- 25 мая 1985 г.
- 29 мая
- 30 мая
- 31 мая
- 6 июня
- 18 июня
- 27 июня
- 2 июля
- 2 июля
- 15 июля
- 17 июля
- 19 августа 1985 г.
- 21 августа 1985 г.
- 22 августа
- 29 августа
- 30 августа
- Из дневника старца Варнавы 14 августа 1923 г. (четверг)
- 29 сентября 1985 г.
- 20 октября
- 22 октября
- 1 ноября
- 18 ноября
- 19 ноября
- 20 ноября
- 19 декабря
- 23 декабря
- 3 января 1986 г.
- 14 января
- 17 февраля
- 17 марта
- 21 марта
- 23 марта
- 27 апреля
- 30 апреля
2 июля
Появление в храме Василия вызвало у меня почти стрессовое состояние, и я не сразу придал должное значение тому, что, прежде чем отправиться ко мне, он был в исполкоме и беседовал с «черненьким», «плюгавеньким», «похожим на цыгана», у которого «один глаз меньше другого». Это Валентин Кузьмич послал Василия на «верное дело». Он предпринял попытку физически расправиться со мной. Валентин Кузьмич готов идти на все, его ничто не остановит. Без воли Божией, конечно, и волосок не упадет с моей головы, и все-таки нужно быть осторожным.
Вспомнив о своем разговоре с Юрием Петровичем Лужиным, я попросил Петра обследовать аналой, и тот действительно обнаружил вмонтированные в него микрофон и миниатюрный радиопередатчик. Встал вопрос о том, что делать с ними. Прямодушный и прямолинейный Петр предложил немедленно выдрать их. Его младший брат, обычно просчитывавший на несколько ходов дальше, посоветовал оставить все как есть. «Во-первых, — сказал он, — те, кому нужно, все равно внедрят к нам эти штуки, только более хитроумным и коварным способом, и мы уже не будем знать об этом, а, во-вторых, оставив микрофон и передатчик в аналое, мы сможем водить их за нос, дурачить, говорить им то, что нам выгодно». Андрей был прав, конечно. Но мне претило действовать методом Валентина Кузьмича. Наше ли дело «водить за нос» и «дурачить»? Поэтому я сказал Петру: «Выдирай!» — что он и сделал с огромным удовольствием.
В тот же день, во время вечерни, Андрей вошел в алтарь и сказал мне:
— Там тип… оттуда… вертится около аналоя.
Я выглянул в боковую алтарную дверцу. «Тип» опустился на колени и, почти распластавшись на полу якобы в молитвенном экстазе, пытался нащупать рукой заделанное Петром отверстие в аналое. Он не заметил, как я подошел к нему.
— Там уже ничего нет, — сказал я. — Встаньте и идите с Богом.
Тот поспешно вскочил на ноги, ухмыльнулся и, воровато озираясь, стал пробираться сквозь толпу к выходу.
«Господи, — с горечью подумал я, — а ведь этот человек выполняет свои служебные обязанности. Это его работа, за которую ему платят деньги, и, вероятно, неплохие, учитывая нервные перегрузки, такие, как сегодня, и постыдность, мерзость такой работы… Ведь не может же он этого не сознавать! И как, должно быть, стыдно вот так, воровато озираясь, пробираться сквозь толпу, чувствуя на себе, пристальные, осуждающие взгляды! И самое противоестественное заключается в том, что эти люди, к которым он пришел тайком, как злоумышленник, платят ему за его работу! Чудовищно и непостижимо!»
Комментировать