Особенности воспитания гиперактивных детей с диагнозом ММД

Особенности воспитания гиперактивных детей с диагнозом ММД

(10 голосов4.4 из 5)

Когда роди­те­ли жалу­ют­ся на неуправ­ля­е­мость сво­их детей, мне в боль­шин­стве слу­ча­ев хочет­ся им ска­зать (что я обыч­но и делаю): «Да вы про­сто не виде­ли по-насто­я­ще­му неуправ­ля­е­мых и пото­му не пони­ма­е­те, как вам повез­ло». …Этот ребе­нок про­мчал­ся по реа­би­ли­та­ци­он­но­му цен­тру, как ура­ган. Каза­лось, он одно­вре­мен­но при­сут­ству­ет в 3–4‑х местах. Он лез повсю­ду, хва­тал все, что попа­да­лось под руку, зада­вал вопро­сы и, не дожи­да­ясь отве­та, нес­ся дальше.

Осо­бен­но при­гля­нул­ся ему чер­ный факс, сто­яв­ший на сто­ле у дирек­то­ра. Факс был новый, и дирек­тор им очень доро­жил. Когда ребе­нок потя­нул­ся к фак­су в деся­тый раз, дирек­тор не выдер­жал и при­крик­нул. Малец кинул­ся на него с кула­ка­ми! У мамы в гла­зах навсе­гда застыл испуг, и она толь­ко стра­даль­че­ски повто­ря­ла: «Вале­рик, не надо! Вале­рик, поди сюда! Вале­рик…» Это, конеч­но, край­ний слу­чай. Хотя тоже небез­на­деж­ный. Сов­мест­ны­ми уси­ли­я­ми с вра­чом-пси­хо­нев­ро­ло­гом нам уда­лось доста­точ­но хоро­шо скор­рек­ти­ро­вать пове­де­ние несчаст­но­го маль­чи­ка. Пол­го­да он зани­мал­ся по инди­ви­ду­аль­ной про­грам­ме, затем про­шел заня­тия в пси­хо­кор­рек­ци­он­ной груп­пе. И хотя пове­де­ние его небез­упреч­но, это небо и зем­ля по срав­не­нию с тем, что было на пер­вич­ном при­е­ме. Когда он впер­вые появил­ся на нашем гори­зон­те, Вале­ри­ку уже испол­ни­лось семь лет. Он умел читать и счи­тать, но ни о какой шко­ле речи, есте­ствен­но, идти не мог­ло, ведь Вале­рик был неспо­со­бен спо­кой­но про­си­деть и двух минут. Теперь он учит­ся во вто­ром клас­се. Детей там, прав­да, все­го семь или восемь, но рань­ше-то Вале­рик и при одном ребен­ке при­хо­дил в такое неистов­ство, что его было не унять. А сей­час он выси­жи­ва­ет по четы­ре уро­ка и по мере сил ста­ра­ет­ся общать­ся с детьми.

Хочет, но не может

Меж­ду спо­кой­ным, покла­ди­стым ребен­ком и тем неукро­ти­мым ура­га­ном, кото­рый являл собой на пер­вом при­е­ме Вале­рик, конеч­но же, суще­ству­ет мас­са гра­да­ций. И боль­шин­ство роди­те­лей, запи­сы­ва­ю­щих сво­их строп­ти­вых детей в неуправ­ля­е­мые, оши­ба­ет­ся. Управ­лять строп­тив­цем нелег­ко, но и не так слож­но. Очень мно­гие рез­вые, шуст­рые дети, на кото­рых учи­те­ля и школь­ные пси­хо­ло­ги спе­шат наве­сить ярлык гипе­р­ак­тив­но­сти тоже вполне управ­ля­е­мые, хотя и тре­бу­ют опре­де­лен­но­го подхода.

Как же отли­чить про­сто актив­но­го ребен­ка от гипе­р­ак­тив­но­го? И неуправ­ля­е­мо­го — от своевольного?

Крат­ко я бы отве­ти­ла так: гипе­р­ак­тив­ный ребе­нок искренне хотел бы сдер­жать­ся, но не может. В его пове­де­нии нет зло­на­ме­рен­но­сти. Он собой дей­стви­тель­но не вла­де­ет. ИМ ВЛАДЕЮТ. Вла­де­ют про­ти­во­ре­чи­вые жела­ния, неосо­знан­ные вле­че­ния, хаос, тре­во­га, страх, агрес­сия. Он подо­бен щеп­ке, вле­ко­мой куда-то бур­ным пото­ком стра­стей. То есть при всей сво­ей внеш­ней актив­но­сти, внут­ренне он совер­шен­но пас­си­вен. Куда его поне­сет — туда и понесется.

Конеч­но, каж­дый ребе­нок может вой­ти в раж и на какое-то вре­мя стать неуправ­ля­е­мым, но для гипе­р­ак­тив­но­го ребен­ка это не ред­кие эпи­зо­ды, а при­выч­ное состояние.

Свое­воль­ные дети вполне могут одер­жи­вать­ся, но не счи­та­ют это нуж­ным. При незна­ко­мых людях они обыч­но ведут себя гораз­до спо­кой­нее, чем с домаш­ни­ми. А если рас­по­я­сы­ва­ют­ся (напри­мер, в мага­зине, когда им отка­зы­ваю в какой-то покуп­ке), то это зна­чит, что они абсо­лют­но уве­ре­ны в сво­ей без­на­ка­зан­но­сти: мама при чужих не посме­ет их отшле­пать. Полу­чив реши­тель­ный отпор, строп­тив­цы быст­ро «вхо­дят в разум».

Гипе­р­ак­тив­ные дети, наобо­рот, на людях ведут себя хуже, чем дома, посколь­ку кон­так­ты с чужи­ми дей­ству­ют на них рас­тор­ма­жи­ва­ю­ще. В отли­чие от свое­воль­ных детей, мастер­ски уме­ю­щих мани­пу­ли­ро­вать род­ны­ми, неуправ­ля­е­мый ребе­нок не пре­сле­ду­ет цели повы­каб­лу­чи­вать­ся и добить­ся-таки сво­е­го. Строп­ти­вец НЕ ВЕРИТ в то, что его пло­хое пове­де­ние может повлечь за собой какие-то непри­ят­ные послед­ствия. Гипе­р­ак­тив­ный ребе­нок это­го НЕ ПОНИМАЕТ. Он часто совер­ша­ет какие-то опас­ные поступ­ки (напри­мер, хва­та­ет ост­рые пред­ме­ты, выбе­га­ет на про­ез­жую часть доро­ги), но дела­ет это из-за сво­ей неспо­соб­но­сти про­гно­зи­ро­вать, что будет даль­ше, а не пото­му, что ищет при­клю­че­ний или хочет поще­ко­тать кому-то нервы.

Очень чет­ко выяв­ля­ет­ся раз­ни­ца меж­ду дей­стви­тель­но неуправ­ля­е­мы­ми и свое­воль­ны­ми детьми на пси­хо­кор­рек­ци­он­ных заня­ти­ях по нашей мето­ди­ке с И. Я. Мед­ве­де­вой. Свое­воль­ный ребе­нок не жела­ет пока­зы­вать себя с пло­хой сто­ро­ны (ска­жем, отка­зы­ва­ет­ся разыг­рать сцен­ку, как у него испор­ти­лось настро­е­ние, посколь­ку тогда при­дет­ся про­де­мон­стри­ро­вать свои капри­зы). Он пре­крас­но пони­ма­ет, что посту­па­ет нехо­ро­шо, и ему стыд­но. В луч­шем слу­чае, мож­но уго­во­рить его разыг­рать подоб­ную исто­рию не про себя, а про како­го-то дру­го­го маль­чи­ка или девоч­ку. Или про зверька.

Гипе­р­ак­тив­ный же ребе­нок не даст отри­ца­тель­ной реак­ции на такое зада­ние, а с удо­воль­стви­ем зай­дет за шир­му. Через мину­ту он, прав­да, может выбе­жать отту­да, но не из чув­ства сты­да. Про­сто его понес­ло даль­ше. У тако­го ребен­ка сни­же­на само­кри­ти­ка. Скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что он не отда­ет себе отче­та в сво­их поступ­ках, охот­но пока­зы­ва­ет дра­ки, не может оста­но­вить­ся, быст­ро теря­ет сюжет­ную нить.

Дви­га­тель­ная рас­тор­мо­жен­ность соче­та­ет­ся у гипе­р­ак­тив­но­го ребен­ка с пони­жен­ным вни­ма­ни­ем. Оно хао­тич­но пере­клю­ча­ет­ся с одно­го пред­ме­та на дру­гой, кото­рые слу­чай­но ока­зы­ва­ют­ся в поле его зре­ния. Такое пове­де­ние спе­ци­а­ли­сты назы­ва­ют «поле­вым». Он хва­та­ет­ся за то, за это, ниче­го не дово­дят до кон­ца. Часто отве­ча­ет нев­по­пад, не вду­мы­ва­ясь в смысл вопро­сов. В груп­пе посто­ян­но выска­ки­ва­ет впе­ред, а вый­дя высту­пать, — не зна­ет, что гово­рить. Не слу­ша­ет обра­щен­ную к нему речь. Ведет себя так, буд­то рядом нико­го нет. С детьми играть не уме­ет, при­ста­ет к ним, чуть что — начи­на­ет драться.

Шлеп­ки, окри­ки дей­ству­ют на него нена­дол­го (если дей­ству­ют вооб­ще). И немуд­ре­но, ведь, повто­ряю, такой ребе­нок дей­стви­тель­но НЕ МОЖЕТ сдер­жи­вать­ся. Кри­чать на него — все рав­но что пытать­ся оста­но­вить кри­ком раз­бу­ше­вав­шу­ю­ся стихию.

Кто вино­ват?

Когда в семье рож­да­ет­ся боль­ной ребе­нок, род­ные обыч­но зада­ют­ся вопро­сом: «В кого он такой?» А за ним явно или скры­то про­смат­ри­ва­ет­ся вопрос: «Кто виноват?»

Гипе­р­ак­тив­ным детям обыч­но ста­вят диа­гноз ММД (мини­маль­ная моз­го­вая дис­функ­ция). Это оста­точ­ные явле­ния орга­ни­че­ско­го пора­же­ния голов­но­го моз­га, воз­ник­ше­го либо когда ребе­нок еще нахо­дил­ся в утро­бе мате­ри (напри­мер, при тяже­лом ток­си­ко­зе или резус­кон­флик­те), либо при родах, либо из-за тяже­лых забо­ле­ва­ний в пер­вые меся­цы после рождения.

Так что наслед­ствен­ность тут, судя по все­му, ни при чем. А поиск винов­ных, даже если они были (ска­жем, неопыт­ная аку­шер­ка), ни к чему кон­струк­тив­но­му в дан­ном слу­чае не при­ве­дет. Род­ным луч­ше не пере­кла­ды­вать вину друг на дру­га, а спло­тить­ся вокруг «труд­но­го» малы­ша и сде­лать все, что­бы он выправился.

Како­во быть мате­рью гипе­р­ак­тив­но­го ребенка?

По мое­му глу­бо­ко­му убеж­де­нию, самый труд­ный» дет­ский воз­раст — вовсе не пере­ход­ный, а от года до двух-двух с поло­ви­ной, когда малы­ши уже бега­ют, повсю­ду зале­за­ют, но сооб­ра­же­ния у них еще мало­ва­то. Голо­ва явно не поспе­ва­ет за рука­ми и нога­ми. Боль­шин­ство детей это­го воз­рас­та нахо­дит­ся в посто­ян­ном дви­же­нии, а мате­ри — в веч­ном напря­же­нии. Чуть ребе­нок затих­нет, зна­чит, жди подвоха.

Но годам к трем ребе­нок обыч­но успо­ка­и­ва­ет­ся, ста­но­вит­ся разум­ней, и мать может немно­го расслабиться.

Мате­ри гипе­р­ак­тив­ных детей (по аме­ри­кан­ским дан­ным маль­чи­ки стра­да­ют этим при­мер­но в 4 раза чаще, чем девоч­ки) и после трех лет не могут рас­сла­бить­ся ни на мину­ту. Это, конеч­но, безум­но тяже­ло. Я все­го один день (вер­нее, вечер) побы­ла на месте такой жен­щи­ны и на всю жизнь запом­ни­ла свою уста­лость и отчаяние.

В три года мое­му млад­ше­му сыну сде­ла­ли неболь­шую опе­ра­цию, и он сут­ки вынуж­ден был оста­вать­ся в посте­ли. Когда ему раз­ре­ши­ли встать, он сде­лал­ся неуправ­ля­е­мым. Насколь­ко я пони­маю, так подей­ство­ва­ли на него пере­жи­тое потря­се­ние и вынуж­ден­ная непо­движ­ность. Нико­го не слы­ша и не видя, Феликс с быст­ро­той зву­ка носил­ся по кори­до­ру, и лицо его, обыч­но лука­вое и смыш­ле­ное, напо­ми­на­ло застыв­шую мас­ку. Мне ста­ло страш­но. Я под­хва­ти­ла его на руки. Он выры­вал­ся, отби­ва­ясь рука­ми и нога­ми, и, по-мое­му, не узна­вал нико­го вокруг. Врач еще утром пре­ду­пре­дил меня, что бегать ребен­ку нель­зя, поэто­му я дер­жа­ла Фелик­са изо всех сил и пыта­лась отвлечь. Сколь­ко про­дол­жа­лась наша борь­ба, я не пом­ню. Пом­ню толь­ко, что когда он нако­нец затих, я была совер­шен­но измо­ча­ле­на. Феликс спал, а я с тос­кой дума­ла: «Неуже­ли зав­тра это повто­рит­ся снова?»

К сча­стью, наут­ро его рас­тор­мо­жен­ность исчез­ла, как наваждение.

Так что когда я слы­шу от учи­те­лей или пси­хо­ло­гов нелест­ные ком­мен­та­рии в адрес мате­ри гипе­р­ак­тив­но­го ребен­ка (дескать, она без­участ­на, клу­ша какая-то, или, наобо­рот, шагу ему сту­пить не дает, подав­ля­ет), мне хочет­ся ска­зать: «Неиз­вест­но, как бы вы вели себя на ее месте. Вполне воз­мож­но, сошли бы с ума от напряжения».

В зави­си­мо­сти от осо­бен­но­стей сво­ей пси­хи­ки мате­ри реа­ги­ру­ют на посто­ян­ный стресс по-раз­но­му. У одной вклю­ча­ет­ся защит­ное тор­мо­же­ние. «Конь-огонь» на голо­ве будет сто­ять, а ее это вро­де бы не каса­ет­ся, хотя в глу­бине души она будет сго­рать со сты­да. Вто­рая, наобо­рот, все вре­мя наче­ку, кон­тро­ли­ру­ет каж­дый шаг неисто­во­го чада, доса­ду­ет, нерв­ни­ча­ет пере­да­ет ему свою нер­воз­ность… Конеч­но, оба сти­ля пове­де­ния непра­виль­ны, некон­струк­тив­ны, но мне кажет­ся, преж­де все­го этих жен­щин сле­ду­ет пожа­леть. Жизнь с ребен­ком, кото­ро­го при­хо­дит­ся поми­нут­но сни­мать то со шка­фа, то с люст­ры, — тяже­лое испытание.

Когда мате­ри сты­дят­ся буй­ства сыно­вей или доче­рей, окру­жа­ю­щи­ми это под­час вос­при­ни­ма­ет­ся как знак нелюб­ви. А по-мое­му, наобо­рот, это сви­де­тель­ству­ет в их поль­зу. Гораз­до хуже, когда мать во всем оправ­ды­ва­ет ребен­ка, обви­няя дру­гих род­ствен­ни­ков, сосе­дей, вос­пи­та­те­лей, учи­те­лей в жесто­ко­сти, нетер­пи­мо­сти, негу­ман­но­сти и про­чее. (Дескать, у нас стра­на такая, все злые, как соба­ки, друг дру­га нена­ви­дят, глот­ку гото­вы пере­грызть.) Это зна­чит, что мать тоже неадек­ват­но вос­при­ни­ма­ет ситу­а­цию, у нее тоже рас­ша­та­ны или вовсе отсут­ству­ют поня­тия о нор­мах пове­де­ния, и слу­жить сво­е­му ребен­ку опо­рой она не может. В таком слу­чае кор­рек­ция дет­ско­го пове­де­ния суще­ствен­но затруд­ня­ет­ся. Кро­ме того, вну­шая ребен­ку, что мир ему враж­де­бен, мать сеет в нем допол­ни­тель­ные стра­хи. А гипе­р­ак­тив­ные дети и без того очень тре­вож­ны, хотя неис­ку­шен­но­му чело­ве­ку может пока­зать­ся, что они абсо­лют­но бес­страш­ны, «без комплексов».

Осо­бен­но тяже­ло при­хо­дит­ся жен­щи­нам акку­рат­ным, в кото­рых нет ни тени богем­но­сти. Они любят поря­док и уют, а в их квар­ти­ре с утра до ночи бушу­ет сти­хия. Опти­маль­ный вари­ант — когда мама без­ого­во­роч­но при­ни­ма­ет боль­но­го ребен­ка, без­за­вет­но любит его, но про­яв­ля­ет при этом ЛАСКОВУЮ СТРОГОСТЬ. И об этом име­ет смысл пого­во­рить поподробней.

Как вести себя с гипе­р­ак­тив­ным ребенком?

Пона­ча­лу, чуть ли не самое глав­ное, на мой взгляд, это впу­стить в созна­ние, что ребе­нок БОЛЕН. Каза­лось бы, чего про­ще? Конеч­но, болен, раз он так себя ведет. Но все­рьез счи­тать его состо­я­ние болез­нью людям быва­ет труд­но. При­чем, ИМЕННО ПОТОМУ, ЧТО ОН ВЕДЕТ СЕБЯ ТАК. Так шум­но, буй­но, АКТИВНО. А клас­си­че­ский образ боль­но­го пря­мо про­ти­во­по­ло­жен: боль­ной лежит в посте­ли, он вял и ПАСИВЕН. Этот сте­рео­тип настоль­ко проч­но застрял в нашем под­со­зна­нии, что мы не можем от него отре­шить­ся. И под­час предъ­яв­ля­ем к ребен­ку тре­бо­ва­ния как к здоровому.

Когда же роди­тель, нако­нец, впу­стит в созна­ние горь­кую мысль, воз­ни­ка­ет дру­гая труд­ность. Неко­то­рые (конеч­но, не все) начи­на­ют боль­ше все­го жалеть себя. Дума­ют: «За что мне такой крест? Поче­му мне, а не кому-то еще?» Ну, а когда чело­ве­ка захле­сты­ва­ет жалость к себе, у него не оста­ет­ся сил жалеть дру­гих. И воз­ни­ка­ет раз­дра­же­ние. Оно накап­ли­ва­ет­ся, накап­ли­ва­ет­ся, пери­о­ди­че­ски про­ры­ва­ет­ся и выплес­ки­ва­ет­ся на ребен­ка. В сле­ду­ю­щий момент роди­те­лю ста­но­вит­ся стыд­но, он спе­шит загла­дить свою вину, дела­ет ребен­ку поблаж­ки, может быть, даже заис­ки­ва­ет перед ним. Потом опять чув­ству­ет себя бед­ным-несчаст­ным, опять раздражается…

На этом эта­пе важ­нее все­го научить­ся жалеть не себя, а ребен­ка. Не толь­ко пото­му, что он дей­стви­тель­но досто­ин гораз­до боль­шей жало­сти (ведь болен-то все-таки он, а не вы!), но и пото­му, что у вас ПРОСТО НЕТ ДРУГОГО ВЫХОДА. Ина­че все уси­лия ему помочь ока­жут­ся сизи­фо­вым тру­дом. Как себя раз­жа­ло­бить — каж­дый опре­де­ля­ет сам. Тут гото­вых рецеп­тов быть не может и не долж­но. Кому-то доста­точ­но вспом­нить, как он одна­жды страш­но вол­но­вал­ся, как не нахо­дил себе места и как его рани­ло рав­но­ду­шие, а то и доса­да близ­ких. Кто-то с тру­дом может поста­вить себя на место ребен­ка, у него без­от­каз­но сра­ба­ты­ва­ет пси­хо­ло­ги­че­ская защи­та, но потом при­от­кры­ва­ет­ся некий кла­пан, и чело­ве­ка прон­за­ет состра­да­ние. Кому-то помо­га­ет молит­ва. А кто-то вра­зум­ля­ет­ся, лишь поняв, что он это­го неудоб­но­го, буй­но­го, шум­но­го ребен­ка может поте­рять. И с той же стра­стью, с кото­рой рань­ше вопро­шал: «За что мне такой крест?», умо­ля­ет Бога не отни­мать его. Допу­стим, и этот этап будет прой­ден. Одна­ко вы еще не мино­ва­ли всех под­вод­ных рифов. У мно­гих роди­те­лей, жале­ю­щих нездо­ро­во­го ребен­ка, воз­ни­ка­ет соблазн ему потвор­ство­вать, дабы «не нер­ви­ро­вать». Тем более, что и неко­то­рые спе­ци­а­ли­сты, к кото­рым они обра­ща­ют­ся, сове­ту­ют «быть с ним очень осто­рож­ны­ми». Спо­ру нет, осто­рож­ность необ­хо­ди­ма. Вот толь­ко что под ней в дан­ном слу­чае пони­мать? Чего надо остерегаться?

Гра­нит­ные бере­га для бур­ля­ще­го хаоса

Когда ребен­ка мучат гастрит или аллер­гия, вра­чи тоже сове­ту­ют мате­ри про­яв­лять осто­рож­ность. Но это не зна­чит, что она долж­на пота­кать всем вку­со­вым при­хо­тям сына или доч­ки. Наобо­рот, несмот­ря на про­те­сты, детей сажа­ют на дие­ту. И ника­кие исте­ри­ки не могут поко­ле­бать реши­мо­сти мате­ри выпол­нить пред­пи­са­ния вра­ча. Не могут, пото­му что она пони­ма­ет: ина­че будет хуже. И самый свое­воль­ный ребе­нок сми­ря­ет­ся. Быва­ет забав­но наблю­дать, как строп­ти­вец, вро­де бы «не при­зна­ю­щий ника­ких запре­тов», доб­ро­воль­но отка­зы­ва­ет­ся от шоко­ла­да, гово­ря: «Мне это­го нельзя».

Ана­ло­гич­ную кар­ти­ну мож­но наблю­дать в сотне дру­гих слу­ча­ев, когда речь идет о телес­ных забо­ле­ва­ни­ях. Когда же дохо­дит до пси­хи­ки, в вос­при­я­тии роди­те­лей что-то вдруг меня­ет­ся. Начи­на­ют­ся раз­го­во­ры о труд­но­стях, о несов­ме­сти­мо­сти харак­те­ров, о нехват­ке вре­ме­ни и т. п. Воз­ни­ка­ет соблазн про­сто рас­ши­рить рам­ки доз­во­лен­но­го, убе­дить себя и дру­гих в том, что пове­де­ние ребен­ка в общем-то нор­маль­но, все не так драматично…

Веро­ят­но, фокус здесь в том, что пси­хи­ку нель­зя уви­деть, нель­зя потро­гать. А того, что не видишь, как буд­то и нет…

На самом деле, гипе­р­ак­тив­ный ребе­нок нуж­да­ет­ся в пси­хи­че­ской дие­те не мень­ше, чем ребе­нок с боль­ным желуд­ком — в дие­те пита­тель­ной. И соблю­дать ее сле­ду­ет так же неуклон­но. Посколь­ку в душе ребен­ка бушу­ет хаос, надо мак­си­маль­но упо­ря­до­чить его жизнь и внут­рен­ний мир. Помни­те, чем ярост­ней бушу­ет сти­хия — тем креп­че долж­ны быть бере­га. Ина­че про­изой­дет наводнение.

Гипе­р­ак­тив­ным детям боль­ше, чем всем осталь­ным, необ­хо­ди­мо соблю­дать стро­гий режим дня. Да, они, конеч­но, попы­та­ют­ся его нару­шать (так же как аллер­гик пона­ча­лу жаж­дет пола­ко­мить­ся шоко­лад­кой или апель­си­ном), но если вы буде­те неуклон­но про­яв­лять твер­дость, при­вык­нут. Полез­но выве­сить на стене подроб­ное рас­пи­са­ние и апел­ли­ро­вать к нему как к некой дан­но­сти, не зави­ся­щей от вашей воли. На мно­гих дошколь­ни­ков это дей­ству­ет мобилизующе.

В то нее вре­мя, есте­ствен­но, нуж­но делать поправ­ку на то, что у гипе­р­ак­тив­но­го ребен­ка, как у авто­мо­би­ля со сла­бы­ми тор­мо­за­ми, тор­моз­ной путь длин­нее обыч­но­го. Поэто­му если, допу­стим, ему пора закан­чи­вать игру, не тре­буй­те, что­бы он сде­лал это немед­лен­но, а пре­ду­пре­ди­те зара­нее, что вре­мя исте­ка­ет. Вооб­ще таких детей при­хо­дит­ся про­сить по несколь­ку раз. Это их осо­бен­ность, и с ней надо считаться.

Стро­гая дис­ци­пли­на тре­бу­ет­ся и от роди­те­лей. Одна­ко для них она выра­жа­ет­ся преж­де все­го в том, что они долж­ны при­вык­нуть гово­рить раз­ме­рен­но и успо­ка­и­ва­ю­ще, без раз­дра­же­ния. Труд­но? — Но ребен­ку выпол­нять ваши тре­бо­ва­ния еще труд­нее, одна­ко вы все-таки чего-то доби­ва­е­тесь. Если ему шесть лет, то вы, навер­ное, уже научи­ли его читать, а это, уве­ряю вас, зада­ча куда серьез­ней, чем при­учить­ся к сдержанности.

Воз­бу­ди­мо­му ребен­ку сле­ду­ет осо­бо тща­тель­но дози­ро­вать впе­чат­ле­ния. Избы­ток при­я­тых, ярких впе­чат­ле­ний для него тоже вре­ден. Но совсем лишать его раз­вле­че­ний и похо­дов в инте­рес­ные места не сто­ит. Одна­ко, если вы види­те, что он начи­на­ет пере­во­за буж­дать­ся, луч­ше уйти. Ниче­го, что вы не досмот­ри­те спек­такль или цир­ко­вое пред­став­ле­ние. Толь­ко не пода­вай­те этот уход как нака­за­ние. Луч­ше ска­зать: «Ты устал, пой­дем, тебе надо отдох­нуть». Пусть у ребен­ка сохра­ня­ют­ся при­ят­ные вос­по­ми­на­ния от его появ­ле­ния на людях. А то он нач­нет боять­ся совер­шать про­ма­хи и от это­го будет вести себя еще хуже.

Чрез­вы­чай­но важ­но научить­ся ловить тот момент, когда он начи­на­ет пере­воз­буж­дать­ся, но еще не пере­воз­бу­дил­ся окончательно.

Это тре­бу­ет от мате­ри обострен­но­го вни­ма­ния, но его вполне мож­но натре­ни­ро­вать. Научи­лись же вы когда-то опре­де­лять по пла­чу мла­ден­ца, чего он хочет. А со сто­ро­ны это каза­лось совер­шен­но непо­сти­жи­мой нау­кой. Пой­мав момент пере­воз­буж­де­ния, поста­рай­тесь отвлечь ребен­ка, уса­ди­те его к себе на коле­ни, пока­чи­вая, как малень­ко­го, пошеп­чи­те ему в такт что-нибудь успо­ка­и­ва­ю­щее, рас­слаб­ля­ю­щее. Напри­мер: «Пого­ди-пого­ди-пого­ди… Ну-ка подо­жди, я тебе что рас­ска­жу… Сей­час… сей­час мы с тобой… зна­ешь, что мы с тобой сей­час сде­ла­ем? Мы сей­час с тобой пой­дем на кух­ню, доста­нем… что мы доста­нем? Нет, не кастрю­лю… и не ско­во­род­ку и даже не тарел­ку… Мы с тобой доста­нем… такую вкус­ную, такую кра­си­вую мор­ков­ку (ябло­ко, кон­фе­ту и т. п.)».

Повто­ре­ние слов созда­ет ритм, заво­ра­жи­ва­ет, а телес­ный кон­такт со взрос­лым, осо­бен­но с мате­рью, вели­ко­леп­но расслабляет.

Детей от 4–5 лет в мину­ты воз­буж­де­ния полез­но вовле­кать в диа­лог (не о при­чи­нах их пло­хо­го пове­де­ния, а на какую-то посто­рон­нюю, инте­рес­ную тему). Зада­вай­те про­стые вопро­сы, не тре­бу­ю­щие про­стран­ных отве­тов. Пере­воз­буж­ден­ный ребе­нок пло­хо сооб­ра­жа­ет, он весь во вла­сти бур­ля­ще­го хао­са. Что­бы вклю­чить­ся в диа­лог, ему при­дет­ся волей-нево­лей обду­мы­вать свои отве­ты и выры­вать­ся из-под вла­сти эмо­ций. С любы­ми детьми важ­но суще­ство­вать в режи­ме диа­ло­га, а с гипе­р­ак­тив­ны­ми — осо­бен­но. Меж­ду тем имен­но с ними взрос­лые, как пра­ви­ло, изъ­яс­ня­ют­ся либо при помо­щи команд («убе­ри», «сде­лай», «не тро­гай»), либо раз­ра­жа­ют­ся длин­ны­ми, эмо­ци­о­наль­ны­ми моно­ло­га­ми, кото­рые по боль­шей части ока­зы­ва­ют­ся моно­ло­га­ми в пустоту.

Вооб­ще, таким детям надо уси­лен­но «раз­ви­вать голо­ву». Не в смыс­ле обу­че­ния сче­ту, чте­нию и пись­му. Это­му сей­час уде­ля­ет­ся даже черес­чур мно­го вни­ма­ния. Я имею в виду раз­ви­тие при­выч­ки осмыс­ли­вать про­ис­хо­дя­щее, заду­мы­вать­ся о при­чи­нах, про­гно­зи­ро­вать послед­ствия, пра­виль­но интер­пре­ти­ро­вать свои чув­ства и чув­ства дру­гих людей.

Для это­го иде­аль­но под­хо­дит куколь­ный театр, роле­вая игра с игруш­ка­ми. Она дает воз­мож­ность ребен­ку оце­нить и свое пове­де­ние, и пове­де­ние окру­жа­ю­щих, «влезть в чужую шку­ру», отре­пе­ти­ро­вать пра­виль­ные моде­ли поведения.

В куколь­ных сцен­ках мож­но про­иг­рать самые раз­ные ситу­а­ции, вызы­ва­ю­щие у ребен­ка пси­хо­ло­ги­че­ские труд­но­сти. Сцен­ки долж­ны быть очень про­сты­ми и стро­ить­ся по прин­ци­пу: «Пло­хой вари­ант — хоро­ший вари­ант». Ска­жем, разыг­ры­ва­ет­ся, как ребе­нок меша­ет стар­ше­му бра­ту гото­вить уро­ки, и дело закан­чи­ва­ет­ся пота­сов­кой. А потом — поло­жи­тель­ный вари­ант, иде­аль­ная модель пове­де­ния, уход от кон­флик­та (даже если в жиз­ни ребен­ка это­го прак­ти­че­ски не быва­ет). По мере про­дви­же­ния впе­ред сцен­ки долж­ны услож­нять­ся, раз­но­об­ра­зить­ся, обрас­тать ска­зоч­ны­ми или при­клю­чен­че­ски­ми подробностями.

Дет­ский сад таким детям про­ти­во­по­ка­зан. Луч­ше даже не про­бо­вать, что­бы не нане­сти ребен­ку трав­му. Ему вооб­ще нель­зя общать­ся с боль­шим коли­че­ством детей. При­гла­шай­те одно­го, мак­си­мум двух к себе домой и дер­жи­те их игры под кон­тро­лем, что­бы в слу­чае чего быст­ро вме­шать­ся и не дать раз­го­реть­ся конфликту.

Вы ска­же­те: «А как же при­учать его к коллективу?»

Все­му свое вре­мя. Для гипе­р­ак­тив­но­го дошколь­ни­ка важ­нее все­го обще­ние с лас­ко­вой, тер­пе­ли­вой мамой.

Все дети охот­нее обу­ча­ют­ся чему-либо, если им инте­рес­но. Это баналь­ная исти­на. Но поче­му-то у мно­гих роди­те­лей «труд­ных» детей она вызы­ва­ет него­до­ва­ние. Им хочет­ся, что­бы дети учи­лись «про­сто так». Гипе­р­ак­тив­но­го ребен­ка ОБЯЗАТЕЛЬНО нуж­но заин­те­ре­со­вы­вать. Ина­че ниче­го не полу­чит­ся. Это дан­ность, кото­рую при­дет­ся при­нять, даже если вам глу­бо­ко про­тив­но. При­чем инте­рес у него нестой­кий, лету­чий. В силу сво­их осо­бен­но­стей он не может дол­го удер­жи­вать вни­ма­ние на одном и том же. Поэто­му, обу­чая его чему-либо, необ­хо­ди­мо чере­до­вать виды дея­тель­но­сти, часто при­вно­сить в про­цесс что-то новень­кое, под­креп­лять инте­рес ребен­ка самы­ми раз­ны­ми способами.

Ска­жем, Вале­рик, о кото­ром упо­ми­на­лось в нача­ле ста­тьи, на пер­вых заня­ти­ях не мог удер­жи­вать вни­ма­ние боль­ше несколь­ких минут. Он все делал, как метеор: рисо­вал, писал циф­ры, бук­вы. Раз — и его уже нет на сту­ле. Мы с ним устра­и­ва­ли мно­го­чис­лен­ные пере­ры­вы, когда я раз­ре­ша­ла ему про­сто побе­гать, но потом сно­ва воз­вра­ща­лись за стол или за теат­раль­ную шир­му. Там все вре­мя про­ис­хо­ди­ло что-то новое: появ­ля­лись новые игруш­ки, дава­лись новые зада­ния. Одна­ко глав­ная моя цель оста­ва­лась неиз­мен­ной: я тре­ни­ро­ва­ла его вни­ма­ние, учи­ла диа­ло­гу. Посте­пен­но пау­зы уко­ра­чи­ва­лись, Вале­рик ста­но­вил­ся усид­чи­вей, и когда его вклю­чи­ли в груп­пу из шести детей с роди­те­ля­ми, он непло­хо выдер­жи­вал полу­то­ра-двух­ча­со­вые заня­тия с одним перерывом.

Посколь­ку у гипе­р­ак­тив­ных детей такое рас­се­ян­ное вни­ма­ние, нуж­но поста­рать­ся, что­бы во вре­мя заня­тий их ничто не отвле­ка­ло. Аме­ри­кан­ский док­тор Рэн­шоу сове­ту­ет ста­вить пись­мен­ный стол у пустой, ничем не укра­шен­ной сте­ны, избе­гать при оформ­ле­нии дет­ской ком­на­ты или дет­ско­го угол­ка ярких кра­сок и слож­ных орна­мен­тов. Не давай­те гипе­р­ак­тив­но­му ребен­ку сра­зу мно­го игру­шек. Когда он гото­вит уро­ки, выклю­чай­те радио, теле­ви­зор или магнитофон.

Извест­ный рос­сий­ский пси­хи­атр проф. Ю. С. Шев­чен­ко, мно­го рабо­та­ю­щий с гипе­р­ак­тив­ны­ми детьми, сове­ту­ет роди­те­лям соста­вить спи­сок жалоб на пове­де­ние ребен­ка, одна­ко, ука­зы­вать не обоб­щен­ные назва­ния, типа «капри­зы», «непо­слу­ша­ние», «неак­ку­рат­ность», а опре­де­лить чет­кие, мак­си­маль­но про­стые и понят­ные пове­ден­че­ские «мише­ни»: «бьет сест­ру», «не все­гда чистит зубы по утрам», «раз­бра­сы­ва­ет свои вещи», «берет чужое без спро­са» и т. п.

Таким обра­зом, кри­ти­ку­ют­ся не каче­стве ребен­ка, кото­рые ему труд­но изме­нить, а его кон­крет­ные поступ­ки. Ребен­ку лег­че понять, чего от него хотят. А взрос­лые могут выстро­ить иерар­хию целей и не тре­бо­вать все­го сразу.

Кро­ме того, это хоро­ший тест для самих роди­те­лей. Очень часто они пони­ма­ют, что предъ­яв­ля­ли к ребен­ку завы­шен­ные пре­тен­зии» тре­бо­ва­ли от него совер­шен­ства. Чего сто­ят хотя бы такие жало­бы: «НЕ ЛЮБИТ выно­сить мусор», «НЕ ЛЮБИТ, когда ему дела­ют заме­ча­ния», «НЕ ВСЕГДА слу­ша­ет­ся старших»!

А вы люби­те выно­сить мусор?

Не дер­гай­те ребен­ка каж­дую мину­ту. Он про­сто отклю­чит­ся и не будет вас слы­шать. Конеч­но, он дол­жен знать сло­во «нель­зя», но, как и со все­ми детьми, надо ста­рать­ся, что­бы они на соб­ствен­ном опы­те убеж­да­лись в пагуб­ных послед­стви­ях сво­их про­ступ­ков. Без­услов­но, с гипе­р­ак­тив­ны­ми детьми в этом смыс­ле сле­ду­ет быть более осмот­ри­тель­ны­ми. Но все рав­но, если у ребен­ка нет реаль­но­го опы­та рас­пла­ты за непо­слу­ша­ние, он пере­ста­ет верить пре­ду­пре­жде­ни­ям взрослых.

Клас­си­че­ский при­мер: малыш груд­но­го воз­рас­та упор­но тянет­ся к чай­ни­ку. Мож­но тре­пать себе нер­вы, сто раз повто­ряя «нель­зя» и рискуя тем, что для него это пре­вра­тит­ся в забав­ную игру. А мож­но дать ему потро­гать горя­чий чай­ник. Не рас­ка­лен­ный, но горя­чий. Тогда малыш не обо­жжет руку до вол­ды­рей, но почув­ству­ет боль. Боль­шин­ство детей усва­и­ва­ет этот урок с пер­во­го раза. Гипе­р­ак­тив­но­му ребен­ку одно­го раза, ско­рее все­го, будет недо­ста­точ­но, одна­ко, это не зна­чит, что «до него ниче­го не дохо­дит». Дохо­дит. Прав­да, не так быст­ро, как до дру­гих. Долж­ны же они хоть что-то делать мед­лен­ней остальных!

Лекар­ства

Для мно­гих роди­те­лей мысль о меди­ка­мен­тоз­ном лече­нии кажет­ся непе­ре­но­си­мой. Они гото­вы обра­щать­ся к кому угод­но: к баб­кам, экс­тра­сен­сам и про­чим «цели­те­лям», выпол­нять самые дикие реко­мен­да­ции, но толь­ко не давать ребен­ку таб­лет­ки, кото­рые про­пи­сы­ва­ет психиатр.

Дру­гие пол­но­стью упо­ва­ют на пси­хо­те­ра­пию, зани­ма­ют­ся с пси­хо­ло­га­ми, про­бу­ют раз­ные мето­ди­ки и подходы.

Одна­ко при орга­ни­че­ских нару­ше­ни­ях любые, даже очень эффек­тив­ные пси­хо­ло­го-педа­го­ги­че­ские мето­ды будут рабо­тать впол­си­лы. Раз мозг пора­жен, зна­чит, его надо лечить. А парал­лель­но учить — тер­пе­ли­во, настой­чи­во учить ребен­ка, как надо себя вести. Ведь ни одна таб­лет­ка это­му не научит.

Что каса­ет­ся побоч­ных эффек­тов, то, во-пер­вых, детям обыч­но дают лекар­ства в мик­ро­до­зах, а во-вто­рых, гораз­до вред­нее, когда ребе­нок посто­ян­но воз­буж­ден, «варит­ся» в таком хао­ти­че­ском «бульоне» и выма­ты­ва­ет всех, в том чис­ле и себя. Поми­мо все­го про­че­го, это затор­ма­жи­ва­ет его раз­ви­тие, ведь боль­шая часть энер­гии рас­хо­ду­ет­ся не по назначению.

Под­бор лекарств — дело тон­кое. Во мно­гом, в этом и состо­ит искус­ство вра­ча. Поэто­му поста­рай­тесь най­ти спе­ци­а­ли­ста, к кото­ро­му вы про­ник­ни­тесь дове­ри­ем, и если вам будет казать­ся, что лекар­ство ока­зы­ва­ет какой-то не тот эффект, не стес­няй­тесь лиш­ний раз к нему обратиться.

Кор­рек­ци­он­ные игры

Частая ошиб­ка роди­те­лей и педа­го­гов, как отме­ча­ет проф. Шев­чен­ко, заклю­ча­ет­ся в том, что от гипе­р­ак­тив­но­го ребен­ка тре­бу­ют одно­вре­мен­но сосре­до­то­чен­но­го вни­ма­ния, усид­чи­во­сти и сдер­жан­но­сти. То есть воз­ла­га­ют на него три­еди­ную зада­чу, с кото­рой не вся­кий взрос­лый в состо­я­нии спра­вить­ся. А ведь имен­но эти каче­ства у ребен­ка в дефиците.

Гораз­до полез­ней тре­ни­ро­вать каж­дое каче­ство по отдель­но­сти. Дае­те игру, тре­бу­ю­щую сосре­до­то­че­ния, не огра­ни­чи­вай­те импуль­сив­ность и дви­же­ния ребен­ка. Раз­ви­вая усид­чи­вость, не напря­гай­те актив­ное вни­ма­ние. Когда ребе­нок учит­ся сдер­жан­но­сти, не нагру­жай­те его интеллектуально.

Игр, помо­га­ю­щих раз­ви­вать вни­ма­ние, тре­ни­ро­вать усид­чи­вость и выдерж­ку, доста­точ­но мно­го. Я при­ве­ду здесь лишь несколько.

Раз­ви­тие внимания

Хоро­шо раз­ви­ва­ет вни­ма­ние игра «Хлоп­ки»: ребе­нок дол­жен «отхло­пы­вать» ритм, задан­ный веду­щим. Сна­ча­ла про­стень­кий, затем — более сложный.

«Отра­же­ние в зер­ка­ле»: надо повто­рять за веду­щим его жесты. Услож­нен­ная раз­но­вид­ность этой игры — «Опаз­ды­ва­ю­щее отра­же­ние» (вос­про­из­ве­де­ние преды­ду­ще­го дви­же­ния начи­на­ет­ся тогда, когда веду­щий уже пока­зы­ва­ет сле­ду­ю­щее). Мож­но дого­во­рить­ся о про­пус­ке каких-либо дви­же­ний (напри­мер, при­се­да­ний или накло­нов вперед).

Полез­ны игры с мячом типа «Съе­доб­ное-несъе­доб­ное».

Тре­ни­ров­ка усид­чи­во­сти, пре­одо­ле­ние расторможенности. 

Игры типа «Замри-отом­ри». Мож­но про­сто дого­во­рить­ся о том, что игро­ки долж­ны пре­бы­вать в непо­движ­но­сти в тече­ние опре­де­лен­но­го вре­ме­ни. Посте­пен­но эти интер­ва­лы долж­ны удли­нять­ся. Мож­но играть в «День-ночь»: когда веду­щий гово­рит: «Ночь», игро­ки зами­ра­ют. Когда объ­яв­ля­ет­ся «день», раз­ре­ша­ет­ся дви­гать­ся. Очень любят дети игру «Море вол­ну­ет­ся раз». «Море вол­ну­ет­ся раз, море вол­ну­ет­ся два, море вол­ну­ет­ся три, — гово­рит веду­щий, — мор­ская фигу­ра на месте замри». Побеж­да­ет тот, кто доль­ше всех про­сто­ит, не шелохнувшись.

Тре­ни­ров­ка выдерж­ка, кон­троль импульсивности

«Бары­ня при­сла­ла сто руб­лей, что хоти­те — то бери­те, чер­ное с белым не носи­те, «да» и «нет»» не гово­ри­те»: ребен­ку зада­ют вопро­сы, а он, отве­чая, дол­жен соблю­сти выше­ука­зан­ные усло­вия. Мож­но нало­жить запрет и на какие-нибудь дру­гие сло­ва или действия.

«Про­дол­жи ритм» — каж­дый игрок вос­про­из­во­дит ритм, добав­ляя один хло­пок. «Про­дол­жи фра­зу» — игра­ю­щие стро­ят пред­ло­же­ние, повто­ряя ска­зан­ное преды­ду­щи­ми игро­ка­ми и добав­ляя свое сло­во. Для рас­тор­мо­жен­но­го ребен­ка удер­жать в памя­ти 8–10 слов — огром­ное дости­же­ние. Детям сред­не­го школь­но­го воз­рас­та игру мож­но услож­нить: пусть добав­ля­ют не сло­во, а пред­ло­же­ние. Это будет игра «Про­дол­жи рас­сказ». Когда вы добье­тесь замет­ных успе­хов в играх с нагруз­кой на одну функ­цию, пере­хо­ди­те к ком­би­ни­ро­ван­ным. Напри­мер, попро­буй­те поиг­рать в жмур­ки, не завя­зы­вая ребен­ку гла­за, а пред­ло­жив их про­сто закрыть. Ска­жи­те: «Это будет игра на чест­ность». Что­бы оправ­дать высо­кое зва­ние чест­но­го чело­ве­ка, ребе­нок хотя бы недол­го будет кон­тро­ли­ро­вать себя, подав­ляя жела­ние под­гля­деть за игра­ю­щи­ми. Похва­ли­те его за это, ведь для него даже неболь­шое уси­лие подоб­но­го рода — подвиг.

Ну, и конеч­но, гипе­р­ак­тив­но­му (как и про­сто актив­но­му) ребен­ку надо давать воз­мож­ность выплес­нуть свою энергию.

При­об­щай­те таких детей к раз­ным видам спор­та, учи­те их тан­це­вать, пусть игра­ют в подвиж­ные игры на све­жем воз­ду­хе и т. п. Но заня­тия в спор­тив­ных сек­ци­ях, где жест­кая дис­ци­пли­на и тре­не­ры ори­ен­ти­ро­ва­ны на выков­ку чем­пи­о­нов, будут для них чрез­мер­ной нагрузкой.

По мате­ри­а­лам кни­ги Т. Шишо­вой “Что­бы ребе­нок не был трудным”

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки