Рассказ православного миссионера<br><span class="bg_bpub_book_author">Константин Гордица</span>

Рассказ православного миссионера
Константин Гордица


– Здрав­ствуй­те, в эфи­ре пере­да­ча «Мой путь к Богу» – о тех людях, для кото­рых выбор пра­во­сла­вия был созна­тель­ным выбо­ром. О том, что дви­жет эти­ми людь­ми, что даёт им силы, мы бесе­ду­ем с наши­ми гостя­ми. Сего­дня у нас в сту­дии Константин.

Рас­ска­жи­те, пожа­луй­ста, немнож­ко о себе, как Вы при­шли к вере, были ли Вы рож­де­ны, вос­пи­та­ны в семье веру­ю­щей, или это был Ваш соб­ствен­ный выбор, с чего все началось?

– Я родил­ся и в пер­вое вре­мя сво­ей жиз­ни жил в том окру­же­нии, где боль­шин­ство людей име­ли раз­ные миро­воз­зре­ния. Кто-то были веру­ю­щи­ми, кто-то неве­ру­ю­щи­ми, кто-то ищу­щи­ми, кто-то сомне­ва­ю­щи­ми­ся, кто-то меня­ю­щи­ми свое миро­воз­зре­ние. Меня в дет­стве кре­сти­ли, моя пра­ба­буш­ка была очень веру­ю­щей и, при­чем, очень веру­ю­щей – всю совет­скую власть, все пери­о­ды. Я ее застал, она в 1915 году роди­лась и в 2000 году умер­ла. Я ее очень хоро­шо пом­ню. Она меня в дет­стве води­ла на при­ча­стие в храм, кото­рый откры­ли вско­ре после того, как меня кре­сти­ли. И таким одним из пере­лом­ных момен­тов было собы­тие, кото­рое про­изо­шло, когда мне было четы­ре года. Умер папа у мое­го луч­ше­го дру­га, кото­рый был меня немнож­ко постар­ше. Я не мог остать­ся рав­но­душ­ным, я об этом заду­мал­ся: что же такое смерть, что же такое про­изо­шло. И в тот момент я чет­ко осо­знал суще­ство­ва­ние Бога-Твор­ца, Кото­рый управ­ля­ет миром, Кото­рый сотво­рил чело­ве­ка и дал чело­ве­ку бес­смерт­ную душу. Осо­знал, что папа того мое­го дру­га – он хоть и умер телом, но душа его бес­смерт­на, и после это­го уже как-то стал пони­мать, что про­ис­хо­дит в хра­ме, зачем мы туда ходим.

– Никто это­го спе­ци­аль­но не объяснял.

– Не совсем так, мне все-таки чита­ли дет­скую Биб­лию, я слу­шал вет­хо­за­вет­ные исто­рии. И в дет­ском саду, сла­ва Богу, были веру­ю­щие вос­пи­та­те­ли, кото­рые рас­ска­зы­ва­ли, объ­яс­ня­ли отку­да воз­ник­ли какие празд­ни­ки, рас­ска­зы­ва­ли о Хри­сте. И род­ствен­ни­ки веру­ю­щие тоже чита­ли мне на ночь ново­за­вет­ные исто­рии с кар­тин­ка­ми, вет­хо­за­вет­ные исто­рии. Что-то я в хра­ме слы­шал на про­по­ве­ди от свя­щен­ни­ков после при­ча­стия, что-то пони­мал, что-то – нет. Но вот что каса­ет­ся ситу­а­ции со смер­тью папы мое­го дру­га – здесь мне дей­стви­тель­но никто не объ­яс­нял, тут я молил­ся, думал, вду­мы­вал­ся в это все.

– Это, кста­ти гово­ря, такой при­мер, кото­рый пока­зы­ва­ет такую несо­сто­я­тель­ность пози­ции про­те­стан­тов, кото­рые пола­га­ют, что чело­ве­ка до того, как он не вырас­тет, не достиг­нет совер­шен­но­ле­тия, такой зре­ло­сти пол­ной – его не сто­ит кре­стить. Как они гово­рят: он не может, ребе­нок не может иметь пол­но­цен­ной веры. Как раз Ваш при­мер уве­ре­ния в столь юном ран­нем воз­расте пока­зы­ва­ет, что и в ран­ние годы ребе­нок может при­хо­дить к вполне зре­лым выво­дам, зре­лым реше­ни­ям. Понят­но, дело в позна­нии мира, ребе­нок тре­бу­ет мно­го опы­та и изу­че­ния; но в том, что каса­ет­ся позна­ния того, что отно­сит­ся к Богу, то в этом дети ничем не усту­па­ют взрослым.

– Но тем не менее нель­зя ска­зать, что это вера уже была такой уж пол­но­цен­ной, ничем не усту­пав­шей взрос­лой. Пото­му что я потом про­дол­жал рас­ти, учил­ся в шко­ле. Но не все­гда духов­ный и физи­че­ский рост идут про­пор­ци­о­наль­но друг дру­гу и, есте­ствен­но, у меня были пери­о­ды, когда духов­но я после того собы­тия рос мед­лен­но, а физи­че­ски быст­ро. Были раз­ные зна­ко­мые, кто пыта­лись раз­убе­дить в вере в Бога. Напри­мер, гово­ри­ли: ты был ребен­ком, думал что это Бог дела­ет зиму, дела­ет лето, дела­ет ночь – там кноп­ку нажи­ма­ет; теперь ты дол­жен пони­мать, что так мир устро­ен. Но все рав­но для меня было оче­вид­но, что мир не может воз­ник­нуть сам собой, что есть Бог, Кото­рый им управ­ля­ет, Кото­рый слу­ша­ет наши молит­вы, на них отве­ча­ет. С этим спо­рить про­сто невозможно.

– Ту веру, кото­рую Вы обре­ли в дет­стве, Вам как-то уда­лось про­не­сти через весь пери­од отро­че­ства, или же были у Вас какие-то здесь момен­ты сомне­ний, коле­ба­ний, какие-то новые откры­тия для себя?

– Были, конеч­но, пери­о­ды сомне­ний и коле­ба­ний, пото­му что у меня духов­ный рост про­ис­хо­дил мед­лен­ней, и у меня пер­вое вре­мя отно­ше­ние к испо­ве­ди было не очень серьез­ным, я все-таки молил­ся не каж­дый день, к сожа­ле­нию. Было дав­ле­ние со сто­ро­ны неко­то­рых одно­класс­ни­ков и неко­то­рых взрос­лых зна­ко­мых, кото­рые пыта­лись убе­дить в том, что Бога нет, что там яко­бы свя­щен­ни­ки людей обма­ны­ва­ют, и что надо ори­ен­ти­ро­вать­ся во всем на запад­ный мате­ри­а­ли­сти­че­ский образ жиз­ни. Но иллю­зия послед­не­го у меня отпа­ла, когда мне было девять с поло­ви­ной лет. Когда нача­лась вой­на в Юго­сла­вии вес­ной 1999 года, я уви­дел, что боль­шин­ство людей, кто назы­ва­ют себя ате­и­ста­ми, гово­рят, что Бога нет – они поче­му-то под­дер­жи­ва­ют Аме­ри­ку кото­рая бом­бит, что тогда еще в Юго­сла­вии поги­ба­ют невин­ные люди, и пра­во­слав­ные хра­мы, мона­сты­ри взры­ва­ют. И это сов­па­ло с тем, что я тогда в исто­ри­че­ских кни­гах стал читать, что когда в пери­од Рос­сий­ской импе­рии на Сер­бию напа­ли, то пра­во­слав­ная Рос­сий­ская импе­рия засту­пи­лась за Сер­бию. У меня это было таким более силь­ным аргу­мен­том в поль­зу истин­но­сти пра­во­сла­вия, чув­ство пат­ри­о­тиз­ма во мне это ста­ло раз­ви­вать. Я стал уси­лен­но актив­но читать кни­ги про воен­ные побе­ды в пери­од Рос­сий­ской импе­рии, кото­рые невоз­мож­ны были без молит­вы и веры в Бога. Стал читать про древ­не­рус­ские побе­ды, про Алек­сандра Нев­ско­го, про Дмит­рия Дон­ско­го, то, что дей­стви­тель­но побе­ды Алек­сандра Нев­ско­го были невоз­мож­ны без молит­вен­ной помо­щи свя­тых Бори­са и Гле­ба; Дмит­рия Дон­ско­го не мог­ло быть без помо­щи пре­по­доб­но­го Сер­гия Радо­неж­ско­го. И для меня все те свя­тые ста­ли иде­а­лом. Я стал читать про них кни­ги. И при этом я стал смот­реть, что они чита­ют Свя­щен­ное Писа­ние, что они чита­ли Биб­лию. Я поду­мал: а как же так, они чита­ют, я не читал. И в пятом клас­се, в шко­ле, я про­чи­тал Еван­ге­лие, Кни­гу Бытие, и Кни­гу Исход стал читать, и стал все более подроб­но изучать.

– Не труд­но было?

– Еван­ге­лие, Бытие было не труд­но, а Исход уже труд­но. Тогда я Кни­гу Биб­лии Исход не до кон­ца дочи­тал. Еще перед этим откры­лась вос­крес­ная шко­ла неда­ле­ко от мое­го дома, куда я с тре­тье­го клас­са ходил. Но после это­го тоже нача­лись дру­гие иску­ше­ния. Когда одно вре­мя менял шко­лу, и мы пере­ез­жа­ли – пере­стал ходить в вос­крес­ную шко­лу; потом, со сле­ду­ю­ще­го года стал учить­ся по суб­бо­там, как-то вот это иску­ше­ние на меня так повли­я­ло, что я стал реже ходить в храм, при­сту­пать к таин­ствам. И был неко­то­рый такой в позд­нем отро­че­стве у меня кри­зис, свя­зан­ный с тем, что я стал реже ходить в храм, хуже учить­ся, увле­кать­ся слиш­ком мно­го фут­бо­лом, увле­кать­ся кни­га­ми про ино­пла­не­тян, про неко­то­рые восточ­ные лже­уче­ния. Я имею в виду кни­ги Мул­да­ше­ва, кото­рые под видом науч­ной экс­пе­ди­ции и таких роман­ти­че­ских при­клю­че­ний попу­ля­ри­зи­ру­ют восточ­ные лже­уче­ния, ссы­ла­ют­ся на неко­то­рых их родо­на­чаль­ни­ков оккуль­тиз­ма. Сла­ва Богу, что я это­му не пове­рил и не стал читать те оккульт­ные кни­ги. Но вез­де, где я обна­ру­жи­ваю самые дале­кие от Церк­ви уче­ния по оккуль­тиз­му – хоть восточ­ные лже­уче­ния, хоть ате­изм – вез­де ссы­ла­ют­ся на Биб­лию. Вез­де кто-то или пыта­ет­ся себя про­ти­во­по­ста­вить Биб­лии, или пыта­ет­ся дока­зать истин­ность сво­е­го ново­го лже­уче­ния с помо­щью Биб­лии. Я понял, как же это так: в пятом клас­се шко­лы я оста­но­вил­ся на Кни­ге Исход, бро­сил читать Биб­лию – надо взять и про­чи­тать всю. Этот момент у меня пери­о­ди­че­ски откла­ды­вал­ся по раз­ным иску­ше­ни­ям. Но мило­стью Божи­ей в нача­ле девя­то­го клас­са к это­му уда­лось вер­нуть­ся пол­но­стью, дочи­тать Новый Завет, а за вто­рую поло­ви­ну девя­то­го клас­са – и Вет­хий Завет. Когда я читал, я, есте­ствен­но, не мог не при­бег­нуть к помо­щи тол­ко­ва­ний, стал искать раз­ные кни­ги. И это меня при­ве­ло к тому, что­бы пол­но­стью ска­зать «нет» всем восточ­ным лже­уче­ни­ям, пол­но­стью ска­зать «нет» эку­ме­низ­му и ком­про­мис­су пра­во­сла­вия с дру­ги­ми рели­ги­я­ми, ходить в храм стро­го чет­ко каж­дое вос­кре­се­нье, соблю­дать все посты, что я пытал­ся начать делать с тре­тье­го клас­са, но у меня так вот частич­но полу­ча­лось, частич­но – нет. Но мило­стью Божи­ей с девя­то­го клас­са уда­лось уже пол­но­стью чет­ко утвер­дить­ся в вере на взрос­лом уровне. И, есте­ствен­но, для меня было таким оче­вид­ным при­зы­вом от Бога, Кото­рым я горел, что мне Гос­подь Бог открыл исти­ны, и мой долг – доне­сти это до дру­гих людей. Что ближ­ний поги­ба­ет, кто-то нахо­дит­ся без веры, кто-то вне Церк­ви, кто-то каки­ми-то лже­уче­ни­я­ми увлекается.

– Конеч­но, мы не можем быть рав­но­душ­ны­ми к тому, что про­ис­хо­дит с наши­ми близ­ки­ми, с теми людь­ми, кото­рых мы зна­ем, кото­рые нас окру­жа­ют. И это не толь­ко у Вас может быть – у каж­до­го, или у подав­ля­ю­ще­го боль­шин­ства людей, кото­рые созна­тель­но при­хо­ди­ли к вере, пере­жи­ва­ли веру свою. У них пона­ча­лу вот в этот пери­од пер­во­го горе­ния было такое жела­ние поде­лить­ся этой верой, по край­ней мере, с теми, кто рядом, с бли­жай­ши­ми людь­ми. Ино­гда поэто­му даже неко­то­рые как-то насме­ха­ют­ся над этим, что это нео­фит­ский пыл и так далее. На самом деле это пра­виль­но, и это доб­рое чув­ство, само по себе чув­ство поде­лить­ся тем, той вестью о спа­се­нии, той вестью о жиз­ни, кото­рая напол­не­на смыс­лом, кото­рый обре­та­ют­ся толь­ко в Хри­сте, с дру­ги­ми людь­ми. Но быва­ют про­бле­мы у нео­фи­тов в том, что они часто не могут най­ти пра­виль­ный спо­соб выра­же­ния это­го доб­ро­го чув­ства. Ино­гда это быва­ет слиш­ком, может быть, напо­ри­сто с их сто­ро­ны; ино­гда, может быть, это быва­ет с каки­ми-то там стра­стя­ми, при­ме­шан­ны­ми к тому, как они выра­жа­ют свою веру, или гово­рят о ней сво­им близ­ким. И это может отра­вить то, что они дела­ют. Но само чув­ство, жела­ние поде­лить­ся верой с теми, кто еще об этом не зна­ет – конеч­но, оно доб­рое и хоро­шее, и оно долж­но быть свой­ствен­но каж­до­му хри­сти­а­ни­ну. Как об этом Иоанн Зла­то­уст гово­рит, что нет ниче­го холод­нее хри­сти­а­ни­на, кото­рый не раде­ет о спа­се­нии сво­е­го ближ­не­го. Как Вам на этом пути уда­ва­лось, с одной сто­ро­ны, избе­жать – если уда­ва­лось избе­жать, или пре­одо­леть те соблаз­ны, кото­рые я упо­мя­нул; и, с дру­гой сто­ро­ны, как-то не уга­сить это­го наме­ре­ния, это­го жела­ния? Посколь­ку, как я знаю, Вы сей­час про­дол­жа­е­те тру­дить­ся в сфе­ре мис­си­о­нер­ско­го служения.

– Гос­подь Бог мне дал при­зыв на то, что­бы воз­ве­стить бла­гую весть дру­гим людям. Но как это сде­лать пра­виль­но, я не знал. Дей­стви­тель­но, пер­вое вре­мя у меня было нечто похо­жее на то, что Вы назы­ва­е­те нео­фит­ски­ми поры­ва­ми, что-то я делал слиш­ком горяч­но или слиш­ком напо­ри­сто. Дей­стви­тель­но, у меня такое было. Я пытал­ся най­ти ответ на вопрос, как же это сде­лать пра­виль­но. Но у нас Цер­ковь после гоне­ния толь­ко воз­рож­да­лась, а мис­си­о­нер­ство воз­рож­да­лось мед­лен­нее, и воз­рож­да­ет­ся мед­лен­нее все­го. То есть гово­рят, что сна­ча­ла сте­ны стро­ят, сна­ча­ла сами хра­мы, и потом раз­ные дру­гие направ­ле­ния цер­ков­ной жиз­ни, но мис­си­о­нер­ство нас воз­рож­да­лось мед­лен­нее все­го. Я дол­го не мог най­ти кни­ги, где об этом мож­но про­чи­тать. Во мно­гом, конеч­но, помог­ли кни­ги отца Сера­фи­ма (Роуза), где я уви­дел, как аме­ри­кан­цы и люди раз­ных дру­гих наци­о­наль­но­стей за оке­а­ном при­хо­дят к пра­во­слав­ной вере. Но как мне здесь и сей­час это все сде­лать, я, конеч­но, не понимал.

– А что помогло?

– А помог­ло то, что тем не менее, несмот­ря на то, что мне никто из свя­щен­ни­ков не объ­яс­нял, как это делать, и по кру­пи­цам, в каких-то раз­ных кни­гах и лек­ци­ях что-то я нахо­дил. Но тем не менее, неволь­но при­хо­ди­лось попа­дать в такие ситу­а­ции, когда в шко­ле, напри­мер, учи­тель­ни­ца пыта­ет­ся всем объ­яс­нить, что Бога нет, пыта­ет­ся объ­яс­нить, как чело­век про­изо­шел от обе­зья­ны, пыта­ет­ся объ­яс­нить, что свя­щен­ни­ки все не верят в Бога, всех обма­ны­ва­ют – такие дан­ные назы­ва­ли, что в мире есть при­мер­но 30 или 40% веру­ю­щих свя­щен­ни­ков. Я, конеч­но, не мог остать­ся рав­но­душ­ным. Были ситу­а­ции, что когда одно­класс­ни­ки, не будучи ате­и­ста­ми, как-то под­да­ки­ва­ли, кива­ли на сло­ва учи­тель­ни­цы, мне при­хо­ди­лось одно­му защи­щать веру перед всем клас­сом, где-то выдер­жи­вать и насмеш­ки даже от дру­зей, кото­рые меня очень дав­но зна­ли, кото­рые как раз тогда в тре­тьем клас­се еще мне ска­за­ли до это­го: «Я думал, что ты нор­маль­ный, ока­за­лось, что ты веру­ю­щий, и при этом еще в цер­ковь ходишь, а еще при этом испо­ве­ду­ешь­ся и при­ча­ща­ешь­ся!» Но, тем не менее, уда­ва­лось отсто­ять веру и не дать про­по­вед­ни­кам без­бо­жия и анти­цер­ков­но­сти дру­гим неустой­чи­вым, еще не утвер­див­шим­ся людям, вну­шить свои лже­уче­ния. Потом, конеч­но, путь к мис­си­о­нер­ству очень хоро­шо укре­пил­ся бла­го­да­ря кни­гам и лек­ци­ям свя­щен­ни­ка Дани­и­ла Сысо­е­ва.

– А что в них Вы нашли, чего не встре­ча­ли в дру­гих местах?

– Я пер­вый раз услы­шал об отце Дани­и­ле Сысо­е­ве в деся­том клас­се. Тогда я начал ходить на пра­во­слав­ные апо­ло­ге­ти­че­ские кур­сы, и они тоже, кста­ти, поло­жи­тель­но повли­я­ли на укреп­ле­ние веры и на путь к мис­си­о­нер­ству. Тогда я услы­шал, что отец Дани­ил Сысо­ев – это такой крайне ради­каль­ный свя­щен­ник, бес­ком­про­мисс­ный, и боль­ше ниче­го о нем я не услы­шал; над кото­рым неко­то­рые сме­я­лись, что он слиш­ком актив­но борет­ся про­тив тео­рии эво­лю­ции. А потом я уви­дел пер­вый раз в мага­зине, уже в 18 лет, не кни­гу, а диск отца Дани­и­ла Сысо­е­ва про Мухам­ме­да. Думаю, что свя­щен­ник изве­стен сво­ей борь­бой с эво­лю­ци­о­низ­мом, а здесь его кни­га про ислам, пра­во­слав­ное отно­ше­ние к исла­му. Я стал слу­шать его лек­ции, читать его кни­ги, но тогда еще мало, боль­ше уже, когда мне было лет 19–20. И тогда у меня все ста­ло на свои места по пово­ду чисто­го неис­ка­жен­но­го пра­во­сла­вия, без при­ме­си либе­ра­лиз­ма, эку­ме­низ­ма, без ком­про­мис­сов. И ста­ло понят­но, как дру­гим людям воз­ве­щать чистое, не иска­жен­ное сло­во Божие. Отец Дани­ил это очень хоро­шо объ­яс­нял в сво­их кни­гах, в сво­их лекциях.

– В насто­я­щее вре­мя Вы явля­е­тесь штат­ным мис­си­о­не­ром на одном из при­хо­дов горо­да Моск­вы и, насколь­ко я знаю, Вы посе­ща­ли в том чис­ле с мис­си­ей раз­лич­ные непра­во­слав­ные угол­ки нашей стра­ны и дру­гих стран. Где Вам дове­лось побы­вать, и насколь­ко это помог­ло Вам в том, что­бы пони­мать на прак­ти­ке, что есть пра­во­слав­ная мис­сия, что при­хо­ди­лось, может быть, в себе исправ­лять в этом процессе?

– Конеч­но, меня, как я уже гово­рил, к мис­си­о­нер­ству при­вел свя­щен­ник Дани­ил Сысо­ев. Хотя я и не был с ним зна­ком лич­но, но при его жиз­ни актив­но слу­шал его кни­ги и лек­ции, и неза­дол­го до его смер­ти узнал о шко­ле пра­во­слав­но­го мис­си­о­не­ра, кото­рую он осно­вал. Как толь­ко его уби­ли, я твер­до решил туда посту­пать. Полу­чи­лось по прин­ци­пу, что когда если семя не умрёт, то будет одно, а если умрёт, то при­не­сёт мно­го пло­да, и Цер­ковь рас­тет на кро­ви муче­ни­ков. Я стал учить­ся шко­ле пра­во­слав­но­го мис­си­о­не­ра, и там как раз мне пред­ло­жи­ли – тоже при­шлось побо­роть­ся за воз­мож­ность мис­си­о­нер­ской прак­ти­ки за рубе­жом. Я понял, что для меня это самое важ­ное. Это было, что три с поло­ви­ной года назад, на Рож­де­ство 2012 года на три неде­ли я поехал в Коро­лев­ство Таи­ланд, где совсем недав­но нача­лась мис­сия Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви. Это даже не ислам­ский мир, не мусуль­мане, с кото­ры­ми мне мно­го при­хо­ди­лось общать­ся в Москве и слу­шать лек­ции отца Дани­и­ла Сысо­е­ва – это вооб­ще то уче­ние, буд­дизм, кото­рое не име­ет ниче­го обще­го с хри­сти­ан­ством. И мне при­шлось столк­нуть­ся с тем, что люди там совсем дру­гие. Что мето­ды мис­си­о­нер­ства совсем дру­гие, что в мис­си­о­нер­стве самое важ­ное – это посто­ян­ство и послу­ша­ние стар­шим, более опыт­ным мис­си­о­не­рам. Пото­му что то, как мне кажет­ся, сде­лать еще по неопыт­но­сти, по мыш­ле­нию, что здесь все при­мер­но так же, как и у нас – это при­во­дит к очень боль­шо­му коли­че­ству непред­ви­ден­ных оши­бок. И, дей­стви­тель­но, я осо­знал, что сколь­ко людей еще не зна­ют о Хри­сте, и, дей­стви­тель­но, что очень важ­но послу­ша­ние и посто­ян­ство в рабо­те. Эта поезд­ка меня при­ве­ла к тому, что посколь­ку я еще нахо­жусь в Москве, еще учусь в свет­ском учеб­ном заве­де­нии (тогда я учил­ся в МФТИ) – что нуж­но и мож­но вести рабо­ту не толь­ко на тер­ри­то­рии той стра­ны, пока еще нет воз­мож­но­сти уехать туда, мож­но начи­нать рабо­ту с теми, кого Гос­подь Бог при­вел в нашу стра­ну. Я уви­дел, что рядом с Таи­лан­дом, где хоть неболь­шое коли­че­ство мис­си­о­не­ров есть, есть стра­ны Вьет­нам и Мьян­ма, где вооб­ще нет мис­си­о­не­ров, отку­да люди тоже при­ез­жа­ют в Таи­ланд. И с людь­ми из тех стран я общал­ся в Таи­лан­де, видел, что они дей­стви­тель­но не зна­ют о Хри­сте, а в наших мос­ков­ских вузах учат­ся мно­го сту­ден­тов из тех стран, в том чис­ле и в моем МФТИ, и это меня побу­ди­ло на то, что­бы начать рабо­тать с теми студентами.

 – А как имен­но Вы с ними рабо­та­ли, в чем заклю­ча­лась работа?

– Пер­вое, с чего начал я рабо­ту с ними – конеч­но, не сам начи­нал, по бла­го­сло­ве­нию неко­то­рых свя­щен­ни­ков, при молит­вен­ной под­держ­ке. Пер­вым отец Олег ска­зал, что за меня про­дол­жа­ет молить­ся, и обо всей рабо­те он зна­ет. Отец Олег – это свя­щен­ник посто­ян­ный в Таи­лан­де, самый пер­вый архи­манд­рит, и сей­час там уже несколь­ко свя­щен­ни­ков, но он самый глав­ный, он под­дер­жи­ва­ет рабо­ту с ино­стран­ны­ми сту­ден­та­ми из Юго-Восточ­ной Азии на тер­ри­то­рии Рос­сии. Нача­лась рабо­та с экс­кур­сии в Тро­и­це-Сер­ги­е­ву Лав­ру.

– И как они вос­при­ни­ма­ли? Это были сту­ден­ты из Мьян­мы, из Вьет­на­ма – как они, вооб­ще инте­рес­но ли им было ездить в эти поезд­ки, зна­ко­мить­ся, что это для них было?

– Им дей­стви­тель­но было, по край­ней мере, неко­то­рым из них очень инте­рес­но. Для кого-то это, к сожа­ле­нию, так и оста­лось как экс­кур­сия, а кто-то, дей­стви­тель­но, что-то новое для себя узнал и осо­знал. После это­го я про­дол­жил экс­кур­сии в дру­гие хра­мы и мона­сты­ри, что­бы даль­ше про­дол­жать это все изу­чать, пото­му что одна экс­кур­сия – это толь­ко нача­ло работы.

– Я слы­шал, что Вам даже дово­ди­лось на несколь­ко дней уез­жать с иностранцами.

– Да, это я решил сде­лать сра­зу после пер­вой поезд­ки в Лав­ру. Я вос­поль­зо­вал­ся тем, что я тогда еще был сту­ден­том и жил в одном обще­жи­тии с теми ино­стран­ны­ми сту­ден­та­ми. И они очень уди­ви­лись, когда меня виде­ли на экс­кур­сии как экс­кур­со­во­да, а потом я в тапоч­ках спу­стил­ся к ним на этаж, стал захо­дить к ним в ком­на­ты и пред­ла­гать поезд­ку. Я им стал гово­рить: «Если вам понра­ви­лась экс­кур­сия, давай­те съез­дим еще подаль­ше от Моск­вы, тоже в инте­рес­ный древ­ний рус­ский город, и несколь­ко дней пожи­вем при хра­ме, помо­жем вос­ста­нав­ли­вать раз­ру­шен­ный храм, кото­рый раз­ру­ши­ли, когда у нас был без­бож­ной ате­и­сти­че­ский режим. Пожи­вем при хра­ме, вме­сте пора­бо­та­ем, вме­сте про­ве­дем вре­мя, вме­сте посмот­рим дру­гие хра­мы и мона­сты­ри». Тогда были длин­ные ноябрь­ские выход­ные, мно­гие сту­ден­ты согла­си­лись – и это, дей­стви­тель­но, было очень важ­ным про­дол­же­ни­ем рабо­ты, что­бы в нефор­маль­ной обста­нов­ке несколь­ко дней общать­ся с ино­стран­ны­ми сту­ден­та­ми, что­бы они виде­ли, как пра­во­слав­ная моло­дежь вме­сте молит­ся, как пра­во­слав­ная моло­дежь вме­сте при­сту­па­ет к тра­пе­зе с молит­вой, и все вме­сте утрен­ние и вечер­ние молит­вы чита­ют, как испо­ве­ду­ют­ся и причащаются.

 – А как они сами – помо­га­ли, трудились?

– Да, они очень хоро­шо тру­ди­лись, пото­му что бир­ман­ский народ – доволь­но тру­до­лю­би­вый народ. Боль­шин­ство насе­ле­ния живет в сель­ских тяже­лых усло­ви­ях, пере­дви­га­ют­ся на быках, целую неде­лю они доби­ра­лись до аэро­пор­та, что­бы поехать учить­ся в Рос­сию. И есте­ствен­но, учась в город­ских усло­ви­ях, им хочет­ся тоже на при­ро­ду, в дерев­ню при­е­хать, потру­дить­ся; они, дей­стви­тель­но, по край­ней мере те, кто с нами езди­ли, доволь­но хоро­шо тру­ди­лись, как вынос­ли­вые и тру­до­лю­би­вые работ­ни­ки себя пока­за­ли. И потом неко­то­рые про­дол­жи­ли ездить и пони­ма­ют, что они тру­дят­ся бес­плат­но. Про­сто были скеп­ти­ки сре­ди рус­ской пра­во­слав­ной моло­де­жи, кото­рые дума­ли, что мы их как рабов экс­плу­а­ти­ру­ем, но на самом деле они сами убе­ди­лись, и их скеп­ти­цизм раз­ве­ял­ся тем, что хоть люди пока еще дру­гой веры, но тру­дят­ся во сла­ву Божию бес­плат­но по сво­ей воле, по сво­е­му инте­ре­су помо­га­ют пра­во­слав­но­му хра­му. И потом, есте­ствен­но, я решил, что пока хоть я и закан­чи­ваю физ­тех, но не знаю, пра­виль­но ли я решил или нет. Тогда я решил пока еще не уез­жать в мис­сию, а эту рабо­ту про­дол­жить, что­бы и после в раз­ных при­хо­дах, в раз­ных епар­хи­ях велась рабо­та с ино­стран­ны­ми сту­ден­та­ми из раз­ных стран, кото­рые при­ез­жа­ют. Мне боль­ше все­го при­шлось рабо­тать со сту­ден­та­ми из Мьян­мы, из Вьет­на­ма и из Китая, но так­же ино­гда по одно­му к нам при­со­еди­ня­лись и сту­ден­ты из дру­гих стран, из раз­ных стран: Афри­ки, Азии, Евро­пы и Латин­ской Америки.

– Это дей­стви­тель­но очень важ­ное такое и бла­го­дат­ное дело. Я сам в свое вре­мя тоже начи­нал такие поезд­ки – дове­лось и участ­во­вать в них, в орга­ни­за­ции их помо­гать. Я тоже пом­ню: мы езди­ли с китай­ца­ми, и мы езди­ли дру­гой раз с выход­ца­ми из южно­аме­ри­кан­ских стран, насколь­ко они это цени­ли, насколь­ко им это было живо, инте­рес­но и доро­го. Пото­му что пока они здесь живут, они в общем-то видят, как пра­ви­ло, толь­ко свой учеб­ный кор­пус и, может быть, какие-то при­ле­га­ю­щие окрест­но­сти. А вот это для них ста­но­вит­ся воз­мож­но­стью при­кос­нуть­ся к миру тра­ди­ци­он­ной рос­сий­ской пра­во­слав­ной дей­стви­тель­но­сти, чего они не име­ли бы, если бы Цер­ковь в лице сво­их пред­ста­ви­те­лей не поза­бо­ти­лась о том, что­бы их позна­ко­мить с этим миром. Конеч­но это важ­но – важ­но, что­бы те ребя­та, кото­рые у нас учат­ся, и кото­рые име­ют инте­рес к тому, что­бы позна­ко­мить­ся глуб­же с духов­но­стью рус­ско­го наро­да, они такую воз­мож­ность полу­ча­ли. Быва­ло так, что в этих стра­нах ази­ат­ских ино­гда помо­га­ли пра­во­слав­ной Церк­ви выпуск­ни­ки еще совет­ских вузов – про­сто в силу того, что они пом­нят то доб­рое, чему их научи­ли, тот доб­рый вклад, кото­рый рус­ский народ еще в совет­ское вре­мя при­нял в жиз­ни, и исхо­дя из это­го, они как-то помо­га­ют пра­во­слав­ной Церк­ви, даже еще сами не будучи пока пра­во­слав­ны­ми. И я зна­ком с при­ме­ра­ми, когда люди, выпуск­ни­ки наших вузов, по исте­че­нии мно­гих лет, потом уже у себя на родине при­ни­ма­ли пра­во­сла­вие – и это тоже извест­но. Поэто­му, даже если в резуль­та­те таких поез­док не про­ис­хо­дят мас­со­вых кре­ще­ний их участ­ни­ков, это не зна­чит, что не ока­зы­ва­ет­ся како­го-то поло­жи­тель­но­го бла­го­твор­но­го на них вли­я­ния. Сей­час Вы тру­ди­тесь в боль­шей сте­пе­ни на Китай­ском Подво­рье – есть такое в Москве Подво­рье Китай­ской Авто­ном­ной Пра­во­слав­ной Церк­ви. Дей­стви­тель­но туда при­хо­дят китай­цы, есть пра­во­слав­ные китай­цы у нас в Москве?

– Да, я, дей­стви­тель­но, еще в сере­дине послед­не­го шесто­го кур­са физ­те­ха, стал штат­ным мис­си­о­не­ром Китай­ско­го Пат­ри­ар­ше­го Подво­рья. То есть начав рабо­ту с ино­стран­ны­ми сту­ден­та­ми, я решил с физ­те­ха рас­ши­рить­ся на дру­гие вузы, стал высту­пать на мис­си­о­нер­ских кон­фе­рен­ци­ях, и меня вско­ре при­гла­си­ли рабо­тать на Китай­ское Подво­рье в Москве. Боль­шая часть, дей­стви­тель­но, с кем мы рабо­та­ем – это китай­ские сту­ден­ты, но так­же и китай­цы, рабо­та­ю­щие в Москве, и китай­ские тури­сты в Москве, но так­же мы с дру­ги­ми горо­да­ми рабо­та­ем. Да, у нас хоть мас­со­вых кре­ще­ний не про­ис­хо­дит, но еди­нич­ные кре­ще­ния, сла­ва Богу, по мило­сти Божи­ей про­ис­хо­дят, и это помо­га­ет нам чув­ство­вать помощь Божию, без кото­рой это быть не мог­ло; чув­ство­вать, что тру­дим­ся мы не напрас­но. Есть китай­цы, кто кре­сти­лись у нас в хра­ме, кото­рый суще­ству­ет послед­ние несколь­ко лет – Китай­ское Подво­рье. Есть кото­рые у нас про­хо­ди­ли огла­ше­ние, кре­сти­лись в дру­гих хра­мах. Есть китай­цы, кто к нам при­хо­дит, но кре­сти­лись рань­ше тоже в дру­гих при­хо­дах. И есть китай­цы, кто сей­час гото­вит­ся к свя­то­му крещению.

 – Кро­ме это­го, есть какое-то там уча­стие китай­ско­го язы­ка – в бого­слу­же­нии, например?

– Да, у нас на Китай­ском Подво­рье при хра­ме свя­ти­те­ля Нико­лая в Голутвине, что меж­ду мет­ро «Полян­ка» и «Октябрь­ская», каж­дую суб­бо­ту в 9 утра про­хо­дит литур­гия пол­но­стью на китай­ском язы­ке. Ну, не совсем пол­но­стью, то есть там Еван­ге­лие и Апо­стол чита­ют­ся на двух язы­ках: на рус­ском и на китай­ском, пото­му что не толь­ко китай­цы, но и рус­ские ходят на китай­скую литур­гию, кому удоб­нее прий­ти на служ­бу в суб­бо­ту. Часы до насто­я­ще­го вре­ме­ни чита­лись на рус­ском, то есть на цер­ков­но­сла­вян­ском, сей­час мы пере­стра­и­ва­ем­ся на то, что­бы и Часы чита­лись на китай­ском. Таким обра­зом полу­чит­ся, что уже вся служ­ба и чин кре­ще­ния у нас тоже про­хо­дят на китайском.

– Конеч­но, важ­но чело­ве­ку иметь воз­мож­ность молить­ся на род­ном для него язы­ке. Но кро­ме бого­слу­же­ний, есть ли какие-то еще мероприятия?

– Я про бого­слу­же­ние немно­го не дого­во­рил. У нас еще по боль­шим празд­ни­кам служ­бы тоже сме­шан­ные: боль­шая часть на рус­ском, но немнож­ко и на китай­ском язы­ке, несколь­ко екте­ний, воз­гла­сов, пес­но­пе­ний и, есте­ствен­но, чте­ние Еван­ге­лия. Кро­ме бого­слу­же­ния, конеч­но, очень важ­но, что­бы были биб­лей­ские бесе­ды, бесе­ды об осно­вах пра­во­слав­ной веры для китай­цев, что­бы они пони­ма­ли, что про­ис­хо­дит на служ­бах. Для тех, кто гото­вит­ся к кре­ще­нию – огла­си­тель­ные бесе­ды, кото­рые про­хо­дят и на рус­ском, и на китай­ском, и на рус­ском с пере­во­дом на китай­ский. Китай­цы друг дру­гу пере­во­дят, и пере­вод­чи­ки у нас есть пока вне­штат­ные, но при­хо­жане-кита­и­сты помо­га­ют. Китай­цы мно­гие при­хо­дят к нам, кто инте­ре­су­ет­ся пра­во­сла­ви­ем. Боль­шей частью, это сту­ден­ты, у кото­рых есть вре­мя, регу­ляр­но кто каж­дую неде­лю при­хо­дит в храм на бесе­ды, раз в месяц на служ­бы – еще некре­ще­ны­ми, но отста­и­ва­ют пол­но­стью ноч­ную Пас­халь­ную, Рож­де­ствен­скую служ­бы, дру­гие неко­то­рые служ­бы, в дру­гие дни – как литур­гии, так и все­нощ­ные. С китай­ца­ми, рабо­та­ю­щи­ми в Москве или тури­ста­ми бесе­ды все-таки разо­во про­хо­дят, при­шлось научить­ся, как за одну бесе­ду рас­ска­зать всю суть пра­во­сла­вия в крат­ком изло­же­нии, адап­ти­ро­ва­но для китай­цев – на это все эти годы ушли, что­бы такой опыт нара­бо­тать. Но что­бы китай­цы ста­ли при­хо­дить на такие бесе­ды – для это­го как раз самое луч­шее, что есть, это экс­кур­сии. Китай­цы при­ез­жа­ют на экс­кур­сию, видят древ­ний рус­ский город; в древ­нем рус­ском горо­де самое древ­нее, самое инте­рес­ное – это мона­сты­ри и хра­мы; и в крем­ле все­гда есть храм или собор. И после это­го те, кто заин­те­ре­со­вал­ся, начи­на­ют ходить на бесе­ды. Очень важ­ной зацеп­кой в таких бесе­дах явля­ют­ся ико­ны. Китай­цы мыс­лят обра­за­ми, пишут иеро­гли­фа­ми, иеро­глиф – это поня­тие. А ико­на – это тоже образ, тоже изоб­ра­же­ние, во мно­гом сим­во­ли­че­ское, и через их инте­рес к иконе они начи­на­ют инте­ре­со­вать­ся биб­лей­ской свя­щен­ной исто­ри­ей, инте­ре­со­вать­ся уже и цер­ков­ны­ми дог­ма­та­ми и таинствами.

– Дай Бог, что­бы такой инте­рес при­вел их к лич­ной встре­че с Богом. Спа­си­бо боль­шое Вам за Ваше сви­де­тель­ство. Я напо­ми­наю нашим теле­зри­те­лям о том, что вы може­те при­сы­лать ваши вопро­сы, заме­ча­ния, поже­ла­ния на наш элек­трон­ный адрес. Помо­щи Божи­ей вам, хра­ни вас Господь. 

Веду­щий – свя­щен­ник Геор­гий Максимов

Гость – Кон­стан­тин Гор­ди­ца, аспирант

Видео-источ­ник: Теле­ка­нал СПАС

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки