Баранкин, будь человеком! - Событие двадцать девятое. Это был, наверное, единственный в своём роде «бунт» на земле

• Часть первая. Баранкин, к доске!
• Событие первое. Две двойки!
• Событие второе. Не дают даже опомниться…
• Событие третье. Как в опере получается…
• Событие четвёртое. (Очень важное!). А если я устал быть человеком?!
• Событие пятое. Лопаты всё-таки вручают… И Мишка вот-вот появится
• Событие шестое. Семь выходных дней в неделе — вот что поразило моё воображение!
• Событие седьмое. Единственная в мире инструкция
• Событие восьмое. «Не хочу учиться, хочу быть птицей!..»
• Часть вторая. Чик-чирик! Жизнь прекрасна!
• Событие девятое. Стоит захотеть по-настоящему и…
• Событие десятое. Что на воробьином языке означает…
• Событие одиннадцатое. Встреча с бесхвостым
• Событие двенадцатое. Кошка Муська хочет меня съесть.
• Событие тринадцатое. О чём чирикают бабушки
• Событие четырнадцатое. Дальнобойная рогатка с оптическим прицелом
• Событие пятнадцатое. Что бывает, когда сыновья отрекаются от своей матери
• Событие шестнадцатое. Мы с Костей учимся вить гнездо
• Событие семнадцатое. Драка за скворечник
• Событие восемнадцатое. Костя Малинин «начирикался»
• Часть третья. Я — капустник и Костя — махаон
• Событие девятнадцатое. Вредитель, известный населению
• Событие двадцатое. «Спящая красавица»
• Событие двадцать первое. Кепка-зенитка
• Событие двадцать второе. Прощайте, ребята! Может, больше не увидимся…
• Событие двадцать третье. Противочихательная прививка
• Событие двадцать четвёртое. Я понимаю свою ошибку, но в действие вступает ужасный закон природы
• Событие двадцать пятое. Такая «бабочка», как я, у них в коллекции есть
• Событие двадцать шестое. В морилку, потом в сушилку… и в распрямилку…
• Часть четвёртая. Караул! Мирмики! (Гибель Малинина)
• Событие двадцать седьмое. Неприятное для Зинки Фокиной и спасительное для нас с Костей
• Событие двадцать восьмое. Мы ремонтируем муравейник
• Событие двадцать девятое. Это был, наверное, единственный в своём роде «бунт» на земле
• Событие тридцатое. Неожиданное спасение от неожиданной угрозы
• Событие тридцать первое. Вот что такое мирмики и вот что таков Костя Малинин
• Событие тридцать второе. Мы попадаем в окружение
• Событие тридцать третье. Десять больших на двух маленьких и паутинка-самолёт
• Часть пятая. Баранкин, будь человеком!
• Событие тридцать четвёртое. «Загробный» голос
• Событие тридцать пятое. Мы существуем!
• Событие тридцать шестое. Я хочу навеки быть человеком!

Событие двадцать девятое. Это был, наверное, единственный в своём роде «бунт» на земле

Все!

Всё рухнуло!!! Все мои надежды, все мои мечты и фантазии — всё рухнуло! Я понял, я окончательно уверился в том, что такой жизни, о которой я мечтал, сидя на лавочке, в ожидании Мишки Яковлева, такой жизни нет и не может быть нигде — ни на земле и ни под землёй… Ни у воробьёв, и ни у бабочек, и ни у муравьёв!… И у трутней тоже наверняка нет такой жизни. И такого состояния, в котором можно ничего не делать, тоже, вероятно, не существует, потому что если бы мы сейчас с Костей даже были трутнями, а не муравьями, то мы бы с ним старались ничего не делать, а для того чтобы ничего не делать, как я убедился, нужно обычно столько сделать, что уж лучше что-нибудь делать, чем пытаться ничего не делать… Нет такой жизни! И незачем её искать! И нечего терять время! О-н-а не существует! А если всё это так, то зачем же тогда я и мой лучший друг Костя Малинин все ещё продолжаем быть муравьями? Почему мы на третьей скорости ремонтируем муравейник, в котором даже не собираемся жить? Зачем мы обливаемся потом и падаем на каждом шагу от усталости? Пора! Пора возвращаться, пока не случилось какой-нибудь ужасной неожиданности. У этих птиц и насекомых каждую минуту может случиться такое, что потом и костей не соберёшь. Я оглянулся на Костю Малинина. Малинин молчал, он ни о чём меня не спрашивал, он не ворчал на меня за то, что в третий раз попал в такую передрягу, он не ругал и не проклинал меня, и это было невыносимо. Уж лучше бы он меня разнёс за все в пух и прах. Но Костя молчал, словно воды в рот набрал. Он копошился, нагружался, разгружался, снова нагружался и опять разгружался, носил, таскал, перетаскивал, не отставая от меня ни на шаг. Костя работал, как самый заправский муравей.

«Надо остановиться! — подумал я. — Немедленно прекратить работу и остановиться. Надо сохранить силы для нашего возвращения. А то этот инстинкт к вечеру загоняет нас с Костей до полусмерти, так, что не шевельнёшь ни рукой, ни ногой… В конце концов пусть этому инстинкту обыкновенные муравьи подчиняются без всякого рассуждения, а мы Е-М-У докажем, что мы с Малининым разумные существа. Докажем! А как мы ему докажем, если от моего этого самого разума в голове уже почти ничего не осталось! И мыслей никаких, кроме: „Жми! Тащи! Неси! Ворочай!..“ И вот я жму, тащу, несу, ворочаю, а сам себе тихонько командую: „Думай, Баранкин! Думай!.. Соображай всё-таки назло этому самому инстинкту! Не подчиняйся ему! Не подчиняйся!..“

И вот тут-то в моей голове при слове «не подчиняйся» вдруг мгновенно созрел план заговора, может быть, единственного в своём роде на всём земном шаре. Я решил против инстинкта поднять самый настоящий бунт и самое настоящее восстание!

Я остановился на бегу с охапкой хвойных иголок! Я поднялся на задние лапы. Я распрямил свою усталую спину. И закричал громко, на все поле боя, как Пётр Первый под Полтавой:

— Малинин! — скомандовал я. — Сбрасывай с себя мусор! Будет!

— «Будет»? Что будет? — спросил Костя совершенно равнодушным голосом.

— Бунт будет! Вот что будет! Заговор!

— Против кого заговор?

— Против И-Н-С-Т-И-Н-К-Т-А! Заговор!..

— А что такое «заговор»? — спросил Малинин.

— Вот тебе раз!

Костя уже начал забывать значение самых обыкновенных человеческих слов. Тогда я быстренько напомнил ему значение слова «заговор» и объяснил ему, что это значит. Костя тупо выслушал меня и спросил тупым голосом:

— А какой заговор?

— Что значит — какой? Обыкновенный!.. То есть не обыкновенный, а смертельный — вот какой! Понимаешь?

— А что значит «смертельный»? — опять задал мне вопрос Костя.

— Смертельный — это значит: мы лучше с тобой умрём, но не подчинимся инстинкту!

— А что такое «не подчинимся»? Как — не подчинимся? — Малинин посмотрел на меня печальными глазами и недоверчиво вздохнул.

— Ну, очень просто! Понимаешь, он, инстинкт, будет нас, меня и тебя, нагружать… Понимаешь, нагружать?

— Нагружать — это я понимаю, — сказал Костя.

— Ну вот! — обрадовался я. — Он, инстинкт, будет нас нагружать и заставлять работать, а мы, я и ты, будем ему не подчиняться… Не подчиняться — понимаешь?..

— А как — не подчиняться?

— А вот так не подчиняться! Вот так! Смотри!

Я взял и сбросил охапку хвойных иголок со спины на землю. Костя Малинин сначала посмотрел на меня, как на ненормального муравья, потом с трудом о чём-то подумал и тихонько опустил на землю берёзовый лист. Потом мы вместе налегке сбежали с муравьиной дорожки в сторону. Инстинкт, конечно, хотел тут же заставить меня поднять иголки, но я ему не подчинился. Костя Малинин стоял на-пружинившись рядом со мной, потом вдруг закружился на месте, как собака, которая хочет поймать себя за свой хвост.

— Чего ты вертишься? — спросил я Малинина.

— Очень хочется вернуться и поднять лист, — прошептал Малинин.

— Не подчиняйся ни за что! Преодолевай!

— Я и так преодолеваю.

— Молодец! — похвалил я Малинина, забираясь под куст травы. — Иди сюда.

Тяжело дыша и преодолевая на каждом шагу сопротивление инстинкта, Костя с трудом приблизился ко мне и вцепился в меня всеми шестью лапами. Я подтянул к себе берёзовый листок и укрылся им с головой, словно одеялом, чтобы нас никто не видел.

— А теперь, — сказал я лихорадочным шёпотом, — а теперь, Малинин, сосредоточься и повторяй за мной…

Ни ночью! Ни днём!
Не хочу! Быть! Муравьём!
Я! Хочу! Навеки!
Быть! Человеком…

Громко всхлипнув, Костя глубоко вздохнул и вместо волшебных слов заклинания сказал:

— Ой, мамочка!..

— Чего ты? — спросил я.

— Меня за ногу кто-то дёргает!..

Я конечно, подумал, что это к Косте опять инстинкт привязался. Приподняв берёзовый лист, выглянул наружу, смотрю — нет, не инстинкт, а какой-то совершенно незнакомый муравей схватил Костю за заднюю лапу и тянет изо всех сил…