Как я бросил курить

Как я бросил курить

(26 голосов4.4 из 5)
Оглав­ле­ние

Пра­во­слав­ный миря­нин Алек­сей Кула­ев делит­ся с нами сво­им лич­ным опы­том избав­ле­ния от таба­ко­ку­ре­ния. В его бро­шю­ре опи­сан каж­дый шаг этой нелёг­кой борь­бы. Здесь же собра­ны выдерж­ки Отцов Церк­ви и подвиж­ни­ков бла­го­че­стия о курении. 

Как я бросил курить  (опыт борьбы с грехами табакокурения православного мирянина)

Отцы Церк­ви и подвиж­ни­ки бла­го­че­стия о куре­нии
Молит­ва пре­по­доб­но­му Амвро­сию Оптин­ско­му о избав­ле­нии от стра­сти табакокурения

Москва 2004
Бла­го­сло­ве­ние Душе­по­пе­чи­тель­ско­го Цен­тра во имя свя­то­го пра­вед­но­го Иоан­на Крон­штадт­ско­го
Духов­ник и руко­во­ди­тель Цен­тра — иеро­мо­нах Ана­то­лий (Бере­стов), док­тор меди­цин­ских наук,
про­фес­сор

Текст, состав­ле­ние — Алек­сей Кула­ев, все пра­ва защи­ще­ны, 2004 

Предисловие

При­чи­ной появ­ле­ния этой неболь­шой книж­ки послу­жи­ло то, что ино­гда при­хо­дить­ся рас­ска­зы­вать, жела­ю­щим бро­сить курить, одно и то же. А это доста­точ­но скуч­ное заня­тие. Кро­ме того, в раз­го­во­ре все­го не упом­нишь и можешь про­пу­стить что-нибудь важ­ное. Поэто­му, если дан­ный труд помо­жет кому-нибудь изба­вить­ся от это­го раб­ства (кото­рое с года­ми гне­тет все силь­нее) и к чело­ве­ку вер­нет­ся забы­тая радость бытия “эпо­хи неку­ре­ния”, то ста­нет понят­но, поче­му я поде­лил­ся сво­им опы­том. Бро­сать курить все рав­но при­дет­ся, не на “этом” све­те — так на “том”, и чело­ве­ку выби­рать, что луч­ше: или сде­лать это доб­ро­воль­но здесь (навсе­гда порвав с этой дурац­кой при­выч­кой) или стра­дать веч­но от невоз­мож­но­сти уто­лить свою страсть “там”

1

Итак, нач­нем.

Поза­ди у вас несколь­ко попы­ток бро­сить курить “сра­зу”, может быть еще какое-нибудь “коди­ро­ва­ние”, раз­ные нико­ти­но­вые пла­сты­ри и т.д. Поэто­му пора оста­но­вить­ся и все­рьез при­за­ду­мать­ся, что вой­на пред­сто­ит тяже­лая и дли­тель­ная. Но за то вели­ка и награ­да , т.е. воз­вра­ще­ние здо­ро­вья телес­но­го и духов­но­го, ощу­ще­ние све­же­сти, повы­ше­ние, как гово­рят, “обще­го тону­са”, рабо­то­спо­соб­но­сти, твор­че­ских сил и мно­гое дру­гое. В моем слу­чае это еще исчез­но­ве­ние голов­ных и сер­деч­ных болей. А мои дру­зья ска­за­ли мне, что я стал более доб­ро­же­ла­те­лен. На мой взгляд, к бро­сив­ше­му курить, про­сто воз­вра­ща­ют­ся утра­чен­ные каче­ства.
Ради это­го сто­ит побо­роть­ся.
Про­сы­па­ясь утром, без дур­но­го запа­ха изо рта, с пол­но­стью вос­ста­нов­лен­ны­ми за ночь сила­ми, с бла­го­дар­но­стью в серд­це появ­ля­ет­ся мысль: “Сла­ва Тебе, Господи!”

ШАГ № 1 Как “твердо” решить бросить курить.

Одна­жды, в 1991 году, одна бла­го­че­сти­вая жен­щи­на, зани­ма­ю­ща­я­ся изда­ни­ем пра­во­слав­ной лите­ра­ту­ры, как-то в раз­го­во­ре очень уди­ви­ла меня сооб­ще­ни­ем, что когда-то кури­ла, и при­чем дол­го, лет два­дцать. (Столь­ко же вре­ме­ни “серьез­но” курил и я, с 15 до 35 лет). И, в кон­це кон­цов, реши­ла она бро­сить. При­хо­дя на служ­бу в храм, она моли­лась при­мер­но таким обра­зом: “Гос­по­ди, я не хочу и не могу бро­сить курить, но я все рав­но буду при­хо­дить к Тебе и про­сить, что­бы это про­изо­шло. Ты, Гос­по­ди, уж сам, пожа­луй­ста, раз­бе­рись с этой ситу­а­ци­ей”. Поде­лив­шись такой свое­об­раз­ной молит­вой, она заро­ни­ла во мне зер­ныш­ко веры в то, что и со мной может про­изой­ти то же самое. Но мне пона­до­би­лось еще целых четы­ре года для воцер­ко­в­ле­ния до такой сте­пе­ни, что­бы начать бороть­ся серьезно.

ШАГ № 2 Куда же бедному курильщику податься?

В 1995 году, в сере­дине апре­ля, собра­лись мы с моим дру­гом Анто­ном и ран­ним утром поеха­ли в слав­ный город Сер­пу­хов, в Высоц­кий муж­ской мона­стырь, где нахо­дит­ся чудо­твор­ная ико­на Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы “Неупи­ва­е­мая чаша”. К тому вре­ме­ни Антон (стаж куриль­щи­ка 6 лет) курить уже бро­сил. Он уже раз в пятый направ­лял­ся в этот мона­стырь, а я впер­вые. И, вооб­ще, впер­вые ехал к чудо­твор­ной иконе. Свет­лое утро с ярким, забы­тым за зиму солн­цем, дыха­ние ста­ри­ны и бла­го­го­ве­ние, кото­рое испы­ты­ва­ешь уже на под­хо­де к это­му мона­сты­рю, при виде толь­ко его стен, все рас­по­ла­га­ло к молит­ве. То, не под­да­ю­ще­е­ся ника­ко­му опре­де­ле­нию, ощу­ще­ние свя­то­сти, охва­ты­ва­ю­щее чело­ве­ка при нахож­де­нии вбли­зи чудо­твор­ной ико­ны Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы, див­ная мона­стыр­ская служ­ба, неизъ­яс­ни­мая непод­дель­ная уве­рен­ность, что там, в алта­ре дей­стви­тель­но при­сут­ству­ет Сам Гос­подь, все­ли­ло тогда в меня ожи­да­ние буду­щих пере­мен. Это ожи­да­ние было как буд­то бы закреп­ле­но обе­ща­ни­ем Самой Пре­чи­стой, рож­ден­ным в серд­це, что я обя­за­тель­но полу­чу не толь­ко про­си­мое, но и еще мно­го чудес­ных даров Божи­их, о кото­рых чело­век и подо­зре­вать не может.

После Литур­гии, по Вос­кре­се­ньям, перед ико­ной слу­жит­ся моле­бен о здра­вии и потом всем жела­ю­щим раз­да­ет­ся свя­тая вода. Запас­ши­е­ся боль­шим коли­че­ством емко­стей все пра­во­слав­ные одно­вре­мен­но жаж­дут их напол­нить и поэто­му бла­го­ра­зум­ней немно­го подо­ждать в сто­рон­ке. Посколь­ку вода посто­ян­но пода­ет­ся в чаны через шланг, то ее все рав­но хва­тит всем. Там же мож­но зака­зать поми­но­ве­ние о здра­вии на литур­гии и молеб­нах даже на целый год, за себя само­го и за род­ных и близ­ких, стра­да­ю­щих при­стра­сти­я­ми к алко­го­лю, нар­ко­ма­нии и табакокурению.

В мона­сты­ре уже тогда было собра­но два меш­ка с пись­ма­ми от тысяч бла­го­дар­ных палом­ни­ков, полу­чив­ших исце­ле­ния от этих, увы самых рас­про­стра­нен­ных неду­гов, после усерд­ных молитв у свя­то­го обра­за. Извест­ны слу­чаи, когда дли­тель­ные поми­но­ве­ния о здра­вии при­но­си­ли уди­ви­тель­ные резуль­та­ты. Мало­ве­ры и ате­и­сты, хули­те­ли и руга­те­ли хри­сти­ан­ства, ста­но­ви­лись веру­ю­щи­ми и навсе­гда рас­ста­ва­лись с губи­тель­ны­ми стра­стя­ми по молит­вам сво­их близ­ких и ино­ков монастыря.

Свя­тую воду, при­ве­зен­ную из Сер­пу­хо­ва, я ста­рал­ся пить каж­дое утро в тече­ние все­го вре­ме­ни, как бро­сал курить. Ожи­да­е­мо­го мной момен­таль­но­го чуда не про­изо­шло и бро­сить курить сра­зу не полу­чи­лось. Но за то вско­ре появи­лась непри­язнь к креп­ким напит­кам, с кото­ры­ми у меня ино­гда были про­бле­мы, и с тех пор ниче­го креп­че “Каго­ра” я не употребляю.
2

В вос­кре­се­нье, око­ло 7 часов, элек­трич­кой с Кур­ско­го вок­за­ла до стан­ции “Сер­пу­хов” (вре­мя в пути 1ч 50мин). Сра­зу за зда­ни­ем вок­за­ла на пло­ща­ди оста­нов­ка авто­бу­са №5 (10–15 мин).

ШАГ № 3 Первая норма. Скорость бега в сторону смерти падает.

После поезд­ки в Сер­пу­хов у меня состо­ял­ся оче­ред­ной раз­го­вор с моим духов­ни­ком о куре­нии, и, доволь­но неожи­дан­но для меня, батюш­ка дал мне послу­ша­ние — курить не более 10 сига­рет в день. Имея при­выч­ку курить не менее пач­ки, а ино­гда и пол­то­ры, 10 сига­рет в день каза­лись какой-то нере­аль­ной циф­рой. Но делать нече­го, и для нача­ла я отка­зал­ся от пер­вой сига­ре­ты. Это была риту­аль­ная утрен­няя сига­ре­та по доро­ге на рабо­ту от подъ­ез­да до авто­бус­ной оста­нов­ки. Через неко­то­рое вре­мя уда­лось исклю­чить и вто­рую утрен­нюю сига­ре­ту по доро­ге от мет­ро до места рабо­ты. Но далее нача­лись про­бле­мы, ино­гда мне уда­ва­лось не пре­вы­шать нор­мы, но чаще выхо­ди­ло наобо­рот. Толь­ко через три меся­ца уда­лось зафик­си­ро­вать успех на этой циф­ре в 10 сига­рет в день.

ШАГ № 4 Оказывается есть и такая молитва

В самом нача­ле “бро­са­ния” мне круп­но повез­ло. По радио “Радо­неж” один все­ми ува­жа­е­мый свя­щен­ник про­чи­тал молит­ву пре­по­доб­но­му Амвро­сию Оптин­ско­му “об избав­ле­нии от стра­сти таба­ко­ку­ре­ния”, а я как раз запи­сы­вал эту пере­да­чу на маг­ни­то­фон. При­во­жу ее пол­но­стью в кон­це мое­го повест­во­ва­ния.
Еже­днев­но я стал читать ее по несколь­ко раз в день, осо­бен­но, когда очень хоте­лось поку­рить, а по гра­фи­ку было еще рано.
Теперь про гра­фик. Убеж­ден, что луч­ше и про­ще бро­сать курить с ним, чем без него. Меж­ду сига­ре­та­ми вы дела­е­те опре­де­лен­ный интер­вал и стро­го его при­дер­жи­ва­е­тесь. Сове­тую так­же вклю­чить молит­ву пре­по­доб­но­му Амвро­сию Оптин­ско­му в утрен­нее и вечер­нее пра­ви­ло, попро­сив бла­го­сло­ве­ние у сво­е­го духовника.

ШАГ № 5 “День здоровья”

Про­чи­тав в одной пра­во­слав­ной кни­ге, что в день Свя­то­го При­ча­ще­ния курить вооб­ще нель­зя по той при­чине, что на выбро­шен­ном окур­ке могут остать­ся части­цы При­ча­стия, я креп­ко заду­мал­ся и решил попро­бо­вать устро­ить “День здо­ро­вья” в Вос­кре­се­нье после При­ча­стия. Есте­ствен­но, попро­сил бла­го­сло­ве­ния у сво­е­го батюш­ки. После служ­бы (если, конеч­но, не про­сто сто­ять, а ста­рать­ся молить­ся) курить вооб­ще-то не очень хочет­ся, но когда при­е­дешь домой, пообе­да­ешь, то тут начи­на­ет “тянуть”. Здесь самое вре­мя при­бег­нуть к молит­ве пре­по­доб­но­му Амвро­сию Оптин­ско­му, к чте­нию Еван­ге­лия и после занять­ся каки­ми-нибудь все­по­гло­ща­ю­щи­ми дела­ми или актив­ным отды­хом, твор­че­ством, чте­ни­ем и т. д. При этом мож­но погрызть вся­кие суха­ри­ки или семеч­ки (тык­вен­ные, по-мое­му, луч­ше). 
Когда в пер­вый раз “День здо­ро­вья” удал­ся на сла­ву и я ложил­ся спать, не поку­рив с вос­хо­да и до зака­та, появил­ся пер­вый опыт новой (дав­но забы­той ста­рой) жиз­ни, дав­но забы­тое ощу­ще­ние чисто­ты. Хотя и тяну­ло к сига­ре­те, но при­об­ре­тен­ное было дороже.

ШАГ №6 График (на стенку или на шкафчик)

Когда я пере­стал выхо­дить за пре­де­лы “горя­чей десят­ки”, то сле­ду­ю­щим послу­ша­ни­ем от мое­го батюш­ки был пере­ход к нор­ме в 5 сига­рет в день. Но посколь­ку я знал, что сил у меня на такой подвиг ника­ких нет, то попро­сил бла­го­сло­вить хотя бы на 7 сига­рет. И после это­го про­дол­жил борь­бу. Еще 2 меся­ца ушло на при­вы­ка­ние к этой нор­ме. Посте­пен­но уве­ли­чи­вая интер­ва­лы меж­ду сига­ре­та­ми, я при­шел к выво­ду, что луч­ше все­го уда­ет­ся сохра­нить нор­му в 7, а затем и в 5 сига­рет, если пер­вая сига­ре­та будет выку­ре­на как мож­но позже.

3
И еще два обя­за­тель­ных усло­вия, кото­рые необ­хо­ди­мо соблю­сти, что­бы не было самообмана.

  1. Если вы в силу каких-то обсто­я­тельств выку­ри­ли сига­ре­ту вне гра­фи­ка, допу­стим в 13.00 вме­сто 14.00 ‑ти, то сле­ду­ю­щая сига­ре­та долж­на быть выку­ре­на точ­но по ваше­му графику.
  2. Недо­пу­сти­мо раз­би­вать сига­ре­ту на две части (т.е. выку­рить сна­ча­ла пол­си­га­ре­ты, а через пол­ча­са доку­рить оку­рок). Если выку­ре­но пол­си­га­ре­ты и она выбро­ше­на, то надо счи­тать что выку­ре­на целая.

Я заме­тил так­же, что если послед­нюю сига­ре­ту выку­ри­вать хотя бы за пол­ча­са до вечер­не­го пра­ви­ла, то утром курить хочет­ся мень­ше, чем если поку­рить нака­нуне перед самым сном, т.е. после вечер­них молитв. Не сле­ду­ет думать, что вы долж­ны выку­рить за день точ­ную свою нор­му. Конеч­но, мож­но и мень­ше, если полу­чит­ся. Чем чаще вам удаст­ся это сде­лать, тем быст­рее вы бро­си­те курить.

ШАГ №7 “Ну, думаю, началось…”

Через 8–9 меся­цев такой жиз­ни, когда я при­вык к 5 сига­ре­там в день, вокруг меня бук­валь­но вез­де и все­гда ста­ла скла­ды­вать­ся обста­нов­ка, кото­рая наобо­рот спо­соб­ство­ва­ла тому, что­бы курить одну за дру­гой. Не вда­ва­ясь в подроб­но­сти ска­жу толь­ко, что нуж­но быть гото­вым к раз­ным иску­ше­ни­ям и в этот пери­од уси­лить молит­ву, поча­ще испо­ве­до­вать­ся, при­ча­щать­ся и вооб­ще попо­дроб­ней обсуж­дать свою жизнь со сво­им духов­ни­ком, а если тако­во­го нет, то на этот слож­ный пери­од выбрать все-таки для испо­ве­ди посто­ян­но­го батюшку.

Осо­бо боять­ся вся­ких “коз­ней вра­га рода чело­ве­че­ско­го” не сто­ит, про­сто нель­зя забы­вать с кем мы име­ем дело, уж боль­но не хочет­ся адо­вым силам отпус­кать из сво­их гряз­ных лап уже почти при­над­ле­жа­щую им жертву.

ШАГ №8 Пара слов о наглости

Обя­за­тель­но нуж­но пере­смот­реть ваше отно­ше­ние к окру­жа­ю­щим, неку­ря­щим людям. Если мы хотим, что­бы Гос­подь был к нам мило­стив, то, есте­ствен­но, и мы долж­ны быть мило­сти­вы, а имен­но ста­рать­ся не созда­вать для неку­ря­щих дис­ком­форт, т.е. не сле­ду­ет застав­лять их дышать табач­ным дымом.

Когда на оста­нов­ке, в “час пик”, в тол­пе, жду­щей авто­бус, здо­ро­вен­ный мужик, вме­сто того, что­бы отой­ти мет­ра на три в сто­ро­ну, заку­ри­ва­ет (а окру­жа­ю­щие люди мол­ча это пере­но­сят), то вызы­ва­ет сомне­ние, что дан­ный инди­ви­ду­ум обла­да­ет каки­ми-то более силь­ны­ми каче­ства­ми, чем (увы) эго­изм и наг­лость. Но зача­стую, люди неку­ря­щие часто сами вино­ва­ты сво­им мол­ча­ни­ем. Если бы они друж­но выска­зы­ва­ли дан­но­му чело­ве­ку свое несо­гла­сие, не было бы подоб­ных слу­ча­ев. А посколь­ку граж­дане наше­го пост-совет­ско­го обще­ства оста­ют­ся порой несме­лы­ми в реше­нии подоб­ных про­блем, то это и спо­соб­ству­ет у нас вся­ко­го рода распущенности.

Жела­ю­щие бро­сить курить долж­ны знать (и это тоже мой соб­ствен­ный опыт), что не будет Божьей помо­щи, если с пре­не­бре­же­ни­ем отно­сить­ся к окру­жа­ю­щим неку­ря­щим людям, осо­бен­но жен­щи­нам и детям.

ШАГ № 9 Помощь святых угодников Божиих растет

На зака­те сво­ей эры куре­ния, когда уда­лось перей­ти на три сига­ре­ты в день, я впер­вые попал в Свя­то-Тро­иц­кую Сер­ги­е­ву Лав­ру. Как любой нор­маль­ный пра­во­слав­ный, с бла­го­го­ве­ни­ем пере­сту­пив порог свя­той оби­те­ли и, не спра­ши­вая нико­го, поло­жил­ся на сло­ва мое­го дру­га Анто­на, что “далее сам пре­по­доб­ный отче Сер­гие к себе дове­дет”. Так и произошло.

Я поче­му-то сра­зу пошел в Тро­иц­кий храм, где сто­ит рака с моща­ми пре­по­доб­но­го. Толь­ко помо­лив­шись и при­ло­жив­шись к мощам, пони­ма­ешь, какую помощь ока­зы­ва­ют нам свя­тые. Стоя потом у раки, наблю­дая за длин­ной вере­ни­цей пра­во­слав­ных, сте­ка­ю­щих сюда со всех сто­рон све­та, я корил себя: “Поче­му, поче­му я поле­нил­ся при­е­хать сюда рань­ше? Сколь­ко мож­но было бы избе­жать вся­ких непри­ят­ных вещей в нашей жиз­ни, если бы мы поча­ще езди­ли за помо­щью к свя­тым угод­ни­кам Божи­им, к их нетлен­ным мощам”.

Не отка­зал и мне пре­по­доб­ный Сер­гий. После обра­ще­ния к нему за помо­щью, сра­зу лег­ко пере­шел на 1 сига­ре­ту в день. С момен­та “бро­са­ния” про­шел год. И тут я понял, что пред­сто­ит едва ли не самый труд­ный этап в моей жиз­ни, когда пред­сто­ит бро­сить курить “совсем”.
Вече­ром я ждал это­го часа, когда после ужи­на нако­нец-то возь­му свою завет­ную сига­рет­ку и поку­рю всласть. Но одно­вре­мен­но сам себя и нена­ви­дел. Вспо­ми­нал, как Гос­подь помо­гал мне, когда сво­ди­ло ску­лы от жела­ния заку­рить, а вре­мя по гра­фи­ку еще не насту­пи­ло. В такие момен­ты надо было все­го-навсе­го потер­петь 5 мину­ту и про­сить Гос­по­да о мило­сти к себе. Жела­ние заку­рить испа­ря­лось на какое-то вре­мя. Я вспо­ми­нал молеб­ны у ико­ны “Неупи­ва­е­мая чаша”, в Ивер­ской часовне, у чудо­твор­ной ико­ны св. муче­ни­ка Три­фо­на в хра­ме Зна­ме­ния у мет­ро Риж­ская и, все рав­но, как про­кля­тый, заку­ри­вал эту един­ствен­ную за день сига­ре­ту. Мне было стыдно.(Для тех кто не зна­ет Муче­ни­ку Три­фо­ну молят­ся об избав­ле­нии от злых духов. Моле­бен про­во­дит­ся еже­днев­но в 10 часов. При­ез­жая в раз­ных непри­ят­ных ситу­а­ци­ях к св. Три­фо­ну, я нико­гда не уез­жал от него не утешенным).

ШАГ №10 И последний

О чень важ­на обста­нов­ка (име­ет­ся в виду не мебель), в кото­рой нахо­дит­ся, так ска­зать, “бро­са­ю­щий”. На мой взгляд про­ти­во­по­ка­за­но нахо­дить­ся рядом с куря­щим чело­ве­ком, даже если вы в этот момент сами кури­те, или нахо­дить­ся в наку­рен­ном поме­ще­нии.
Через месяц, когда уда­лось перей­ти на 1 сига­ре­ту в день, стал я думать, как мне дви­гать­ся даль­ше. Попро­бо­вал заста­вить себя курить через день. Сна­ча­ла не выхо­ди­ло, но потом полу­чи­лось. Так про­шел еще месяц.

За две неде­ли до Мас­ле­ни­цы, пыта­ясь уско­рить раз­вяз­ку, попро­сил у сво­е­го духов­ни­ка отца Алек­сея бла­го­сло­ве­ние бро­сить курить совсем. Он бла­го­сло­вил. Шесть дней я тер­пел, как мог, но при наступ­ле­нии седь­мо­го дня не удер­жал­ся и выку­рил целую сига­ре­ту. Потом, попе­ре­жи­вав, стал жить даль­ше, не куря. Про­шло еще шесть доволь­но спо­кой­ных дней, курить почти не хоте­лось, но в кон­це седь­мо­го дня опять про­изо­шло то же самое.

Насту­пил Вели­кий Пост. Во всех пра­во­слав­ных хра­мах про­шли вечер­ние бого­слу­же­ния с чте­ни­ем Вели­ко­го пока­ян­но­го кано­на Андрея Крит­ско­го. Заклю­чи­тель­ную часть кано­на я и отме­тил послед­ней выку­рен­ной сига­ре­той. На вто­рой сед­ми­це Вели­ко­го Поста я запо­до­зрил, что бро­сил курить мило­стью Божи­ей навсе­гда. Но толь­ко через пол­го­да мог с уве­рен­но­стью ска­зать, что курить не тянет совсем.

До сле­ду­ю­ще­го Вели­ко­го Поста из меня актив­но выхо­ди­ла смо­ла из лег­ких, по утрам слю­на была корич­не­во­го цве­та. Посте­пен­но я начал раз­ли­чать запа­хи, их появи­лось очень мно­го, дав­но забы­тых. Осо­бен­но непри­ят­ным ока­зал­ся запах из мое­го рта, кото­рый рань­ше как-то не заме­чал. Но и он со вре­ме­нем стал дру­гим. Посте­пен­но воз­вра­ща­лись физи­че­ские силы. Захо­те­лось по утрам бегать, как в пио­нер­ско-спор­тив­ном детстве. 

Начи­ная с 200–300 мет­ров, через год я бегал от Дне­про­пет­ров­ской ули­цы, из Чер­та­но­во, через лес в Ясе­не­во, до ули­цы Роко­то­ва и обрат­но. После бега — тур­ни­ки, бру­сья, потом домой и кон­траст­ный душ.
Появи­лось необыч­ное спо­кой­ствие и душев­ный мир. До это­го дума­лось, что куре­ние “хоро­шо успо­ка­и­ва­ет нер­вы”. Ока­за­лось, что при­выч­ка к молит­ве, здо­ро­вый образ жиз­ни и неку­ре­ние успо­ка­и­ва­ют гораз­до луч­ше.
Нача­лась новая жизнь. 

Конец и Богу Слава !

Наверх»>

Отцы Церкви и подвижники благочестия о курении

Свя­ти­тель Фео­фан Затворник

КУРЕНИЕ
1. Как смот­реть на него
Куре­ние — дело бес­тол­ко­вое; нрав­ствен­но­го тут настоль­ко, насколь­ко есть пусто­го при­стра­стия и вре­да созна­ва­е­мо­го. Послед­ние две чер­ты труд­но созна­вать самим куря­щим и труд­но разъ­яс­нить их неку­ря­щим.
Креп­ко непри­лич­но, но при­ли­чие и непри­ли­чие, то же что люди, — изме­ня­ют­ся.
Потер­пи­те дур­ную при­выч­ку, но в грех ее не воз­во­ди­те.
Помо­лить­ся, что­бы дочь ваша отвык­ла,- хоро­шее дело. Но это­го нет нуж­ды обле­кать в осо­бую фор­му. При вся­ком молит­во­сло­вии взы­вай­те к Богу. И Он устро­ит, как Его свя­той воле угод­но. (Вып. 8, пис. 1230, стр. 12)
2. Вред от него
Доб­ре бро­сить куре­ние. Оно не толь­ко пусто, но под­та­чи­ва­ет поне­мно­гу здо­ро­вье, пор­тя кровь и засо­ряя лег­кие. Это есть посте­пен­ное себя оядотворение.

Но сове­та на это ника­ко­го нет и не быва­ет, кро­ме — решить­ся покреп­че. Ино­го спо­со­ба нет.
Курить или не курить, есть дело без­раз­лич­ное, по край­ней мере, наша и общая совесть счи­та­ет это таким.

Но когда неку­ре­ние свя­зы­ва­ет­ся обе­ща­ни­ем, тогда оно всту­па­ет в нрав­ствен­ный поря­док и ста­но­вит­ся делом сове­сти, неис­пол­не­ние кото­ро­го не может не мутить ее. Вот вам враг и под­со­лил. Вер­но, вы хоро­шо пого­ве­ли. Враг надо­умил вас поло­жить реше­ние, а потом сбил к нару­ше­нию дан­но­го сло­ва. Вот и вся исто­рия! Изволь­те учить­ся и впредь смот­реть в оба. На что вязать себя обе­том? Гово­рить надо: постой, дай-ка попро­бую бро­сить. Бог даст, и сла­жу. Встре­ча­ли вы у свя­тых стар­цев совет: не вязать себя обе­том? Вот таких имен­но дел это каса­ет­ся. (Вып. 2, пис. 369, стр. 240) 

Наверх»>


Преподобный Амвросий Оптинский

“Пише­те, что не може­те оста­вить табак курить. Невоз­мож­ное от чело­век — воз­мож­но при помо­щи Божи­ей: толь­ко сто­ит твер­до решить­ся оста­вить, созна­вая от него вред для души и тела; так как табак рас­слаб­ля­ет душу, умно­жа­ет и уси­ли­ва­ет стра­сти, омра­ча­ет разум и раз­ру­ша­ет телес­ное здо­ро­вье мед­лен­ной смер­тью. Раз­дра­жи­тель­ность и тос­ка — это след­ствие болез­нен­но­сти души от таба­ко­ку­ре­ния. Сове­тую вам упо­тре­бить про­тив этой стра­сти духов­ное вра­чев­ство: подроб­но испо­ве­дай­тесь во всех гре­хах с семи лет и за всю жизнь, и при­ча­сти­тесь Свя­тых Тайн, и читай­те еже­днев­но, стоя, Еван­ге­лие по гла­ве, или более, а когда напа­дет тос­ка, тогда читай­те опять, пока не прой­дет тос­ка; опять напа­дет — и опять читай­те Еван­ге­лие. — Или вме­сто это­го кла­ди­те наедине по 33 боль­ших покло­нов, в память зем­ной жиз­ни Спа­си­те­ля и в честь Свя­тыя Троицы”.

Табак рас­слаб­ля­ет душу, умно­жа­ет и уси­ли­ва­ет стра­сти, омра­ча­ет разум и раз­ру­ша­ет здо­ро­вье мед­лен­ной смер­тью. Раз­дра­жи­тель­ность и тос­ка — это след­ствие болез­нен­но­сти души от табакокурения.

Наверх»>

Старец Паисий Святогорец

Одна­жды посе­тил Стар­ца отец, у кото­ро­го была очень боль­на дочь, и про­сил его молитв. Отец Паи­сий ска­зал: “Хоро­шо, помо­люсь, но и ты что-нибудь сде­лай для здо­ро­вья ребен­ка, если уж молить­ся как долж­но не можешь. По край­ней мере оставь куре­ние, сде­лай хоть это себе понуж­де­ние”. И тот с готов­но­стью оста­вил сига­ре­ты и зажи­гал­ку пря­мо на ста­си­дии в церк­ви у Стар­ца.
Наверх»>

Святой Никодим Святогорец

“Если же неко­то­рые и счи­та­ют куре­ние таба­ка не нару­ша­ю­щим норм при­ли­чия и бла­го­вос­пи­тан­но­сти, то пусть послу­ша­ют хотя бы совре­мен­ных эти­че­ских фило­со­фов, кото­рые очень силь­но пори­ца­ют подоб­ные мне­ния, спра­вед­ли­во спра­ши­вая, в чем же здесь про­яв­ля­ет­ся веж­ли­вость и бла­го­вос­пи­тан­ность? Видел ли кто-нибудь разум­ное живое суще­ство, кото­рое кури­ло бы труб­ку, напол­нен­ную дымя­щей­ся и дур­но пах­ну­щей тра­вой, и испус­ка­ло бы целые обла­ка зло­вон­но­го табач­но­го дыма, как если бы это была горя­щая печь? В таком виде чело­век упо­доб­ля­ет­ся дра­ко­ну, а этот мифи­че­ский зверь алле­го­ри­че­ски изоб­ра­жа­ет диавола ” (…).

Куре­ние — страсть духов­ная: по при­ро­де курить чело­ве­ку несвой­ствен­но так, как, ска­жем, есть, пить, иметь семью. Навер­ное мож­но ска­зать, что куре­ние — некий анти­под молит­вы. Молит­ва назы­ва­ет­ся у свя­тых отцов дыха­ни­ем души. Сосре­до­то­чи­вая ум чело­ве­ка в себе и в Боге, она достав­ля­ет ему истин­ное успо­ко­е­ние, очи­ще­ние ума и серд­ца, ощу­ще­ние духов­ной силы и бод­ро­сти. Куре­ние, свя­зан­ное с дыха­ни­ем тела, вызы­ва­ет сур­ро­га­ты этих чувств. И сам сим­вол молит­вы — куре­ние бла­го­вон­но­го фимиа­ма, весь­ма нагляд­но выра­жа­ет про­ти­во­по­лож­ность бла­го­уха­ния лада­на — упо­треб­ле­нию зло­вон­но­го диа­воль­ско­го зелья”.
“При служ­бах Божи­их вос­ку­ри­ва­ют же лада­ном, как и рабам гре­ха не изоб­ре­сти сво­е­го рода куре­ния? Пер­вое при­ят­но Богу, а вто­рое долж­но быть при­ят­но вра­гу Божию — диа­во­лу”.
Наверх»>

Святой праведный Иоанн Кронштадтский

“Вме­сто бла­го­уха­ния кади­ла в хра­мах мир изоб­рел свое бла­го­уха­ние табач­ное, и усерд­но оку­ри­ва­ет себя им с жад­но­стью, почти ест и гло­та­ет его, и дышит им, и коп­тит им свои внут­рен­но­сти и жили­ща свои, про­из­во­дит отвра­ще­ние к благ 

Чело­век извра­тил самые насла­жде­ния чув­ствен­ные. Для обо­ня­ния и вку­са, и отча­сти для само­го дыха­ния, он изоб­рел и вос­ку­ря­ет почти непре­стан­но ост­рый и паху­чий дым, при­но­ся это как бы посто­ян­ное кади­ло демо­ну, живу­ще­му во пло­ти, зара­жа­ет этим дымом воз­дух жили­ща сво­е­го и воз­дух внеш­ний, а преж­де все­го про­пи­ты­ва­ет­ся этим зло­во­ни­ем сам, — и вот вам посто­ян­ное огруб­ле­ние сво­е­го чув­ства и сво­е­го серд­ца погло­ща­е­мым посто­ян­но дымом не может не дей­ство­вать и на тон­кость сер­деч­но­го чув­ства, оно сооб­ща­ет ему пло­тя­ность, гру­бость, чувственность.

О как тща­тель­но диа­вол и мир засе­ва­ет сво­и­ми пле­ве­ла­ми ниву Хри­сто­ву, кото­рая есть Цер­ковь Божия. Вме­сто Сло­ва Божия усерд­но сеет­ся сло­во мир­ское, вме­сто лада­на — табак. Бед­ные хри­сти­ане! Совсем отпа­ли от Хри­ста.
Наверх»>

Преподобный Лев Оптинский

…Одна­жды сре­ди при­сут­ство­вав­ших был чело­век, кото­рый сознал­ся, что не испол­нил стар­че­ское при­ка­за­ние. Он не бро­сил куре­ние, как при­ка­зал ему Ста­рец. Отец Лев гроз­но при­ка­зал выве­сти это­го чело­ве­ка из келии. 

Преподобный Силуан Афонский

В 1905 году афон­ский ста­рец Силу­ан про­вел несколь­ко меся­цев в Рос­сии, часто посе­щая мона­сты­ри. В одно из таких путе­ше­ствий в поез­де он занял место напро­тив куп­ца, кото­рый с дру­же­ским жестом рас­крыл перед ним свой сереб­ря­ный порт­си­гар и пред­ло­жил ему сига­ре­ту.
Отец Силу­ан побла­го­да­рил за пред­ло­же­ние, отка­зав­шись взять сига­ре­ту. Тогда купец начал гово­рить: “Не пото­му ли, батюш­ка, Вы отка­зы­ва­е­тесь, что счи­та­е­те это гре­хом? Но куре­ние помо­га­ет часто в дея­тель­ной жиз­ни; хоро­шо пре­рвать напря­же­ние в рабо­те и отдох­нуть несколь­ко минут. Удоб­но при куре­нии вести дело­вую или дру­же­скую бесе­ду и, вооб­ще, в ходе жиз­ни…”. И даль­ше, пыта­ясь убе­дить отца Силу­а­на взять сига­ре­ту, он про­дол­жал гово­рить в поль­зу курения.

Тогда все-таки отец Силу­ан решил ска­зать: “Гос­по­дин, преж­де чем заку­рить сига­ре­ту, помо­ли­тесь, ска­жи­те одно “Отче наш”. На это купец отве­тил: “Молить­ся, перед тем как курить, как-то не идет”. Отец Силу­ан в ответ заме­тил: “Итак, вся­кое дело, перед кото­рым не идет несму­щен­ная молит­ва, луч­ше не делать”.
Наверх»>

Святитель Филарет Московский (Дроздов) 

“Брось­те свою дым­ную при­выч­ку! Не лег­ко вам будет, но не надей­тесь на себя: при­зо­ви­те Бога в помощь и для Бога разом — непре­мен­но сра­зу — отсе­ки­те зло!” 

“Оста­вил ли А. свою дым­ную при­выч­ку? А если хотя скрыт­но будет сле­до­вать ей, не хоро­шо будет. Желаю, что­бы он одер­жал побе­ду над негод­ною тра­вою и дымом” 

“Поз­во­ли­тель­но ли слу­жи­те­лю алта­ря хри­сти­ан­ско­го при­но­сить к нему смрад по неесте­ствен­ной при­хо­ти упо­треб­лен­ной ядо­ви­той тра­вы, и не дол­жен ли гото­вя­щий­ся к сему слу­же­нию пред­ва­ри­тель­но осте­речь­ся, что­бы не оста­вить в себе при­выч­ки, несо­об­раз­ной с досто­ин­ством служения?”.

Священник Александр Ельчанинов

Из писем к моло­де­жи
Низость и пош­лость моти­вов у начи­на­ю­щих курить — быть как все, боязнь насме­шек, жела­ние при­дать себе веса. Одно­вре­мен­но — пси­хо­ло­гия тру­са и жули­ка. Отсю­да отчуж­де­ние от семьи и дру­зей. Эсте­ти­че­ски — это пош­лость, осо­бен­но невы­но­си­мая у девиц. Пси­хо­ло­ги­че­ски — куре­ние откры­ва­ет дверь все­му запре­щен­но­му, порочному. 

Куре­ние и вся­кий нар­коз затме­ва­ют наше чув­ство чисто­ты, цело­муд­рия. Пер­вая папи­ро­са — пер­вое паде­ние, поте­ря чисто­ты. Не лож­ное пури­тан­ство, а непо­сред­ствен­ное чув­ство и глу­бо­кое убеж­де­ние в этом побуж­да­ют меня это тебе ска­зать. Спро­си вся­ко­го куря­ще­го — несо­мнен­но, нача­ло куре­ния было для него в каком-то смыс­ле падением”.

Митрополит Московский Макарий (Невский)

 
“При­стра­стие к одно­му повле­чет за собой при­стра­стие к дру­го­му: от куре­ния таба­ка моло­дой чело­век пере­хо­дит к вину; от одной рюм­ки вина — к пьян­ству; от вина — к кар­там и дру­гим страст­ным играм; отсю­да — к празд­но­сти, к воров­ству, к раз­бою; а отсю­да доро­га к тюрьме. 

Мы, при­бли­жа­ю­щи­е­ся к ново­му сто­ле­тию, уже­ли сто­им уже на наклон­ной плос­ко­сти, что­бы катить­ся по ней вниз невоз­врат­но? Мы, дети девят­на­дца­то­го века, уже­ли зашли так дале­ко в пре­не­бре­же­нии к ста­рым доб­рым и свя­тым обы­ча­ям, что и два­дца­тый век не даст нам или потом­кам нашим воз­вра­та к этим доб­рым обы­ча­ям? Уже­ли для рев­ни­те­лей бла­го­че­стия поте­ря­на надеж­да когда-либо видеть пере­до­вых людей наше­го хри­сти­ан­ско­го обще­ства живу­щи­ми одною жиз­нью с про­стым, но доб­рым и, в боль­шин­стве сво­ем, набож­ным наро­дом, с его хра­ма­ми, с его поста­ми, с его свя­той стариной?

***
В Свя­то­оте­че­ском пре­да­нии повест­ву­ет­ся о подвиж­ни­ке бла­го­че­стия, под­ви­зав­шим­ся во вре­ме­на царя Алек­сея Михай­ло­ви­ча. Схим­ни­ку это­му было как-то виде­ние нечи­сто­го духа, ска­зав­ше­го, что ско­ро ему (нечи­сто­му) люди будут рта­ми кадить. Подвиж­ник запи­сал: “что ли люди будут в рот уго­лья класть?” То же сви­де­тель­ству­ют бесы и сей­час: “У куриль­щи­ков не толь­ко дым мой, но и огонь” — Из запи­сей иеро­мо­на­ха Пан­те­лей­мо­на.
Наверх»>

Архиепископ Иоанн (Шаховской)

Апо­ка­лип­сис мел­ко­го греха

Но имею про­тив тебя то, что ты оста­вил первую любовь твою. (Откр. 2,4.)

Мел­кий грех, как табак, до того вошел в при­выч­ку чело­ве­че­ско­го обще­ства, что обще­ство ему предо­став­ля­ет вся­че­ские удоб­ства. Где толь­ко нель­зя най­ти папи­рос! Вез­де мож­но най­ти пепель­ни­цу, повсю­ду суще­ству­ют спе­ци­аль­ные ком­на­ты, ваго­ны, купе — “для куря­щих”. Даже не будет пре­уве­ли­че­ни­ем ска­зать, что весь мир пред­став­ля­ет собою одну огром­ную ком­на­ту, вер­нее один огром­ный вагон в меж­звезд­ных сфе­рах: “для куря­щих”. “Курят” — мел­ко-спо­кой­но гре­шат все: ста­рые и малые, боль­ные и здо­ро­вые, уче­ные и про­стые… Пре­ступ­ни­ку перед каз­нью поз­во­ля­ют выку­рить папи­ро­су. Слов­но воз­ду­ху мало в зем­ной атмо­сфе­ре, или слиш­ком прес­ный он, — надо создать себе какой то дым­ный, ядо­ви­тый воз­дух и дышать, дышать этим ядом, упи­вать­ся этим дымом. И вот все упи­ва­ют­ся. До того, что “неку­ря­щий” — явле­ние почти такое же ред­кое, как и “нико­гда не лгу­щий”, или “ни над кем не воз­но­ся­щий­ся”… Табач­ный рынок — один из самых зна­чи­тель­ных в миро­вой тор­гов­ле, и еже­год­но мил­ли­о­ны людей тру­дят­ся для достав­ле­ния воз­мож­но­сти дру­гим мил­ли­о­нам и мил­ли­о­нам — вды­хать едкий дым, ове­вать его нар­ко­зом свою голо­ву и весь организм.

В при­ро­де ли чело­ве­ка мел­ко, нар­ко­ти­че­ски гре­шить — “курить”? Стран­ным пред­став­ля­ет­ся самый вопрос. В при­ро­де ли чело­ве­ка идти про­тив при­ро­ды? В при­ро­де ли нар­ко­ти­ро­вать себя? Услаж­де­ние кока­и­ном пра­ви­тель­ства запре­ща­ют, а таба­ком поощ­ря­ют. Мел­кие гре­хи чело­ве­че­ским зако­ном доз­во­ля­ют­ся, в тюрь­му они не при­во­дят. Все повин­ны в них, и никто не хочет бро­сать в них кам­нем. Табак, как “малень­кий кока­ин”, доз­во­лен, как малень­кая ложь, как неза­мет­ная неправ­да, как убий­ство чело­ве­ка в серд­це или в утро­бе. Но не то гово­рит Откро­ве­ние Божие — воля Живо­го Бога. Гос­подь не мирит­ся ни с малень­кой ложью, ни с еди­ным убий­ствен­ным сло­вом, ни с одним, пре­лю­бо­дей­ным взгля­дом. Малень­кая трав­ка без­за­ко­ния столь же ока­ян­на перед Гос­по­дом, сколь боль­шое дере­во пре­ступ­ле­ния. Мно­же­ство малых гре­хо­па­де­ний, несо­мнен­но, тяже­лее для души чело­ве­ка, чем несколь­ко вели­ких, все­гда сто­я­щих в памя­ти, могу­щих все­гда быть сня­ты­ми в пока­я­нии. И свя­той, конеч­но, не тот, кто дела­ет вели­кие дела, но кто удер­жи­ва­ет­ся и от самых малых преступлений. 

Про­тив вели­ко­го гре­ха лег­че начать борь­бу, лег­че воз­не­на­ви­деть его при­бли­же­ние. Изве­стен слу­чай с пра­вед­ным Анто­ни­ем Муром­ским. К нему при­шли две жен­щи­ны: одна сокру­ша­лась о сво­ем одном вели­ком гре­хе, дру­гая само­до­воль­но сви­де­тель­ство­ва­ла о сво­ей непри­част­но­сти ни к каким боль­шим гре­хам[ 1 ] . Встре­тив жен­щин на доро­ге, ста­рец велел пер­вой пой­ти и при­не­сти ему боль­шой камень, а дру­гой — набрать побо­лее мел­ких камеш­ков. Через несколь­ко минут жен­щи­ны воз­вра­ти­лись. Тогда ста­рец ска­зал им: “Теперь отне­си­те и поло­жи­те эти кам­ни точ­но в те места, отку­да вы их взя­ли”. Жен­щи­на с боль­шим кам­нем лег­ко нашла то место; отку­да она взя­ла камень, дру­гая же тщет­но кру­жи­лась, ища гнез­да сво­их мел­ких камеш­ков, и воз­вра­ти­лась к стар­цу со все­ми кам­ня­ми. Про­зор­ли­вый Анто­ний объ­яс­нил им, что эти кам­ни выра­жа­ют… У вто­рой жен­щи­ны они выра­жа­ли мно­го­чис­лен­ные гре­хи, к кото­рым она при­вык­ла, счи­та­ла их ни за что и нико­гда в них не кая­лась. Она не пом­ни­ла сво­их мел­ких гре­хов и вспы­шек стра­стей, а они выра­жа­ли без­от­рад­ное состо­я­ние ее души, неспо­соб­ной даже к пока­я­нию. А пер­вая жен­щи­на, пом­нив­шая свой грех, боле­ла этим гре­хам и сня­ла его со сво­ей души.

Мно­же­ство малых, недо­стой­ных при­вы­чек — тина для души чело­ве­ка, если утвер­жда­ет их в себе или осо­знал как “неиз­беж­ное” зло, про­тив кото­ро­го “не сто­ит” и “нель­зя” бороть­ся. Вот тут-то и попа­да­ет душа в запад­ню вра­га Божье­го. “Я не свя­той”, “я в миру живу”, “я дол­жен жить, как все люди”… — успо­ка­и­ва­ет себя ною­щая совесть веру­ю­ще­го чело­ве­ка. Чело­век, чело­век, конеч­но, ты не свя­той, конеч­но, ты “живешь в миру”, и “дол­жен жить, как все люди”, и пото­му — рож­дай­ся, как все люди; уми­рай, как они, смот­ри, слу­шай, гово­ри, как они, но зачем тебе пре­сту­пать Закон Бога — “как они”? Зачем тебе нрав­ствен­но так не бла­го­ухать, “как они”? Заду­май­ся над этим, чело­век.
Как труд­но сдви­нуть­ся душе с лож­ной, но при­выч­ной мыс­ли. Пси­хо­ло­гия ате­и­сти­че­ско­го мира сего так креп­ко въелась в пси­хи­че­ский мир совре­мен­но­го чело­ве­ка, что в отно­ше­нии гре­ха и пре­ступ­ле­ния про­тив Божьих Зако­нов почти все люди дей­ству­ют оди­на­ко­во — “по штам­пу”. Самое же печаль­ное, что зло вну­ши­ло людям “тре­бо­ва­ни­я­ми при­ро­ды” назы­вать тре­бо­ва­ния греха. 

Тре­бо­ва­ние при­ро­ды — дышать, в меру питать­ся, согре­вать­ся, уде­лять часть суток сну, но никак не нар­ко­ти­ро­вать свой орга­низм, бес­смыс­лен­но при­вя­зы­вать­ся к мира­жу, к дыму.
Ведь сто­ит толь­ко чест­но заду­мать­ся над этим вопро­сом, как зло само всплы­ва­ет на поверх­ность сове­сти. Но в том-то и дело, что совре­мен­но­му чело­ве­ку неко­гда заду­мать­ся над един­ствен­но важ­ным вопро­сом каса­ю­щим­ся не малень­кой этой 60–70 лет­ней жиз­ни, но веч­но­сти ее бес­смерт­но­го суще­ство­ва­ния в новых, вели­ких усло­ви­ях. Погло­щен­ный совсем невер­но пони­ма­е­мой “прак­ти­кой”, чело­век совре­мен­ный, погру­зив­шись в свою прак­ти­че­ски-зем­ную жизнь, дума­ет, что он в самом деле “прак­ти­чен”. Горест­ное заблуж­де­ние! В мину­ту сво­ей неиз­беж­ной (все­гда очень близ­кой от него) так назы­ва­е­мой смер­ти он воочию уви­дит, как мало прак­ти­чен он был, све­дя вопрос прак­ти­ки к потреб­но­стям сво­е­го желуд­ка и совсем забыв свой дух.

А пока чело­ве­ку дей­стви­тель­но “неко­гда” заду­мать­ся над эле­мен­тар­ны­ми нрав­ствен­ны­ми зако­на­ми сво­ей жиз­ни. И, несчаст­ный чело­век, сам стра­да­ет невы­ра­зи­мо от это­го. Как ребе­нок, непре­стан­но каса­ю­щий­ся огня и пла­чу­щий, чело­ве­че­ство непре­стан­но каса­ет­ся огня гре­ха и похо­ти, и пла­чет и стра­да­ет, но сно­ва и сно­ва каса­ет­ся… не пони­мая сво­е­го состо­я­ния духов­ной дет­ско­сти, кото­рая в Еван­ге­лии назы­ва­ет­ся “сле­по­тою”, и есть дей­стви­тель­ная сле­по­та серд­ца при нали­чии физи­че­ских глаз.

Чело­ве­че­ство само себя уби­ва­ет чрез грех, и каж­дый чело­век так же. Обу­ре­ва­ясь, вол­ну­ясь злом, раз­нуз­ды­вая низ­шие инстинк­ты, чело­ве­че­ство себе гото­вит страш­ную судь­бу, как и каж­дый чело­век, иду­щий этим путем. Сею­щие ветер — пожнут бурю. И вот над этим, над един­ствен­но важ­ным — “неко­гда” заду­мать­ся… “Живи мгно­ве­ньем”, “что будет, то будет” — отма­хи­ва­ет­ся душа от самой исти­ны, внут­ри ее гово­ря­щей, что надо ей вой­ти в себя, сосре­до­то­чить­ся, осмот­реть при­вя­зан­но­сти сво­е­го серд­ца и поду­мать о сво­ей веч­ной уча­сти. Тво­рец мира велел забо­тить­ся чело­ве­ку толь­ко о дне; мир велит забо­тить­ся толь­ко “о мгно­ве­нии”, погру­жая чело­ве­ка в море забот о всей жизни!

Тема о нрав­ствен­но малень­ком совсем не мел­ка. Здесь отра­же­ние апо­ка­лип­ти­че­ско­го упре­ка Божье­го хри­сти­ан­ско­му миру, что он “забыл первую любовь свою”. Сколь чище и нрав­ствен­но выше чело­ве­ка сей­час даже та пошат­нув­ша­я­ся при­ро­да, из кото­рой созда­но его тело. Как чист камень, гото­вый вопи­ять про­тив людей, не воз­да­ю­щих сла­ву Богу, как чисты цве­ты, дере­вья в сво­ем чуд­ном кру­гу жиз­ни, как вели­ко­леп­но покор­ны Зако­ну Твор­ца зве­ри в чисто­те сво­ей. Божья при­ро­да не курит, не нар­ко­ти­ру­ет­ся, не раз­врат­ни­ча­ет, не вытрав­ля­ет Богом дан­но­го пло­да. Бес­сло­вес­ная при­ро­да учит чело­ве­ка, как нуж­но нести Крест послу­ша­ния Богу сре­ди всех бурь и стра­да­ний этой жиз­ни. Нуж­но чело­ве­ку заду­мать­ся над этим. 
Неко­то­рые дума­ют, что все про­ис­хо­дя­щее здесь, на зем­ле, не будет иметь ника­ких послед­ствий. Чело­ве­ку с нечи­стой сове­стью, конеч­но, так при­ят­нее думать. Но зачем обма­ны­вать себя? Рано или позд­но при­дет­ся уви­деть осле­пи­тель­ную тай­ну чисто­ты мироздания.

Мы себя ощу­ща­ем как “жизнь”. Неуже­ли же мы себя так мел­ко рас­це­ни­ва­ем и так неглу­бо­ко пони­ма­ем Того, Кто сотво­рил миры, что­бы думать об этой зем­ной жиз­нен­ной суе­те как о бытии чело­ве­ка? Мы гораз­до более и выше того, что мы при­вык­ли здесь, наг зем­ле, счи­тать не толь­ко сво­ею жиз­нью, но даже сво­и­ми иде­а­ла­ми. Но мы: зер­но, поло­жен­ное в зем­лю. И пото­му нам сей­час не вид­на поверх­ность все­лен­ной, та истин­ная кар­ти­на при­ро­ды, кото­рая откро­ет­ся Нашим гла­зам в мину­ту так назы­ва­е­мой смер­ти, т.е. для всех весь­ма скоро.

Что такое смерть? Смерть — это совсем не гроб, не бал­да­хин, не чер­ная повяз­ка на руке, не моги­ла глине. Смерть — это, когда росток жиз­ни нашей выле­зет на поверх­ность зем­ли и ста­нет под пря­мые лучи Божье­го солн­ца. Уме­реть и про­рас­ти зер­но жиз­ни долж­но еще здесь, в зем­ле. Это так назы­ва­е­мое в Еван­ге­лии “рож­де­ние духом”, “вто­рое рож­де­ние” чело­ве­ка. Смерть же тела есть остав­ле­ние рост­ком зем­ли, выход из зем­ли. Вся­ко­го чело­ве­ка, полу­чив­ше­го хотя бы самую малень­кую духов­ную заквас­ку хотя бы самую незна­чи­тель­ную еван­гель­скую жем­чу­жи­ну “внутрь себя”, ожи­да­ет совсем не смерть, и даже — дале­ко не смерть. Для мерт­вых же духом, конеч­но, гро­бы, моги­лы, чер­ные повяз­ки — это все реаль­но­сти. И их духу нель­зя будет вый­ти на поверх­ность истин­ной жиз­ни, ибо они на зем­ле для себя, для гре­хов сво­их не умерли.

Как яйцо, мы закры­ты от ино­го мира тон­кой скор- лупой тела. И скор­луп­ки наши бьют­ся одна за дру­гой… Бла­жен чело­век, кото­рый ока­жет­ся живым, сфор­ми­ро­ван­ным для буду­щей жиз­ни орга­низ­мом. Достой­но пла­ча состо­я­ние того, кто ока­жет­ся бес­фор­мен­ной жид­ко­стью… и еще даже может быть отвра­ти­тель­ной по сво­е­му нрав­ствен­но­му запаху!

Здесь, на зем­ле, мы истин­но в тем­но­те духа, в “утро­бе” его. И неуже­ли не пре­ступ­но, нахо­дясь в таком состо­я­нии, не гото­вить­ся к сво­е­му насто­я­ще­му рож­де­нию, но счи­тать свой мрак — либо иде­аль­ным пре­дель­но-радост­ным местом жиз­ни (как счи­та­ет опти­ми­сти­че­ский ате­изм), либо непо­нят­ным местом бес­смыс­лен­ных стра­да­ний (как счи­та­ет ате­изм пес­си­ми­сти­че­ский)?
Физи­че­ским гла­зам смысл, конеч­но, не виден, но в него очень лег­ко, более чем лег­ко пове­рить, поду­мав над собой и над Еван­ге­ли­ем. Об этом смыс­ле кри­чит, вся при­ро­да; о нем начи­на­ет кри­чать вся­кая про­бу­див­ша­я­ся душа человека.

Как береж­но всем нам, “не-про­рос­шим” людям, надо отно­сить­ся Друг к дру­гу… Как нуж­но обе­ре­гать друг во дру­ге это про­рас­та­ние, этот выход на воль­ный воз­дух, под Божье солн­це!
Чело­век страш­но за все ответ­ствен, и труд­но тео­ре­ти­че­ски вооб­ра­зить себе несча­стье того чело­ве­ка, кото­рый, ате­и­сти­че­ски про­жив на зем­ле “так, как буд­то ниче­го нет”, вдруг очу­тит­ся лицом к лицу реаль­но­стью, не толь­ко более яркой, чем эта наша зем­ля, но даже пре­вос­хо­дя­щей все наши поня­тия о реаль­но­сти… Не об этих ли душах стра­дал Гос­подь в Геф­си­ман­ском саду? Во вся­ком слу­чае, и за них он при­нял стра­да­ние Креста.

Если бы види­мое небо не отде­ля­ло нас от неба неви­ди­мо­го, мы бы содро­га­лись от тех несо­от­вет­ствий духа, кото­рые суще­ству­ют меж ангель­ской тор­же­ству­ю­щей цер­ко­вью и нашей зем­ной цер­ко­вью, почти не воин­ству­ю­щих, дряб­лых чело­ве­че­ских душ. Мы бы ужас­ну­лись и поня­ли бы ясно ту исти­ну, кото­рая нам сей­час непо­нят­на: что сде­лал для нас Гос­подь Иисус Хри­стос и что Он дела­ет для каж­до­го из нас. Его спа­се­ние мы пред­став­ля­ем себе почти тео­ре­ти­че­ски, абстракт­но. Но когда бы мы уви­де­ли, ‚с одной сто­ро­ны, бело­снеж­ные сон­мы мол­ние­луч­ных чистых духов, огнен­ных, пла­мен­ных, горя­щих нево­об­ро­зи­мой любо­вью к Богу и устрем­лен­ных ко спа­се­нию все­го тво­ре­ния, и, дру­гой сто­ро­ны, уви­де­ли бы зем­лю с её сот­ня­ми мил­ли­о­нов полу-людей, полу-насе­ко­мых, с серд­ца­ми, устрем­лен­ны­ми толь­ко к зем­ле, людей, пожи­ра­ю­щих друг дру­га, само­лю­би­вых, сла­сто­лю­би­вых, ден­го­лю­би­вых, несго­вор­чи­вых, одер­жи­мых при­лип­ши­ми к ним тем­ны­ми сила­ми, мы бы ужас­ну­лись и востре­пе­та­ли. И нам бы пред­ста­ла ясная кар­ти­на без­услов­ной невоз­мож­но­сти спа­се­ния «есте­ствен­ны­ми» путями. 

Рас­суж­де­ния оккуль­ти­стов об эво­лю­ци­он­ном дви­же­нии пере­во­пла­ща­ю­ще­го­ся чело­ве­че­ства ввысь нам бы пока­за­лись, в луч­шем слу­чае, безум­ны­ми. Мы бы уви­де­ли, что тьма над чело­ве­че­ством не реде­ет, но сгу­ща­ет­ся… И мы бы поня­ли, что сде­лал для людей Вопло­тив­ший­ся на их зем­ле Тво­рец. Мы бы уви­де­ли, как колос­ки даже с одним зер­ныш­ком берут­ся небес­ны­ми жне­ца­ми на небо, что малей­шая искра Хри­сто- уже спа­са­ет это­го чело­ве­ка. Все тем­ное зачер­го­ря­щих нево­об­ра­зи­мой любо­вью к Богу и устрем­лен­ных ко спа­се­нию все­го тво­ре­ния, и, дру­гой сто­ро­ны, уви­де­ли бы зем­лю с ее сот­ня­ми мил­ли­о­нов полу-людей, полу-насе­ко­мых, с серд­ца­ми, устрем­лен­ны­ми толь­ко к зем­ле, людей, пожи­ра­ю­щих друг дру­га, само­лю­би­вых, сла­сто­лю­би­вых, день­го­лю­би­вых, несго­вор­чи­вых, одер­жи­мых при­лип­ши­ми к ним тем­ны­ми сила­ми, мы бы ужас­ну­лись и востре­пе­та­ли. И нам бы пред­ста­ла ясная кар­ти­на без­услов­ной невоз­мож­но­сти спа­се­ния “есте­ствен­ны­ми” путями. 

Рас­суж­де­ния оккуль­ти­стов об эво­лю­ци­он­ном дви­же­нии пере­во­пло­ща­ю­ще­го­ся чело­ве­че­ства в чело­ве­ке — как еди­ное зер­ныш­ко в колос­ке кива­ет­ся, отсе­ка­ет­ся, берет­ся одна толь­ко искра, и она ста­но­вит­ся веч­ной жиз­нью чело­ве­ка. Сла­ва спа­се­нию Хри­сто­ву! Воис­ти­ну, мы ниче­го не име­ем в себе, кро­ме сво­е­го лежа­ще­го в пра­хе досто­ин­ства чело­ве­че­ско­го. И из это­го пра­ха мы воз­ни­ка­ем бла­го­да­тью Хри­сто­вой и искрой уно­сим­ся в небо. Но уно­сим­ся, если зажглась в нас эта искра люб­ви к Богу, если мы спо­соб­ны оттолк­нуть­ся душой от все­го смерт­но­го в мире, спо­соб­ны заме­тить это смерт­ное в малей­шем, и так же оттолк­нуть его от себя. Чут­кость малей­ше­му в себе будет для нас пока­за­тель здо­ро­вья нашей души. Если ато­мы дей­стви­тель­но заклю­ча­ют в себе точ­ные сол­неч­ные систе­мы, то это ти вся­ко­го гре­ха: мало­го и боль­шо­го.
Речь о необ­хо­ди­мо­сти отвер­же­ния даже само­го мел­ко­го гре­ха при­во­дит нас к само­му важ­но­му вопро­су чело­ве­че­ской жиз­ни: вопро­су о жиз­ни после смерти.

Откро­ве­ние Церк­ви утвер­жда­ет, что не осво­бо­див­ша­я­ся от той или иной стра­сти душа пере­не­сет эту свою страсть в поту­сто­рон­ний мир, где вви­ду отсут­ствия тела (до вос­кре­се­ния) невоз­мож­но будет эту страсть удо­вле­тво­рить, отче­го душа будет пре­бы­вать в непре­стан­ном том­ле­нии самосго­ра­ния, непре­стан­ной жаж­де гре­ха и похо­ти без воз­мож­но­сти ее удо­вле­тво­рить.
Гастро­ном, толь­ко и думав­ший в сво­ей зем­ной жиз­ни, что о еде, несо­мнен­но, будет мучить­ся после сво­ей смер­ти, лишив­шись плот­ской пищи, но не лишив­шись духов­ной жаж­ды к ней стре­мить­ся. Пья­ни­ца будет неве­ро­ят­но тер­зать­ся, не имея тела, кото­рое мож­но удо­вле­тво­рить, залив алко­го­лем, и тем немно­го успо­ко­ить на вре­мя муча­ю­щу­ю­ся душу. Блуд­ник будет испы­ты­вать то же чув­ство. День­го­лю­бец тоже… Куриль­щик — тоже.

Лег­ко сде­лать опыт. Пусть куриль­щик не поку­рит двое-трое суток. Что он будет испы­ты­вать? Извест­ное муче­ние, смяг­ча­е­мое еще все­ми отно­ше­ни­я­ми и раз­вле­че­ни­я­ми жиз­ни. Но отни­ми­те жизнь с ее раз­вле­че­ни­я­ми… Стра­да­ние обост­рит­ся. Стра­да­ет не тело, но душа, живу­щая в теле, при­вык­шая через тело удо­вле­тво­рять свою похоть, свою страсть. Лишен­ная удо­вле­тво­ре­ния, душа стра­да­ет. Так стра­да­ет, конеч­но, и душа бога­то­го греш­ни­ка, вдруг лишив­ша­я­ся богат­ства, поко­е­люб­ца, лишив­ша­я­ся покоя, душа само­люб­ца, полу­чив­шая удар по само­лю­бию… Сколь­ко само­убийств было на этой поч­ве! Все это опыт, голый опыт нашей зем­ной жиз­ни. Уже здесь, на зем­ле, мы можем про­де­лы­вать опы­ты над сво­ей душой. Сле­ду­ет каж­до­му чело­ве­ку быть даль­но­вид­ным. Нуж­но обе­ре­гать свой дом от под­ко­па (Мф. 24, 43).

Чув­ствуя это, неуже­ли мож­но спо­кой­но пре­да­вать­ся стра­стям или даже делить их на серьез­ные и “невин­ные”? Ведь огонь все рав­но огонь — как домен­ной печи, так и горя­щей спич­ки. И тот и дру­гой мучи­те­лен для чело­ве­ка, каса­ю­ще­го­ся его, и может быть смер­те­лен. Нуж­но понять эту несо­мнен­ную исти­ну, что вся­кая страсть, вся­кая зло­ба, вся­кая похоть есть огонь.

Божий Закон заклю­чил инстинк­ты тела чело­ве­че­ско­го в рам­ки, а воле­вой и раз­дра­жи­тель­ной энер­ги­ям души дает истин­ное направ­ле­ние, что­бы удоб­но и лег­ко шел чело­век к оду­хо­тво­ре­нию. Как назвать того чело­ве­ка, кото­рый, пони­мая все это, спо­кой­но и лег­ко­мыс­лен­но отно­сит­ся к сво­им стра­стям, изви­ня­ет их, усып­ляя все при­зна­ки спа­си­тель­ной чут­ко­сти в сво­ей душе.
Надо, преж­де все­го, пере­стать оправ­ды­вать свою похоть — даже самую малей­шую, надо осу­дить ее пред Богом и самим собой. Надо взмо­лить­ся об избав­ле­нии, о спа­се­нии. Спа­си­тель Гос­подь назы­ва­ет­ся спа­си­те­лем не отвле­чен­но, но реаль­но. Спа­си­тель спа­са­ет от всех сла­бо­стей и стра­стей. Он избав­ля­ет. Он исце­ля­ет. Совер­шен­но види­мо, ощу­ти­тель­но. Исце­ляя, про­ща­ет. Про­ще­ние есть исце­ле­ние того, что надо про­стить. Дает­ся оно толь­ко алчу­щим и жаж­ду­щим этой прав­ды. Про­сто хотя­щим, тле­ю­щим в жела­нии- сво­ем, не дает­ся исце­ле­ния. Горя­щим же, пла­ме­не­ю­щим, умо­ля­ю­щим, стре­мя­щим­ся серд­цем — дает­ся. Ибо толь­ко такие спо­соб­ны оце­нить дар Божье­го исце­ле­ния, не рас­топ­тать и воз­бла­го­да­рить за него, чут­ко охра­нить Име­нем Спа­си­те­ля от новых иску­ше­ний зла. 

Конеч­но, куре­ние — очень неболь­шая похоть, как и спич­ка — неболь­шой огонь. Но и эта похоть — духо­про­тив­на, и невоз­мож­но себе даже пред­ста­вить кого-либо из бли­жай­ших Гос­под­них уче­ни­ков — куря­щи­ми папиросы.

“Уни­что­жай малую похоть”, — гово­рят свя­тые. Нет тако­го желу­дя, кото­рый не заклю­чал бы в себе дуба. Так и в гре­хах. Малое рас­те­ньи­це лег­ко выпа­лы­ва­ет­ся. Боль­шое тре­бу­ет спе­ци­аль­ных ору­дий для сво­е­го искоренения.

Духов­ный смысл куре­ния и всех мел­ких “оправ­ды­ва­е­мых” про­ти­во­за­ко­ний духа есть рас­пу­щен­ность. Не толь­ко тела, но и души. Это есть лож­ное успо­ка­и­ва­ние себя (сво­их “нер­вов”, как гово­рят ино­гда не вполне созна­вая, что нер­вы — плот­ское зер­ка­ло души). “Успо­ка­и­ва­ние” это ведет ко все боль­ше­му уда­ле­нию от истин­но­го покоя, от истин­но­го уте­ше­ния Духа. Это успо­ко­е­ние — мираж. Сей­час — пока есть тело — его надо воз­об­нов­лять посто­ян­но. После — это нар­ко­ти­че­ское успо­ко­е­ние будет источ­ни­ком мучи­тель­ной пле­нен­но­сти души.

Надо понять, что “сры­ва­ю­щий”, напри­мер, свою зло­бу — тоже “успо­ка­и­ва­ет­ся”. Но, конеч­но, лишь — до ново­го при­пад­ка зло­бы. Успо­ка­и­вать себя удо­вле­тво­ре­ни­ем стра­сти нель­зя. Успо­ко­ить себя мож­но, лишь про­ти­во­став стра­сти, удер­жав­шись от нее. Успо­ко­ить себя мож­но, лишь поне­ся Крест борь­бы про­тив вся­кой стра­сти, даже самой мель­чай­шей, Крест ее непри­я­тия в свое серд­це. Это путь истин­но­го, твер­до­го, вер­но­го и — глав­ное — веч­но­го сча­стья. Под­няв­ший­ся над тума­ном видит солн­це и веч­но голу­бое небо. Под­няв­ший­ся над стра­стя­ми вхо­дит в сфе­ру мира Хри­сто­ва, неопи­су­е­мо­го бла­жен­ства, начи­на­ю­ще­го­ся уже здесь, на зем­ле, и доступ­но­го каж­до­му человеку.

Мираж­ное сча­стье — папи­ро­са. Такое же, как на кого-нибудь рас­сер­дить­ся, пред кем-нибудь погор­дить­ся, покра­сить для людей свои щеки или свои губы, украсть малень­кий кусо­чек сла­до­сти — малень­кую копе­еч­ку с цер­ков­но­го блю­да Божьей при­ро­ды. Не нуж­но искать таких сча­стий. Их пря­мое, логи­че­ское про­дол­же­ние: кока­ин, удар по лицу чело­ве­ка или выстрел в него, под­дел­ка цен­но­сти. Бла­жен чело­век кто, най­дя такое сча­стье, оттолк­нет его с пра­вед­ным и свя­тым гне­вом. Это цар­ству­ю­щее в мире демо­ни­че­ское сча­стье есть блуд­ни­ца, вторг­нув­ша­я­ся в брак души чело­ве­че­ской со Хри­стом, Богом Исти­ны и чистой бла­жен­ной радо­сти.
Вся­кое уте­ше­ние вне Духа Свя­то­го Уте­ши­те­ля есть тот безум­ный соблазн, на кото­ром стро­ят свои меч­ты устро­и­те­ли чело­ве­че­ско­го рая. Уте­ши­тель ~ один толь­ко Твор­че­ский Дух Исти­ны Христовой.

Молить­ся духом, куря папи­ро­су, невоз­мож­но. Невоз­мож­но про­по­ве­до­вать, куря папиросу.Перед вхо­дом в храм Божий отки­ды­ва­ет­ся папи­ро­са… но храм Божий — ведь это мы.
Кто хочет каж­дую мину­ту быть хра­мом Божьим — отки­нет папи­ро­су, как вся­кую лож­ную мысль, вся­кое нечи­стое чув­ство. Отно­ше­ние к малень­ко­му душев­но­му дви­же­нию в себе — тер­мо­метр горяч­но­сти веры чело­ве­ка и его люб­ви к Богу.

Мож­но себе пред­ста­вить такой жиз­нен­ный при­мер: табак, как рас­те­ние, не име­ет в себе ника­ко­го зла (как и золо­той песок, как и хло­пок, из кото­ро­го выде­лы­ва­ет­ся денеж­ная ассиг­на­ция). Абри­кос — Божье рас­те­ние. Алко­голь быва­ет очень поле­зен орга­низ­му чело­ве­ка в извест­ные мину­ты и в извест­ных дозах, ничуть не про­ти­во­ре­ча духу, как уме­рен­ный чай или кофе. Дере­во, мате­рия, из кото­рых дела­ет­ся мебель, все — Божье… Но теперь возь­мем эти сла­га­е­мые в сле­ду­ю­щем соче­та­нии: в мяг­ком крес­ле раз­ва­лил­ся чело­век и курит гаван­скую сига­ру, еже­ми­нут­но при­хле­бы­вая из сто­я­щей око­ло него рюм­ки абри­ко­ти­на… Может ли этот чело­век в таком состо­я­нии вести бесе­ду о Живом боге — тво­рить молит­ву Живо­му Богу? Физи­че­ски — да, духов­но — нет. Поче­му? Да пото­му, что чело­век этот сей­час рас­пу­щен, его душа уто­ну­ла и в крес­ле, и в гаван­ской сига­ре, и в рюм­ке абри­ко­ти­на. В эту мину­ту у него почти нет души. Он, как блуд­ный сын Еван­ге­лия, ски­та­ет­ся “в дале­ких кра­ях”. Так может чело­век поте­рять свою душу. Теря­ет ее чело­век все вре­мя. И хоро­шо, если и все вре­мя опять нахо­дит ее, борет­ся, что­бы не терять, дро­жит над душою сво­ею, как над люби­мым мла­ден­цем сво­им. Душа — мла­де­нец бес­смер­тия, без­за­щит­ный и жал­кий в усло­ви­ях окру­жа­ю­ще­го нас мира. Как нуж­но при­жи­мать к гру­ди сво­ей, к серд­цу сво­е­му — свою душу, как нуж­но любить ее, пред­на­зна­чен­ную для веч­ной жиз­ни. О, как нуж­но счи­щать даже малей­шее пят­ныш­ко с нее!

Сей­час был пред­став­лен при­мер невоз­мож­но­сти сохра­нить свою душу, сла­сто­лю­би­во рас­пре­де­лив ее по окру­жа­ю­щим пред­ме­там: крес­ла, сига­ры, лике­ра. При­мер взят осо­бен­но кра­соч­ный, хотя быва­ют в жиз­ни и еще более кра­соч­ные. Но если взять не кра­соч­ный, а серый, но того же рас­пу­щен­но­го духа, — все оста­нет­ся той же самой атмо­сфе­рой, при кото­рой мень­шим гре­хом будет мол­чать о Хри­сте, чем гово­рить о Нем. Вот где раз­гад­ка того, поче­му мир мол­чит о Хри­сте, поче­му ни на ули­цах, ни в сало­нах, ни на дру­же­ских бесе­дах люди не гово­рят о Спа­си­те­ле Все­лен­ной, о Еди­ном Отце мира, несмот­ря на мно­же­ство людей, веру­ю­щих в Него.

Не все­гда перед людь­ми стыд­но гово­рить о Боге; ино­гда перед Богом стыд­но быва­ет гово­рить о Нем людям. Мир инстинк­тив­но пони­ма­ет, что в той обста­нов­ке, в кото­рой он нахо­дит­ся все вре­мя — мень­ше гре­ха мол­чать о Хри­сте, чем гово­ришь о нем. И вот люди мол­чат о Боге. Страш­ный симп­том. Навод­ня­ет­ся мир леги­о­на­ми слов, одер­жим язык чело­ве­ка эти­ми пусты­ми леги­о­на­ми, и — ни сло­ва, почти ни сло­ва о Боге, о Нача­ле, Кон­це и Сре­до­то­чии всего.

Ибо ска­зать о Боге — это сей­час же обли­чить себя и весь мир. И если сло­во о Боге все же ска­за­но, его труд­но дого­во­рить до кон­ца — и перед собой и пред миром.

Если у чело­ве­ка нет отвра­ще­ния к сво­им малень­ким гре­хам — он духов­но нездо­ров. Если есть отвра­ще­ние, но “нет сил” пре­одо­леть сла­бость, зна­чит, она остав­ля­ет­ся до того вре­ме­ни, пока чело­век не про­явит свою веру в борь­бе с чем-нибудь более для него опас­ным, чем дан­ная сла­бость, а она остав­ля­ет­ся ему для сми­ре­ния. Ибо нема­ло людей, на вид бес­по­роч­ных, не пью­щих и не куря­щих, но подоб­ных, по сло­ву Лествич­ни­ка, “гни­ло­му ябло­ку”, то есть испол­нен­ных явной или тай­ной гор­ды­ни. И нет воз­мож­но­сти сми­рить их гор­ды­ню, как толь­ко каким-либо паде­ни­ем. Но оста­нет­ся вне Цар­ствия Божия и его зако­нов тот, кто сам, по тем или иным сооб­ра­же­ни­ям, “раз­ре­шит” себе мел­кие гре­хи. Такой чело­век, “усып­ля­ю­щий” свою совесть, дела­ет­ся не спо­со­бен пре­сту­пить грань под­лин­ной жиз­ни духа. Он оста­ет­ся все­гда подо­бен юно­ше, под­хо­дя­ще­му ко Хри­сту и сей­час же отхо­дя­ще­му от него с печа­лью, или даже ино­гда без печа­ли, а про­сто что­бы… “поку­рить”!

Риго­ризм и пури­тан­ство чуж­ды еван­гель­ско­му духу. Фари­сей­ская пра­вед­ность без люб­ви — более тем­на в очах Божи­их, чем вся­кий грех. Но и теп­лохлад­ность хри­сти­ан в испол­не­нии запо­ве­дей — так же тем­на. Как фари­сей­ству­ю­щие, так и тор­гу­ю­щие и куря­щие в хра­ме Божьем — оди­на­ко­во изго­ня­ют­ся из хра­ма.
Ибо воля Божия есть “освя­ще­ние наше” (1. Фее. 4, 3). Чут­кая совесть сама изо­ст­рит зре­ние для обна­ру­жи­ва­ния той чуж­дой пыли, кото­рая лежит на ранах души.
Сын Божий и Сын Чело­ве­че­ский дал нам одну запо­ведь для жаж­ды: “Будь­те совер­шен­ны, как Отец ваш Небес­ный совер­шен есть”. В ней Гос­подь как бы гово­рит: Люди, Я не даю вам меры — опре­де­ли­те ее сами. Опре­де­ли­те сами меру вашей люб­ви к чисто­те Моей и ваше­го послу­ша­ния этой люб­ви.
Наверх»>

Молитва преподобному Амвросию Оптинскому 

О избав­ле­нии от стра­сти табакокурения

Пре­по­добне отче Амвро­сие, ты, имея дерз­но­ве­ние пред Гос­по­дом, умо­ли Вели­ко­да­ро­ви­то­го Вла­ды­ку подать мне ско­рую помощь в борь­бе с нечи­стой стра­стью.
Гос­по­ди! Молит­ва­ми угод­ни­ка Тво­е­го, Пре­по­доб­но­го Амвро­сия, очи­сти мои уста, уце­ло­муд­ри серд­це и насы­ти его бла­го­уха­ни­ем Духа Тво­е­го Свя­то­го, да отбе­жит от мене дале­че злая табач­ная страсть, туда, отку­да при­шла, во чре­во адово.

Тро­парь, глас 5

Яко к целеб­но­му источ­ни­ку, при­те­ка­ем к тебе, Амвро­сие отче наш, ты бо на путь спа­се­ния нас вер­но настав­ля­е­ши, молит­ва­ми от бед и напа­стей охра­ня­е­ши, в телес­ных и душев­ных скор­бех уте­ша­е­ши, паче же сми­ре­нию, тер­пе­нию и люб­ви науча­е­ши, моли Чело­ве­ко­люб­ца Хри­ста и Заступ­ни­цу Усерд­ную спа­сти­ся душам нашим.

Кондак, глас 2

Завет Пас­ты­ре­на­чаль­ни­ка испол­нив, стар­че­ства бла­го­дать насле­до­вал еси, болез­нуя серд­цем о всех с верою при­те­ка­ю­щих к тебе. Тем­же и мы, чада твоя, с любо­вию вопи­ем ти: отче свя­тый Амвро­сие, моли Хри­ста Бога спа­сти­ся душам нашим. 

4

Обра­ща­ем ваше вни­ма­ние, что инфор­ма­ция, пред­став­лен­ная на сай­те, носит озна­ко­ми­тель­ный и про­све­ти­тель­ский харак­тер и не пред­на­зна­че­на для само­ди­а­гно­сти­ки и само­ле­че­ния. Выбор и назна­че­ние лекар­ствен­ных пре­па­ра­тов, мето­дов лече­ния, а так­же кон­троль за их при­ме­не­ни­ем может осу­ществ­лять толь­ко леча­щий врач. Обя­за­тель­но про­кон­суль­ти­руй­тесь со специалистом.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

9 комментариев

  • Андрей, 05.09.2018

    Ува­жа­е­мый Алексей!

    Если это воз­мож­но, объ­яс­ни­те, пожа­луй­ста, как это мож­но стра­дать веч­но “там” от невоз­мож­но­сти уто­лить свою страсть?

    Это ведь обыч­ная пси­хо­ло­гия; с глаз долой из серд­ца вон.

    Я как-то постил­ся 40 дней в месте, где не было воз­мож­но­сти купить сига­ре­ты, так я и не мучал­ся без них. Стра­да­ешь, когда сига­ре­ты под рукой, а ты ста­ра­ешь­ся не курить, а коль их нет, то и тяги нет.

    Ответить »
  • Галия, 10.08.2017

    Ска­жи­те, а как бро­си­ла та жен­щи­на, о кото­рой шла речь в нача­ле, что моли­лась богу о том что не хочет и не может бро­сить но будет всё рав­но про­сить бога помочь ей

    Ответить »
  • Уар, 11.07.2017

    Отме­тил мно­го поло­жи­тель­но­го в дан­ной кни­ге. Напри­мер, нико­гда не заду­мы­вал­ся, что после смер­ти  курить будет охо­та и воз­мож­но­сти устра­нить эту страсть не будет. Так­же ни сколь­ко не сомне­ва­юсь, что бро­сать курить надо с Божьей помо­щью и с помо­щью молитв свя­тых. Но пси­хо­ло­ги­че­ский метод, пред­став­лен­ный в дан­ной кни­ге, а имен­но сокра­ще­ние куре­ния, счи­таю не кор­рект­ным.  Сокра­щая куре­ние, мы топим себя. Чем мень­ше мы курим, тем цен­нее ста­но­вит­ся каж­дая сига­ре­та. Пси­хо­ло­ги­че­ски совер­шен­но не пра­виль­ный под­ход. Бро­сать надо сра­зу. А с пси­хо­ло­ги­че­ской зави­си­мо­стью мож­но спра­вить­ся лег­ко. Поре­ко­мен­дую кни­гу Алле­на Кар­ра. Толь­ко не поду­май­те, что я эту кни­гу рекла­ми­рую. Суть кни­ги в пси­хо­ло­ги­че­ском само­ана­ли­зе. Ведь самое глав­ное устра­нить пси­хо­ло­ги­че­ские аспек­ты, пото­му что физи­че­ской зави­си­мо­сти к нико­ти­ну прак­ти­че­ски нет. Это дока­зы­ва­ет тот факт, что куря­щие не про­сы­па­ют­ся ночью, что­бы поку­рить. А это в сред­нем 8 часов. Если бы куря­щий не курил 8 часов днём, он сошёл бы с ума.

    Ответить »
    • Костя, 18.04.2021

      Я и супру­га посто­ян­но про­сы­па­ем­ся что­бы покурить.

      Ответить »
  • Борис, 03.03.2017

    При­чи­на нача­ла куре­ния — все­гда гор­дость. Быть луч­ше, кру­че, взрос­лее. Все же в под­рост­ко­вом воз­расте начи­на­ют. Когда бро­си­ли не осуж­дай­те нико­го, не воз­но­си­те себя перед куриль­щи­ка­ми ина­че опять нач­не­те, так как гор­ды­нюш­ка на сига­ре­ты плот­но завя­за­на. Боль­ше сми­рятй­есь. Не давай­те себе обе­ща­ний бро­сить и другим.

    Ответить »
  • Инна, 13.08.2015

    Там одно напи­са­но там дру­гое кому верить не знаю

    Ответить »
  • Игорь, 18.01.2015

    У меня был опыт поло­жи­тель­ный избав­ле­ния от куре­ния по этой мето­ди­ке, но в резуль­та­те пси­хо­ло­ги­че­ско­го сры­ва ( воз­мож­но впа­де­ния в пре­лест­ное состо­я­ние) где­то через 1.5–2 года опять закурил.
    Воз­мож­но тем у кого про­бле­мы со стра­стью куре­ния или алко­го­ля будет инте­рес­ны 10 бесед свя­щен­ни­ка Иго­ря Бачи­ни­на об избав­ле­нии от этих стра­стей вот ссылка
    http://predanie.ru/ierei-igor-bachinin/profilaktika-narkomanii/#/video/

    Ответить »
    • Юрий, 03.03.2016

      У меня тоже был поло­жи­тель­ный опыт…Бросал курить по молит­вам Амвро­сию Оптин­ско­му. Но, одна­жды в раз­го­во­ре с куря­щим дру­гом, осу­дил его воз­не­ся себя…и был нака­зан тем, что заку­рил опять. По про­ше­ствии почти двух лет, дер­заю сно­ва бро­сить тем же спо­со­бом. С огляд­кой на про­шлый, печаль­ный опыт.

      Ответить »
  • олег, 17.01.2015

    Спа­си­бо за совет.

    Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки