Дневник Великого поста — священник Александр Дьяченко

Дневник Великого поста — священник Александр Дьяченко


Фраг­мент

От автора

Доро­гой читатель!

В твоих руках днев­ник Вели­кого поста 2016 года и дру­гие мои записи раз­ных лет. В свое время, когда я писал эти тек­сты, совсем не думал, что все это сло­жится в нечто цель­ное и когда-то будет вос­тре­бо­вано. Но шло время, и отдель­ные, часто раз­роз­нен­ные по смыслу, неболь­шие тек­сты начали пре­вра­щаться в книжку, кото­рая своим назва­нием при­дает им общий еди­ный смысл.

Все нача­лось со звонка редак­тора одного ува­жа­е­мого мной пра­во­слав­ного изда­ния: «Батюшка, через месяц нач­нется Вели­кий пост. У нас в редак­ции роди­лась такая идея. Что, если самый обыч­ный сель­ский свя­щен­ник возь­мется спе­ци­ально для элек­трон­ного сайта нашего изда­ния опи­сать каж­дый свой посто­вой день. Пусть это будет хотя бы несколько слов, две-три строчки, а про­чи­тает их чело­век и полу­чит пищу для мыс­лей на целый день».

Честно ска­зать, выслу­шав такое пред­ло­же­ние, я засо­мне­вался: а будет ли мне что ска­зать боль­шому коли­че­ству чита­те­лей сайта такого ува­жа­е­мого жур­нала, да еще каж­дый день в тече­ние всего Вели­кого поста? Правда, через несколько дней мне пере­зво­нили, и все тот же чело­век, изви­нив­шись, сооб­щил, что в редак­ции решили отка­заться от этой идеи.

Они отка­за­лись, а у меня уже появи­лось жела­ние вспом­нить и посмот­реть свои преж­ние записи. Порой всего за несколь­кими нераз­бор­чи­выми фра­зами, сде­лан­ными впо­пы­хах каран­да­шом, скры­ва­ется исто­рия целой чело­ве­че­ской жизни, чьей-то радо­сти или чьих-то страданий.

Запи­шешь и наде­ешься, что через неделю вер­нешься к этой исто­рии и обя­за­тельно напи­шешь связ­ный рас­сказ, чтобы в про­цессе работы над ним поду­мать об этой встре­тив­шейся тебе судьбе. Пора­до­ваться за чело­века или пожа­леть его, может, даже попла­кать о нем и все­гда помолиться.

Хорошо, что в редак­ции отка­за­лись. Не полу­ча­ется у меня писать по заказу. Я уже про­бо­вал. Душа не отзо­вется, и ничего из такой затеи не выйдет.

Начался Вели­кий пост 2016 года, и как-то само собой стали вспо­ми­наться какие-то собы­тия и скла­ды­ваться в после­до­ва­тель­ные сюжеты. Не свя­зан­ный ника­кими обя­за­тель­ствами, я думал только об одном: ничего не забыть из того, о чем хоте­лось бы рассказать.

Писа­лось легко, даже когда к нам в гости на целую неделю при­е­хали обе наши малень­кие внучки. Помню, я садился за кла­ви­а­туру, а они в это время, устроив из моей спины импро­ви­зи­ро­ван­ную горку, заби­ра­лись ко мне на шею, а потом с хохо­том ска­ты­ва­лись вниз на диван.

Уди­ви­тельно, но даже в такие напря­жен­ные дни поста мне хва­тало вре­мени слу­жить поло­жен­ные службы в храме, посе­щать по домам боль­ных при­хо­жан, читать Псал­тирь, про­во­дить заня­тия вос­крес­ной школы и писать еже­днев­ные заметки у себя в блоге.

Чело­век вообще на мно­гое спо­со­бен, стоит ему только орга­ни­зо­вать свой рабо­чий день и пере­стать нера­диво отно­ситься к самой боль­шой дра­го­цен­но­сти — времени.

Как мог, я ста­рался подо­брать те или иные сюжеты в соот­вет­ствии с реально про­ис­хо­дя­щими в это время собы­ти­ями в храме или в моей соб­ствен­ной жизни. Ино­гда хоте­лось что-то пере­де­лать из напи­сан­ного прежде, доба­вить или сокра­тить. По-моему, только исто­рия, кото­рую я поме­стил в своем днев­нике в свет­лый день пас­халь­ного тор­же­ства, сохра­ни­лась пол­но­стью и без изме­не­ний. Потому как на пас­халь­ную тему ничего лучше, чем опи­сан­ная здесь встреча много лет назад с маль­чи­ком на желез­но­до­рож­ном вок­зале, создать мне так и не удалось.

Еще во вре­мена дет­ства неко­то­рые мои одно­класс­ники, осо­бенно девочки, имели обы­чай вести днев­ники. Это были именно лич­ные записи, не рас­счи­тан­ные на чте­ние чужими людьми. Я этого не делал. Теперь жалею. Мог бы запро­сто вер­нуться в свое соб­ствен­ное детство.

Сего­дня мно­гие ведут днев­ники, при этом, в отли­чие от нас тогдаш­них, ста­ра­ясь выне­сти свои мысли и чув­ства на все­об­щее про­чте­ние. Свя­щен­ники не ста­но­вятся здесь исклю­че­нием. И мы рас­ска­зы­ваем о своих наблю­де­ниях в надежде, что наши «мысли вслух» и наши выводы могут кому-то при­го­диться. Хотя бы для того, чтобы, читая, срав­ни­вать их со сво­ими соб­ствен­ными мыс­лями и делать какие-то свои выводы. В любом слу­чае это инте­ресно и небесполезно.

С ува­же­нием к тебе, мой доро­гой читатель,
автор, свя­щен­ник Алек­сандр Дьяченко

Дневник Великого поста

1-я седмица (14–20 марта)

Понедельник. Начало поста

Еще в конце про­шлой недели меня попро­сили молиться об одном моло­дом чело­веке, жителе слав­ного города Санкт-Петер­бурга по имени Мак­сим. Раньше я ничего о нем не слы­шал, он зна­ко­мый моих дру­зей. Дру­зья и попро­сили. Два­дцать семь лет, кро­во­из­ли­я­ние в мозг. Так бывает: истон­ча­ется какой-нибудь сосуд в голове, а потом при небла­го­при­ят­ных усло­виях лопа­ется, и тогда, как пра­вило, смерть.

Его роди­тели по при­чине болез­нен­но­сти млад­шего сына пере­ехали жить на Чер­ное море, а Мак­сим остался в суро­вом Петер­бурге. Удар слу­чился вне­запно, мама тут же при­мча­лась, он уже лежал в коме. Сде­лали опе­ра­цию, но мозг умер. Пару дней тело оста­ва­лось под­клю­чен­ным к аппа­рату искус­ствен­ного дыха­ния. Вчера, на Про­ще­ное вос­кре­се­нье, аппа­рат отклю­чили. Денег на похо­роны в обрез, потому меня и попро­сили отпеть его заочно. Сего­дня после утрен­ней службы совер­шил отпе­ва­ние. Пока ломал голову, как пере­дать освя­щен­ную землю, узнал, что еще при жизни Мак­сим про­сил в слу­чае смерти тело его сжечь, а прах раз­ве­ять вдоль Фин­ского залива. Залив — его люби­мое место.

Вспом­нился рас­сказ одного чело­века. В совет­ские годы он много лет отра­бо­тал в кре­ма­то­рии при Дон­ском мона­стыре, здесь же неда­леко он и жил. Помню, в рас­сказе меня пора­зила такая подроб­ность: ока­зы­ва­ется, хуже всего горит сердце. Порой от костей уже ничего не оста­лось, а сердце все еще сохра­няет форму. При­хо­ди­лось, чтобы сжечь, резать его на куски.

Сердце. Знал одного вете­рана войны. Чело­век вое­вал, начи­ная с бело­фин­ской и аж до побед­ного конца в 1945‑м. Шесть лет. Вер­нулся с войны и нико­гда ни на что не жало­вался. Перед самой кон­чи­ной с ним слу­чился обшир­ный инфаркт, и его при­везли в боль­ницу. Так ока­за­лось, что в при­ем­ном покое нет его реги­стра­ци­он­ной кар­точки. За всю жизнь этот чело­век ни разу не обра­тился к вра­чам. Уже потом, после вскры­тия, врач нашел его дочь и сказал:

— У вашего отца все сердце покрыто шра­мами от инфарк­тов. Я думаю, это все война. Непо­нятно, как он вообще жил с таким мотором.

Когда собра­лись хоро­нить, народу при­шло про­ститься видимо-неви­димо. Хотели за гро­бом нести его награды, у него одних только орде­нов Славы две штуки, не счи­тая всего осталь­ного. Суну­лись — нет наград. Ока­за­лось, когда за ордена пла­тили, тогда вете­раны их берегли, а как пере­стали пла­тить, ордена вме­сто игру­шек отдали детям.

Стр. 1 из 18 Следующая

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 Комментарий

  • Татьяна, 09.03.2020

    Очень достой­ное чте­ние, душевное..

    Ответить »
Открыть весь текст
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки