Как сохранить живую веру и чистоту до брака<br><span class="bg_bpub_book_author">Священник Константин Коман</span>

Как сохранить живую веру и чистоту до брака
Священник Константин Коман

(1 голос5.0 из 5)

Отец Кон­стан­тин Коман (р. 1953 г.) – док­тор бого­сло­вия, уче­ник гре­че­ско­го уче­но­го Сав­вы Агу­ри­ди­са, про­фес­сор кафед­ры биб­лей­ско­го бого­сло­вия Буха­рест­ско­го бого­слов­ско­го факуль­те­та им. Пат­ри­ар­ха Иусти­ни­а­на; он про­во­дит боль­шую науч­ную, пере­вод­че­скую, мис­си­о­нер­скую и пас­тыр­скую работу.

– Как моло­де­жи сохра­нить живую веру в таком секу­ля­ри­зо­ван­ном обще­стве, как нынешнее?

– Пер­вое и самое важ­ное усло­вие, без кото­ро­го нель­зя, – это желать иметь живую, дея­тель­ную веру. Если моло­дой чело­век со всей после­до­ва­тель­но­стью будет при­дер­жи­вать­ся это­го жела­ния и твер­до и чет­ко (для себя само­го, но более все­го – для Бла­го­го Бога) выра­жать эту свою волю, то я не сомне­ва­юсь, что он полу­чит от Бога дар и силу веры. Нуж­но иметь в виду, что чело­век по само­му сво­е­му устро­е­нию не может сам быть субъ­ек­том доб­ро­го дела, а толь­ко как сотруд­ник Бога, как Божий со-работ­ник. Таки­ми нас спро­ек­ти­ро­вал и создал Бог. Сам по себе чело­век ниче­го не может сде­лать, даже верить.

Думаю, что то, чего тре­бу­ет от нас Бог в каче­стве пер­во­на­чаль­но­го дви­же­ния, кото­рое под­твер­ди­ло бы наш ста­тут сво­бод­ной тва­ри, – это изъ­яв­ле­ние нашей воли сде­лать и стя­жать что-то. Так что ответ будет таким: что­бы сна­ча­ла стя­жать живую веру и затем сохра­нить ее, моло­дой и вооб­ще любой чело­век дол­жен преж­де хотеть и выра­жать это. Выра­же­ние пред Богом нашей воли иметь живую веру или что бы то ни было еще, как мы все зна­ем, назы­ва­ет­ся молит­вой. Итак, будем желать и выра­жать свое жела­ние в молитве. …

– Как сохра­нить чисто­ту до бра­ка под дав­ле­ни­ем тако­го мно­же­ства про­ти­во­по­лож­ных образ­цов и при­ме­ров? Как мне убе­дить другого?

– Я поза­им­ствую ответ из преды­ду­ще­го вопро­са. Пер­вое усло­вие – хотеть это­го, при­чем хотеть твер­до. Затем выска­зы­вать, выра­жать эту волю перед нашей соб­ствен­ной сове­стью и осо­бен­но перед Богом в молит­ве. Я хотел бы, что­бы эти сло­ва не были вос­при­ня­ты как некие клише.

Это вер­но, что совре­мен­ное обще­ство ока­зы­ва­ет чрез­вы­чай­но силь­ное дав­ле­ние в этом вопро­се. Но тем боль­ше будет награ­да тому, кто смо­жет про­ти­во­стать это­му давлению.

Нам не нуж­ны допол­ни­тель­ные аргу­мен­ты. Все зна­ют, что это хоро­шо и пред­по­чти­тель­но – соблю­дать плот­скую чисто­ту, но усту­па­ют, при­во­дя само­му себе деше­вые и лож­ные аргу­мен­ты, сре­ди кото­рых чаще все­го фигу­ри­ру­ет ква­зи-все­об­щая повя­зан­ность гре­хом. Чело­век лице­ме­рен: хотя в глу­бине души он зна­ет, что такое хоро­шо и что такое пло­хо, но при­со­еди­ня­ет­ся к таким идео­ло­ги­ям, кото­рые лож­но леги­ти­ми­ру­ют его гре­хов­ные удо­воль­ствия, грех.

Пар­ням я бы ска­зал, что муже­ство заклю­ча­ет­ся и выра­жа­ет­ся в само­об­ла­да­нии, а не уступ­ке вся­ко­го рода соблаз­нам. Я убеж­ден, что нынеш­ний огром­ный нрав­ствен­ный кри­зис и огром­ный кри­зис семьи ста­ли резуль­та­том утра­ты муж­чи­ной муже­ства, то есть поте­ри им самообладания.

Я счи­таю, что фун­да­мен­таль­ной харак­тер­ной чер­той муже­ствен­но­сти явля­ет­ся само­об­ла­да­ние. Боль­шин­ство муж­чин не дости­га­ют зре­ло­сти само­об­ла­да­ния и, как след­ствие, не дости­га­ют зре­ло­сти мужества.

Что каса­ет­ся того, что­бы убе­дить дру­го­го, то об этом [о сохра­не­нии чисто­ты] нель­зя гово­рить, пока ты в том сам не убеж­ден. А если ты убеж­ден, то най­дешь аргу­мен­ты, что­бы убе­дить и дру­го­го. Если же наше сло­во неубе­ди­тель­но, то это озна­ча­ет, что оно не укреп­ле­но нашей лич­ной убеж­ден­но­стью и опы­том, оно дема­го­гич­но. И такое слу­ча­ет­ся очень часто. Мы обма­ны­ва­ем­ся таким лож­ным уте­ше­ни­ем, что, мол, «если я сам не делаю доб­ро­го дела, то хотя бы дру­го­му вну­шу, что­бы он его делал». Если бы свя­щен­ни­ки и учи­те­ля были чест­нее с сами­ми собой и сми­рен­нее, хотя бы давая понять, что они сами немощ­ны, то их сло­во име­ло бы боль­ше силы.

– Модель «удач­ной про­фес­си­о­наль­ной карье­ры», так раз­ду­тая сред­ства­ми мас­со­вой инфор­ма­ции и полу­чив­шая рас­про­стра­не­ние в обще­стве, в кото­ром мы живем, всту­па­ет в про­ти­во­ре­чие с бра­ком, на пер­вой фазе откла­ды­вая его на потом, а на вто­рой – уду­шая его. Каким может быть выход для нас?

– Это вер­но, сего­дня моло­дежь стал­ки­ва­ет­ся с этим вызо­вом, как пар­ни, так и девуш­ки. Я боль­шой тра­ди­ци­о­на­лист. Я вырос в селе, в окру­же­нии, силь­но уко­ре­нен­ном в ста­рых поряд­ках. А потом опыт под­твер­дил, что при­о­ри­те­том в жиз­ни явля­ет­ся выпол­не­ние со всей чет­ко­стью наше­го спе­ци­фи­че­ско­го при­зва­ния – муж­ско­го, с одной сто­ро­ны, и жен­ско­го, с дру­гой. Рань­ше любо­го про­фес­си­о­наль­но­го при­зва­ния мы долж­ны отве­тить на этот зов нашей соб­ствен­ной природы.

С этой точ­ки зре­ния, если отло­жить в сто­ро­ну исклю­че­ния, то обыч­но для муж­чи­ны и жен­щи­ны пер­во­оче­ред­ным явля­ет­ся испол­не­ние сво­е­го при­зва­ния – муж­ско­го и, соот­вет­ствен­но, жен­ско­го. И это испол­не­ние реа­ли­зу­ет­ся в соче­та­нии дво­их, из како­во­го соче­та­ния полу­ча­ет­ся семья. Это при­о­ри­тет, отно­ся­щий­ся к само­му есте­ству. Осталь­ные вызо­вы или при­зва­ния жиз­ни вто­рич­ны по отно­ше­нию к это­му, они под­чи­не­ны ему.

Име­ют­ся и исклю­че­ния, конеч­но. Напри­мер, мона­ше­ство, с одной сто­ро­ны, или исклю­чи­тель­ное при­зва­ние к той или иной про­фес­сии: в этих ситу­а­ци­ях пере­сту­па­ют через рам­ки при­зва­ния к соче­та­нию или жерт­ву­ют им. Абсо­лют­но необ­хо­ди­мо иметь чув­ство иерар­хии цен­но­стей и затем чув­ство меры, что­бы пре­одо­леть иску­ше­ние кон­фис­ка­ции чело­ве­че­ской лич­но­сти про­фес­си­ей или слу­же­ни­ем. Необ­хо­ди­мы рас­су­ди­тель­ность и муже­ство при­нять и акти­ви­ро­вать дар само­вла­стия чело­ве­че­ской лич­но­сти. Чело­век дол­жен не давать пора­бо­тить себя ничем. Не надо фата­ли­сти­че­ски ссы­лать­ся на кон­текст. Бог идет навстре­чу тем дерз­но­вен­ным, у кото­рых име­ет­ся чув­ство само­вла­стия чело­ве­ка над обсто­я­тель­ства­ми, каки­ми бы важ­ны­ми они ни казались.

– Что необ­хо­ди­мо, что­бы иметь счаст­ли­вую семей­ную жизнь?

– Я был опти­ми­стич­нее в моло­до­сти. Теперь я пес­си­ми­стич­ней. Опыт несколь­ких деся­ти­ле­тий семей­ной жиз­ни, а осо­бен­но духов­ный кон­такт с огром­ным коли­че­ством семей суще­ствен­но уме­рил мой юно­ше­ский энту­зи­азм. Я и на сей раз отве­чу так: для того, что­бы иметь счаст­ли­вую семью, нуж­но, преж­де все­го, все­ми сила­ми хотеть этого.

Вам пока­жет­ся назой­ли­вым мое наста­и­ва­ние на этом, но тоже по сво­е­му опы­ту ска­жу вам, что супру­ги ско­рее хотят спра­вед­ли­во­сти в семье, чем сча­стья. Я пред­ла­гаю им на испо­ве­ди ска­зать вслух, что они хотят счаст­ли­во­го бра­ка, и в боль­шин­стве сво­ем они даже это­го не могут сказать.

Я имею в виду тех, кто был раз­дав­лен рути­ной и инер­ци­ей семей­ной жиз­ни. До бра­ка и в самом его нача­ле все гово­рят, что хотят счаст­ли­вой семей­ной жиз­ни, и даже дей­стви­тель­но хотят ее. А когда столк­нут­ся с кон­кре­ти­кой супру­же­ства, ско­рее быва­ют охва­че­ны навяз­чи­вым жела­ни­ем вый­ти пра­вым в спо­ре с дру­гим, оправ­дать­ся. И, как след­ствие, не видят сча­стья ина­че, как при том усло­вии, что­бы всё было по его воле и что­бы дру­гой отка­зал­ся от сво­ей право­ты, испра­вил­ся, стал таким, каким тот хочет его видеть.

Успех семей­ной жиз­ни зави­сит от уров­ня лич­ной само­ре­а­ли­за­ции, а уро­вень лич­ной само­ре­а­ли­за­ции задан мерой нашей спо­соб­но­сти к само­по­жерт­во­ва­нию, жертвенностью.

Семей­ная жизнь пред­по­ла­га­ет ответ на самое важ­ное при­зва­ние, вызов жиз­ни – любить дру­го­го. Или: любовь к дру­го­му пред­по­ла­га­ет само­по­жерт­во­ва­ние. Огром­ный вызов заклю­ча­ет­ся не в том, что­бы иметь дру­го­го, а в том, что­бы отда­вать себя ему! Если эта логи­ка пере­вер­ну­та, то анну­ли­ру­ет­ся любой шанс само­ре­а­ли­за­ции в семей­ной жиз­ни, и она ста­но­вит­ся бес­по­лез­ной мукой.

Жизнь чело­ве­ка – это вели­кий дар, огром­ная тай­на, вос­хи­ти­тель­ная все­лен­ная, непри­ступ­ная глу­би­на, чудо. Поэто­му ответ­ствен­ность чело­ве­ка огром­на. Мы при­кла­ды­ва­ем всю свою волю, что­бы реа­ли­зо­вать мно­гое в сво­ей жиз­ни, ино­гда что-нибудь про­сто незна­чи­тель­ное, но почти ни капель­ки воли не при­кла­ды­ва­ем для того, что­бы любить. Обма­ны­ва­ем­ся тем, что любовь – нечто при­хо­дя­щее само по себе. Сме­ши­ва­ем ее с плот­ским вле­че­ни­ем чаще все­го. Но нет ниче­го более оши­боч­но­го! И тем не менее боль­шин­ство из нас попа­да­ет­ся в этот кап­кан. Одна­ко не может быть спо­соб­ным любить тот, кто неопре­де­лен, несо­зна­те­лен, кто про­жи­ва­ет свою жизнь на уровне пер­вич­ных инстинк­тов. Что­бы любить, необ­хо­ди­мо мак­си­маль­ное душев­ное, духов­ное трез­ве­ние, необ­хо­ди­мо чистое чувство.

Дру­гим аспек­том, более прак­ти­че­ским и несколь­ко более доступ­ным, явля­ет­ся твер­дое пре­бы­ва­ние в сво­ей соб­ствен­ной при­ро­де. Соче­та­ние муж­чи­ны с жен­щи­ной будет настоль­ко успеш­нее, насколь­ко муж­чи­на утвер­жден в сво­ей муже­ской при­ро­де, насколь­ко он явля­ет­ся муж­чи­ной как тако­вым, и насколь­ко жен­щи­на утвер­жде­на в сво­ей жен­ской при­ро­де, насколь­ко она явля­ет­ся женщиной.

Если кто-нибудь спра­ши­ва­ет, что зна­чит твер­до пре­бы­вать в сво­ей соб­ствен­ной при­ро­де, то тем самым он дока­зы­ва­ет, что у него нет чув­ства и созна­ния соб­ствен­но­го есте­ства, и это явля­ет­ся для него про­бле­мой. Усво­е­ние соб­ствен­но­го есте­ства начи­на­ет­ся со зна­ком­ства с ним. Зна­ком­ство же начи­на­ет­ся с ана­то­мии, но не закан­чи­ва­ет­ся ею, пото­му что муж­ская при­ро­да явля­ет­ся муж­ской во всех сво­их аспек­тах и как еди­ное целое тоже, рав­но как и жен­ская при­ро­да явля­ет­ся жен­ской во всех сво­их аспек­тах и как еди­ное целое.

Боль­ше все­го про­блем в семей­ной жиз­ни про­ис­хо­дит из пута­ни­цы, царя­щей в каж­дом из субъ­ек­тов, каса­тель­но спе­ци­фи­ки его соб­ствен­ной при­ро­ды. Сей­час не вре­мя подроб­но обсуж­дать этот аспект. Ска­жу толь­ко, что в том, что каса­ет­ся соче­та­ния с жен­щи­ной, муж­чи­на ода­рен таким есте­ством, кото­рое будет слу­жить спе­ци­фи­че­ско­му дару его при­ро­ды – спе­ци­фи­че­ско­му по отно­ше­нию к жен­щи­нам – а имен­но власт­во­вать над жен­щи­ной, а жен­щи­на ода­ре­на есте­ством, кото­рое будет слу­жить покор­но­сти муж­чине. Это может быть дока­за­но начи­ная с самых малых частей тела и кон­чая сово­куп­но­стью спе­ци­фи­че­ских про­яв­ле­ний естества.

Муже­ствен­ность, как мы гово­ри­ли выше, про­яв­ля­ет­ся в спо­соб­но­сти власт­во­вать, кото­рая начи­на­ет­ся с само­об­ла­да­ния. Кри­зис сего­дняш­ней семьи про­ис­те­ка­ет не из отпа­де­ния жен­щи­ны от усло­вия под­чи­нять­ся мужу, а из того фак­та, что муж­чи­ны не дости­га­ют акти­ва­ции сво­е­го дара само­об­ла­да­ния. Пер­вой, кто чув­ству­ет, что муж­чи­на не хозя­ин себе, а зна­чит, не может осу­ществ­лять и власт­во­ва­ние над нею, явля­ет­ся его супруга.

В этом слу­чае жен­щине очень труд­но быва­ет под­чи­нять­ся муж­чине немощ­но­му, сла­бо­му, незре­ло­му. Выхо­дом будет то, что­бы эти двое хоро­шо изу­чи­ли свои воз­мож­но­сти и немо­щи и помо­га­ли друг дру­гу пре­одо­ле­вать их. Тут осно­во­по­ла­га­ю­щим явля­ет­ся вза­и­мо­по­ни­ма­ние. Про­яви пони­ма­ние по отно­ше­нию к другому.

– Иметь детей сего­дня ста­ло чем-то неже­лан­ным: это предра­зу­ме­ва­ет болезнь [рож­де­ния], забо­ты, уста­лость, стресс, финан­со­вые уси­лия. Что нам дает ребенок?

– Я бы не согла­сил­ся с вашим утвер­жде­ни­ем. По мое­му опы­ту, думаю, сей­час мало-пома­лу воз­вра­ща­ют­ся к рож­де­нию несколь­ких детей в семье. Думаю, мало таких, кто совсем не хочет иметь детей по при­чи­нам, кото­рые вы пере­чис­ли­ли. Невоз­мож­но утра­тить есте­ствен­ный инстинкт дето­рож­де­ния. Мне извест­ны семьи в моем окру­же­нии, родив­шие не толь­ко боль­ше двух, но и трех детей, четы­рех и так далее. С ребен­ком свя­за­ны забо­ты, уста­лость, самые раз­ные тру­ды, но он впи­сы­ва­ет­ся в есте­ство жизни.

Кто отка­зы­ва­ет­ся рожать, тот вста­ет в позу осуж­де­ния соб­ствен­но­го рож­де­ния. Его само­го не было бы, если бы роди­те­ли дума­ли так же. Бог создал мир таким, что­бы мы рож­да­лись и рожали.

Ребе­нок вно­сит пол­но­ту, радость, вкус чисто­ты, невин­но­сти, кра­со­ты, непо­роч­но­сти. Не думаю, что необ­хо­ди­мо рато­вать за рож­де­ние детей. Это само по себе ясное дело.

Ребе­нок очень содей­ству­ет упро­че­нию семьи. Ребе­нок объ­еди­ня­ет супру­гов, как гово­рят. Он жела­те­лен и пото­му, что при­зы­ва­ет обо­их роди­те­лей вый­ти из сво­е­го эго­из­ма вдво­ем. Вме­сте они теперь могут отно­сить­ся к неко­е­му тре­тье­му, в ком нахо­дят себя в рав­ной мере, к чему-то очень сво­е­му, что, одна­ко, пред­став­ля­ет собой отдель­ную личность.

При всем том необ­хо­ди­мо ска­зать, что союз двух пред­став­ля­ет собой брак как тако­вой, а ребе­нок явля­ет­ся пло­дом семей­ной жиз­ни. Одна­жды, когда дети вырас­та­ют боль­ши­ми, они отры­ва­ют­ся от роди­те­лей, и двое супру­гов оста­ют­ся вме­сте и даль­ше, до кон­ца. Гово­рю это пото­му, что име­ет­ся очень рас­про­стра­нен­ное иску­ше­ние пре­вра­тить отно­ше­ния с ребен­ком в заме­ни­тель отно­ше­ний с дру­гим супру­гом. Есть мно­го таких роди­те­лей, кото­рые эми­гри­ру­ют в отно­ше­ния с детьми, пыта­ясь таким обра­зом избе­жать труд­но­стей, а осо­бен­но тре­бо­ва­ний, предъ­яв­ля­е­мых отно­ше­ни­я­ми с дру­гим супругом.

– Зачем нуж­но иметь боль­ше двух детей?

– По мое­му опы­ту, един­ствен­ный ребе­нок вырас­та­ет с боль­шим недо­стат­ком, от кото­ро­го не избав­ля­ет­ся всю жизнь, – тер­петь вся­че­ское дав­ле­ние, исхо­дя­щее со сто­ро­ны роди­те­лей, окру­жа­ю­щей сре­ды и самой жиз­ни. То, что изли­ва­лось бы на двух, трех или боль­ше детей, изли­ва­ет­ся теперь на одно­го: меч­ты и чая­ния роди­те­лей, опа­се­ния, рис­ки, тре­во­ги буду­ще­го, дилем­мы, вари­ан­ты и т.д. Эти прес­син­ги обыч­но обо­ра­чи­ва­ют­ся для него явным затруд­не­ни­ем при при­ня­тии реше­ний. Един­ствен­ный ребе­нок с боль­шим тру­дом при­ни­ма­ет реше­ния, он посто­ян­но балан­си­ру­ет меж­ду про­ти­во­по­лож­ны­ми реше­ни­я­ми, меж­ду воз­мож­ны­ми вари­ан­та­ми. Я знал мно­го подоб­ных случаев.

Мы уже не гово­рим об отсут­ствии навы­ка делить­ся с дру­гим веща­ми, подар­ка­ми. Это фак­ти­че­ски то же самое! Вто­рой ребе­нок при­хо­дит с важ­ным реше­ни­ем: всё будет делить­ся попо­лам. Но тут оста­ет­ся риск воз­ник­но­ве­ния спо­ра «ты или я». И лишь тре­тий ребе­нок (и осталь­ные так­же в рав­ной мере) выво­дит дво­их из ситу­а­ции спо­ра: «Уже не толь­ко я и ты, но есть еще и он».

Спор или борь­ба дво­их тоже фор­ми­ру­ет ущерб­ную пси­хо­ло­гию. Ребе­нок, вырос­ший с одним бра­том или сест­рой, будет в каж­дом видеть чело­ве­ка, с кото­рым ему пред­сто­ит спо­рить или делить ситу­а­ции, вещи и т.д. И толь­ко появ­ле­ние тре­тье­го ста­вит детей в есте­ствен­ное рус­ло бытия, в кото­ром всё делит­ся на три, как на это ука­зы­ва­ют и лич­ные место­име­ния: я, ты и он.

Хри­сти­ан­ское бого­сло­вие утвер­жда­ет бытие в Тро­и­це в каче­стве обра­за совер­шен­но­го бытия. Люди созда­ны по обра­зу Пре­свя­той Тро­и­цы. Отец Думит­ру Стэни­ло­ае на стра­ни­цах сво­их досто­па­мят­ных тру­дов выяв­ля­ет важ­ность пони­ма­ния мира по обра­зу Боже­ствен­ной Тро­и­цы. Отно­ше­ния меж­ду мной и тобой непол­ны, если у них нет сви­де­те­ля, в кото­ром они отра­жа­лись бы, кото­рый под­твер­ждал бы их и сви­де­тель­ство­вал о них.

– Како­вы глав­ные предубеж­де­ния и ошиб­ки в отно­ше­ни­ях с духов­ни­ком? Чего мож­но тре­бо­вать и ожи­дать от духовника?

– Это дей­стви­тель­но очень слож­ная и крайне важ­ная тема. Оста­нов­люсь пока на двух момен­тах, кото­рые сра­зу при­хо­дят мне в голо­ву и кото­рые, я счи­таю, ока­зы­ва­ют силь­ное вли­я­ние на отно­ше­ния с духов­ни­ком. Пер­вый каса­ет­ся раз­ли­чия, кото­рое мы долж­ны про­во­дить меж­ду свя­щен­ни­ком, при­ни­ма­ю­щим испо­ве­да­ние гре­хов и даю­щим отпу­ще­ние их от име­ни Бога, и духов­ным отцом. Зача­стую про­ис­хо­дит их сме­ше­ние – с нега­тив­ны­ми последствиями.

Если мы видим в свя­щен­ни­ке, при­ни­ма­ю­щем испо­ведь, ско­рее духов­но­го отца, тогда наш диа­лог сосре­до­то­чит­ся на обсуж­де­нии про­блем и реше­ний, кото­рых мы от него ожи­да­ем. В этом слу­чае мини­ми­зи­ру­ет­ся соб­ствен­но содер­жа­ние Таин­ства Свя­той Испо­ве­ди, кото­рое преду­смат­ри­ва­ет чет­кое испо­ве­да­ние гре­хов, сопро­вож­да­е­мое сожа­ле­ни­ем и обе­ща­ни­ем не повто­рять их боль­ше. Это чаще все­го про­ис­хо­дит в слу­чае с молодежью.

Если мы видим в свя­щен­ни­ке толь­ко слу­жи­те­ля Церк­ви, кото­рый при­ни­ма­ет испо­ве­да­ние гре­хов и пода­ет их про­ще­ние, – хотя это не малое дело, а нечто гораз­до более важ­ное, чем любой совет духов­ни­ка, – тогда мы можем пре­не­бречь духов­ны­ми отно­ше­ни­я­ми настав­ни­че­ства и послу­ша­ния, под­чи­не­ния сво­ей воли духов­но­му отцу.

Эти две ипо­ста­си в боль­шин­стве слу­ча­ев сов­ме­ща­ют­ся в лице одно­го свя­щен­ни­ка, одна­ко они могут быть раз­де­ле­ны. В мона­ше­ских общи­нах, напри­мер, одно­му свя­щен­ни­ку ты испо­ве­ду­ешь­ся, а дру­гой явля­ет­ся тво­им духов­ным отцом, кото­ро­му ты под­чи­ня­ешь всю свою волю и кото­рый берет на себя ответ­ствен­ность за твое духов­ное окормление.

Мое пред­ло­же­ние заклю­ча­ет­ся не в том, что­бы мы име­ли духов­но­го отца, отлич­но­го от того свя­щен­ни­ка, кото­рый в рам­ках Таин­ства Свя­той Испо­ве­ди раз­ре­ша­ет нас от испо­ве­дан­ных гре­хов, а в том, что­бы про­во­дить раз­ли­чие меж­ду эти­ми дву­мя слу­же­ни­я­ми. Разу­ме­ет­ся, самый дей­ствен­ный совет – тот, кото­рый дает­ся на Испо­ве­ди, но совет может давать­ся и в любом дру­гом кон­тек­сте. Вспом­ним атмо­сфе­ру пате­ри­ков, где мона­хи ходи­ли к стар­цам толь­ко за советом.

Может, луч­ше все­го нам было бы про­во­дить совер­шен­но чет­кое раз­ли­чие меж­ду соб­ствен­но испо­ве­да­ни­ем гре­хов, кото­ро­му мы долж­ны уде­лять мак­си­маль­ное вни­ма­ние и не про­це­жи­вать его через дол­гие дис­кус­сии с духов­ни­ком, с одной сто­ро­ны, и духов­ным настав­ле­ни­ем – с другой.

Дру­гой аспект, свя­зан­ный с духов­ни­ком, кото­рый я выде­лил в сво­ем опы­те, – это риск взва­лить на духов­ни­ка бре­ме­на и ипо­ста­си, кото­рые не отно­сят­ся к его поло­же­нию духов­ни­ка. Объяснюсь.

Духов­ник в какой-то момент ста­но­вит­ся заме­ни­те­лем, заме­ной или иде­аль­ной про­ек­ци­ей того, чего недо­ста­ет у веру­ю­ще­го. Если у юно­го веру­ю­ще­го нет отца, кото­рый нра­вил­ся бы ему, суще­ству­ет риск, что он заме­нит его духов­ни­ком, что непра­виль­но. Мне при­хо­ди­лось иметь дело с тяже­лы­ми под­ме­на­ми. Если у жены нет мужа, кото­рый нра­вил­ся бы ей, суще­ству­ет риск, что она пере­не­сет свое отно­ше­ние к мужу на духов­ни­ка. Это самый боль­шой и чаще все­го встре­ча­ю­щий­ся риск. Я имею в виду не, Боже упа­си, нечи­стые чув­ства, а соб­ствен­но отно­ше­ние жен­ской при­ро­ды к мужской.

Этот риск под­пи­ты­ва­ет­ся тем фак­том, что муж пред­став­ля­ет собой вери­фи­ци­ру­е­мую кон­крет­ность со всех точек зре­ния, очень ско­ро дела­ю­щую явны­ми свои немо­щи, тогда как духов­ник пред­став­ля­ет собой иде­аль­ную про­ек­цию муж­чи­ны. Я имею в виду преж­де все­го потреб­ность жен­щи­ны обра­щать­ся к авто­ри­те­ту муж­чи­ны. Нуж­но учесть и часто встре­ча­ю­щу­ю­ся у жен­щин пред­рас­по­ло­жен­ность к вита­нию в гре­зах и уто­пи­че­ских мирах.

В подоб­ных ситу­а­ци­ях от духов­ни­ка ожи­да­ет­ся, что он возь­мет на себя коор­ди­ни­ро­ва­ние жиз­ни соот­вет­ству­ю­ще­го веру­ю­ще­го во всех ее дета­лях, будет давать реше­ния во всех прак­ти­че­ских про­бле­мах, с кото­ры­ми тот стал­ки­ва­ет­ся. Здесь вста­ет еще один очень дели­кат­ный вопрос: до какой сте­пе­ни духов­ник может вни­кать в жизнь и брать на себя реше­ния в том, что каса­ет­ся повсе­днев­ной жиз­ни веру­ю­ще­го? Может ли он решать, женить­ся ли тому и на ком, в какой вуз посту­пать, какую рабо­ту выби­рать, каки­ми дела­ми зани­мать­ся, брать ли кре­дит в бан­ке или нет и т.д.?

Моя точ­ка зре­ния тако­ва, что духов­ник не дол­жен решать вме­сто дру­го­го чело­ве­ка, и каж­дая чело­ве­че­ская лич­ность, на осно­ва­нии сво­ей сво­бо­ды и ответ­ствен­но­сти, в конеч­ном сче­те долж­на при­ни­мать абсо­лют­но любое реше­ние. Духов­ник может помочь чело­ве­ку луч­ше понять ситу­а­цию и, самое глав­ное, раз­гля­деть духов­ные послед­ствия любо­го реше­ния. Духов­ник может помочь веру­ю­ще­му луч­ше понять свои внут­рен­ние моти­ва­ции, глу­бин­ные побуж­де­ния, скры­тые наме­ре­ния, кото­рые могут при­ве­сти к тому или ино­му реше­нию. Но не думаю, что ему было бы хоро­шо при­ни­мать реше­ние вме­сто дру­го­го человека.

Свя­щен­ник Кон­стан­тин Коман

Пере­ве­ла с румын­ско­го Зина­и­да Пейкова

Источ­ник: Putna.ro / Православие.ру

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки