«Я – Михайло Калашников, христианин и православный по вере своей»

«Я – Михайло Калашников, христианин и православный по вере своей»

Миха­ил Тимо­фе­е­вич Калаш­ни­ков, 100-летие со дня рож­де­ния кото­ро­го вспо­ми­на­ли в кон­це 2019 года, – вели­кий рус­ский изоб­ре­та­тель-ору­жей­ник. Это извест­но мно­гим. Одна­ко не все зна­ют, что он был веру­ю­щим, а к кон­цу жиз­ни – воцер­ко­в­лен­ным пра­во­слав­ным христианином.

Отец – Тимо­фей Алек­сан­дро­вич Калаш­ни­ков (Калаш­ник) (1883–1930 гг.) – кре­стья­нин, родил­ся в селе Слав­го­род Ахтыр­ско­го уез­да Харь­ков­ской губер­нии. Он уехал с роди­те­ля­ми на Кубань, где женил­ся на Алек­сан­дре Фро­ловне (1884–1957 гг.), про­ис­хо­див­шей из Орлов­ской губер­нии, родив­шей­ся в мно­го­дет­ной семье. Мно­го­дет­ность была при­су­ща и семье Тимо­фея и Алек­сан­дры Калаш­ни­ко­вых: у них роди­лось 19 детей, но выжи­ло восемь. В 1912 году в рам­ках пере­се­лен­че­ской сто­лы­пин­ской поли­ти­ки Тимо­фей Калаш­ни­ков уехал с семьей на Алтай. Жили зажи­точ­но, раз­доль­но, что при­ве­ло к беде в 1930 году, во вре­ме­на «вели­ко­го пере­ло­ма». По зави­сти сосе­дей Калаш­ни­ко­вых объ­яви­ли кула­ка­ми-миро­еда­ми, хотя они тру­ди­лись сами, не при­бе­гая к наем­ным работ­ни­кам. По реше­нию соот­вет­ству­ю­щих орга­нов семья Калаш­ни­ко­вых была высла­на из Алтай­ско­го края в Том­скую область в посе­лок Ниж­няя Моховая.

Инте­рес к тех­ни­ке обо­зна­чил­ся у Миха­и­ла с дет­ских лет: он любил раз­би­рать и иссле­до­вать раз­ные меха­низ­мы. Самы­ми люби­мы­ми его пред­ме­та­ми в посел­ко­вой шко­ле были физи­ка, гео­мет­рия и лите­ра­ту­ра. После окон­ча­ния шко­лы Миха­ил Тимо­фе­е­вич рабо­тал на Тур­ке­ста­но-Сибир­ской доро­ге, где его инте­рес к тех­ни­ке еще более развился.

Осе­нью 1938 года Миха­и­ла Калаш­ни­ко­ва при­зва­ли в армию. Служ­бу он про­хо­дил в Киев­ском осо­бом воен­ном окру­ге, став меха­ни­ком-води­те­лем тан­ка в 12‑й тан­ко­вой диви­зии в г. Стрый (совр. Запад­ная Укра­и­на). Там Миха­ил Калаш­ни­ков впер­вые про­явил свои изоб­ре­та­тель­ские спо­соб­но­сти: он раз­ра­бо­тал инер­ци­он­ный счет­чик выстре­лов из тан­ко­вой пуш­ки, при­спо­соб­ле­ние к писто­ле­ту ТТ для повы­ше­ния эффек­тив­но­сти стрель­бы через щели в башне тан­ка, счет­чик мото­ре­сур­са тан­ка. Послед­нее изоб­ре­те­ние было осо­бен­но важ­ным, учи­ты­вая огра­ни­чен­ность мото­ре­сур­са тан­ка и его зна­че­ние для живу­че­сти маши­ны. М.Т. Калаш­ни­ко­ва вызва­ли для докла­да к само­му коман­ду­ю­ще­му окру­гом – гене­ра­лу армии Г.К. Жуко­ву, буду­ще­му мар­ша­лу Побе­ды. Изоб­ре­те­ние после испы­та­ний в 1940 году реко­мен­до­ва­ли к серий­но­му про­из­вод­ству. К сожа­ле­нию, поме­ша­ла война…

В Вели­кую Оте­че­ствен­ную Миха­ил Тимо­фе­е­вич Калаш­ни­ков всту­пил в авгу­сте 1941 года коман­ди­ром тан­ка. Вое­вал герой­ски. В нача­ле октяб­ря 1941-го в боях под Брян­ском был тяже­ло ранен. Мно­гие во вре­мя опе­ра­ции «Тай­фун» при про­ры­вах немец­ких тан­ко­вых кли­ньев погиб­ли или попа­ли в плен. Миха­и­ла Тимо­фе­е­ви­ча Бог убе­рег от подоб­ной участи.

Он был отправ­лен в тыл и попал в гос­пи­таль, где заго­рел­ся иде­ей созда­ния сво­е­го образ­ца авто­ма­ти­че­ско­го ору­жия. Вынуж­ден­ный досуг он тра­тил на чте­ние соот­вет­ству­ю­щей лите­ра­ту­ры, на наброс­ки и чер­те­жи. Миха­ил Тимо­фе­е­вич про­явил систем­ный под­ход, соби­рая мне­ния това­ри­щей и сопо­став­ляя их с соб­ствен­ны­ми впе­чат­ле­ни­я­ми о боях и с содер­жа­ни­ем про­чи­тан­ных книг. Осо­бое зна­че­ние для него име­ли сове­ты одно­го лей­те­нан­та-десант­ни­ка, до вой­ны рабо­тав­ше­го в НИИ и хоро­шо знав­ше­го систе­мы стрел­ко­во­го ору­жия. Позд­нее Калаш­ни­ков, вспо­ми­ная про­цесс кон­стру­и­ро­ва­ния авто­ма­та, гово­рил: «Сол­дат сде­лал ору­жие для сол­да­та. Я сам был рядо­вым и хоро­шо знаю труд­но­сти, с кото­ры­ми стал­ки­ва­ют­ся в сол­дат­ской жиз­ни…» После гос­пи­та­ля по направ­ле­нию вра­чей Калаш­ни­ков был отправ­лен в шести­ме­сяч­ный отпуск. За вре­мя отпус­ка с помо­щью работ­ни­ков желез­но­до­рож­но­го депо в Матае изго­то­вил опыт­ный обра­зец пистолета-пулемета.

Его усо­вер­шен­ство­ван­ный вари­ант был создан в Алма-Ате, в мастер­ских Мос­ков­ско­го авиа­ци­он­но­го заво­да, эва­ку­и­ро­ван­но­го в Казах­стан. Он был пред­став­лен началь­ни­ку учи­ли­ща им. Ф. Дзер­жин­ско­го, выда­ю­ще­му­ся спе­ци­а­ли­сту в обла­сти стрел­ко­во­го ору­жия гене­ра­лу Бла­го­нра­во­ву. Тот отме­тил как отри­ца­тель­ные, так и поло­жи­тель­ные чер­ты конструкции.

Позд­нее писто­лет-пуле­мет Калаш­ни­ко­ва был пред­став­лен в Глав­ное артил­ле­рий­ское управ­ле­ние РККА. Заклю­че­ние в целом было поло­жи­тель­ным. Финаль­ный вывод – не при­ни­мать на воору­же­ние. В чем дело? Ока­зы­ва­ет­ся, авто­мат был… слиш­ком хорош. Заклю­че­ние гла­си­ло: «Писто­лет-пуле­мет Калаш­ни­ко­ва в изго­тов­ле­нии слож­нее и доро­же, чем писто­лет-пуле­мет Шпа­ги­на 41 и писто­лет-пуле­мет Суда­е­ва, и тре­бу­ет при­ме­не­ния дефи­цит­ных и мед­лен­ных фре­зер­ных работ. Поэто­му, несмот­ря на мно­гие под­ку­па­ю­щие сто­ро­ны (малый вес, малая дли­на, нали­чие оди­ноч­но­го огня, удач­ное сов­ме­ще­ние пере­вод­чи­ка и предо­хра­ни­те­ля, ком­пакт­ный шом­пол и пр.), в насто­я­щем виде сво­ем про­мыш­лен­но­го инте­ре­са не пред­став­ля­ет». Логи­ка писав­ших заклю­че­ние понят­на: в Вели­кую Оте­че­ствен­ную вой­ну глав­ны­ми кри­те­ри­я­ми для про­мыш­лен­но­го про­из­вод­ства ору­жия счи­та­лись деше­виз­на и быст­ро­та изго­тов­ле­ния, кото­рая обес­пе­чи­ва­ла мас­со­вость и закла­ды­ва­ла фун­да­мент победы.

Одна­ко Калаш­ни­ков не сми­рил­ся с пер­вой неуда­чей. Посколь­ку после тяже­ло­го ране­ния он был непри­го­ден к служ­бе в дей­ству­ю­щей армии, с 1942 года он стал рабо­тать на Цен­траль­ном науч­но-иссле­до­ва­тель­ском поли­гоне стрел­ко­во­го и мино­мет­но­го воору­же­ния Глав­но­го артил­ле­рий­ско­го управ­ле­ния Крас­ной Армии. За вре­мя рабо­ты он сде­лал ряд изоб­ре­те­ний, в том чис­ле скон­стру­и­ро­вал само­за­ряд­ный кара­бин. Изоб­ре­те­ние оце­ни­ли по досто­ин­ству и… опять не пусти­ли в серию. Одна­ко оно отча­сти послу­жи­ло осно­вой для послед­ней вер­сии авто­ма­та Калашникова.

С 1945 года Миха­ил Калаш­ни­ков начал раз­ра­бот­ку авто­ма­та под про­ме­жу­точ­ный патрон 7,62x39 мм образ­ца 1943 года. В 1947 году он участ­ву­ет в кон­кур­се на созда­ние луч­ше­го авто­ма­та и ста­но­вит­ся побе­ди­те­лем. Его изоб­ре­те­ние ока­зы­ва­ет­ся про­стым, как все гени­аль­ное, непри­хот­ли­вым в исполь­зо­ва­нии, удоб­ным и эффек­тив­ным. Объ­яс­няя позд­нее свой успех, Миха­ил Тимо­фе­е­вич отмечал:

«Когда дора­ба­ты­ва­лась его кон­струк­ция, я бывал в воен­ных частях, кон­суль­ти­ро­вал­ся со спе­ци­а­ли­ста­ми. И сол­да­ты гово­ри­ли мне, что их устра­и­ва­ет, а что нуж­но дора­бо­тать. Полу­чи­лось про­стое, надеж­ное и эффек­тив­ное ору­жие. АК рабо­та­ет в любых усло­ви­ях, без­от­каз­но стре­ля­ет после того, как побы­ва­ет в зем­ле, боло­те, упа­дет с высо­ты на твер­дую поверх­ность. Он очень про­стой, этот авто­мат. Но хочу ска­зать, что сде­лать про­стое ино­гда во мно­го раз слож­нее, чем сложное».

В 1949 году его изоб­ре­те­ние при­ни­ма­ет­ся на воору­же­ние Совет­ской армии, а затем рас­про­стра­ня­ет­ся по все­му миру. Все­го в раз­ных стра­нах было созда­но более 70 мил­ли­о­нов экзем­пля­ров авто­ма­та Калаш­ни­ко­ва, что соста­ви­ло 20 % миро­во­го рын­ка вооружений.

Дру­гой чело­век стал бы мил­ли­о­не­ром, но не Миха­ил Тимо­фе­е­вич. И дело не толь­ко в «соци­а­ли­сти­че­ской систе­ме»: после 1991 года любой на месте Калаш­ни­ко­ва мог бы отсу­дить себе весь­ма при­лич­ную сум­му. Но не таким был Миха­ил Тимо­фе­е­вич: до глу­бо­кой ста­ро­сти он про­жил в скром­ной квар­ти­ре на тре­тьем эта­же без лиф­та. Он был под­лин­ным бес­среб­ре­ни­ком и на вопрос о воз­мож­но­сти быть мил­ли­о­не­ром досад­ли­во отма­хи­вал­ся: «Нель­зя все мерить день­га­ми. Для меня самое доро­гое, когда люди гово­рят: «Ваше ору­жие спас­ло мне жизнь!» Зачем мне мил­ли­о­ны? Я и так живу хорошо».

В ста­ро­сти, одна­ко, Миха­ил Тимо­фе­е­вич все боль­ше стал заду­мы­вать­ся о том, что внес­ло в мир его изоб­ре­те­ние. С одной сто­ро­ны, созда­вая его, он думал о защи­те Оте­че­ства, кото­ро­му угро­жа­ли вна­ча­ле его смер­тель­ный враг, а потом – вче­раш­ние союзники.

С дру­гой сто­ро­ны, изоб­ре­тен­ное им ору­жие разо­шлось по миру и дале­ко не все­гда попа­да­ло в достой­ные руки, мяг­ко гово­ря… Резуль­та­том его раз­мыш­ле­ний яви­лось пись­мо Свя­тей­ше­му Пат­ри­ар­ху Кирил­лу, напи­сан­ное в 2012 году. В нем содер­жа­лись сле­ду­ю­щие уди­ви­тель­ные слова:

«Моя душев­ная боль нестер­пи­ма, один и тот же нераз­ре­ши­мый вопрос: коль мой авто­мат лишал людей жиз­ни, ста­ло быть, и я, Михай­ло Калаш­ни­ков, девя­но­сто три года от роду, сын кре­стьян­ки, хри­сти­а­нин и пра­во­слав­ный по вере сво­ей, пови­нен в смер­ти людей, пусть даже вра­га?» Отме­тим здесь совест­ли­вость рус­ско­го уче­но­го. Не мно­гие уче­ные-изоб­ре­та­те­ли ору­жия зада­ва­лись подоб­ны­ми вопросами.

«Да, уве­ли­чи­ва­ет­ся коли­че­ство хра­мов и мона­сты­рей на нашей зем­ле, а зло все рав­но не убы­ва­ет!.. Доб­ро и зло живут, сосед­ству­ют, борют­ся и, что самое страш­ное, сми­ря­ют­ся друг с дру­гом в душах людей – вот к чему я при­шел на зака­те сво­ей зем­ной жиз­ни. Полу­ча­ет­ся какой-то веч­ный дви­га­тель, кото­рый я так хотел изоб­ре­сти в моло­дые годы. Свет и тень, доб­ро и зло – две про­ти­во­по­лож­но­сти одно­го цело­го, не спо­соб­но­го суще­ство­вать друг без дру­га? И неуже­ли Все­выш­ний все так и устро­ил? И чело­ве­че­ству про­зя­бать веч­но в таком соот­но­ше­нии?» – зада­ет­ся вопро­сом созда­тель АК-47.

И все же Миха­ил Тимо­фе­е­вич выра­жа­ет в этом пись­ме надеж­ду на побе­ду добра. Во мно­гом она свя­за­на с дея­тель­но­стью Церк­ви, кото­рая «несет миру свя­тые цен­но­сти добра и мило­сер­дия». В этом тек­сте он осо­бен­но теп­ло гово­рит о зна­че­нии хра­ма, в том чис­ле постро­ен­но­го с его уча­сти­ем в Ижев­ске Свя­то-Михай­лов­ско­го собора:

«Когда в 91 год от роду я пере­сту­пил порог Хра­ма, на душе моей было вол­не­ние и чув­ство… такое, как буд­то я уже здесь был… Такое чув­ство дает­ся, навер­ное, толь­ко кре­ще­но­му чело­ве­ку. Как же хоро­шо, – про­нес­лась тогда в голо­ве мысль, – что отка­зал я в стро­и­тель­стве музея мое­го име­ни на этом месте».

Свя­тей­ший Пат­ри­арх Кирилл напи­сал ответ зна­ме­ни­то­му ору­жей­ни­ку, най­дя сло­ва для его уте­ше­ния: «Когда ору­жие слу­жит защи­те Оте­че­ства, Цер­ковь под­дер­жи­ва­ет и его созда­те­лей, и воен­но­слу­жа­щих, кото­рые его применяют».

Миха­ил Тимо­фе­е­вич ото­шел ко Гос­по­ду 23 декаб­ря 2013 года в воз­расте 94 лет. Перед смер­тью он при­ча­стил­ся Свя­тых Хри­сто­вых Таин из рук сво­е­го духов­ни­ка отца Вик­то­ра. Вои­на Миха­и­ла отпе­ва­ли 26 декаб­ря 2013 года в Свя­то-Михай­лов­ском собо­ре г. Ижевска.

 

Про­то­ди­а­кон Вла­ди­мир Василик

По мате­ри­а­лам сай­та Православие.ру

Источ­ник: жур­нал «Пра­во­слав­ный просветитель»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки