Смирение

Аудио-версия статьи

***

Смире́ние  —

1) хри­сти­ан­ская доб­ро­де­тель, про­ти­во­по­лож­ность гор­до­сти; то же, что сми­рен­но­муд­рие;

2) созна­тель­ное само­уни­чи­же­ние с целью борьбы с тще­сла­вием и гор­до­стью (пример: Христа ради юро­ди­вые);

3) послуш­ность, покор­ность, про­яв­ля­е­мая в отно­ше­нии кого-либо (напр. духов­ника).

Слово «сми­ре­ние» имеет в своей основе слово «мир». Это ука­зы­вает на то, что сми­рен­ный чело­век всегда пре­бы­вает в мире с Богом, самим собой и дру­гими людьми.

Сми­ре­ние это трез­вое виде­ние самого себя. Чело­века, у кото­рого нет сми­ре­ния, дей­стви­тельно можно срав­нить с пьяным. Как тот нахо­дится в эйфо­рии, думая, что «море по колено», не видит себя со сто­роны и поэтому бывает не в состо­я­нии пра­вильно оце­нить многие труд­ные ситу­а­ции, так и отсут­ствие сми­ре­ния при­во­дит к духов­ной эйфо­рии – чело­век не видит себя со сто­роны и не может адек­ватно оце­нить ситу­а­цию, в кото­рой он нахо­дится по отно­ше­нию к Богу, людям и самому себе. Раз­де­лить сми­ре­ние на эти три кате­го­рии можно лишь условно, тео­ре­ти­че­ски, для удоб­ства вос­при­я­тия, но по сути – это одно каче­ство.

  • Сми­ре­ние по отно­ше­нию к Богу – это виде­ние своих грехов, надежда только на Божие мило­сер­дие, но не на соб­ствен­ные заслуги, любовь к Нему, соеди­нен­ная с без­ро­пот­ным пере­не­се­нием жиз­нен­ных невзгод и труд­но­стей. Сми­ре­ние – стрем­ле­ние под­чи­нить свою волю святой Божьей воле, воле благой и все­со­вер­шен­ной. Поскольку источ­ни­ком любой доб­ро­де­тели явля­ется Бог, то вместе со сми­ре­нием Он Сам все­ля­ется в душу хри­сти­а­нина. Сми­ре­ние же лишь тогда воца­рится в душе, когда в ней «изоб­ра­зится Хри­стос» (Гал.4:19).
  • По отно­ше­нию к другим людям – отсут­ствие гнева и раз­дра­же­ния даже на тех, кто, каза­лось бы, вполне заслу­жи­вает этого. Эта искрен­няя незло­би­вость осно­вана на том, что Гос­подь любит чело­века, с кото­рым про­изо­шло раз­но­гла­сие, так же, как и тебя, и умении не отож­деств­лять ближ­него, как тво­ре­ние Божие, и его грехи.
  • Чело­век, обла­да­ю­щий сми­ре­нием по отно­ше­нию к самому себе, не смот­рит за недо­стат­ками других, так как пре­красно видит соб­ствен­ные. Более того, в любом кон­фликте он винит только себя, и на любое обви­не­ние или даже оскорб­ле­ние в свой адрес такой чело­век готов про­из­не­сти искрен­нее: «прости». Вся свя­то­оте­че­ская мона­ше­ская лите­ра­тура гово­рит о том, что без сми­ре­ния не может быть совер­шено доброе дело, а многие святые гово­рили, что можно не иметь ника­кой другой доб­ро­де­тели, кроме сми­ре­ния, и все равно ока­заться рядом с Богом.

Без­условно, то, о чем ска­зано – это идеал, к кото­рому должен стре­миться каждый хри­сти­а­нин, а не только монах, иначе жизнь в церкви, а значит – путь к Богу – ока­жется бес­плод­ным. 

В «Лествице доб­ро­де­те­лей, воз­во­дя­щих на небо» пре­по­доб­ный Иоанн Лествич­ник пишет о трёх сте­пе­нях сми­ре­ния. Первая сте­пень состоит в радост­ном пере­не­се­нии уни­чи­же­ний, когда душа рас­про­стер­тыми объ­я­тьями при­ни­мает их, как вра­чев­ство. На второй сте­пени истреб­ля­ется всякий гнев. Третья же сте­пень состоит в совер­шен­ном недо­ве­рии своим добрым делам и все­гдаш­нем жела­нии научаться (Лествица. 25:8).

Следуя учению пра­во­слав­ных подвиж­ни­ков, истин­ное сми­ре­ние дости­га­ется только дела­нием еван­гель­ских запо­ве­дей. «Сми­ре­ние есте­ственно обра­зу­ется в душе от дея­тель­но­сти по еван­гель­ским запо­ве­дям», – учит пре­по­доб­ный авва Доро­фей. Но каким обра­зом дела­ние запо­ве­дей может при­ве­сти к сми­ре­нию? Ведь испол­не­ние запо­веди, напро­тив, может вести чело­века к чрез­мер­ному удо­вле­тво­ре­нию собой.

Напом­ним, что еван­гель­ские запо­веди бес­ко­нечно пре­вы­шают обык­но­вен­ные нрав­ствен­ные нормы, доста­точ­ные для чело­ве­че­ского обще­жи­тия. Они – не чело­ве­че­ское учение, а запо­веди совер­шенно свя­того Бога. Еван­гель­ские запо­веди являют собой Боже­ствен­ные тре­бо­ва­ния к чело­веку, заклю­ча­ю­щи­еся в при­зыве любить Бога всем умом и серд­цем, а ближ­него как самого себя (Мк.12:29–31)

Стре­мясь испол­нить Боже­ствен­ные тре­бо­ва­ния, хри­сти­ан­ский подвиж­ник опытно познает недо­ста­точ­ность своих усилий. По слову св. Игна­тия Брян­ча­ни­нова, он видит, что еже­часно увле­ка­ется своими стра­стями, вопреки своему жела­нию стре­мится к дей­ствиям, все­цело про­тив­ным запо­ве­дям. Стрем­ле­ние испол­нить запо­веди откры­вает ему печаль­ное состо­я­ние повре­жден­ной гре­хо­па­де­нием чело­ве­че­ской при­роды, обна­ру­жи­вает его отчуж­де­ние от любви к Богу и ближ­нему. В искрен­но­сти своего сердца он при­знает свою гре­хов­ность, неспо­соб­ность испол­нить пред­на­чер­тан­ное Богом добро. Саму жизнь свою он рас­смат­ри­вает как непре­рыв­ную цепь согре­ше­ний и паде­ний, как череду поступ­ков, заслу­жи­ва­ю­щих Боже­ствен­ного нака­за­ния.

Виде­ние своих грехов рож­дает в подвиж­нике надежду только на Божие мило­сер­дие, а не на соб­ствен­ные заслуги. Он опытно испы­ты­вает потреб­ность в Боже­ствен­ной помощи, просит у Бога силы для осво­бож­де­ния от власти греха. И Бог дает эту бла­го­дат­ную силу, осво­бож­да­ю­щую от гре­хов­ных стра­стей, водво­ря­ю­щую неиз­ре­чен­ный мир в чело­ве­че­ской душе.

Отме­тим, что слово «мир» явля­ется частью корня слова «сми­ре­ние» совсем не слу­чайно. Посе­ща­ю­щая чело­ве­че­скую душу, Боже­ствен­ная бла­го­дать дает ей невы­ра­зи­мые сло­вами без­мя­теж­ность и тишину, ощу­ще­ние при­ми­ре­ния со всеми, кото­рое свой­ственно Самому Богу. Это есть мир Божий, пре­вос­хо­дя­щий всякий ум, о кото­ром гово­рит апо­стол (Флп.4:7). Это есть Боже­ствен­ное сми­ре­ние и кро­тость, кото­рым Бог желает научить всех людей (Мф.11:29). Нали­чие в сердце сми­ре­ния сви­де­тель­ству­ется глу­бо­ким и проч­ным душев­ным миром, любо­вью к Богу и людям, состра­да­нием ко всем, духов­ной тиши­ной и радо­стью, уме­нием слы­шать и пони­мать волю Божию.

Сми­ре­ние явля­ется непо­сти­жи­мым и невы­ра­зи­мым, поскольку непо­сти­жим и невы­ра­зим Сам Бог и Его дей­ствия в чело­ве­че­ской душе. Сми­ре­ние сла­га­ется из чело­ве­че­ской немощи и Боже­ствен­ной бла­го­дати, вос­пол­ня­ю­щей чело­ве­че­скую немощь. В сми­ре­нии при­сут­ствует дей­ствие все­мо­гу­щего Бога, поэтому сми­ре­ние всегда испол­нено невы­ра­зи­мой и непо­сти­жи­мой духов­ной силы, пре­об­ра­жа­ю­щей чело­века и все вокруг.

Под сми­ре­нием часто имеют в виду сми­рен­но­сло­вие – уни­же­ние себя напо­каз. Такое уни­же­ние не есть сми­ре­ние, но вид стра­сти тще­сла­вия. Оно есть лице­ме­рие и чело­ве­ко­уго­дие. Оно при­знано свя­тыми душе­вред­ным.

***

Почему сми­ре­ние почи­та­ется одной из глав­ных хри­сти­ан­ских доб­ро­де­те­лей?

Под­лин­ное сми­ре­ние под­ра­зу­ме­вает долж­ное отно­ше­ние хри­сти­а­нина к Богу и создан­ному Им миру, долж­ное отно­ше­ние к себе.

В отли­чие от тще­слав­ного гор­деца, име­ю­щего иска­жен­ное, чрез­вы­чайно завы­шен­ное пред­став­ле­ние о своей лич­но­сти, роли и месте в жизни, сми­рен­ный чело­век пра­вильно и ответ­ственно оце­ни­вает свою жиз­нен­ную роль.

Прежде всего он сознаёт себя Божьим рабом, жела­ю­щим и гото­вым без­ро­потно испол­нять Его волю. Более того, он не просто при­знаёт свою зави­си­мость от Творца (что бывает свой­ственно и эго­и­стам, и гор­де­цам), но питает к Нему высо­чай­шее дове­рие как к Бла­гому и Любя­щему Отцу; он бывает бла­го­да­рен Ему даже тогда, когда пре­бы­вает в несча­стье и скорби.

Без сми­ре­ния невоз­можно выстра­и­вать бого­угод­ные отно­ше­ния ни с Созда­те­лем, ни со своими ближ­ними. Гор­дость не под­ра­зу­ме­вает искрен­ней, бес­ко­рыст­ной любви к Богу и людям.

Поло­жим, чело­век гордый готов в чём-то слу­шаться Бога, напри­мер, когда Божьи замыслы соот­вет­ствуют его личным рас­по­ло­же­ниям и амби­циям. В случае же, если Боже­ствен­ное пове­ле­ние идёт враз­рез с его пер­со­наль­ными пла­нами, он может его «не заме­тить» или даже открыто про­игно­ри­ро­вать.

Так, вет­хо­за­вет­ный вое­на­чаль­ник Ииуй радостно и неза­мед­ли­тельно отре­а­ги­ро­вал на Боже­ствен­ное про­из­во­ле­ние о пома­за­нии его в царя над Изра­и­лем (4Цар.9:1–14). Недю­жин­ную послуш­ность Боже­ствен­ной воле он выка­зал и по части истреб­ле­ния дома Ахава (4Цар.9:7).

В данном случае Ииуй служил ору­дием Божьего гнева и суда Правды над нече­стив­цами. Однако там, где от него тре­бо­ва­лось про­явить под­лин­ное рели­ги­оз­ное сми­ре­ние, он уже не был столь рев­ност­ным и послуш­ным.

Во время зем­ного слу­же­ния Сына Божьего многие из пред­ста­ви­те­лей Изра­иля, глав­ным обра­зом фари­сеи, про­яв­ляли по отно­ше­нию к Богу фор­маль­ную покор­ность: все­на­родно моли­лись, пости­лись, испол­няли обряды и тре­бо­вали их испол­не­ния от сопле­мен­ни­ков. Внешне они вполне могли бы сойти за сми­рен­ных людей, послуш­ных Боже­ствен­ному Про­ви­де­нию.

Однако, гнез­див­ши­еся в их серд­цах гор­дость и эгоизм сме­жали их духов­ные очи, пре­пят­ство­вали рас­по­знать во Христе Все­мо­гу­щего Бога, Того Самого, сми­рен­ного и крот­кого Пома­зан­ника, о кото­ром опо­ве­щали «почи­тав­ши­еся» ими Свя­щен­ные Книги, и под­го­товке к встрече с Кото­рым посвя­щался «соблю­да­е­мый» ими закон. Впо­след­ствии гор­дость и зависть толк­нули их на куда более страш­ное пре­ступ­ле­ние: бого­убий­ство.

Имей они хотя бы такое сми­ре­ние, какое имела жен­щина Хана­не­янка, пра­вильно вос­при­няв­шая слова Иску­пи­теля о неумест­но­сти отби­рать хлеб у детей и бро­сать его псам (Мф.15:22–28), или такое, какое имел греш­ный мытарь, взы­вав­ший к Боже­ствен­ной мило­сти (Лк.18:10–14), им было бы легче при­нять Иску­пи­теля, при­мкнуть к Его уче­ни­кам, а затем, нало­жив на себя узы жерт­вен­ного слу­же­ния, оста­вить всё и спо­соб­ство­вать рас­про­стра­не­нию Церкви.

***

…Научи­тесь от Меня, ибо Я кроток и смирен серд­цем, и най­дете покой душам вашим (Мф.11:29).

Ибо всякий воз­вы­ша­ю­щий сам себя унижен будет, а уни­жа­ю­щий себя воз­вы­сится (Лк.14:11).

Так и вы, когда испол­ните всё пове­лен­ное вам, гово­рите: мы рабы ничего не сто­я­щие, потому что сде­лали, что должны были сде­лать (Лк.17:10).

Бог гордым про­ти­вится, а сми­рен­ным дает бла­го­дать (Иак.4:6).

Наше несча­стье в том, что мы всегда хотим найти в себе свя­тость вместо сми­ре­ния.
преп. Мака­рий Оптин­ский

Если при­ни­мать себя лишь за жалкое суще­ство, то тогда легко поз­во­лить и про­стить себе мно­же­ство вся­кого рода без­за­ко­ний; и в дей­стви­тель­но­сти, считая себя низ­шими суще­ствами по отно­ше­нию ко Христу, люди (да не пока­жется сие неким пре­уве­ли­че­нием) отка­зы­ва­ются сле­до­вать за Ним на Гол­гофу. Ума­лять в нашем созна­нии пред­веч­ный замы­сел Творца о чело­веке не есть пока­за­тель сми­ре­ния, но заблуж­де­ние и более того – вели­кий грех… Если в плане аске­ти­че­ском сми­ре­ние состоит в том, чтобы счи­тать себя хуже всех, то в плане бого­слов­ском боже­ствен­ное сми­ре­ние есть любовь, отда­ю­щая себя без остатка, цели­ком и до конца.
архи­манд­рит Софро­ний (Саха­ров)

Гово­ря­щие или дела­ю­щие что-либо без сми­ре­ния подобны стро­я­щему хра­мину без цемента. Опытом, разу­мом обре­сти и познать сми­ре­ние есть досто­я­ние весьма немно­гих. Словом о нем раз­гла­голь­ству­ю­щие подобны изме­ри­ва­ю­щим бездну. Мы же, слепые, мало нечто о сем вели­ком свете гада­ю­щие, гово­рим: сми­ре­ние истин­ное ни слов сми­рен­ных не гово­рит, ни видов сми­рен­ных не при­ни­мает, не нудит себя сми­ренно о себе мудр­ство­вать, и не поно­сит себя, сми­ря­ясь. Хотя все это начатки суть, про­яв­ле­ния и разные виды сми­ре­ния, но само оно есть бла­го­дать и дар свыше.
св. Гри­го­рий Синаит

Любовь, милость и сми­ре­ние отли­ча­ются одними только наиме­но­ва­ни­ями, а силу и дей­ствия имеют оди­на­ко­вые. Любовь и милость не могут быть без сми­ре­ния, а сми­ре­ние не может быть без мило­сти и любви.
преп. Амвро­сий Оптин­ский

Сми­ре­ние есть не уни­что­же­ние чело­ве­че­ской воли, а про­свет­ле­ние чело­ве­че­ской воли, сво­бод­ное под­чи­не­ние ее Истине.
Н.А. Бер­дяев

Самое, может быть, труд­ное в сми­ре­нии — это сми­ренно не тре­бо­вать от других любви к себе… Ведь нам дана запо­ведь о нашей любви к людям, но запо­веди о том, чтобы мы тре­бо­вали любви к себе от этих людей — нам нигде не дано. Любовь и есть в том, чтобы ничего для себя не тре­бо­вать. И когда это есть, тогда опус­ка­ется в сердце, как сол­неч­ная птица, Божия любовь и запол­няет всё.
Сергей Фудель

***

Моло­дой послуш­ник, недавно посту­пив­ший в мона­стырь, как-то увидел насто­я­теля, кото­рый, сидя на пороге кельи, чистил свои баш­маки.
– Отче, – уди­вился моло­дой чело­век, – Вы сами чистите свои баш­маки? Но почему?
– С тех пор как меня избрали игу­ме­ном, братья не дают мне чистить чужие, – отве­чал тот.

***

См. ДОБ­РО­ДЕ­ТЕЛЬ, СМИ­РЕН­НО­МУД­РИЕ, ЛЖЕ­СМИ­РЕ­НИЕ, КЕНО­СИС, СМИ­РЕН­НО­СЛО­ВИЕ

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки