Протоиерей Александр Тимофеев: У моего сына диабет

Протоиерей Александр Тимофеев: У моего сына диабет

(6 голосов5.0 из 5)

Про­то­и­е­рей Алек­сандр Тимо­фе­ев, сыну кото­ро­го диа­гно­сти­ро­ва­ли инсу­ли­но­за­ви­си­мый диа­бет, рас­ска­зы­ва­ет, как общать­ся с вра­ча­ми и педа­го­га­ми, что непре­мен­но долж­ны знать одно­класс­ни­ки ребен­ка, как оце­ни­ва­ет­ся кало­рий­ность каши и зачем папе боль­но­го ребен­ка под­ни­мать штангу.

«Это не с моим ребенком»

О том, что у сына диа­бет, я узнал во вре­мя литур­гии: на испо­ве­ди ко мне подо­шла запла­кан­ная супруга.

Протоиерей Александр Тимофеев

На самом деле ему ста­ло пло­хо еще с вече­ра, и утром перед литур­ги­ей жена взя­ла и сво­им глю­ко­мет­ром поме­ри­ла Вите сахар кро­ви: у него ока­за­лось 14 (нор­мой счи­та­ет­ся 5,5 – прим. ред.). Четыр­на­дцать про­сто так не быва­ет, это сто про­цен­тов инсу­ли­но­за­ви­си­мый диабет.

Осо­зна­ние, что у кого-то из близ­ких диа­бет – пси­хо­ло­ги­че­ски слож­ный момент. Диа­бет – болезнь, у кото­рой очень серьез­ные послед­ствия, это еще надо понять и при­нять. Как вне­зап­ная ката­стро­фа. Такое заме­ша­тель­ство: «Это не со мной, это не с моим ребен­ком!» У роди­те­лей может воз­ник­нуть жела­ние «проснуть­ся», что­бы всё это ока­за­лось толь­ко сном.

Но если циф­ры саха­ра высо­кие, это озна­ча­ет толь­ко одно: само собой точ­но не прой­дет, надо лечить.

Группа риска

Инсу­ли­но­за­ви­си­мым диа­бе­том уже семь лет боле­ет моя жена. Диа­бет у нее раз­вил­ся во вре­мя тре­тьей бере­мен­но­сти, и уже, к сожа­ле­нию, не про­шел. Все­го у нас чет­ве­ро детей. А если у мамы диа­бет, дети нахо­дят­ся в груп­пе рис­ка. В таких слу­ча­ях поло­же­но раз в три меся­ца или хотя бы в пол­го­да про­ве­рять сахар. Точ­нее, есть такой спе­ци­аль­ный тест кро­ви, назы­ва­ет­ся «на гли­ки­ро­ван­ный гемо­гло­бин». Он сто­про­цент­но помо­га­ет выявить даже скры­тый диа­бет на началь­ной стадии.

А еще есть типич­ные при­зна­ки диа­бе­та, кото­рые мож­но уви­деть – прав­да, если их ожи­дать. Очень часто в боль­ни­цу детей с пер­вич­но опре­де­лен­ным диа­бе­том при­во­зят уже в коме, пото­му что роди­те­ли не уви­де­ли этих при­зна­ков. Ребе­нок худе­ет, у него пада­ет аппе­тит, он ста­но­вит­ся вялым, сла­бым, быст­ро и бес­при­чин­но утомляется.

У сына диа­бет раз­вил­ся очень быст­ро, в тече­ние трех меся­цев, – преды­ду­щий ана­лиз был хоро­шим. Но мы успе­ли пой­мать болезнь еще на ран­ней ста­дии: он не впал в кому, не раз­вил­ся кето­аци­доз – ослож­не­ние из-за недо­стат­ка инсу­ли­на, при кото­ром про­ис­хо­дит отрав­ле­ние организма.

Детям из груп­пы рис­ка ана­ли­зы нуж­но делать посто­ян­но, мно­го лет они могут быть отри­ца­тель­ны­ми, а потом вдруг «выстре­лят». Я пони­маю, что не все это смо­гут делать, пото­му что это тре­бу­ет вре­ме­ни. Но если у кого-то в родне есть диа­бе­ти­ки, ребен­ка нуж­но про­ве­рять обя­за­тель­но. Есть доволь­но слож­ный гене­ти­че­ский ана­лиз, но его дела­ют в Москве, в инсти­ту­те эндо­кри­но­ло­гии, при­чем есть и бес­плат­ная про­грам­ма. Такой ана­лиз поз­во­ля­ет выявить забо­ле­ва­ние на очень ран­ней ста­дии и на годы про­длить здо­ро­вую жизнь.

Мас­са про­блем сей­час свя­за­на имен­но с тем, что инсу­ли­но­за­ви­си­мым диа­бе­том пер­во­го типа чаще все­го забо­ле­ва­ют дети. У взрос­лых же диа­бет неред­ко быва­ет вто­ро­го типа и раз­ви­ва­ет­ся после соро­ка. Но это дру­гой разговор.

Timofeev 2 - Протоиерей Александр Тимофеев: У моего сына диабет

Никто не планирует своему ребенку инвалидность

Диа­гноз ста­но­вит­ся шоком, даже если детей регу­ляр­но про­ве­ря­ешь. Ведь когда дети рас­тут, дума­ешь преж­де все­го о том, что­бы они учи­лись, рос­ли, зани­ма­лись спор­том, были успеш­ны­ми в про­фес­сии. Никто же не пла­ни­ру­ет сво­е­му ребен­ку инва­лид­ность. И здесь воз­ни­ка­ет слож­ный пси­хо­ло­ги­че­ский момент: мож­но про­ре­а­ги­ро­вать быст­рее или медленнее.

Кто-то не может при­нять новое состо­я­ние ребен­ка всю жизнь и про­сто ждет, пока тот «выздо­ро­ве­ет». У меня на шок, при­ня­тие и выра­бот­ку пла­на дей­ствий ушли при­мер­но сут­ки. Моя реак­ция была отно­си­тель­но быст­рой. Может быть, имен­но пото­му, что у супру­ги диа­бет. В этот же день мы ребен­ка госпитализировали.

Роди­те­ли долж­ны понять, что нуж­но при­нять эту ситу­а­цию, что диа­бет тре­бу­ет пере­строй­ки жиз­ни. Это не зна­чит, что жизнь закон­чи­лась, это озна­ча­ет, что нуж­но научить­ся жить с диабетом.

В боль­ни­це сын ока­зал­ся 25 мая. Он окон­чил учеб­ный год, но не попал на выпуск­ной. Поми­мо Вити, у нас еще трое детей, один груд­ной; в ито­ге на месяц в боль­ни­цу с ребен­ком лег я. При­шлось, конеч­но, как-то выжи­вать, выкручиваться…

Если ребе­нок впа­да­ет в кому с подо­зре­ни­ем на диа­бет, его, конеч­но, забе­рет любая «ско­рая». Если у него гипо- или гиперг­ли­ке­ми­че­ское состо­я­ние – его пове­зут в спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­ще­е­ся на диа­бе­те отде­ле­ние эндо­кри­но­ло­гии, кото­рых не так и мно­го. Мы попа­ли в Тушин­скую больницу.

Витя был в пло­хом состо­я­нии – боль­шие циф­ры саха­ра. У супру­ги был инсу­лин, но мы не мог­ли сра­зу начать колоть сына, посколь­ку неиз­вест­на была его чув­стви­тель­ность. Ее пер­во­на­чаль­но может опре­де­лить толь­ко врач. Потом ребен­ка ста­би­ли­зи­ру­ют и опре­де­ля­ют дозу.

Болезнь семейная

Самый важ­ный момент: нель­зя пере­ло­жить всю ответ­ствен­ность на вра­ча. Я пря­мо ска­жу: диа­бет – это болезнь семей­ная. Если в семье кто-то забо­лел, неваж­но, ребе­нок это или взрос­лый, вовле­че­ны все. По-дру­го­му никак. И еще диа­бет – болезнь не то что­бы соци­аль­ная, но вле­ку­щая за собой имен­но соци­аль­ные послед­ствия. Она тре­бу­ет опре­де­лен­но­го обще­ствен­но­го отно­ше­ния за пре­де­ла­ми семьи – на рабо­те, в учеб­ном заве­де­нии или еще где-то.

Диа­бет под­ра­зу­ме­ва­ет, что чело­ве­ку обя­за­тель­но пона­до­бит­ся вни­ма­ние, забо­та и любовь окру­жа­ю­щих. И это очень серьез­ное испы­та­ние семей­ных отно­ше­ний. И если начать бороть­ся с болез­нью сов­мест­но, семья может даже укрепиться.

Обя­за­тель­но нуж­но понять: необ­хо­ди­мо учить­ся. То есть пер­вое, что долж­ны сде­лать роди­те­ли, кро­ме того, что они гос­пи­та­ли­зи­ро­ва­ли ребен­ка, – посту­пить в шко­лу диа­бе­та и ни в коем слу­чае не про­гу­ли­вать ни одно­го заня­тия. Даже если они про­гу­ля­ли хоть одно, то вос­ста­но­вить. Теперь это будет жиз­нен­но необходимо.

IMG_20150805_191511

Плохой и хороший контроль – последствия

Шко­лы диа­бе­та есть во всех эндо­кри­но­ло­ги­че­ских отде­ле­ни­ях, где лежат дети с диа­бе­том. Я насто­я­тель хра­ма и из-за бого­слу­же­ний вынуж­ден был ухо­дить из боль­ни­цы и ино­гда про­пус­кать, но потом обя­за­тель­но пол­но­стью вос­ста­нав­ли­вал мате­ри­ал, решал задач­ки. Это то, без чего вооб­ще нель­зя, пото­му что диа­бет – болезнь управ­ля­е­мая исклю­чи­тель­но волей и разу­мом человека.

Если ты не пони­ма­ешь, как она про­те­ка­ет, как ведут­ся рас­че­ты дози­ров­ки уко­лов, как счи­та­ют­ся хлеб­ные еди­ни­цы, ты не управ­ля­ешь диа­бе­том. А он дол­жен быть управ­ля­ем. Если роди­те­ли научи­лись управ­лять болез­нью сами и научи­ли ребен­ка, в даль­ней­шем мож­но вооб­ще в боль­ни­цу боль­ше не ложиться.

Если не научи­лись, то след­стви­ем будет не про­сто «сни­же­ние каче­ства жиз­ни». Пери­о­ди­че­ски ребе­нок будет попа­дать в боль­ни­цу в состо­я­нии глу­бо­ко­го отрав­ле­ния – кето­аци­до­за. Доста­точ­но сут­ки, даже пол­су­ток не кон­тро­ли­ро­вать сахар – и уле­та­ешь в боль­ни­цу на «ско­рой», если дове­зут. Даль­ше отка­чи­ва­ют на капель­ни­цах. Поэто­му шко­ла диа­бе­та роди­те­лям нужна.

В боль­ни­це я наблю­дал мас­су детей с таки­ми же про­бле­ма­ми. Неко­то­рые были в очень пло­хом состо­я­нии. Встре­ча­лись ровес­ни­ки мое­го Витю­ши (ему сей­час девять), исто­щен­ные: тонень­кие руч­ки, нож­ки, пло­хие сосу­ды, язвы на ногах. То есть за несколь­ко лет пло­хо ком­пен­си­ро­ван­но­го диа­бе­та насту­па­ют тяже­лые последствия.

И, напро­тив, я наблю­дал хоро­шо леча­щих­ся детей… Напри­мер, одно­му маль­чи­ку сей­час шест­на­дцать. Да, у него диа­бет, но болезнь под кон­тро­лем, он зани­ма­ет­ся спор­том по пять раз в неде­лю, пре­крас­но выгля­дит. Роди­те­ли пери­о­ди­че­ски кла­дут его в боль­ни­цу имен­но для того, что­бы про­ве­рить, всё ли в поряд­ке, а не отто­го, что ста­ло плохо.

Нуж­но имен­но научить­ся. Более того, врач, у кото­ро­го я учил­ся, гово­рил: «Вы долж­ны так изу­чить диа­бет сво­е­го ребен­ка, что в сле­ду­ю­щий раз на при­е­ме вы буде­те нас учить, а не мы вас».

Timofeev1 - Протоиерей Александр Тимофеев: У моего сына диабет

Что будет, если съесть конфету?

Конеч­но, в чём-то наше­му сыну было про­ще. Мы с дет­ства полу­шу­тя ему гово­ри­ли, что у мамы «сахар­ная болезнь», поэто­му ей нель­зя мно­го слад­ко­го. Но, конеч­но, попав в боль­ни­цу, пер­вое вре­мя он пла­кал. Когда под­би­ра­ли дозу инсу­ли­на, ребе­нок пло­хо себя чув­ство­вал, силь­но поху­дел. Потом ему ста­но­ви­лось всё луч­ше и луч­ше, он смог бегать, гулять на ули­це. И сам понял, что лече­ние пошло на пользу.

Ребе­нок тоже дол­жен прой­ти пси­хо­ло­ги­че­ские ста­дии – отри­ца­ние сво­ей болез­ни, потом при­ня­тие. Было несколь­ко слу­ча­ев, когда Витя хотел спе­ци­аль­но про­ве­рить: вдруг это всё вра­чи и роди­те­ли толь­ко гово­рят, а на самом деле ниче­го не будет. Он съе­дал кон­фет­ку и не под­ка­лы­вал дозу, а потом быва­ли скач­ки саха­ра. Он убеж­дал­ся: да, нику­да не денешь­ся, при­дет­ся колоть инсу­лин. И о том, что нику­да не денешь­ся, мне при­хо­ди­лось с ним гово­рить и раз, и два, и три, и десять.

Гово­рить ребен­ку об этом нуж­но спо­кой­но, что­бы он понял: это не ката­стро­фа, это про­сто какие-то новые усло­вия жиз­ни. Нуж­но кон­тро­ли­ро­вать себя и свой раци­он – счи­тать кало­рии, хлеб­ные единицы.

Когда учатся считать и зачем фотографировать кашу

Витя сооб­ра­зи­тель­ный маль­чик, с мате­ма­ти­кой у него всё в поряд­ке. Я еще в боль­ни­це пытал­ся ему объ­яс­нить рас­че­ты доз и еди­ниц, но, ска­жу чест­но, ему гово­рить об этом не хоте­лось. На шко­лу диа­бе­та он со мной несколь­ко раз ходил, но в боль­ни­це раз­го­во­ры на тему диа­бе­та вос­при­ни­мал с тру­дом. После боль­ни­цы мы с ним еще раз всё про­шли дома, я сам объ­яс­нил ему, как считать.

В свои девять лет сын уме­ет счи­тать еди­ни­цы в основ­ных про­дук­тах – кар­тош­ка, мака­ро­ны, каша. Когда есть затруд­не­ния, спра­ши­ва­ет у меня. Ино­гда я сам опре­де­ляю, ино­гда смот­рю в таб­ли­цу. У диа­бе­ти­ка под рукой обя­за­тель­но долж­на быть таб­ли­ца хлеб­ных единиц.

Меню в шко­ле мы не про­си­ли: кро­ме тех слу­ча­ев, когда сахар щед­ро насы­пан на кашу свер­ху, спе­ци­аль­но­го меню для диа­бе­ти­ков не нуж­но. Если чело­век при­вык счи­тать хлеб­ные еди­ни­цы, он опре­де­ля­ет их на взгляд: вот я смот­рю на тарел­ку с кашей или на суп – и сра­зу опре­де­ляю. Тут есть дру­гая слож­ность, при кото­рой меню не помо­жет. Напри­мер, в меню может быть напи­са­но: «Каша, 150 грам­мов». Это не зна­чит, что повар смо­жет лож­кой точ­но отме­рить имен­но эти 150 грам­мов. Там может ока­зать­ся 200 или 100. Пото­му что гла­зо­мер раз­ный. Хоро­ший гла­зо­мер дол­жен быть как раз у диа­бе­ти­ка и роди­те­лей. Мож­но научить это­му ребенка.

Если в каком-то блю­де сын сомне­ва­ет­ся, он фото­гра­фи­ру­ет и посы­ла­ет нам: «Вы соглас­ны, что здесь вот столь­ко еди­ниц?» И роди­те­ли как окон­ча­тель­ная экс­пер­ти­за гово­рят: «Да, согласны».

Чем помпа лучше шприца?

В шко­ле диа­бе­та мы изу­ча­ли раз­ные вари­ан­ты вве­де­ния инсу­ли­на. И я ска­жу, что для ребен­ка пом­па луч­ше. Во-пер­вых, там очень точ­ная дози­ров­ка. Шприц-руч­ка поз­во­ля­ет вво­дить толь­ко еди­ни­цу или пол-еди­ни­цы – пом­па дози­ру­ет пре­па­рат до одной деся­той доли, а у детей дозы как раз небольшие.

Пом­пы, кото­рые сами счи­та­ют весь про­цесс вооб­ще пол­но­стью, – крайне доро­гое удо­воль­ствие, боль­шин­ство людей у нас в Рос­сии не могут себе это поз­во­лить. Наша пом­па обыч­ная, но всё рав­но доро­гая: на пом­пу вме­сте с рас­ход­ни­ка­ми ушло сто два­дцать тысяч. Сла­ва Богу, помог­ли дру­зья, пото­му что со сво­ей при­ход­ской зар­пла­той я, конеч­но, ее не купил бы.

Тео­ре­ти­че­ски по ОМС диа­бе­ти­ку долж­ны выда­вать рас­ход­ные мате­ри­а­лы. Инсу­лин выда­ют, но сам инсу­лин – это копей­ки. А вот оформ­ле­ние все­го осталь­но­го у нас пока затя­ги­ва­ет­ся, при­хо­дит­ся поку­пать самим.

Плю­сы помп в том, что они упро­ща­ют рас­чет. У ребен­ка в руках глю­ко­пульт, похо­жий на теле­фон­чик. Сей­час боль­шин­ство детей любят обра­щать­ся с тех­ни­кой, им удоб­но. И еще это немнож­ко упро­ща­ет жизнь в том смыс­ле, что не надо нику­да выхо­дить из клас­са для уко­ла – аппа­рат, кото­рый вво­дит инсу­лин, спря­тан у Вити пря­мо под одеж­дой. Прав­да, кровь из паль­ца на ана­лиз ему при­хо­дит­ся брать в любом случае.

Диабетик – это не на одной гречке сидеть

Про­шло уже четы­ре неде­ли сен­тяб­ря – в прин­ци­пе, сын справ­ля­ет­ся. Дома он зав­тра­ка­ет, потом ест зав­трак в шко­ле, в неко­то­рые дни у них еще музы­каль­ная или худо­же­ствен­ная шко­ла, поэто­му они оста­ют­ся на про­длен­ку и обедают.

Плюс глю­ко­пуль­та еще и в том, что все дан­ные запи­сы­ва­ют­ся. Каж­дый вечер я обя­за­тель­но про­смат­ри­ваю, как он спра­вил­ся, ошиб­ся или нет. И мы обя­за­тель­но обсуж­да­ем, как он рас­счи­ты­вал единицы.

Ребе­нок в пер­вом клас­се, ско­рее все­го, с этим еще не смо­жет спра­вить­ся. Но во вто­ром, думаю, это уже вполне по силам. Прав­да, могут быть еще допол­ни­тель­ные дан­ные: ребе­нок побе­гал, была физи­че­ская нагруз­ка, какое общее само­чув­ствие. Но даже если ребе­нок один раз где-то немно­го ошиб­ся – ниче­го страш­но­го, дан­ные всё вре­мя кор­рек­ти­ру­ют­ся. Кровь про­ве­ря­ет­ся перед каж­дым при­е­мом пищи, потом – через два часа после еды, еще перед сном. Соот­вет­ствен­но, если четы­ре раза в день есть, то при­хо­дит­ся девять раз в день уко­лоть палец. И с этим ниче­го не поделаешь.

С под­сче­том хлеб­ных еди­ниц могут быть неточ­но­сти, через два часа берешь кровь и смот­ришь, ошиб­ся ты или нет. Быва­ет, хотел полу­чить через два часа уро­вень саха­ра, напри­мер, семь с поло­ви­ной, а полу­чил девять. Тогда кор­рек­ти­ру­ем дозу.

И еще важ­но пси­хо­ло­ги­че­ски при­нять: нель­зя есть всё, что захо­чет­ся. На самом деле есть мож­но мно­го чего, хотя бы то же моро­же­ное. Если ты диа­бе­тик, это не зна­чит, что нуж­но сидеть на одной греч­ке. Пита­ние долж­но быть пол­но­цен­ным, сба­лан­си­ро­ван­ным. Раци­он может менять­ся, – в путе­ше­ствии, в празд­ни­ки, в дни рож­де­ния, в кафе. Но тре­бу­ет­ся обя­за­тель­ный кон­троль уров­ня сахара.

Ребе­нок на свя­зи с нами посто­ян­но. Не обя­за­тель­но всё вре­мя в шко­лу при­бе­гать, хотя в неко­то­рых слу­ча­ях при­хо­дит­ся. Бук­валь­но два дня назад на физ­куль­ту­ре он забыл снять пом­пу, и она отско­чи­ла совсем, каню­ля выско­чи­ла. Зна­чит, инсу­лин пере­стал посту­пать. Он стал мне, конеч­но, зво­нить: «Папа, всё бро­сай, при­ез­жай в шко­лу». Я там был уже через пол­ча­са с новой иголкой.

Timofeev 3 - Протоиерей Александр Тимофеев: У моего сына диабет

Зачем оформлять инвалидность

Сей­час нам реко­мен­до­ва­ли полу­чить на ребен­ка инва­лид­ность. Есть несколь­ко при­чин, по кото­рым сто­ит это делать. Во-пер­вых, вся­кие рас­ход­ни­ки и кон­троль саха­ра – доро­гое удо­воль­ствие. К при­ме­ру, одна баноч­ка тест-поло­сок сто­ит око­ло тыся­чи руб­лей. Там 50 штук, это на пять-шесть дней. Соот­вет­ствен­но, пять тысяч в месяц вы потра­ти­те толь­ко на них. А еще надо делать ана­ли­зы, и про­чее, и про­чее. Пен­сия ребен­ку по инва­лид­но­сти как раз толь­ко-толь­ко покро­ет эти расходы.

Бес­плат­но у нас дают в месяц одну баноч­ку тест-поло­сок, в луч­шем слу­чае – две. Теперь мож­но ока­зать­ся в ситу­а­ции: при­хо­дишь к эндо­кри­но­ло­гу, а он сету­ет: «Про­сти­те, у меня нет нуж­ных вам поло­сок на этот месяц». Еще по инва­лид­но­сти мож­но полу­чить вся­кие льгот­ные поезд­ки в сана­то­рии. Мы – мно­го­дет­ная семья, для нас все эти рас­хо­ды состав­ля­ют опре­де­лен­ное бремя.

Пер­вые пять лет нуж­но будет каж­дый год пере­осви­де­тель­ство­вать ребен­ка на комис­сии. Такая глу­пая бюро­кра­тия, пото­му что диа­бет всё рав­но не прой­дет. Потом груп­пу инва­лид­но­сти дадут посто­ян­но, до совер­шен­но­ле­тия. В совер­шен­но­ле­тие эту груп­пу сни­мут, а потом могут дать сно­ва, если будут какие-то дей­стви­тель­но серьез­ные ослож­не­ния. Но наша цель – этих ослож­не­ний не получить.

О важности документов

В обще­нии со шко­лой есть фор­маль­ная часть, есть нефор­маль­ная. Как толь­ко ребе­нок вый­дет из боль­ни­цы, нуж­но идти в поли­кли­ни­ку по месту житель­ства и ста­вить его на учет. Эту же выпис­ку из боль­ни­цы с диа­гно­зом нуж­но при­не­сти в шко­лу, она обя­за­тель­но долж­на быть в лич­ном деле ребенка.

Потом обя­за­тель­но нуж­но пого­во­рить на эту тему с дирек­то­ром, с класс­ным руко­во­ди­те­лем, вос­пи­та­те­ля­ми груп­пы про­длен­но­го дня. Если есть заня­тия, сек­ции – с тре­не­ром. Опять же, нуж­но смот­реть, что за сек­ция, какие-то виды спор­та ребен­ку про­ти­во­по­ка­за­ны, но это не зна­чит, что ему про­ти­во­по­ка­зан спорт вообще.

В фор­маль­ной части еще очень важ­но при необ­хо­ди­мо­сти быть гото­вым защи­тить пра­ва ребен­ка. Это мож­но сде­лать, предо­ста­вив доку­мен­ты еще до пер­во­го сен­тяб­ря. Все доку­мен­ты будут у вас на руках, как толь­ко ребен­ка выпи­шут из больницы.

Общение со школой: «А я не стану наркоманом?»

По сча­стью, наш дирек­тор – вполне нор­маль­ный, адек­ват­ный чело­век, хоро­шая жен­щи­на, с опы­том, так как ее дочь тоже боль­на диа­бе­том. Класс­ный руко­во­ди­тель – тоже очень хоро­ший, пони­ма­ю­щий чело­век, то же и вос­пи­та­те­ли. У нас даже доку­мен­ты не попро­си­ли, хотя мы их принесли.

Нефор­маль­ная часть сле­ду­ю­щая: с дирек­то­ром раз­го­ва­ри­ва­ла супру­га, я раз­го­ва­ри­вал с класс­ной руко­во­ди­тель­ни­цей… Она всё поня­ла и сей­час помо­га­ет, кон­тро­ли­ру­ет. С ней мы дого­во­ри­лись: вто­ро­го сен­тяб­ря, что­бы избе­жать празд­нич­ной сума­то­хи, я пошел в шко­лу и в нача­ле пер­во­го уро­ка в тече­ние деся­ти минут объ­яс­нил детям, что такое диа­бет. Что это болезнь серьез­ная, пугать­ся ее не надо, но забо­леть ею может любой. Про­сты­ми сло­ва­ми объяснил.

Объ­яс­нил, что ни в коем слу­чае не надо про­бо­вать себя уко­лоть инсу­ли­ном, это очень опас­но. Если здо­ро­вый ребе­нок попро­бу­ет уко­лоть­ся, он полу­чит гипо­гли­ке­ми­че­скую кому. Не знаю, как в сосед­них клас­сах, но по край­ней мере в нашем дети теперь хоро­шо информированы.

Объ­яс­нил, как дей­ство­вать, если Витя почув­ству­ет себя пло­хо, если он теря­ет созна­ние. Дети еще не могут изме­рить сахар в кро­ви, но они долж­ны при­ве­сти взрос­лых. Класс­ный руко­во­ди­тель долж­на вызвать «ско­рую», сооб­щить родителям.

Но вооб­ще-то по пра­ви­лам нуж­но глю­ко­мет­ром (а он у диа­бе­ти­ка все­гда с собой) изме­рить кровь, понять, что у него за состо­я­ние – гипо- или гиперг­ли­ке­ми­че­ское. В зави­си­мо­сти от это­го дей­ство­вать даль­ше: если гиперг­ли­ке­мия – необ­хо­ди­мо под­ко­лоть инсу­лин, узнав от роди­те­лей или вра­ча дозу, если гипо­гли­ке­мия – нуж­но дать поесть, попить сок, может быть, при­нять глю­ко­зу. Она у Вити все­гда с собой: в рюк­за­ке есть тюбик декс­тро­зы. Очень важ­но, что­бы люди вокруг диа­бе­ти­ка, во-пер­вых, не боя­лись, а во-вто­рых, пони­ма­ли, что нуж­но делать.

Сла­ва Богу, дети в клас­се очень хоро­шо отре­а­ги­ро­ва­ли: никто не балу­ет­ся, пульт не хва­та­ет. Хотя глу­пые вопро­сы зада­ва­ли. Один маль­чик спро­сил: «А я нар­ко­ма­ном не ста­ну, если слу­чай­но уко­люсь игол­кой?» Нар­ко­ти­ки, к сожа­ле­нию, сей­час даже не на пери­фе­рии созна­ния, дети это видят. Вот поче­му диа­бе­ти­ку как раз жела­тель­но в туа­ле­те не колоться…

Домашнее обучение – временный уход от проблем

Я не знаю, то ли у нас учи­те­ля такие хоро­шие, то ли мы доста­точ­но дели­кат­но всё объ­яс­ня­ли, но ника­ких воз­му­ще­ний у нас не было. Было толь­ко выяс­не­ние с мед­сест­рой по пово­ду необ­хо­ди­мых ино­гда мани­пу­ля­ций в мед­ка­би­не­те, но этот вопрос решил­ся через директора.

Если начи­на­ют воз­му­щать­ся, то надо объ­яс­нить, что никто ни на кого ответ­ствен­ность не пере­кла­ды­ва­ет. Это про­сто тех­ни­ка без­опас­но­сти, кото­рую учи­те­ля, на самом деле, обя­за­ны знать точ­но так же, как тех­ни­ку пожар­ной безопасности.

Диа­бет – это не та болезнь, для кото­рой нуж­но домаш­нее обу­че­ние. Наобо­рот, я счи­таю, ребен­ка нуж­но научить жить с диа­бе­том. Он дол­жен быть актив­ным, погру­жен­ным в уче­бу. Заня­тия спор­том, музы­каль­ная шко­ла, худо­же­ствен­ная, заня­тия в круж­ках – это пра­виль­но. Уход на домаш­нее обу­че­ние – это неоправ­дан­ный уход от мира, уход от слож­но­стей, кото­рые всё рав­но настиг­нут, когда ребе­нок ста­нет стар­ше. Ребе­нок дол­жен социализироваться.

Необ­хо­ди­мо доне­сти до дирек­то­ра, класс­но­го руко­во­ди­те­ля, мед­сест­ры и работ­ни­ков сто­ло­вой все осо­бен­но­сти отно­ше­ния к ребен­ку с диа­бе­том. Любая попыт­ка заста­вить роди­те­лей пере­ве­сти ребен­ка на домаш­нее обу­че­ние – неза­кон­на. Поэто­му я реко­мен­до­вал бы роди­те­лям про­явить готов­ность защи­щать пра­ва ребен­ка. При слож­но­стях, как пра­ви­ло, быва­ет доста­точ­но жест­ко, но любез­но ска­зан­ной фра­зы: «Наде­юсь, мы с вами сами раз­ре­шим этот вопрос без обра­ще­ния в Депар­та­мент образования?..»

Кста­ти гово­ря, с точ­ки зре­ния зако­на поль­зо­вать­ся шприц-руч­кой или про­ве­рять кровь ребе­нок дол­жен имен­но в здрав­пунк­те, а не в туа­ле­те, и отказ мед­сест­ры в этом слу­чае незаконен.

IMG_20140529_145936

Ребенок заболел? Родителям пора в спортзал!

Как гово­рят ино­гда: диа­бет – это не болезнь, а образ жиз­ни. Луч­ше, что­бы этот образ был здоровым.

При диа­бе­те не реко­мен­ду­ют толь­ко экс­тре­маль­ные виды спор­та, при кото­рых даже крат­ко­вре­мен­ная поте­ря созна­ния может при­ве­сти к гибе­ли. Напри­мер, если ты едешь на мото­цик­ле, и у тебя на ско­ро­сти вдруг гипо­гли­ке­мия – это риск поте­ри управ­ле­ния. То же каса­ет­ся ска­ло­ла­за­ния или поле­тов на пара­п­лане (гово­рю об этом, пото­му что сам занимался).

Игро­вые же виды спор­та при­вет­ству­ют­ся. Даже про­тив еди­но­борств про­ти­во­по­ка­за­ний осо­бых нет, нуж­но толь­ко научить ребен­ка кон­тро­ли­ро­вать уро­вень рас­хо­да энер­гии. Витя пер­вые два клас­са ходил на руко­паш­ный бой, теперь пока не ходит, но это будет про­дол­жать­ся до тех пор, пока он не научит­ся хоро­шо кон­тро­ли­ро­вать свое состо­я­ние и нагруз­ки. Сей­час сын пере­шел на более спо­кой­ные спор­тив­ные заня­тия – бас­кет­бол, фут­бол, пла­ва­ние. В бас­сейн вме­сте ходим. Отпу­стить ребен­ка в бас­сейн одно­го опас­но, я дол­жен сле­дить за ним.

Если ребе­нок забо­лел диа­бе­том, то для семьи это хоро­ший повод всем вме­сте начать здо­ро­вый образ жиз­ни. Нере­аль­но гото­вить ребен­ку отдель­но здо­ро­вое пита­ние, а осталь­ным про­дол­жать объ­едать­ся каки­ми-то тоста­ми и пирож­ны­ми. Это я, конеч­но, шучу, но научить­ся счи­тать кало­рии, хлеб­ные еди­ни­цы, зани­мать­ся спор­том – для всех полез­но, чтоб не наби­ра­ли лиш­ний вес.

Витя у меня всё лето пла­вал в озе­ре, нырял пре­крас­но. Очень важ­но, что­бы у ребен­ка, несмот­ря на полу­че­ние инва­лид­но­сти, не воз­ни­ка­ла пси­хо­ло­гия инва­ли­да: «Я обде­лен и отли­ча­юсь от всех». Наобо­рот, я ему все­гда гово­рю: ты учишь­ся на пол­ную катуш­ку, спор­том зани­ма­ешь­ся и живешь пол­но­цен­ной жиз­нью! Не оправ­ды­вай свои неуда­чи болез­нью, но стре­мись успе­вать, несмот­ря на нее.

У диа­бе­та есть и свои плю­сы в вос­пи­та­нии харак­те­ра: раз­ви­ва­ют­ся воля, упо­ря­до­чен­ность и само­кон­троль. Да и сла­сто­люб­цем вряд ли станешь…

«Хоро­шо, что на сай­те опуб­ли­ко­ва­ли ста­тью, повест­ву­ю­щую о зло­клю­че­ни­ях мамы девоч­ки с диа­бе­том, так как пра­ва боль­ных диа­бе­том у нас в стране защи­ще­ны пло­хо. Толь­ко регу­ляр­ны­ми пуб­ли­ка­ци­я­ми мож­но при­влечь вни­ма­ние к про­бле­ме и попы­тать­ся пере­ме­нить отно­ше­ние обще­ства, в част­но­сти, педа­го­гов. Это тот же вопрос, что отно­ше­ние к инва­ли­дам, то есть вопрос состра­да­ния и мило­сер­дия и, сле­до­ва­тель­но, человечности.

Чис­ло диа­бе­ти­ков стре­ми­тель­но рас­тет. Еще два­дцать лет назад во всём мире коли­че­ство людей с диа­гно­зом “сахар­ный диа­бет” не пре­вы­ша­ло 30 мил­ли­о­нов чело­век. Сего­дня диа­бе­том боле­ют око­ло 300 мил­ли­о­нов, а к 2030 г. их чис­ло может вырас­ти до 435 мил­ли­о­нов человек.

Офи­ци­аль­но в Рос­сии заре­ги­стри­ро­ва­но более 3 млн боль­ных, одна­ко по оцен­кам Меж­ду­на­род­ной диа­бе­ти­че­ской феде­ра­ции (IDF) на самом деле их чис­ло – не менее 9 млн. В Рос­сии 31 000 детей с диа­бе­том пер­во­го типа, в Москве 3500…»

Дарья Мен­де­ле­е­ва | 30 сен­тяб­ря 2015 г.

Источ­ник: “Пра­во­сла­вие и мир”

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки