Сказки на всякий случай — Евгений Клюев

Сказки на всякий случай — Евгений Клюев

(6 голосов3.8 из 5)

Оглавление

Отрывной календарь
Маленький старательный веер
Никому неизвестная букашка изумрудного цвета
Разводной мост
ОДИН ОЧЕНЬ БОЛЬШОЙ САЛЮТ
Водосточная труба, исполнявшая фугу
Подтяжки со связями
Рассеянный воздушный поцелуй
Лёгкое облачко пены
Глупый безымянный побег
Просто апельсиновая корочка
Барабан, который умел ужасно громко стучать
Засушенный букет красных роз
Дурацкая бахрома
Заезженная пластинка
Торт, который было грех есть
Капризный шарфик в шотландскую клетку
Увлекательное путешествие одного чайного пакетика
Китайский болванчик
Балетные туфельки
Понедельник, день тяжёлый
История об одном невероятно глупом мастерке
Песочные часы
Солнечный зайчик без роду и племени
Плющ, который карабкался, и карабкался, и карабкался
Зелёный человечек и красный человечек
Плетёное кресло-качалка
Клетчатая бумага, которая терпела сколько могла
История про одно доброе утро
Большая шишка на маленькой голове
Очки для дали и очки для близи
Дырка от бублика
Шоколадные яйца и шоколадное яйцо
Старая труба, любившая пускать дым колечками
Глиняный свисток
Дорожка, посыпанная гравием
Короткое путешествие одной улыбки
Душистый горошек
Обыкновенная мусорная яма
Трамвайный билет, задумывавшийся о вечном
Загадка, которая никак не отгадывалась
Старинный сундук со всяким добром
Толстый червяк, обладавший даром красноречия
Свечной огарок
Позолоченная рама
Лестничка наверх
Маленькое скверное слово
Одноразовый стаканчик
Стрела, пущенная из лука
Указка, которая знала всё
Фрак со стажем
Раковина с океаном внутри
Лавровый лист, разочарованный в жизни
Настенный барометр, который частенько врал
Старые качели
Бумажная птичка, обиженная на ураган
Очень хорошая книга, которая совсем расклеилась
Сардины в масле
Одно зловещее заклинание
Зеркало, которое не хотело отражать ничего
Крохотная волна, очень спешившая к берегу
Кисть рябины
Тень, брошенная на асфальт
Детский танец на лужайке
Высокомерная башня над старым городом
Светлое пятнышко на сером заборе
Перочинный ножик
Синий бумеранг
Шариковая ручка на два километра
Громоздкий фонтан, полный монет
Шерстяной плед, отслуживший своё
Великий художник современности по имени Губная Помада
Тяжёлый магнит необычайной притягательной силы
Деревянная лошадка
Цапля и… ещё одна цапля
Бутафорские фрукты
Главнокомандующая пушинка
Очень большой колокол и очень маленький колокольчик
Прогулка по городу в обществе кленового листа
Трёхколёсный велосипед

Отрывной календарь

У Отрыв­ного Кален­даря всё было рас­счи­тано: по одному листку на каж­дый день. А всего, стало быть, три­ста шесть­де­сят пять лист­ков — ровно столько же, сколько дней в году. И пове­сили его тоже с рас­чё­том: строго посе­ре­дине стены.

«Почёт­ное место…» — поду­мал Отрыв­ной Кален­дарь и даже немножко засмущался.

Да и любой на его месте засму­щался бы: шуточ­ное ли дело — висеть у всех на виду! Тут хочешь не хочешь, а будешь сле­дить за собой.

Уже через несколько минут Отрыв­ной Кален­дарь пере­зна­ко­мился с оби­та­те­лями квар­тиры: их было много — и они были такие раз­ные! Каж­дый радушно попри­вет­ство­вал его и пред­ста­вился. Отрыв­ной Кален­дарь вся­кий раз гово­рил: «Очень при­ятно!» — и тоже пред­став­лялся в ответ. С ними ему пред­сто­яло про­жить дол­гую и инте­рес­ную жизнь, что Отрыв­ной Кален­дарь, конечно, ужасно радо­вало — и радость эта была прямо напи­сана у него на лице.

— Дайте-ка я про­чту, что у Вас на лице напи­сано, — при­смот­ре­лась к нему Кар­тина-с-Про­ти­во­по­лож­ной-Стены и про­чла: — «Радость». А по какому поводу радость? — спро­сила она.

— По поводу жизни, — охотно отве­тил Отрыв­ной Кален­дарь. — Дол­гой и инте­рес­ной жизни.

— Дол­гой и инте­рес­ной? — рас­хо­хо­та­лась Кар­тина-с-Про­ти­во­по­лож­ной-Стены. — Жизнь коротка и скучна!

Отрыв­ной Кален­дарь хотел было воз­ра­зить, что если жизнь дей­стви­тельно коротка и скучна, то зачем же, дескать, её жить… но смол­чал: он пока ещё знал про жизнь не так много, чтобы настаивать.

А утром сле­ду­ю­щего дня с него сорвали пер­вый листок — пер­вого января как не бывало! Так и пошла впе­рёд его жизнь — день за днём: вто­рое января, тре­тье, чет­вёр­тое… фев­раль, март. И каж­дый день был полон собы­тий, о кото­рых ему надо было успеть напом­нить всем в доме. Два дня назад, напри­мер, был пер­вый день весны — самое важ­ное собы­тие в году!

— Про­стите, если это слиш­ком лич­ный вопрос, — обра­ти­лась к нему одна­жды в апреле Тол­стен­ная Пова­рен­ная Книга, — но какая у Вас диета.

— Какая у меня… что? — уди­вился Отрыв­ной Кален­дарь. Отрыв­ной Кален­дарь не заме­чал, что худеет на гла­зах. Да и когда было заме­чать? Жизнь так нра­ви­лась ему и каза­лась такой дол­гой и инте­рес­ной, что дни про­ле­тали совсем незаметно!

— Он про­сто ведёт непра­виль­ный образ жизни! — вме­ша­лось Лени­вое Кресло.

— Это как же? — оза­да­чился Отрыв­ной Календарь.

— Да так… рас­тра­чи­ва­ете свою жизнь направо и налево — вот и худе­ете! Между тем жизнь коротка и скучна — её надо беречь.

Отрыв­ной Кален­дарь хотел было воз­ра­зить, что если жизнь дей­стви­тельно коротка и скучна, то чего ж её тогда, дескать, беречь… но смол­чал: он пока ещё знал про жизнь не так много, чтобы настаивать.

А она, между тем, шла и шла — дел было хоть отбав­ляй! Да и дни ста­но­ви­лись всё короче: вот одна минута убыла от свет­лого вре­мени суток, вот две, вот три… и об этом тоже надо было неустанно напо­ми­нать — чтобы все успе­вали исполь­зо­вать отпуска и кани­кулы до послед­ней минуты. А пер­вого сен­тября дети должны были ещё не забыть пойти в школу… Ах, какая же всё-таки раз­но­об­раз­ная она, эта жизнь, какая дол­гая и интересная!

— Вы, доро­гой мой, рабо­та­ете на износ, — в сере­дине октября обра­ти­лась к Отрыв­ному Кален­дарю очень щадив­шая себя Хру­сталь­ная Люстра, кото­рую зажи­гали только по боль­шим празд­ни­кам. — Так нельзя. От Вас уже прак­ти­че­ски ничего не осталось.

— Разве? — уди­вился Отрыв­ной Кален­дарь и рас­се­янно доба­вил: — А я и не заме­чаю! Но стоит ли об этом вообще думать, когда перед тобой такая дол­гая и инте­рес­ная жизнь?

— Вы всё о том же! — усмех­ну­лась Хру­сталь­ная Люстра. — Так и не поняли ничего за целый год… Гово­рят же Вам все вокруг: жизнь коротка и скучна!

Отрыв­ной Кален­дарь хотел было воз­ра­зить, что если жизнь дей­стви­тельно коротка и скучна, то чего ж тогда, дескать, себя щадить… но смол­чал: он пока ещё знал про жизнь не так много, чтобы настаивать.

И вот насту­пил самый хло­пот­ли­вый месяц в году, декабрь. Дни убы­вали теперь уже со страш­ной ско­ро­стью — и темно ста­но­ви­лось чуть ли не сразу после полу­дня. А при­бли­зи­тельно с сере­дины месяца все про­сто сби­лись с ног: при­шло время подар­ков. Листки с Отрыв­ного Кален­даря сле­тали так быстро, что он даже не успе­вал про­во­жать их взгля­дом, — до тех пор, пока не остался послед­ний, 31 декабря.

— Ну, вот и всё, — под­вело за Отрыв­ной Кален­дарь итог его жизни Лени­вое Кресло. — Так бывает с каж­дым, кто воз­ла­гает на себя неподъ­ём­ные задачи. Жизнь слиш­ком коротка и скучна — и нико­гда не сле­дует торопиться.

Стр. 1 из 61 Следующая

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Открыть весь текст
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки