то, что все вы веру­ю­щие люди, все слу­жи­те одной доб­рой цели, а зна­чит, все­гда дого­во­ри­тесь друг с дру­гом. Если нет управ­лен­че­ской струк­ту­ры, ниче­го не полу­чит­ся: все ваши сотруд­ни­ки — очень раз­ные люди с раз­ным обра­зом мыш­ле­ния, уров­нем обра­зо­ва­ния, воспитания.

При всём этом важ­но сохра­нить хри­сти­ан­ское, мило­серд­ное отно­ше­ние друг к другу.

Что­бы уда­лось соеди­нить всё это, руко­во­ди­те­лю нуж­но не толь­ко про­во­дить с сотруд­ни­ка­ми регу­ляр­ные сове­ща­ния, обсуж­дая теку­щую повест­ку и тре­ни­руя важ­ные для рабо­ты уме­ния. Нуж­но ещё и обя­за­тель­но раз­го­ва­ри­вать с каж­дым отдель­но и регу­ляр­но полу­чать обрат­ную связь: обсуж­дать труд­но­сти в рабо­те, вопро­сы, ошиб­ки и их при­чи­ны. При­сталь­ное вни­ма­ние к про­бле­мам сотруд­ни­ков, чут­кость к их чув­ствам поз­во­лит не про­пу­стить нача­ло про­фес­си­о­наль­но­го выгорания.

Для кли­ма­та в кол­лек­ти­ве важ­ны и общие тра­ди­ции, о кото­рых мы уже гово­ри­ли на с. 196.

Роль пси­хо­ло­га в созда­нии бла­го­при­ят­но­го кли­ма­та в коллективе

Дол­жен ли пси­хо­лог участ­во­вать в реше­нии про­блем внут­ри кол­лек­ти­ва сотруд­ни­ков? Может ли он помо­гать как пси­хо­лог дру­гим сотруд­ни­кам организации?

Ответ зави­сит от того, какую пози­цию зани­ма­ет пси­хо­лог в коллективе.

  1. Пси­хо­ло­га ино­гда берут на долж­ность, напри­мер, кад­ро­ви­ка, мыс­ля его как пси­хо­те­ра­пев­та для все­го кол­лек­ти­ва — и каж­до­го в отдель­но­сти сотруд­ни­ка, и всех вме­сте, — тим­бил­де­ра или чего-то подоб­но­го. Тогда под­ра­зу­ме­ва­ет­ся, что он обра­щён лицом к кол­лек­ти­ву, но не явля­ет­ся одним из его чле­нов, нахо­дит­ся над дина­ми­кой орга­ни­за­ции, алле­го­ри­че­ски он — нави­га­тор. Кол­лек­тив для него — объ­ект работы.
  2. Пси­хо­лог вме­сте с кол­лек­ти­вом участ­ву­ет в созда­нии обще­го соци­аль­но­го про­дук­та. В кри­зис­ном цен­тре для бере­мен­ных и мам такой соци­аль­ный про­дукт — под­держ­ка жен­щин, ока­зав­ших­ся в тяжё­лой ситу­а­ции. И тогда пси­хо­лог сто­ит пле­чом к пле­чу с кол­ле­га­ми и лицом к про­бле­мам под­опеч­ных, он — часть моза­и­ки со сво­им мне­ни­ем, ино­гда отлич­ным от всех. Алле­го­ри­че­ски он — одно из колёс автомобиля.

Во вто­ром слу­чае кол­ле­ги пси­хо­ло­га — рав­ные ему субъ­ек­ты рабо­че­го про­цес­са, и он не может быть для них пол­но­цен­ным пси­хо­ло­гом, пото­му что это будет чре­ва­то зло­упо­треб­ле­ни­я­ми с одной сто­ро­ны и оче­вид­ным недо­ве­ри­ем — с дру­гой. Зна­чит, пси­хо­ло­ги­че­ская под­держ­ка кол­лек­ти­ва долж­на быть орга­ни­зо­ва­на по-дру­го­му. Как имен­но? Воз­мож­ны варианты.

  • Руко­во­ди­тель может быть всем и меди­а­то­ром, и настав­ни­ком, и совет­чи­ком. Имен­но руко­во­ди­тель брал на рабо­ту каж­до­го, учи­ты­вая его потен­ци­ал и про­фес­си­о­наль­ные потреб­но­сти. Руко­во­ди­тель — самый осве­дом­лён­ный и ком­пе­тент­ный член коллектива.
  • В цер­ков­ном при­юте боль­шин­ство сотруд­ни­ков — пра­во­слав­ные хри­сти­ане. Как пра­ви­ло, в таких при­ю­тах есть если не духов­ник, то, как мини­мум, свя­щен­ник, кото­рый при­хо­дит один-два раза в неде­лю. Если он так­ти­чен и нена­вяз­чив, то обла­да­ет нема­лым кре­ди­том дове­рия, и роль сто­рон­не­го наблю­да­те­ля-кон­суль­тан­та ему по силам.
  • Пси­хо­лог раз в неде­лю может про­во­дить спе­ци­аль­но для кол­лег неболь­шую семи­нар­скую встре­чу с доб­ро­воль­ным посе­ще­ни­ем. Если он будет инте­рес­но и глу­бо­ко рас­кры­вать акту­аль­ные темы, то каж­дый смо­жет най­ти для себя и сво­ей рабо­ты (в том чис­ле — над собой) мно­го полез­но­го, но это уже будет труд наблю­да­тель­но­сти самих сотруд­ни­ков, без необ­хо­ди­мо­сти откры­вать свой внут­рен­ний мир коллеге-психологу.

Создание благоприятной атмосферы вокруг центра в обществе. Имидж центра

Для того что­бы в вашем при­юте был бла­го­при­ят­ный кли­мат, нуж­но и вокруг него созда­вать доб­рую дру­же­ствен­ную атмосферу.

Напри­мер, что­бы мамы обре­ли здесь чув­ство дома и без­опас­но­сти, нуж­но, что­бы обще­ствен­ность зна­ла, что вы — помо­га­ю­щая бла­го­тво­ри­тель­ная орга­ни­за­ция, кото­рая не име­ет кара­тель­ных или кон­тро­ли­ру­ю­щих функ­ций, рыча­гов дав­ле­ния, как у госу­дар­ствен­ных органов.

Кри­зис­ный центр не име­ет пол­но­мо­чий лишить мате­рин­ских прав или отобрать ребён­ка. Наобо­рот: мы защи­ща­ем инте­ре­сы мамы и ребён­ка; ока­зы­ва­ем жен­щине всю помощь, кото­рая толь­ко возможна.

Наша помощь мно­го­об­раз­на: соци­аль­ная, юри­ди­че­ская, пси­хо­ло­ги­че­ская, гума­ни­тар­ная. Мы можем пред­став­лять инте­ре­сы жен­щи­ны в суде, когда её лиша­ют прав или огра­ни­чи­ва­ют в пра­вах, осо­бен­но — из-за отсут­ствия жилья. Мы счи­та­ем, что это не долж­но быть осно­ва­ни­ем лишить ребён­ка мате­ри, а мать — ребён­ка, ведь жен­щи­на может посе­лить­ся у нас, а потом, с нашей помо­щью, най­ти вари­ант проживания.

Все, кто рабо­та­ет в кри­зис­ном цен­тре — руко­во­ди­тель, пси­хо­лог, соци­аль­ный работ­ник и дру­гие сотруд­ни­ки, — долж­ны хоро­шо пони­мать эту помо­га­ю­щую роль цен­тра и имен­но так пред­став­лять его в пуб­лич­ном пространстве.

При такой пози­ции на нас ложит­ся боль­шая ответ­ствен­ность. Мы уже гово­ри­ли, что, несмот­ря на всю ока­зан­ную помощь, жен­щи­на может не захо­теть делать что-то для изме­не­ния сво­ей кри­ти­че­ской ситу­а­ции, или она может не спра­вить­ся с роди­тель­ски­ми обя­зан­но­стя­ми. Но мы хотим дать им шанс.

Конеч­но, кри­зис­ный центр не дол­жен любой ценой доби­вать­ся сохра­не­ния пра­ва жен­щи­ны вос­пи­ты­вать ребён­ка, если вид­но, что мама пред­став­ля­ет для ребён­ка угро­зу. К сча­стью, такое быва­ет крайне ред­ко и, как пра­ви­ло, свя­за­но с пси­хи­че­ски­ми про­бле­ма­ми жен­щи­ны. Даже в этих слу­ча­ях мы дела­ем всё воз­мож­ное, что зави­сит от нас.

Напри­мер, одна мама, обра­тив­ша­я­ся к нам за помо­щью, лечит­ся в пси­хи­ат­ри­че­ской кли­ни­ке, а ребё­нок вре­мен­но нахо­дит­ся в доме малют­ки. Когда она вый­дет, мы будем рабо­тать над тем, что­бы соеди­нить семью, пото­му что мама любит ребёнка.

За восемь лет суще­ство­ва­ния при­ю­та кри­зис­ный центр «Дом для мамы» ока­зал помощь при­мер­но трём сот­ням мате­рей и трём сот­ням детей, гума­ни­тар­ную помощь полу­чи­ли более 8,5 тысяч чело­век. И все­го лишь в трёх слу­ча­ях за всё это вре­мя нам было оче­вид­но, что для детей луч­ше при­ём­ная семья, чем пси­хи­че­ски нездо­ро­вая, неста­биль­ная мама. Тогда мы вынуж­де­ны были при­знать, что сде­ла­ли всё воз­мож­ное, наши силы исчер­па­ны, и про­сить орга­ны опе­ки о помощи.

Не все­гда воз­мож­но и целе­со­об­раз­но заяв­лять в пуб­лич­ном про­стран­стве, что вы — цер­ков­ная орга­ни­за­ция, пра­во­слав­ный центр. Ина­че вы може­те столк­нуть­ся с труд­но­стя­ми и даже невоз­мож­но­стью ока­зы­вать помощь мамам.

Одна дру­же­ствен­ная нам доб­ро­воль­че­ская орга­ни­за­ция, помо­гав­шая «кри­зис­ным» мамам, столк­ну­лась с такой про­бле­мой. В их дви­же­нии было 20 акти­ви­стов-доб­ро­воль­цев — это очень мно­го для неболь­шо­го город­ка. Но как толь­ко руко­во­ди­те­ли сме­ни­ли назва­ние на «Фонд име­ни Мат­ро­нуш­ки», оста­лось все­го четы­ре человека.

Когда мы юри­ди­че­ски оформ­ля­ли «Дом для мамы», мы заре­ги­стри­ро­ва­ли его не как пра­во­слав­ную рели­ги­оз­ную, а как неком­мер­че­скую бла­го­тво­ри­тель­ную орга­ни­за­цию «Центр помо­щи бере­мен­ным, мате­рям с детьми в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции». Это рас­ши­ря­ет и поиск бла­го­тво­ри­тель­ной помо­щи, и поиск волон­тё­ров. Мно­гие гото­вы помо­гать и финан­со­во, и веща­ми, и про­дук­та­ми, но при этом у всех раз­ное отно­ше­ние к Церк­ви. Сре­ди наших волон­тё­ров есть мусуль­мане, есть неве­ру­ю­щие. Хоро­шо дать воз­мож­ность доб­рым людям помо­гать вам и вме­сте с вами, объ­еди­нить их вокруг доб­рых дел. Впо­след­ствии это может при­ве­сти людей к Богу, помочь их воцер­ко­в­ле­нию. Но если вы гром­ко заяв­ля­е­те, что вы пра­во­слав­ные, то мно­гих оттолкнёте.

Рас­ска­зы­вая о рабо­те цен­тра пред­ста­ви­те­лям СМИ, обще­ствен­но­сти, вы долж­ны под­чер­ки­вать, что ваш центр при­ни­ма­ет, помо­га­ет, кор­мит, обо­гре­ва­ет вне зави­си­мо­сти от веры, наци­о­наль­но­сти, про­пис­ки, нали­чия доку­мен­тов. Что вы гото­вы помо­гать всем мамам, попав­шим в тяжё­лую ситуацию.

Сюже­ты о при­юте для СМИ и соцсетей

Выше мы ска­за­ли, о каких глав­ных прин­ци­пах рабо­ты при­ю­та нуж­но знать обще­ствен­но­сти. Кро­ме того, пред­ста­ви­те­лям обще­ствен­но­сти и СМИ нуж­но пока­зы­вать, как устро­е­на рабо­та, как ока­зы­ва­ет­ся помощь, зна­ко­мить со спе­ци­а­ли­ста­ми. Рас­ска­зы­вая о при­юте, нуж­но иметь под рукой акту­аль­ную ста­ти­сти­ку вашей помо­щи в кон­тек­сте общей ситу­а­ции в реги­оне: коли­че­ство абор­тов, отка­зов от детей, обра­ще­ний по пово­ду домаш­не­го наси­лия и тому подобное.

Но глав­ное, что дела­ет сюжет или пуб­ли­ка­цию в СМИ или соц­се­тях инте­рес­ны­ми и вооб­ще воз­мож­ны­ми, — это исто­рии мам, кото­рым вы помо­га­е­те или уже помог­ли. Без исто­рий кон­крет­ных жен­щин, кото­рые живут в при­юте, жур­на­ли­сты могут не взять­ся за мате­ри­ал, а чита­те­ли в соц­се­тях прой­дут мимо тек­ста, где нет живо­го чело­ве­ка с его судьбой.

Для это­го нуж­но, что­бы житель­ни­цы при­ю­та были гото­вы рас­ска­зать о себе. Как это сде­лать, если пуб­лич­но гово­рить о сво­их труд­но­стях дей­стви­тель­но тяже­ло? И какие исто­рии нуж­но выби­рать для сюжетов?

  • Обя­за­тель­но обсуж­дай­те с под­опеч­ны­ми, гото­вы ли они пуб­лич­но делить­ся сво­ей исто­ри­ей и при каких усло­ви­ях. (Напри­мер, изме­нить имя, гео­гра­фию.) Все­гда объ­яс­няй­те мамам, зачем нуж­но делить­ся исто­ри­я­ми: что­бы помочь кому-то в слож­ной ситу­а­ции и помочь само­му про­ек­ту. Тогда жен­щи­на может сде­лать для себя выво­ды и при­нять решение.

Если ваш при­ют нахо­дит­ся в неболь­шом горо­де, давать фото мамы или видео­сю­жет, пока­зы­вая её лицо, может быть про­бле­ма­тич­но. При этом даже текст в соц­се­тях вос­при­ни­ма­ет­ся без изоб­ра­же­ния гораз­до хуже. Выход все­гда мож­но най­ти: сни­мать со спи­ны с акцен­том на ребён­ка, не пока­зы­вать лицо, а толь­ко руки или детей рядом, и так далее.

  • Будь­те буфе­ром меж­ду жур­на­ли­ста­ми и под­опеч­ны­ми: зара­нее дого­ва­ри­вай­тесь с жур­на­ли­ста­ми о воз­мож­но­сти зада­вать лич­ные вопро­сы, мак­си­маль­но обе­ре­гай­те под­опеч­ных от неком­форт­ных ситуаций.
  • Если исто­рия очень пока­за­тель­ная, но сама мама её рас­ска­зы­вать на каме­ру отка­зы­ва­ет­ся или не уме­ет, мож­но рас­ска­зать от име­ни спе­ци­а­ли­ста с изме­нён­ны­ми основ­ны­ми обсто­я­тель­ства­ми, согла­со­вав это зара­нее с героиней.
  • В кон­це сюже­та геро­и­ня может обра­тить­ся к жен­щи­нам, попав­шим в похо­жую ситу­а­цию, с сове­том искать помощь и обра­щать­ся в подоб­ные при­юты. Руко­во­ди­тель или сотруд­ни­ки могут в каче­стве резю­ме ска­зать что-то вро­де: «Даже если мы не смо­жем раз­ме­стить всех жела­ю­щих в при­юте, мы най­дём спо­соб ока­зать вам сроч­ную соци­аль­ную помощь — веща­ми или вре­ме­нем спе­ци­а­ли­стов» (разу­ме­ет­ся, если при­ют рас­по­ла­га­ет таки­ми возможностями).
  • Для сюже­тов в СМИ или соц­се­тях нуж­но выби­рать исто­рии, кото­рые наи­бо­лее пол­но пока­зы­ва­ют эффек­тив­ность рабо­ты про­ек­та, то есть исто­рии с так­ти­че­ским реше­ни­ем кон­крет­ной про­бле­мы, с «исто­ри­ей успе­ха», когда у жен­щи­ны появ­ля­ет­ся воз­мож­ность содер­жать себя и ребён­ка, появ­ля­ет­ся уве­рен­ность в будущем.

Исто­рия долж­на не слиш­ком давить на жалость и не вызы­вать вопро­сов. Напри­мер, не сто­ит выби­рать для рас­ска­за силь­но пью­щую маму или кри­ми­наль­ные сюже­ты. Луч­ше взять обыч­ную исто­рию и жен­щи­ну, вызы­ва­ю­щую сим­па­тию, и рас­ска­зать — обя­за­тель­но с раз­ре­ше­ния женщины.

Н. в 26 лет уеха­ла на зара­бот­ки в Моск­ву. Встре­ти­ла пар­ня, полю­би­ла. Наде­я­лась на семью. Но как толь­ко забе­ре­ме­не­ла, парень её бро­сил. Мать Н., когда узна­ла об этом, ска­за­ла: «Делай аборт. А с ребён­ком даже не думай воз­вра­щать­ся, не при­му». Но Н. выбра­ла ребён­ка. Так она попа­ла в «Дом для мамы». У неё роди­лась доч­ка, Н. её обо­жа­ет, ста­ла неж­ной и забот­ли­вой мамой.

Такие исто­рии про непу­тё­вых, но доб­рых мам не толь­ко дают пред­став­ле­ние, чем зани­ма­ет­ся при­ют, кому помо­га­ет, но и вызы­ва­ют сочув­ствие и дают понять: от похо­жей ситу­а­ции и оши­бок мно­гие не застрахованы.

Глав­ный акцент выступ­ле­ния под­опеч­ной дол­жен быть на том, как им помо­га­ют, как они себя чув­ству­ют после того, как попа­ли в при­ют, как страш­но было «до» и что они теперь дума­ют о сво­ём будущем.

В мате­ри­а­ле обя­за­тель­но нуж­ны поло­жи­тель­ные эмо­ции под­опеч­ных и сотруд­ни­ков при­ю­та. Хоро­шо, если в сюжет попа­дет момент обще­ния под­опеч­ных и сотруд­ни­ков, демон­стри­ру­ю­щий доб­ро­же­ла­тель­ность и дове­рие друг другу.

Заключение

Закан­чи­вая кни­гу, мы хотим выра­зить под­держ­ку и поже­лать уда­чи и сил всем нашим кол­ле­гам, ока­зы­ва­ю­щим помощь жен­щи­нам в труд­ной ситу­а­ции. А тем, кто толь­ко сту­пил на эту сте­зю, хотим ска­зать: рабо­та в кри­зис­ном цен­тре для жен­щин — очень инте­рес­ная, но дале­ко не самая лёг­кая из спе­ци­а­ли­за­ций пси­хо­ло­га. Поэто­му самый глав­ный вопрос, кото­рый нуж­но себе задать: насколь­ко соот­вет­ству­ют эта спе­ци­а­ли­за­ция и сфе­ра дея­тель­но­сти вашей лич­но­сти и про­фес­си­о­наль­ным интересам?

Ведь в чём кро­ет­ся сек­рет успе­ха в любой про­фес­сии? По сло­вам Льва Тол­сто­го, «если уж писать, то толь­ко тогда, когда не можешь не писать». Это спра­вед­ли­во и для психолога.

Може­те ли вы не зани­мать­ся пси­хо­ло­ги­ей, не рабо­тать пси­хо­ло­гом? А не рабо­тать пси­хо­ло­гом имен­но в кри­зис­ном цен­тре? Если хотя бы на один вопрос вы отве­ти­те себе «да», то, воз­мож­но, не сто­ит и брать­ся за это заня­тие. Ина­че труд­но­сти нашей про­фес­сии, кото­рых нема­ло, пере­кро­ют для вас все плю­сы и при­не­сут глу­бо­кое разо­ча­ро­ва­ние, в то вре­мя как насто­я­щее дело вашей жиз­ни оста­нет­ся вне ваше­го поля зрения.

Но если вы, уже начав рабо­тать, испы­ты­ва­е­те стой­кое ощу­ще­ние, что вы на сво­ём месте (а это ощу­ще­ние ни с чем не спу­тать), то мы рады под­дер­жать вас и поде­лить­ся нашим опы­том. С уве­рен­но­стью мож­но утвер­ждать, что быть пси­хо­ло­гом кри­зис­но­го цен­тра помо­щи жен­щи­нам с детьми и бере­мен­ным, ока­зав­шим­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции, — это очень важ­ная мис­сия, кото­рая пред­став­ля­ет уни­каль­ные воз­мож­но­сти для про­фес­си­о­наль­ной и лич­ност­ной само­ре­а­ли­за­ции. Ради это­го сто­и­ло мно­го лет учить­ся, ста­жи­ро­вать­ся, ухо­дить и воз­вра­щать­ся в про­фес­сию, оши­бать­ся и, так или ина­че, пла­тить за свои ошиб­ки. Более того, учи­ты­вая совре­мен­ные тен­ден­ции раз­ру­ше­ния, кри­зи­са и глу­бо­кой транс­фор­ма­ции инсти­ту­та семьи, имен­но эта сфе­ра будет тре­бо­вать всё боль­ше­го вклю­че­ния про­филь­ных спе­ци­а­ли­стов, сре­ди кото­рых вос­тре­бо­ван­ность ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных пси­хо­ло­гов будет толь­ко возрастать.

Если вы настро­е­ны на про­фес­си­о­наль­ный рост в сфе­ре пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи мате­рям и детям, одна­ко испы­ты­ва­е­те неко­то­рую тре­во­гу, рас­те­рян­ность и недо­ста­ток опы­та в слож­ных слу­ча­ях, кото­рых быва­ет мно­го в кри­зис­ном цен­тре, можем вас успо­ко­ить. Прак­ти­ка, поток обра­ще­ний, посто­ян­ное накоп­ле­ние опы­та и ком­пе­тен­ций, регу­ляр­ное повы­ше­ние ква­ли­фи­ка­ции, обще­ние с кол­ле­га­ми и супер­ви­зия при­не­сут вам уме­ние про­фес­си­о­наль­но дей­ство­вать не толь­ко в типо­вых, но и в исклю­чи­тель­но слож­ных случаях.

Жен­щи­ны, при­хо­дя­щие в при­ют за помо­щью, не похо­жи друг на дру­га, за пле­ча­ми у них — уни­каль­ные исто­рии и обсто­я­тель­ства. Одна­ко со вре­ме­нем во всей этой слож­но­сти пси­хо­лог кри­зис­но­го цен­тра начи­на­ет видеть не толь­ко раз­ли­чия, но и общие зако­но­мер­но­сти и типо­ло­ги­че­ские чер­ты пере­жи­ва­ния кри­зи­са и душев­ной боли.

Это поз­во­ля­ет ему систе­ма­ти­зи­ро­вать свой опыт, совер­шен­ство­вать и уточ­нять при­ме­ня­е­мые под­хо­ды и мето­ди­ки, откры­вать новые пути там, где рань­ше видел­ся тупик, раз­ви­вать про­фес­си­о­наль­ную инту­и­цию. Вы обна­ру­жи­те в себе спо­соб­ность не толь­ко помо­гать жен­щи­нам решать важ­ные жиз­нен­ные зада­чи, но и моти­ви­ро­вать их к тому, что­бы они само­сто­я­тель­но с ними справлялись.

В нашей кни­ге есть сло­ва «нуж­но», «необ­хо­ди­мо», «вы долж­ны», но мы ни в коей мере не хоте­ли бы, что­бы она вос­при­ни­ма­лась как сбор­ник истин в послед­ней инстан­ции. Ско­рее, это собра­ние наблю­де­ний, реко­мен­да­ций и выво­дов прак­ти­ку­ю­ще­го пси­хо­ло­га и руко­во­ди­те­ля кри­зис­но­го цен­тра для мам. Ваше пра­во — при­слу­ши­вать­ся и исполь­зо­вать наши нара­бот­ки или нет. Мы не счи­та­ем свой путь к цели — ока­за­нию эффек­тив­ной пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи жен­щи­нам — един­ствен­но воз­мож­ным и правильным.

Будем рады, если и вы поде­ли­тесь с нами сво­им опы­том, впе­чат­ле­ни­я­ми и наблю­де­ни­я­ми. Писать нам мож­но по адре­су: azbuka.mil@yandex.ru

Приложения

1. Анкета подопечной

Анке­та

Запол­ни­те анке­ту соб­ствен­но­руч­но и мак­си­маль­но подробно.

Сооб­щай­те толь­ко досто­вер­ную инфор­ма­цию. В слу­чае предо­став­ле­ния недо­сто­вер­ных све­де­ний Центр «Дом для мамы» име­ет пра­во отка­зать­ся от ока­за­ния помо­щи или, если дого­вор уже под­пи­сан, рас­торг­нуть его в одно­сто­рон­нем поряд­ке в соот­вет­ствии с усло­ви­я­ми договора.

  1. Ф.И.О. ____________________________________________________________
  2. Дата рож­де­ния _____________________________________________________
  3. Место рож­де­ния ____________________________________________________
  4. Граж­дан­ство _______________________________________________________
  5. Пас­порт­ные дан­ные _________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Место реги­стра­ции (вре­мен­но­го про­жи­ва­ния) ____________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Веро­ис­по­ве­да­ние ___________________________________________________
  2. Обра­зо­ва­ние _______________________________________________________
  3. Про­фес­сия, опыт рабо­ты _____________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Источ­ни­ки дохо­да, сум­ма ____________________________________________
  2. Семей­ное поло­же­ние (све­де­ния об отце ребён­ка) ________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Срок бере­мен­но­сти (или Ф.И.О. и дата рож­де­ния ребён­ка) ________________

 ____________________________________________________________________

  1. Ф.И.О., адрес бли­жай­ших родственников/друзей/знакомых ________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Теле­фо­ны бли­жай­ших родственников/друзей/знакомых ___________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Име­ют­ся ли у вас хро­ни­че­ские забо­ле­ва­ния и какие ______________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Све­де­ния о суди­мо­сти _______________________________________________
  2. Состо­и­те ли вы на учё­те в нар­ко­ло­ги­че­ском или пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ском дис­пан­се­ре __________ , состо­я­ли ли ранее и с каким диа­гно­зом ______________

 ____________________________________________________________________

  1. Упо­треб­ля­е­те ли или упо­треб­ля­ли ранее нар­ко­ти­ки ______________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Име­ют­ся ли у вас вред­ные при­выч­ки ___________________________________
  2. Опи­ши­те свою ситу­а­цию _____________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

Какую помощь вы ждё­те от Цен­тра _______________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

Отку­да вы узна­ли о Цен­тре _____________________________________________

 ____________________________________________________________________

  1. Ваш кон­такт­ный теле­фон, иная кон­такт­ная инфор­ма­ция __________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

«_____» ____________________20___г.

Подпись____________________ (________________________________________)

Резуль­тат собе­се­до­ва­ния (запол­ня­ет­ся пред­ста­ви­те­лем Центра)

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

 ____________________________________________________________________

«_____» ____________________20___г.

Подпись____________________ (________________________________________)

Допол­ни­тель­ные све­де­ния, в том чис­ле о нали­чии доку­мен­тов, справок:

(Кар­та меди­цин­ско­го стра­хо­ва­ния (полис ОМС), стра­хо­вое сви­де­тель­ство обя­за­тель­но­го пен­си­он­но­го стра­хо­ва­ния (СНИЛС), сви­де­тель­ство о бра­ке, сви­де­тель­ство об уста­нов­ле­нии отцов­ства, сви­де­тель­ство о рож­де­нии ребён­ка, тру­до­вая книж­ка, диплом об обра­зо­ва­нии, ИНН, мигра­ци­он­ная кар­та, патент, РВП, ВНЖ, иные доку­мен­ты и справ­ки, име­ю­щи­е­ся у подопечной)

  1. __________________________________________________________________
  2. __________________________________________________________________
  3. __________________________________________________________________
  4. __________________________________________________________________
  5. __________________________________________________________________
  6. __________________________________________________________________
  7. __________________________________________________________________
  8. __________________________________________________________________
  9. __________________________________________________________________
  10. _________________________________________________________________
  11. _________________________________________________________________
  12. _________________________________________________________________

Ори­ги­на­лы доку­мен­тов нахо­дят­ся под лич­ной ответ­ствен­но­стью подопечной

(Ф.И.О. под­опеч­ной)

(под­пись подопечной)

2. Правила проживания в приюте

Пра­ви­ла

внут­рен­не­го рас­по­ряд­ка и усло­вия пребывания

в Цен­тре «Дом для мамы»

  1. В соот­вет­ствии со ста­тьёй 2.1.1. Дого­во­ра об ока­за­нии без­воз­мезд­ной бла­го­тво­ри­тель­ной помо­щи в пери­од нахож­де­ния в Цен­тре «Дом для мамы» (далее — в Цен­тре) Под­опеч­ная обя­зу­ет­ся соблю­дать пра­ви­ла пре­бы­ва­ния в Цен­тре и его внут­рен­не­го рас­по­ряд­ка, в том числе:

1.1. соблю­дать обще­при­ня­тые пра­ви­ла пове­де­ния, куль­тур­но, вни­ма­тель­но, с ува­же­ни­ем отно­сить­ся к дру­гим жен­щи­нам и детям, нахо­дя­щим­ся в Цен­тре, к их чув­ствам, лич­но­му про­стран­ству и вещам;

1.2. не совер­шать дей­ствий, кото­рые могут нане­сти вред соб­ствен­но­му здо­ро­вью и здо­ро­вью дру­гих лиц, нахо­дя­щих­ся в Цен­тре, в том чис­ле не рас­пи­вать спирт­ные напит­ки, не курить, не упо­треб­лять и не хра­нить нар­ко­ти­ки, тран­кви­ли­за­то­ры, пси­хо­троп­ные сред­ства и иные запре­щён­ные к граж­дан­ско­му обо­ро­ту вещи и предметы;

1.3. выпол­нять тре­бо­ва­ния и рас­по­ря­же­ния адми­ни­стра­ции, дежур­ных адми­ни­стра­то­ров Цен­тра, в том чис­ле по утвер­ждён­ным гра­фи­кам дежурств, вклю­ча­ю­щих убор­ку, при­го­тов­ле­ние пищи и стир­ку (учи­ты­ва­ют­ся как каче­ство выпол­не­ния, так и регулярность);

1.4. не хра­нить в ком­на­тах и иных поме­ще­ния Цен­тра лег­ко­вос­пла­ме­ня­ю­щи­е­ся мате­ри­а­лы, а так­же не исполь­зо­вать в поме­ще­ни­ях Цен­тра не про­мыш­лен­ные или про­мыш­лен­ные, но неис­прав­ные быто­вые при­бо­ры, иные запре­щён­ные к исполь­зо­ва­нию предметы;

1.5. свое­вре­мен­но про­во­дить убор­ку закреп­лён­ных за Под­опеч­ной поме­ще­ний Цен­тра, в том чис­ле мест обще­го поль­зо­ва­ния, под­дер­жи­вать в них чисто­ту и порядок;

1.6. соблю­дать уста­нов­лен­ный в Цен­тре рас­по­ря­док дня, общих меро­при­я­тий, вре­мя и поря­док посе­ще­ний Центра;

1.7. не про­во­дить в Центр посто­рон­них без пред­ва­ри­тель­ной дого­во­рён­но­сти с адми­ни­стра­ци­ей и поз­же 22 часов. Нахож­де­ние посто­рон­них лиц в Цен­тре без согла­со­ва­ния с адми­ни­стра­ци­ей и после 22 часов запрещено;

1.8. не поки­дать Центр, не уве­до­мив об этом администрацию;

1.9. не оскорб­лять дру­гих; не гру­бить и не сквер­но­сло­вить (всё это кате­го­ри­че­ски запрещается!);

1.10. вести актив­ный образ жиз­ни, при­ни­мать уча­стие в про­грам­мах соци­а­ли­за­ции и адап­та­ции: в тема­ти­че­ских семи­на­рах, твор­че­ских круж­ках и т.д.;

1.11. при выез­де из Цен­тра заби­рать с собой все лич­ные вещи.

  1. Во вре­мя пре­бы­ва­ния в Цен­тре с учё­том поже­ла­ний Под­опеч­ных и по реше­нию адми­ни­стра­ции может про­из­во­дить­ся пере­се­ле­ние в дру­гие поме­ще­ния либо иные Цен­тры защи­ты семьи, мате­рин­ства и дет­ства, в том чис­ле рас­по­ло­жен­ные в дру­гих реги­о­нах Рос­сий­ской Федерации.
  2. В слу­чае неод­но­крат­но­го (не менее трёх раз) либо одно­го гру­бо­го нару­ше­ния Под­опеч­ной пра­вил и усло­вий пре­бы­ва­ния в Цен­тре по реше­нию кон­си­ли­у­ма спе­ци­а­ли­стов может быть выне­се­но реше­ние (в том чис­ле заоч­ное) о рас­тор­же­нии дого­во­ра с Под­опеч­ной в одно­сто­рон­нем поряд­ке с тре­бо­ва­ни­ем поки­нуть поме­ще­ние Цен­тра в тече­ние трёх кален­дар­ных дней либо немедленно.

«_____» ____________________20___г.

Подпись____________________ (________________________________________)

3. Пример заполнения анкеты «Моё целеполагание»

«_____» ____________________20___г.

Ф.И.О. мамы: Тро­ши­на Еле­на Владимировна

Моё целе­по­ла­га­ние

  1. Что ты хочешь в сло­жив­шей­ся тяжё­лой жиз­нен­ной ситуации?

Решить вопрос с жильём.

Офор­мить детей в дет­ский сад, школу.

Най­ти работу.

  1. Зачем тебе наш Центр?

Для вре­мен­но­го пре­бы­ва­ния, что­бы решить выше­пе­ре­чис­лен­ные задачи.

Рабо­тать с центром*.

  1. Чем мы можем помочь?

Раз­ре­шить вре­мен­но жить в цен­тре, пока я най­ду посто­ян­ное жильё и устрою детей. Помочь в поис­ке жилья.

Раз­ре­шить рабо­тать с сотруд­ни­ка­ми центра*.

*При­ме­ча­ние. Так пишут мно­гие мамы, запол­няя доку­мент, посколь­ку у них пока нет чёт­ко сфор­ми­ро­ван­но­го пред­став­ле­ния о пути, по кото­ро­му надо дви­гать­ся для раз­ре­ше­ния кри­зис­ной ситу­а­ции. Впо­след­ствии спе­ци­а­ли­сты кри­зис­но­го цен­тра помо­га­ют выстро­ить план действий.

4. Образец заполнения документа «Стратегия работы со случаем»

Стра­те­гия рабо­ты со случаем

(выход из тяжё­лой жиз­нен­ной ситуации)

Виде­ние подопечной

Виде­ние стра­те­гии рабо­ты (выхо­да из тяжё­лой жиз­нен­ной ситу­а­ции) кон­си­ли­у­ма специалистов

1. Решить вопрос с дет­ским садом, школой.

2. Най­ти работу.

3. Решить вопрос с жильём

1. Нуж­но вести пере­го­во­ры с Алек­сан­дром, отцом детей, по пово­ду уча­стия в жиз­ни Вани и Оли.

Нуж­но, что­бы он сде­лал для них посто­ян­ную реги­стра­цию, кото­рая поз­во­лит отдать их в дет­ский сад и школу.

От него нуж­на так­же финан­со­вая под­держ­ка детей и регу­ляр­ное обще­ние с ними.

2. Рабо­тать над отно­ше­ни­я­ми Еле­ны с родственниками.

3. Решать вопрос тру­до­устрой­ства Елены

Под­опеч­ная Тро­ши­на Еле­на Владимировна

Руко­во­ди­тель Цен­тра М.М. Студеникина

Адми­ни­стра­тор Е.Н. Целикина

Пси­хо­лог Д.А. Бузулан

Юрист В.В. Гардер

5. Образец записи результатов еженедельного консилиума

Ф.И.О. мамы: Тро­ши­на Еле­на Владимировна

Неде­ля с 5.09 по 12.09 2019 года

Спе­ци­а­ли­сты

Изменения/достижения за период

Под­пи­си

Адми­ни­стра­тор Цели­ки­на Е.Н.

Езди­ла на собе­се­до­ва­ния по работе.

Устро­и­лась в гипер­мар­кет «МЕТРО» работ­ни­ком тор­го­во­го зала.

Доб­ро­со­вест­но дежу­рит в при­юте, сидит с дру­ги­ми детьми

 

Юрист

Гар­дер В.В.

Пере­го­во­ры с Алек­сан­дром для вре­мен­ной реги­стра­ции Татья­ны, Вани и Оли в его квар­ти­ре для опре­де­ле­ния детей в дет­ский сад и школу

 

Пси­хо­лог

Бузу­лан Д.А.

Тема и зада­ние: спать отдель­но от детей. Обсуж­да­ем вопрос об али­мен­тах от Александра

 

Пла­ны мамы на буду­щую неделю

1. Запи­сать­ся на при­ём в Цен­тре заня­то­сти «Моя карьера».

2. Посе­тить кур­сы профориентации.

3. Устро­ить­ся на вто­рую работу

 

6. Основные виды психологической помощи

 

Назва­ние

Харак­те­ри­сти­ки

1.

Пси­хо­ло­ги­че­ское консультирование

Помощь полу­ча­те­лю пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи в пони­ма­нии и реше­нии им на осно­ве осо­знан­но­го выбо­ра сво­их акту­аль­ных пси­хо­ло­ги­че­ских про­блем эмо­ци­о­наль­но­го и меж­лич­ност­но­го харак­те­ра, в изме­не­нии пове­де­ния и раз­ви­тии его личности

2.

Пси­хо­ло­ги­че­ская под­держ­ка и сопровождение

Пре­ду­пре­жде­ние и свое­вре­мен­ное выяв­ле­ние небла­го­при­ят­ных меж­лич­ност­ных отно­ше­ний, стрес­со­вых и дру­гих акту­аль­ных ситу­а­ций пси­хи­че­ско­го дис­ком­фор­та, кото­рые нару­ша­ют нор­маль­ную жиз­не­де­я­тель­ность полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помощи

3.

Пси­хо­ло­ги­че­ская диагностика

Иссле­до­ва­ние, про­во­ди­мое с целью опре­де­ле­ния акту­аль­но­го пси­хи­че­ско­го состо­я­ния полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, осо­бен­но­стей его систе­мы отно­ше­ний, спе­ци­фи­ки вза­и­мо­от­но­ше­ний с дру­ги­ми граж­да­на­ми, необ­хо­ди­мых для состав­ле­ния про­гно­за и раз­ра­бот­ки реко­мен­да­ций по ока­за­нию ему над­ле­жа­щей пси­хо­ло­ги­че­ской помощи

4.

Пси­хо­ло­ги­че­ская про­фи­лак­ти­ка и пси­хо­ло­ги­че­ское просвещение

Фор­ми­ро­ва­ние у полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи потреб­но­сти в пси­хо­ло­ги­че­ских зна­ни­ях и жела­нии их исполь­зо­вать для само­раз­ви­тия, само­со­вер­шен­ство­ва­ния, само­ре­а­ли­за­ции, пре­ду­пре­жде­ния воз­мож­ных нару­ше­ний в раз­ви­тии его лич­но­сти и инди­ви­ду­аль­но­сти, а так­же для созда­ния бла­го­при­ят­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний в семье и обществе

5.

Пси­хо­ло­ги­че­ская реабилитация

Вос­ста­нов­ле­ние пси­хо­ло­ги­че­ско­го здо­ро­вья и эффек­тив­но­го соци­аль­но­го пове­де­ния полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помощи

6.

Пси­хо­ло­ги­че­ская коррекция

Пре­одо­ле­ние или ослаб­ле­ние откло­не­ний в раз­ви­тии, эмо­ци­о­наль­ном состо­я­нии и пове­де­нии полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи с целью при­ве­де­ния этих пока­за­те­лей в соот­вет­ствие с воз­раст­ны­ми нор­ма­ми и тре­бо­ва­ни­я­ми соци­аль­ной среды

7.

Пси­хо­ло­ги­че­ская экспертиза

Иссле­до­ва­ние, про­во­ди­мое пси­хо­ло­гом (или груп­пой пси­хо­ло­гов) в слу­ча­ях и поряд­ке, уста­нов­лен­ных феде­раль­ным зако­но­да­тель­ством (за исклю­че­ни­ем судеб­но-пси­хо­ло­ги­че­ской экс­пер­ти­зы), и направ­лен­ное на выяв­ле­ние и оцен­ку пара­мет­ров акту­аль­ной пси­хо­ло­ги­че­ской ситу­а­ции, нару­ша­ю­щей нор­маль­ную жиз­не­де­я­тель­ность полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи, его пове­де­ние и систе­му отно­ше­ний, выяс­не­ние осо­бен­но­стей его вза­и­мо­дей­ствия с соци­аль­ной сре­дой, в том чис­ле для состав­ле­ния заклю­че­ния и раз­ра­бот­ки про­грам­мы по ока­за­нию ему пси­хо­ло­ги­че­ской помощи

8.

Пси­хо­ло­ги­че­ский анализ

и пси­хо­те­ра­пия (неме­ди­цин­ская)

Пси­хо­ло­ги­че­ское воз­дей­ствие (вме­ша­тель­ство), осу­ществ­ля­е­мое в про­цес­се иссле­до­ва­ния при­чин пси­хо­ло­ги­че­ских про­блем и меха­низ­мов их функ­ци­о­ни­ро­ва­ния с помо­щью спе­ци­аль­но орга­ни­зо­ван­но­го интер­вью и дру­гих пси­хо­ло­ги­че­ских методов

9.

Пси­хо­ло­ги­че­ский тренинг

Фор­ми­ро­ва­ние эмо­ци­о­наль­но-кор­рек­ти­ру­ю­ще­го опы­та; сня­тие послед­ствий пси­хо­трав­ми­ру­ю­щих ситу­а­ций, нерв­но-пси­хи­че­ской напря­жён­но­сти; овла­де­ние новы­ми сти­ля­ми пове­де­ния, навы­ка­ми само­по­зна­ния и само­ре­гу­ля­ции; адап­та­ция к изме­ня­ю­щим­ся усло­ви­ям жиз­не­де­я­тель­но­сти; фор­ми­ро­ва­ние твор­че­ской готов­но­сти к само­сто­я­тель­но­му реше­нию акту­аль­ных пси­хо­ло­ги­че­ских про­блем инди­ви­ду­аль­но­го и меж­лич­ност­но­го характера

7. Формы психологической помощи

Вид клас­си­фи­ка­ции

Фор­ма

Харак­те­ри­сти­ка

По харак­те­ру вза­и­мо­дей­ствия меж­ду полу­ча­те­лем пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи и психологом

Очная

Ока­зы­ва­ет­ся при непо­сред­ствен­ном вза­и­мо­дей­ствии пси­хо­ло­га и полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помощи

Заоч­ная

Ока­зы­ва­ет­ся при вза­и­мо­дей­ствии пси­хо­ло­га и полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи с исполь­зо­ва­ни­ем тех­ни­че­ских средств для созда­ния тех­ни­че­ских усло­вий каче­ствен­но ока­зы­ва­е­мой помощи

По коли­че­ству участников

Инди­ви­ду­аль­ная

Ока­зы­ва­ет­ся полу­ча­те­лю пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи кон­фи­ден­ци­аль­но (при отсут­ствии тре­тьих лиц). При ока­за­нии пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи несо­вер­шен­но­лет­ним или лицам, при­знан­ным недее­спо­соб­ны­ми, огра­ни­чен­но дее­спо­соб­ны­ми, допус­ка­ет­ся при­сут­ствие их закон­ных представителей

Груп­по­вая

Ока­зы­ва­ет­ся груп­пе полу­ча­те­лей пси­хо­ло­ги­че­ской помощи

По вре­мен­ным параметрам

Крат­ко­сроч­ная

При­ме­ня­ет­ся для реше­ния акту­аль­ной про­бле­мы полу­ча­те­ля пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи или про­блем­ной ситуации

Дол­го­сроч­ная

При­ме­ня­ет­ся для пси­хо­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за и иссле­до­ва­ния лич­ност­но­го содер­жа­ния про­блем, при­чин и усло­вий их воз­ник­но­ве­ния, а так­же для неме­ди­цин­ской пси­хо­те­ра­пии в слу­ча­ях, когда про­ра­ба­ты­ва­ет­ся мно­же­ство дета­лей, эффект раз­ви­ва­ет­ся мед­лен­но и носит устой­чи­вый характер

Неот­лож­ная

Без­от­ла­га­тель­ное пси­хо­ло­ги­че­ское кон­суль­ти­ро­ва­ние полу­ча­те­лей пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи. Содей­ству­ет моби­ли­за­ции их физи­че­ских, духов­ных, лич­ност­ных, интел­лек­ту­аль­ных ресур­сов для выхо­да из кри­зис­но­го состо­я­ния, спо­соб­ству­ет предот­вра­ще­нию раз­ви­тия пси­хи­че­ских состо­я­ний, пред­став­ля­ю­щих опас­ность для себя и иных лиц

Экс­трен­ная

Направ­ле­на на кор­рек­цию акту­аль­но­го эмо­ци­о­наль­но­го состо­я­ния постра­дав­ших при чрез­вы­чай­ных ситу­а­ци­ях. Пред­став­ля­ет собой ком­плекс крат­ко­сроч­ных мер, направ­лен­ных на про­фи­лак­ти­ку и предот­вра­ще­ние раз­ви­тия пси­хи­че­ских состо­я­ний, пред­став­ля­ю­щих опас­ность для лич­но­сти и общества

8. Теоретические принципы современных психологических направлений

Направ­ле­ние

Основ­ные тео­ре­ти­че­ские принципы

Гума­ни­сти­че­ская пси­хо­ло­гия (кли­ент-цен­три­ро-

ван­ный подход)

Акцен­ти­ру­ет­ся пози­тив­ная при­ро­да чело­ве­ка — свой­ствен­ное ему врож­дён­ное стрем­ле­ние к само­ре­а­ли­за­ции. Про­бле­мы воз­ни­ка­ют при вытес­не­нии неко­то­рых чувств из поля созна­ния и иска­же­нии оцен­ки опы­та. Осно­ву пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья состав­ля­ют соот­вет­ствие иде­аль­но­го «Я» реаль­но­му «Я», дости­га­е­мое реа­ли­за­ци­ей потен­ци­а­ла соб­ствен­ной лич­но­сти, и стрем­ле­ние к само­по­зна­нию, уве­рен­но­сти в себе, спонтанности

Экзи­стен­ци­аль­ная психология

Основ­ное вни­ма­ние уде­ля­ет­ся спо­соб­но­сти чело­ве­ка позна­вать свой внут­рен­ний мир, сво­бод­но выби­рать свою судь­бу, ответ­ствен­но­сти и экзи­стен­ци­аль­ной тре­во­ге как основ­но­му моти­ви­ру­ю­ще­му фак­то­ру, поис­ку уни­каль­но­го смыс­ла в бес­смыс­лен­ном мире, оди­но­че­ству и отно­ше­ни­ям с дру­ги­ми, вре­мен­но­сти жиз­ни и про­бле­ме смер­ти. Нор­маль­ное раз­ви­тие лич­но­сти осно­вы­ва­ет­ся на уни­каль­но­сти каж­до­го индивида

Пси­хо­ана­ли­ти­че­ское направление

Сущ­ность чело­ве­ка опре­де­ля­ет­ся пси­хи­че­ской энер­ги­ей сек­су­аль­ной при­ро­ды и опы­том ран­не­го дет­ства. Осно­ву струк­ту­ры лич­но­сти состав­ля­ют три инстан­ции: ид, эго и суперэ­го. Пове­де­ние моти­ви­ру­ет­ся агрес­сив­ны­ми и сек­су­аль­ны­ми побуж­де­ни­я­ми. Пато­ло­гия воз­ни­ка­ет из-за вытес­нен­ных в дет­ском воз­расте кон­флик­тов. Нор­маль­ное раз­ви­тие осно­вы­ва­ет­ся на свое­вре­мен­ном чере­до­ва­нии ста­дий сек­су­аль­но­го раз­ви­тия и интеграции

Адле­ри­ан­ское направление

Акцен­ти­ру­ет­ся пози­тив­ная при­ро­да чело­ве­ка. Каж­дый чело­век в ран­нем дет­стве фор­ми­ру­ет уни­каль­ный стиль жиз­ни, чело­век тво­рит свою судь­бу. Пове­де­ние чело­ве­ка моти­ви­ру­ет­ся стрем­ле­ни­ем к дости­же­нию целей и соци­аль­ным инте­ре­сом. Жиз­нен­ные труд­но­сти спо­соб­ству­ют фор­ми­ро­ва­нию небла­го­при­ят­но­го сти­ля жиз­ни. Нор­маль­ное раз­ви­тие лич­но­сти пред­по­ла­га­ет адек­ват­ные жиз­нен­ные цели

Бихе­ви­о­ризм

Чело­век — про­дукт сре­ды и одно­вре­мен­но её тво­рец. Пове­де­ние фор­ми­ру­ет­ся в про­цес­се обу­че­ния. Нор­маль­но­му пове­де­нию обу­ча­ют посред­ством под­креп­ле­ния и ими­та­ции. Про­бле­мы воз­ни­ка­ют в резуль­та­те пло­хо­го обучения

Раци­о­наль­но-

эмо­ци­о­наль­ная терапия

Чело­век рож­да­ет­ся со склон­но­стью к раци­о­наль­но­му мыш­ле­нию, но одно­вре­мен­но и со склон­но­стью к пара­ло­гич­но­сти. Он может ста­но­вить­ся жерт­вой ирра­ци­о­наль­ных идей. Жиз­нен­ные про­бле­мы воз­ни­ка­ют из-за оши­боч­ных убеж­де­ний. В осно­ве нор­маль­но­го пове­де­ния лежат раци­о­наль­ное мыш­ле­ние и свое­вре­мен­ная кор­рек­ция при­ни­ма­е­мых решений

9. Активное слушание. Краткая памятка

Основ­ные типы неэф­фек­тив­но­го веде­ния разговора

  1. Ука­за­ния и угрозы

«Если не ска­жешь, что слу­чи­лось, я уйду домой».

  1. Морализирование

«То, что ты сде­лал, про­сто ужас­но, хоро­ший чело­век так не посту­пит». «Тебе не сле­до­ва­ло так делать».

  1. Советы

«Будь я на тво­ём месте, я бы ушёл».

  1. Осуждение

«Ты вполне это заслужил».

  1. Критика

«Это была и вправ­ду пло­хая идея, не уди­ви­тель­но, что ниче­го не вышло».

  1. Задать вопрос и само­му на него же ответить

«Поче­му ты купил эти игруш­ки? Долж­но быть, чув­ству­ешь себя виноватым».

  1. Утешение

«Не бери в голо­ву». «Прой­дёт вре­мя и ты будешь чув­ство­вать себя луч­ше». «Всё образуется».

  1. Уход от темы

«Может чаю попьём?» «Мне на днях такой анек­дот рассказали».

  1. Гиперсочувствие

«Ох ты бед­нень­кий. Я бы на тво­ём месте повесился».

  1. Лич­ный опыт

«У меня несколь­ко лет назад умер друг, я знаю, что ты дол­жен чувствовать».

Полез­ные инстру­мен­ты в разговоре

Невер­баль­ные инструменты

  1. Молчание

Уме­лое исполь­зо­ва­ние тиши­ны даёт под­опеч­ной воз­мож­ность собрать­ся с мыс­ля­ми. Вза­им­ное мол­ча­ние часто более эффек­тив­но, чем бес­смыс­лен­ное запол­не­ние тиши­ны фра­за­ми. Выдер­жи­вая пау­зу перед репли­кой, вы ещё раз убеж­да­е­тесь, что не пере­би­ва­е­те под­опеч­ную, кото­рую слушаете.

  1. При­ня­тие без осуждения

При­ни­май­те всё, что гово­рит под­опеч­ная, без осуж­де­ния и с без­услов­ным ува­же­ни­ем её как лич­но­сти. Она име­ет пра­во на свои мыс­ли и чув­ства, даже если вы с ней не согласны.

Вер­баль­ные инструменты

  1. Поощрение

Поощ­ре­ние помо­га­ет про­де­мон­стри­ро­вать заин­те­ре­со­ван­ность и под­дер­жать у собе­сед­ни­ка стрем­ле­ние рас­ска­зать о себе и/или про­бле­ме. Не надо согла­шать­ся или не согла­шать­ся с тем, что вы слы­ши­те. Исполь­зуй­те бла­го­же­ла­тель­ный тон и уклон­чи­вые слова/фразы: «Я пони­маю…», «Угу…», «Инте­рес­но». Избе­гай­те ярких про­яв­ле­ний: «Не может быть!!!!», «Ну, надо же!!!!»

  1. Перефразирование

Пере­фра­зи­ро­ва­ние помо­га­ет под­опеч­ной не терять суть раз­го­во­ра и демон­стри­ру­ет, что вы её слу­ша­е­те и всё поня­ли пра­виль­но. Вам про­сто надо повто­рить всё, что ска­за­ла под­опеч­ная, оста­вив толь­ко суть.

Под­опеч­ная: «Я абсо­лют­но вымо­та­лась. Я рабо­таю целый день, при­хо­жу домой — уби­ра­юсь, готов­лю, мою посу­ду, делаю всю рабо­ту по дому, зани­ма­юсь детьми, корм­лю их, делаю с ними уро­ки, в то вре­мя как Гри­ша про­сто сидит и ниче­го не делает».

Пси­хо­лог: «Вы изму­чи­лись, рабо­тая каж­дый день на рабо­те и дома, уха­жи­вая за детьми. И всё это без помо­щи Гриши».

  1. Отра­же­ние чувств

Это озна­ча­ет рас­по­зна­ва­ние чувств за сло­ва­ми под­опеч­ной и отра­же­ние это­го пони­ма­ния. Отра­же­ние чувств помо­га­ет под­опеч­ным осо­зна­вать, что они поня­ты, и это поощ­ря­ет их гово­рить более открыто.

Под­опеч­ная: «Каж­дый раз, когда я думаю о поезд­ке в боль­ни­цу, то про­сто цепе­нею. Я начи­наю мёрз­нуть, потеть, а серд­це из гру­ди выска­ки­ва­ет, — это про­сто ужасно».

Пси­хо­лог: «Похо­же, вам страш­но идти в больницу».

  1. Обобщение

Обоб­ще­ние помо­жет вам про­ве­рить, пра­виль­но ли вы поня­ли, что ска­зал под­опеч­ный. Если вре­ме­ни оста­лось мало, то важ­но под­ве­сти итог бесе­де, обоб­щив, всё что было ска­за­но, и наме­тив тему даль­ней­ше­го (сле­ду­ю­ще­го) разговора.

Все­гда обоб­щай­те ска­зан­ное исклю­чи­тель­но с точ­ки зре­ния кли­ен­та, не вклю­чая лич­ные выво­ды и суж­де­ния. Ста­рай­тесь пере­ска­зать сло­ва под­опеч­но­го корот­ки­ми пред­ло­же­ни­я­ми-утвер­жде­ни­я­ми, делая пау­зы, что­бы дать ему воз­мож­ность под­кор­рек­ти­ро­вать ска­зан­ное вами.

10. Проявления защитных механизмов психики

Защит­ный меха­низм (пси­хо­ло­ги­че­ская защи­та) — поня­тие глу­бин­ной пси­хо­ло­гии, обо­зна­ча­ю­щее неосо­зна­ва­е­мый пси­хи­че­ский про­цесс, направ­лен­ный на мини­ми­за­цию отри­ца­тель­ных пере­жи­ва­ний. Защит­ные меха­низ­мы лежат в осно­ве про­цес­сов сопротивления.

Есть две основ­ные харак­те­ри­сти­ки защит­ных механизмов:

1) отри­ца­ние или иска­же­ние реальности;

2) дей­ствие на бес­со­зна­тель­ном уровне.

Функ­ци­о­наль­ное назна­че­ние и цель пси­хо­ло­ги­че­ской защи­ты заклю­ча­ет­ся в ослаб­ле­нии внут­ри­лич­ност­но­го кон­флик­та (напря­же­ния, бес­по­кой­ства), обу­слов­лен­но­го про­ти­во­ре­чи­я­ми меж­ду инстинк­тив­ны­ми импуль­са­ми бес­со­зна­тель­но­го и усво­ен­ны­ми (инте­ри­о­ри­зи­ро­ван­ны­ми) тре­бо­ва­ни­я­ми внеш­ней сре­ды, воз­ни­ка­ю­щи­ми в резуль­та­те соци­аль­но­го вза­и­мо­дей­ствия. Ослаб­ляя этот кон­фликт, защи­та регу­ли­ру­ет пове­де­ние чело­ве­ка, повы­шая его при­спо­соб­ля­е­мость и урав­но­ве­ши­вая психику.

Все­мо­гу­щий кон­троль — вос­при­я­тие себя как при­чи­ны все­го, что про­ис­хо­дит в мире.

Дис­со­ци­а­ция — отде­ле­ние себя от сво­их непри­ят­ных переживаний.

Интро­ек­ция, в част­но­сти иден­ти­фи­ка­ция с агрес­со­ром — бес­со­зна­тель­ное вклю­че­ние в свой внут­рен­ний мир вос­при­ни­ма­е­мых извне взгля­дов, моти­вов, уста­но­вок дру­гих людей.

Отри­ца­ние — пол­ный отказ от осо­зна­ния непри­ят­ной информации.

При­ми­тив­ная иде­а­ли­за­ция — вос­при­я­тие дру­го­го чело­ве­ка как иде­аль­но­го и всемогущего.

При­ми­тив­ная изо­ля­ция, в част­но­сти защит­ное фан­та­зи­ро­ва­ние — уход от реаль­но­сти в дру­гое пси­хи­че­ское состояние.

Про­ек­тив­ная иден­ти­фи­ка­ция — бес­со­зна­тель­ная попыт­ка навя­зать кому-либо роль, осно­ван­ную на сво­ей про­ек­ции, выра­жен­ной фан­та­зи­ей об этом человеке.

Про­ек­ция — оши­боч­ное вос­при­я­тие сво­их внут­рен­них про­цес­сов как при­хо­дя­щих извне.

Рас­щеп­ле­ние эго — пред­став­ле­ние о ком-либо как о толь­ко хоро­шем или толь­ко пло­хом, с вос­при­я­ти­ем при­су­щих ему качеств, не впи­сы­ва­ю­щих­ся в такую оцен­ку, как чего-то совер­шен­но отдельного.

Сома­ти­за­ция или кон­вер­сия — тен­ден­ция пере­жи­вать сома­ти­че­ский дис­тресс в ответ на пси­хо­ло­ги­че­ский стресс и искать в свя­зи с таки­ми сома­ти­че­ски­ми про­бле­ма­ми меди­цин­ской помощи.

Анну­ли­ро­ва­ние или Воз­ме­ще­ние — бес­со­зна­тель­ная попыт­ка «отме­нить» эффект нега­тив­но­го собы­тия путём созда­ния неко­е­го пози­тив­но­го события.

Вытес­не­ние, Подав­ле­ние или Репрес­сия — актив­ное, моти­ви­ро­ван­ное устра­не­ние чего-либо из сознания.

Выме­ще­ние, Заме­ще­ние или Сме­ще­ние — бес­со­зна­тель­ная пере­ори­ен­та­ция импуль­са или чув­ства с пер­во­на­чаль­но­го объ­ек­та на другой.

Игно­ри­ро­ва­ние или Избе­га­ние — кон­троль и огра­ни­че­ние инфор­ма­ции об источ­ни­ке пуга­ю­ще­го пси­хо­ло­ги­че­ско­го воз­дей­ствия либо иска­жён­ное вос­при­я­тие подоб­но­го воз­дей­ствия, его нали­чия или характера.

Интел­лек­ту­а­ли­за­ция — неосо­знан­ное стрем­ле­ние кон­тро­ли­ро­вать эмо­ции и импуль­сы на осно­ве раци­о­наль­ной интер­пре­та­ции ситуации.

Иден­ти­фи­ка­ция — отож­деств­ле­ние себя с дру­гим чело­ве­ком или груп­пой людей.

Изо­ля­ция аффек­та — уда­ле­ние эмо­ци­о­наль­ной состав­ля­ю­щей про­ис­хо­дя­ще­го из сознания.

Ком­пен­са­ция или Гипер­ком­пен­са­ция — при­кры­тие соб­ствен­ных сла­бо­стей за счёт под­чёр­ки­ва­ния силь­ных сто­рон или пре­одо­ле­ние фруст­ра­ции в одной сфе­ре сверху­до­вле­тво­ре­ни­ем в дру­гих сферах.

Мора­ли­за­ция — поиск спо­со­ба убе­дить себя в мораль­ной необ­хо­ди­мо­сти происходящего.

Отыг­ры­ва­ние, Отре­а­ги­ро­ва­ние вовне или Раз­ряд­ка — сня­тие эмо­ци­о­наль­но­го напря­же­ния за счёт про­иг­ры­ва­ния ситу­а­ций, при­вед­ших к нега­тив­но­му эмо­ци­о­наль­но­му переживанию.

Пово­рот про­тив себя или Ауто­агрес­сия — пере­на­прав­ле­ние нега­тив­но­го аффек­та по отно­ше­нию ко внеш­не­му объ­ек­ту на само­го себя.

Раз­дель­ное мыш­ле­ние — сов­ме­ще­ние вза­и­мо­ис­клю­ча­ю­щих уста­но­вок за счёт того, что про­ти­во­ре­чие меж­ду ними не осознаётся.

Раци­о­на­ли­за­ция — объ­яс­не­ние само­му себе сво­е­го пове­де­ния таким обра­зом, что­бы оно каза­лось обос­но­ван­ным и хоро­шо контролируемым.

Реак­тив­ное обра­зо­ва­ние, Реак­тив­ное фор­ми­ро­ва­ние или Фор­ми­ро­ва­ние реак­ции — защи­та от запрет­ных импуль­сов с помо­щью выра­же­ния в пове­де­нии и мыс­лях про­ти­во­по­лож­ных побуждений.

Ревер­сия — про­иг­ры­ва­ние жиз­нен­но­го сце­на­рия с пере­ме­ной в нём мест объ­ек­та и субъекта.

Регрес­сия — воз­врат к дет­ским моде­лям поведения.

Сек­су­а­ли­за­ция или Инстинк­ту­а­ли­за­ция — пре­вра­ще­ние чего-то нега­тив­но­го в пози­тив­ное за счёт при­пи­сы­ва­ния ему сек­су­аль­ной составляющей.

Суб­ли­ма­ция — пере­на­прав­ле­ние импуль­сов в соци­аль­но при­ем­ле­мую деятельность.

Примечания

[1] Сту­де­ни­ки­на М., Пуща­ев Ю., Нови­ко­ва Е. При­ют для буду­щих мам: от пла­на до вопло­ще­ния. — М., 2015. — 224 с.

[2] Стан­дар­ти­зи­ро­ван­ный метод иссле­до­ва­ния лич­но­сти, кото­рый пред­став­ля­ет собой адап­ти­ро­ван­ный к оте­че­ствен­ным усло­ви­ям опрос­ник MMPI (англ. Minnesota Multiphasic Personality Inventory — Мин­не­сот­ский мно­го­ас­пект­ный лич­ност­ный опросник).

[3] Закон «О пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи насе­ле­нию в горо­де Москве» № 43 от 7 октяб­ря 2009 года.

[4] Про­фес­си­о­наль­ный стан­дарт 03.008 «Пси­хо­лог в соци­аль­ной сфе­ре» утвер­жден при­ка­зом Мини­стер­ства тру­да и соци­аль­ной защи­ты Рос­сий­ской Феде­ра­ции № 682н от 18 нояб­ря 2013 года.

[5] Коч­ю­нас Р. Осно­вы пси­хо­ло­ги­че­ско­го кон­суль­ти­ро­ва­ния. — М.: Ака­де­ми­че­ский про­ект, 2009. — 240 с.

[6] Как это сде­лать — см. уже упо­ми­нав­шу­ю­ся кни­гу «При­ют для буду­щих мам: от пла­на до вопло­ще­ния» (М., 2015).

[7] См. Асса­джи­о­ли Р. Пси­хо­син­тез. Прин­ци­пы и тех­ни­ки. — М.: Инсти­тут обще­гу­ма­ни­тар­ных иссле­до­ва­ний, 2016. — 204 с.

[8] Сидо­ров П.В. Син­дром эмо­ци­о­наль­но­го выго­ра­ния. Кон­спект вра­ча / Меди­цин­ская газе­та. — № 43. — 8 июня. — 2005 год.

[9] См. онлайн-тест https://psytests.org/boyko/burnout.html (элек­трон­ный ресурс). Дата обра­ще­ния: 1.06.2020.

[10] Бой­ко В.В. Энер­гия эмо­ций в обще­нии: взгляд на себя и на дру­гих. — М.: Нау­ка, 1996. — 154 с.

[11] См. офи­ци­аль­ный сайт про­фес­си­о­наль­ной кор­по­ра­ции пси­хо­ло­гов Рос­сии (элек­трон­ный ресурс). Код досту­па: http://xn-nlabc.xn-plai/rpo/documentation/ethics.php (дата обра­ще­ния: 10.06.2020).

Обра­ща­ем ваше вни­ма­ние, что инфор­ма­ция, пред­став­лен­ная на сай­те, носит озна­ко­ми­тель­ный и про­све­ти­тель­ский харак­тер и не пред­на­зна­че­на для само­ди­а­гно­сти­ки и само­ле­че­ния. Выбор и назна­че­ние лекар­ствен­ных пре­па­ра­тов, мето­дов лече­ния, а так­же кон­троль за их при­ме­не­ни­ем может осу­ществ­лять толь­ко леча­щий врач. Обя­за­тель­но про­кон­суль­ти­руй­тесь со специалистом.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки