Как правильно общаться с инвалидами — мнения психологов

Как правильно общаться с инвалидами — мнения психологов

(8 голосов4.5 из 5)

Вы уди­ви­тесь, если встре­ти­те ребён­ка-инва­ли­да в обыч­ной шко­ле, в обыч­ном клас­се или взрос­ло­го чело­ве­ка с инва­лид­но­стью в теат­ре, бас­сейне, кафе? Ско­рее все­го, нет. Сего­дня они ведут вполне актив­ную жизнь — участ­ву­ют в Пара­лим­пиа­де, посту­па­ют в пре­стиж­ные вузы, пишут сти­хи, ходят в вос­крес­ную шко­лу, учат­ся ико­но­пи­си. Раду­ют­ся и огор­ча­ют­ся, как все. 

Тем не менее, мы встре­ча­ем инва­ли­да, и, ско­рее все­го, пер­вые ощу­ще­ния — жалость, сочув­ствие… Оби­жа­ет ли это чело­ве­ка, нуж­но ли бро­сать­ся ему на помощь? Есть ли спе­ци­фи­ка в обще­нии со взрос­лы­ми и детьми-инва­ли­да­ми? И от само­го сло­ва «инва­лид» нуж­но ли отка­зать­ся, как на Запа­де, или в нём нет ниче­го пло­хо­го? С эти­ми и дру­ги­ми вопро­са­ми мы обра­ти­лись к пра­во­слав­но­му пси­хо­ло­гу при хра­ме Казан­ской-Пес­чан­ской ико­ны Божи­ей Мате­ри в Измай­ло­во Алек­сан­дру Поспе­ло­ву, спе­ци­а­ли­стам Цен­тра под­держ­ки семьи и дет­ства САО горо­да Моск­вы лого­пе­ду-дефек­то­ло­гу Ека­те­рине Спи­ри­до­но­вой и пси­хо­ло­гу Елене Ходяковой. 

Православный психолог Александр Поспелов

PospelovAleksandr 219x300 - Как правильно общаться с инвалидами - мнения психологов

Какой термин правильнее?

Как пра­виль­но назы­вать, «инва­лид» или чело­век с огра­ни­чен­ны­ми воз­мож­но­стя­ми здо­ро­вья (ОВЗ) — субъ­ек­тив­ный момент. В совре­мен­ном обще­стве про­дав­лен нега­тив­ный кон­текст. Может, сто­ит в каком-то слу­чае и огра­ни­чи­вать тер­мин «инва­лид». А с дру­гой сто­ро­ны, само по себе это сло­во не озна­ча­ет ниче­го пло­хо­го, не несет в себе нега­ти­ва или оскорб­ле­ния. Оно обо­зна­ча­ет опре­де­лен­ный ста­тус – да, такое поло­же­ние у чело­ве­ка. Это при­мер­но, как нель­зя гово­рить «негр», а луч­ше исполь­зо­вать «афро-аме­ри­ка­нец». Из этой серии. Я бы луч­ше отме­нил тер­мин «сек­су­аль­ный парт­нер», как ска­зал один батюш­ка «это к людям вооб­ще не относится».

 

Поставь себя на его место

Если бы ко мне при­шел на кон­суль­та­цию чело­век и ска­зал, что его раз­дра­жа­ют инва­ли­ды. Напри­мер, сосед инва­лид. Что бы я посо­ве­то­вал? Поста­вить себя на место чело­ве­ка с ОВЗ, пред­ста­вить, что у нас инва­лид­ность. Зна­ем же, что от тюрь­мы и от сумы никто не застра­хо­ван. Инва­лид и живет, и дер­жит­ся вполне спо­кой­но, и пусть даже и не так дер­жит­ся. Неваж­но, все рав­но надо испол­нять запо­ве­ди – любить ближ­не­го. А вот он ближ­ний. Да, такой, с инва­лид­но­стью, есть своя спе­ци­фи­ка. Ну и что? 
Есть раз­ные инва­ли­ды: кто-то сми­ря­ет­ся, а есть – в напря­жен­ном состо­я­нии, даже могут иметь повы­шен­ную реак­тив­ность и агрес­сив­ность. Допу­стим, что вы встре­ти­ли тако­го чело­ве­ка, кото­рый из отри­ца­тель­ной части, кото­рый име­ет нега­тив­ное види­мое отно­ше­ние. А поче­му бы вам не заду­мать­ся: а я на его месте хотя бы до тако­го уров­ня выдер­жал это поло­же­ние? Хотя бы настоль­ко? Чест­ный чело­век, ско­рее все­го, ска­жет, что не зна­ет. Поэто­му ува­жать надо любо­го инва­ли­да! За одно толь­ко несе­ние тако­го поло­же­ния, пото­му что неиз­вест­но, как бы мы на его месте себя пове­ли, каки­ми мы были бы.

Конеч­но, не делай того, чего не жела­ешь себе. Я же не хочу, что­бы на меня раз­дра­жа­лись, косо смот­ре­ли или смот­ре­ли как на меша­ю­щий фак­тор. Соот­вет­ствен­но и мы так долж­ны отно­сить­ся к инвалидам.
Учи­ты­вать их рани­мость ста­рать­ся не задеть их, но есть и дру­гая сто­ро­на, это не долж­но быть пока­за­тель­ным, ина­че может оби­деть. Жалость, сочув­ствие, груст­ные вздо­хи и взгля­ды – в этом тоже нель­зя переусердствовать. 
Самое луч­шее обще­ние – это обыч­ное обще­ние, как про­сто с человеком.

 

«Не молитесь о моем выздоровлении»

Воз­мож­но, при­ме­ры из жиз­ни помо­гут сде­лать вывод, как понять инва­ли­дов и как общать­ся с ними. Позна­ко­мил­ся с муж­чи­ной-коля­соч­ни­ком в Пско­во-Печер­ском мона­сты­ре, сра­зу было вид­но, что чело­век веру­ю­щий. Уди­ви­ло меня его лицо – свет­лое, достой­ное, спо­кой­ное. И настоль­ко он мне понра­вил­ся, что я к нему подо­шел и стал раз­го­ва­ри­вать. Подру­жи­лись мгно­вен­но, и какие-то годы, пока я там жил, обща­лись, при­чем дру­жи­ли семья­ми (он тоже был женатым).

Он рас­ска­зы­вал свою чудо­вищ­ную исто­рию. Очень пока­за­тель­на. Он гово­рил: «Вы толь­ко не моли­тесь за мое выздо­ров­ле­ние, исце­ле­ние. Все, что угод­но, толь­ко не это!» Пора­зи­тель­но? А у него есть объ­яс­не­ние. Мой друг, будучи под­рост­ком, состо­ял в желез­но­до­рож­ной бан­де. Бан­да гра­би­ла поез­да, и хотя в совет­ские вре­ме­на такое явле­ние было ред­ким, тем не менее. Парень, в основ­ном, был на шухе­ре. Повзрос­лев, пере­ехал в Моск­ву и орга­ни­зо­вал при­тон. Деви­цы опре­де­лен­но­го рода заня­тий, нар­ко­ти­ки… И вот одна­жды попа­да­ет в ава­рию с серьез­ны­ми пере­ло­ма­ми, трав­ма­ми; пол­го­да лежал в боль­ни­це. Но его восстановили.

Выздо­ро­вев, воз­вра­ща­ет­ся в свой при­тон и про­дол­жа­ет кри­ми­наль­ную жизнь. Через какое-то вре­мя с «кол­ле­га­ми» что-то выпил и «упо­тре­бил», и почув­ство­вал себя птич­кой. Полез на стро­и­тель­ные леса и вспорх­нул. Опять серьез­ные трав­мы и пере­ло­мы, и вра­чам сно­ва уда­лось его зала­тать, при­ве­сти в пол­ный поря­док. И ниче­го не вра­зум­ля­ет его: про­дол­жа­ет­ся преж­няя жизнь. И вот одна­жды на стро­и­тель­ной пло­щад­ке на него упа­ла бетон­ная пли­та. И все, после это­го – инва­лид­ная коляс­ка. «И тут до меня дошло! Я пере­смот­рел свою жизнь. Начал цер­ков­ную жизнь, а с преж­ней, кри­ми­наль­ной, завя­зал. И это такое сча­стье – духов­ная жизнь! Сра­зу про­ник­ся нашей верой», делил­ся мой зна­ко­мый. Он стал учить­ся ико­но­пи­си. И уди­ви­тель­но: от бан­ди­та в лице не оста­лось ниче­го. Потря­са­ю­щий человек.

Воз­мож­но, что за каж­дым инва­ли­дом какая-то исто­рия. Я встре­чал инва­ли­дов, кото­рые с бла­го­дар­но­стью при­ня­ли свою судьбу. 
Я видел девуш­ку-коля­соч­ни­цу, она из интер­на­та, с 15 лет в инва­лид­ном крес­ле. И искренне про­ща­ла сво­их роди­те­лей, кото­рые ее бро­си­ли, гово­ри­ла, что любит их и ей ниче­го не надо, толь­ко знать, что с ними все в порядке.

Или вспом­ни­лась одна теле­пе­ре­да­ча. Пер­вый парень на деревне, глав­ный жених. Неве­сты за ним ходят, ждут, кто же ста­нет избран­ни­цей. И вдруг кра­са­вец женится…на девуш­ке-инва­ли­де! И когда пока­за­ли эту девуш­ку, пока­за­ли ее лицо, мне сра­зу ста­ло ясно, что это пра­виль­ный выбор. Они жили счаст­ли­во, вос­пи­ты­ва­ли тро­их дети­шек. А девуш­ки, здо­ро­вые, кра­си­вые и строй­ные, не пони­ма­ли, в чем дело, зли­лись и гото­вы были чуть ли не рас­тер­зать моло­дую пару…

 

Снять скафандр

Я в 24 года по делам зашел в интер­нат для умствен­но отста­лых, и пока я ждал адми­ни­стра­то­ра, меня боль­ные окру­жи­ли. Как новый чело­век, я у них вызвал боль­шой инте­рес, меня рас­смат­ри­ва­ли. Я стал с ними общать­ся. А потом вышел и почув­ство­вал, что мне хочет­ся с ними остать­ся. Я даже пошел туда устра­и­вать­ся на рабо­ту и меня ста­ли брать. Но поз­же пере­би­ла дру­гая работа.

Меня заин­те­ре­со­ва­ло это чув­ство: поче­му я захо­тел остать­ся с эти­ми людь­ми. Потом понял: у них нет лич­ност­ной защи­ты, какая есть у нас, как буд­то некий ска­фандр. Обще­ние с теми людь­ми из интер­на­та непо­сред­ствен­ное, спо­кой­ное. И непро­из­воль­но сам эту защи­ту сни­ма­ешь, остав­ля­ешь скафандр. 
Я бы сове­то­вал при обще­нии с инва­ли­да­ми, любы­ми, остав­лять ска­фандр. Зачем он? Какая бы не была инва­лид­ность у собе­сед­ни­ка, и пусть даже у него агрес­сив­ность — ска­фандр ни к чему, не поможет.
Кро­ме того, инва­ли­ды бла­го­дат­ны, они очень отзыв­чи­вые — есть инте­рес к глу­бо­ким вопро­сам, будут обсуж­дать, раз­го­ва­ри­вать, пытать­ся понять. Они обла­да­ют мно­ги­ми каче­ства­ми, кото­рых у обыч­но­го чело­ве­ка может и не быть, или раз­ви­ты сла­бее. Обыч­ный чело­век может иметь более поверх­ност­ный инте­рес к глу­бо­ким вопросам.

 

Каждый на своем месте

Преж­де чем гово­рить о том, что инва­ли­ду с рож­де­ния лег­че, чем тому, у кого при­об­ре­тен­ный недуг, вспом­ним Еван­ге­лие о чудес­ном исце­ле­нии сле­по­рож­ден­но­го. Один муд­рый тол­ко­ва­тель Еван­ге­лия гово­рит по пово­ду это­го сле­по­го: “Кто был слеп и нико­гда не знал поль­зы зре­ния, ощу­ща­ет несрав­нен­но мень­шую печаль, чем тот, кто спер­ва видел, а затем зре­ния лишил­ся. Сей чело­век был слеп, но затем при­нял и награ­ду за свою малую и почти неощу­ти­мую печаль. Ибо он полу­чил две пары очей: телес­ные, кои­ми видел мир вокруг себя, и духов­ные, кои­ми позна­вал Созда­те­ля мира” (Ники­фор).

Все зави­сит от более глу­бо­ко­го, от Бога: одно­му – так, а дру­го­му — так. Мы зна­ем молит­вы Васи­лия Вели­ко­го. Извест­на исто­рия: свя­той спра­ши­вал и спра­ши­вал Бога, поче­му все так ужас­но? Пере­жи­вал, поче­му столь­ко неспра­вед­ли­во­сти, ужа­сов и стра­да­ний? Где про­свет? И, в кон­це кон­цов, Бог дал ему это пони­ма­ние. Васи­лий Вели­кий уви­дел, что все на сво­ем месте, каж­дый чело­век ведет­ся фили­гран­но, настоль­ко слож­но и доб­ро­воль­но, и перед каж­дым откры­тая дверь. Вот удер­жа­ние откры­той две­ри — гро­мад­ная рабо­та, кото­рая учи­ты­ва­ет все и вся и во всем. Насколь­ко все это мно­го­гран­но, объ­ем­но и слож­но, что чело­ве­ку пред­ста­вить невоз­мож­но. И Бог это состо­я­ние убрал у Васи­лия Вели­ко­го, но в памя­ти у свя­то­го оста­лось, что все на сво­ем месте. Он ска­зал: «Гос­по­ди, но чело­ве­ку это понять невоз­мож­но. Все на сво­ем месте, все пра­виль­но» «А чело­ве­ку это пони­мать не надо», — ска­зал Господь.

А когда Анто­ний Вели­кий с тем же вопро­сом к Богу обра­щал­ся, Гос­подь ска­зал «не твое дело». Так что, одно­му с рож­де­ния, а дру­го­му – в тече­ние жизни.

 

Надежда и вера, а не магия

Надеж­да на выздо­ров­ле­ние и исце­ле­ние долж­на быть у всех, но ни в коем слу­чае нель­зя давать иллю­зий. Быва­ет, что дей­стви­тель­но про­ис­хо­дит чудо, и чело­век раз и под­нял­ся на ноги. Вера, соб­ствен­ные уси­лия помо­га­ют если не пол­но­стью, то частич­но вос­ста­но­вить­ся. Такие воз­мож­но­сти есть. И такие исто­рии есть. Но давать пустую надеж­ду, гово­рить, ты давай-давай боль­ше про­си — есть опас­ность напра­вить чело­ве­ка по маги­че­ско­му пути. Чем отли­ча­ет­ся магия от веры? Если это «сим-сим, и две­ри откры­ва­ют­ся» — это явная магия. И пере­клю­чить­ся на магию доста­точ­но лег­ко. Мы верим, молим­ся, под­хо­дим к иконе, про­сим, полу­ча­ем. Еще раз под­хо­дим, про­сим, опять полу­ча­ем. А поз­же уже уве­ре­ны, что все про­изой­дет, как мы хотим. А ниче­го не про­ис­хо­дит! В фор­му­ле испо­ве­до­ва­ния все про­сто: если мы гово­рим «Да будет воля Твоя» — это вера, а если про­сим и забы­ва­ем «Да будет воля Твоя» — это магия. Поэто­му нака­чать инва­ли­да в эту сто­ро­ну совер­шен­но неправильно.

Это инте­рес­но!

Аме­ри­кан­ский пси­хо­лог из Вис­кон­син­ско­го уни­вер­си­те­та Рай­ен Войт пред­ла­га­ет несколь­ко сове­тов, как близ­ким и дру­зьям под­дер­жать чело­ве­ка с инвалидностью. 
Акцен­ти­руй­те вни­ма­ние на воз­мож­но­сти сво­е­го дру­га или близ­ко­го, а не на его огра­ни­че­ни­ях. Напри­мер, пло­хо слы­шит, но хоро­шо рису­ет. Боль­ше гово­ри­те о худо­же­ствен­ном таланте. 
Не забы­вай­те прин­цип «не срав­ни­вать ябло­ко с апель­си­ном». У любо­го есть пре­иму­ще­ства и огра­ни­че­ния. Чело­век с нару­ше­ни­я­ми опор­но-дви­га­тель­но­го аппа­ра­та не смо­жет играть в хок­кей с шай­бой, но смо­жет участ­во­вать в следж-хок­кее (как на Паралимпиаде). 
Гово­ри­те с чело­ве­ком с ОВЗ толь­ко о реаль­ных целях и пла­нах. Если ваш близ­кий — сла­бо­ви­дя­щий, убе­ди­те его не ста­вить перед собой зада­чу про­чи­тать доку­мен­ты, тек­сты по рабо­те за такое же вре­мя, какое пона­до­бит­ся кол­ле­ге с нор­маль­ным зрением. 
Убе­ре­гай­те чело­ве­ка с ОВЗ от обоб­ще­ний. Если из-за инва­лид­но­сти ваш друг не может что-то сде­лать кон­крет­ное, это совсем не зна­чит, что он ни на что не спо­со­бен. Это при­мер­но такая же ситу­а­ция: если кто-то пло­хо поёт или гото­вит, это не зна­чит, что он во всём плох. 
Помо­ги­те ваше­му дру­гу не стать залож­ни­ком сло­ва «дол­жен». Когда чело­ве­ку, стра­да­ю­ще­му дефи­ци­том вни­ма­ния, гово­рят, что он дол­жен напи­сать тест за 30 минут, как и все сту­ден­ты, это непра­виль­но. Учи­ты­вая его недуг, адми­ни­стра­ция шко­лы или вуза обя­за­на пере­смот­реть вре­мя на сда­чу им экза­ме­на таким обра­зом, что­бы у всех были рав­ные возможности. 

Логопед-дефектолог Екатерина Спиридонова и психолог Елена Ходякова
 sao psihol 212x300 - Как правильно общаться с инвалидами - мнения психологов

Обычные дети 

К сожа­ле­нию, до сих пор и не толь­ко в раз­го­вор­ном оби­хо­де исполь­зу­ет­ся обид­ное сло­во инва­лид. Кор­рект­но — дети с огра­ни­чен­ны­ми воз­мож­но­стя­ми здо­ро­вья. Ведь инва­лид­ность — не меди­цин­ское, а в боль­шей сте­пе­ни соци­аль­ное поня­тие, гово­ря­щее об отно­ше­нии к таким людям нас, общества. 
Осо­бен­ные дети — это такие же малы­ши — любо­зна­тель­ные, обо­жа­ю­щие празд­ни­ки, весё­лые игры, ценя­щие доб­ро­ту… У них такие же потреб­но­сти, жела­ния и стрем­ле­ния. В дет­ском сооб­ще­стве они, как пра­ви­ло, чув­ству­ют себя на рав­ных с дру­ги­ми ребя­та­ми. А те неред­ко помо­га­ют им, забо­тят­ся о них. И дела­ют это искренне, без пре­вос­ход­ства или жало­сти. Что очень важно. 
Спе­ци­а­ли­сты, кото­рые рабо­та­ют в отде­ле­нии реа­би­ли­та­ции наше­го Цен­тра, не раз­де­ля­ют для себя: интел­лек­ту­аль­но сохра­нён ребё­нок, или у него есть умствен­ная отста­лость. Мы не выка­зы­ва­ем жалость, мы окру­жа­ем их раду­ши­ем. И дет­ки к нам тянут­ся. Им ком­форт­но, спо­кой­но, они пони­ма­ют — их ждут, с ними будут заниматься. 

 

Пример взрослых 

Отно­ше­ние чело­ве­ка к осо­бен­ным детям зави­сит от вос­пи­та­ния, при­ме­ра взрос­лых. Если учи­тель в шко­ле про­яв­ля­ет к детям с ОВЗ чув­ства ува­же­ния, так­та, то и уче­ни­ки будут вести себя соот­вет­ству­ю­ще. Авто­ри­тет педа­го­га никто не отменял. 

Да и в быту отнюдь не дети сто­ро­нят­ся осо­бен­ных ребят. Порою мож­но услы­шать, как роди­те­ли, видя, что на пло­щад­ке или в пар­ке их чадо соби­ра­ет­ся играть с ровес­ни­ком с ОВЗ, упре­жда­ют такой кон­такт сло­ва­ми: «Не под­хо­ди к нему, не общай­ся, не давай игруш­ку, быст­рее пошли отсю­да».  Каза­лось бы, так не долж­но быть. Но фак­ты — вещь упрямая. 

Что­бы соци­ум изме­нил отно­ше­ние к нашим детям, надо и дома, и в шко­ле объ­яс­нять, они — пол­но­прав­ные чле­ны обще­ства.  Всё, что нуж­но осо­бен­ным детям — это забо­та и вре­мя. Чуть доль­ше поду­мать, что­бы отве­тить. Чуть боль­ше сосре­до­то­чить­ся, что­бы решить задач­ку. Чуть креп­че обнять, что­бы выра­зить любовь. А роди­те­лям вме­сто того, что­бы запре­щать сво­е­му сыну или доче­ри общать­ся с ребён­ком с ОВЗ, надо, не стес­ня­ясь, поча­ще гово­рить на эту тему: «Доро­гой мой сын, что­бы быть чело­ве­ком, мало овла­де­вать зна­ни­я­ми, надо вос­пи­ты­вать душу. Если рядом тот, кому необ­хо­ди­ма твоя помощь, не отво­ра­чи­вай­ся. Отклик­нись. Он такой же, как ты. Про­сто ему нуж­на поддержка». 

 

Без сюсюканья 

Быва­ет, что взрос­лые, желая пока­зать доб­рое отно­ше­ние, начи­на­ют сюсю­кать с осо­бен­ны­ми детьми. Но как раз в обще­нии с ними речь долж­на быть пра­виль­ной, чёт­кой. В отдель­ных слу­ча­ях не будет лиш­ним несколь­ко раз повто­рить фра­зу, так как у ребят, воз­мож­но, стра­да­ет когни­тив­ная сфе­ра, память, мыш­ле­ние. А при сюсю­ка­нье дети, копи­руя речь взрос­ло­го, запо­ми­на­ют непра­виль­ную дик­цию и произношение. 
Кро­ме того, они быст­ро под­хва­ты­ва­ют инто­на­ци­он­но выра­жен­ное уми­ле­ние и ста­ра­ют­ся стать цен­тром все­лен­ной, начи­на­ют мани­пу­ли­ро­вать окру­жа­ю­щи­ми. Это одна из раз­но­вид­но­стей гипе­ро­пе­ки, и она недопустима. 

 

Хвалить, а не захваливать 

Хва­лить детей надо, но адек­ват­но ситу­а­ции. Напри­мер, на заня­тии дети рас­ска­зы­ва­ют сти­хи.  Уче­ник с ОВЗ тоже хоро­шо спра­вил­ся с зада­ни­ем и выра­зи­тель­но про­чи­тал сти­хо­тво­ре­ние. Не надо его пере­хва­ли­вать, пере­иг­ры­вать, выка­зы­вать какие-то осо­бен­ные эмо­ции. Ребё­нок заме­тит излиш­нее вни­ма­ние и будет вол­но­вать­ся, поче­му его выде­ля­ют. То есть, во всём долж­на быть мера. 
К сло­ву ска­зать, имен­но дет­ки с ОВЗ явля­ют­ся сего­дня самы­ми начи­тан­ны­ми. Увы, уже не толь­ко под­рост­ки, но и млад­шие школь­ни­ки про­во­дят мно­го вре­ме­ни с гад­же­та­ми, остав­ляя кни­ги на потом. Порой и в рам­ках школь­ной про­грам­мы зна­ком­ство с про­из­ве­де­ни­я­ми про­ис­хо­дит не через живое обще­ние с печат­ным сло­вом, а через интернет. 
У детей с ОВЗ любовь к кни­гам при­сут­ству­ет с рож­де­ния, они чита­ют с удо­воль­стви­ем, рас­ши­ряя свой кру­го­зор. Ведь зача­стую кни­га — их луч­ший друг и помощ­ник в учёбе. 

 

Общение на равных 

Конеч­но, в зави­си­мо­сти от диа­гно­за, есть своя спе­ци­фи­ка обще­ния. Так, маль­чи­ки и девоч­ки с рас­строй­ством аути­сти­че­ско­го спек­тра на кон­такт идут осто­рож­но. Важ­но руко­вод­ство­вать­ся их жела­ни­я­ми, пом­нить, что они сто­ро­нят­ся все­го ново­го, дол­го при­вы­ка­ют. Хоро­шо, если ребё­нок с таким неду­гом идёт в пер­вый класс со сво­ей груп­пой дет­ско­го сада. Тогда ему намно­го ком­форт­ней, он зна­ет ровес­ни­ков, при­вык к ним, и про­цесс адап­та­ции будет намно­го лег­че. Отде­лять от кол­лек­ти­ва таких ребят нежелательно. 
Дети с ДЦП интел­лек­ту­аль­но сохра­нён­ные. Хотя они и выгля­дят физи­че­ски по-дру­го­му, но от них жалоб прак­ти­че­ски нет. Они доб­рые, отзыв­чи­вые, идут на кон­такт с дру­ги­ми детьми. 
А есть ребя­та, напри­мер, с диа­бе­том. Им нуж­но чуть не каж­дый час мерить уро­вень саха­ра в кро­ви. Про­блем с друж­бой, с обще­ни­ем у них не наблю­да­ет­ся. А по успе­хам в учё­бе, общим зна­ни­ям, кру­го­зо­ру они дадут фору многим. 
В любом слу­чае, глав­ное — обще­ние на рав­ных, с любо­вью, ува­же­ни­ем. От это­го зави­сит, замкнёт­ся ребё­нок с ОВЗ в себе или будет чув­ство­вать себя полноценно. 

 

Индивидуальный подход 

Центр под­держ­ки семьи и дет­ства САО посе­ща­ют дети от 3 до 18 лет. Наша зада­ча пра­виль­но орга­ни­зо­вать про­цесс соци­а­ли­за­ции ребён­ка, его инте­гра­ции в обще­ствен­ную сре­ду, помочь на эта­пе под­го­тов­ки к дет­ско­му саду, шко­ле. После пер­вич­ной диа­гно­сти­ки и диа­ло­га с роди­те­ля­ми пред­ла­га­ет­ся инди­ви­ду­аль­ная про­грам­ма заня­тий. Резуль­та­ты её про­хож­де­ния пока­зы­ва­ют, насколь­ко успеш­ным и эффек­тив­ным был курс, и нужен ли повторный. 

Для каж­до­го ребён­ка инди­ви­ду­аль­ный под­ход — не тре­бо­ва­ние, а пра­ви­ло. И ему мы сле­ду­ем без­ого­во­роч­но. Запом­нил­ся один из визи­тов в Центр четы­рёх­лет­ней девоч­ки Л. Несмот­ря на все наши ста­ра­ния она рыда­ла во всех каби­не­тах, отка­зы­ва­лась общать­ся с кем бы то ни было. Что делать?  Как мы уже гово­ри­ли, нуж­но было вре­мя. Ребё­нок осмот­рел­ся, почув­ство­вал теп­ло, рас­по­ло­же­ние к себе, отта­ял, начал играть. В ито­ге — вме­сте с роди­те­ля­ми нам уда­лось сде­лать мно­гое. Неуве­рен­ный в себе ребё­нок, кото­ро­го когда-то рани­ли неосто­рож­ные сло­ва окру­жа­ю­щих, отче­го сфор­ми­ро­вал­ся слож­ней­ший ком­плекс, сего­дня ходит в обыч­ный садик, участ­ву­ет в раз­лич­ных меро­при­я­ти­ях, кон­кур­сах, дру­жит со сверст­ни­ка­ми, открыт для общения. 
Или дру­гой при­мер. Жен­щи­на при­ве­ла в отде­ле­ние неслы­ша­ще­го сына. До обра­ще­ния к нам маль­чик прак­ти­че­ски не выхо­дил из дома, а глав­ным его «собе­сед­ни­ком» была мама. Мы исполь­зо­ва­ли тех­ни­ку невер­баль­но­го обще­ния. Тру­ди­лись над про­бле­мой все вме­сте — спе­ци­а­ли­сты Цен­тра, мама и сам герой. Теперь улыб­чи­вый и общи­тель­ный под­ро­сток выхо­дит на ули­цу, при­хо­дит к нам, нахо­дит общий язык и с ровес­ни­ка­ми, и со взрослыми. 

 

Безнадёжных не бывает 

Все­гда гово­рим роди­те­лям, вера — это глав­ное. И хотя дети с тяжё­лы­ми откло­не­ни­я­ми, сла­ва Богу, ред­кость, но сре­ди наших вос­пи­тан­ни­ков есть и с орга­ни­че­ским нару­ше­ни­ем моз­га, сен­со­мо­тор­ной ала­ли­ей. Это когда мото­ри­ка не раз­ви­та, темп и ритм отсут­ству­ют, обра­щён­ную к ним речь не при­ни­ма­ют. Ни в коем слу­чае мы не отно­сим­ся к ним, как к без­на­дёж­ным. Живём верой и надеж­дой. И ста­ра­ем­ся про­фес­си­о­наль­но выпол­нять свою рабо­ту. Кото­рую, в общем, и рабо­той назы­вать непра­виль­но. Как гово­рит дирек­тор наше­го Цен­тра Ири­на Поно­ма­рё­ва, это — уча­стие в судь­бе. Так оно и есть. 

 

Не быть равнодушным 

Если на ули­це или в мага­зине, где угод­но, вы услы­ша­ли, что кто-то в адрес ребён­ка ска­зал жесто­кое сло­во или гру­бо пошу­тил по пово­ду его физи­че­ско­го или умствен­но­го состо­я­ния, не игно­ри­руй­те такой выпад. Самое пло­хое чув­ство — рав­но­ду­шие. Всту­пи­тесь за ребён­ка, защи­ти­те его. И неваж­но, это соб­ствен­ный малыш или нет. Толь­ко раз­го­ва­ри­вать с обид­чи­ком нуж­но не в при­сут­ствии ребён­ка, это исклю­че­но. Заблуж­де­ние думать: «А он всё рав­но ниче­го не пони­ма­ет». Отве­ди­те взрос­ло­го в сто­ро­ну, объ­яс­ни­те ему, что он не прав. Любое сло­во может глу­бо­ко ранить и остать­ся надол­го в душе, поро­див тыся­чу комплексов. 

 

Нормальные родители нормальных детей 

Ребён­ка с ОВЗ нель­зя нака­зы­вать физи­че­ски, нель­зя повы­шать на него голос, сры­вать­ся на крик. Толь­ко убеж­де­ние, вну­ше­ние и тер­пе­ние. Вели­кое тер­пе­ние. Ина­че – никак. И ещё важ­ная деталь: обще­ние с роди­те­ля­ми деток с ОВЗ так­же не тер­пит ни про­яв­ле­ний жало­сти, ни выка­зы­ва­ния пре­вос­ход­ства. Мы все­гда гово­рим папам и мамам: вы не осо­бен­ные роди­те­ли осо­бен­ных детей, вы нор­маль­ные роди­те­ли нор­маль­ных детей. Толь­ко с таким миро­ощу­ще­ни­ем мож­но прий­ти к жела­е­мо­му результату. 
 

Текст: Алек­сандра Грипас

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки