Истории обращения

Протоиерей Андрей Лемешонок: «Умирать надо, чтобы что-то живое получилось»

Протоиерей Андрей Лемешонок: «Умирать надо, чтобы что-то живое получилось»

Будучи еще некрещеным, я вошел в православный храм ‒ и меня посетила благодать… И я уже не умом, не с помощью каких-то знаний, а сердцем почувствовал: вот она, здесь та правда, которую я так долго искал.
Алексей Долотов: «Когда чувствуешь, что за тобой Бог, ты можешь сделать всё»

Алексей Долотов: «Когда чувствуешь, что за тобой Бог, ты можешь сделать всё»

Нынешняя эпидемия послужила спусковым механизмом, а если о людях, то это прежде всего отец Андрей Мизюк. Видимо, пришло время, потому что все совпало ‒ и мое внутреннее состояние, и особые внешние условия.
Архимандрит Лука (Анич): «У монаха все существо должно быть направлено к Богу…»

Архимандрит Лука (Анич): «У монаха все существо должно быть направлено к Богу…»

То, что мы получали от общения со священниками, отличалось от всего, что мы раньше знали, потому что отцы передавали свой опыт знания Бога. Именно это привлекло нас всех к ним. И этот импульс, толчок к богопознанию стал нашим жизненным лейтмотивом.
Протоиерей Алексий Яковлев: «Духовный поиск завершился приходом в храм»

Протоиерей Алексий Яковлев: «Духовный поиск завершился приходом в храм»

Настоятель храма отец Димитрий сказал нам буквально несколько слов – причем, они пришлись очень к месту. А затем общение, общение... Эти беседы и явились для нас оглашением, которое прошло достаточно успешно.
Клаус Кеннет: «Самый счастливый человек в Европе» и его путь к Православию

Клаус Кеннет: «Самый счастливый человек в Европе» и его путь к Православию

Я был среди последних, самых падших людей. Глубоко погряз в мире демонов и удовольствий. И встретил отца Софрония, чье лучистое влияние на всех, которые его знали, коснулось и меня.
Протоиерей Александр Авдюгин: «Я был советским школьником»

Протоиерей Александр Авдюгин: «Я был советским школьником»

В зрелые годы встретился мне в небольшом белгородском поселке священник, для которого вера, служение и увлечение литературой были естественной повседневностью. Наша дружба имела логическое завершение.