Наркотики и наркоманы. Практический справочник (Надежда в беде) — Е. Проценко

Наркотики и наркоманы. Практический справочник (Надежда в беде) — Е. Проценко

(3 голоса5.0 из 5)

«Надеж­да в беде. Нар­ко­ти­ки и нар­ко­ма­ны» — прак­ти­че­ский спра­воч­ник хри­сти­ан­ско­го пси­хо­ло­га Евге­ния Про­цен­ко. Он пишет:

«Ведь напи­са­на она для всех, кому в жиз­ни при­шлось столк­нуть­ся с про­бле­ма­ми зави­си­мо­сти, преж­де все­го — нар­ко­ма­нии и алко­го­лиз­ма, для тех, кто видит всю остро­ту и серьез­ность этих про­блем и кто хочет помочь в их реше­нии — себе, сво­им близ­ким или дру­зьям, дру­гим людям».

Евге­ний Проценко

НАРКОТИКИ И НАРКОМАНИЯ: НАДЕЖДА В БЕДЕ

Редак­ция 2019 года

ОГЛАВЛЕНИЕ:

Пре­ди­сло­вие к шесто­му изданию

Бла­го­дар­но­сти

Вве­де­ние

Гла­ва 1. Нар­ко­ти­ки и наркоманы 

Гла­ва 2. Нар­ко­ма­ния — это болезнь 

Гла­ва 3. Что такое зависимость? 

Гла­ва 4. Где искать выход? 

Гла­ва 5. Семья наркомана

Гла­ва 6. Ваши пер­вые шаги. Что зна­чит «начать с себя»? Перед чем мы бессильны?

Гла­ва 7. Непри­ду­ман­ные истории 

Гла­ва 8. Где най­ти помощь? 

Заклю­че­ние

При­ло­же­ние 1. Реко­мен­ду­е­мая литература 

При­ло­же­ние 2. Как най­ти ресур­сы про­фес­си­о­наль­ной помощи 

При­ло­же­ние 3. Груп­пы само­по­мо­щи для нар­ко­ма­нов, алко­го­ли­ков и чле­нов их семей

ПРЕДИСЛОВИЕ К ШЕСТОМУ ИЗДАНИЮ

В 1998 году под Моск­вой про­шла кон­фе­рен­ция под назва­ни­ем «Соли­дар­ность и реа­би­ли­та­ция нар­ко­ма­нов», орга­ни­зо­ван­ная рос­сий­ски­ми хри­сти­а­на­ми раз­ных кон­фес­сий — пра­во­слав­ны­ми, като­ли­ка­ми, про­те­стан­та­ми. В этой кон­фе­рен­ции участ­во­ва­ли спе­ци­а­ли­сты раз­но­го про­фи­ля — вра­чи, пси­хо­ло­ги, педа­го­ги, свя­щен­но­слу­жи­те­ли, соци­аль­ные работ­ни­ки и все, кто обес­по­ко­е­ны ростом нар­ко­ма­нии в Рос­сии. Устро­и­те­ли кон­фе­рен­ции сфор­му­ли­ро­ва­ли зада­чу созда­ния кни­ги, кото­рая опи­сы­ва­ла бы при­ро­ду нар­ко­ма­нии и дава­ла доста­точ­но пол­ную инфор­ма­цию о том, где мож­но полу­чить помощь в реше­нии этой про­бле­мы. Мне как спе­ци­а­ли­сту-прак­ти­ку в этой обла­сти было пору­че­но напи­сать такую кни­гу, и в 1999 году она вышла сра­зу в двух изда­тель­ствах («Кари­тас» и «Информ-12»). Оба тира­жа быст­ро разо­шлись, но спрос на кни­гу ока­зал­ся устой­чи­вым, и поэто­му вско­ре было реше­но ее пере­из­дать в допол­нен­ном и рас­ши­рен­ном вари­ан­те, что и было сде­ла­но в 2002 году одно­вре­мен­но дву­мя изда­тель­ства­ми: «Три­а­да» и «Кари­тас». В 2006 году в изда­тель­стве «Три­а­да» вышло в свет пятое изда­ние. Вви­ду того, что тема, кото­рой посвя­ще­на кни­га, к сожа­ле­нию, не теря­ет сво­ей акту­аль­но­сти, изда­тель­ство «Три­а­да» реши­ло вновь пере­из­дать кни­гу, под­го­то­вив ее шестое изда­ние. Кро­ме того, в том же изда­тель­стве стар­то­вал про­ект, в резуль­та­те кото­ро­го на осно­ве этой кни­ги вско­ре дол­жен появить­ся на свет новый труд, зна­чи­тель­но рас­ши­рен­ный и вклю­ча­ю­щий все мате­ри­а­лы, кото­рые нако­пи­лись за деся­ти­ле­тия моей прак­ти­че­ской рабо­ты в обла­сти реа­би­ли­та­ции зависимых.

БЛАГОДАРНОСТИ

Я искренне бла­го­да­рен всем, с кем мне за мно­гие годы рабо­ты в обла­сти пре­одо­ле­ния зави­си­мо­сти посчаст­ли­ви­лось вза­и­мо­дей­ство­вать и сотруд­ни­чать: вра­чам, пси­хо­ло­гам, свя­щен­но­слу­жи­те­лям, кон­суль­тан­там, редак­то­рам. Моя осо­бая бла­го­дар­ность тем, кто участ­во­ва­ли в ста­нов­ле­нии, рабо­те и раз­ви­тии нашей неком­мер­че­ской орга­ни­за­ции — Хри­сти­ан­ско­го бла­го­тво­ри­тель­но­го фон­да «Ста­рый Свет». Этот фонд мы созда­ли, пони­мая, что пре­одо­леть беду нар­ко­ма­нии и дру­гих форм зави­си­мо­сти, кото­рые захлест­ну­ли нашу стра­ну, воз­мож­но лишь всем миром, всем сооб­ще­ством, объ­еди­няя уси­лия всех, кто в этом по-насто­я­ще­му заин­те­ре­со­ва­ны. За все вре­мя рабо­ты Фон­да в нем в каче­стве штат­ных сотруд­ни­ков, а чаще — доб­ро­воль­ных помощ­ни­ков участ­во­ва­ло и про­дол­жа­ет участ­во­вать мно­же­ство людей, и даже для про­сто­го пере­чис­ле­ния их имен потре­бо­вал­ся бы не один деся­ток стра­ниц. Я уве­рен, что в небес­ной кан­це­ля­рии с этой весь­ма скру­пу­лез­ной зада­чей — соста­вить пол­ный спи­сок всех, кто внес­ли части­цу сво­ей души в общее дело — спра­вят­ся гораз­до луч­ше меня и поэто­му огра­ни­чусь здесь лишь огром­ной бла­го­дар­но­стью наше­му Созда­те­лю, Кото­рый помо­гал и помо­га­ет всем этим сотруд­ни­кам и помощ­ни­кам обна­ру­жить в себе и реа­ли­зо­вать жела­ние слу­жить людям в обре­те­нии надеж­ды и поис­ках выхо­да из труд­ных ситуаций.

Тем не менее мне хоте­лось бы отдель­но ска­зать о моей сер­деч­ной при­зна­тель­но­сти дирек­то­ру изда­тель­ства «Информ-12» Васи­лию Сапель­ни­ко­ву, кото­рый был глав­ным ини­ци­а­то­ром и пер­вым изда­те­лем дан­ной кни­ги. За несколь­ко послед­них лет сво­ей рано обо­рвав­шей­ся жиз­ни (он умер вес­ной 2000 года) этот чело­век про­де­лал огром­ней­ший бес­ко­рыст­ный труд. Он стал пер­вым в Рос­сии изда­те­лем, кото­рый посвя­тил свои уси­лия про­све­ще­нию людей в обла­сти реше­ния про­блем зави­си­мо­сти. Он впер­вые начал пла­но­мер­но пуб­ли­ко­вать лите­ра­ту­ру, посвя­щен­ную этим про­бле­мам, и все­мер­но содей­ство­вать ее рас­про­стра­не­нию, чем, несо­мнен­но, помог мно­же­ству людей встать на путь выздо­ров­ле­ния и духов­но­го исцеления.

ВВЕДЕНИЕ

Что заста­ви­ло Вас рас­крыть эту бро­шю­ру? Про­стая любо­зна­тель­ность? Вряд ли. Слиш­ком часто в послед­нее вре­мя мы ста­ли слы­шать и читать про нар­ко­ма­нию и нар­ко­ти­ки, что­бы празд­ное любо­пыт­ство все еще оста­ва­лось неудовлетворенным.

Ско­рее все­го, Ваш инте­рес к этой теме вызван более глу­бо­ким моти­вом. И таким моти­вом, к сожа­ле­нию, для очень мно­гих людей ока­зы­ва­ет­ся серьез­ная жиз­нен­ная драма.

Стряс­лась ли беда с кем-то в Вашей семье, и Вы дума­е­те, как помочь сво­е­му близ­ко­му? Или, испро­бо­вав извест­ные Вам спо­со­бы помо­щи, отча­ян­но пыта­е­тесь узнать о про­бле­ме как мож­но боль­ше, что­бы все-таки най­ти выход для Ваше­го сына, доче­ри, мужа? Увы, неред­ко быва­ет и так, что Вы уже отча­я­лись его най­ти и загля­ды­ва­е­те в книж­ки с опти­ми­сти­че­ски­ми назва­ни­я­ми, ни во что не веря и наде­ясь лишь на чудо…

А может быть, Вы взя­ли эту бро­шю­ру в руки, начав смут­но дога­ды­вать­ся, что что-то идет не так в Вашей соб­ствен­ной жиз­ни, и это «не так» каким-то обра­зом свя­за­но с лекар­ства­ми, алко­го­лем или наркотиками?

Что же, мне хочет­ся, что­бы эта книж­ка хотя бы отча­сти оправ­да­ла Ваши ожи­да­ния и ока­за­лась полез­ной в каж­дом из пере­чис­лен­ных слу­ча­ев. Ведь напи­са­на она для всех, кому в жиз­ни при­шлось столк­нуть­ся с про­бле­ма­ми зави­си­мо­сти, преж­де все­го — нар­ко­ма­нии и алко­го­лиз­ма, для тех, кто видят всю остро­ту и серьез­ность этих про­блем и хотят помочь в их реше­нии — себе, сво­им близ­ким или дру­зьям, дру­гим людям.

Наде­юсь, что эта книж­ка помо­жет и тем, кого эта беда еще не затро­ну­ла. Ведь если Вы буде­те знать о при­чи­нах и про­яв­ле­ни­ях болез­ни под назва­ни­ем «нар­ко­ма­ния», то у Вас гораз­до боль­ше шан­сов избе­жать ее появ­ле­ния в Вашей семье, убе­речь от нее сво­их детей. А такую опас­ность не сто­ит недо­оце­ни­вать. Сей­час нар­ко­ма­ния рас­про­стра­ня­ет­ся с тра­ги­че­ски высо­кой ско­ро­стью, захва­ты­ва­ет все боль­ше людей и вполне срав­ни­ма с поваль­ной эпи­де­ми­ей чумы.

Поэто­му даже если Вы уве­ре­ны, что эта болезнь не кос­ну­лась Ваше­го ребен­ка, все-таки при­смот­ри­тесь вни­ма­тель­но к его пове­де­нию и к Вашим отно­ше­ни­ям с ним. Спро­си­те себя, нет ли у Вас ощу­ще­ния поте­ри кон­так­та с Ваши­ми детьми, нет ли чув­ства, что с ними не все в поряд­ке? Конеч­но, вовсе не обя­за­тель­но подоб­ные ощу­ще­ния озна­ча­ют, что Ваш ребе­нок — нар­ко­ман, да и вооб­ще изме­не­ния в детях дале­ко не все­гда свя­за­ны с наркотиками.

Но все-таки совсем исклю­чить эту воз­мож­ность нель­зя. А чем рань­ше удаст­ся заме­тить болезнь, тем рань­ше мож­но будет поста­рать­ся ее остановить.

Спе­ци­а­ли­стам, име­ю­щим дело с нар­ко­ма­ни­ей, хоро­шо извест­но: если в пове­де­нии ребен­ка появ­ля­ют­ся опре­де­лен­ные осо­бен­но­сти, надо насто­ро­жить­ся, пото­му что эти осо­бен­но­сти могут быть при­зна­ком его кон­так­та с нар­ко­ти­ка­ми. Счи­та­ет­ся, что роди­те­лей долж­но насто­ра­жи­вать, если:

  • дети нача­ли про­во­дить мно­го вре­ме­ни в ком­па­ни­ях, не вызы­ва­ю­щих Ваше­го дове­рия, или такие ком­па­нии ста­ли соби­рать­ся у Вас дома;
  • круг инте­ре­сов Ваших детей посте­пен­но сужа­ет­ся, а новых увле­че­ний у них не появляется;
  • Ваш ребе­нок обща­ет­ся с Вами и дру­ги­ми род­ствен­ни­ка­ми все мень­ше и неохот­нее, а в его пове­де­нии Вы часто заме­ча­е­те бес­при­чин­ное воз­буж­де­ние, апа­тию, смех без пово­да или сонливость;
  • вре­ме­на­ми от Ваше­го ребен­ка исхо­дит незна­ко­мый запах;
  • он бес­пре­стан­но про­сит у Вас день­ги, тра­тя их непо­нят­но на что;
  • из дома ста­ли про­па­дать вещи;
  • Ваши дети посто­ян­но про­во­дят вре­мя на дис­ко­те­ках и в клубах;
  • рез­ко изме­нил­ся круг чте­ния Ваше­го ребен­ка, и он вдруг начал при­сталь­но инте­ре­со­вать­ся таки­ми авто­ра­ми, как Каста­не­да или Берроуз;
  • в его речи появи­лось мно­го новых, не все­гда понят­ных жар­гон­ных слов, а в раз­го­во­рах все чаще упо­ми­на­ют­ся наркотики.

Под­черк­нем, что все эти про­яв­ле­ния у ребен­ка, конеч­но, могут быть и не свя­за­ны с нар­ко­ти­ка­ми. Но для роди­те­лей это все­гда долж­но быть пово­дом еще и еще раз заду­мать­ся, все ли хоро­шо в семье.

Но, если кро­ме изме­не­ний в пове­де­нии Ваше­го сына или доче­ри, Вы все чаще ста­ли обна­ру­жи­вать у себя дома пред­ме­ты, кото­рые рань­ше там не появ­ля­лись, как например:

  • деше­вые папи­ро­сы (кото­ры­ерань­ше никто не курил);
  • кусоч­ки фольги;
  • поло­вин­ки мел­ких купюр;
  • закоп­чен­ные ложки;
  • брит­вен­ные лез­вия со сле­да­ми бело­го порош­ка или бурой грязи;
  • шпри­цы и иглы для них -

то все сомне­ния, к сожа­ле­нию, отпа­да­ют. Вам при­дет­ся при­знать­ся себе, что Ваш ребе­нок уже зна­ет, что такое наркотики.

Учти­те, что он ско­рее все­го поста­ра­ет­ся сде­лать все воз­мож­ное, что­бы Вы не дога­да­лись о его новых увле­че­ни­ях, и уж во вся­ком слу­чае, не ста­нет по соб­ствен­ной воле рас­ска­зы­вать о сво­их опы­тах с нар­ко­ти­ка­ми (каким бы дове­ри­тель­ным Ваше обще­ние ни каза­лось Вам преж­де). В ответ же на пря­мые вопро­сы и тре­бо­ва­ния при­знать­ся, вро­де: «Ты что — при­ни­ма­ешь нар­ко­ти­ки?» или тем более: «Сей­час же ска­жи, с кем ты колешь­ся», Вы почти навер­ня­ка услы­ши­те ложь. Вооб­ще там, где появ­ля­ют­ся нар­ко­ти­ки — обя­за­тель­но появ­ля­ет­ся и ложь, при­чем самая что ни на есть изощ­рен­ная, мно­го­сту­пен­ча­тая и неве­ро­ят­ная. Такая пато­ло­ги­че­ская нечест­ность — один из обя­за­тель­ных при­зна­ков вся­кой зави­си­мо­сти, а осо­бен­но — зави­си­мо­сти от нар­ко­ти­ков. Так что доко­пать­ся до прав­ды без тру­да Вам не удастся.

Но что, если ситу­а­ция ста­ла для Вас совер­шен­но ясной, и Вы уже боль­ше не сомне­ва­е­тесь в том, что Ваш ребе­нок при­стра­стил­ся к нар­ко­ти­кам? Как быть даль­ше, какие пред­при­нять действия?

К сожа­ле­нию, и в таких слу­ча­ях мно­гие роди­те­ли не спо­соб­ны трез­во оце­нить истин­ное поло­же­ние вещей. Вме­сто того, что­бы заду­мать­ся об обста­нов­ке в соб­ствен­ной семье, они начи­на­ют обви­нять обще­ство, совре­мен­ные нра­вы и «дур­ную ком­па­нию» сво­е­го ребен­ка. Начи­на­ют­ся поис­ки раз­ных спо­со­бов «лече­ния», при­чем пред­по­чте­ние отда­ет­ся наи­бо­лее быст­рым мето­дам «реше­ния про­блем». Состо­я­тель­ные роди­те­ли стре­мят­ся отпра­вить свое чадо в закры­тые доро­гие кли­ни­ки или за гра­ни­цу (в газе­тах мож­но най­ти и такие, напри­мер, объ­яв­ле­ния: «Лече­ние нар­ко­ма­нии в луч­ших зару­беж­ных кли­ни­ках со сто­про­цент­ной гаран­ти­ей»). При этом часто ребен­ка ста­ра­ют­ся отпра­вить туда не столь­ко ради лече­ния, сколь­ко для само­успо­ко­е­ния. Семьи, не име­ю­щие такой воз­мож­но­сти, по кро­хам наби­ра­ют сум­мы, необ­хо­ди­мые для вся­ко­го рода «коди­ро­ва­ния» поде­шев­ле. А совсем неиму­щие люди, дочи­ста ограб­лен­ные сво­и­ми чада­ми-нар­ко­ма­на­ми, вынес­ши­ми из дома послед­ние вещи, в отча­я­нии обра­ща­ют­ся к очень деше­вым, а ино­гда пона­ча­лу и вовсе бес­плат­ным экс­тра­сен­сам и про­чим магам-шарлатанам.

Надо сра­зу ска­зать — не ищи­те для этой про­бле­мы ско­рых и про­стых реше­ний. Мно­го лет рабо­тая пси­хо­ло­гом в обла­сти нар­ко­ло­гии, я слиш­ком часто вижу неиз­быв­ную боль, сле­зы, уста­лость и отча­я­ние роди­те­лей под­рост­ков— нар­ко­ма­нов, вижу муче­ния и жиз­нен­ные тра­ге­дии самих нар­ко­ма­нов. Поверь­те, я был бы очень рад пред­ло­жить Вам быст­рое и без­бо­лез­нен­ное реше­ние всех этих про­блем — если бы оно существовало.

Одна­ко — как бы всем нам это­го ни хоте­лось — и миро­вой опыт, и наша прак­ти­ка совер­шен­но одно­знач­но пока­зы­ва­ют: это невоз­мож­но. Ведь нар­ко­ма­ния — явле­ние очень слож­ное, затра­ги­ва­ю­щее био­ло­ги­че­ские, пси­хо­ло­ги­че­ские, соци­аль­ные и духов­ные осно­вы чело­ве­че­ской жиз­ни. Поэто­му реше­ния здесь про­сто не могут быть быст­ры­ми и лег­ки­ми, они тре­бу­ют от нас гораз­до боль­ше сил, вре­ме­ни, а зача­стую — даже рис­ка, чем кажется.

Но как же так, ска­же­те Вы, ведь сего­дня прак­ти­че­ски в любой газе­те, по радио, теле­ви­де­нию, в интер­не­те, на каж­дой улич­ной дос­ке объ­яв­ле­ний мож­но про­чи­тать или услы­шать про «быст­рое и каче­ствен­ное» (ино­гда добав­ля­ют: «доро­гое») лече­ние нар­ко­ма­нии и алко­го­лиз­ма? За один раз, с жела­ни­ем само­го зави­си­мо­го или без оно­го, а то и вооб­ще в отсут­ствие боль­но­го — по фото­гра­фии или при­над­ле­жа­щим ему вещам. Для люби­те­лей экзо­ти­ки есть вари­ан­ты самые фан­та­сти­че­ские, вплоть до аст­раль­ных «пере­ме­ще­ний» нар­ко­ма­на в иные миры. Для тех же, кто, несмот­ря на отча­я­ние, сохра­ня­ют долю здра­во­мыс­лия, пред­ло­же­ния более серьез­ные — раз­лич­ные меди­цин­ские орга­ни­за­ции и част­но­прак­ти­ку­ю­щие вра­чи с титу­ла­ми ака­де­ми­ков, док­то­ров или кан­ди­да­тов наук напе­ре­бой пред­ла­га­ют свои услу­ги все по тому же «лече­нию» нар­ко­ма­нии. Сро­ки здесь часто более разум­ные, прав­да, о ценах на все эти виды «лече­ния», как пра­ви­ло, тако­го не скажешь.

К сожа­ле­нию, боль­шин­ство этих пред­ло­же­ний — не что иное, как бес­со­вест­ная спе­ку­ля­ция на чужом несча­стье. Ино­гда, гораз­до реже — доб­ро­со­вест­ное заблуж­де­ние, то есть обман не толь­ко сво­их паци­ен­тов, но и само­го себя.

Поче­му это так, Вам помо­жет понять эта книж­ка. Но я очень наде­юсь, что она помо­жет Вам и в самом глав­ном — най­ти выход из беды.

А выход этот есть, и Вы суме­е­те его най­ти, как нашли его мно­гие тыся­чи людей, к кото­рым в семью при­шло несча­стье — нар­ко­ма­ния или алкоголизм.

Но сна­ча­ла нам при­дет­ся хотя бы в общих чер­тах разо­брать­ся в том, что же такое нар­ко­ти­ки, в чем сущ­ность нар­ко­ма­нии и что за люди — наркоманы.

ГЛАВА 1. НАРКОТИКИ И НАРКОМАНЫ

Нар­ко­ти­ком при­ня­то назы­вать веще­ство есте­ствен­но­го или син­те­ти­че­ско­го про­ис­хож­де­ния, кото­рое может изме­нять нор­маль­ные пси­хи­че­ские функ­ции орга­низ­ма, а при мно­го­крат­ном упо­треб­ле­нии при­во­дит к пси­хи­че­ской и/или физи­че­ской зави­си­мо­сти. Само сло­во «нар­ко­тик» про­ис­хо­дит от гре­че­ско­го гла­го­ла «нар­као» — «вызы­вать оне­ме­ние, оце­пе­не­ние». Понят­но, одна­ко, что нар­ко­ма­ны ищут в нар­ко­ти­ке несколь­ко иных ощу­ще­ний. И преж­де все­го таких, кото­рые на пси­хо­ло­ги­че­ском язы­ке назы­ва­ют­ся изме­нен­ны­ми состо­я­ни­я­ми созна­ния. Прав­да, неко­то­рые виды нар­ко­ти­ков не вызы­ва­ют подоб­ных состо­я­ний, а лишь на какое-то вре­мя дают ощу­ще­ние бод­ро­сти, весе­лья, пол­но­ты и осмыс­лен­но­сти жиз­ни, дру­гие же, напро­тив, вызы­ва­ют оту­пе­ние, дают воз­мож­ность «отклю­чить­ся» от реаль­но­сти (и эти послед­ние бли­же все­го к исход­но­му смыс­лу сло­ва «нар­ко­тик»).

Упо­треб­ле­ние нар­ко­ти­ков извест­но чело­ве­че­ству уже тыся­чи лет. Извест­но, что раз­лич­ные рас­ти­тель­ные или искус­ствен­ные пре­па­ра­ты нар­ко­ти­че­ско­го дей­ствия исполь­зо­ва­лись в рели­ги­оз­ной и меди­цин­ской прак­ти­ке самых древ­них пле­мен и наро­дов. Еще в XIX, да и в нача­ле XX века упо­треб­ле­ние неко­то­рых нар­ко­ти­ков было не толь­ко не запре­ще­но, но, напро­тив, име­ло репу­та­цию непре­мен­ных ари­сто­кра­ти­че­ских заня­тий, счи­та­лось чуть ли не при­зна­ком при­над­леж­но­сти чело­ве­ка к выс­шим сло­ям обще­ства. Широ­кой попу­ляр­но­стью сре­ди богем­ной пуб­ли­ки поль­зо­вал­ся кока­ин, исполь­зо­ва­лись и неко­то­рые дру­гие нар­ко­ти­ки (опи­ум, мор­фий, эфир). Но все же серьез­ной обще­ствен­ной про­бле­мой упо­треб­ле­ние нар­ко­ти­ков тогда не явля­лось. Оно ста­ло тако­вой, при­об­ре­ло мас­со­вые мас­шта­бы толь­ко в 50–60‑е годы про­шло­го века. Основ­ным рас­про­стра­ни­те­лем моды на нар­ко­ти­ки (пре­иму­ще­ствен­но — гаши­ша и ЛСД) ста­ло воз­ник­шее в сере­дине XX века дви­же­ние «хип­пи». Это дви­же­ние ока­за­ло огром­ное вли­я­ние на ста­нов­ле­ние цело­го пла­ста куль­ту­ры, поло­жи­ло нача­ло новым спе­ци­фи­че­ским направ­ле­ни­ям в фило­со­фии, лите­ра­ту­ре, живо­пи­си, музы­ке. В их осно­ве лежал бунт про­тив жесто­ко­сти обще­ства, стрем­ле­ние уйти от дей­стви­тель­но­сти, что­бы най­ти то, чего не уда­ва­лось най­ти в реаль­но­сти, обре­сти Любовь, нехват­ка кото­рой ощу­ща­лась людь­ми так ост­ро. Но ско­ро иллю­зии раз­ве­я­лись, ста­ло оче­вид­но, что на этом пути най­ти Любовь не удаст­ся. К тому же, раз­вив­ша­я­ся вско­ре инду­стрия нар­ко­ти­ков запо­ло­ни­ла мир син­те­ти­че­ски­ми «тяже­лы­ми» нар­ко­ти­ка­ми, кото­рые очень быст­ро овла­де­ва­ли чело­ве­ком и дела­ли его сво­им послуш­ным рабом, уже не остав­ляя ему ника­ко­го выбора.

Соци­аль­но опас­ным явле­ни­ем нар­ко­ма­ния в Рос­сии ста­ла уже дав­но, но в послед­ние деся­ти­ле­тия она пре­вра­ща­ет­ся в насто­я­щее наци­о­наль­ное бедствие.

Если в нача­ле 90‑х годов ХХ века это явле­ние было извест­но в основ­ном в круп­ных горо­дах, а так­же в южных и сред­не­ази­ат­ских рес­пуб­ли­ках быв­ше­го Совет­ско­го Сою­за, то сего­дня эпи­де­мия этой болез­ни охва­ты­ва­ет всю тер­ри­то­рию стра­ны без исклю­че­ния, она про­ни­ка­ет в самые глу­хие и отда­лен­ные угол­ки Рос­сии. И, что самое тре­вож­ное, она пора­жа­ет преж­де все­го моло­дых людей, под­рост­ков и даже детей, то есть напря­мую угро­жа­ет всем нам, и не толь­ко наше­му насто­я­ще­му, но и буду­ще­му. Рас­про­стра­не­ние этой болез­ни сего­дня при­ня­ло харак­тер соци­аль­но­го взры­ва, катастрофы.

Про­бле­ма нар­ко­ма­нии явля­ет­ся гло­баль­ной, она суще­ству­ет в любой стране мира. Ори­ен­ти­ро­воч­ная ста­ти­сти­ка это­го явле­ния за 2018 год при­во­дит­ся, в част­но­сти, в докла­де Коми­те­та ООН по нар­ко­ти­кам и пре­ступ­ле­ни­ям UNODC https://www.unodc.org/wdr2018/.

Рас­про­стра­не­ние нар­ко­ти­ков в раз­ных стра­нах име­ет свои осо­бен­но­сти. Так, для Север­ной Аме­ри­ки оста­ют­ся про­бле­мой фен­та­нил и его ана­ло­ги, а тра— мадол (опио­ид­ный аналь­ге­тик, исполь­зу­е­мый для сня­тия боле­вых син­дро­мов сред­ней и силь­ной интен­сив­но­сти) ста­но­вит­ся пово­дом для бес­по­кой­ства в Афри­ке и Азии. В то вре­мя как исполь­зо­ва­ние этих пре­па­ра­тов в меди­цине необ­хо­ди­мо для облег­че­ния боли и стра­да­ний, их под­поль­ное про­из­вод­ство и рас­про­стра­не­ние на нар­ко­рын­ке при­чи­ня­ет огром­ный вред здо­ро­вью людей.

В Рос­сии сего­дня по раз­ным оцен­кам нар­ко­ти­ки при­ни­ма­ют от 3 до 8 мил­ли­о­нов чело­век (недав­нюю офи­ци­аль­ную ста­ти­сти­ку мож­но посмот­реть, напри­мер, здесь: https://ria.ru/20171213/1510817481.html). Если учесть, что в эту про­бле­му неволь­но вовле­че­ны еще и чле­ны семей нар­ко­ма­нов, то чис­лен­ность людей, непо­сред­ствен­но стра­да­ю­щих от нар­ко­ти­ков, уве­ли­чит­ся еще как мини­мум втрое.

Нар­ко­ти­ки при­ни­ма­ют люди из всех сло­ев насе­ле­ния и всех соци­аль­ных групп. Посто­ян­но рас­тет и чис­лен­ность моло­дых нар­ко­ма­нов, а их сред­ний воз­раст (15–17 лет) все вре­мя сни­жа­ет­ся. Уже не ред­кость встре­тить нар­ко­ма­на 911 лет. Сре­ди людей более зре­ло­го, ска­жем, 30-лет­не­го воз­рас­та нар­ко­ма­нов мень­ше. Но, к несча­стью, толь­ко пото­му, что лишь немно­гие нар­ко­ма­ны дожи­ва­ют до тако­го возраста.

Кто же они — те люди, кото­рым так необ­хо­дим нар­ко­тик? Ведь если бы на нар­ко­ти­ки не было спро­са, не было бы и тако­го широ­ко­го их пред­ло­же­ния, их попро­сту неко­му было бы про­да­вать. Но сего­дня у тор­гов­цев нар­ко­ти­ка­ми нет ника­ких про­блем най­ти поку­па­те­ля. Кто же эти покупатели?

Если про­бле­мы нар­ко­ма­нии не затро­ну­ли ни Вас само­го, ни Вашу семью, ни семьи Ваших дру­зей и зна­ко­мых, и если Вы не сопри­ка­са­лись с эти­ми про­бле­ма­ми по рабо­те, то Ваши пред­став­ле­ния о нар­ко­ма­нии и нар­ко­ма­нах, ско­рее все­го, скла­ды­ва­ют­ся из того, что Вы чита­е­те в газе­тах и интер­не­те, смот­ри­те по теле­ви­зо­ру или слу­ша­е­те по радио (обыч­но — в руб­ри­ке кри­ми­наль­ной хроники).

В этом слу­чае Вы, думая о нар­ко­ма­нах, веро­ят­но, пред­став­ля­е­те себе жесто­ких бан­ди­тов, сади­стов, без­жа­лост­ных убийц и ковар­ных гра­би­те­лей, кото­рые за оче­ред­ную дозу гото­вы заду­шить род­ную мать. Или же у Вас воз­ни­ка­ет образ совер­шен­но опу­стив­ших­ся, без­воль­ных, поте­ряв­ших все в жиз­ни людей, уже и на людей-то не очень похо­жих, кото­рые живут в мрач­ных нар­ко­ман­ских при­то­нах. А может быть, наобо­рот, Вам видят­ся весь­ма реши­тель­ные и уве­рен­ные в себе бри­то­го­ло­вые нака­чан­ные пар­ни, для кото­рых регу­ляр­ная доза нар­ко­ти­ка — частич­ка их обра­за «слад­кой жизни».

Что же, все эти пред­став­ле­ния име­ют под собой поч­ву, нар­ко­ма­ны дей­стви­тель­но быва­ют и таки­ми. Но если Вам при­хо­дит­ся посто­ян­но общать­ся с нар­ко­ма­на­ми в повсе­днев­ной жиз­ни — в соб­ствен­ной семье или по роду Вашей рабо­ты, — Вам хоро­шо извест­но, что нар­ко­ма­ны могут быть и совсем другими.

Очень мно­гие из них — моло­дых и сред­не­го воз­рас­та людей — вполне бла­го­по­луч­но выгля­дят, они не поте­ря­ли ни семью, ни рабо­ту, ни интел­лект, часто очень сим­па­тич­ны в обще­нии, про­из­во­дят впе­чат­ле­ние вполне «нор­маль­ных» или даже кажут­ся осо­бен­но ода­рен­ны­ми, чуть ли ни гени­я­ми. При взгля­де со сто­ро­ны таких нар­ко­ма­нов вряд ли мож­но отли­чить от про­чих людей. Их «изнан­ка» рас­кры­ва­ет­ся лишь в близ­ком обще­нии — преж­де все­го в семье, отку­да нар­ко­ман, когда ему нуж­ны день­ги на оче­ред­ную пор­цию нар­ко­ти­ка, тай­ком или явно кра­дет все, что попа­дет под руку, и куда он при­но­сит горе, стра­да­ние, даже смерть.

Как бы то ни было, нар­ко­ма­ны отли­ча­ют­ся от всех нас гораз­до мень­ше, чем нам может казать­ся. Мы будем подроб­нее гово­рить об этом в сле­ду­ю­щих гла­вах, где речь пой­дет о раз­ном пони­ма­нии тер­ми­на «нар­ко­ма­ния», о зави­си­мо­сти вооб­ще и о духов­ной при­ро­де любой зависимости.

***

А сей­час рас­ска­жем вкрат­це, какие виды нар­ко­ти­ков наи­бо­лее часто упо­треб­ля­ют­ся нар­ко­ма­на­ми и по каким при­зна­кам мож­но опре­де­лить, что чело­век нахо­дит­ся под дей­стви­ем нар­ко­ти­ка или в состо­я­нии абсти­нен­ции, то есть отры­ва от это­го наркотика.

Пере­чис­ле­ние этих веществ не пре­тен­ду­ет на назва­ние «клас­си­фи­ка­ция» и лише­но стро­гой после­до­ва­тель­но­сти (веще­ства выде­ле­ны по раз­лич­ным при­зна­кам). Тем не менее, такое под­раз­де­ле­ние доволь­но широ­ко рас­про­стра­не­но в миро­вой аддик­то­ло­ги­че­ской прак­ти­ке и вполне доста­точ­но для наших целей — позна­ко­мить чита­те­ля с осо­бен­но­стя­ми раз­ных видов наркомании.

  1. ОПИАТЫ. К ним отно­сят­ся пре­па­ра­ты мака (на слен­ге — «ком­пот», «молоч­ко», «маки­ва­ра», «солом­ка» и про­чие), при­род­ные алка­ло­и­ды мор­фин и коде­ин, полу­син­те­ти­че­ское про­из­вод­ное мор­фи­на — геро­ин, а так­же син­те­ти­че­ские веще­ства, содер­жа­щие про­из­вод­ные опи­ума, напри­мер, мета­дон и дру­гие похо­жие препараты.

В 60‑е годы про­шло­го века на Запа­де, а сей­час — у нас в Рос­сии осо­бую опас­ность пред­став­ля­ет очень силь­ный нар­ко­тик опи­ат­ной груп­пы — геро­ин. Геро­ин часто про­да­ет­ся в шари­ках из цел­ло­фа­на или в так назы­ва­е­мых «чеках» — кусоч­ках фоль­ги от жва­чек и сигарет.

При­зна­ки упо­треб­ле­ния: уме­рен­ные дозы опи­а­тов вызы­ва­ют рас­слаб­лен­ность, лег­кую эйфо­рию, сни­же­ние боле­вой чув­стви­тель­но­сти, замед­лен­ность дви­же­ний, вялость, инерт­ность. Харак­тер­ный при­знак — ТОЧЕЧНЫЕ ЗРАЧКИ (очень силь­но сужен­ные). Могут обра­щать на себя вни­ма­ние влаж­ные гла­за, непре­рыв­ные выде­ле­ния из носа, посто­ян­ная жаж­да (при отсут­ствии голо­да). Конеч­но же, вер­ным при­зна­ком, что ребе­нок упо­треб­ля­ет нар­ко­тик, явля­ет­ся нали­чие игл, шпри­цев, сле­дов от уко­лов (при систе­ма­ти­че­ском упо­треб­ле­нии — часто в виде «доро­жек» на лок­те­вых сги­бах, хотя колоть­ся нар­ко­ма­ны могут не толь­ко в руки, но прак­ти­че­ски в любые места тела). При боль­ших дозах замет­ны выра­жен­ная эйфо­рия, дыха­ние замед­ля­ет­ся, часты посто­ян­ные «задре­мы­ва­ния». При регу­ляр­ном упо­треб­ле­нии чело­век силь­но худеет.

При опи­ат­ной абсти­нен­ции (то есть при отры­ве от нар­ко­ти­ков опи­ат­ной груп­пы): зрач­ки рас­ши­ре­ны, дыха­ние и серд­це­би­е­ние уча­щен­ные, силь­ная пот­ли­вость, насморк, дав­ле­ние повы­ше­но, посто­ян­ная зево­та, неред­ко могут быть брюш­ные коли­ки, боли в теле и суста­вах, понос, тош­но­та и рвота.

  1. ПСИХОСТИМУЛЯТОРЫ. К сти­му­ля­то­рам отно­сят­ся такие веще­ства, как кока­ин (и его чрез­вы­чай­но опас­ное про­из­вод­ное — крэк), а так­же эфед­рин и его про­из­вод­ные — эфед­рон и перви­тин (на нар­ко­ман­ском слен­ге они часто назы­ва­ют­ся «джеф», «мар­це­фаль», «белое», «Федор», «винт»). К сти­му­ля­то­рам так­же отно­сят­ся: амфе­та­мин (рос­сий­ский ана­лог — фена­мин), в част­но­сти, полу­син­те­ти­че­ское соеди­не­ние амфе­та­ми­но­во­го ряда экс­та­зи; неко­то­рые анти­де­прес­сан­ты; сред­ства для сни­же­ния аппе­ти­та (сред­ства для поху­да­ния); кофе­ин, тео­фил­лин и дру­гие про­из­вод­ные ксан­ти­на, нико­тин. Все эти веще­ства вызы­ва­ют акти­ви­за­цию дея­тель­но­сти нерв­ной систе­мы, при­во­дя­щую к сверх­чув­стви­тель­но­сти и сверхвозбудимости.

При­зна­ки упо­треб­ле­ния: уме­рен­ные дозы пси­хо­сти­му­ля­то­ров вызы­ва­ют крат­кий пери­од силь­ной эйфо­рии, повы­ше­ние дав­ле­ния и часто­ты пуль­са, бес­по­кой­ство и непо­сед­ли­вость («топ­та­ние»), рез­кое уси­ле­ние сек­су­аль­но­го вле­че­ния. Вслед за пери­о­дом при­ят­но­го само­чув­ствия насту­па­ет депрес­сия. У пер­ви— тино­вых нар­ко­ма­нов часто мож­но обна­ру­жить шпри­цы, иглы, бан­ки с раз­лич­ны­ми реак­ти­ва­ми и посу­ду для «вар­ки» нар­ко­ти­ка. У нар­ко­ма­нов, упо­треб­ля­ю­щих кока­ин, — стек­лян­ные пузырь­ки, стек­лян­ные тру­боч­ки, зер­каль­ца, метал­ли­че­ские пла­стин­ки, брит­вен­ные лез­вия. При боль­ших дозах и дли­тель­ном зло­упо­треб­ле­нии сти­му­ля­то­ра­ми отме­ча­ют­ся: рас­ши­ре­ние зрач­ков, смеш­ное, неле­пое, стран­ное пове­де­ние, силь­ное уча­ще­ние пуль­са и дыха­ния, повы­ше­ние тем­пе­ра­ту­ры, поблед­не­ние кожи, зна­чи­тель­ное исху­да­ние (силь­ная поте­ря веса). При пере­до­зи­ров­ках воз­ни­ка­ют неско­ор­ди­ни­ро­ван­ность дви­же­ний, тре­мор («дро­жа­ние»), мышеч­ные спаз­мы, силь­ная тре­во­га, ино­гда пере­хо­дя­щая в дели­рий, и галлюцинации.

При абсти­нен­ции: силь­ная сон­ли­вость, повы­шен­ный аппе­тит, рез­кая воз­бу­ди­мость, депрессия.

  1. КАННАБИНОИДЫ (ПРОИЗВОДНЫЕКОНОПЛИ): гашиш, мари­ху­а­на (ана­ша, «план», «трав­ка», «дурь»). Этот нар­ко­тик про­да­ет­ся в спи­чеч­ных короб­ках или бумаж­ных паке­ти­ках. Раз­ные его фор­мы курят или жуют. Нар­ко­ти­че­ский эффект длит­ся 2–3 часа, реже — до 6 часов.

При­зна­ки упо­треб­ле­ния: покрас­нев­шие, «пья­ные» гла­за, силь­ная жаж­да, неуем­ный голод, воз­буж­де­ние, вспыш­ки исте­ри­че­ско­го весе­лья, смеха.

Абсти­нен­ции прак­ти­че­ски нет, но актив­ное нар­ко­ти­че­ское веще­ство — тет— рагид­ро­кан­на­би­ол — накап­ли­ва­ет­ся в жиро­вой тка­ни, в том чис­ле, в тка­ни сосу­дов моз­га, и посте­пен­но вызы­ва­ет раз­лич­ные устой­чи­вые изме­не­ния в пове­де­нии наркомана.

  1. ДЕПРЕССАНТЫ. Это лекар­ствен­ные пре­па­ра­ты, про­да­ю­щи­е­ся в апте­ках. Нар­ко­ма­ны часто упо­треб­ля­ют их в сверх­вы­со­ких дозах, «съе­дая» целы­ми упа­ков­ка­ми. Одна­ко даже «уме­рен­ное» упо­треб­ле­ние этих веществ зача­стую явля­ет­ся про­яв­ле­ни­ем зави­си­мо­сти от них («лекар­ствен­ная нар­ко­ма­ния», «зави­си­мость от назна­чен­ных вра­чом лекарств»), кото­рая в запад­ных стра­нах дав­но при­рав­не­на к «обыч­ной» нар­ко­ма­нии и тре­бу­ет столь же при­сталь­но­го вни­ма­ния и тако­го же лече­ния. К этим веще­ствам отно­сят­ся бар­би­ту­ра­ты (фено­бар­би­тал— люми­нал, бар­ба­мил, нем­бу­тал, пар­ко­пан), тран­кви­ли­за­то­ры, а так­же бен­зо­диа— зепи­но­вые пре­па­ра­ты: седук­сен-рела­ни­ум-вали­ум, эле­ни­ум-либ­ри­ум, нит­ро— зепам-раде­дорм-эунок­тин, диазе­пам, тазе­пам и дру­гие). Эти веще­ства дей­ству­ют по-раз­но­му, к обще­му для всех них воз­дей­ствию мож­но отне­сти подав­ле­ние актив­но­сти нерв­ной систе­мы, сни­же­ние уров­ня бодр­ство­ва­ния, угне­те­ние дыха­тель­ной дея­тель­но­сти. Эту фор­му нар­ко­ма­нии, как и вды­ха­ние инга­лян­тов, ино­гда назы­ва­ют токсикоманией.

При­зна­ки упо­треб­ле­ния: повы­шен­ная сон­ли­вость, слиш­ком про­дол­жи­тель­ные пери­о­ды сна, ухуд­ше­ние коор­ди­на­ции (чело­век дви­га­ет­ся, как пья­ный, поша­ты­ва­ет­ся при ходь­бе), эмо­ци­о­наль­ная рас­тор­мо­жен­ность, раз­дво­е­ние взо­ра, сма­зан­ная, нечет­кая речь, сужен­ные зрач­ки (при упо­треб­ле­нии сно­твор­ных — расширенные).

При абсти­нен­ции: уча­щен­ное серд­це­би­е­ние, повы­шен­ное кро­вя­ное дав­ле­ние, повы­шен­ное пото­от­де­ле­ние, бес­сон­ни­ца, неусид­чи­вость, тош­но­та, рво­та, тре­мор. Могут воз­ни­кать зри­тель­ные, слу­хо­вые или ося­за­тель­ные гал­лю­ци­на­ции, судо­ро­ги, эпи­леп­ти­че­ские при­пад­ки. Неред­ки при­зна­ки серьез­ных рас­стройств пси­хи­ки: спу­тан­ность созна­ния, дез­ори­ен­та­ция в про­стран­стве, месте и вре­ме­ни, нару­ше­ния рас­суд­ка и памяти.

  1. ГАЛЛЮЦИНОГЕНЫ Это осо­бые веще­ства, спо­соб­ные даже в малых дозах изме­нять созна­ние и вызы­вать гал­лю­ци­на­ции. Гал­лю­ци­но­ге­ны извест­ны с дав­них вре­мен. Индей­цы Южной Аме­ри­ки счи­та­ли как­тус пей­отль «боже­ствен­ным рас­те­ни­ем», его исполь­зо­ва­ли шама­ны. Ацте­ки исполь­зо­ва­ли дру­гое рас­те­ние — гриб пси­ло­ци­бе («боже­ствен­ный гриб»). В 1943 году в лабо­ра­то­рии швей­цар­ской фар­ма­цев­ти­че­ской фир­мы было полу­че­но син­те­ти­че­ское веще­ство — про­из­вод­ное лизер­ги­но­вой кис­ло­ты ЛСД, кото­рое дей­ство­ва­ло во мно­го крат силь­нее, чем веще­ства, содер­жав­ши­е­ся в рас­те­ни­ях. Счи­та­ет­ся, что ЛСД не вызы­ва­ет выра­жен­ной физи­че­ской зави­си­мо­сти, но пси­хо­ло­ги­че­ское при­вы­ка­ние к нему крайне силь­ное. В Рос­сии ЛСД отно­сит­ся к запре­щен­ным нар­ко­ти­кам, хотя в послед­ние годы все шире рас­про­стра­не­на и все более доступ­на (про­да­ет­ся тор­гов­ца­ми в виде про­пи­тан­ных ЛСД квад­ра­ти­ков из тон­ко­го цвет­но­го кар­то­на — «марок»). Часто в каче­стве гал­лю­ци­но­ге­нов нар­ко­ма­на­ми исполь­зу­ют­ся дру­гие легаль­но или почти легаль­но при­об­ре­та­е­мые лекар­ства: пре­па­ра­ты, содер­жа­щие атро­пин либо дру­гие пси­хо­ак­тив­ные веще­ства. Попу­ляр­ны так­же сред­ства для меди­цин­ско­го нар­ко­за (кета­мин, кал­лип­сол). Кета­мин колют, а так­же выпа­ри­ва­ют и нюха­ют. Еще одно назва­ние гал­лю­ци­но­ге­нов — пси­хо­де­ли­че­ские сред­ства, пси­хо­де­ли­ки. Имен­но под этим наиме­но­ва­ни­ем они нача­ли широ­ко рас­про­стра­нять­ся в 60‑х годах XX века в свя­зи с раз­ви­ти­ем дви­же­ния «хип­пи». Сфор­ми­ро­ва­лась целая суб­куль­ту­ра: сочи­ня­лась «пси­хо­де­ли­че­ская» или «кис­лот­ная» музы­ка, раз­ви­ва­лось «пси­хо­де­ли­че­ское» искусство.

При­зна­ки упо­треб­ле­ния: болт­ли­вость, необыч­ная весе­лость, силь­но рас­ши­рен­ные зрач­ки, покрас­не­ние лица и глаз, сухость сли­зи­стой губ, рта и носа, повы­шен­ный аппе­тит, уча­щен­ный пульс. У людей, упо­треб­ля­ю­щих пси­хо­де­ли­че­ские сред­ства, гал­лю­ци­на­ции могут воз­ни­кать в после­ду­ю­щие дни и без допол­ни­тель­но­го при­е­ма этих веществ.

Абсти­нен­ция выра­же­на нерез­ко. При эпи­зо­ди­че­ском и уме­рен­ном упо­треб­ле­нии может вооб­ще отсут­ство­вать, при зло­упо­треб­ле­нии про­яв­ля­ет­ся в повы­ше­нии дав­ле­ния и уча­ще­нии пуль­са, раз­дра­жи­тель­но­сти, нару­ше­ни­ях сна, под— таш­ни­ва­нии, сни­же­нии аппетита.

  1. ИНГАЛЯНТЫ. Пер­вые сооб­ще­ния об исполь­зо­ва­нии в каче­стве нар­ко­ти­ка лету­чих силь­но пах­ну­щих веществ (бен­зи­на, аце­то­на, раз­лич­ных аэро­зо­лей и син­те­ти­че­ских кле­ев типа клея «Момент») появи­лись в 60‑е годы про­шло­го века. Прав­да, еще в XIX веке была извест­на «эфи­ро­ма­ния» — при­стра­стие ко вды­ха­нию паров эфи­ра. Но мас­со­вые мас­шта­бы этот вид нар­ко­ма­нии (его еще назы­ва­ют ток­си­ко­ма­ни­ей) при­об­рел лишь в наше вре­мя — сна­ча­ла в США, потом в Евро­пе, затем и у нас. Зло­упо­треб­ле­ние эти­ми веще­ства­ми встре­ча­ет­ся в основ­ном у детей и под­рост­ков, начи­ная с очень ран­не­го воз­рас­та — 6–7 лет. Часто при­во­дит к раз­ви­тию орга­ни­че­ских пора­же­ний моз­га — энце­фа­ло­па­тии. Неред­ки и слу­чаи гибе­ли детей, кото­рые, вды­хая пары внут­ри поли­эти­ле­но­во­го паке­та, теря­ли созна­ние и зады­ха­лись насмерть.

При­зна­ки упо­треб­ле­ния: тош­но­та, рво­та, голов­ные боли, сни­же­ние коор­ди­на­ции и кон­тро­ля, запах лету­чих веществ изо рта и от одежды.

  1. В при­ве­ден­ную клас­си­фи­ка­цию не очень хоро­шо впи­сы­ва­ют­ся веще­ства, нахо­дя­щие все более широ­кое рас­про­стра­не­ние по все­му миру, в том чис­ле, и у нас в Рос­сии. Это так назы­ва­е­мые НОВЫЕ НАРКОТИКИ. Мно­гие из них могут быть отне­се­ны к пси­хо­сти­му­ля­то­рам, неко­то­рые — к гал­лю­ци­но­ге­нам, а какие-то сопо­ста­ви­мы по дей­ствию с кан­на­би­но­и­да­ми. Есть сре­ди них и такие, что соче­та­ют в себе раз­но­фак­тор­ное дей­ствие. Боль­шин­ство этих веществ крайне агрес­сив­ны и очень быст­ро при­во­дят потре­би­те­лей к глу­бо­кой инва­лид­но­сти, физи­че­ски раз­ру­шая мозг и дру­гие органы.

Ассор­ти­мент новых нар­ко­ти­ков рас­ши­ря­ет­ся, и неко­то­рые содер­жа­щие их пре­па­ра­ты, еще не попав­шие в запре­щен­ные спис­ки, про­да­ют­ся под видом лекар­ствен­ных. Широ­кое рас­про­стра­не­ние полу­чи­ли так назы­ва­е­мые «дизай­нер­ские» нар­ко­ти­ки, фор­му­ла кото­рых меня­ет­ся, что­бы избе­жать их выяв­ле­ния раз­ра­бо­тан­ны­ми мето­да­ми. Сей­час мож­но гово­рить уже о четы­рех поко­ле­ни­ях «дизай­нер­ских» нар­ко­ти­ков, кото­рые доступ­ны в Рос­сии. Осо­бую опас­ность пред­став­ля­ет сов­мест­ное упо­треб­ле­ние новых нар­ко­ти­че­ских веществ с «тра­ди­ци­он­ны­ми» нар­ко­ти­ка­ми, а так­же с алкоголем.

Очень широ­кое рас­про­стра­не­ние полу­ча­ют так назы­ва­е­мые «соли» — раз­лич­ные пре­па­ра­ты мефед­ро­на (мети­ло­на) — син­те­ти­че­ско­го ана­ло­га таких извест­ных нар­ко­ти­че­ских суб­стан­ций, как амфе­та­мин и метам­фе­та­мин. Впер­вые его син­те­зи­ро­ва­ли в 2007 году. Впо­след­ствии легаль­ное про­из­вод­ство это­го пре­па­ра­та было запре­ще­но, но он очень быст­ро заво­е­вал попу­ляр­ность сре­ди нар­ко­по­тре­би­те­лей раз­лич­ных сло­ев обще­ства, осо­бен­но сре­ди под­рост­ков и пред­ста­ви­те­лей клуб­ной куль­ту­ры. Мефед­рон неле­галь­но изго­тав­ли­ва­ет­ся в виде кап­сул, таб­ле­ток, порош­ка и при­ни­ма­ет­ся любым из доступ­ных спо­со­бов: перо­раль­но (через рот), инъ­ек­ци— онно, назаль­но (через нос), воз­мо­жен при­ем и через дру­гие сли­зи­стые. После упо­треб­ле­ния ощу­ща­ет­ся эйфо­рия, энер­гич­ность, при­под­ня­тость, крат­ко­вре­мен­ный взлет настро­е­ния, обостре­ние всех чувств, но эффект очень быст­ро про­хо­дит, вызы­вая настой­чи­вое жела­ние немед­лен­но повто­рить прием.

Послед­ствия упо­треб­ле­ния этих «без­обид­ных солей для ванн» (под видом кото­рых часто пред­ла­га­ет­ся мефед­рон): уча­щен­ный пульс, неред­ко сопро­вож­да­ю­щий­ся силь­ной пани­че­ской реак­ци­ей; судо­ро­ги, мышеч­ные спаз­мы; голо­во­кру­же­ние; суже­ние про­све­та кро­ве­нос­ных сосу­дов, гипер­то­ни­че­ские кри­зы, инфарк­ты мио­кар­да; пора­же­ние сли­зи­стой обо­лоч­ки в местах кон­так­та с веще­ством; сек­су­аль­ная дис­функ­ция (про­бле­мы с эрек­ци­ей и эяку­ля­ци­ей), у жен­щин — нару­ше­ние мен­стру­аль­но­го цик­ла; раз­ви­тие бес­пло­дия; обез­во­жи­ва­ние и исто­ще­ние орга­низ­ма; бес­сон­ни­ца, ухуд­ше­ние крат­ко­вре­мен­ной памя­ти, отми­ра­ние кле­ток голов­но­го моз­га. Вслед­ствие пере­на­пря­же­ния пси­хи­ки и исто­ще­ния орга­низ­ма во вре­мя «мара­фо­нов» — пери­о­дов бес­пре­рыв­но­го упо­треб­ле­ния — появ­ля­ют­ся очень опас­ные послед­ствия: дез­ори­ен­та­ция в про­стран­стве; ощу­ще­ние, что вокруг все пред­ме­ты дви­га­ют­ся; гал­лю­ци­на­ции — зри­мые и слы­ши­мые, «эффект при­сут­ствия»; поте­ря реаль­но­сти; тяже­лей­шие пси­хо­зы и пара­но­и­даль­ные реак­ции (когда кажет­ся, что повсю­ду жуч­ки, поли­ция, каме­ры сле­же­ния, снай­пе­ры, аген­ты, сотруд­ни­ки «миро­во­го пра­ви­тель­ства» и про­чее). Опи­сан­ные выше состо­я­ния и ощу­ще­ния очень часто сопро­вож­да­ют­ся «безум­ны­ми» или некон­тро­ли­ру­е­мы­ми поступ­ка­ми (напри­мер, раз­бор­ка быто­вой тех­ни­ки, мебе­ли, заби­ва­ние окон и две­рей, дежур­ство у двер­но­го глаз­ка сут­ка­ми напро­лет и так далее). Харак­тер­на так­же ауто­агрес­сия — попыт­ки нане­сти себе раз­лич­ные уве­чья, пуб­лич­ные обна­же­ния и тому подоб­ное. Из-за гал­лю­ци­на­ций чело­век про­сто «не веда­ет, что тво­рит» — он может вый­ти на ходу из маши­ны, выско­чить в окно по при­чине иллю­зор­но­го, почу­див­ше­го­ся ему преследования.

Дру­гой вид «новых нар­ко­ти­ков» — «спай­сы» (кури­тель­ные сме­си), постав­ля­е­мые в про­да­жу в виде трав, про­пи­тан­ных хими­че­ским веще­ством. Они ока­зы­ва­ют силь­ное пси­хо­ак­тив­ное дей­ствие. Про­да­жа этих сме­сей осу­ществ­ля­лась под видом бла­го­во­ний, пре­иму­ще­ствен­но через интер­нет-мага­зи­ны. По заяв­ле­ни­ям про­из­во­ди­те­лей, в состав тра­вя­ных сме­сей вхо­дят ком­по­нен­ты рас­те­ний, содер­жа­щие био­ло­ги­че­ски актив­ные веще­ства с опре­де­лен­ны­ми пси­хо­ак­тив­ны­ми свой­ства­ми. Одна­ко в 2009 году было уста­нов­ле­но, что дей­ству­ю­щий ком­по­нент «спай­сов» — ника­кие не веще­ства рас­ти­тель­но­го про­ис­хож­де­ния, а син­те­ти­че­ские ана­ло­ги тет­ра— гид­ро­кан­на­би­но­ла (ТГК), основ­но­го дей­ству­ю­ще­го веще­ства мари­ху­а­ны. (В пере­во­де с англий­ско­го «спайс» — спе­ция, пря­ность, при­пра­ва. Это белый поро­шок, кото­рый в кустар­ных усло­ви­ях нано­сит­ся прак­ти­че­ски на любую суб­стан­цию, в основ­ном на рас­ти­тель­ное сырье.) В насто­я­щее вре­мя кури­тель­ные сме­си запре­ще­ны в боль­шин­стве стран мира, в том чис­ле, и у нас.

Иссле­до­ва­ния пока­за­ли, что син­те­ти­че­ские ана­ло­ги ТГК намно­го силь­нее того, что может пред­ло­жить нам при­ро­да даже при целе­на­прав­лен­ной селек­ци­он­ной рабо­те. Содер­жа­ние ТГК в «спай­сах» в пять раз пре­вы­ша­ет тако­вое в самом высо­ком сор­те мари­ху­а­ны. Дей­ствие «спай­сов» может длить­ся от пяти минут до несколь­ких часов. Они вызы­ва­ют очень быст­рое при­вы­ка­ние, так что попасть в зави­си­мость мож­но уже после пер­во­го упо­треб­ле­ния. Стре­ми­тель­ное рас­про­стра­не­ние это­го нар­ко­ти­ка было обу­слов­ле­но его доступ­но­стью, срав­ни­тель­но низ­кой ценой, силой воз­дей­ствия и слож­но­стью обна­ру­же­ния в орга­низ­ме, а так­же из-за лож­но­го пред­став­ле­ния сре­ди потре­би­те­лей о том, что «тра­ва не нар­ко­тик», «луч­ше кур­нуть, чем пить вод­ку»… Зача­стую потре­би­те­ля­ми явля­ет­ся моло­дежь 15–16— лет­не­го воз­рас­та и старше.

Упо­треб­ле­ние син­те­ти­че­ских нар­ко­ти­ков очень опас­но, так как они пора­жа­ют преж­де все­го пси­хи­ку, хотя и физи­че­ско­го вре­да нано­сят более чем доста­точ­но. Могут так­же насту­пить необ­ра­ти­мые послед­ствия — слож­ные пси­хи­че­ские рас­строй­ства. В послед­нее вре­мя «спай­сы» нача­ли упо­треб­лять и те, кто рань­ше кури­ли «тра­ву» и ищут ей замену.

Важ­но пом­нить: «спайс» — это тяже­лый нар­ко­тик, и послед­ствия от его воз­дей­ствия соот­вет­ству­ю­щие. Очень рас­про­стра­не­ны пере­до­зи­ров­ки «спай­са­ми», посколь­ку слож­но опре­де­лить кон­цен­тра­цию дей­ству­ю­ще­го веще­ства. Осо­бая опас­ность пере­до­зи­ро­вок и силь­ной инток­си­ка­ции заклю­ча­ет­ся в раз­ви­тии ост­рых пси­хо­зов, кото­рые не про­хо­дят даже после того, как дей­ствие веще­ства на орга­низм закан­чи­ва­ет­ся. Такие «люби­те­ли лег­ких нар­ко­ти­ков» очень часто ста­но­вят­ся кли­ен­та­ми пси­хи­ат­ри­че­ских боль­ниц, но и там не все­гда могут им помочь.

Итак, Вы позна­ко­ми­лись с при­зна­ка­ми раз­ных форм нар­ко­ма­нии. Что делать, если Вы заме­ча­е­те эти при­зна­ки у сво­е­го ребен­ка, род­ствен­ни­ка, дру­га, про­сто зна­ко­мо­го? Что это зна­чит? Куда обра­тить­ся за помо­щью? Где най­ти выход? Обо всем этом пой­дет речь в сле­ду­ю­щих гла­вах книги.

ГЛАВА 2. НАРКОМАНИЯ — ЭТО БОЛЕЗНЬ

Что­бы най­ти выход, очень важ­но понять: НАРКОМАНИЯ — ЭТО БОЛЕЗНЬ. Спе­ци­а­ли­стам, рабо­та­ю­щим в сфе­ре нар­ко­ло­гии, это извест­но дав­но и при­зна­ет­ся ими без­ого­во­роч­но. Болезнь под назва­ни­ем «нар­ко­ма­ния» вклю­че­на в меди­цин­ские спра­воч­ни­ки и ката­ло­ги наря­ду с любы­ми дру­ги­ми забо­ле­ва­ни­я­ми. Такое пони­ма­ние нар­ко­ма­нии суще­ству­ет по мень­шей мере с XIX века, хотя в обы­ден­ном созна­нии все еще проч­но засел сте­рео­тип: если чело­век упо­треб­ля­ет нар­ко­ти­ки, то един­ствен­ная при­чи­на тому — его «непу­те­вость», без­от­вет­ствен­ность или вооб­ще пороч­ность и склон­ность к пре­ступ­но­му обра­зу жиз­ни. О том, что такое пове­де­ние зача­стую может быть про­яв­ле­ни­ем БОЛЕЗНИ, неред­ко забывается.

Спе­ци­а­ли­сты счи­та­ют нар­ко­ма­нию забо­ле­ва­ни­ем, отно­ся­щим­ся к груп­пе так назы­ва­е­мых аддик­тив­ных болез­ней, или болез­ней зави­си­мо­сти. Посколь­ку зави­си­мость у нар­ко­ма­на про­яв­ля­ет­ся от хими­че­ских веществ — нар­ко­ти­ков, — то нар­ко­ма­нию (наря­ду с неко­то­ры­ми дру­ги­ми вида­ми зави­си­мо­сти, напри­мер, алко­го­лиз­мом) еще назы­ва­ют «хими­че­ской зави­си­мо­стью». Этот тер­мин не надо путать с фор­ма­ми зави­си­мо­сти, выде­ля­е­мы­ми уже внут­ри поня­тия «нар­ко­ма­ния», а имен­но — пси­хи­че­ской зави­си­мо­стью от нар­ко­ти­ков, кото­рая свой­ствен­на всем видам нар­ко­ма­нии, а так­же физи­че­ской зави­си­мо­стью, кото­рая может быть выра­жен­ной или неяв­ной, а в неко­то­рых слу­ча­ях даже прак­ти­че­ски отсут­ство­вать. Пого­во­рим об этих фор­мах зави­си­мо­сти подробнее.

Физи­че­ская зави­си­мость — это физио­ло­ги­че­ская потреб­ность орга­низ­ма в оче­ред­ной дозе нар­ко­ти­че­ско­го веще­ства. Если это веще­ство пере­ста­ет посту­пать в орга­низм, чело­век пере­жи­ва­ет тяже­лей­шее состо­я­ние, кото­рое на меди­цин­ском язы­ке назы­ва­ет­ся абсти­нент­ным син­дро­мом, а нар­ко­ма­на­ми зовет­ся «лом­кой». При физи­че­ской зави­си­мо­сти и потреб­ность в нар­ко­ти­ке, и «лом­ка» в его отсут­ствие никак не зави­сят от воли чело­ве­ка, от черт его харак­те­ра или свойств его лич­но­сти — точ­но так же, как, напри­мер, кашель боль­но­го тубер­ку­ле­зом не зави­сит от его жела­ния. Поче­му так полу­ча­ет­ся? Что­бы объ­яс­нить это, совер­шим неболь­шой экс­курс в меха­низ­мы функ­ци­о­ни­ро­ва­ния орга­низ­ма человека.

Живой орга­низм, в том чис­ле — орга­низм чело­ве­ка, пред­став­ля­ет собой слож­ную систе­му, рабо­та­ю­щую как еди­ное целое. Эта систе­ма обра­зо­ва­на мно­ги­ми вза­и­мо­дей­ству­ю­щи­ми уров­ня­ми: клет­ки в сово­куп­но­сти обра­зу­ют тка­ни, из тка­ней сфор­ми­ро­ва­ны орга­ны, кото­рые явля­ют­ся частя­ми орга­низ­ма. А вза­и­мо­связь и вза­и­мо­дей­ствие всех уров­ней и эле­мен­тов этой слож­ней­шей систе­мы осу­ществ­ля­ет­ся с помо­щью НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ. Имен­но нерв­ная систе­ма и ее выс­ший отдел — голов­ной мозг — управ­ля­ет все­ми про­яв­ле­ни­я­ми чело­ве­че­ской личности.

Устрой­ство нерв­ной систе­мы крайне слож­но. Состо­ит она из нерв­ных кле­ток (ней­ро­нов), отрост­ки кото­рых обра­зу­ют нер­вы (нерв­ные ство­лы), свя­зы­ва­ю­щие все систе­мы и эле­мен­ты орга­низ­ма в еди­ное целое. В нерв­ной систе­ме чело­ве­ка более 10 мил­ли­ар­дов ней­ро­нов, при­чем боль­ше поло­ви­ны из них нахо­дит­ся в голов­ном и спин­ном моз­ге, то есть в ЦНС — цен­траль­ной нерв­ной систе­ме. Меж­ду собой ней­ро­ны соеди­ня­ют­ся через так назы­ва­е­мые синап­сы. Через синап­сы нер­вы соеди­ня­ют­ся и с мыш­ца­ми орга­низ­ма. Пере­да­ча импуль­са в синап­се осу­ществ­ля­ет­ся с помо­щью осо­бых веществ, кото­рые выра­ба­ты­ва­ют­ся синап­ти­че— ски­ми окон­ча­ни­я­ми и выпус­ка­ют­ся в синап­ти­че­скую щель, — ней­ро­ме­ди­а­то­ров или ней­ро­транс­мит­те­ров. Суще­ству­ет мно­же­ство раз­лич­ных видов этих веществ. Один из них име­ет осо­бен­но важ­ное зна­че­ние для пони­ма­ния меха­низ­мов зави­си­мо­сти — это эндор­фи­ны. Они были откры­ты срав­ни­тель­но недав­но, око­ло полу­ве­ка назад, Ган­сом Костер­ли­цем из Абер­дин­ско­го уни­вер­си­те­та в Шот­лан­дии. Ока­за­лось, что по дей­ствию эндор­фи­ны очень схо­жи с про­из­вод­ны­ми нар­ко­ти­че­ско­го веще­ства — мор­фия. Напри­мер, они тоже име­ют обез­бо­ли­ва­ю­щий эффект (соб­ствен­но, назва­ние эндор­фи­ны и обо­зна­ча­ет: мор­фи­ны, выра­ба­ты­ва­е­мые внут­ри орга­низ­ма). Опре­де­лен­ный уро­вень эндор­фи­нов необ­хо­дим для нор­маль­ной рабо­ты нерв­ной систе­мы, а зна­чит, и для нор­маль­но­го эмо­ци­о­наль­но­го само­чув­ствия чело­ве­ка. При их нехват­ке настро­е­ние и актив­ность сни­же­ны, чело­век чув­ству­ет себя неком­форт­но, бес­по­кой­но. Нехват­ка эндор­фи­нов может воз­ни­кать в силу раз­ных при­чин. Так, син­тез эндор­фи­нов может нару­шать­ся при раз­лич­ных забо­ле­ва­ни­ях. У чело­ве­ка с хими­че­ской зави­си­мо­стью (напри­мер, нар­ко­ма­ни­ей или алко­го­лиз­мом) уро­вень эндор­фи­нов низ­кий от рож­де­ния. И зача­стую такой чело­век впер­вые ощу­ща­ет себя «в нор­ме», лишь попро­бо­вав алко­голь или нар­ко­тик, пото­му что любое из нар­ко­ти­че­ских веществ пря­мо или кос­вен­но «нор­ма­ли­зу­ет» уро­вень эндор­фи­нов. Если его духов­ный и душев­ный строй при­ни­ма­ет этот спо­соб «нор­ма­ли­за­ции» жиз­ни, то очень ско­ро мы видим перед собой алко­го­ли­ка или нар­ко­ма­на. Для людей с хими­че­ской зави­си­мо­стью свой­ствен­ны и дру­гие врож­ден­ные осо­бен­но­сти обме­на веществ. Их мож­но обна­ру­жить — прав­да, необ­хо­ди­мые для это­го иссле­до­ва­ния и ана­ли­зы очень слож­ны и доро­го­сто­я­щи, а пото­му мало­до­ступ­ны. Но, к сожа­ле­нию, меди­ци­на пока не зна­ет, как испра­вить такие врож­ден­ные осо­бен­но­сти обме­на веществ. Ины­ми сло­ва­ми, мы не можем устра­нить био­ло­ги­че­ские фак­то­ры, вызвав­шие зави­си­мость. А это зна­чит, что НАРКОМАНИЯ, АЛКОГОЛИЗМ И ДРУГИЕ ФОРМЫ ХИМИЧЕСКОЙ ЗАВИСИМОСТИ ЗАБОЛЕВАНИЯ НА СЕГОДНЯ НЕИЗЛЕЧИМЫ.

Впро­чем, с помо­щью опре­де­лен­ных меди­цин­ских мер воз­мож­но несколь­ко облег­чить стра­да­ния чело­ве­ка в этом зача­стую дей­стви­тель­но тяже­лом состо­я­нии. Беда, одна­ко, в том, что неред­ко и сами­ми нар­ко­ма­на­ми, и их род­ствен­ни­ка­ми, а ино­гда — даже и «спе­ци­а­ли­ста­ми» такое вре­мен­ное облег­че­ние при­ни­ма­ет­ся за лече­ние. За это лече­ние пла­тят огром­ные день­ги, на него воз­ла­га­ют колос­саль­ные надеж­ды — но, увы, все ока­зы­ва­ет­ся тщет­ным. Ком­форт­но пере­жив «лом­ку», нар­ко­ман очень ско­ро вновь воз­вра­ща­ет­ся к прежнему.

Как пра­ви­ло, это про­ис­хо­дит пото­му, что кро­ме физи­че­ской у него сфор­ми­ро­ва­на и пси­хи­че­ская зави­си­мость от нар­ко­ти­ка, то есть уже пси­хо­ло­ги­че­ская, душев­ная потреб­ность в воз­вра­ще­нии к состо­я­нию нар­ко­ти­че­ско­го опья­не­ния. И это так­же про­яв­ле­ние болез­ни. Но оно — совсем не то же самое, что дур­ная при­выч­ка. Это очень важ­но иметь в виду! Пси­хи­че­ская зави­си­мость отнюдь не при­выч­ка. В отли­чие от про­сто дур­ной при­выч­ки пси­хи­че­скую зави­си­мость невоз­мож­но пре­одо­леть воле­вым уси­ли­ем — так же, как и про­яв­ле­ния физи­че­ской зави­си­мо­сти. Зави­си­мость отли­ча­ет­ся от при­выч­ки еще и тем, что у зави­си­мо­го чело­ве­ка появ­ля­ет­ся потреб­ность со вре­ме­нем уве­ли­чи­вать дозу нар­ко­ти­ка для дости­же­ния того же резуль­та­та (это назы­ва­ет­ся воз­рас­та­ни­ем толе­рант­но­сти), а без нар­ко­ти­ка он уже не может испы­ты­вать поло­жи­тель­ные эмо­ции. Пси­хи­че­скую зави­си­мость пре­одо­леть гораз­до труд­нее, чем спра­вить­ся с физи­че­ской «лом­кой», кото­рой, кста­ти, при мно­гих фор­мах нар­ко­ма­нии может и вовсе не быть.

***

Совре­мен­ной нау­ке хоро­шо извест­но, что нар­ко­ма­ния — забо­ле­ва­ние хро­ни­че­ское, про­грес­си­ру­ю­щее и — неиз­ле­чи­мое. Неиз­ле­чи­мым оно назва­но не толь­ко пото­му, что, как мы уже отме­ча­ли, на сего­дня меди­ци­на не зна­ет средств лик­ви­ди­ро­вать осо­бен­но­сти обме­на веществ в орга­низ­ме нар­ко­ма­на. Неиз­ле­чи­ма нар­ко­ма­ния и в том смыс­ле, что ника­кой чело­век не спо­со­бен цели­ком изба­вить­ся от всех сво­их про­блем: пси­хо­ло­ги­че­ских, телес­ных и духов­ных. А ведь имен­но эти про­бле­мы и явля­ют­ся при­чи­на­ми болез­ней, в том чис­ле — и нар­ко­ма­нии. Это хоро­шо зна­ют в сооб­ще­ствах «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны» (АН) или «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» (АА) (об этих сооб­ще­ствах речь пой­дет ниже): люди, уже мно­гие годы не упо­треб­ля­ю­щие алко­го­ля или нар­ко­ти­ков, тем не менее, назы­ва­ют себя нар­ко­ма­на­ми или алко­го­ли­ка­ми, часто при­бав­ляя при этом «выздо­рав­ли­ва­ю­щий». Кста­ти, такой чело­век намно­го эффек­тив­нее спо­со­бен помочь дру­го­му нар­ко­ма­ну или алко­го­ли­ку, чем тот, кто счи­та­ет себя «здо­ро­вым», попро­сту не видя или не желая видеть сво­их реаль­ных проблем.

Вот как опре­де­ля­ют свою болезнь сами нар­ко­ма­ны. При­ве­ду пере­вод несколь­ких отрыв­ков из кни­ги «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны» — кни­ги, в кото­рой изло­же­ны основ­ные прин­ци­пы, исполь­зу­е­мые этим дви­же­ни­ем в рабо­те над выздоровлением:

Кто такой нар­ко­ман? Боль­шин­ству из нас не надо дол­го заду­мы­вать­ся над отве­том на этот вопрос. МЫ ЗНАЕМ ОТВЕТ! Вся наша жизнь и мыс­ли кру­ти­лись вокруг нар­ко­ти­ков — достать, при­нять дозу, добыть сред­ства достать еще. Мы жили, что­бы упо­треб­лять нар­ко­ти­ки, и при­ни­ма­ли нар­ко­ти­ки, что­бы жить. Все очень про­сто: нар­ко­ман — это чело­век, жиз­нью кото­ро­го управ­ля­ют нар­ко­ти­ки. Мы — люди, нахо­дя­щи­е­ся в тис­ках хро­ни­че­ской и про­грес­си­ру­ю­щей болез­ни. И если эту болезнь не оста­но­вить, ее итог все­гда оди­на­ков: тюрь­ма, пси­хи­ат­ри­че­ская боль­ни­ца или смерть.

Мы — нар­ко­ма­ны, то есть люди, у кото­рых из-за упо­треб­ле­ния веществ, изме­ня­ю­щих наше созна­ние, вли­я­ю­щих на наше настро­е­ние, воз­ник­ли про­бле­мы во всех обла­стях жиз­ни. Нар­ко­ма­ния — это болезнь, кото­рая заклю­ча­ет­ся не толь­ко в упо­треб­ле­нии нар­ко­ти­ков. Мно­гие из нас счи­та­ют, что наша болезнь суще­ство­ва­ла задол­го до того, как мы впер­вые попро­бо­ва­ли нар­ко­тик. Но боль­шин­ство из нас не счи­та­ло себя нар­ко­ма­на­ми до при­хо­да в про­грам­му «Ано­ним­ных Нар­ко­ма­нов». Мы зна­ли о нашей болез­ни лишь от мало­све­ду­щих людей. И пока мы мог­ли хоть на какое-то вре­мя оста­нав­ли­вать­ся, не при­ни­мать нар­ко­ти­ки, — мы дума­ли, что с нами все в порядке.

И лишь в мину­ты отча­я­ния мы спра­ши­ва­ли себя: «Неуже­ли все это от нар­ко­ти­ков?» Мы не при­ни­ма­ли реше­ния стать нар­ко­ма­на­ми. Мы стра­да­ем от болез­ни, кото­рая име­ет анти­об­ще­ствен­ные про­яв­ле­ния и которую

труд­но заме­тить, рас­по­знать и выле­чить. Из-за нашей болез­ни мы пере­ста­ли общать­ся с людь­ми, кро­ме тех слу­ча­ев, когда мы добы­ва­ем нар­ко­ти­ки, упо­треб­ля­ем их и ищем спо­со­бы достать еще. Наша враж­деб­ность, оби­ды, эго­изм и себя­лю­бие отре­за­ли нас от осталь­но­го мира. Все хоть чуть— чуть незна­ко­мое каза­лось нам чужим и опас­ным. Наш мир рез­ко сузил­ся, а оди­но­че­ство ста­ло обра­зом жиз­ни. Мы при­ни­ма­ли нар­ко­ти­ки, что­бы выжить. Это был един­ствен­ный спо­соб жить, кото­рый мы знали.

Несмот­ря на все это, мы про­дол­жа­ли твер­дить себе: «Я справлюсь».

Если люди счи­та­ли нашу болезнь пре­ступ­ле­ни­ем или нрав­ствен­ным дефек­том, мы бун­то­ва­ли про­тив это­го, и еще глуб­же погру­жа­лись в оди­но­че­ство и изоляцию.

Ока­за­лось, что болезнь пой­ма­ла нас в ловуш­ку. Мы были вынуж­де­ны выжи­вать так, как уме­ли. Мы мани­пу­ли­ро­ва­ли людь­ми и пыта­лись управ­лять всем про­ис­хо­дя­щим вокруг нас. Мы лга­ли, воро­ва­ли, мошен­ни­ча­ли, тор­го­ва­ли собой.

Наши выс­шие пси­хи­че­ские и эмо­ци­о­наль­ные функ­ции — совесть, спо­соб­ность любить и дру­гие — были серьез­но повре­жде­ны из-за упо­треб­ле­ния нар­ко­ти­ков. Жиз­нен­ные навы­ки сво­ди­лись к уров­ню живот­но­го. Наш дух был слом­лен, спо­соб­ность ощу­щать себя чело­ве­ком — утра­че­на. Все это может пока­зать­ся слиш­ком мрач­ным, но в этом состо­я­нии были мно­гие из нас.

Мы мно­го раз воз­вра­ща­лись в нор­маль­ное физи­че­ское состо­я­ние — но лишь для того, что­бы сно­ва начать упо­треб­лять наркотики.

Наш жиз­нен­ный опыт пока­зы­ва­ет, что мы не можем упо­треб­лять нар­ко­ти­ки без про­блем для себя. И каки­ми бы силь­ны­ми и несги­ба­е­мы­ми мы себе ни каза­лись, нар­ко­ти­ки бро­са­ли нас на коле­ни. Пона­ча­лу нам каза­лось, что наше упо­треб­ле­ние нар­ко­ти­ков вполне при­ем­ле­мо для окру­жа­ю­щих или что, по край­ней мере, мы можем кон­тро­ли­ро­вать это упо­треб­ле­ние. Но у нас не было и мыс­ли о беде, кото­рую уго­то­ва­ло нам буду­щее. В какой-то момент нар­ко­ти­ки вышли из-под наше­го кон­тро­ля и про­ти­во­по­ста­ви­ли нас обще­ству. Это начи­на­лось, когда наши дела шли совсем непло­хо, и у нас полу­ча­лось часто при­ни­мать нар­ко­ти­ки. Но тут хоро­шие вре­ме­на обыч­но закан­чи­ва­лись. Мы мог­ли пытать­ся уме­рить дозы, перей­ти на более деше­вые нар­ко­ти­ки или даже вооб­ще бро­сить их, но все рав­но теря­ли успех в жиз­ни и здо­ро­вье и ока­зы­ва­лись на гра­ни духов­но­го, пси­хи­че­ско­го и эмо­ци­о­наль­но­го кра­ха. Это паде­ние шло с раз­ной ско­ро­стью, но зани­ма­ло оно годы или дни — мы неиз­беж­но ска­ты­ва­лись в яму. Те из нас, кто не умер­ли от этой болез­ни, по мере ее раз­ви­тия ока­зы­ва­лись в тюрь­ме, пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­це или в состо­я­нии пол­но­го мораль­но­го упадка.

Неко­то­рым из нас преж­де при­шлось уви­деть, как наша нар­ко­ма­ния вли­я­ет на самых близ­ких нам людей. Наша жизнь была зави­си­ма от этих людей. Мы чув­ство­ва­ли злость, оби­ду, разо­ча­ро­ва­ние и боль, когда эти люди нахо­ди­ли себе дру­гие инте­ре­сы, дру­зей, люби­мых. Мы сожа­ле­ли о про­шлом, боя­лись буду­ще­го и испы­ты­ва­ли слиш­ком силь­ное потря­се­ние перед насто­я­щим. Мы иска­ли выход года­ми, но чув­ство­ва­ли себя все более несчаст­ны­ми и все менее удо­вле­тво­рен­ны­ми жиз­нью. Свое выздо­ров­ле­ние мы нача­ли, бро­сив упо­треб­лять наркотики.

— Но как же так? — воз­мож­но, воз­ра­зи­те Вы. — Ведь толь­ко что автор писал о неиз­ле­чи­мо­сти нар­ко­ма­нии. А тут сами нар­ко­ма­ны гово­рят о том, что они нача­ли выздо­рав­ли­вать, что им уда­ет­ся мно­го лет жить без нар­ко­ти­ков. Нет ли тут противоречия?

Нет, ника­ко­го про­ти­во­ре­чия здесь нет. Сно­ва под­черк­нем, что в меди­цин­ском смыс­ле нар­ко­ма­ния неиз­ле­чи­ма. Но нар­ко­ман, как и чело­век, боль­ной каким-то из мно­гих дру­гих хро­ни­че­ских и в прин­ци­пе неиз­ле­чи­мых забо­ле­ва­ний (напри­мер, сахар­ным диа­бе­том), может жить пол­но­цен­ной, радост­ной и дол­гой жиз­нью. Разу­ме­ет­ся, при един­ствен­ном усло­вии — если он не будет делать ниче­го, что сти­му­ли­ру­ет раз­ви­тие болез­ни. Для нар­ко­ма­на это зна­чит одно — пол­ный отказ от упо­треб­ле­ния вся­ких веществ, изме­ня­ю­щих сознание.

Прав­да, ковар­ство болез­ни по име­ни «нар­ко­ма­ния» в том, что отка­зать­ся от нар­ко­ти­ков нар­ко­ма­ну гораз­до слож­нее, чем, ска­жем, диа­бе­ти­ку ока­зать­ся от саха­ра. А кро­ме того — и это самое глав­ное — про­сто оста­но­вить­ся вовсе недо­ста­точ­но. Еще надо дол­го — всю жизнь — учить­ся жить по-ново­му, жить без нар­ко­ти­ков, ста­ра­ясь решать все свои про­бле­мы совер­шен­но ина­че, чем рань­ше. Имен­но этот про­цесс и назы­ва­ет­ся выздо­ров­ле­ни­ем от нар­ко­ма­нии, алко­го­лиз­ма или любой дру­гой зави­си­мо­сти. И такое выздо­ров­ле­ние от зави­си­мо­сти возможно!

Но что­бы понять, в чем заклю­ча­ет­ся это выздо­ров­ле­ние, нам при­дет­ся сна­ча­ла пого­во­рить о том, что такое зави­си­мость. Об этом и пой­дет речь в сле­ду­ю­щей главе.

ГЛАВА 3. ЧТО ТАКОЕ ЗАВИСИМОСТЬ?

А. Раз­ные лики одной болезни

В оби­ход­ном пред­став­ле­нии нар­ко­ма­ния — это упо­треб­ле­ние нар­ко­ти­ков, то есть хими­че­ских веществ, о кото­рых мы гово­ри­ли в гла­ве 1. На самом же деле нар­ко­ти­ка­ми могут слу­жить не толь­ко они. Неред­ко эту роль игра­ют совсем дру­гие, каза­лось бы, без­обид­ные веще­ства. Боль­ше того, зави­си­мость — нар­ко­ма­ния в более широ­ком пони­ма­нии — может про­явить­ся и вооб­ще не от хими­че­ских веществ. Надо ска­зать несколь­ко слов об этих раз­ных видах зависимости.

Мно­гие рас­про­стра­нен­ные типы зави­си­мо­сти — напри­мер, от вполне легаль­ных, назна­ча­е­мых вра­чом меди­ка­мен­тов: сно­твор­ных, успо­ка­и­ва­ю­щих или боле­уто­ля­ю­щих лекарств, от мно­гих патен­то­ван­ных средств и таб­ле­ток для поху­де­ния — нар­ко­ма­ни­ей счи­та­ют­ся дале­ко не все­гда. Людей, стра­да­ю­щих таки­ми зави­си­мо­стя­ми (а их очень и очень мно­го сре­ди любых соци­аль­ных сло­ев и воз­раст­ных групп), почти никто не назо­вет нар­ко­ма­на­ми. На самом же деле их зави­си­мость ничуть не менее опас­на и раз­ру­ши­тель­на, чем «обыч­ная» нар­ко­ма­ния, и этим людям так­же необ­хо­ди­ма помощь. Это дав­но извест­но, напри­мер, в

США, где такую зави­си­мость лечат в тех же самых цен­трах и теми же мето­да­ми, что и все дру­гие зависимости.

Пой­дем даль­ше. Алко­го­лизм не все соглас­ны при­рав­ни­вать к нар­ко­ма­нии, но, тем не менее, сфор­ми­ро­вав­ша­я­ся зави­си­мость от алко­го­ля прин­ци­пи­аль­но не отли­ча­ет­ся от нар­ко­ти­че­ской зави­си­мо­сти. Меха­низ­мы воз­ник­но­ве­ния и раз­ви­тия этих болез­ней оди­на­ко­вы — к тако­му выво­ду уже дав­но и еди­но­душ­но при­шли аме­ри­кан­ские спе­ци­а­ли­сты в обла­сти нар­ко­ло­гии. (К опы­ту этой стра­ны мы часто обра­ща­ем­ся в нашей кни­ге пото­му, что в тече­ние почти полу­ве­ка США явля­лись един­ствен­ным в мире госу­дар­ством, сумев­шим не толь­ко оста­но­вить, но и суще­ствен­но сни­зить рас­про­стра­нен­ность нар­ко­ма­нии и алко­го­лиз­ма.) И они не дела­ют суще­ствен­ных раз­ли­чий меж­ду эти­ми при­стра­сти­я­ми, отно­ся их к хими­че­ской зави­си­мо­сти, то есть зави­си­мо­сти от хими­че­ских веществ, воз­дей­ству­ю­щих на созна­ние. В нашей стране этот взгляд пока нель­зя назвать обще­при­ня­тым. Веро­ят­но, глав­ная при­чи­на здесь в том, что, назвав алко­голь нар­ко­ти­ком, при­дет­ся назвать нар­ко­ма­на­ми всех, кто его при­выч­но упо­треб­ля­ет, то есть подав­ля­ю­щее боль­шин­ство наше­го насе­ле­ния, в том чис­ле — и боль­шин­ство самих спе­ци­а­ли­стов-нар­ко­ло­гов, а так­же мно­же­ство пред­ста­ви­те­лей дру­гих про­фес­сий и сло­ев насе­ле­ния: воен­ных, чинов­ни­ков, инже­не­ров, поли­ти­ков — порой само­го высо­ко­го уров­ня. Понят­но, что про­ще при­ду­мать объ­яс­не­ние сво­е­му несо­гла­сию с реаль­но­стью, чем при­нять ее и при­знать соб­ствен­ные про­бле­мы. Здесь сра­ба­ты­ва­ет меха­низм, при­су­щий любой, не толь­ко хими­че­ской, зави­си­мо­сти — меха­низм отрицания.

Про­дол­жая логи­че­скую цепоч­ку даль­ше, к зави­си­мо­сти от хими­че­ских веществ — то есть тоже к сво­е­го рода нар­ко­ма­нии — мы будем обя­за­ны отне­сти и такие виды зави­си­мо­сти, как нико­ти­низм (при­стра­стие к куре­нию), зави­си­мость от сти­му­ли­ру­ю­щих веществ, содер­жа­щих­ся в кофе и чае. Выде­ля­ют даже зави­си­мость от пищи, имея в виду иска­же­ния в отно­ше­нии к ней: напри­мер, обжор­ство или, наобо­рот, почти пол­ный отказ от пищи из-за стра­ха располнеть.

Все эти виды зави­си­мо­сти дав­но уже отно­сят к нар­ко­ма­нии (в широ­ком смыс­ле) в тех стра­нах, где раз­ра­бо­тан на сего­дня един­ствен­но эффек­тив­ный под­ход к лече­нию подоб­ных забо­ле­ва­ний. И людей, стра­да­ю­щих любой из пере­чис­лен­ных выше форм зави­си­мо­сти, в этих стра­нах лечат в одних лечеб­ных цен­трах и исполь­зу­ют при этом (успеш­но!) один и тот же метод.

Более того, те же под­хо­ды, что для лече­ния «клас­си­че­ских» нар­ко­ма­нов, та же кон­цеп­ция «зави­си­мо­сти как болез­ни» при­ме­ня­ют­ся и к таким видам этой болез­ни, как нездо­ро­вая зави­си­мость от дру­гих людей, зави­си­мость от сек­су­аль­ных отно­ше­ний, зави­си­мость от рабо­ты, от азарт­ных игр, от некон­тро­ли­ру­е­мой тра­ты денег или от компьютера.

Мы гово­рим обо всем этом, что­бы ста­ло понят­нее, что нар­ко­ма­ния — явле­ние гораз­до более рас­про­стра­нен­ное, более слож­ное и мно­го­мер­ное, чем мы обыч­но себе пред­став­ля­ем. В каком-то смыс­ле нар­ко­ма­на­ми мож­но назвать подав­ля­ю­щее боль­шин­ство жив­ших и живу­щих на зем­ле людей, пото­му что они исполь­зу­ют как нар­ко­тик раз­лич­ные сред­ства, меня­ю­щие эмо­ци­о­наль­ное состо­я­ние, спо­соб­ству­ю­щие облег­че­нию душев­ной боли, отвле­че­нию и ухо­ду от внут­рен­них про­блем. Как мы уже отме­ча­ли, таким сред­ством может стать какой— то хими­че­ский нар­ко­тик, но может — и что-то дру­гое, напри­мер, азарт, секс, власть, день­ги. В нар­ко­тик могут пре­вра­тить­ся и отно­ше­ния с дру­гим чело­ве­ком, и рабо­та, и даже пре­врат­но поня­тая религия.

Все эти виды зави­си­мо­сти толь­ко кажут­ся раз­ны­ми, на деле же они почти ничем НЕ ОТЛИЧАЮТСЯ ДРУГ ОТ ДРУГА по сво­ей сути, при­чи­нам воз­ник­но­ве­ния и по послед­стви­ям. Сле­до­ва­тель­но, не так уж силь­но отли­ча­ют­ся друг от дру­га и стра­да­ю­щие эти­ми болез­ня­ми (а это имен­но болез­ни) люди. Ины­ми сло­ва­ми, нет прин­ци­пи­аль­ных раз­ли­чий меж­ду чело­ве­ком, упо­треб­ля­ю­щим неле­галь­ные нар­ко­ти­ки, и чело­ве­ком, стра­да­ю­щим, напри­мер, так назы­ва­е­мым «тру­до­го­лиз­мом» — то есть зави­си­мо­стью от рабо­ты. И все виды зави­си­мо­сти несут в себе гроз­ную опас­ность как для само­го чело­ве­ка — для его физи­че­ско­го, пси­хи­че­ско­го и духов­но­го здо­ро­вья, так и для обще­ства в целом. А это зна­чит, что нар­ко­ма­ния — вовсе не экзо­ти­че­ское явле­ние, не толь­ко тема для поли­цей­ских сво­док и нар­ко­ло­ги­че­ских отче­тов, а наша общая беда, впря­мую затра­ги­ва­ю­щая прак­ти­че­ски каж­до­го из нас. И реаль­ный путь пре­одо­ле­ния этой беды один — начать с себя, взгля­нуть на про­бле­му зави­си­мо­сти изнут­ри, попы­тать­ся уви­деть ее про­яв­ле­ния в сво­ей жиз­ни. Помо­жет это сде­лать рас­смот­ре­ние пси­хо­ло­ги­че­ской осно­вы любой зави­си­мо­сти, кото­рая назы­ва­ет­ся «СОЗАВИСИ— МОСТЬ».

Б. Что гово­рят о соза­ви­си­мо­сти психологи

В пси­хо­ло­гии все­гда суще­ство­ва­ло мно­же­ство тео­рий, пыта­ю­щих­ся как-то объ­яс­нить воз­ник­но­ве­ние и раз­ви­тие зави­си­мо­сти. Но лишь отно­си­тель­но недав­но, в 80‑х годах ХХ века, пси­хо­ло­ги заня­лись изу­че­ни­ем суще­ству­ю­щих у чело­ве­ка стрем­ле­ний заме­стить свою духов­ную непол­но­ту хими­че­ски­ми веще­ства­ми, мате­ри­аль­ны­ми объ­ек­та­ми, пси­хи­че­ски­ми про­цес­са­ми или чело­ве­че­ски­ми отно­ше­ни­я­ми, обо­зна­чив эти стрем­ле­ния тер­ми­ном «соза­ви­си­мость».

Соза­ви­си­мость суще­ству­ет на про­тя­же­нии всей исто­рии чело­ве­че­ства и рас­про­стра­не­на столь широ­ко, что люди ста­ли счи­тать ее нор­мой сво­е­го бытия. Более того, зача­стую сте­рео­ти­пы пове­де­ния и чув­ство­ва­ния, вызван­ные этой болез­нью, при­ни­ма­ют­ся и утвер­жда­ют­ся обще­ством в каче­стве иде­а­ла, они уко­ре­ня­ют­ся в куль­тур­ной тра­ди­ции, про­па­ган­ди­ру­ют­ся искус­ством и лите­ра­ту­рой. Эти сте­рео­ти­пы настоль­ко проч­ны, что вся­кое пося­га­тель­ство на них вос­при­ни­ма­ет­ся как созна­тель­ный эпа­таж, как бунт про­тив усто­ев. Имен­но так будет поня­то, напри­мер, утвер­жде­ние, что исто­рия Ромео и Джу­льет­ты — вовсе не исто­рия вели­кой люб­ви, а исто­рия зави­си­мо­сти, при­чем явно пато­ло­ги­че­ской зави­си­мо­сти людей друг от дру­га. Ведь, в самом деле, с Любо­вью в хри­сти­ан­ском пони­ма­нии (и, в част­но­сти, с хри­сти­ан­ским пони­ма­ни­ем люб­ви меж­ду муж­чи­ной и жен­щи­ной) отно­ше­ния этих двух пер­со­на­жей не име­ют ниче­го обще­го. Под­твер­жде­ние тому — тра­ги­че­ские собы­тия, печаль­ная раз­вяз­ка отно­ше­ний юных влюб­лен­ных: «По пло­дам их узнА­е­те их» (Мф 7:16, см. так­же 7:17–20). Исто­рия Ромео и Джу­льет­ты — это исто­рия болез­ни (соза­ви­си­мо­сти в ее совре­мен­ном пони­ма­нии), закон­чив­шей­ся зако­но­мер­ным смер­тель­ным исхо­дом и для ее «носи­те­лей», и для дру­гих «зара­зив­ших­ся». А ведь подоб­ных «исто­рий болез­ни» в миро­вой лите­ра­ту­ре и искус­стве — вели­кое множество.

Соза­ви­си­мость может затра­ги­вать все сфе­ры чело­ве­че­ской жиз­ни, вли­ять на всю сово­куп­ность отно­ше­ний чело­ве­ка с окру­жа­ю­щим миром, с самим собой и с Богом. Имен­но соза­ви­си­мость лежит в осно­ве таких гроз­ных и оче­вид­ных для обще­ства соци­аль­ных болез­ней, как алко­го­лизм и нар­ко­ма­ния. И имен­но со— зави­си­мость — при­чи­на менее оче­вид­ных, но не менее губи­тель­ных видов зави­си­мо­сти: от денег, вла­сти, сек­су­аль­ных отно­ше­ний и так далее.

Что же такое соза­ви­си­мость? Наи­бо­лее пол­ным пока явля­ет­ся опре­де­ле­ние, дан­ное на 1‑й Кон­фе­рен­ции по соза­ви­си­мо­сти (США, Ари­зо­на, 1989): «Соза­ви— симость — это устой­чи­вое состо­я­ние болез­нен­ной зави­си­мо­сти от ком­пуль­сив— ных (то есть став­ших неуправ­ля­е­мы­ми) форм пове­де­ния и от мне­ния дру­гих людей, фор­ми­ру­ю­ще­е­ся при попыт­ках чело­ве­ка обре­сти уве­рен­ность в себе, осо­знать соб­ствен­ную зна­чи­мость, опре­де­лить себя как лич­ность» (име­ет­ся в виду, что эти попыт­ки реа­ли­зу­ют­ся заве­до­мо невер­ным путем).

Есть и дру­гие опре­де­ле­ния соза­ви­си­мо­сти, в кото­рых под­чер­ки­ва­ют­ся раз­лич­ные аспек­ты это­го фено­ме­на, например:

  • чув­ство пато­ло­ги­че­ско­го сты­да из-за отвер­жен­но­сти, явля­ю­щей­ся уча­стью каж­до­го чело­ве­ка в небла­го­по­луч­ной семье;
  • поте­ря соб­ствен­ной внут­рен­ней реаль­но­сти и зави­си­мость от реаль­но­сти внешней;
  • чрез­мер­ная оза­бо­чен­ность чем-то или кем-то и чрез­вы­чай­ная зави­си­мость — эмо­ци­о­наль­ная, соци­аль­ная, ино­гда даже физи­че­ская от это­го про­цес­са, явле­ния или человека;
  • «семей­ствен­ность» это­го явле­ния, то есть нали­чие соза­ви­си­мых осо­бен­но­стей у мно­гих (если не у всех) чле­нов семей, где есть хими­че­ская зависимость;
  • оста­нов­ка раз­ви­тия соб­ствен­но­го «я» и излишне силь­ное реа­ги­ро­ва­ние на про­ис­хо­дя­щее вокруг при недо­ста­точ­но­сти реак­ций на про­ис­хо­дя­щее внут­ри нас;
  • болез­нен­ная при­вя­зан­ность к отно­ше­ни­ям с кем-либо и к про­бле­мам, кото­рые эти отно­ше­ния вызывают;
  • дол­го­вре­мен­ное под­чи­не­ние чело­ве­ка жест­ким пра­ви­лам, не допус­ка­ю­щим откры­то­го выра­же­ния чувств и непо­сред­ствен­но­го обсуж­де­ния внут­рен­них и меж­лич­ност­ных проблем;
  • попыт­ки вос­со­здать отно­ше­ния роди­те­ля и ребен­ка во всех дру­гих зна­чи­мых для соза­ви­си­мо­го чело­ве­ка отношениях.

Мно­го­об­ра­зие форм соза­ви­си­мо­сти, тем не менее, выра­жа­ет­ся во совер­шен­но опре­де­лен­ных про­яв­ле­ни­ях. И при­зна­ки, симп­то­мы соза­ви­си­мо­сти вполне доступ­ны опи­са­нию. Крат­ко пере­чис­лю основ­ные из этих симп­то­мов, что­бы Вы мог­ли про­ве­рить, не зна­ко­мы ли они Вам по соб­ствен­но­му опыту:

  • слиш­ком суро­вое отно­ше­ние к себе и дру­гим, нелю­бовь к себе, обыч­но неосо­знан­но мас­ки­ру­е­мые (преж­де все­го — от само­го себя);
  • «боязнь стра­ха», стрем­ле­ние зара­нее огра­дить себя от него, избе­гая тех ситу­а­ций, в кото­рых этот страх может появиться;
  • жела­ние нра­вить­ся окру­жа­ю­щим, сопро­вож­да­е­мое готов­но­стью делать все, что­бы это­го добиться;
  • страх или дис­ком­форт при обще­нии с напо­ри­сты­ми или «сер­ди­ты­ми» людь­ми, страх лич­ной кри­ти­ки и ост­рая эмо­ци­о­наль­ная реак­ция на нее;
  • частая и интен­сив­ная эмо­ци­о­наль­ная вовле­ка­е­мость в отно­ше­ния с теми людь­ми, кото­рые или пол­но­стью под­чи­ня­ют себе или, наобо­рот, тре­бу­ют посто­ян­но­го вни­ма­ния и заботы;
  • неспо­соб­ность отли­чить любовь от жало­сти, тен­ден­ция путать и сме­ши­вать эти чувства;
  • свер­хо­т­вет­ствен­ность — или, напро­тив, сверх­без­от­вет­ствен­ность в поведении;
  • чув­ство вины при необ­хо­ди­мо­сти отста­и­вать себя, свои инте­ре­сы или сде­лать что-то ради себя лично;
  • посто­ян­ное откла­ды­ва­ние все­го «на потом» (про­кра­сти­на­ция);
  • неспо­соб­ность или актив­ное, сопро­вож­да­е­мое стра­хом неже­ла­ние участ­во­вать в играх, раз­вле­че­ни­ях, заба­вах, «пре­да­вать­ся веселью»;
  • в отно­ше­ни­ях с людь­ми крайне ред­ко воз­ни­ка­ет ощу­ще­ние под­лин­ной бли­зо­сти, дове­рия и постоянства;
  • при­выч­ная ложь даже там, где про­ще и есте­ствен­ней было бы ска­зать правду.

Веро­ят­но, боль­шин­ство чита­те­лей смо­жет без осо­бо­го тру­да узнать эти симп­то­мы в себе самих. Хотя из-за «замо­ро­жен­но­сти» чувств (что так­же явля­ет­ся харак­тер­ным симп­то­мом соза­ви­си­мо­сти) и склон­но­сти отри­цать «непри­ят­ные» исти­ны чело­ве­ку обыч­но тре­бу­ет­ся неко­то­рое уси­лие, что­бы при­знать все эти про­бле­мы «сво­и­ми».

К сожа­ле­нию, чело­век неред­ко начи­на­ет видеть свои про­бле­мы толь­ко тогда, когда они слиш­ком уж явно начи­на­ют его бес­по­ко­ить: если у него появ­ля­ют­ся бес­сон­ни­ца (или вооб­ще нару­ше­ния сна), сни­жен­ное настро­е­ние (ино­гда — до депрес­сии), тос­ка, без­на­деж­ность, уны­ние, чув­ство бес­цель­но­сти и бес­смыс­лен­но­сти суще­ство­ва­ния, стра­хи (немо­ти­ви­ро­ван­ный и бес­пред­мет­ный страх либо стра­хи-фобии с кон­крет­ны­ми объ­ек­та­ми: страх высо­ты, тем­но­ты, змей, тол­пы, замкну­то­го про­стран­ства и так далее). А еще лег­че быва­ет при­знать­ся и себе само­му, и дру­гим в про­бле­мах, каза­лось бы, чисто физио­ло­ги­че­ско­го поряд­ка: хро­ни­че­ские и не под­да­ю­щи­е­ся лече­нию боли в спине (ради­ку­ли­ты), миг­ре­ни, гипер­то­ния, желу­доч­ные и сер­деч­ные забо­ле­ва­ния, аст­ма, аллер­гия и мно­гое дру­гое. Но надо, одна­ко, пом­нить, что у всех этих про­блем может быть одна при­чи­на. И эта при­чи­на — созависимостъ.

  • Ну, зна­е­те ли, — ска­же­те Вы, про­чтя все это, — если вам пове­рить, то полу­ча­ет­ся, что вооб­ще чуть ли не все люди — боль­ны. Верить в это нам что-то не хочется.

Да, разу­ме­ет­ся, верить это­му очень не хочет­ся. Но не заду­мы­ва­лись ли Вы, чита­тель, а поче­му, соб­ствен­но, это вызы­ва­ет такой про­тест? Не пото­му ли, что не хочет­ся видеть свои соб­ствен­ные про­бле­мы? А ведь они есть у каж­до­го из нас. И про­бле­мы эти не слиш­ком-то силь­но отли­ча­ют­ся от про­блем геро­и­но­вых (да и любых дру­гих) наркоманов.

Да, внешне кар­ти­на может быть совер­шен­но иной: ухо­жен­ный дом, боль­шая друж­ная семья, пре­стиж­ная и увле­ка­тель­ная рабо­та, почти без­упреч­ное здо­ро­вье и так далее. Но вду­май­тесь вни­ма­тель­но и поста­рай­тесь чест­но отве­тить себе на вопрос — не зани­ма­ет ли что-то у Вас в жиз­ни такое же место, как у нар­ко­ма­на — его наркотик?

Поче­му так важ­но об этом заду­мать­ся? По двум причинам.

Во-пер­вых, повто­рим сно­ва, если Вы не уви­ди­те ясно и отчет­ли­во сво­их соб­ствен­ных про­блем и не нач­не­те их решать, Вам не удаст­ся помочь нико­му — ни сво­им род­ным, ни тем более людям, с кото­ры­ми Вы рабо­та­е­те про­фес­си­о­наль­но. Ведь в этом слу­чае мы ста­но­вим­ся сле­пы­ми пово­ды­ря­ми сле­пых — пыта­ем­ся вести дру­го­го чело­ве­ка по пути, неве­до­мо­му для нас самих.

Во-вто­рых, пони­ма­ние соб­ствен­ных про­блем поз­во­лит Вам глуб­же понять, как дей­ству­ют наи­бо­лее эффек­тив­ные систе­мы помо­щи нар­ко­ма­нам и вооб­ще зави­си­мым людям. Эти систе­мы обя­за­тель­но вклю­ча­ют обще­ние выздо­рав­ли­ва­ю­щих меж­ду собой — будь то в груп­пах сооб­ще­ства «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны», в Мин­не­сот­ских моде­лях лечеб­ных про­грамм, в ита­льян­ских реа­би­ли­та­ци­он­ных ком­плек­сах, аме­ри­кан­ских лечеб­ных цен­трах или в любых дру­гих подоб­ных систе­мах. Каза­лось бы, чему хоро­ше­му может научить­ся один нар­ко­ман у дру­го­го? Но в том-то и дело, что при­мер реаль­ных людей, кото­рые видят и начи­на­ют решать свои про­бле­мы, то есть выздо­рав­ли­ва­ют от зави­си­мо­сти, гораз­до дей­ствен­ней, чем любой абстракт­ный идеал.

Под­во­дя итог ска­зан­но­му, повто­рим еще раз, что про­бле­ма нар­ко­ма­нии не сво­дит­ся лишь к зави­си­мо­сти чело­ве­ка от неле­галь­ных нар­ко­ти­ков. Эта про­бле­ма зна­чи­тель­но шире и слож­нее, чем мы при­вык­ли счи­тать. Нар­ко­ма­ния как тако­вая — толь­ко часть про­бле­мы зави­си­мо­сти вооб­ще. И понять это очень важ­но, что­бы пра­виль­но опре­де­лить, что же мож­но делать для помо­щи нар­ко­ма­нам — ина­че все наши уси­лия будут борь­бой с симп­то­ма­ми, послед­стви­я­ми, но не затро­нут при­чин этой про­бле­мы, а зна­чит, и не смо­гут при­не­сти жела­е­мо­го результата.

В. Хри­сти­ан­ский взгляд на проблему

— При­чем здесь хри­сти­ан­ство и вооб­ще рели­гия? — воз­мож­но, спро­си­те Вы, про­чи­тав этот под­за­го­ло­вок. Попро­бу­ем объ­яс­нить, поче­му нам кажет­ся очень важ­ным хотя бы вкрат­це рас­ска­зать о том, как видит­ся про­бле­ма зави­си­мо­сти в хри­сти­ан­ском аспекте.

Любая зави­си­мость — напри­мер, нар­ко­ма­ния или алко­го­лизм — име­ют свои био­ло­ги­че­ские, соци­аль­ные и пси­хо­ло­ги­че­ские при­чи­ны и про­яв­ле­ния. Но для хри­сти­а­ни­на оче­вид­но, что основ­ную роль в фор­ми­ро­ва­нии любой зави­си­мо­сти игра­ет духов­ный аспект суще­ство­ва­ния чело­ве­ка в мире, а сама зави­си­мость — это неду­хов­ный ответ на искон­но при­су­щие чело­ве­ку духов­ные потреб­но­сти. Имен­но поэто­му наи­бо­лее эффек­тив­ные мето­ды и систе­мы помо­щи нар­ко­ма­ну, о кото­рых мы еще будем гово­рить, назва­ны «духов­но-ори­ен­ти­ро­ван­ны­ми».

Хри­сти­а­нин верит, что чело­век создан, что­бы стре­мить­ся к духов­ной пол­но­те, к обре­те­нию един­ства с Богом, соеди­не­нию с Ним. Но вслед­ствие пер­во­род­но­го гре­ха с само­го зача­тия чело­ве­че­ское суще­ство несет в себе неко­то­рую пусто­ту, не запол­нен­ную Духом, как бы некий «объ­ем без­ду­хов­но­сти». Эта пусто­та, «духов­ная кавер­на», в про­цес­се раз­ви­тия ребен­ка, ста­нов­ле­ния его лич­но­сти может менять­ся в раз­ме­рах. Она умень­ша­ет­ся (но нико­гда не исче­за­ет совсем) в усло­ви­ях, бла­го­при­ят­ных для духов­ной жиз­ни, и уве­ли­чи­ва­ет­ся в небла­го­при­ят­ных. Таких усло­вий мно­же­ство. Это и гене­ти­че­ская пред­рас­по­ло­жен­ность, от кото­рой во мно­гом зави­сит, как имен­но будет рас­ти и раз­ви­вать­ся орга­низм, это и духов­ный и пси­хо­ло­ги­че­ский кли­мат в семье, где ребе­нок появил­ся на свет и где он вос­пи­ты­ва­ет­ся, это и духов­но-нрав­ствен­ные усло­вия обще­ства в целом. Ины­ми сло­ва­ми, это все то, что опре­де­ля­ет инди­ви­ду­аль­ность чело­ве­ка, свой­ства и каче­ства его личности.

Взрос­лея, ребе­нок начи­на­ет осо­зна­вать себя отдель­ной лич­но­стью. И вме­сте с этим начи­на­ет неосо­знан­но ощу­щать свою духов­ную непол­но­ту. А это рож­да­ет силь­ную потреб­ность (чаще все­го — тоже неосо­зна­ва­е­мую) чем-то эту пусто­ту заполнить.

Но недо­ста­ток Духа мож­но вос­пол­нить толь­ко Духом же, при­чем сде­лать это доступ­но не само­му чело­ве­ку, а лишь Тому, от Кого исхо­дит этот Дух — то есть Богу. Чело­век может лишь захо­теть (или не захо­теть) цели­ком отдать­ся Боже­ствен­ной воле. И уже вслед за этим жела­ни­ем может появить­ся стрем­ле­ние устра­нить все пре­гра­ды, кото­рые эго­изм и гор­ды­ня воз­дви­га­ют на пути еди­не­ния чело­ве­ка с Богом, дру­ги­ми людь­ми и с самим собой.

Если же это­го жела­ния сле­до­вать воле Бога нет, то стрем­ле­ние запол­нить внут­рен­нюю пусто­ту при­во­дит к попыт­кам заме­стить, «засы­пать» ее тем, что на какое-то вре­мя может дать иллю­зию пол­но­ты жиз­ни, соб­ствен­ной духов­ной пол­но­ты и гар­мо­нии. Эту иллю­зию могут созда­вать самые раз­но­об­раз­ные «заме­ни­те­ли» — сре­ди них и те, что без­услов­но пори­ца­ют­ся обще­ством (нар­ко­ти­ки, наси­лие, стя­жа­тель­ство), и те, что вызы­ва­ют в обще­стве неод­но­знач­ную реак­цию (алко­голь, азарт, пища, секс, власть). Более того, даже мно­гие без­услов­ные цен­но­сти (рабо­та, друж­ба, чело­ве­че­ская любовь, бла­го­тво­ри­тель­ность, рели­гия), если они пере­ста­ют быть сред­ством и пре­вра­ща­ют­ся для чело­ве­ка в цель, тоже могут стать для него наркотиком.

Таки­ми же нар­ко­ти­ка­ми, исполь­зо­ва­ние кото­рых не толь­ко не запре­ща­ет­ся, но зача­стую даже поощ­ря­ет­ся в без­ре­ли­ги­оз­ном обще­стве, ста­но­вят­ся раз­лич­ные «аль­тер­на­тив­ные» спо­со­бы изме­не­ния созна­ния. Извест­на широ­чай­шая палит­ра подоб­ных спо­со­бов. Здесь и всем дав­но зна­ко­мое затя­ги­ва­ю­щее погру­же­ние в рит­мы рок-музы­ки, и свой­ствен­ное послед­ним деся­ти­ле­ти­ям «про­па­да­ние» в интер­не­те или ком­пью­тер­ных играх. В этом же перечне — и гораз­до более экзо­ти­че­ские спо­со­бы достичь «новых ощу­ще­ний» и «ново­го смыс­ла»: напри­мер, попыт­ки пере­стро­ить свой орга­низм на суще­ство­ва­ние в изме­нен­ном суточ­ном рит­ме или при­ме­не­ние спе­ци­аль­ных дыха­тель­ных тех­ник («холо­троп­ное» дыха­ние по Гро­фу, раз­лич­ные фор­мы дыха­тель­ной йоги) и мно­гое другое.

И от каж­до­го из таких нар­ко­ти­ков чело­век может впасть в зави­си­мость, утра­чи­вая даро­ван­ную Богом сво­бо­ду. Послед­ствия любой такой зави­си­мо­сти одни и те же: это все­гда пре­гра­да для духов­но­го роста лич­но­сти, раз­ру­ше­ние соци­аль­ной, пси­хо­ло­ги­че­ской и био­ло­ги­че­ской жиз­ни чело­ве­ка. Пла­чев­ные послед­ствия ска­зы­ва­ют­ся не толь­ко на нем самом (раз­ру­ше­ние и преж­де­вре­мен­ное ста­ре­ние орга­низ­ма, пси­хо­со­ма­ти­че­ские забо­ле­ва­ния, пси­хи­че­ские рас­строй­ства, нару­ше­ния семей­ных и соци­аль­ных свя­зей и так далее), но и на его потом­ках, часто на про­тя­же­нии мно­гих поко­ле­ний (соци­аль­ные ката­стро­фы, вой­ны, эко­ло­ги­че­ские бед­ствия и дру­гие явле­ния подоб­но­го рода).

В чем цен­ность тако­го пони­ма­ния для реше­ния про­блем, каза­лось бы, чисто прак­ти­че­ских? Чем оно может помочь нар­ко­ма­ну, кото­рый хочет бро­сить нар­ко­ти­ки, или его род­ствен­ни­кам, оза­бо­чен­ным судь­бой сво­е­го близкого?

В том-то и дело, что имен­но име­ю­ща­я­ся прак­ти­ка пока­зы­ва­ет пра­виль­ность хри­сти­ан­ско­го пони­ма­ния этой про­бле­мы. Ведь те под­хо­ды, кото­рые спо­соб­ны реаль­но помочь нар­ко­ма­ну и его род­ным и о кото­рых мы еще будем гово­рить в этой кни­ге, воз­ник­ли имен­но на хри­сти­ан­ской основе.

Мы вовсе не хотим этим ска­зать, что нар­ко­ма­ну, если он не хри­сти­а­нин, путь выздо­ров­ле­ния закрыт. Но, как ска­зал еще Тер­тул­ли­ан[1], «душа по при­ро­де — хри­сти­ан­ка». А это зна­чит, что неза­ви­си­мо от миро­воз­зре­ния чело­ве­ка и его взгля­дов появ­ля­ю­щи­е­ся у него жиз­нен­ные про­бле­мы и слож­но­сти, рав­но как и пути их раз­ре­ше­ния, наи­бо­лее пол­но и точ­но опи­сы­ва­ют­ся в тех поня­ти­ях о чело­ве­ке и его вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях с миром, кото­рые суще­ству­ют в хри­сти­ан­стве. То же отно­сит­ся и к болез­ням, осо­бен­но болез­ням пси­хи­че­ским, душев­ным или духов­но-соци­аль­ным, как нар­ко­ма­ния. Мы глу­бо­ко убеж­де­ны в этом, и наше убеж­де­ние под­креп­ля­ет­ся мно­го­лет­ним опы­том выздо­ров­ле­ния сотен тысяч нар­ко­ма­нов, о кото­ром мы будем гово­рить дальше.

ГЛАВА 4. ГДЕ ИСКАТЬ ВЫХОД?

Во 2‑й гла­ве уже упо­ми­на­лось, что нар­ко­ма­ния и алко­го­лизм — болез­ни неиз­ле­чи­мые. Факт их неиз­ле­чи­мо­сти при­зна­ет­ся все­ми, кто про­фес­си­о­наль­но рабо­та­ют с про­бле­ма­ми зави­си­мо­сти. Это зна­чит, что заве­до­мо обре­че­ны на неуда­чу попыт­ки выле­чить нар­ко­ма­на — то есть изба­вить его от всех тех телес­ных, душев­ных и духов­ных нару­ше­ний, кото­рые и явля­ют­ся при­чи­ной нар­ко­ма­нии, — поль­зу­ясь толь­ко меди­цин­ски­ми, или толь­ко пси­хо­ло­ги­че­ски­ми, или толь­ко педа­го­ги­че­ски­ми, или даже толь­ко «духов­ны­ми» мето­да­ми, каки­ми бы нова­тор­ски­ми и ново­мод­ны­ми или напро­тив — древни­ми и тра­ди­ци­он­ны­ми эти мето­ды ни представлялись.

К несча­стью, с неиз­ле­чи­мо­стью нар­ко­ма­нии зача­стую при­хо­дит­ся на соб­ствен­ном опы­те стал­ки­вать­ся уби­тым горем, раз­дав­лен­ным стра­хом и отча­я­ни­ем роди­те­лям детей-нар­ко­ма­нов, да и самим нар­ко­ма­нам, кото­рые, уви­дев всю гибель­ность сво­е­го при­стра­стия, пыта­лись бро­сить упо­треб­ле­ние нар­ко­ти­ков. Поняв, что все попыт­ки лече­ния — и «тра­ди­ци­он­ные», и экзо­ти­че­ские — ока­зы­ва­ют­ся совер­шен­но бес­плод­ны­ми, люди пере­жи­ва­ют кру­ше­ние вся­ких надежд, пол­ней­шую безыс­ход­ность, испы­ты­ва­ют глу­бо­кую депрес­сию, а то и начи­на­ют заду­мы­вать­ся о том, что­бы све­сти сче­ты с жизнью.

НО ВЫХОД ЕСТЬ! Хочет­ся наде­ять­ся, что эта радост­ная весть будет вовре­мя услы­ша­на! И преж­де все­го — услы­ша­на имен­но теми, кто исчер­па­ли свои послед­ние надеж­ды, кто дошли до послед­ней чер­ты. Не отча­и­вай­тесь, выход есть. Несмот­ря на неиз­ле­чи­мость болез­ни, ВЫЗДОРОВЛЕНИЕ ВОЗМОЖНО.

И, гово­ря это, мы име­ем в виду вовсе не какое-нибудь новое и сен­са­ци­он­ное сред­ство-пана­цею типа патен­то­ван­ных лекарств от рака. Нет, речь идет о вполне РЕАЛЬНОМ ОПЫТЕ МНОГИХ И МНОГИХ ТЫСЯЧ НАРКОМАНОВ, КОТОРЫЕ НАШЛИ ПУТЬ ВЫЗДОРОВЛЕНИЯ, СПОСОБ ЖИТЬ НАПОЛНЕННОЙ, ОСМЫСЛЕННОЙ И РАДОСТНОЙ ЖИЗНЬЮ.

Да, такой опыт суще­ству­ет, и он изве­стен уже дав­но. Это опыт выздо­ров­ле­ния мно­же­ства людей, от кото­рых отка­за­лись меди­ки, счи­тая их неиз­ле­чи­мы­ми и отме­ряя им меся­цы, а то и неде­ли жиз­ни. Это и опыт успеш­но­го реше­ния сво­их про­блем теми, кто нахо­ди­лись в менее кри­ти­че­ском состо­я­нии. Это опыт обре­те­ния трез­во­сти и, глав­ное, — трез­во­мыс­лия людь­ми, кото­рые, может быть, преж­де и не заду­мы­ва­лись о сво­их про­бле­мах. Это, нако­нец, весь­ма успеш­ный опыт пре­одо­ле­ния про­блем нар­ко­ма­нии в мас­шта­бах цело­го государства.

При всем мно­го­об­ра­зии это­го опы­та суть его мож­но опре­де­лить дву­мя сло­ва­ми: ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ СООБЩЕСТВО.

Гово­ря об этом, я не хочу пред­ло­жить некую пана­цею, или, как это, к сожа­ле­нию, неред­ко встре­ча­ет­ся, «про­толк­нуть» свой под­ход к реше­нию про­бле­мы. Я хочу лишь обра­тить вни­ма­ние на то, что все без исклю­че­ния виды прак­ти­че­ской, реаль­ной (а не иллю­зор­ной) помо­щи нар­ко­ма­ну и все по-насто­я­ще­му эффек­тив­ные под­хо­ды к реше­нию про­бле­мы нар­ко­ма­нии в целом явля­ют­ся той или иной раз­но­вид­но­стью тера­пев­ти­че­ско­го сообщества.

А таких раз­но­вид­но­стей на сего­дня извест­но уже мно­же­ство: это и тера­пев­ти­че­ские общи­ны для нар­ко­ма­нов, и ста­ци­о­нар­ные реа­би­ли­та­ци­он­ные цен­тры раз­лич­ных направ­ле­ний и типов, и самые раз­но­об­раз­ные амбу­ла­тор­ные про­грам­мы, и мно­го­чис­лен­ные дви­же­ния групп само­по­мо­щи, и успеш­ные попыт­ки пре­об­ра­зо­вать обще­ствен­ное созна­ние в отно­ше­нии зави­си­мо­стей, то есть вне­сти эле­мен­ты тера­пев­ти­че­ско­го сооб­ще­ства в госу­дар­ствен­ное устрой­ство. Наи­бо­лее ярким при­ме­ром объ­еди­не­ния всех пере­чис­лен­ных форм явля­ет­ся так назы­ва­е­мая Мин­не­сот­ская модель лече­ния и про­фи­лак­ти­ки, поз­во­лив­шая на про­тя­же­нии четы­рех деся­ти­ле­тий, с нача­ла 60‑х до кон­ца 90‑х годов про­шло­го века, эффек­тив­но решать про­бле­мы нар­ко­ма­нии и алко­го­лиз­ма в мас­шта­бах огром­но­го севе­ро­аме­ри­кан­ско­го кон­ти­нен­та, реаль­но про­ти­во­сто­ять это­му явле­нию как соци­аль­но­му бедствию.

Поче­му же имен­но этот под­ход дает надеж­ду в, каза­лось бы, совер­шен­но без­на­деж­ной ситуации?

Что­бы понять это, давай­те посмот­рим, как он складывался.

Сам тер­мин «тера­пев­ти­че­ское сооб­ще­ство» «тера­пев­ти­че­ская общи­на» (therapeutic community), вошел в науч­ный оби­ход в сере­дине про­шло­го века и отно­сил­ся к явле­нию, воз­ник­ше­му одно­вре­мен­но в Англии и Америке.

Док­тор Макс­велл Джонс впер­вые при­ме­нил прин­ци­пы тера­пев­ти­че­ско­го сооб­ще­ства в пси­хи­ат­ри­че­ских боль­ни­цах Дин­гле­тон-хос­пи­тал (Шот­лан­дия) и

Хен­дер­сон-хос­пи­тал (Лон­дон), вве­дя в тера­пев­ти­че­ский про­цесс эле­мен­ты обще­ствен­но­го устрой­ства. Пер­вым подроб­но опи­сан­ным тера­пев­ти­че­ским сооб­ще­ством (в меди­цин­ском смыс­ле) было 100-коеч­ное отде­ле­ние боль­ни­цы Норс— филд-хос­пи­тал в Англии.

Затем Макс­велл Джонс создал тера­пев­ти­че­ское сооб­ще­ство в отде­ле­нии соци­аль­ной реа­би­ли­та­ции в Бель­монт-хос­пи­тал. Несколь­ко поз­же, в 1969 году, дру­гой пси­хи­атр, док­тор Фэй­р­вэ­з­эр, осно­вал общи­ну для хро­ни­че­ских пси­хи­че­ски больных.

Вот как оха­рак­те­ри­зо­ва­ли орга­ни­за­ци­он­ную сто­ро­ну рабо­ты в этих боль­ни­цах Фил­стед и Росси:

Во-пер­вых, паци­ент при таком под­хо­де начи­на­ет играть уже не пас­сив­ную, а актив­ную роль участ­ни­ка тера­пев­ти­че­ско­го про­цес­са. Во-вто­рых, отсут­ству­ет преж­няя систе­ма раз­де­ле­ния на два клас­са: паци­ен­тов и спе­ци­а­ли­стов, а зна­чит — раз­ру­ше­на при­выч­ная адми­ни­стра­тив­ная пира­ми­да, на сме­ну кото­рой при­хо­дит стрем­ле­ние раз­вить ощу­ще­ние един­ства при помо­щи таких средств, как еже­днев­ные собра­ния общи­ны, само­управ­ле­ние паци­ен­тов и т.д. В‑третьих, меня­ет­ся роль сотруд­ни­ка такой общи­ны. Для нее непри­ем­лем клас­си­че­ский образ спе­ци­а­ли­ста-про­фес­си­о­на­ла. Поэто­му, что­бы рабо­тать в тера­пев­ти­че­ском сооб­ще­стве, про­фес­си­о­нал дол­жен как бы утра­тить свой про­фес­си­о­на­лизм. Это зна­чит, что сооб­ще­ство при­об­ре­та­ет для паци­ен­та пер­вич­ное, основ­ное зна­че­ние, тогда как роль тера­пев­та ста­но­вит­ся вто­ро­сте­пен­ной. В‑четвертых, важ­на откры­тость в обще­нии меж­ду паци­ен­та­ми и пер­со­на­лом и меж­ду сами­ми сотруд­ни­ка­ми. И, в‑пятых, надо, что­бы про­грам­ма как мож­но бли­же напо­ми­на­ла реаль­ный мир, нахо­дя­щий­ся за пре­де­ла­ми лечеб­но­го учреждения.

Кон­цеп­ция Джон­са, допол­нен­ная иде­я­ми Фэй­р­вэ­з­э­ра и соеди­нен­ная с исполь­зо­ва­ни­ем в тера­пев­ти­че­ском про­цес­се быв­ших паци­ен­тов, состав­ля­ет осно­ву для созда­ния тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ, пред­на­зна­чен­ных для лече­ния наркоманов.

Надо ска­зать, что идея тера­пев­ти­че­ско­го сооб­ще­ства как мето­да лече­ния зави­си­мо­сти воз­ник­ла не на пустом месте. Основ­ные осо­бен­но­сти это­го под­хо­да уже дав­но исполь­зо­ва­лись в тео­рии и прак­ти­ке дви­же­ния «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» (АА), кото­рое воз­ник­ло в 1933 году и ста­ло спа­се­ни­ем для мно­гих счи­тав­ших­ся без­на­деж­ны­ми и, по сути, при­го­во­рен­ны­ми к смер­ти алкоголиков.

Кро­ме того, мно­гие уче­ные под­чер­ки­ва­ют свя­зи, суще­ству­ю­щие меж­ду совре­мен­ной кон­цеп­ци­ей тера­пев­ти­че­ской общи­ны и исто­ри­ей ран­не­го хри­сти­ан­ства. Они отме­ча­ют оче­вид­ную бли­зость про­це­дур и при­е­мов, исполь­зу­е­мых в тера­пев­ти­че­ских общи­нах, с пра­ви­ла­ми и уста­нов­ле­ни­я­ми, при­ня­ты­ми в ран­не­хри­сти­ан­ских сообществах.

Абсо­лют­но­му боль­шин­ству нар­ко­ма­нов меди­ци­на про­шло­го (впро­чем, как и совре­мен­ная) была бес­силь­на помочь и обре­ка­ла их на ско­рую смерть. Поэто­му появ­ле­ние пер­вых тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ для нар­ко­ма­нов ста­ло для них насто­я­щим лучом надеж­ды. И надеж­да эта бле­стя­ще оправ­ды­ва­лась, хотя путь выздо­ров­ле­ния не был лег­ким и уж тем более — быст­рым. Для исце­ле­ния от неду­га нар­ко­ма­нии все­гда тре­бо­ва­лось дол­гое вре­мя, а так­же очень серьез­ные и гра­мот­но орга­ни­зо­ван­ные уси­лия самих нар­ко­ма­нов. Еще одна при­чи­на необы­чай­но высо­кой рас­про­стра­нен­но­сти тако­го под­хо­да — высо­кая эко­но­мич­ность тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ. Они тре­бу­ют срав­ни­тель­но неболь­ших финан­со­вых затрат и суще­ству­ют либо на само­оку­па­е­мо­сти, либо при мини­маль­ных инве­сти­ци­ях извне.

Что же пред­став­ля­ют собой тера­пев­ти­че­ские сооб­ще­ства, како­вы прин­ци­пы их рабо­ты? Что­бы понят­нее отве­тить на этот вопрос, загля­нем немно­го в прошлое.

Пер­вым и наи­бо­лее извест­ным тера­пев­ти­че­ским сооб­ще­ством для нар­ко­ма­нов была орга­ни­за­ция «Сина­нон», осно­ван­ная в 1958 году Чарль­зом Деде­ри­хом в Сан­та-Мони­ке в Кали­фор­нии. Деде­рих, член дви­же­ния «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки», вме­сте с несколь­ки­ми дру­зья­ми открыл сво­е­го рода клуб, где соби­ра­лись алко­го­ли­ки, жела­ю­щие бро­сить пить. Посте­пен­но в эту груп­пу нача­ли вхо­дить и нар­ко­ма­ны. После мно­гих внут­рен­них кон­флик­тов и спо­ров сло­жи­лась фор­ма рабо­ты «Сина­но­на» как спе­ци­аль­но­го посе­ле­ния для нар­ко­ма­нов пре­иму­ще­ствен­но с геро­и­но­вой зави­си­мо­стью, хотя в «Сина­нон» мог­ли направ­лять и алко­го­ли­ков, а так­же пре­ступ­ни­ков, про­сти­ту­ток, лиц с эмо­ци­о­наль­ны­ми нару­ше­ни­я­ми. Вооб­ще «Сина­нон» был открыт для всех жела­ю­щих, в том чис­ле, и тех, кто не стра­да­ли каки­ми-либо нару­ше­ни­я­ми пси­хи­ки и не име­ли соци­аль­ных про­блем, но хоте­ли бы жить соглас­но при­ня­тым там принципам.

В отли­чие от дру­гих тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ, «Сина­нон» не ста­вил зада­чи вер­нуть сво­их оби­та­те­лей после кур­са лече­ния в нор­маль­ное обще­ство. Де— дерих счи­тал, что это обще­ство слиш­ком пороч­но, что­бы стре­мить­ся в него воз­вра­щать­ся. «Сина­нон» раз­ви­вал­ся по экс­тен­сив­но­му прин­ци­пу, орга­ни­зуя новые цен­тры как в США, так и в дру­гих стра­нах. В каж­дом из цен­тров созда­ва­лось отдель­ное неза­ви­си­мое обще­ство — со шко­ла­ми и дет­ски­ми сада­ми, пред­при­я­ти­я­ми, раз­лич­ны­ми места­ми отды­ха и раз­вле­че­ний, напри­мер, клу­ба­ми вод­ных видов спор­та, авто­спор­та и тому подобным.

По-види­мо­му, имен­но эти уста­нов­ки впо­след­ствии при­ве­ли к тому, что сооб­ще­ство «Сина­нон» посте­пен­но при­об­ре­та­ло чер­ты сек­ты, что и ста­ло при­чи­ной для запре­та этой орга­ни­за­ции в 1991 году. Но несмот­ря на оши­боч­ность позд­них направ­ле­ний раз­ви­тия общи­ны бес­спор­но, что Чарльз Деде­рих и его кон­цеп­ция помо­щи нар­ко­ма­нам совер­ши­ли про­рыв в тра­ди­ци­он­ном под­хо­де к про­бле­ме нар­ко­ма­нии. «Сина­нон» помог мно­же­ству поте­рян­ных людей вер­нуть­ся к нор­маль­ной жиз­ни, вер­нуть­ся в обще­ство. А зна­чит, в рабо­те этой орга­ни­за­ции, несо­мнен­но, были не толь­ко ошиб­ки и иска­же­ния, но и цен­ные наход­ки. Эти наход­ки сего­дня исполь­зу­ют в сво­ей рабо­те и дру­гие систе­мы тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ, мно­гие из кото­рых осно­вы­ва­лись быв­ши­ми оби­та­те­ля­ми «Сина­но­на».

Одним из при­ме­ров может быть широ­ко извест­ное дви­же­ние под назва­ни­ем «Дэй­топ Вил­лидж» (Daytop Village), объ­еди­ня­ю­щее мно­же­ство тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ по все­му миру. О совре­мен­ных мас­шта­бах и миро­вом при­зна­нии это­го дви­же­ния гово­рит уже то, что на сего­дня имен­но цен­траль­ный офис «Дэй— топ Вил­лидж» явля­ет­ся штаб-квар­ти­рой Все­мир­ной феде­ра­ции тера­пев­ти­че­ских сообществ.

А начи­на­лось оно так. Когда слу­хи о выздо­ров­ле­нии нар­ко­ма­нов без лекарств в «Сина­ноне» рас­про­стра­ни­лись по всей Аме­ри­ке, Наци­о­наль­ный Инсти­тут пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья выде­лил грант Бруклин­ско­му Вер­хов­но­му суду Боль­шо­го Нью-Йор­ка для изу­че­ния воз­мож­но­сти открыть такую про­грам­му и в этом городе.

Пси­хи­атр Дэн Касри­ель и кри­ми­но­лог Алек­сандр Бас­син съез­ди­ли в Сан­та— Мони­ку, посе­ти­ли «Сина­нон» и вер­ну­лись обрат­но с про­ек­том про­грам­мы «Дэй— топ», кото­рую им уда­лось орга­ни­зо­вать уже через год, в 1963 году. Пер­вы­ми паци­ен­та­ми этой про­грам­мы ста­ли 22 нар­ко­ма­на-муж­чи­ны. Этот экс­пе­ри­мент окон­чил­ся неуда­чей, после чего авто­ры про­грам­мы вве­ли в нее суще­ствен­ные изме­не­ния и при­гла­си­ли для рабо­ты в ней быв­ше­го нар­ко­ма­на из «Сина­но­на» Дэви­да Дэй­ча. И вот тогда про­грам­ма заработала.

Про­це­ду­ра при­ня­тия в «Дэй­топ» все­гда была необыч­ной и про­во­ди­лась, в том чис­ле, с целью опре­де­лить уро­вень моти­ва­ции чело­ве­ка на лече­ние. Кан­ди­да­ту в общи­ну при­хо­ди­лось, напри­мер, подол­гу ждать собе­се­до­ва­ния, на самом собе­се­до­ва­нии ему мог­ли зада­вать самые неожи­дан­ные и часто болез­нен­ные вопро­сы. После 1973 года для кан­ди­да­тов был вве­ден двух­днев­ный «испы­та­тель­ный срок». В насто­я­щее вре­мя в про­це­ду­ру при­ня­тия нович­ков обя­за­тель­но вхо­дит меди­цин­ское и пси­хо­ло­ги­че­ское обсле­до­ва­ние, а так­же подроб­ное анке­ти­ро­ва­ние, каса­ю­ще­е­ся всех сто­рон про­шлой жиз­ни и раз­ви­тия болезни.

В отли­чие от «Сина­но­на», «Дэй­топ» — это общи­на, кото­рая выпол­ня­ет свои зада­чи не толь­ко с помо­щью быв­ших нар­ко­ма­нов, но и исполь­зу­ет профессионалов.

Тера­пев­ти­че­ская и реа­би­ли­та­ци­он­ная рабо­та в «Дэй­топ Вил­лидж» осно­ва­на глав­ным обра­зом на физи­че­ском тру­де и на при­ме­не­нии раз­лич­ных пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ских тех­ник. Основ­ное вре­мя паци­ен­ты рабо­та­ют на тер­ри­то­рии тера­пев­ти­че­ско­го сооб­ще­ства (при­мер­но 6–7 часов еже­днев­но), какое-то вре­мя может уде­лять­ся и рабо­там за его пределами.

Кро­ме опи­сан­ных выше круп­ней­ших тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ, суще­ству­ет мно­же­ство дру­гих общин­ных ком­плек­сов. Сре­ди наи­бо­лее извест­ных сле­ду­ет назвать аме­ри­кан­ские «Одис­сей-хаус», «Феникс-хауз», «Фэми­ли Три», «Дан­клин мемо­ри­ал кэмп» и канад­ские «Пор­таж», «Экс-Кал­эй», «414». В Евро­пе — это «Ита­льян­ский центр соли­дар­но­сти» (Centro Italiano di Solidarieta — CelS), швед­ские, дат­ские, нор­веж­ские и гол­ланд­ские орга­ни­за­ции (напри­мер, гол­ланд­ский Emilienhoeve — «Дом Эми­лии»). Мно­гие из этих общин явля­ют­ся, так ска­зать, «авто­ке­фаль­ны­ми» отде­ле­ни­я­ми систем «Дэй­топ» или «Сина­нон», хотя и не все­гда при­зна­ют это, пре­тен­дуя на пер­вен­ство в сво­ей области.

В усло­ви­ях, близ­ких к рос­сий­ским, орга­ни­зо­вы­вал­ся поль­ский МОНАР. Эта систе­ма, пер­вые зве­нья кото­рой педа­гог и пси­хо­лог Марк Котань­ский начал созда­вать еще в кон­це 60‑х годов, сего­дня пред­став­ля­ет собой широ­кую сеть реа­би­ли­та­ци­он­ных сооб­ществ для нар­ко­ма­нов по всей Поль­ше с фили­а­ла­ми в дру­гих стра­нах. Есть они и в Рос­сии — в Кали­нин­гра­де (Кенигсбер­ге) и в Сиби­ри. В Поль­ше есть так­же и несколь­ко тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ и кон­суль­та­ци­он­ных пунк­тов, кото­рые при­над­ле­жат госу­дар­ствен­ной систе­ме здра­во­охра­не­ния. Еди­нич­ные попыт­ки созда­ния тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ извест­ны и в дру­гих стра­нах «ближ­не­го зару­бе­жья». Несколь­ко таких общин были созда­ны в Бело­рус­сии и на Украине.

Каким же обра­зом орга­ни­зо­ва­на рабо­та в тера­пев­ти­че­ских сооб­ще­ствах? При всем мно­го­об­ра­зии под­хо­дов суще­ству­ют и общие прин­ци­пы. Вот неко­то­рые из них:

Посту­па­ю­ще­му в общи­ну нович­ку (или кан­ди­да­ту на поступ­ле­ние) назна­ча­ет­ся испы­та­тель­ный срок (обыч­но — от неде­ли до несколь­ких меся­цев). В этот пери­од на фоне пол­но­го отка­за от нар­ко­ти­ков (деток­си­ка­ция, то есть про­цесс очи­ще­ния орга­низ­ма от нар­ко­ти­че­ских веществ, как пра­ви­ло, про­во­дит­ся без фар­ма­ко­ло­ги­че­ских пре­па­ра­тов — для тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ очень харак­те­рен пол­ный отказ от меди­ка­мен­тов) нович­ки полу­ча­ют ряд обязанностей.

Во-пер­вых, они, как и все, обя­за­ны под­чи­нять­ся общим пра­ви­лам жиз­ни в общине: в част­но­сти, это:

  • запрет на упо­треб­ле­ние любых лекарств без назна­че­ния врача;
  • отказ от вся­ко­го физи­че­ско­го насилия;
  • абсо­лют­ное исклю­че­ние сек­су­аль­ных кон­так­тов (в том чис­ле, и меж­ду супру­га­ми, кото­рых, впро­чем, прак­ти­че­ски нико­гда не при­ни­ма­ют в одну общи­ну). Такое огра­ни­че­ние суще­ству­ет в боль­шин­стве общин, посколь­ку, что­бы их оби­та­те­ли мог­ли выздо­рав­ли­вать, от них тре­бу­ет­ся пол­ная сосре­до­то­чен­ность на про­цес­се выздо­ров­ле­ния и толь­ко на нем, а сек­су­аль­ные кон­так­ты все­гда пред­по­ла­га­ют реше­ние свя­зан­ных с ними мораль­ных и соци­аль­ных про­блем, а зна­чит — отвле­че­ние нар­ко­ма­на от его глав­ной на дан­ный момент задачи.

«Кодекс» пра­вил раз­ли­чен для раз­ных общин, одна­ко в целом их направ­лен­ность оста­ет­ся оди­на­ко­вой. Разу­ме­ет­ся, как и все, нович­ки обя­зы­ва­ют­ся при­ни­мать уча­стие во всех уста­нов­лен­ных для чле­нов общи­ны «лечеб­ных» и «учеб­ных» мероприятиях.

Во-вто­рых, нович­ки, как пра­ви­ло, обя­за­ны выпол­нять про­стую рабо­ту по убор­ке и обслу­жи­ва­нию. Часто имен­но нович­кам пору­ча­ют самую гряз­ную и небла­го­дар­ную рабо­ту, от кото­рой они не име­ют пра­ва отка­зы­вать­ся и кото­рую долж­ны выпол­нять доб­ро­со­вест­но, пото­му что для них это сво­е­го рода экза­мен. Если нови­чок такой экза­мен сда­ет, то есть в тече­ние испы­та­тель­но­го сро­ка без­уко­риз­нен­но справ­ля­ет­ся со сво­и­ми обя­зан­но­стя­ми, то реше­ни­ем общи­ны его пере­во­дят как бы на сле­ду­ю­щую сту­пень иерар­хи­че­ской лест­ни­цы, где он при­об­ре­та­ет боль­ше прав и ста­но­вит­ся более сво­бод­ным от огра­ни­че­ний. Еще через какое-то вре­мя, в слу­чае серьез­но­го отно­ше­ния к изме­не­нию сво­е­го сти­ля жиз­ни, «ста­тус» нович­ка ста­но­вит­ся еще выше, а круг его прав и сво­бод еще шире. Обе эти фазы длят­ся обыч­но от несколь­ких меся­цев до полу­то­ра-двух лет.

В тера­пев­ти­че­ском сооб­ще­стве широ­ко исполь­зу­ет­ся систе­ма поощ­ре­ний и нака­за­ний. За хоро­шее выпол­не­ние сво­их обя­зан­но­стей оби­та­те­ли полу­ча­ют раз­лич­ные при­ви­ле­гии — такие, как пере­пис­ка с семьей и дру­зья­ми, визи­ты род­ных и дру­зей, выход в город и тому подоб­ное. Невы­пол­не­ние обя­зан­но­стей при­во­дит к «пони­же­нию в долж­но­сти» — пере­во­ду на более низ­кую сту­пень, а зна­чит, к лише­нию каких-то при­ви­ле­гий. Кро­ме того, обыч­но преду­смат­ри­ва­ет­ся целая систе­ма инди­ви­ду­аль­ных и пуб­лич­ных выго­во­ров, про­ра­бо­ток и обсуждений.

Если чело­век эффек­тив­но справ­ля­ет­ся со все­ми труд­но­стя­ми жиз­ни и рабо­ты в общине и ста­но­вит­ся гото­вым для адап­та­ции к нор­маль­но­му обще­ству, то его пере­во­дят на сле­ду­ю­щий уро­вень, явля­ю­щий­ся пере­ход­ной фазой меж­ду тера­пев­ти­че­ским сооб­ще­ством и насто­я­щим обще­ством вне его. В этот пери­од паци­ен­ты про­дол­жа­ют жить в сооб­ще­стве, но одно­вре­мен­но рабо­та­ют или учат­ся за его пре­де­ла­ми. После это­го паци­ент обыч­но при­об­ре­та­ет ста­тус «выпуск­ни­ка», кото­рый дает пра­во либо уйти из тера­пев­ти­че­ско­го сооб­ще­ства, либо остать­ся в нем уже в каче­стве ста­же­ра-сотруд­ни­ка, то есть вой­ти в состав пер­со­на­ла. Неза­ви­си­мо от раз­но­вид­но­сти тера­пев­ти­че­ской систе­мы, явля­ет­ся ли она цен­тром круг­ло­су­точ­но­го про­жи­ва­ния (ста­ци­о­на­ром или сооб­ще­ством дол­го­вре­мен­но­го лече­ния), днев­ным ста­ци­о­на­ром или амбу­ла­то­ри­ей, про­цесс тера­пии и реа­би­ли­та­ции хими­че­ски зави­си­мых людей, как пра­ви­ло, име­ет сле­ду­ю­щие фазы:

  1. УСТАНОВЛЕНИЕ ПЕРВИЧНОГО КОНТАКТА И СОЗДАНИЕ МОТИВАЦИИ К ВЫЗДОРОВЛЕНИЮ. Эта фаза может про­хо­дить как в самом тера­пев­ти­че­ском сооб­ще­стве, так и еще до поступ­ле­ния в него нар­ко­ма­на при вклю­че­нии его в спе­ци­аль­но орга­ни­зо­ван­ную рабо­ту кон­суль­та­ци­он­ных пунк­тов, пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ских и духов­ных заня­тий с нар­ко­ма­на­ми и чле­на­ми их семей и так далее. На этом эта­пе, как и на всех дру­гих, очень важ­ную роль игра­ют выздо­рав­ли­ва­ю­щие нар­ко­ма­ны, кото­рые обла­да­ют доста­точ­ным зна­ни­ем про­бле­мы и в то же вре­мя явля­ют собой живое дока­за­тель­ство, что выздо­ров­ле­ние может быть успешным.
  2. ПЕРИОД ДЕТОКСИКАЦИИ, цель кото­ро­го — очи­стить орга­низм от ток­си­че­ских веществ и укре­пить жиз­нен­но важ­ные внут­рен­ние орга­ны. В этот пери­од наи­бо­лее ост­ро про­яв­ля­ют­ся симп­то­мы абсти­нен­ции, кото­рые зача­стую ста­но­вят­ся при­чи­ной пре­ры­ва­ния лече­ния. В неко­то­рые сооб­ще­ства нар­ко­ма­на при­ни­ма­ют толь­ко после того, как он прой­дет этот пери­од само­сто­я­тель­но или в меди­цин­ских учре­жде­ни­ях, в дру­гих это про­ис­хо­дит во вре­мя нахож­де­ния в тера­пев­ти­че­ском сооб­ще­стве, при­чем чаще все­го — без при­ме­не­ния каких бы то ни было меди­ка­мен­тоз­ных средств.
  3. Основ­ная рабо­та в тера­пев­ти­че­ском сооб­ще­стве — это ДУХОВНАЯ, ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ нар­ко­ма­на. Само сло­во «реа­би­ли­та­ция» озна­ча­ет вос­ста­нов­ле­ние спо­соб­но­стей и/или воз­мож­но­стей чело­ве­ка. Для тако­го вос­ста­нов­ле­ния тре­бу­ет­ся про­фес­си­о­наль­но и тща­тель­но орга­ни­зо­ван­ная систе­ма спе­ци­аль­ных заня­тий само­го раз­но­об­раз­но­го свой­ства. Это, как пра­ви­ло, инди­ви­ду­аль­ная и груп­по­вая рабо­та со свя­щен­ни­ком, пси­хо­ло­гом, кон­суль­тан­том из выздо­рав­ли­ва­ю­щих нар­ко­ма­нов, вра­чом— пси­хо­те­ра­пев­том и так далее. Это и про­грам­ма, преду­смат­ри­ва­ю­щая подроб­ное инфор­ми­ро­ва­ние нар­ко­ма­на о том, что такое зави­си­мость, и о путях ее пре­одо­ле­ния. Очень важ­на и в обя­за­тель­но про­во­ди­мая рабо­та с семьей наркомана.
  4. И, нако­нец, ста­дия РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ, или реин­те­гра­ции, то есть воз­вра­ще­ния чело­ве­ка в нор­маль­ное обще­ство. Длит­ся она обыч­но от несколь­ких недель (в крат­ко­сроч­ных про­грам­мах) до при­бли­зи­тель­но двух лет (в дол­го­вре­мен­ных тера­пев­ти­че­ских сооб­ще­ствах). Здесь основ­ные фор­мы рабо­ты, так же, как и на ста­дии реа­би­ли­та­ции, пред­став­ля­ют собой раз­ные виды пси­хо­те­ра­пии и соци­о­те­ра­пии, скон­цен­три­ро­ван­ные не толь­ко на самом паци­ен­те, но и на его семье и вооб­ще на окру­же­нии: дру­зьях, сослу­жив­цах, одно­каш­ни­ках и так далее. Кро­ме того, нар­ко­ма­ну помо­га­ют при­об­ре­сти новые про­фес­си­о­наль­ные навы­ки, полу­чить обра­зо­ва­ние, най­ти рабо­ту, решить про­бле­мы с жильем, то есть — начать жить по-ново­му. Как пра­ви­ло, в боль­шин­стве тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ суще­ству­ют и дол­го­вре­мен­ные про­грам­мы помо­щи тем, кто уже закон­чи­ли основ­ной цикл. Эти про­грам­мы реа­ли­зу­ют­ся в раз­ных фор­мах — от регу­ляр­ных встреч выпуск­ни­ков до спе­ци­аль­ных крат­ко­сроч­ных цик­лов повтор­ной реа­би­ли­та­ции для закреп­ле­ния при­об­ре­тен­ных навы­ков и знаний.

Гово­ря о тера­пев­ти­че­ских сооб­ще­ствах как под­хо­де к пре­одо­ле­нию нар­ко­ма­нии, важ­но отме­тить, что сре­ди мно­же­ства их есть и систе­мы, кото­рые при внеш­нем сход­стве с «клас­си­че­ски­ми» образ­ца­ми, по сво­ей внут­рен­ней сущ­но­сти могут суще­ствен­но рас­хо­дить­ся с ними или даже пред­став­лять их пол­ную про­ти­во­по­лож­но­стъ. Сре­ди послед­них, напри­мер, «Нар­ко­нон», кото­рый явля­ет­ся одной из про­грамм сек­ты сай­ен­то­ло­гии Рона Хаб­бар­да, счи­та­ю­щей­ся одной из наи­бо­лее деструк­тив­ных и опас­ных для душев­но­го и духов­но­го здо­ро­вья чело­ве­ка и поэто­му запре­щен­ной во мно­гих госу­дар­ствах, в том чис­ле, и в Рос­сии. (Хотя этот зако­но­да­тель­ный запрет рос­сий­ские пред­ста­ви­те­ли назван­но­го дви­же­ния все же умуд­ря­ют­ся как-то обхо­дить, и мы и сего­дня можем уви­деть и услы­шать рекла­му «Нар­ко­но­на» по цен­траль­ным кана­лам радио и телевидения.)

Так­же запре­ще­на во мно­гих стра­нах систе­ма общин «Пат­ри­арх». Это дви­же­ние, как и «Нар­ко­нон», явля­ет­ся деструк­тив­ной сек­той, пре­сле­ду­ю­щей, кро­ме того, и чисто ком­мер­че­ские цели. При этом оно не брез­гу­ет ника­ки­ми сред­ства­ми, вплоть до рабо­тор­гов­ли, про­ис­хо­дя­щей под видом отправ­ки нар­ко­ма­нов на лече­ние в фили­а­лы «Пат­ри­ар­ха» в стра­ны Афри­ки и Латин­ской Аме­ри­ки. Хотя боль­шин­ство стран Евро­пы запре­ти­ли дея­тель­ность это­го дви­же­ния на сво­ей тер­ри­то­рии, по каким-то при­чи­нам такой запрет отсут­ству­ет в Испа­нии, где оно дей­ству­ет очень актив­но и отку­да часто посы­ла­ет сво­их эмис­са­ров в дру­гие стра­ны, в том чис­ле, и в Рос­сию. Есть и дру­гие подоб­ные «общи­ны».

Если участ­ни­кам таких сооб­ществ и уда­ет­ся на какое-то вре­мя отка­зать­ся от нар­ко­ти­ков, то лич­ност­но они лома­ют­ся, теря­ют вся­кий смысл суще­ство­ва­ния, а зна­чит, и трез­во­сти. Очень часто вза­мен они начи­на­ют оду­рять себя «идео­ло­ги­че­ским» нар­ко­ти­ком, актив­но насаж­да­е­мым орга­ни­за­то­ра­ми общи­ны. В подоб­ных общи­нах люди посте­пен­но зара­жа­ют­ся нетер­пи­мо­стью, нена­ви­стью к дру­гим, авто­ри­тар­но­стью, жаж­дой вла­сти, то есть тота­ли­тар­ной идео­ло­ги­ей. Ино­гда это про­ис­хо­дит неосо­знан­но и непред­на­ме­рен­но, но ино­гда, види­мо, вхо­дит в замы­сел идео­ло­гов таких общин. И даже если ста­ти­сти­ка в отно­ше­нии людей, бро­сив­ших нар­ко­ти­ки в резуль­та­те пре­бы­ва­ния в подоб­ной общине, порой быва­ет доволь­но высо­кой, то оче­вид­но, что здесь мы име­ем дело с заме­ной одной зави­си­мо­сти — хими­че­ской — на дру­гую, нехи­ми­че­скую. Ины­ми сло­ва­ми, с очень тон­кой и труд­но­раз­ли­чи­мой под­ме­ной Исти­ны — ложью, Све­та — тьмой, Бога — дьяволом.

Поэто­му, преж­де чем обра­щать­ся в то или иное тера­пев­ти­че­ское сооб­ще­ство, поста­рай­тесь полу­чить поболь­ше инфор­ма­ции о нем, рас­спро­си­те об исто­рии его созда­ния, о тео­ре­ти­че­ском под­хо­де, кото­рый лежит в осно­ве рабо­ты, об отно­ше­ни­ях с дру­ги­ми дви­же­ни­я­ми и так далее. Не поме­ша­ет узнать, как оце­ни­ва­ют рабо­ту это­го сооб­ще­ства пред­ста­ви­те­ли Церк­ви (если, конеч­но, они доста­точ­но хоро­шо зна­ко­мы с тем, что там про­ис­хо­дит) и спе­ци­а­ли­сты в обла­сти наркологии.

Прав­да, к сожа­ле­нию, неред­ко при­хо­дит­ся стал­ки­вать­ся с предубеж­де­ни­ем в отно­ше­нии тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ как со сто­ро­ны свя­щен­но­слу­жи­те­лей, так и спе­ци­а­ли­стов-нар­ко­ло­гов. Как пра­ви­ло, оно свя­за­но преж­де все­го с недо­стат­ком пра­виль­ной инфор­ма­ции о кон­крет­ном сооб­ще­стве и об этом под­хо­де вооб­ще, но воз­мож­ны и дру­гие моти­вы тако­го сопро­тив­ле­ния. Так, напри­мер, мно­гие сто­рон­ни­ки «чисто цер­ков­ных» мето­дов помо­щи видят в нар­ко­ма­нии или алко­го­лиз­ме исклю­чи­тель­но мораль­но-эти­че­скую про­бле­му, воз­ла­гая всю ответ­ствен­ность как за воз­ник­но­ве­ние этих болез­ней, так и за избав­ле­ние от них на самих боль­ных. А мно­гие вра­чи-нар­ко­ло­ги вооб­ще не верят или не хотят верить в какие-либо сред­ства помо­щи кро­ме чисто меди­цин­ских подходов.

Поэто­му зада­ча опре­де­лить, в «насто­я­щее» ли тера­пев­ти­че­ское сооб­ще­ство Вы соби­ра­е­тесь посы­лать сво­е­го сына или дочь, не все­гда ока­зы­ва­ет­ся лег­ко раз­ре­ши­мой. Ведь тут важ­но понять, дей­стви­тель­но ли дан­ный центр или общи­на явля­ют­ся тем, чем они долж­ны быть — сред­ством исце­ле­ния, то есть вос­ста­нов­ле­ния нару­шен­ной целост­но­сти чело­ве­ка, целост­но­сти его лич­но­сти и его отно­ше­ний с миром, самим собой, дру­ги­ми людь­ми и с Богом. А что­бы здра­во оце­нить, насколь­ко это в самом деле так, вам при­дет­ся глу­бо­ко и деталь­но вник­нуть в то, что про­ис­хо­дит в про­цес­се реа­би­ли­та­ции в дан­ной общине, каков про­фес­си­о­наль­ный уро­вень рабо­та­ю­щих в ней спе­ци­а­ли­стов, каки­ми мето­да­ми они поль­зу­ют­ся в сво­ей рабо­те, а еще важ­нее — како­во их миро­воз­зре­ние и на какие цен­но­сти они ори­ен­ти­ро­ва­ны в соб­ствен­ной жиз­ни. Понят­но, что сде­лать это нелег­ко даже имея неогра­ни­чен­ный доступ к инфор­ма­ции об общине или цен­тре и обла­дая спе­ци­аль­ным обра­зо­ва­ни­ем и зна­ни­я­ми о том, как быва­ет орга­ни­зо­ва­на рабо­та в про­фес­си­о­наль­ных реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­трах за рубе­жом и в России.

Реа­би­ли­та­ция в насто­я­щей тера­пев­ти­че­ской общине — это очень слож­ный, ком­плекс­ный про­цесс, кото­рый спо­соб­ны орга­ни­зо­вать толь­ко те, кто цели­ком посвя­ти­ли себя это­му делу, а кро­ме того, обла­да­ют опы­том реше­ния соб­ствен­ных про­блем и серьез­ней­шей спе­ци­аль­ной подготовкой.

К сожа­ле­нию, подоб­ных «насто­я­щих» цен­тров и общин у нас пока очень немного.

Дру­гая труд­ность в том, что мно­гие роди­те­ли убеж­де­ны: сто­ит толь­ко най­ти адрес «под­хо­дя­ще­го» реа­би­ли­та­ци­он­но­го цен­тра и отпра­вить туда сво­е­го ребен­ка, часто неза­ви­си­мо от его жела­ния — и все про­бле­мы реше­ны. Увы, все дале­ко не так про­сто, и вот почему.

Во-пер­вых, подав­ля­ю­щее боль­шин­ство мно­жа­щих­ся в послед­ние годы «реа­би­ли­та­ци­он­ных» и «лечеб­ных» цен­тров и сооб­ществ для нар­ко­ма­нов неве­ро­ят­но ком­мер­ци­а­ли­зи­ро­ва­но и отли­ча­ет­ся про­сто запре­дель­ны­ми цена­ми на свои услу­ги. Это не толь­ко дела­ет их недо­ступ­ны­ми для нуж­да­ю­щих­ся в помо­щи людей, но и озна­ча­ет, что в них отсут­ству­ет важ­ней­шее цели­тель­ное нача­ло — истин­ное слу­же­ние Богу и друг дру­гу, то есть тера­пия в искон­ном смыс­ле это­го сло­ва (см. греч. therapeia).

Мно­гие же из тех цен­тров, кото­рые не отно­сят­ся к «ком­мер­че­ской» кате­го­рии, к сожа­ле­нию, пред­став­ля­ют собой чистой воды само­де­я­тель­ность. Как пра­ви­ло, их сотруд­ни­ки зани­ма­ют­ся этим делом преж­де все­го, что­бы уйти, спря­тать­ся от реше­ния соб­ствен­ных лич­ност­ных про­блем (неред­ко — очень серьез­ных), а рабо­та в подоб­ных цен­трах постро­е­на зача­стую совер­шен­но негра­мот­но. При всей бла­го­сти наме­ре­ний такая рабо­та не несет паци­ен­там насто­я­ще­го, целост­но­го выздо­ров­ле­ния, более того, зача­стую даже при­чи­ня­ет им нема­лый вред (уже хотя бы тем, что оття­ги­ва­ет насто­я­щее реше­ние про­блем зависимости).

Но самое глав­ное — повто­рим то, что уже гово­ри­лось, — про­бле­мы нар­ко­ма­нии гораз­до шире и слож­нее, чем может пока­зать­ся на пер­вый взгляд. И исто­ки этих про­блем — в нас самих и в наших семьях. Не уви­дев эти исто­ки, не начав серьез­ной рабо­ты по их устра­не­нию, мы не смо­жем помочь сво­им близ­ким, как бы нам того ни хоте­лось. Вот об этом мы и будем гово­рить в сле­ду­ю­щих гла­вах книги.

ГЛАВА 5. СЕМЬЯ НАРКОМАНА

Что же про­ис­хо­ди­ло и про­ис­хо­дит в семье, где ребе­нок стал нар­ко­ма­ном? Поче­му это слу­чи­лось? Что необ­хо­ди­мо менять, что­бы решить про­бле­му зависимости?

В 3‑й гла­ве мы уже гово­ри­ли о том, что про­бле­мы нар­ко­ма­на, по суще­ству, не слиш­ком отли­ча­ют­ся от тех про­блем, кото­рые есть прак­ти­че­ски у каж­до­го из нас. При­зна­ки этих про­блем мы пере­чис­ля­ли, когда рас­ска­зы­ва­ли об их пси­хо­ло­ги­че­ской осно­ве — так назы­ва­е­мой соза­ви­си­мо­сти (см. гла­ву 3, раз­дел Что гово­рят о соза­ви­си­мо­сти пси­хо­ло­ги). А теперь давай­те посмот­рим, как семья может вли­ять на фор­ми­ро­ва­ние соза­ви­си­мо­сти, а зна­чит — и нар­ко­ма­нии. Для это­го нам важ­но разо­брать­ся в том, что такое «небла­го­по­луч­ная семья».

Для мно­гих при­выч­но, гово­ря о небла­го­по­луч­ной семье, пред­став­лять толь­ко край­но­сти: муж-алко­го­лик, истя­за­ю­щий жену и детей; седая, раз­би­тая мно­го­чис­лен­ны­ми болез­ня­ми несчаст­ная мать, неспо­соб­ная «выве­сти в люди сво­их детей»; нище­та, убо­же­ство и запу­сте­ние в доме и так далее. Да, такая семья, несо­мнен­но, неблагополучна.

Но, к сожа­ле­нию, небла­го­по­лу­чие может быть и в семьях, где кар­ти­на семей­ной жиз­ни для сто­рон­не­го наблю­да­те­ля выгля­дит вполне идил­ли­че­ской: обра­зо­ван­ные, куль­тур­ные, поль­зу­ю­щи­е­ся ува­же­ни­ем и поче­том роди­те­ли; пол­ный доста­ток, чисто­та и уют в доме; пре­крас­но успе­ва­ю­щие в шко­ле дети, кото­рые к тому же зани­ма­ют­ся еще в несколь­ких круж­ках и секциях.

И вдруг такую семью пости­га­ет тра­ге­дия: в ней появ­ля­ет­ся нар­ко­ман. Но дей­стви­тель­но ли это слу­ча­ет­ся «вдруг»? Нет ли у этой тра­ге­дии сво­их зако­но­мер­но­стей, сво­их глу­бин­ных при­чин? Чаще все­го они, несо­мнен­но, есть. Истин­ную суть семей­ной дра­мы здесь очень хоро­шо отра­жа­ет само сло­во «небла­го­по­луч­ная семья»: это та семья, кото­рая не полу­ча­ет бла­га. О каком бла­ге идет речь? Конеч­но же, не о мате­ри­аль­ном достат­ке: ведь Вам навер­ня­ка пре­крас­но зна­ко­мы при­ме­ры детей-нар­ко­ма­нов в самых обес­пе­чен­ных и даже свер­хо­бес­пе­чен­ных семьях. Бла­го — это тот дух, та бла­го­дать, кото­рая хра­нит и помо­га­ет сози­дать семью, спо­соб­ству­ет тому, что­бы она в пол­ной мере смог­ла выпол­нить свое пред­на­зна­че­ние. Кста­ти, дру­гое назва­ние небла­го­по­луч­ной семьи — «дис­функ­ци­о­наль­ная» — тоже гово­рит о том, что основ­ная харак­те­ри­сти­ка такой семьи — непол­ное выпол­не­ние ею сво­их функций.

Како­вы же эти функ­ции, како­во изна­чаль­ное пред­на­зна­че­ние семьи?

У мно­гих хри­сти­ан­ских писа­те­лей мы можем най­ти мысль, что глав­ной зада­чей семьи явля­ет­ся вос­со­зда­ние общ­но­сти людей друг с дру­гом, с сами­ми собой и с Богом.

Вос­со­зда­ние той когда-то свой­ствен­ной чело­ве­че­ской при­ро­де, но утра­чен­ной все­об­щей гар­мо­нии, все­мир­ной общ­но­сти и нераз­дель­но­сти чело­ве­ка со всем осталь­ным тво­ре­ни­ем и с Самим Твор­цом. И если пони­мать смысл семьи имен­но так, то ста­нет оче­вид­ным древ­нее сопо­став­ле­ние семьи и Церк­ви, ста­нет ясно, поче­му семью в хри­сти­ан­ской лите­ра­ту­ре назы­ва­ют «малой цер­ко­вью» — ведь эти функ­ции у них одинаковы.

Но подоб­но тому, как чело­век может во всей пол­но­те выпол­нять свои функ­ции толь­ко тогда, когда он цело­стен, так и семья может во всей пол­но­те выпол­нить свое пред­на­зна­че­ние лишь когда все ее эле­мен­ты соеди­не­ны воеди­но и все вме­сте слу­жат вос­со­зда­нию это­го цело­го. Непол­но­та же цело­го непре­мен­но при­во­дит к нару­ше­ни­ям в функ­ци­ях семьи. При этом внешне все может выгля­деть вполне благополучно.

Вот, напри­мер, вполне бла­го­при­стой­ная семья, где отец цели­ком погло­щен сво­ей рабо­той. Неваж­но, како­вы моти­вы этой сверх­за­ня­то­сти — увле­чен­ность сво­им делом, про­из­вод­ствен­ная необ­хо­ди­мость или баналь­ное стрем­ле­ние зара­бо­тать поболь­ше денег. Эта семья — несо­мнен­но небла­го­по­луч­на. И очень часто ее небла­го­по­лу­чие про­яв­ля­ет­ся в детях, в част­но­сти — в обна­ру­жи­ва­ю­щих­ся у них про­бле­мах с наркотиками.

Вот семья, где очень милые роди­те­ли, но мате­ри часто слу­ча­ет­ся раз­дра­жать­ся — либо пото­му, что ребе­нок слиш­ком мно­го каприз­ни­ча­ет, утом­ляя этим мать, либо из-за того, что ей не уда­ет­ся как сле­ду­ет высы­пать­ся, и она, дабы снять раз­дра­жи­тель­ность и луч­ше спать, при­ни­ма­ет «лег­кие» успо­ко­и­тель­ные или сно­твор­ные сред­ства. Эта семья так­же небла­го­по­луч­на. И ее небла­го­по­лу­чие в кон­це кон­цов тоже может про­явить­ся в нар­ко­ма­нии у ребен­ка, став­ше­го под­рост­ком или юношей.

Каки­ми же при­зна­ка­ми харак­те­ри­зу­ет­ся небла­го­по­луч­ная семья? Вот толь­ко неко­то­рые из них:

  • любая фор­ма зави­си­мо­сти у кого-либо из чле­нов семьи. Это не толь­ко явные и пори­ца­е­мые обще­ством фор­мы зави­си­мо­сти — нар­ко­ма­ния или алко­го­лизм, но и такие ее виды, кото­рые под­час не осо­зна­ет даже сам стра­да­ю­щий подоб­ной зави­си­мо­стью чело­век: напри­мер, зави­си­мость от рабо­ты или от отно­ше­ния к дру­го­му человеку;
  • непол­ная семья. Непол­но­та семьи — это небла­го­по­луч­ность, дис­функ­цио— наль­ность уже сама по себе, точ­но так же как отсут­ствие руки у чело­ве­ка огра­ни­чи­ва­ет его функ­ции, и такая огра­ни­чен­ность совер­шен­но не зави­сит от душев­ных, нрав­ствен­ных качеств это­го чело­ве­ка. Любая непол­ная семья — небла­го­по­луч­на неза­ви­си­мо от при­чин ее непол­но­ты, от суще­ству­ю­щих отно­ше­ний меж­ду ее остав­ши­ми­ся чле­на­ми или от досто­инств самих этих чле­нов. Неваж­но, поче­му имен­но семья ста­ла непол­ной: ушел ли один из супру­гов, погиб ли он в ката­стро­фе, на войне, умер ли от болез­ни — во всех таких слу­ча­ях семья лиша­ет­ся воз­мож­но­сти во всей пол­но­те выпол­нить свои функции;
  • дли­тель­ная и тяже­лая сома­ти­че­ская или пси­хи­че­ская болезнь кого-либо из чле­нов семьи. Как и преды­ду­щие, этот фак­тор опре­де­ля­ет выклю­чен­ность чело­ве­ка из семей­ной жиз­ни во всей ее пол­но­те — хотя, разу­ме­ет­ся, при хоро­ших отно­ше­ни­ях в семье пси­хо­ло­ги­че­ски это может почти не ощущаться;
  • нали­чие в семье «сек­ре­та», «тай­ны». Этот при­знак отно­сит­ся уже не столь­ко к при­чи­нам дис­функ­ции, как преды­ду­щие, сколь­ко к след­стви­ям, симп­то­мам небла­го­по­лу­чия. Впро­чем, «сек­рет», из какой бы обла­сти он ни был — рабо­та отца, про­шлые любов­ные похож­де­ния мате­ри или наци­о­наль­ность бабуш­ки, — это все­гда не толь­ко при­знак отсут­ствия пол­ной дове­ри­тель­но­сти в отно­ше­ни­ях, но и фак­тор, кото­рый эту дове­ри­тель­ность ограничивает.

Харак­тер­ны­ми при­зна­ка­ми небла­го­по­луч­ной семьи могут слу­жить так­же уста­нов­лен­ные в ней неглас­ные пра­ви­ла. Вот неко­то­рые из них:

  • не гово­рить о сво­их проблемах;
  • не выра­жать откры­то свои чувства;
  • избе­гать пря­мых выска­зы­ва­ний, стре­мить­ся к выра­же­нию сво­их мыс­лей ино­ска­за­ни­я­ми, а сво­их потреб­но­стей — через манипуляции;
  • при­выч­ка стро­ить нере­аль­ные пла­ны и воз­ла­гать на людей или обсто­я­тель­ства несбы­точ­ные надежды;
  • играть, раз­вле­кать­ся — это плохо;
  • «делай, как я гово­рю — не как я делаю»;
  • «не выно­сить сор из избы» и «не рас­ка­чи­вать лод­ку» — то есть не вспо­ми­нать о тех про­бле­мах, о кото­рых всем уда­лось хотя бы на вре­мя забыть.

Еще один из очень ярких при­зна­ков небла­го­по­лу­чия в семье — роли, кото­рые игра­ют в ней ее чле­ны. И такие роли — не толь­ко симп­том, но и меха­низм фор­ми­ро­ва­ния семей­но­го небла­го­по­лу­чия. Ведь опи­сан­ная в 3‑й гла­ве соза­ви­си— мость наи­бо­лее ярко и пол­но про­яв­ля­ет­ся у чело­ве­ка в его отно­ше­ни­ях с людь­ми, преж­де все­го — с бли­жай­ши­ми род­ствен­ни­ка­ми (супру­гом, детьми, роди­те­ля­ми) и дру­зья­ми. Всту­пая в брак, выби­рая дру­зей, соза­ви­си­мый чело­век чаще все­го нахо­дит себе в парт­не­ры так­же соза­ви­си­мо­го или же стра­да­ю­ще­го алко­го­лиз­мом, нар­ко­ма­ни­ей или дру­гой зави­си­мо­стью чело­ве­ка. В семей­ных отно­ше­ни­ях вся­кий соза­ви­си­мый начи­на­ет играть опре­де­лен­ные роли.

При­ве­дем крат­кие опи­са­ния семей­ных ролей:

«Муче­ник» полу­ча­ет удо­воль­ствие от сво­ей спо­соб­но­сти стра­дать, испы­ты­ва­ет удо­вле­тво­ре­ние от потерь и пора­же­ний не мень­ше, чем от одер­жи­ва­е­мых побед. Не ищет помо­щи, отка­зы­ва­ет­ся от нее, хочет спра­вить­ся со сво­и­ми труд­но­стя­ми в оди­ноч­ку. Но за гор­дой мас­кой он скры­ва­ет ощу­ще­ние безыс­ход­но­сти, отсут­ствие дру­гой воз­мож­но­сти для себя, дру­го­го выбо­ра в дан­ной ситу­а­ции. Ощу­ще­ние внут­рен­ней пусто­ты такой чело­век стре­мит­ся запол­нить созна­ни­ем сво­е­го муче­ни­че­ства, сма­ко­ва­ни­ем его, пыта­ясь занять этим все свое вре­мя и все силы, что­бы не думать о том, для чего он муча­ет­ся, и какое зна­че­ние име­ет пуга­ю­щее его чув­ство внут­рен­ней пустоты.

«Тиран». Это про­ти­во­по­лож­ность «муче­ни­ка». Сосре­до­то­чен на поис­ке чужих оши­бок и на обви­не­ни­ях дру­гих, хотя его соб­ствен­ное пове­де­ние часто выхо­дит из-под кон­тро­ля. И «муче­ник», и «тиран» пере­оце­ни­ва­ют то вли­я­ние, кото­рое они могут ока­зать на окру­жа­ю­щих их людей. Если «муче­ник» посто­ян­но мани­пу­ли­ру­ет окру­жа­ю­щи­ми, ста­ра­ясь оста­вать­ся в их гла­зах «хоро­шим», то «тиран» мани­пу­ли­ру­ет ими, вызы­вая в них чув­ство гне­ва или вины.

Помощ­ник в «прят­ках от про­блем», «пособ­ник» неосо­знан­но про­ти­во­дей­ству­ет попыт­кам сво­е­го род­ствен­ни­ка изме­нить образ жиз­ни, так как «пособ­ник» при­вык к соб­ствен­ным сте­рео­ти­пам пове­де­ния, и ему страш­но их менять, что при­шлось бы делать в слу­чае пере­мен в пове­де­нии дру­го­го человека.

«Собу­тыль­ник». У соза­ви­си­мо­го чело­ве­ка суще­ству­ет и без того высо­кий риск стать хими­че­ски зави­си­мым (напри­мер, алко­го­ли­ком). Но этот риск повы­ша­ет­ся, если соза­ви­си­мый нач­нет играть роль «собу­тыль­ни­ка», счи­тая, что луч­ший спо­соб сохра­нить отно­ше­ния с супру­гом — пить или при­ни­мать нар­ко­ти­ки вме­сте с ним.

«Отча­яв­ший­ся». Это чело­век апа­тич­ный, без­участ­ный, впав­ший в эмо­ци­о­наль­ный сту­пор. Ино­гда он ощу­ща­ет свое состо­я­ние как род спо­кой­ствия, но при этом у него отсут­ству­ет вся­кая надеж­да, а его стра­да­ния не име­ют для него ника­ко­го смыс­ла. Такой покой обман­чив — отсут­ствие смыс­ла жиз­ни часто ведет «отча­яв­ше­го­ся» к попыт­кам суи­ци­да (актив­но­го, пря­мо­го — или же пас­сив­но­го, кос­вен­но­го, когда у чело­ве­ка про­па­да­ет жела­ние жить и он не стре­мит­ся избе­жать смер­ти, напри­мер, отка­зы­ва­ясь пой­ти к вра­чу в слу­чае болезни).

А вот какие роли игра­ют в небла­го­по­луч­ных семьях дети:

«Гор­дость семьи», «семей­ный герой». Ребе­нок, игра­ю­щий эту роль — оли­це­тво­ре­ние надежд семьи. В шко­ле он отлич­ник, зани­ма­ет­ся спор­том, музы­кой, ино­стран­ны­ми язы­ка­ми, участ­ву­ет во все­воз­мож­ных круж­ках и сек­ци­ях. Его успе­хи слу­жат как бы оправ­да­ни­ем для семьи, дают ей воз­мож­ность обре­сти цен­ность в соб­ствен­ных гла­зах. Отли­ча­ет­ся высо­кой само­дис­ци­пли­ной. При­вык не пока­зы­вать сво­их истин­ных чувств, хотя обыч­но внут­ри у него бушу­ют тща­тель­но сдер­жи­ва­е­мые эмо­ции, ино­гда про­ры­ва­ю­щи­е­ся нару­жу. В под­со­зна­тель­ных попыт­ках уйти от ответ­ствен­но­сти за реше­ние соб­ствен­ных про­блем он при­ни­ма­ет на себя ответ­ствен­ность за про­бле­мы дру­гих людей. Несмот­ря на бле­стя­щую види­мость, про­бле­мы с нар­ко­ти­ка­ми или с алко­го­лем зача­стую воз­ни­ка­ют и у таких детей, хотя как пра­ви­ло, на поверх­ность они выхо­дят срав­ни­тель­но поздно.

«Труд­ный ребе­нок», «козел отпу­ще­ния». Чув­ствуя недо­ста­ток роди­тель­ско­го вни­ма­ния к себе, этот ребе­нок стре­мит­ся заво­е­вать его чем угод­но — пусть даже непо­слу­ша­ни­ем, дур­ны­ми поступ­ка­ми, откры­тым бун­том. Не имея насто­я­ще­го семей­но­го теп­ла, пыта­ет­ся полу­чить его, фор­ми­руя сур­ро­гат­ные семей­ные отно­ше­ния внут­ри ком­па­нии сверст­ни­ков, часто ста­но­вясь вожа­ком дво­ро­вых ком­па­ний. Его роль поз­во­ля­ет дру­гим чле­нам семьи отве­сти вни­ма­ние от реаль­но суще­ству­ю­щих в семье про­блем, напри­мер, от пьян­ства отца. По срав­не­нию с «труд­ным ребен­ком» отец выгля­дит не таким уж и пло­хим, и все­гда есть кого обви­нить во всех семей­ных бедах, кем оправ­дать все свои труд­но­сти. В под­рост­ко­вом и более стар­шем воз­расте при­выч­ка бун­то­вать может выра­зить­ся в фор­ме упо­треб­ле­ния алко­го­ля или наркотиков.

«Оди­но­кий ребе­нок», «поте­рян­ный ребе­нок». Он с ран­не­го дет­ства ухо­дит от скан­да­лов в семье в мир сво­их фан­та­зий, книг, игру­шек, вымыш­лен­ных дру­зей. Спо­ко­ен, ред­ко каприз­ни­ча­ет (хотя часто посту­па­ет по-сво­е­му), застен­чив, скло­нен к уеди­не­нию. Слу­жит эмо­ци­о­наль­ным под­креп­ле­ни­ем для семьи, посколь­ку явля­ет­ся един­ствен­ным ее чле­ном, не созда­ю­щим ника­ких внеш­них про­блем. Для него харак­тер­на гипе­ро­твет­ствен­ность, то есть стрем­ле­ние при­ни­мать на себя ответ­ствен­ность за дру­гих людей, пыта­ясь таким спо­со­бом уйти от ответ­ствен­но­сти за реше­ние соб­ствен­ных проблем.

«Шут», «кло­ун». Он при­вык пря­тать свою боль, свои стра­хи, напря­же­ние, неуве­рен­ность за мас­кой шута. Сво­им шутов­ством он отво­дит от себя гнев окру­жа­ю­щих, а ино­гда и вно­сит раз­ряд­ку в семей­ные кон­флик­ты. Глав­ный мотив тако­го пове­де­ния — страх. Глу­бин­ный смысл роли это­го ребен­ка для семьи состо­ит в том, что он отвле­ка­ет вни­ма­ние от про­блем, помо­гая спря­тать­ся от них, избе­жать необ­хо­ди­мо­сти их решать. Вырас­тая, «кло­ун» пыта­ет­ся весе­лить всех вокруг бес­ко­неч­ны­ми шут­ка­ми и анек­до­та­ми, часто ста­но­вясь «душой ком­па­нии», но близ­ких дру­зей у него обыч­но не быва­ет, пото­му что искрен­них, откры­тых отно­ше­ний с людь­ми он боит­ся, опа­са­ясь быть отвергнутым.

***

Мы видим, что каж­дый член небла­го­по­луч­но­го семей­ства име­ет свои серьез­ные про­бле­мы. У кого-то они могут про­явить­ся в виде нар­ко­ма­нии, алко­го­лиз­ма или дру­гой зави­си­мо­сти. Но в любом слу­чае это будет симп­то­мом нали­чия таких же, по сути, про­блем у каж­до­го чле­на семьи. В такой семье каж­до­му не хва­та­ет насто­я­щей люб­ви, забо­ты и теп­ла, кото­рые так необ­хо­ди­мы всем нам. И этот недо­ста­ток каж­дый из чле­нов семьи пыта­ет­ся ком­пен­си­ро­вать по-сво­е­му. Но если мы хотим помочь кому-то одно­му из этой семьи, нам при­дет­ся занять­ся про­бле­ма­ми каж­до­го, ина­че зада­ча оста­нет­ся невыполнимой.

Оче­вид­но, что все пере­чис­лен­ные при­зна­ки семей­но­го небла­го­по­лу­чия харак­тер­ны для подав­ля­ю­ще­го боль­шин­ства семей. А зна­чит, небла­го­по­луч­ная семья — явле­ние гораз­до более рас­про­стра­нен­ное, чем может казаться.

Осно­ва семей­ной дис­функ­ци­о­наль­но­сти, как счи­та­ют мно­гие пси­хо­ло­ги, — соза­ви­си­мость. Но эта же соза­ви­си­мость — и пря­мое след­ствие вос­пи­та­ния ребен­ка в небла­го­по­луч­ной семье. Когда такой ребе­нок вырас­тет, он смо­жет создать лишь небла­го­по­луч­ную семью. Перед нами — замкну­тый круг. И пороч­ность это­го соза­ви­си­мо­го кру­га еще и в том, что та же соза­ви­си­мость, как мы уже гово­ри­ли, слу­жит важ­ней­шей пси­хо­ло­ги­че­ской при­чи­ной фор­ми­ро­ва­ния у чело­ве­ка любых зави­си­мо­стей, в том чис­ле — и таких оче­вид­но опас­ных забо­ле­ва­ний, как алко­го­лизм или наркомания.

Если Вы это осо­зна­е­те, то Ваш сле­ду­ю­щий вопрос — как разо­рвать этот пороч­ный круг? Ответ на него, оче­вид­но, толь­ко один: начать с себя. Это зна­чит — уви­деть, осо­знать и при­нять свои соб­ствен­ные про­бле­мы, а затем моби­ли­зо­вать всю свою реши­мость, что­бы начать их пре­одо­ле­вать. При этом крайне важ­но понять, что в оди­ноч­ку такие про­бле­мы не реша­ют­ся в прин­ци­пе. Для их реше­ния Вам пона­до­бит­ся помощь и под­держ­ка людей, у кото­рых есть такие же труд­но­сти. А веру­ю­щим понят­но так­же, что все эти про­бле­мы (как и любые дру­гие) невоз­мож­но решить без помо­щи и содей­ствия Бога.

И еще — посмот­ри­те, какие роли игра­ли Вы сами, когда рос­ли в семье роди­те­лей? А какие роли были у них самих? Это необ­хо­ди­мо, что­бы осо­знать, что все нега­тив­ное в Вас — зако­но­мер­ность, а не исклю­че­ние. И при­нять это помо­жет пони­ма­ние, что все пове­де­ние Ваших роди­те­лей, бабу­шек и деду­шек на самом деле застав­ля­ло ВАС чув­ство­вать себя плохо.

Но что же мож­но пред­при­нять, какие шаги мы можем сде­лать, что­бы най­ти, нако­нец, выход? Об этом — в сле­ду­ю­щих главах.

ГЛАВА 6. ВАШИ ПЕРВЫЕ ШАГИ. ЧТО ЗНАЧИТ «НАЧАТЬ С СЕБЯ»? ПЕРЕД ЧЕМ МЫ БЕССИЛЬНЫ?

Вот что напи­са­но о пер­вых шагах в помо­щи нар­ко­ма­ну и об основ­ных прин­ци­пах этой помо­щи в одной бро­шю­ре, издан­ной дви­же­ни­ем групп само­по­мо­щи род­ствен­ни­ков наркоманов:

Ваша роль как помощ­ни­ка — не делать что-то за чело­ве­ка, кото­ро­му Вы помо­га­е­те, а быть для него кем-то; не пытать­ся научить­ся изме­нять его дей­ствия, но пытать­ся научить­ся изме­нять свои реак­ции. Изме­няя ваши нега­тив­ные уста­нов­ки на пози­тив­ные, то есть заме­няя страх — верой, пре­зре­ние к нар­ко­ма­ну — ува­же­ни­ем к зало­жен­ным в нем воз­мож­но­стям, отвер­же­ние — отпус­ка­ни­ем его с любо­вью, подав­ле­ние — под­держ­кой, пани­ку — душев­ным поко­ем, лож­ную надеж­ду на себя — истин­ной надеж­дой на Бога, бунт отча­я­ния — свер­ше­ни­ем пере­мен в себе, жела­ние коман­до­вать — стрем­ле­ни­ем быть про­вод­ни­ком, а само­осуж­де­ние — пони­ма­ни­ем себя, Вы изме­ня­е­те к луч­ше­му мир вокруг Вас и людей в этом мире.

Жалость к себе — барьер для успеш­но­сти действий.

Чем боль­ше мы жале­ем себя, тем боль­ше мы склон­ны счи­тать, что реше­ние всех про­блем — в изме­не­нии дру­гих людей и мира, а не в изме­не­нии себя. А это без­на­деж­но, и мы ввер­га­ем­ся в отчаяние.

Мы лишь изну­ря­ем себя, когда с глу­бо­ким при­скор­би­ем копа­ем­ся в сво­ем про­шлом или пыта­ем­ся избе­жать буду­ще­го, кото­рое еще не насту­пи­ло. Точ­но так же рисо­ва­ние себе кар­тин буду­ще­го и стра­хи за то, что эти ожи­да­ния сбу­дут­ся или не сбу­дут­ся, заби­ра­ет все наши силы и лишает

нас воз­мож­но­сти жить в сего­дняш­нем дне. Одна­ко, лишь живя сего­дня, мы можем иметь жизнь.

Не заботь­тесь о том, что будут делать дру­гие люди.

Не ожи­дай­те от них, что они со вре­ме­нем ста­нут луч­ше или хуже, ведь в таких ожи­да­ни­ях Вы пре­тен­ду­е­те на роль Твор­ца. Но это — дело Бога, а не чело­ве­ка. Чело­век, пыта­ясь тво­рить дру­гую жизнь, созда­ет лишь чудо­вищ. Тво­рить может лишь Любовь. Любовь и Сво­бо­да. Помни­те, что все люди посто­ян­но меня­ют­ся. Осуж­дая дру­гих, мы судим их лишь по тому, что, как нам кажет­ся, мы о них зна­ем; но мы не пони­ма­ем, что еще боль­ше нам неиз­вест­но, и что люди посто­ян­но меня­ют­ся, ста­ра­ясь луч­ше или хуже про­жить свою жизнь.

Все мы — из одной мате­рии, хотя и по-раз­но­му сши­ты. Помни­те, что Вы тоже посто­ян­но меня­е­тесь, и Вы, если хоти­те, може­те созна­тель­но управ­лять сво­и­ми пере­ме­на­ми. Себя Вы може­те изме­нить. Дру­гих людей Вы може­те толь­ко любить.

Как види­те, здесь речь идет о дей­стви­ях и прин­ци­пах, отно­ся­щих­ся, преж­де все­го, к Вам, а не к ваше­му род­ствен­ни­ку-нар­ко­ма­ну. Поче­му это так важ­но? Вот почему.

Если при боль­шин­стве телес­ных болез­ней чело­век готов обра­тить­ся за помо­щью и при­нять ее от вра­чей и дру­гих спе­ци­а­ли­стов, то при нар­ко­ма­нии кар­ти­на про­ти­во­по­лож­на. Нар­ко­ма­ны стре­мят­ся как мож­но доль­ше скры­вать свою болезнь от людей и даже от самих себя, пыта­ясь обма­нуть свою совесть и заглу­шить рас­ту­щие чув­ства вины, сты­да и стра­ха. И что­бы пере­бо­роть этот страх, нар­ко­ма­ну зача­стую быва­ют необ­хо­ди­мы доста­точ­но мощ­ные сти­му­лы извне — поте­ря рабо­ты, исклю­че­ние из шко­лы или инсти­ту­та, раз­рыв с семьей, попа­да­ние в мили­цию, а то и в тюрь­му. То есть отка­зать­ся от нар­ко­ти­ков чело­век может тогда, когда боль от про­дол­же­ния их упо­треб­ле­ния (или послед­ствий это­го упо­треб­ле­ния) ста­но­вит­ся силь­нее боли от пре­кра­ще­ния это­го процесса.

Помочь дру­го­му чело­ве­ку оста­но­вить раз­ви­тие его зави­си­мо­сти очень непро­сто, осо­бен­но его род­ным, кото­рые, посто­ян­но живя с нар­ко­ма­ном бок о бок, крайне глу­бо­ко втя­ну­ты в его проблемы.

Тот, кто хочет изба­вить нар­ко­ма­на от его при­стра­стия, неиз­беж­но ста­но­вит­ся для него про­тив­ни­ком, а неред­ко — и вра­гом. Ведь такой чело­век хочет лишить нар­ко­ма­на само­го доро­го­го, само­го, как тот счи­та­ет, необ­хо­ди­мо­го ему для жиз­ни. Поэто­му их вза­и­мо­от­но­ше­ния часто при­ни­ма­ют фор­му борь­бы, ино­гда очень жесто­кой и даже тра­ги­че­ской. Извест­ны, напри­мер, слу­чаи, когда роди­те­ли, стре­мясь огра­дить ребен­ка от нар­ко­ти­ков, на целые неде­ли при­ко­вы­ва­ли его цепью к бата­рее отоп­ле­ния, что­бы он не мог вый­ти за оче­ред­ной дозой нар­ко­ти­ка. Но такая борь­ба по мень­шей мере совер­шен­но бес­по­лез­на. Она раз­ру­ша­ет остат­ки дове­рия меж­ду Вами и Вашим ребен­ком. Участ­вуя в ней, вы вовле­ка­е­тесь в манипуляции.

Дру­гая сто­ро­на неуме­лых попы­ток помочь — пособ­ни­че­ство. Род­ствен­ни­ки, оправ­ды­вая ребен­ка-нар­ко­ма­на перед учи­те­ля­ми и поли­ци­ей, опла­чи­вая сде­лан­ные им дол­ги, стре­мясь скрыть про­бле­му от сосе­дей и зна­ко­мых, ины­ми сло­ва­ми — пыта­ясь огра­дить свое чадо от послед­ствий его поступ­ков, не давая ему во всей пол­но­те испы­тать на себе эти послед­ствия, — помо­га­ют не сво­е­му ребен­ку, а его болез­ни, то есть ста­но­вят­ся пособ­ни­ка­ми болезни.

Насто­я­щая же помощь начи­на­ет­ся с отка­за от тако­го пособничества.

В под­твер­жде­ние это­го при­ве­дем сим­во­ли­че­ское «Пись­мо нар­ко­ма­на сво­им близ­ким» — обра­ще­ние истин­но­го «я» это­го нар­ко­ма­на, лишен­но­го при­твор­ства и масок, к сво­им род­ствен­ни­кам. Этот текст часто исполь­зу­ет­ся в лечеб­ных цен­трах и груп­пах само­по­мо­щи для того, что­бы род­ствен­ни­ки смог­ли луч­ше понять сущ­ность болез­ни и ее проявлений.

МОИМБЛИЗКИМ

Я болен нар­ко­ма­ни­ей. В оди­ноч­ку с этой болез­нью мне не спра­вить­ся. Мне нуж­на ваша помощь, и поэто­му я про­шу вас: не поз­во­ляй­те мне обма­ны­вать вас. При­ни­мая мою ложь за прав­ду, вы поощ­ря­е­те меня лгать даль­ше. Посмот­реть прав­де в лицо может ока­зать­ся боль­но, но, пожа­луй­ста, сде­лай­те это.

Не под­да­вай­тесь на мои улов­ки, с их помо­щью я пыта­юсь изба­вить­ся от ответ­ствен­но­сти за само­го себя. И к тому же, пере­хит­рив вас, я могу поте­рять ува­же­ние к вам.

Когда я нетрезв — не читай­те мне нота­ций, не пытай­тесь ругать или хва­лить меня, обви­нять или спо­рить со мной. Даже если от это­го вам ста­нет лег­че, ситу­а­ция толь­ко ухудшится.

Не верь­те моим обе­ща­ни­ям. Я раз­даю их, что­бы оття­нуть рас­пла­ту. И не иди­те на уступ­ки, если мы о чем-то уже договорились.

Нерв­ни­чая и сры­ва­ясь из-за меня, вы губи­те себя, а зна­чит, теря­е­те воз­мож­ность мне помочь.

Даже из стра­ха за меня не делай­те того, что дол­жен делать я сам. Не ста­рай­тесь скрыть от дру­гих мои про­бле­мы с нар­ко­ти­ка­ми и не пытай­тесь сгла­дить их послед­ствия — это лишь про­длит мою болезнь. А самое глав­ное — не обма­ны­вай­те себя, как это пыта­юсь сде­лать я.

Нар­ко­ма­ния — моя болезнь — будет уси­ли­вать­ся, пока я не пре­кра­щу при­ни­мать нар­ко­ти­ки. А что­бы оста­но­вить­ся, мне нуж­на помощь вра­ча, пси­хо­ло­га, выздо­рав­ли­ва­ю­ще­го нар­ко­ма­на, помощь Бога. Одно­му мне не справиться.

Я нена­ви­жу себя, но я люб­лю вас. Если вы не помо­же­те мне — я погиб­ну. Пожа­луй­ста, помогите!

Ваш боль­ной нар­ко­ма­ни­ей род­ствен­ник, друг или про­сто знакомый.

А вот пере­вод еще одно­го отрыв­ка из бро­шю­ры для род­ствен­ни­ков нар­ко­ма­нов, в кото­ром гово­рит­ся о важ­ней­шем поня­тии в помо­щи нар­ко­ма­ну и вооб­ще зави­си­мо­му чело­ве­ку — об «отде­ле­нии с любовью»:

Мы пони­ма­ем, что мы не ответ­ствен­ны ни за болез­ни дру­гих людей, ни за их дей­ствия или резуль­та­ты этих действий.

Мы осо­зна­ём, что мы одер­жи­мы стрем­ле­ни­ем кон­тро­ли­ро­вать пове­де­ние дру­го­го чело­ве­ка; когда же мы учим­ся поз­во­лять ему жить его жиз­нью, мы обна­ру­жи­ва­ем, что и наши соб­ствен­ные жиз­ни ста­но­вят­ся более упо­ря­до­чен­ны­ми, счаст­ли­вы­ми и конструктивными.

Мы вве­ря­ем свои жиз­ни води­тель­ству Силы, более могу­ще­ствен­ной, чем наша соб­ствен­ная, и отпус­ка­ем сво­их род­ствен­ни­ков с любо­вью, пре­кра­щая попыт­ки их изме­нить. Мы при­ни­ма­ем, что не можем управ­лять жиз­нью дру­гих людей.

Мы учим­ся:

— не поз­во­лять дру­гим людям мани­пу­ли­ро­вать или управ­лять собой;

  • не при­ни­мать на себя чужих обязанностей;
  • не пре­пят­ство­вать раз­ви­тию кризиса;
  • не про­во­ци­ро­вать кризис;
  • не выстра­и­вать защи­ты в виде само­оправ­да­ний, скрыт­но­сти или обви­не­ния других;
  • пони­мать, что мы про­яв­ля­ем доста­точ­но забо­ты, что­бы поз­во­лить себе быть беззаботными;
  • не при­ни­мать на свой счет оскорб­ле­ния со сто­ро­ны нар­ко­ма­на, обре­тя спо­соб­ность видеть в нар­ко­мане чело­ве­ка, стра­да­ю­ще­го от болез­ни, назы­ва­е­мой нар­ко­ма­ния. Мы учим­ся состра­да­нию. Отде­ле­ние — это путь к нача­лу наше­го соб­ствен­но­го выздо­ров­ле­ния, поз­во­ля­ю­щий нам осво­бо­дить­ся от того гру­за про­блем, кото­рым отя­го­ти­ла нас сов­мест­ная жизнь с боль­ным нар­ко­ма­ни­ей. Смот­ря в лицо дей­стви­тель­но­сти, мы можем оце­нить наше поло­же­ние более объ­ек­тив­но и реаль­но. Мы начи­на­ем созда­вать пози­тив­ную цепь реак­ций, кото­рые поз­во­ля­ют нам при­ни­мать разум­ные и кон­струк­тив­ные решения.

И опять, как Вы види­те, все вре­мя гово­рит­ся о помо­щи не самим нар­ко­ма­нам, а преж­де все­го — чле­нам его семьи. Как пра­ви­ло, это вызы­ва­ет недо­умен­ные вопро­сы и сопро­тив­ле­ние: дескать, да, все это хоро­шо, мы пони­ма­ем, что у нас тоже есть про­бле­мы и что нам надо их решать, но как же все-таки помочь наркоману?

И нам вновь и вновь при­хо­дит­ся разо­ча­ро­вы­вать людей, ищу­щих немед­лен­ных реше­ний и чет­ких рецеп­тов. Увы, их не суще­ству­ет. И, как пока­зы­ва­ет прак­ти­ка, даже в тех слу­ча­ях, когда нар­ко­ман осо­знан­но стре­мит­ся к помо­щи и готов ее при­нять, крайне важ­но, что­бы все чле­ны его семьи нача­ли рабо­ту со сво­и­ми про­бле­ма­ми и доби­лись в этом хотя бы неко­то­ро­го успе­ха, ина­че выздо­ров­ле­ние нар­ко­ма­на силь­но затруд­ня­ет­ся, а в неко­то­рых слу­ча­ях — и пре­кра­ща­ет­ся совсем.

В иде­аль­ном слу­чае, разу­ме­ет­ся, на путь выздо­ров­ле­ния пред­сто­ит встать всей семье. Одна­ко семья нар­ко­ма­на может выздо­рав­ли­вать даже в тех слу­ча­ях, когда сам актив­ный нар­ко­ман не лечится.

Одно из самых вред­ных и непра­виль­ных пред­став­ле­ний о нар­ко­ма­нии — это взгляд, пола­га­ю­щий, что все про­бле­мы сами собой уле­ту­чат­ся, сто­ит лишь нар­ко­ма­ну пре­кра­тить при­ем нар­ко­ти­ков. В дей­стви­тель­но­сти же заста­ре­лые про­бле­мы и моде­ли пове­де­ния не могут исчез­нуть в одно­ча­сье, и зача­стую имен­но они не толь­ко ста­вят по угро­зу супру­же­ские свя­зи и отно­ше­ния с дру­ги­ми чле­на­ми семьи, но так­же спо­соб­ству­ют реци­ди­вам наркомании.

И наобо­рот, если близ­кие нар­ко­ма­на начи­на­ют решать свои про­бле­мы, это меня­ет атмо­сфе­ру в семье, даже если сам нар­ко­ман еще не начал выздо­рав­ли­вать. Одна­ко если меня­ет­ся семей­ная ситу­а­ция — неиз­беж­но меня­ет­ся и жизнь нар­ко­ма­на. И пусть не сра­зу, но это может побу­дить его по-ино­му взгля­нуть на себя само­го и на свои отно­ше­ния с нар­ко­ти­ка­ми, а вслед за тем — и попы­тать­ся эти отно­ше­ния изменить.

В сле­ду­ю­щей гла­ве мы при­ве­дем исто­рии несколь­ких реаль­ных семей, кото­рые столк­ну­лись с этой бедой — нар­ко­ма­ни­ей соб­ствен­но­го ребен­ка. Семьи эти совсем раз­ные, раз­ли­ча­ют­ся чем-то и про­бле­мы каж­до­го из их чле­нов. Тем не менее, общая мысль в этих рас­ска­зах оче­вид­на — ситу­а­цию мож­но изме­нить к луч­ше­му, лишь начав с реше­ния соб­ствен­ных про­блем, с осо­знан­но­го поис­ка отве­та на вопрос «Зачем я живу?»

ГЛАВА 7. НЕПРИДУМАННЫЕ ИСТОРИИ

Д.

Я зави­си­мый: нар­ко­ман и алко­го­лик. Мне сорок лет, я женат. Послед­ние шесть лет чув­ствую себя реа­ли­зо­ван­ным в жиз­ни и счастливым.

Так было не все­гда. Я уже с две­на­дца­ти лет начал курить и выпи­вать, ино­гда про­бо­вал и «трав­ку». Но несмот­ря на упо­треб­ле­ние мне уда­лось доволь­но непло­хо закон­чить шко­лу, полу­чить средне-спе­ци­аль­ное обра­зо­ва­ние, отслу­жить в армии и посту­пить на госслужбу.

Одна­ко вско­ре моя болезнь-зави­си­мость взя­ла свое, и я стал стре­ми­тель­но все терять. Я без внеш­них при­чин ушел со служ­бы, бол­тал­ся без рабо­ты, зани­ма­ясь чем попа­ло, порой не брез­гуя и воров­ством, что­бы под­дер­жи­вать став­ший уже при­выч­ным образ жиз­ни и иметь воз­мож­ность выпи­вать и упо­треб­лять нар­ко­ти­ки. Через какое-то вре­мя я позна­ко­мил­ся с геро­и­ном и сра­зу же в него «влю­бил­ся». После­ду­ю­щие десять лет моей жиз­ни цели­ком состо­я­ли из запо­ев и упо­треб­ле­ния нар­ко­ти­ков, что при­во­ди­ло к дегра­да­ции и глу­бо­ко­му паде­нию во всех сфе­рах жиз­ни. Я рас­те­рял всех дру­зей, ува­же­ние и дове­рие окру­жа­ю­щих, про­фес­си­о­наль­ные навы­ки, пере­стал пони­мать бОль­шую часть из про­ис­хо­див­ше­го в моей жиз­ни и в мире вокруг меня. Я мно­го раз пытал­ся убе­жать от болез­ни в отно­ше­ния с жен­щи­на­ми или в мона­сты­ри, но все воз­вра­ща­лось на кру­ги своя. У моих близ­ких оста­ва­лось все мень­ше надеж­ды не толь­ко на то, что я смо­гу изме­нить свою жизнь к луч­ше­му, но и на то, что я вооб­ще выживу.

Рабо­тал я лишь изред­ка и все­гда совсем недол­го. Чаще все­го к пер­вой зар­пла­те я уже дол­жен был основ­ную ее часть тем, с кем рабо­тал. Мне не хоте­лось, раз­дав дол­ги, остать­ся совсем без денег, и я уволь­нял­ся или ино­гда сбе­гал в запой, про­сто про­па­дая для всех.

Вся­кий раз, про­ва­лив оче­ред­ную попыт­ку соци­а­ли­зи­ро­вать­ся, я сбе­гал в мона­стырь. А вер­нув­шись отту­да, брал у роди­те­лей «до пер­вой зар­пла­ты» день­ги «на жизнь» и сно­ва ухо­дил в запой. После моих запо­ев роди­те­ли пыта­лись было заби­рать меня на дачу «отмо­кать», но в кон­це кон­цов отча­я­лись. Они отсе­ли­ли меня в отдель­ную квар­ти­ру, не выдер­жав посто­ян­ной жиз­ни под одной кры­шей со мной: раз­ме­ня­ли свое жилье и вре­мя от вре­ме­ни при­ез­жа­ли наве­щать меня, вся­кий раз стра­шась уви­деть вме­сто меня мой начав­ший раз­ла­гать­ся и смер­деть труп.

Чего я толь­ко не про­бо­вал, что­бы вый­ти из это­го замкну­то­го кру­га: коди­ро­вал­ся, «бло­ки­ро­вал­ся», «вши­вал­ся», «про­грам­ми­ро­вал­ся», давал «обет трез­во­сти» и бес­ко­неч­ные обе­ща­ния близ­ким. Ниче­го не помо­га­ло. Я при­ни­мал нар­ко­ти­ки, что­бы про­дол­жать пить, а пил, что­бы пере­жить пери­од отсут­ствия нар­ко­ти­ков. Упо­треб­лять я был готов все, что попа­да­лось под руку: лекар­ства, гри­бы, спирт­ное — лишь бы не смот­реть на мир реаль­но, в неиз­ме­нен­ном сознании.

В оче­ред­ной раз вер­нув­шись из мона­сты­ря и сно­ва уйдя в запой (даже не попы­тав­шись вый­ти на пред­ло­жен­ную мне хоро­шую рабо­ту), я «сдал­ся» в нар­ко­ло­ги­че­ский дис­пан­сер, но, нахо­дясь там, умуд­рил­ся плот­но под­сесть на син­те­ти­че­ские нар­ко­ти­ки. Меня выгна­ли из дис­пан­се­ра, когда обна­ру­жи­ли у меня гно­я­щи­е­ся «колод­цы» на венах.

И где-то через месяц посто­ян­но­го упо­треб­ле­ния я достиг сво­е­го дна. Это не было дном чисто соци­аль­ным — я и до это­го, быва­ло, жил в под­ва­лах с без­дом­ны­ми, сидел в мили­цей­ском «обе­зьян­ни­ке», попа­дал в вытрез­ви­тель и ока­зы­вал­ся на чуж­бине на гра­ни смер­ти. Но теперь это было пол­ней­шее отча­я­ние. Я уже не верил сво­им соб­ствен­ным бай­кам, не верил, что есть выход, что я смо­гу как-то выкру­тить­ся, я не верил, что кто-то смо­жет меня спа­сти, даже Сам Бог. В сле­ду­ю­щий при­езд ко мне роди­те­лей я попро­сил их запе­реть меня дома и дать мне послед­ний шанс — поис­кать для меня инфор­ма­цию о каком-то уда­лен­ном от циви­ли­за­ции месте, где люди про­сто живут и тру­дят­ся. Я хотел попы­тать­ся тихо про­жить хоть еще несколь­ко лет сво­ей ник­чем­ной жиз­ни. Ника­ких мыс­лей о том, что­бы нагнать упу­щен­ное, что-то вос­ста­но­вить из раз­ру­шен­но­го в жиз­ни у меня не было, да и вооб­ще я не мог серьез­но о чем-то думать, от это­го я отвык. В голо­ве был сплош­ной «белый шум», я мог толь­ко как-то реа­ги­ро­вать на про­ис­хо­дя­щее, но не дей­ство­вать осмыс­лен­но. Пока я жил вза­пер­ти, я выпил все, что смог най­ти в аптеч­ке и в ящич­ке для быто­вой химии. Отец уже несколь­ко раз хотел вер­нуть мне клю­чи от квар­ти­ры, что­бы я мог вый­ти «из зато­че­ния», но я про­сил — не надо, пока не най­дет­ся под­хо­дя­щее место, куда меня мож­но было бы отправить.

И вот роди­те­ли нашли для меня реа­би­ли­та­ци­он­ный центр «Ери­но» и пред­ло­жи­ли в него поехать. К тому вре­ме­ни я уже немно­го при­шел в себя. Центр был вовсе не где-то на отши­бе, а неда­ле­ко от горо­да. И ока­зал­ся он не про­сто тру­до­вым посе­ле­ни­ем, а имен­но цен­тром реа­би­ли­та­ции, где и нача­лось мое выздоровление.

Интен­сив­ная про­грам­ма это­го цен­тра дли­тель­но­го про­жи­ва­ния не была свя­за­на с изо­ля­ци­ей, в ней участ­ни­кам нуж­но было дока­зы­вать свою моти­ва­цию к выздо­ров­ле­нию. И как толь­ко ко мне ста­ла воз­вра­щать­ся спо­соб­ность мыс­лить, у меня появи­лось силь­ней­шее жела­ние, что­бы нар­ко­ман во мне умер окон­ча­тель­но и бес­по­во­рот­но. Я захо­тел изме­нить всю свою жизнь, изме­нить ради­каль­но, до осно­ва­ния. Поэто­му я исполь­зо­вал каж­дую мину­ту пре­бы­ва­ния в цен­тре, что­бы узнать новое, открыть что-то в себе и для себя. Конеч­но, вме­сте со спо­соб­но­стью раз­мыш­лять вер­ну­лись и отри­ца­ние, и предубеж­де­ния, и гор­ды­ня, но все же преж­них иллю­зий соб­ствен­но­го все­си­лия у меня уже не появ­ля­лось. Мне не было жаль вре­ме­ни, кото­рое тре­бо­ва­лось для реа­би­ли­та­ции — напро­тив, было пони­ма­ние, что если бы для мое­го изме­не­ния тре­бо­ва­лось отдать деся­ток— дру­гой лет жиз­ни, это было бы нуж­но сде­лать, и это яви­лось бы тем един­ствен­но важ­ным и полез­ным из все­го, что я могу совер­шить. Пото­му что в упо­треб­ле­нии нар­ко­ти­ков и алко­го­ля я сжег и уни­что­жил два­дцать лет сво­ей жиз­ни, кото­рая, впро­чем, и до упо­треб­ле­ния не была пол­но­цен­ной, но жал­кой, лжи­вой, наиг­ран­ной и тревожной.

Во вре­мя реа­би­ли­та­ции я, кро­ме все­го про­че­го, позна­ко­мил­ся с Про­грам­мой «12 Шагов» и ано­ним­ны­ми дви­же­ни­я­ми, в кото­рых люди выздо­рав­ли­ва­ют по этой Про­грам­ме. Я уви­дел, что я вовсе не оди­нок в сво­ей про­бле­ме (а почти все два­дцать лет сво­е­го упо­треб­ле­ния я был уве­рен, что у меня в жиз­ни все уни­каль­но, не как у всех). Я понял, что есть мно­го таких же, как я, людей. И они — в раз­ном воз­расте, раз­ных обсто­я­тель­ствах, на раз­ных уров­нях раз­ру­шен­но­сти — нашли выход, ста­ли счаст­ли­вы­ми, радост­ны­ми и сво­бод­ны­ми. Это про них, про таких людей напи­са­но в кни­ге «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки», вышед­шей в дале­ком 1939 году в дале­кой Аме­ри­ке. Но точ­но таких же выздо­рав­ли­ва­ю­щих людей — род­ных, пусть не все­гда при­ят­ных, но понят­ных, я стал встре­чать на груп­пах побли­зо­сти от реа­би­ли­та­ци­он­но­го цен­тра, где я жил.

Это был даром Свы­ше. Бла­го­да­ря про­грам­ме цен­тра, само­от­вер­жен­ным спе­ци­а­ли­стам, нерав­но­душ­ным людям, помо­гав­шим суще­ство­вать этой бла­го­тво­ри­тель­ной рабо­те, я впер­вые смог поз­во­лить Богу изме­нить меня.

С тех пор я уже не был преж­ним, во мне появи­лось мно­го тако­го, чего я даже и подо­зре­вать в себе не мог, а боль­шин­ство людей, знав­ших меня рань­ше, думаю, сего­дня и не пове­ри­ли бы, что перед ними тот же самый человек.

Завер­шив реа­би­ли­та­цию, я еще год оста­вал­ся в цен­тре ста­же­ром, что­бы попро­бо­вать понять, чего я хочу и как мне реа­ли­зо­вать себя в жиз­ни. Уйдя из цен­тра, я выбрал (в соот­вет­ствии с реко­мен­да­ци­ей для начи­на­ю­щих выздо­рав­ли­вать зави­си­мых) рабо­ту, кото­рая при­но­си­ла бы лишь мини­маль­ный доста­ток, что­бы толь­ко хва­та­ло на жизнь, но поз­во­ля­ю­щую быть чест­ным, откры­тым, про­яв­лять забо­ту о дру­гих и слу­жить людям.

Я стал рабо­тать в сфе­ре бла­го­тво­ри­тель­но­сти и волон­тер­ства. Мне совсем не хоте­лось спе­ци­а­ли­зи­ро­вать­ся в сфе­ре помо­щи зави­си­мым, но через какое-то вре­мя мне ради под­ра­бот­ки при­шлось устро­ить­ся на рабо­ту в нар­ко­ло­ги­че­ский дис­пан­сер «рав­ным кон­суль­тан­том». Зани­ма­ясь этим, я понял: что­бы на самом деле помо­гать людям, надо учить­ся, при­об­ре­тать новые зна­ния и опыт. И я стал само­об­ра­зо­вы­вать­ся, искать допол­ни­тель­ные воз­мож­но­сти для роста уже как кон­суль­тант по зависимостям.

На чет­вер­том году выздо­ров­ле­ния у меня слу­чил­ся серьез­ный срыв — про­дол­жи­тель­ный запой, во вре­мя кото­ро­го я чуть не умер. Я сно­ва поте­рял, рабо­ту, день­ги, жилье, дове­рие людей и отно­ше­ния со сво­ей неве­стой. Срыв был вызван лишь одной при­чи­ной — моим отка­том в выздо­ров­ле­нии. Я пере­стал посе­щать собра­ния групп, пере­стал рабо­тать по Шагам, не слу­жил в Содру­же­стве выздо­рав­ли­ва­ю­щих. У меня появи­лась иллю­зия, что я уже могу само­сто­я­тель­но кон­тро­ли­ро­вать свою жизнь, что мне уже не нуж­но при­слу­ши­вать­ся к людям, а доста­точ­но соб­ствен­но­го здра­во­мыс­лия. Вый­ти из сры­ва мне помог­ло то, что в этот раз меня никто не спа­сал, в том чис­ле, и моя неве­ста, кото­рая даже моим роди­те­лям отка­за­лась гово­рить, где я, что­бы они не при­е­ха­ли меня спа­сать. Имен­но это и ста­ло при­чи­ной, что я, еще раз дой­дя до сво­е­го дна, в кон­це кон­цов сно­ва стал актив­но выздоравливать.

А через пол­то­ра года актив­но­го выздо­ров­ле­ния, соци­а­ли­за­ции, само­сто­я­тель­ной уче­бы, интен­сив­но­го вза­и­мо­дей­ствия со стар­ши­ми кол­ле­га­ми, я поз­во­лил себе вер­нуть­ся в сфе­ру помо­щи зави­си­мым и до сих пор тру­жусь на этом попри­ще, пре­одо­ле­вая с Божьей помо­щью труд­но­сти и не изме­няя прин­ци­пам моей про­грам­мы выздо­ров­ле­ния — чест­но­сти, откры­то­сти, аль­тру­из­ма и при­зна­ния бес­си­лия мое­го оди­но­ко­го эго.

Мы с моей неве­стой поже­ни­лись. Пока я был в запое, она пере­жи­ла насто­я­щий ад. Жена зна­чит для меня очень мно­го, она ста­ла мне самым близ­ким чело­ве­ком, хотя я все еще не умею здра­во стро­ить отно­ше­ния с ней, уде­ляю слиш­ком мало вни­ма­ния нашей семье, мно­го­го недо­даю жене, а порой даже при­чи­няю ей ущерб.

Мои отно­ше­ния с роди­те­ля­ми ста­ли таким, каки­ми не были нико­гда в жиз­ни. Хотя и роди­те­лям я, к сожа­ле­нию, уде­ляю крайне мало вни­ма­ния и люб­ви. Но я вижу: они счаст­ли­вы, что я не про­сто выжил, но живу пол­но­цен­ной жиз­нью, что я кому-то еще и поле­зен. Недав­но стар­шая сест­ра по сек­ре­ту ска­за­ла мне, что теперь роди­те­ли очень мною гордятся.

От всех этих пло­дов выздо­ров­ле­ния серд­це напол­ня­ет­ся бла­го­дар­но­стью Богу и людям, кото­рые мне встре­ча­лись. Бла­го­дар­но­стью за то, что мне предо­ста­ви­ли воз­мож­ность реа­ли­зо­вать мое стрем­ле­ние изме­нить­ся, что нако­нец-то пока­за­ли «пра­виль­ные книж­ки», пока­за­ли достой­ные при­ме­ры и откры­ли мне истин­ные цен­но­сти. Я бла­го­да­рен Богу за то, что Он убе­рег меня, не дал попасть в лапы к насиль­ни­кам и дру­гим шар­ла­та­нам в сфе­ре нар­ко­ло­гии, кото­рые мог­ли про­сто изуро­до­вать и доло­мать меня, как про­ис­хо­дит сего­дня с тыся­ча­ми зависимых.

Напо­сле­док хочу ска­зать немно­го о сво­ем стар­шем бра­те. Он не был нар­ко­ма­ном и алко­го­ли­ком, он все­гда был отлич­ни­ком, умни­цей, успеш­ным чело­ве­ком. Он был мне очень бли­зок, был одним из тех, кто наря­ду с отцом и мамой люби­ли меня все­гда, в любом состо­я­нии, люби­ли без­услов­но. Люди, знав­шие мое­го бра­та, виде­ли в нем очень хоро­ше­го чело­ве­ка. Он и был таким: достиг боль­ших успе­хов в жиз­ни и рабо­те, родил двух доче­рей, при­об­рел мно­же­ство насто­я­щих дру­зей и их ува­же­ние. И вдруг, когда ему было столь­ко же лет, сколь­ко сей­час мне, он тра­ги­че­ски погиб. Сла­ва Богу, в послед­ний год его жиз­ни я успел, начав выздо­рав­ли­вать, вос­ста­но­вить с ним кон­такт. На его похо­ро­нах я был абсо­лют­но трезв, у меня не воз­ник­ло даже мыс­ли упо­тре­бить что-то, что­бы убе­жать от боли. И сего­дня я ста­ра­юсь не забы­вать, что мой брат — пре­крас­ный чело­век, при­нес­ший в этот мир мно­го доб­ро­го и свет­ло­го, ста­рав­ший­ся жить пол­но­цен­но и быть полез­ным — умер в рас­цве­те сил. Тогда как я все свои силы, уме­ния, талан­ты и вре­мя тра­тив­ший на то, что­бы уби­вать себя, раз­ру­шать все и всех вокруг, — я выжил. Я ста­ра­юсь поча­ще вспо­ми­нать об этом и пони­маю, что, зна­чит, у Бога есть на меня пла­ны, есть для меня рабо­та, и мне необ­хо­ди­мо быть полез­ным Ему и людям. Все, что я делаю, я дол­жен соиз­ме­рять с этим фак­том и нико­гда не ста­вить себе в заслу­гу то, что я жив и спо­со­бен быть полез­ным. Это — милость Бога и заслу­га людей, явля­ю­щих­ся Его помощниками.

Спа­си­бо!

М.

Для меня основ­ной про­бле­мой были нар­ко­ти­ки: тяже­лые, лег­кие. Ну, и алко­голь тоже. Когда не было нар­ко­ти­ков, то и алко­голь шел за милую душу. Все, что горит и льет­ся, помо­га­ло мне унять душев­ные мета­ния и запол­нить пустоту.

Я начал упо­треб­лять рано, лет, навер­ное, с… деся­ти, может, с две­на­дца­ти, сей­час уже точ­но не пом­ню. Жил я с мате­рью, они с отцом раз­ве­лись, поэто­му осо­бо­го кон­тро­ля надо мной не было.

Соот­вет­ствен­но, заня­тие нашлось доста­точ­но быст­ро — нар­ко­ти­ки. Это были девя­но­стые годы. И я очень быст­ро понял, что я полу­чил то, чего мне не хва­та­ло в жиз­ни. Мне каза­лось, что про­блем у меня нет, а все эти веще­ства — они помо­га­ют мне жить.

Но даль­ше все пошло по стан­дарт­ной схе­ме — ста­ло стре­ми­тель­но раз­ви­вать­ся. Я пытал­ся най­ти выход. Были раз­ные попыт­ки вылез­ти: пере­про­бо­вал я все, что мож­но было, вплоть до магов и псих­боль­ни­цы. А закон­чи­лось все тюрь­мой (там я побы­вал два­жды, до пер­вой моей реа­би­ли­та­ции и после нее). В конеч­ном сче­те кри­вая во вто­рой раз при­ве­ла меня в реа­би­ли­та­ци­он­ный центр. Пер­вый раз я про­был в цен­тре пол­го­да насто­ял на отъ­ез­де — в пол­ной уве­рен­но­сти, что со мной уже все в поряд­ке,. Пить я начал сра­зу на вок­за­ле, как толь­ко про­во­жав­ший меня руко­во­ди­тель цен­тра уехал. И мои иллю­зии очень быст­ро раз­ве­я­лись. Как я уже ска­зал, все закон­чи­лось тюрьмой.

Когда я сно­ва при­е­хал на реа­би­ли­та­цию, настрой у меня был гораз­до серьез­нее, пото­му что я несколь­ко раз чуть не умер, было несколь­ко пере­до­зи­ро­вок. Меня раз пять, навер­ное, хоро­ни­ли, дума­ли: все, я уже не вста­ну. Но в ито­ге полу­чи­лось, что выжил. Пом­ню, когда уез­жал в реа­би­ли­та­ци­он­ный центр, сидел в купе и думал, что все, не доеду, настоль­ко было тяже­ло и душев­но, и физи­че­ски. Поте­рян был пол­но­стью. Но, в общем, Бог миловал.

До цен­тра я добрал­ся — при­чем, как я счи­таю, с пра­виль­ным внут­рен­ним моти­вом. Не внеш­ним толь­ко, кото­рый мож­но декла­ри­ро­вать маме, папе и дру­зьям: «Вот, поеду на реа­би­ли­та­цию!» Мож­но даже само­му верить в этот мотив, как я в пер­вый раз, посту­пая на реа­би­ли­та­цию. Я был уве­рен тогда: да, про­бле­му надо вро­де как решать, и вслух об этом гово­рил, и внеш­ние дей­ствия совер­шал, в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни верил в это сам. Но прак­ти­ка пока­за­ла, что это была ошиб­ка. Оши­боч­ное было у меня пред­став­ле­ние о том, чего я на самом деле хочу. Хочу ли я пере­мен? Готов ли тер­петь труд­но­сти? Реа­би­ли­та­ция — это не курорт. Там слож­но нахо­дить­ся дол­гое вре­мя с одни­ми и теми же людь­ми. А что еще слож­нее — менять свои взгля­ды и свои пред­став­ле­ния о мире. А совсем слож­но — это сле­до­вать новым кур­сом, жить по-новому.

Во вто­рой раз мой настрой на выздо­ров­ле­ние был покреп­че, но тем не менее, было несколь­ко ситу­а­ций, когда я уже пако­вал вещи и соби­рал­ся уез­жать из цен­тра, гово­ря себе: «Да они ниче­го не пони­ма­ют! Он вооб­ще все непра­виль­но гово­рит! Ну зачем это делать? Луч­ше я сам буду на груп­пах рабо­тать и во всем раз­бе­русь! И вооб­ще, у меня все нор­маль­но!» Но как-то полу­ча­лось, что обсто­я­тель­ства меня­лись, и я оставался.

Толь­ко потом, спу­стя какое-то вре­мя я начал пони­мать: дли­тель­ная реа­би­ли­та­ция нуж­на, что­бы все момен­ты внут­рен­них коле­ба­ний, душев­ных мета­ний пере­жить в без­опас­ной обста­нов­ке, кото­рая помо­га­ет с ними спра­вить­ся. Это очень важ­но. Будь я в момен­ты таких мета­ний за пре­де­ла­ми цен­тра, то со сто­про­цент­ной веро­ят­но­стью сорвал­ся бы.

Когда реа­би­ли­та­ция подо­шла к кон­цу, и я ухо­дил из цен­тра, роди­те­ли мне в под­держ­ке отка­за­ли. Я отцу позво­нил, он гово­рит: «Ну, Макс — моло­дец! Но имей в виду, на меня не рас­счи­ты­вай». Такой вот пода­рок сде­лал. На самом деле он очень пра­виль­но посту­пил, пото­му что тогда мне ста­ло понят­но: опи­рать­ся надо на соб­ствен­ные силы. И за свою жизнь отве­чаю толь­ко я. Ни на кого не вый­дет пере­ло­жить свою ответ­ствен­ность, ни на маму, ни на папу, как я при­вык. И дирек­то­ра цен­тра невоз­мож­но обви­нить, что он непра­виль­но со мной рабо­тал — мол, имен­но поэто­му у меня ниче­го не полу­ча­ет­ся. В реаль­ной жиз­ни выхо­дит так, что ошиб­ки, кото­рые я совер­шаю, по мне же и бьют. И если я их совер­шаю сно­ва, они опять бьют по мне, и обви­нить в этом уже некого.

И я понял, что «на халя­ву» ниче­го в жиз­ни не про­ка­тит. Это в упо­треб­ле­нии было при­выч­но думать: «Лад­но, оно как-нибудь само раз­ру­лит­ся! Глав­ное — начать, а даль­ше посмот­рим». А теперь мне ста­ло понят­но, что совер­шать какие— то дей­ствия надо осо­знан­но. И это под­тал­ки­ва­ло к раз­мыш­ле­ни­ям: «Так, а что же я буду делать завтра?»

Когда я вышел из цен­тра, у меня не было ни рабо­ты, ни свя­зей, ни кон­так­тов. Чужой, новый для меня город. Вооб­ще нико­го. Роди­те­ли не под­дер­жи­ва­ют: «Макс, кру­тись сам!» Кон­такт у меня был толь­ко с моей буду­щей женой. Я с ней позна­ко­мил­ся в хри­сти­ан­ском лаге­ре. Мне было важ­но одно — что­бы она шла пря­ми­ком к Богу. Пото­му что я, зная себя, был уве­рен: в оди­ноч­ку я до Него не дой­ду, у меня с этим посто­ян­ные про­бле­мы и веч­ные кри­зи­сы. Ины­ми сло­ва­ми, одно­му мне очень тяже­ло оста­вать­ся в Церк­ви, в вере. И я счи­таю, что Бог послал мне воз­мож­ность женить­ся на девуш­ке, с кото­рой что ни раз­го­вор — то закан­чи­ва­ет­ся Богом. И это на самом деле очень хоро­шо, это то, чего я искал.

После цен­тра я за неде­лю-дру­гую нашел рабо­ту соот­вет­ствен­но моим уме­ни­ям, кото­рая поз­во­ли­ла мне обре­сти поч­ву под нога­ми. А по вече­рам ходил искал, где снять жилье. Сам рас­кле­и­вал объ­яв­ле­ния «Сни­му квар­ти­ру»: на риел— тора денег не было, зар­пла­та все­го тысяч два­дцать-два­дцать пять. Тем не менее, нам с женой уда­лось снять квартиру.

Но тут воз­ник­ла дру­гая про­бле­ма. Как жить в реа­би­ли­та­ци­он­ном цен­тре, я знаю, два года там про­жил. А вот как жить само­сто­я­тель­но, еще и в роли мужа, для меня было в новин­ку и тяже­ло. Но бла­го­да­ря жене все пошло в пра­виль­ном направ­ле­нии. Наши отно­ше­ния сфор­ми­ро­ва­лись как парт­нер­ские, нет у нас тако­го, что кто-то в семье глав­ный. Биз­нес-парт­не­ры мы, коро­че, все по вза­им­но­му согла­сию, по договоренности.

Глав­ное, что после цен­тра у меня остал­ся навык пла­ни­ро­вать, кото­рый мне там при­ви­ли. Во вре­мя реа­би­ли­та­ции мне тяже­ло было с пла­ни­ро­ва­ни­ем: все надо было пла­ни­ро­вать: день, неде­лю. месяц… А ведь пла­ны — шту­ка такая, их стро­ишь, стро­ишь, а потом — бац! — и все идет не так, как ты хотел. Прав­да, быва­ет, и наобо­рот. Стро­ишь пла­ны и ниче­го не дела­ешь, а все идет так, как ты заду­мал. В ито­ге я при­шел к выво­ду, что пла­ни­ро­ва­ние долж­но быть гибким.

Навы­ки, кото­рые я полу­чил в цен­тре, при­го­ди­лись на рабо­те: бла­го­да­ря им у меня полу­чи­лось выстро­ить отно­ше­ния с руко­вод­ством. Актив­ный внут­рен­ний настрой в соче­та­ние с уме­ни­ем пла­ни­ро­вать и вер­но доне­сти до руко­вод­ства, как я вижу ситу­а­цию, что соби­ра­юсь делать, какие есть резерв­ные шаги на слу­чай, если что-то пой­дет не так, — все это сыг­ра­ло свою роль. Раз­ло­жив рабо­ту во вре­ме­ни в виде в виде диа­грам­мы Гант­та, как нас учи­ли в цен­тре, и выпи­сав ресур­сы, кото­рые нуж­ны для реа­ли­за­ции пла­нов, я вычле­нил наи­бо­лее веро­ят­ные про­бле­мы, спо­со­бы их реше­ния и стра­хо­воч­ные вари­ан­ты. Когда одна­жды я пока­зал свои рас­пи­сан­ные таким обра­зом пла­ны руко­вод­ству, меня из сисад­ми­нов сра­зу же пере­ве­ли в управ­ля­ю­щие. Дали бюд­жет и ска­за­ли: «Фор­ми­руй коман­ду! Под­тя­ги­вай людей!» — то есть посмот­ре­ли на меня как на чело­ве­ка, с кото­рым мож­но иметь дело, нор­маль­но­го, здорового.

Когда я нахо­дил­ся в цен­тре, я к отцу Андрею все при­ста­вал с вопро­сом: «Как узнать волю Бога в сво­ей жиз­ни? Как понять, чего Он от меня хочет? Где взять теле­фон, что­бы Ему позво­нить?» И запом­нил, что ска­зал мне батюш­ка, запом­нил на всю жизнь. А ска­зал он так: «Бог про­яв­ля­ет­ся там, где есть дей­ствия. Если ты дей­ству­ешь — даже непра­виль­но — Бог тебя выве­дет на нуж­ное направ­ле­ние и испра­вит твои дей­ствия так, что­бы ты ока­зал­ся там, где надо. Если же ты не дей­ству­ешь, то Он и не помо­жет. Что­бы свер­нуть горы, надо, как мини­мум, копать». С тех пор для меня это кре­до на всю после­ду­ю­щую жизнь: там, где дей­ствие — там есть реше­ние. Поэто­му мы с женой сына назва­ли Пав­лом, в честь апо­сто­ла Пав­ла. Ведь Павел — это чело­век, кото­рый дей­ство­вал! Пусть даже непра­виль­но, но дей­ство­вал, искренне веря в то, что он дела­ет. И Бог про­явил­ся в его жиз­ни, ради­каль­но испра­вив направ­ле­ние действий.

В рабо­те по Шагам я застрял на Девя­том, даль­ше пока не про­дви­нул­ся. Я знаю кон­цеп­цию Деся­то­го Шага, как и кон­цеп­ции Один­на­дца­то­го и Две­на­дца­то­го. Но у меня не полу­ча­ет­ся орга­ни­зо­вать соб­ствен­ную рабо­ту с кем-то в груп­пах, что­бы про­ра­ба­ты­вать эти Шаги. Одна­ко так или ина­че они в моей жиз­ни при­сут­ству­ют, пото­му что если я совер­шаю ошиб­ки, то на сле­ду­ю­щей день, как пра­ви­ло, их при­знаю. С Один­на­дца­тым Шагом мне помо­га­ет жена. Она твер­до, но так­тич­но застав­ля­ет меня по вече­рам молить­ся. Счи­таю, что десять лет назад, ища имен­но ту спут­ни­цу жиз­ни, кото­рая помо­жет мне «дер­жать вер­ный ази­мут», я сде­лал пра­виль­ный выбор. Совер­шаю я и Две­на­дца­тый Шаг: когда появ­ля­ет­ся необ­хо­ди­мость и воз­мож­ность, поде­лить­ся с кем-то опы­том выздо­ров­ле­ния, я нико­гда не отказываюсь.

После выхо­да из цен­тра мне очень силь­но не хва­та­ло ресо­ци­а­ли­за­ции: было тяже­ло вза­и­мо­дей­ство­вать с людь­ми из дру­го­го мира. Но посте­пен­но я это­му учил­ся. С роди­те­ля­ми, кста­ти, отно­ше­ния ста­но­вят­ся все луч­ше и луч­ше. Сей­час отец пери­о­ди­че­ски со мной живет, с сыниш­кой помо­га­ет. С отцом полу­чи­лось вый­ти на дове­ри­тель­ный уровень.

Слож­нее все­го мне дает­ся раз­ви­тие в духов­ной сфе­ре. Мне тяже­ло молить­ся, я не могу читать посто­ян­но одни и те же молит­вы. Я вооб­ще не люб­лю делать одно и то же. Я и на рабо­те код все­гда по-раз­но­му пишу, даже если зада­ча одна и та же. Сло­вом, душа у меня не лежит к изо дня в день повто­ря­ю­щим­ся оди­на­ко­вым дей­стви­ям. А в пра­во­слав­ном молит­вен­ном пра­ви­ле вечер­ние и утрен­ние молит­вы — одно и то же, одно и то же. Я себя мно­го раз застав­лял: вста­ешь и молишь­ся по молит­во­сло­ву. И в какой-то момент чув­ству­ешь себя авто­ма­том, маг­ни­то­фо­ном. Нет внут­ри искрен­но­сти. А сво­и­ми сло­ва­ми — оно как-то луч­ше выхо­дит, осо­бен­но когда совсем при­жмет, или даже когда не при­жмет, но коротенько.

Добав­лю, что тяги к нар­ко­ти­кам, к алко­го­лю нет уже дав­но. Я не знаю, вер­нут­ся или не вер­нут­ся эти про­бле­мы, но пока даже слож­ные ситу­а­ции, кото­рые тяже­ло пере­жи­вать на эмо­ци­о­наль­ном уровне, тягу не вызы­ва­ют. Да, навер­ное, может, и есть какой-то пре­дел, когда накал стра­стей дой­дет до такой сте­пе­ни, что выход — уже толь­ко пет­ля или алко­голь. Но тако­го, сла­ва Богу, со мной не было и, наде­юсь, что и не будет. А когда есть мир в душе, вот тогда хорошо!

После цен­тра я про­дол­жил посе­щать мис­си­о­нер­скую шко­лу и бла­го­по­луч­но ее окон­чил. Заня­тия были вечер­ние, про­во­дить их при­гла­ша­ли свя­щен­ни­ков и уни­вер­си­тет­ских пре­по­да­ва­те­лей. Потом мы с женой раз пять езди­ли в мис­си­о­нер­ский лагерь, даже про­во­ди­ли там собра­ния, чита­ли лек­ции о свя­тых. Еще мы с ней хоте­ли орга­ни­зо­вать на базе наше­го при­хо­да еван­гель­скую груп­пу, но, прав­да, не получилось.

Еще хочу ска­зать о день­гах. До реа­би­ли­та­ции они для меня были целью. Тыся­ча руб­лей есть в кар­мане — у меня все вни­ма­ние на нее. Тыся­ча руб­лей! Тыся­ча руб­лей! Тыся­ча руб­лей! Нар­ко­ти­ки! Нар­ко­ти­ки! Бац! Мне хоро­шо. А потом с утра вста­ешь: «Где бы взять тыся­чу руб­лей, тыся­чу руб­лей? Ну хотя бы пять­сот?» Мне было ком­форт­но от того, что есть день­ги или если уда­ва­лось кого-нибудь надуть, про­вер­нуть какую-то афе­ру. День­ги появи­лись — несколь­ко дней гуля­ешь, тра­тишь их. При их нали­чии иллю­зия ком­фор­та воз­ни­ка­ла, пото­му что целью было само обла­да­ние денеж­ны­ми сред­ства­ми, и когда эта цель дости­га­лась, мне было хорошо.

И после реа­би­ли­та­ции, конеч­но, день­ги были нуж­ны, как нуж­ны и сей­час. Но теперь они у меня отнюдь не на пер­вом месте, даже при раз­ра­бот­ке каких-то про­ек­тов день­ги — на вто­ром плане.

Недав­но сын спро­сил: «Папа, а какая у тебя самая глав­ная цель в жиз­ни?» Семь лет ребен­ку! Я про­сто пора­зил­ся вопро­су, думаю: «Ниче­го себе!» Гово­рю: «Паш­ка, у меня глав­ная цель — это най­ти Бога в сво­ей жиз­ни». На эту мысль меня натолк­нул пер­спек­тив­ный план, кото­рый я про­ду­мы­вал и рас­чер­чи­вал на мил­ли­мет­ров­ке еще в реа­би­ли­та­ци­он­ном цен­тре. Но по-насто­я­ще­му моя глав­ная цель сфор­ми­ро­ва­лась уже потом, через несколь­ко лет после реа­би­ли­та­ции. Кста­ти, жена помог­ла мне и с этим.

Я не свя­той. И у меня тако­го нет, что вот — я тут весь цели­ком и пол­но­стью выздо­рав­ли­ва­ю­щий, а дома повсю­ду све­чи, и Про­грам­ма по сте­нам раз­ве­ше­на. Я боль­ше прак­тик. Я знаю, что есть инстру­мен­ты, кото­рые рабо­та­ют. Напри­мер, «12 Шагов» — это моло­ток. Молот­ком мож­но заби­вать гвоз­ди. Чем забить вот этот гвоздь? Я беру моло­ток и заби­ваю! Когда на рабо­те у меня воз­ни­ка­ет какая— то про­бле­ма, я гово­рю себе: «Ага! Пер­вый Шаг. Могу я что-то сде­лать — не могу? Блин, не могу. Бес­си­лен». А даль­ше — Вто­рой Шаг, а потом — Третий…

С.

Я — нар­ко­ман и алко­го­лик. Мне сорок четы­ре года, два­дцать из кото­рых я про­вел в упо­треб­ле­нии. Пер­вый раз попро­бо­вал алко­голь в 1991 году, в пред­по­след­нем клас­се сред­ней шко­лы, совер­шен­но опья­нев от двух ста­ка­нов крас­но­го вина. Но потом при­вык. В наше вре­мя мод­но было зани­мать­ся спор­том, и я тоже это делал — одно­вре­мен­но с упо­треб­ле­ни­ем, даже отучил­ся один курс в Ака­де­мии физ­куль­ту­ры. Но тогда была мода и на раз­гуль­ный образ жиз­ни — выпи­вать, поку­ри­вать. Кури­ли лег­кие нар­ко­ти­ки. Здо­ро­вья хва­та­ло. В нача­ле упо­треб­ле­ния я спо­кой­но мог пить всю ночь, а утром про­сто встрях­нуть­ся и пой­ти на рабо­ту. Не было про­блем ни на рабо­те, ни в семье, ни с окружающими.

Но со вре­ме­нем жизнь луч­ше не ста­но­ви­лась. Я пере­ехал жить в Иркутск, там пер­вый раз женил­ся. Пла­ни­ро­вал я, конеч­но, жить совер­шен­но по-дру­го­му, чем это полу­ча­лось. Когда я рос, отец очень силь­но пил. Я с дет­ства пом­ню, какие в семье из-за это­го были скан­да­лы. Я все­гда гово­рил себе, что в моей семье тако­го не будет, что я нико­гда не ста­ну алко­го­ли­ком, а уж тем более нар­ко­ма­ном (уко­лов я вооб­ще все­гда боял­ся и до сих пор, кста­ти, боюсь, несмот­ря на весь свой нар­ко­ман­ский опыт). Но начал и пить, и колоть­ся, и это про­дол­жа­лось два­дцать лет.

Понят­ное дело, жизнь от это­го луч­ше не дела­лась. Все мои семьи рас­па­да­лись, с рабо­ты меня выго­ня­ли, из дома тоже выго­ня­ли. Я вел совер­шен­но амо­раль­ный образ жиз­ни — воро­вал, гра­бил, обма­ны­вал, выно­сил все из дома, тор­го­вал нар­ко­ти­ка­ми, что­бы обес­пе­чить свое упо­треб­ле­ние. Чего толь­ко не было! Появи­лись про­бле­мы со здо­ро­вьем. Жить не хоте­лось. Посто­ян­ные чув­ства: ужас, боль, отча­я­ние. Мно­го было попы­ток суи­ци­да, осо­знан­ных и неосо­знан­ных. Осо­знан­ных — когда до поте­ри созна­ния опи­вал­ся спирт­ным и упо­треб­лял огром­ные дозы нар­ко­ти­ка. Неосо­знан­ных — когда жил непо­нят­но где и как, мно­го денег, мно­го нар­ко­ти­ков. В себя при­хо­дил, толь­ко когда кто-то из ока­зав­ших­ся рядом людей вызы­вал «ско­рую», и меня откачивали.

За это вре­мя как мне толь­ко ни пыта­лись помочь род­ные и близ­кие! Не счесть, сколь­ко раз меня кла­ли в боль­ни­цы, чисти­ли. Я меся­ца­ми жил у дру­зей, кото­рые не отпус­ка­ли меня от себя, пыта­ясь меня спа­сти. Чего толь­ко со мной не дела­ли: меня вози­ли на Север, меня вози­ли в тай­гу, меня при­сте­ги­ва­ли наруч­ни­ка­ми к батареям.

Я не могу сосчи­тать, сколь­ко раз я клял­ся, что навсе­гда пре­кра­щу упо­треб­лять. При­чем клял­ся совер­шен­но искренне. Напри­мер, про­жив меся­ца пол­то­ра на Край­нем Севе­ре или в тай­ге, на реке, я отъ­едал­ся, немнож­ко даже зани­мал­ся спор­том и абсо­лют­но при­хо­дил в себя. И когда меня потом отправ­ля­ли обрат­но в род­ной город, я всем, в том чис­ле, и маме сво­ей по теле­фо­ну гово­рил: «Да вы что! Что­бы я при­кос­нул­ся к этой отра­ве! Это же к чему меня при­во­дит!» И все искренне это­му вери­ли, и сам я искренне в это верил. Но как толь­ко у меня в зоне дося­га­е­мо­сти ока­зы­ва­лись какие-то веще­ства, изме­ня­ю­щие созна­ние, все мои обе­ща­ния и наме­ре­ния рас­сы­па­лись, как кар­точ­ный домик. Я, не пони­мая, поче­му так про­ис­хо­дит, сно­ва брал­ся за рюм­ку, за шприц, совер­шен­но не пом­ня о послед­стви­ях. Хотя послед­ствий каких толь­ко не было: и белую горяч­ку я пере­жил, и ноги у меня отка­зы­ва­ли, и пере­до­зи­ро­вок куча, и чего толь­ко еще не слу­ча­лось. Дру­зья, род­ные и близ­кие — все меня спасали.

А чего я толь­ко не делал, что­бы оста­но­вить это безу­мие! Обра­щал­ся к вра­чам и к пси­хо­ло­гам, пытал­ся уехать — ниче­го не помо­га­ло. Какое-то вре­мя я дер­жал­ся, но насту­пал момент, и я все рав­но сры­вал­ся. При­чем со вре­ме­нем пери­о­ды без упо­треб­ле­ния ста­но­ви­лись все коро­че: в нача­ле я мог месяц-два обхо­дить­ся без нар­ко­ти­ков, а одна­жды дер­жал­ся даже два года (я тогда рабо­тал в лес­ном посел­ке, прав­да, вре­мя от вре­ме­ни выпи­вал, заме­няя нар­ко­тик алко­го­лем), но затем эти пере­ры­вы ста­но­ви­лись все мень­ше — две неде­ли, неделя.

К 2011-му году, через два­дцать лет упо­треб­ле­ния, я уже нахо­дил­ся в таком состо­я­нии, что не жил дома. Меня ото­всю­ду выгна­ли. Я уже абсо­лют­но нико­му был не нужен. Меня не хоте­ли видеть ни дру­зья, ни род­ствен­ни­ки, никто. С Богом осмыс­лен­ных отно­ше­ний у меня не было, хотя я и кре­стил­ся в созна­тель­ном воз­расте, в трид­цать три года. Но как-то раз я сидел на бере­гу реки в под­пи­тии, под нар­ко­ти­ком, сидел в дра­ных шта­нах, кото­рые мне кто-то дал, в гряз­ной фут­бол­ке, оброс­ший. Сидел и, гля­дя вверх, гово­рил: «Гос­по­ди! Сде­лай так, что­бы я умер!» Пото­му что жить так было невоз­мож­но. Не хоте­лось мне жить. Бог, одна­ко, решил иначе.

Послед­ние пять лет упо­треб­ле­ния я был занят тор­гов­лей нар­ко­ти­ка­ми. Не знаю, как меня не поса­ди­ли — может быть, пото­му, что я все вре­мя менял горо­да, жил то в Иркут­ске, то на Севе­ре, в сво­ем горо­де. Види­мо, это и спас­ло. Но всем тор­гов­цам я был дол­жен, меня иска­ли, и мне было страш­но вый­ти на ули­цу, я выхо­дил толь­ко в тем­но­те, пере­ме­щал­ся на каких-то маши­нах. Едва зай­дя домой, я тут же запи­рал­ся и даже не вклю­чал свет, пото­му что мне посто­ян­но при­хо­ди­ли угро­жа­ю­щие смс-ки, к квар­ти­ре при­ез­жа­ли люди и сту­ча­лись в дверь. Ино­гда меня-таки нахо­ди­ли и били. Три раза рас­стре­ли­ва­ли из трав­ма­ти­че­ских писто­ле­тов. За месяц до реа­би­ли­та­ци­он­но­го цен­тра, когда я уже при­нял реше­ние изме­нить свою жизнь и обра­тил­ся за помо­щью, я шел домой, на меня напа­ли, заки­ну­ли в маши­ну, увез­ли в лес и сно­ва рас­стре­ля­ли. Потом при­вез­ли в город и выбро­си­ли. Весь в гря­зи, в кро­ви, спор­тив­ный костюм про­сто «в лен­точ­ку». Дома я еще дол­го выко­вы­ри­вал из себя пули. Обо­шлось без серьез­ных повре­жде­ний, но дыр­ки в теле были у меня еще дол­го были, с ними я и в центр при­е­хал. Тут мне ста­ло пре­дель­но ясно: все, край, даль­ше уже некуда.

И мы нача­ли зани­мать­ся поис­ком цен­тра. Зна­ко­мые ребя­та уез­жа­ли в цен­тры на месяц-два, но им это не помо­га­ло, и я стал искать центр дли­тель­но­го про­жи­ва­ния. Сест­ра помог­ла мне най­ти сра­зу несколь­ко таких цен­тров, целых пять, но четы­ре из них ока­за­лись плат­ны­ми, а денег у нас не было. И толь­ко «Ста­рый Свет» в Под­мос­ко­вье, в деревне Ери­но, ока­зал­ся бес­плат­ным. Что­бы попасть в «Ста­рый Свет», надо было выпол­нить ряд дей­ствий: напи­сать свою исто­рию, позво­нить. Я все это сде­лал, и мне ска­за­ли, что я могу при­е­хать. Срок реа­би­ли­та­ции меня совер­шен­но не пугал. Я был готов уехать куда угод­но и насколь­ко угод­но: дома нахо­дить­ся я уже не мог — здесь я исчер­пал все свои воз­мож­но­сти выжить. Я заки­ды­вал в себя все нар­ко­ти­ки, какие уда­ва­лось най­ти, а послед­нее вре­мя уже мешал их с алко­го­лем и со всем, что попа­да­лось под руку, со вся­ки­ми лекар­ства­ми. И в таком состо­я­нии я жил, гово­ря окру­жа­ю­щим меня людям, что со мной все нор­маль­но. Конеч­но, люди от меня шара­ха­лись, даже раз­го­ва­ри­вать не хотели.

Ну вот, я собрал­ся и уехал в реа­би­ли­та­ци­он­ный центр. Там узнал, что есть, ока­зы­ва­ет­ся, Про­грам­ма выздо­ров­ле­ния. Конеч­но, пер­вое вре­мя было очень тяже­ло, посто­ян­но хоте­лось уехать. Шла пере­строй­ка орга­низ­ма. Не было сна. Физи­че­ски было очень труд­но. Чув­ства — про­сто на пре­де­ле. Как гово­рят в Про­грам­ме, чело­век в это вре­мя как бы «без кожи». И я теперь хоро­шо пони­маю, как это — быть «без кожи». Было слож­но. Но я рад, что мне уда­лось все это пре­тер­петь, и в кон­це кон­цов я про­трез­вел и начал дви­же­ние к выздо­ров­ле­нию. Поне­мно­гу стал раз­би­рать­ся, что со мной про­ис­хо­дит, вооб­ще узнал о сво­ей болез­ни и о том, что с ней делать.

Реа­би­ли­та­цию я до кон­ца не про­шел, не смог выпол­нить одно из ее усло­вий — начать делать то, что страш­но. А у меня до сих пор устро­е­ние такое, что мне жить страш­но — этот страх, как я теперь пони­маю, и при­во­дил к упо­треб­ле­нию. И когда мне гово­рят, что надо идти впе­ред, я при появ­ле­нии труд­но­стей все­гда шагаю назад. И то, что мне про­сто страш­но жить, силь­но тор­мо­зит выздо­ров­ле­ние. Вре­ме­на­ми нор­маль­но, конеч­но. Чем я трез­вее, тем ста­но­вит­ся лег­че, но все рав­но насту­па­ют такие момен­ты, когда я пони­маю, что вот тут я застрял: впе­ред идти не могу, не хочу, и не полу­ча­ет­ся. А в цен­тре одно из усло­вий было: нуж­но идти впе­ред, брать на себя новую ответ­ствен­ность. Но я не смог. Вот и при­шлось уехать. Уез­жал тоже в стра­хе, пони­мал, что очень рискую. Но, сла­ва Богу, сры­ва не про­изо­шло. Навер­ное, из-за того, что я был настро­ен начать совер­шен­но дру­гую жизнь.

Того, что мне дали в реа­би­ли­та­ци­он­ном цен­тре, мне хва­ти­ло надол­го. Из цен­тра я при­е­хал уже не в Сибирь, а в Гелен­джик, куда пере­еха­ла моя мама. Заме­ча­тель­ный курорт­ный город. Но групп вза­и­мо­по­мо­щи («Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков» или «Ано­ним­ных Нар­ко­ма­нов») там не было.

Бли­жай­шую груп­пу я нашел в Ново­рос­сий­ске. Какое-то вре­мя она меня очень хоро­шо под­дер­жи­ва­ла. Там же, на ново­рос­сий­ской груп­пе, я нашел чело­ве­ка («спон­со­ра», «настав­ни­ка»), кото­рый меня повел даль­ше по Про­грам­ме. Я начал серьез­но зани­мать­ся сво­им выздо­ров­ле­ни­ем. Посе­щал груп­пы в Ново­рос­сий­ске, а парал­лель­но попы­тал­ся создать груп­пы в Гелен­джи­ке. Это был 2013‑й год.

Для нача­ла нуж­но было поме­ще­ние. Я обра­тил­ся за помо­щью в Пра­во­слав­ную Цер­ковь, съез­дил на при­ем к вла­ды­ке. И Цер­ковь помог­ла. Мы откры­ли груп­пы — сна­ча­ла АА, потом АН, потом груп­пы для род­ствен­ни­ков. И посто­ян­но зани­ма­лись эти­ми груп­па­ми. На них нача­ли при­хо­дить люди, посте­пен­но сло­жил­ся костяк, кото­рый уже посто­ян­но участ­во­вал в дви­же­нии. Я уехал из Гелен­джи­ка почти два года назад, но нача­тое дело живет, груп­пы про­дол­жа­ют рабо­тать и раз­ви­вать­ся. Они сотруд­ни­ча­ют с Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью: напри­мер, кро­ме обыч­ных собра­ний устра­и­ва­ют для жела­ю­щих бесе­ды со свя­щен­ни­ка­ми. Люди с инте­ре­сом узна­ют про Пра­во­сла­вие, начи­на­ют ходить в храм, на тер­ри­то­рии кото­ро­го нахо­дит­ся поме­ще­ние, где соби­ра­ют­ся группы.

А я про­мыс­лом Божи­им посту­пил в пра­во­слав­ную семи­на­рию, а два года назад стал жить на мона­стыр­ском подво­рье послуш­ни­ком. И сей­час там живу. Здесь, к сожа­ле­нию, нет групп. Мне ино­гда зво­нят выздо­рав­ли­ва­ю­щие ано­ним­ные дру­зья, про­сто узнать, как у меня дела.

Я пони­маю, что бла­го­да­ря Про­грам­ме, цен­тру, новым зна­ни­ям я сего­дня живой и в этом году будет уже восемь лет как трез­вый. И жизнь моя меня­ет­ся. Меня­ет­ся посто­ян­но и в луч­шую сто­ро­ну. Быва­ют пери­о­ды, когда кажет­ся, что жизнь или сто­ит на месте, или даже начи­на­ет катить­ся вниз. Но потом все рав­но насту­па­ют дни, когда ста­но­вит­ся понят­но: все, что со мной про­ис­хо­дит — не зря. Во-пер­вых, жизнь моя ста­ла полез­ной, я слу­жу Богу и окру­жа­ю­щим меня людям. В Гелен­джи­ке я тоже слу­жил при хра­ме, у меня было мно­го послу­ша­ний, и на груп­пах я слу­жил. Но это­го было недо­ста­точ­но. Я чув­ство­вал, что состо­я­ние ухуд­ша­ет­ся, все чаще появ­ля­ют­ся обыч­ные для зави­си­мо­го чело­ве­ка чув­ства: злость, раз­дра­же­ние, недо­воль­ство, неудо­вле­тво­рен­ность жиз­нью. Я пони­мал, что пре­одо­леть такие состо­я­ния мож­но толь­ко начав слу­жить еще интен­сив­нее. Сей­час я живу в таком месте, где у меня боль­шая — боль­ше ста чело­век — пра­во­слав­ная семья, о кото­рой мне надо еже­днев­но забо­тить­ся. Понят­но, что если и в обыч­ной семье все­гда посто­ян­но что-то нуж­но, то тут этих нужд еще боль­ше. Я прак­ти­че­ски с утра до позд­не­го вече­ра посто­ян­но занят. Теле­фон все вре­мя зво­нит, всем что-то тре­бу­ет­ся, целые спис­ки того, что надо обес­пе­чить, купить, про­ана­ли­зи­ро­вать, о чем дого­во­рить­ся. Такое вот слу­же­ние. Ино­гда кажет­ся: да зачем мне все это надо? Ведь это реаль­но отни­ма­ет столь­ко сил и вре­ме­ни! Но я пони­маю, что по-дру­го­му мне никак нель­зя: по-дру­го­му меня сра­зу начи­на­ет побеж­дать мой эго­изм. Мне нель­зя жить для себя. Чем боль­ше я живу для дру­гих, тем луч­ше ста­но­вит­ся моя жизнь.

Конеч­но, я очень бла­го­да­рен «Ста­ро­му Све­ту» и его сотруд­ни­кам, через кото­рых Гос­подь вер­нул меня к жиз­ни. Очень наде­юсь, что когда-нибудь у меня полу­чит­ся сно­ва при­е­хать в Ери­но, в мой реа­би­ли­та­ци­он­ный центр и со все­ми уви­деть­ся. Вот пока и все. Спасибо!

Л., мама наркомана

Когда сын уехал в реа­би­ли­та­ци­он­ный центр «Ста­рый Свет» и начал там выздо­рав­ли­вать, семей­ные кон­суль­тан­ты цен­тра объ­яс­ни­ли мне, что мне обя­за­тель­но надо ходить на груп­пы для род­ствен­ни­ков зави­си­мых, что­бы нача­лось и мое выздоровление.

После пер­во­го посе­ще­ния групп я испы­та­ла облег­че­ние от того, что таких, как я, мно­го, что я не одна. И что мне не надо сты­дить­ся зави­си­мо­сти сво­е­го сына, что это болезнь. И что эта болезнь лечится.

Но дол­гое вре­мя я не пони­ма­ла, что я делаю на груп­пах, и как нуж­но выздо­рав­ли­вать. Пись­ма из цен­тра от сына[2] про­сто-таки поверг­ли меня ниц, вывер­ну­ли наизнан­ку и вытрях­ну­ли из меня всю мою лжи­вую сущ­ность. Сын в пись­мах впер­вые в обще­нии со мной чест­но оце­ни­вал свою жизнь, свои поступ­ки, свои мыс­ли. И мне пред­ла­гал сде­лать то же самое. Для меня это было самое боль­шое потря­се­ние — при­знать­ся во всем, чест­но отве­тить на вопро­сы, оце­нить всю свою жизнь, нрав­ствен­ное свое пове­де­ние, нрав­ствен­ную свою изнан­ку. Вот тогда-то я и поня­ла по-насто­я­ще­му все зна­че­ние группы.

Сна­ча­ла я, рас­ска­зы­вая прав­ду о сво­их поступ­ках, мыс­лях, дей­стви­ях, крас­не­ла от сты­да. Но полу­чая обрат­ную связь, я пони­ма­ла, что в этих сво­их гре­хах я не оди­но­ка, что такие же дефек­ты харак­те­ра видят в себе и дру­гие люди. И не про­сто видят, но уже и име­ют опыт избав­ле­ния от них. И мне ста­но­ви­лось лег­ко от того, что все мож­но испра­вить, а побе­ды над собой, даже малень­кие, при­но­си­ли чув­ство окрыленности.

Там же, на груп­пе, слу­шая откро­вен­ные, чест­ные рас­ска­зы людей о себе, я и сама откры­ва­лась все боль­ше и боль­ше. Я посте­пен­но учи­лась не боять­ся выра­жать свои мыс­ли и чув­ства, поня­ла, что это не стыд­но. Я учи­лась слу­шать, слы­шать и ана­ли­зи­ро­вать свои мыс­ли, чув­ства и поступки.

До это­го мне было очень труд­но отве­чать на вопро­сы сына. Дур­ная при­выч­ка не назы­вать вещи сво­и­ми име­на­ми, все при­укра­ши­вать, ста­рать­ся пока­зать себя луч­ше, чем есть на самом деле, — все это силь­но затруд­ня­ло мое обще­ние с ним. Но читая его пись­ма, я виде­ла, как чест­но он обща­ет­ся со мной, как чест­но пока­зы­ва­ет свои поро­ки, все дефек­ты сво­е­го харак­те­ра, и мне ста­но­ви­лось с каж­дым разом все лег­че и лег­че делать то же самое, и на душе ста­но­ви­лось радостнее.

Сей­час у сына устой­чи­вая ремис­сия, десять лет чисто­ты. У него есть семья, двое детей, люби­мая рабо­та. Но я все рав­но про­дол­жаю ходить на собра­ния групп. И каж­дый раз нахо­жу для себя что-то новое, может быть, ранее неуслы­шан­ное. Я могу рас­ска­зать на собра­ни­ях о сво­их не самых луч­ших мыс­лях, поступ­ках, и знаю, что меня услы­шат, пой­мут, и мой рас­сказ не вый­дет за пре­де­лы ком­на­ты, где про­хо­дит собрание.

И самое-самое глав­ное, что я почерп­ну­ла из Про­грам­мы «12 Шагов» и из посе­ще­ния групп: я вышла на новый уро­вень обще­ния со сво­и­ми детьми и с окру­жа­ю­щи­ми меня людь­ми. Сей­час мне не стыд­но быть самой собой. Иной раз — быть несо­вер­шен­ной. Мне не стыд­но чему-то не соот­вет­ство­вать, не оправ­дать чьих-то ожи­да­ний, ска­зать кому-то правду.

Я не могу ска­зать, что у меня все полу­ча­ет­ся иде­аль­но. Но по край­ней мере, я могу теперь отсле­дить, поче­му у меня не полу­ча­ет­ся, и что имен­но меня вол­ну­ет. И отве­ты на эти вопро­сы я нахо­жу на собра­ни­ях сво­ей группы.

Неко­то­рые при­хо­дят на собра­ние все­го еди­но­жды, в надеж­де полу­чить чудо­дей­ствен­ную таб­лет­ку, а когда не полу­ча­ют — сра­зу пере­ста­ют ходить. С таки­ми же ожи­да­ни­я­ми впер­вые при­шла на груп­пу и я. Я дума­ла, что я разок-дру­гой схо­жу, и у меня сра­зу все ста­нет в поряд­ке. Но со вре­ме­нем я поня­ла, что выздо­ров­ле­ние — это дол­гий труд. И даже хож­де­ние на груп­пы — это труд. Труд тита­ни­че­ский, где надо пра­вить себя. А это для меня очень непро­сто. Но когда я полу­чаю резуль­тат, я пони­маю, что оно того стоило.

И я без­мер­но бла­го­дар­на Гос­по­ду за этот жиз­нен­ный урок. Я очень бла­го­дар­на сыну за обнов­ле­ние моей жиз­ни. Если бы не он, все в ней тяну­лось бы и тяну­лось так же фаль­ши­во. Жизнь рань­ше уже зада­ва­ла мне подоб­ный урок с моим бра­том-зави­си­мым. Тот урок я не выучи­ла. Тогда она зада­ла мне новый — с сыном. Очень непро­сто было мне это пере­жить, но урок я учу.

И еще о моем выздо­ров­ле­нии: я счи­таю, что его нель­зя огра­ни­чить опре­де­лен­ным вре­ме­нем. Для меня выздо­ров­ле­ние будет про­дол­жать­ся, пока я совер­шаю нуж­ные для него дей­ствия: хожу на груп­пу, рабо­таю по Про­грам­ме, слу­жу в Сооб­ще­стве. И я бла­го­дар­на всем участ­ни­кам Про­грам­мы «12 Шагов» — там я полу­чи­ла помощь и под­держ­ку. И самое глав­ное — научи­лась чест­но­сти. А для меня это очень важно.

ГЛАВА 8. ГДЕ НАЙТИ ПОМОЩЬ?

Сде­лав пер­вый шаг — при­знав соб­ствен­ное бес­си­лие изме­нить пове­де­ние нар­ко­ма­на, важ­но не оста­но­вить­ся на этом, а сде­лать и сле­ду­ю­щий шаг — обра­тить­ся за помощью.

Делая его, Вы преж­де все­го начи­на­е­те обще­ние с людь­ми, кото­рые отве­ча­ют Вам по кон­такт­но­му теле­фо­ну или теле­фо­ну дове­рия, раз­го­ва­ри­ва­е­те с вра­ча­ми, пси­хо­ло­га­ми или дру­ги­ми спе­ци­а­ли­ста­ми, к кото­рым Вы при­хо­ди­те, что­бы про­кон­суль­ти­ро­вать­ся, обща­е­тесь с участ­ни­ка­ми групп самопомощи.

Для мно­гих людей сде­лать этот новый шаг быва­ет труд­но, пото­му что они могут счи­тать, что «пре­да­ют» сво­их близ­ких. Это заблуж­де­ние может под­дер­жи­вать в Вас и сам нар­ко­ман: он ста­нет упре­кать Вас в пустой тра­те вре­ме­ни, в том, что Вы посту­па­е­те совсем непра­виль­но, даже заяв­лять, что Вы не име­е­те пра­ва рас­ска­зы­вать кому-то посто­рон­не­му о его про­бле­мах. Не под­да­вай­тесь на эти упре­ки и уго­во­ры! Вы не толь­ко име­е­те пол­ное пра­во обра­тить­ся за помо­щью — ведь в поис­ке отве­та на Ваш вопрос, что же делать, как помочь нар­ко­ма­ну, помощь нуж­на имен­но Вам. Более того, обра­тить­ся за помо­щью — это про­сто Ваша обя­зан­ность, если Вы дей­стви­тель­но хоти­те, что­бы про­бле­ма Ваше­го ребен­ка или род­ствен­ни­ка нашла реше­ние. Ина­че, наде­ясь, что все раз­ре­шит­ся само собой, Вы буде­те воль­но или неволь­но играть роль пособ­ни­ка болез­ни, содей­ство­вать ее укреп­ле­нию и развитию.

Но вот Вы все-таки реши­лись. Куда обратиться?

К сожа­ле­нию, надо при­знать, что ресур­сов для реаль­ной помо­щи пока еще крайне недо­ста­точ­но. Дей­стви­тель­но про­фес­си­о­наль­ные реа­би­ли­та­ци­он­ные цен­тры и про­грам­мы в Москве, Санкт-Петер­бур­ге и при­го­ро­дах этих сто­лиц мож­но пере­счи­тать по паль­цам. Но, сла­ва Богу, здесь они все-таки есть, хотя оче­вид­но, и не в состо­я­нии хоть сколь­ко-то решить про­бле­му в мас­шта­бах даже мик­ро­рай­о­на, не гово­ря уже о рай­он­ных, город­ских или более круп­ных мас­шта­бах. Но вся осталь­ная тер­ри­то­рия Рос­сии не может похва­стать­ся даже этим мини­му­мом. А ведь эпи­де­мия нар­ко­ма­нии не щадит ни Даль­ний Восток, ни Урал, ни Сибирь, ни дру­гие реги­о­ны нашей страны.

Поэто­му глав­ную надеж­ду пока при­хо­дит­ся воз­ла­гать на дви­же­ния групп само­по­мо­щи. Наи­бо­лее круп­ные и извест­ные из них — это «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» (АА), и «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны» (АН), а так­же груп­пы само­по­мо­щи род­ствен­ни­ков алко­го­ли­ков «Ал-Анон» или род­ствен­ни­ков нар­ко­ма­нов «Нар— Анон».

В груп­пах для род­ствен­ни­ков каж­дый, кто хочет помочь сво­е­му близ­ко­му, не толь­ко смо­жет полу­чить под­держ­ку в сво­ей зача­стую дра­ма­ти­че­ской ситу­а­ции и узна­ет о том, как мож­но по-насто­я­ще­му решить набо­лев­шие про­бле­мы, но и научит­ся — и это, пожа­луй, самое глав­ное — ина­че смот­реть на свою жизнь, заду­мы­вать­ся, зачем и поче­му воз­ни­ка­ют в ней столь слож­ные момен­ты, научит­ся при­ни­мать себя и дру­гих людей (в том чис­ле, и сво­их боль­ных алко­го­лиз­мом или нар­ко­ма­ни­ей родственников).

Рабо­та групп стро­ит­ся на осно­ве широ­ко извест­ной во всем мире Про­грам­мы «12 Шагов». Вот о чем гово­рит­ся в этих Шагах:

  1. Мы при­зна­ли свое бес­си­лие перед сво­ей зави­си­мо­стью[3], при­зна­ли, что мы поте­ря­ли кон­троль над собой.
  2. При­шли к убеж­де­нию, что толь­ко Сила, более могу­ще­ствен­ная, чем мы, может вер­нуть нам здравомыслие.
  3. При­ня­ли реше­ние пре­по­ру­чить нашу волю и нашу жизнь Богу, насколько[СНОСКА: Англий­ский обо­рот asweunderstoodHim,который при­сут­ству­ет в 3‑м и 11‑м Шагах, мож­но пони­мать дво­я­ко: “НАСКОЛЬКО мы Его пони­ма­ли” и “КАК мы Его пони­ма­ли”. В све­те мно­го­чис­лен­ных исто­ри­ко-биб­лио­гра­фи­че­ских иссле­до­ва­ний дви­же­ния “Ано­ним­ные алко­го­ли­ки” (в том чис­ле, без­ого­во­роч­но при­знан­ных самим сооб­ще­ством, напри­мер, “АА про­хо­дит сквозь вре­мя”, “Док­тор Боб и слав­ные вете­ра­ны” и др.) есть все осно­ва­ния пола­гать, что созда­те­ли АА, фор­му­ли­руя Шаги, под­ра­зу­ме­ва­ли преж­де все­го пер­вое зна­че­ние (“насколь­ко”). Во мно­гих же рус­ских пере­во­дах устой­чи­во исполь­зу­ет­ся сло­во “как”, что, на наш взгляд, менее точ­но отра­жа­ет смысл фра­зы. — Прим. авт.] мы Его понимали.
  4. Глу­бо­ко и бес­страш­но оце­ни­ли себя и свою жизнь с нрав­ствен­ной точ­ки зрения.
  5. При­зна­ли перед Богом, собой и каким-либо дру­гим чело­ве­ком истин­ную при­ро­ду наших заблуждений.
  6. Пол­но­стью под­го­то­ви­ли себя к тому, что­бы Бог изба­вил нас от всех наших недостатков.
  7. Сми­рен­но про­си­ли Его испра­вить наши изъяны.
  8. Соста­ви­ли спи­сок всех тех людей, кому мы при­чи­ни­ли зло, и пре­ис­пол­ни­лись жела­ни­ем загла­дить свою вину перед ними.
  9. Лич­но воз­ме­ща­ли при­чи­нен­ный этим людям ущерб, где толь­ко воз­мож­но, кро­ме тех слу­ча­ев, когда это мог­ло повре­дить им или кому— либо другому.
  10. Про­дол­жа­ли само­ана­лиз и, когда допус­ка­ли ошиб­ки, сра­зу при­зна­ва­ли это.
  11. Стре­ми­лись путем молит­вы и раз­мыш­ле­ния углу­бить сопри­кос­но­ве­ние с Богом, как мы Его пони­ма­ли, молясь лишь о зна­нии Его воли, кото­рую нам над­ле­жит испол­нить, и о даро­ва­нии силы для этого.
  12. Достиг­нув духов­но­го про­буж­де­ния, к кото­ро­му при­ве­ли эти Шаги, мы ста­ра­лись доне­сти смысл наших идей до дру­гих алко­го­ли­ков (нар­ко­ма­нов или иных зави­си­мых) и при­ме­нять эти прин­ци­пы во всех наших делах.

Разу­ме­ет­ся, одно толь­ко зна­ком­ство с фор­му­ли­ров­ка­ми Шагов не даст воз­мож­но­сти глу­бо­ко понять сущ­ность Про­грам­мы «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков» или «Ано­ним­ных Нар­ко­ма­нов», а тем более — начать с ее помо­щью решать про­бле­мы зави­си­мо­сти. Для это­го необ­хо­ди­ма и более обшир­ная инфор­ма­ция, содер­жа­ща­я­ся, в част­но­сти, в мно­го­чис­лен­ных кни­гах, посвя­щен­ных Про­грам­ме «12 Шагов» (спи­сок издан­ных на эту тему книг на рус­ском язы­ке дан в При­ло­же­нии 1), а самое глав­ное — живое обще­ние с выздо­рав­ли­ва­ю­щи­ми и, зна­чит, — актив­но рабо­та­ю­щи­ми по Про­грам­ме и име­ю­щи­ми воз­мож­ность поде­лить­ся сво­им опы­том выздо­ров­ле­ния людьми.

Как воз­ник­ли дви­же­ния «Ано­ним­ных Нар­ко­ма­нов» и «Ано­ним­ных Алкоголиков»

Дви­же­ние «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» (АА) и впер­вые сфор­му­ли­ро­ван­ная в этом дви­же­нии Про­грам­ма «12 Шагов» яви­лись одно­вре­мен­но и пред­по­сыл­кой (исто­ри­че­ской и идей­ной) и след­стви­ем раз­ви­тия и реа­ли­за­ции идеи «тера­пев­ти­че­ско­го сообщества».

Про­грам­ма «12 Шагов» ста­ла вопло­ще­ни­ем в кон­крет­ную прак­ти­ку чело­ве­че­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний пер­во­на­чаль­но­го, зало­жен­но­го еще в пер­вые века хри­сти­ан­ства, смыс­ла поня­тия «тера­пия» (от греч. therapeia) как «сов­мест­но­го слу­же­ния Богу и друг другу».

Осно­ван­ные, таким обра­зом, на ран­не­хри­сти­ан­ских тра­ди­ци­ях идеи буду­щей Про­грам­мы «12 Шагов», прой­дя через Сред­не­ве­ко­вье, полу­чи­ли свое раз­ви­тие в эпо­ху Рефор­ма­ции, а затем — в дви­же­нии еван­ге­ли­стов XIX века. «Новей­шая исто­рия» основ­ных поло­же­ний Про­грам­мы начи­на­ет­ся с кон­ца XIX века, когда извест­ный люте­ран­ский пас­тор из Пен­силь­ва­нии док­тор Фрэнк Буш­мен осно­вал в Англии дви­же­ние под назва­ни­ем «Хри­сти­ан­ское брат­ство I века». В пери­од с 1921 по 1939 годы это дви­же­ние назы­ва­лось «Окс­форд­ская груп­па». Поз­же ему было дано новое назва­ние — «Дви­же­ние за мораль­ное пере­во­ору­же­ние». Вид­ным дея­те­лем это­го дви­же­ния стал епи­ско­паль­ный свя­щен­ник Сэмю— эль Шумей­кер. В «Окс­форд­ской груп­пе» пони­ма­ние недо­ста­точ­но­сти инди­ви­ду­а­ли­сти­че­ско­го, изо­ли­ро­ван­но­го от дру­гих людей и от Церк­ви под­хо­да к реше­нию соб­ствен­ных миро­воз­зрен­че­ских про­блем при­ве­ло к выра­бот­ке неко­то­рых реко­мен­да­ций, слу­жа­щих как бы веха­ми на пути ста­нов­ле­ния зре­ло­го хри­сти­а­ни­на и даю­щих чело­ве­ку воз­мож­ность более пол­но и пред­мет­но оце­нить сте­пень реа­ли­за­ции хри­сти­ан­ских прин­ци­пов в сво­ей жизни.

Пере­ра­бо­тан­ные осно­ва­те­ля­ми дви­же­ния АА Уилья­мом (Бил­лом) Уил­со— ном и Робер­том (Бобом) Сми­том, так­же в раз­ное вре­мя участ­во­вав­ши­ми в «Окс­форд­ской груп­пе», прин­ци­пы это­го дви­же­ния соста­ви­ли осно­ву Про­грам­мы «12 Шагов» АА. Чет­ко сфор­му­ли­ро­ван­ные Шаги, а так­же весь после­ду­ю­щий опыт рабо­ты дви­же­ния АА, кото­рый фик­си­ро­вал­ся во мно­же­стве книг и бро­шюр и осмыс­ли­вал­ся вслух на регу­ляр­ных собра­ни­ях, — все это помог­ло очень мно­гим людям обре­сти исце­ле­ние от смер­тель­но опас­ных неду­гов — алко­го­лиз­ма и наркомании.

В осно­ве Про­грам­мы «12 Шагов», как и любо­го тера­пев­ти­че­ско­го сооб­ще­ства, лежит пока­я­ние. Рус­ско­му сло­ву «пока­я­ние» в древ­не­гре­че­ском язы­ке соот­вет­ству­ет сло­во metanoia, что зна­чит «пере­ме­на разу­ма», «пере­ме­на обра­за мыс­лей». Пока­я­ние — это пово­рот всей чело­ве­че­ской жиз­ни к Богу: «Воз­лю­би

Гос­по­да Бога тво­е­го всем серд­цем тво­им и всею душею тво­ею и всем разу­ме­ни­ем тво­им» (Мф 22:37). Имен­но такой пово­рот про­ис­хо­дит с чело­ве­ком, начав­шим рабо­тать по Про­грам­ме «12 Шагов».

Начи­ная с само­го пер­во­го Шага Про­грам­мы, пока­я­ние — совер­шен­но необ­хо­ди­мое усло­вие (а одно­вре­мен­но — и резуль­тат) «рабо­ты по Шагам».

Без пока­я­ния невоз­мож­но ни при­нять, ни при­знать свое бес­си­лие, невоз­мож­но уви­деть неуправ­ля­е­мость сво­ей жиз­ни (1 ‑й Шаг).

Без пока­я­ния нель­зя осо­знать и, глав­ное, почув­ство­вать, «что толь­ко Сила, более могу­ще­ствен­ная, чем мы, может вер­нуть нам здра­во­мыс­лие» (2‑й Шаг) — хотя бы пото­му, что для это­го необ­хо­ди­мо при­знать недо­ста­точ­ность у себя здра­во­го смыс­ла, при­знать огра­ни­чен­ность сво­их соб­ствен­ных усилий.

Не начав каять­ся, чело­век нико­гда не смо­жет попро­сить у Бога помо­щи, не смо­жет «пре­по­ру­чить Ему свою волю и свою жизнь» (3‑й Шаг).

  • й Шаг — это тща­тель­ней­ший ана­лиз всей сво­ей про­шлой жиз­ни, всех, даже самых тем­ных ее сто­рон, это непред­взя­тая оцен­ка всех совер­шен­ных поступ­ков. И не слу­чай­но 4‑й Шаг дела­ет­ся не в нача­ле, не сра­зу, а лишь когда чело­век в резуль­та­те пер­вых трех Шагов обре­тет новую духов­ную осно­ву для сво­их дей­ствий, новое виде­ние все­го про­ис­хо­див­ше­го и про­ис­хо­дя­ще­го с ним самим и с дру­ги­ми людьми.
  • й Шаг в пси­хо­ло­ги­че­ском смыс­ле пред­став­ля­ет собой пря­мой ана­лог исповеди.
  • й и 7‑й Шаги — это пря­мое обра­ще­ние, после долж­ной под­го­тов­ки, к Богу с прось­бой об очи­ще­нии, избав­ле­нии от грехов.

8‑й и 9‑й Шаги — это попыт­ка непо­сред­ствен­но вопло­тить в жизнь важ­ней­шую хри­сти­ан­скую запо­ведь о люб­ви к ближ­не­му (см. Мф 22:39), это воз­рож­де­ние дей­ство­вав­ше­го в ран­не­хри­сти­ан­ских общи­нах прин­ци­па restitutio — ком­пен­са­ции при­чи­нен­но­го вре­да, вос­ста­нов­ле­ния нару­шен­ных дур­ным поступ­ком взаимоотношений.

  • й Шаг вво­дит пока­я­ние в повсе­днев­ную жизнь чело­ве­ка, дела­ет его необ­хо­ди­мым эле­мен­том новой жизни.
  • й Шаг гово­рит о необ­хо­ди­мо­сти путем упор­ной молит­вы пости­гать волю Бога в отно­ше­нии себя (отка­зы­ва­ясь таким обра­зом от свое­во­лия), а так­же об обра­ще­нии к Богу как источ­ни­ку силы для выпол­не­ния Его воли.

И, нако­нец, 12‑й Шаг так­же необ­хо­ди­мо вклю­ча­ет в себя пока­я­ние — хотя бы пото­му, что, неся дру­гим людям весть о сво­ем выздо­ров­ле­нии, чело­век преж­де все­го будет рас­ска­зы­вать им о сво­ей болез­ни и обо всем сво­ем про­шлом, есте­ствен­но, выра­жая свое отно­ше­ние к нему.

Несколь­ко иные (хотя тоже, несо­мнен­но, свя­зан­ные с пока­я­ни­ем) аспек­ты рабо­ты Про­грам­мы «12 Шагов» выра­же­ны в трех сле­ду­ю­щих фра­зах, свое­об­раз­ном «фольк­ло­ре» дви­же­ния АА:

  • доверь­ся Богу;
  • очи­сти свой дом (име­ет­ся в виду дом сво­ей души);
  • помо­гай другим.

Здесь под­чер­ки­ва­ет­ся пер­во­сте­пен­ная важ­ность веры (и не толь­ко веры в Бога, но и дове­рия Ему), необ­хо­ди­мость усерд­ной само­сто­я­тель­ной рабо­ты по «рас­чист­ке места» в сво­ей душе для при­ня­тия этой веры и, нако­нец, выде­ля­ет­ся слу­же­ние как неотъ­ем­ле­мый эле­мент соб­ствен­но­го духов­но­го роста.

Дви­же­ние «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки», а вслед за ним и все дру­гие Содру­же­ства 12-шаго­вых групп — «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны», «Ал-Анон» (род­ствен­ни­ки алко­го­ли­ков) и «Нара­нон» (род­ствен­ни­ки нар­ко­ма­нов), «Ано­ним­ные игро­ки» и их род­ствен­ни­ки и мно­гие дру­гие широ­ко рас­про­стра­ни­лись по все­му миру. В насто­я­щее вре­мя чис­ло групп «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков» пре­вы­ша­ет 130 000 (более чем в двух­стах стра­нах мира), а их еже­год­ный при­рост толь­ко в США и Кана­де состав­ля­ет при­мер­но 4000 групп. При­мер­но теми же циф­ра­ми харак­те­ри­зу­ет­ся мас­со­вость дру­гих дви­же­ний, и чис­ло их участ­ни­ков по все­му све­ту посто­ян­но рас­тет. В общей слож­но­сти уже несколь­ко мил­ли­о­нов людей, мно­гие из кото­рых поте­ря­ли все, людей, поки­ну­тых близ­ки­ми и обще­ством, бла­го­да­ря АА и АН вер­ну­лись к пол­но­цен­ной жиз­ни, обре­тя осмыс­лен­ную и счаст­ли­вую трез­вость, кото­рая выра­жа­ет­ся не толь­ко в отка­зе от любых нар­ко­ти­че­ских веществ и алко­го­ля, но преж­де все­го в новом (в широ­ком смыс­ле — трез­вом) взгля­де на мир, людей, себя, свои отно­ше­ния с Богом.

Для очень мно­гих Про­грам­ма «12 Шагов» ста­ла сту­пе­нью на пути к Богу и Церк­ви. Имен­но в этом, по-види­мо­му, кро­ет­ся при­чи­на необы­чай­но высо­кой эффек­тив­но­сти Про­грам­мы и постро­ен­ных на ее осно­ве тера­пев­ти­че­ских под­хо­дов. Эти под­хо­ды — не тера­пия в тра­ди­ци­он­ном смыс­ле, а новый образ жиз­ни, или, ина­че гово­ря, не что иное, как неко­то­рое упо­ря­до­че­ние и свое­об­раз­ная кон­кре­ти­за­ция (при­ме­ни­тель­но к реше­нию част­ных вопро­сов) основ хри­сти­ан­ской общин­ной жиз­ни, реаль­ная прак­ти­ка вос­ста­нов­ле­ния истин­ной соборности.

Со вре­ме­нем Про­грам­ма «12 Шагов» и рабо­та­ю­щие на ее осно­ве груп­пы само­по­мо­щи ста­ли источ­ни­ком новой жиз­ни и для людей, стра­да­ю­щих дру­ги­ми вида­ми зави­си­мо­сти. Преж­де все­го — это груп­пы, объ­еди­ня­ю­щие род­ствен­ни­ков алко­го­ли­ков. Дви­же­ние, вклю­ча­ю­щее в себя эти груп­пы, полу­чи­ло назва­ние «Ал-Анон», а груп­пы род­ствен­ни­ков нар­ко­ма­нов — «Нар-Анон» (не путать с упо­ми­нав­шим­ся выше «Нар­ко­но­ном», кото­рый пред­став­ля­ет собой отде­ле­ние рели­ги­оз­ной сек­ты сай­ен­то­ло­гов). Воз­ник­ли так­же груп­пы для под­рост­ков («Ала— тин») и детей («Ала­тот») из алко­голь­ных семей.

Боль­шое зна­че­ние для после­ду­ю­щей попу­ля­ри­за­ции Про­грам­мы и раз­ви­тия вклю­чен­ных в нее пси­хо­ло­ги­че­ских кон­цеп­ций име­ло дви­же­ние «Взрос­лые дети алко­го­ли­ков», объ­еди­ня­ю­щее не толь­ко людей, вырос­ших в алко­голь­ных семьях, но и тех, в чьей семье было какое-то иное небла­го­по­лу­чие. Как выяс­ни­лось, все такие люди (а опыт пока­зы­ва­ет, что у боль­шин­ства из нас непре­мен­но была некая дис­функ­ция в семье, где мы рос­ли) обла­да­ют некой общей спе­ци­фи­кой име­ю­щих­ся у них лич­ност­ных про­блем, кото­рая и слу­жит осно­вой для фор­ми­ро­ва­ния в после­ду­ю­щем тех или иных видов зави­си­мо­сти. Про­грам­му «12 Шагов» ста­ли при­ме­нять и для реше­ния вполне кон­крет­ных про­блем дру­го­го рода, напри­мер, таких, как пере­еда­ние, зави­си­мость от сек­су­аль­ных отно­ше­ний, нако­пи­тель­ства, азарт­ных игр и даже от неукро­ти­мо­го стрем­ле­ния одал­жи­вать деньги.

Кро­ме того, поль­зу­ясь этой же Про­грам­мой, люди ста­ли успеш­но справ­лять­ся со сво­и­ми эмо­ци­о­наль­ны­ми труд­но­стя­ми, рабо­тая, напри­мер, в таких груп­пах, как «Ано­ним­ные Эмо­ци­о­на­лы» и мно­гих других.

С кон­ца 70‑х годов про­шло­го века в нашей стране тоже ста­ли появ­лять­ся пер­вые груп­пы «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков» (АА), а несколь­ко поз­же — и «Ано­ним­ных Нар­ко­ма­нов» (АН). За про­шед­шие годы эти дви­же­ния, осо­бен­но АА, зна­чи­тель­но раз­рос­лись и окреп­ли. В 2017 году в Рос­сии было уже более 520 групп АА в 70 реги­о­нах стра­ны (их адре­са мож­но узнать на реги­о­наль­ных сай­тах АА, при­ве­ден­ных в раз­де­ле http: //aarussia.ru/russiagroups/ сай­та Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков Рос­сии). Толь­ко в Москве и Под­мос­ко­вье рабо­та­ют при­мер­но 160 групп АА. При­мер­но теми же тем­па­ми раз­ви­ва­ет­ся дви­же­ние «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны». Груп­пы род­ствен­ни­ков алко­го­ли­ков и нар­ко­ма­нов, а так­же дру­гие груп­пы само­по­мо­щи харак­те­ри­зу­ют­ся несколь­ко мень­ши­ми тем­па­ми роста, но в целом тоже успеш­но раз­ви­ва­ют­ся. В общей слож­но­сти чис­ло людей, обрет­ших с помо­щью этих дви­же­ний ста­биль­ную и осмыс­лен­ную трез­вость, харак­те­ри­зу­ет­ся сот­ня­ми тысяч.

На собра­нии групп само­по­мо­щи «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» или «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны» может при­сут­ство­вать вся­кий, кто счи­та­ет, что он име­ет про­бле­мы с алко­го­лем или нар­ко­ти­ка­ми. Род­ствен­ни­ки этих людей, их дру­зья, а так­же все, инте­ре­су­ю­щи­е­ся про­бле­мой алко­го­лиз­ма или нар­ко­ма­нии, могут посе­щать так назы­ва­е­мые откры­тые собра­ния групп. В спис­ке групп дни откры­тых собра­ний ука­за­ны особо.

Очень важ­но, что­бы род­ствен­ни­ки нар­ко­ма­нов и алко­го­ли­ков сами нача­ли рабо­ту в спе­ци­аль­ных груп­пах само­по­мо­щи. На сего­дня в раз­ных горо­дах Рос­сии есть мно­го групп дви­же­ния «Ал-Анон» (от слов «АЛко­го­ли­ки АНО­Ним­ные»). Оно созда­ва­лось жена­ми осно­ва­те­лей «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков»: начав общать­ся, жен­щи­ны, уви­де­ли, что у них есть мно­же­ство сво­их очень схо­жих про­блем, при­чем мно­гие из этих про­блем появи­лись у них с само­го дет­ства, то есть задол­го до того, как мужья нача­ли пить. Они поня­ли, что им не мень­ше, чем мужьям, необ­хо­ди­мо все­рьез и по-ново­му заду­мать­ся о сво­ей жиз­ни, начать совсем по-ино­му реа­ги­ро­вать на то, что в ней про­ис­хо­дит. Что­бы это­му научить­ся, они выбра­ли ту же Про­грам­му «12 Шагов», что лежит в осно­ве дви­же­ния «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков», спра­вед­ли­во посчи­тав, что если она помо­га­ет их мужьям, то помо­жет и им. К тому же это поз­во­ли­ло им исполь­зо­вать для реше­ния соб­ствен­ных про­блем бога­тый опыт выздо­ров­ле­ния, уже накоп­лен­ный к тому вре­ме­ни «Ано­ним­ны­ми Алкоголиками».

Создан­ное ими дви­же­ние, а так­же появив­ши­е­ся несколь­ко поз­же груп­пы род­ствен­ни­ков нар­ко­ма­нов (дви­же­ние «Нар-Анон» — от слов «НАР­ко­ма­ны АНО­Ним­ные») явля­ют­ся наи­бо­лее дей­ствен­ным сред­ством выхо­да из тупи­ка, в кото­ром ока­зы­ва­ют­ся ВСЕ чле­ны семьи, в кото­рой кто-то из ее чле­нов пьет или упо­треб­ля­ет наркотики.

Собра­ния групп про­хо­дят в спе­ци­аль­но уста­нов­лен­ном поряд­ке. В пер­вой части собра­ния при­сут­ству­ю­щие, назвав свои име­на (но не фами­лии) и свое отно­ше­ние к про­бле­ме, могут, если хотят, выска­зать­ся по обсуж­да­е­мой на дан­ном собра­нии теме. При этом каж­до­му сле­ду­ет опи­рать­ся преж­де все­го на свой соб­ствен­ный опыт и гово­рить толь­ко о себе и от себя, избе­гая общих рас­суж­де­ний и обоб­ще­ний. Не при­ня­то зада­вать высту­па­ю­щим вопро­сы и всту­пать с ними или с дру­ги­ми при­сут­ству­ю­щи­ми на груп­пе в дис­кус­сии. Во вто­рой части собра­ния, кото­рая, как пра­ви­ло, про­хо­дит за чаш­кой чая, обще­ние уже ничем не огра­ни­че­но, хотя и здесь не при­вет­ству­ют­ся раз­го­во­ры на темы, не име­ю­щие непо­сред­ствен­но­го отно­ше­ния к выздо­ров­ле­нию от зави­си­мо­сти, посколь­ку глав­ная и един­ствен­ная цель этих групп — помощь в реше­нии про­блем, свя­зан­ных с зависимостью.

Мин­не­сот­ская модель лече­ния и реа­би­ли­та­ции нар­ко­ма­нов и алкоголиков

Необы­чай­но высо­кая эффек­тив­ность «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков» и дру­гих подоб­ных дви­же­ний послу­жи­ли аме­ри­кан­ским спе­ци­а­ли­стам сти­му­лом для созда­ния в кон­це 40‑х годов так назы­ва­е­мой Мин­не­сот­ской моде­ли лече­ния. В отли­чие от дви­же­ний само­по­мо­щи эта модель явля­ет­ся про­фес­си­о­наль­ным под­хо­дом к реше­нию про­бле­мы. В ней духов­ные прин­ци­пы рабо­ты групп АА объ­еди­не­ны с дости­же­ни­я­ми пси­хо­ло­гии, пси­хи­ат­рии, социо­ло­гии и дру­гих наук.

Широ­кое раз­ви­тие Мин­не­сот­ской моде­ли в США поз­во­ли­ло этой стране создать прин­ци­пи­аль­но новый госу­дар­ствен­ный под­ход к реше­нию про­блем нар­ко­ма­нии и алко­го­лиз­ма. Имен­но бла­го­да­ря это­му под­хо­ду США, как мы уже упо­ми­на­ли, ста­ли пока един­ствен­ной в мире стра­ной, кото­рой уда­ва­лось в тече­ние почти четы­рех деся­ти­ле­тий оста­но­вить рас­про­стра­не­ние угро­жа­ю­щих все­му чело­ве­че­ско­му сооб­ще­ству болез­ней — алко­го­лиз­ма и нар­ко­ма­нии и даже сни­зить офи­ци­аль­ные циф­ры забо­ле­ва­е­мо­сти эти­ми болезнями.

В осно­ве Мин­не­сот­ской моде­ли лече­ния лежат сле­ду­ю­щие представления:

  • хими­че­ская зави­си­мость (алко­го­лизм, нар­ко­ма­ния) явля­ет­ся неиз­ле­чи­мым хро­ни­че­ским забо­ле­ва­ни­ем, кото­рое име­ет духов­ную осно­ву и воз­ни­ка­ет не по вине заболевшего;
  • хими­че­ская зави­си­мость явля­ет­ся одним из воз­мож­ных про­яв­ле­ний глу­бин­ных духов­ных дефек­тов (поз­же они были назва­ны соза­ви­си­мо­стью) и име­ет еди­ную при­ро­ду с дру­ги­ми вида­ми зависимости;
  • зави­си­мость невоз­мож­но выле­чить, одна­ко воз­мо­жен пово­рот от раз­ви­тия болез­ни к выздо­ров­ле­нию при готов­но­сти чело­ве­ка к тако­му пово­ро­ту и жела­нии отка­зать­ся для это­го от своеволия;
  • у чело­ве­ка, стра­да­ю­ще­го алко­го­лиз­мом или нар­ко­ма­ни­ей, лег­ко может сфор­ми­ро­вать­ся зави­си­мость от любых веществ, изме­ня­ю­щих созна­ние, воле­вую, эмо­ци­о­наль­ную или интел­лек­ту­аль­ную сфе­ру. Поэто­му лече­ние по Мин­не­сот­ской моде­ли — обыч­но пол­но­стью безмедикаментозное;
  • лечеб­ный центр дол­жен пред­став­лять собой тера­пев­ти­че­ское сооб­ще­ство, пер­со­нал кото­ро­го не про­ти­во­по­став­ля­ет себя паци­ен­там, а сотруд­ни­ча­ет с ними. Поощ­ря­ет­ся и сти­му­ли­ру­ет­ся мак­си­маль­ная откры­тость в обще­нии при стро­гом соблю­де­нии пра­вил кон­фи­ден­ци­аль­но­сти и анонимности;
  • ответ­ствен­ность за выздо­ров­ле­ние лежит на самом пациенте;
  • сотруд­ник лечеб­ной про­грам­мы дол­жен быть для паци­ен­та при­ме­ром пове­де­ния, а вза­и­мо­от­но­ше­ния меж­ду сотруд­ни­ка­ми — при­ме­ром для постро­е­ния паци­ен­том вза­и­мо­от­но­ше­ний с людьми;
  • крайне жела­тель­но при­вле­че­ние к уча­стию в лечеб­ном про­цес­се всей семьи паци­ен­та, а при воз­мож­но­сти — и его дру­зей, сотруд­ни­ков, началь­ства и так далее;
  • вся тера­пев­ти­че­ская систе­ма долж­на пред­став­лять собой широ­кий ком­плекс меро­при­я­тий, кото­рый вклю­ча­ет в себя про­фи­лак­ти­ку, сеть кон­такт­ных цен­тров (теле­фо­ны, кон­суль­та­ци­он­ные пунк­ты, амбу­ла­то­рии), лечеб­ные про­грам­мы, соци­аль­ную помощь и тому подоб­ное. Вна­ча­ле Мин­не­сот— ская модель фор­ми­ро­ва­лась как фор­ма ста­ци­о­нар­но­го лече­ния (паци­ен­ты в тече­ние опре­де­лен­но­го сро­ка — обыч­но 28 дней — круг­ло­су­точ­но нахо­ди­лись в лечеб­ных цен­трах). Вско­ре, одна­ко, раз­ви­лись и дру­гие фор­мы: про­грам­мы дли­тель­но­го пре­бы­ва­ния (напри­мер, 60-днев­ные), постро­ен­ные по типу тера­пев­ти­че­ской общи­ны; «про­ме­жу­точ­ные» лечеб­но-адап­та­ци­он­ные учре­жде­ния («дома на пол­пу­ти»); днев­ные ста­ци­о­на­ры, амбу­ла­тор­ные про­грам­мы и так далее.

Все про­грам­мы, исполь­зу­ю­щие Мин­не­сот­скую модель, осно­ва­ны на кон­цеп­ции тера­пев­ти­че­ско­го сооб­ще­ства. В них нет тра­ди­ци­он­но­го для «обыч­ной» меди­ци­ны про­ти­во­по­став­ле­ния вра­ча паци­ен­ту. Основ­ную роль в этих про­грам­мах игра­ют так назы­ва­е­мые «кон­суль­тан­ты», боль­шин­ство кото­рых — это люди, пре­одо­лев­шие путем рабо­ты по Про­грам­ме «12 Шагов» соб­ствен­ные про­бле­мы, свя­зан­ные с алко­голь­ной, нар­ко­ти­че­ской или дру­гой зави­си­мо­стью. Что­бы рабо­тать кон­суль­тан­та­ми, они полу­ча­ют спе­ци­аль­ное обра­зо­ва­ние, но это не пре­вра­ща­ет их во «все­мо­гу­щих» мани­пу­ля­то­ров и вер­ши­те­лей чужих судеб, а лишь помо­га­ет им исполь­зо­вать соб­ствен­ный опыт во бла­го дру­гих людей. Конеч­но, в лечеб­ных про­грам­мах участ­ву­ют и спе­ци­а­ли­сты: вра­чи, пси­хо­ло­ги, педа­го­ги и так далее, но, как пра­ви­ло, их роль в этих про­грам­мах вто­ро­сте­пен­на. Глав­ная же зада­ча все­го пер­со­на­ла — помочь паци­ен­ту орга­ни­зо­вать соб­ствен­ную духов­ную рабо­ту, ори­ен­ти­ра­ми для кото­рой слу­жат прин­ци­пы Про­грам­мы «12 Шагов».

В послед­ние три деся­ти­ле­тия про­грам­мы и цен­тры, реа­ли­зу­ю­щие «минне— сот­ский» под­ход к реше­нию про­бле­мы зави­си­мо­сти, ста­ли появ­лять­ся и в Рос­сии. В Москве, а потом и в неко­то­рых дру­гих горо­дах спе­ци­а­ли­сты и энту­зи­а­сты нача­ли орга­ни­зо­вы­вать амбу­ла­тор­ные и ста­ци­о­нар­ные про­грам­мы мин­не­сот— ско­го типа. К сожа­ле­нию, как уже гово­ри­лось, на сего­дняш­ний день толь­ко очень немно­гие из этих про­грамм про­дол­жа­ют суще­ство­вать, и еще мень­шее их чис­ло мож­но назвать дей­стви­тель­но про­фес­си­о­наль­ны­ми и эффективными.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, надеж­да в беде есть. Суще­ству­ют испы­тан­ные эффек­тив­ные сред­ства помо­щи. Суще­ству­ют про­фес­си­о­наль­ные реа­би­ли­та­ци­он­ные цен­тры. Суще­ству­ют — и на сего­дня это самый зна­чи­тель­ный ресурс — груп­пы вза­им­ной под­держ­ки и помо­щи как для нар­ко­ма­нов (а так­же людей с дру­ги­ми фор­ма­ми зави­си­мо­сти), так и для их род­ствен­ни­ков. Тем не менее, может ока­зать­ся нелег­ко най­ти что-то подоб­ное там, где Вы живе­те. Име­ю­щи­е­ся же в несколь­ких круп­ных горо­дах реа­би­ли­та­ци­он­ные цен­тры для Вас по раз­лич­ным при­чи­нам могут быть недо­ступ­ны. Ну что же, и в этих слу­ча­ях не сто­ит отча­и­вать­ся. Надо про­сто поду­мать и поста­рать­ся понять, ЧТО МОЖНО СДЕЛАТЬ НАМ САМИМ — и не толь­ко понять, но и решить­ся на действия.

Ведь сущ­ность захле­сты­ва­ю­щей нас беды по име­ни «нар­ко­ма­ния» тако­ва, что пре­одо­леть ее, что-то ей про­ти­во­по­ста­вить мож­но толь­ко общи­ми уси­ли­я­ми мно­гих людей, и в первую оче­редь — тех, кому при­шлось лич­но, в сво­их семьях или семьях сво­их близ­ких, столк­нуть­ся с эти­ми проблемами.

Пытай­тесь про­явить соб­ствен­ную актив­ность, нач­ни­те созда­вать груп­пы вза­им­ной под­держ­ки, груп­пы само­по­мо­щи (бла­го опыт их созда­ния и раз­ви­тия суще­ству­ет уже доволь­но бога­тый, и им с Вами с радо­стью поделятся).

Воз­мож­но, в буду­щем Вы, полу­чив необ­хо­ди­мый опыт и зна­ния, суме­е­те начать орга­ни­за­цию про­фес­си­о­наль­ных реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­тров, про­грамм и учре­жде­ний. Не надо толь­ко с этим торо­пить­ся, оправ­ды­вая свою поспеш­ность отсут­стви­ем реаль­ной помо­щи нар­ко­ма­нам в Вашем горо­де, посел­ке, обла­сти. Ведь не ста­ли бы Вы оправ­ды­вать подоб­ны­ми аргу­мен­та­ми людей, кото­рые, за неиме­ни­ем обу­чен­ных хирур­гов, взя­лись бы за скаль­пель, про­чи­тав несколь­ко попу­ляр­ных бро­шюр по хирур­гии. А рабо­та с чело­ве­че­ски­ми душа­ми со всей оче­вид­но­стью тре­бу­ет уж во вся­ком слу­чае не менее серьез­ной под­го­тов­ки, чем обра­зо­ва­ние вра­ча — ина­че не мино­вать беды ни тем, кому пыта­ют­ся помочь, ни

самим «помо­га­ю­щим».

***

Еще одно, о чем бы хоте­лось пого­во­рить, — это необ­хо­ди­мость не толь­ко бороть­ся с послед­стви­я­ми про­блем, но и пытать­ся устра­нить их при­чи­ны. Ведь понят­но, что важ­но не толь­ко, образ­но гово­ря, вытас­ки­вать из воды уто­па­ю­щих, — надо учить людей пла­вать и помо­гать им осва­и­вать меры осто­рож­но­сти в пове­де­нии на воде. Поэто­му хотя бы несколь­ко слов ска­жем о том, что же необ­хо­ди­мо делать для тако­го «обу­че­ния пла­вать», то есть О ПРОФИЛАКТИКЕ.

Боль­шин­ство из нас, услы­шав сло­во «про­фи­лак­ти­ка», преж­де все­го вспо­ми­на­ют пла­ка­ты о вре­де пьян­ства, куре­ния и нар­ко­ти­ков, кото­ры­ми когда-то уве­ши­ва­лись сте­ны мно­гих обще­ствен­ных учре­жде­ний, осо­бен­но боль­ниц и поли­кли­ник. Понят­но, что такую «про­фи­лак­ти­ку» мало кто вос­при­ни­мал все­рьез. Но есть и дру­гая про­фи­лак­ти­ка, кото­рая вполне реаль­но спо­соб­на помочь предот­вра­тить беду.

На пер­вом эта­пе про­фи­лак­ти­ки стре­мят­ся пре­ду­пре­дить воз­ник­но­ве­ние про­блем. Это мож­но срав­нить с весен­ней под­го­тов­кой сада — садо­во­ды про­трав­ли­ва­ют места, где могут появить­ся сор­ня­ки, вно­сят в поч­ву удоб­ре­ния, фор­ми­ру­ют кро­ну дере­вьев и тому подоб­ное. Листья, а тем более пло­ды еще не появи­лись, но уже нуж­но забо­тить­ся об их здо­ро­вье. Здесь очень важ­ны такие зада­чи, как изме­не­ние отно­ше­ния обще­ства к нар­ко­ма­нии, разъ­яс­не­ние ее при­чин и меха­низ­мов фор­ми­ро­ва­ния, помощь в выра­бот­ке пра­виль­но­го отно­ше­ния к хими­че­ски зави­си­мым людям и их близ­ким, содей­ствие лич­ност­но­му росту людей. Нуж­но учить людей, осо­бен­но детей и под­рост­ков, гово­рить «нет», отка­зы­ва­ясь от нар­ко­ти­ков, учить их, как без нар­ко­ти­ков общать­ся с людь­ми, выби­рать­ся из стрес­со­вых ситу­а­ций, при­ми­рять­ся с поте­ря­ми, под­ни­мать свой дух и настроение.

Даль­ше, на эта­пе так назы­ва­е­мой «вто­рич­ной про­фи­лак­ти­ки», важ­но обра­тить вни­ма­ние на уже воз­ник­шие про­бле­мы. По ана­ло­гии с садом — это опрыс­ки­ва­ние цве­тов и листьев на дере­вьях, что­бы пло­ды смог­ли пра­виль­но вызреть и остать­ся здо­ро­вы­ми. И рабо­та здесь идет, напри­мер, с детьми, кото­рые уже нача­ли про­бо­вать нар­ко­ти­ки, но еще не попа­ли в зави­си­мость, а так­же с людь­ми, нахо­дя­щи­ми­ся в кри­зи­се, из кото­ро­го они, если им не ока­зать сроч­ной помо­щи, могут начать выби­рать­ся раз­ру­ши­тель­ным путем. Раз­ру­ши­тель­ное пове­де­ние может быть направ­ле­но как на само­го себя (появ­ле­ние воз­буж­ден­но­сти, эмо­ци­о­наль­ных рас­стройств, суи­ци­даль­ных мыс­лей и попы­ток и тому подоб­ное), так и вовне (зло­упо­треб­ле­ние алко­го­лем и нар­ко­ти­ка­ми в каче­стве искус­ствен­ных «уте­ши­те­лей», про­яв­ле­ние наси­лия по отно­ше­нию к взрос­лым и малень­ким чле­нам семьи, побе­ги из дома, про­гу­лы в шко­ле и на рабо­те, хули­ган­ские поступ­ки и про­чее). На этом эта­пе важ­но научить­ся пра­виль­но вести себя с чело­ве­ком, кто сво­им пьян­ством или упо­треб­ле­ни­ем нар­ко­ти­ков пор­тит вам жизнь, а так­же тому, как укреп­лять свои жиз­нен­ные силы, под­ры­ва­е­мые зави­си­мо­стью (нар­ко­ма­ни­ей) ваших близких.

И, нако­нец, тре­тьим эта­пом про­фи­лак­ти­ки явля­ет­ся пра­виль­ное лече­ние. Мно­гие спе­ци­а­ли­сты гово­рят, что «хоро­шее лече­ние — самая луч­шая про­фи­лак­ти­ка». Поче­му это так? А вот поче­му. Когда все про­бле­мы вполне созре­ли, отчет­ли­во вид­ны, и люди вынуж­де­ны (даже если и не по сво­ей воле) обра­щать­ся за помо­щью и лече­ни­ем, тогда имен­но это лече­ние будет про­фи­лак­ти­кой даль­ней­ше­го раз­ру­ше­ния здо­ро­вья нар­ко­ма­на и окру­жа­ю­щих его людей. Это про­фи­лак­ти­ка смер­ти. Если же дей­стви­тель­но эффек­тив­но­го лече­ния нет или оно прак­ти­че­ски недо­ступ­но (имен­но тако­ва сей­час в целом ситу­а­ция в нашей стране), то все пред­ше­ству­ю­щие уси­лия могут ока­зать­ся бес­плод­ны­ми. А что такое хоро­шее лече­ние? Это лече­ние не огра­ни­чи­ва­ет­ся «вытас­ки­ва­ни­ем утоп­ших». Необ­хо­ди­мо пре­ду­пре­дить «воз­вра­ще­ние в исход­ное поло­же­ние», пре­ду­пре­дить срыв, сво­дя­щий на нет все уси­лия. И мы вновь воз­вра­ща­ем­ся к стра­те­ги­ям пер­вич­ной про­фи­лак­ти­ки, так­ти­че­ски раз­ра­бо­тан­ным при­ме­ни­тель­но к людям, вышед­шим из ада, из объ­я­тий смер­ти, пере­жив­шим мно­же­ство кри­зи­сов. Про­фи­лак­ти­ка сры­ва, рабо­та с таки­ми людь­ми и их близ­ки­ми предъ­яв­ля­ет высо­кие тре­бо­ва­ния к тем, кто ока­зы­ва­ют помощь: они долж­ны вла­деть спе­ци­аль­ны­ми зна­ни­я­ми при­ро­ды сры­ва и обла­дать лич­ност­ной зрелостью.

Итак, не надо отча­и­вать­ся. Каким бы труд­ным ни каза­лось Ваше поло­же­ние, выход есть!

Мы наде­ем­ся, что наша книж­ка помо­жет Вам най­ти этот выход.

Поды­то­жим то, о чем мы гово­ри­ли с Вами в этой книге:

  1. Нар­ко­ма­ния — это насто­я­щая обще­ствен­ная тра­ге­дия, от кото­рой стра­да­ют десят­ки мил­ли­о­нов людей: сами нар­ко­ма­ны, их уже рож­ден­ные или буду­щие дети, их род­ствен­ни­ки, дру­зья, зна­ко­мые. Мас­шта­бы беды огром­ны, но Вы в ней не оди­но­ки — суще­ству­ет огром­ное мно­же­ство людей, име­ю­щих те же про­бле­мы, что и в Вашей семье. А зна­чит, и выход из этой беды мож­но най­ти, если искать его сооб­ща, всем миром.
  2. Нар­ко­ма­ния — серьез­ней­шее и гроз­ное забо­ле­ва­ние. Но для чело­ве­ка, боль­но­го нар­ко­ма­ни­ей, все­гда есть реаль­ная воз­мож­ность вер­нуть­ся к нор­маль­ной, пол­но­цен­ной жиз­ни. Сви­де­тель­ство тому — опыт десят­ков тысяч людей, уже деся­ти­ле­тия уве­рен­но иду­щих по пути выздоровления.
  3. Про­фес­си­о­наль­ных воз­мож­но­стей помо­щи нар­ко­ма­ну в Рос­сии явно недо­ста­точ­но, но тем не менее, эти воз­мож­но­сти есть. Кро­ме того, выход суще­ству­ет и там, где про­фес­си­о­наль­ная помощь пока недо­ступ­на. Это рабо­та в груп­пах само­по­мо­щи для зави­си­мых и их род­ствен­ни­ков. Мно­го­ты­сяч­ное дви­же­ние этих групп — мощ­ней­ший источ­ник под­держ­ки для мно­же­ства людей, ока­зав­ших­ся в беде. Даже там, где таких групп пока нет, их мож­но орга­ни­зо­вать — сто­ит лишь дей­стви­тель­но захо­теть и при­ло­жить к это­му свои усилия.

И такие уси­лия, а еще — тер­пе­ние, вре­мя и реши­мость необ­хо­ди­мы в любом слу­чае. Тем, кто хотят пре­одо­ле­вать про­бле­мы, свя­зан­ные с нар­ко­ти­ка­ми, пред­сто­ит нелег­кий и дол­гий труд. Если он Вас не пуга­ет, то — за рабо­ту! И Бог, мы уве­ре­ны, Вам в этом поможет.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1. РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

КНИГИ:

«Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» . Изд. Alcoholics Anonimous WorldServise, Inc., Нью-Йорк, 1989. Кни­га об основ­ных прин­ци­пах и исто­рии АА, напи­сан­ная осно­во­по­лож­ни­ка­ми движения.

«Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны» . Изд. Narcotics Anonymous World Services, Inc., 2001. Новый пере­вод основ­но­го тек­ста дви­же­ния АН.

«Две­на­дцать шагов и две­на­дцать тра­ди­ций». Изд. Alcoholics Anonimous WorldServiсe, Inc., Нью-Йорк, 1989.

«Как это рабо­та­ет. 12 Шагов и 12 тра­ди­ций Ано­ним­ных Нар­ко­ма­нов». М., 1999.

ДРУГИЕ КНИГИ, А ТАКЖЕ БРОШЮРЫ, БУКЛЕТЫ И ЖУРНАЛЫ, изда­ва­е­мые Alcoholics Anonimous World Servise, Inc, сооб­ще­ством Ал-Анон, и рос­сий­ски­ми изда­тель­ства­ми: «АА взрослеет»

«Док­тор Боб и слав­ные ветераны»

«АА: 44 вопроса»

«АА для женщин»

«Алко­го­лизм — семей­ная болезнь»

«Алко­го­лизм — кару­сель отрицания»

«Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки в вашей среде»

Бук­ле­ты с пере­во­да­ми ста­тей Бил­ла Уил­со­на: «Вера», «Страх», «Чест­ность» «Сми­ре­ние», «Любовь» и дру­гих. «Вопро­сы и отве­ты о настав­ни­че­стве» «Вопро­сы новых чле­нов» «Если вы про­фес­си­о­наль­ный работ­ник» «Дилем­ма бра­ка с алкоголиком»

«Дюжи­на» — жур­нал, изда­ва­е­мый Рос­сий­ским АА и явля­ю­щий­ся рус­ско­языч­ным «собра­ни­ем АА в печа­ти». В нем пуб­ли­ку­ют­ся исто­рии чле­нов АА, мате­ри­а­лы о про­бле­мах и опы­те групп, инфор­ма­ция о собы­ти­ях и жиз­ни АА. Выхо­дит с 1993 года. «Зна­комь­тесь: АА» «Как пони­мать ано­ним­ность» «Моло­дежь и АА» «Посла­ние жен­щине-алко­го­ли­ку» «Само­обес­пе­че­ние» «Свя­щен­но­слу­жи­те­лям об АА»

«Чле­ны АА о лекар­ствах и дру­гих меди­цин­ских препаратах»

и мно­гие другие

«Алко­го­ли­ки о себе». Сбор­ник сви­де­тельств выздо­ров­ле­ния, а так­же ста­тей спе­ци­а­ли­стов: вра­чей, пси­хо­ло­гов, свя­щен­ни­ков и др. Изд. «ИНФОРМ-12», М., 1998.

Иеро­мо­нах Иона (Зай­мов­ский). «Слад­кий плод горь­ко­го дре­ва». Изд. «Дани­лов­ский бла­го­вест­ник», М., 2004. Пер­вая в Рос­сии кни­га пра­во­слав­но­го свя­щен­но­слу­жи­те­ля, кото­рый, будучи хоро­шо зна­ком с Про­грам­мой «12 шагов», рас­смат­ри­ва­ет ее с пози­ций Пра­во­сла­вия. Спе­ци­аль­но для кни­ги автор про­ин­тер­вью­и­ро­вал на эту тему мно­гих вид­ных иерар­хов и свя­щен­но­слу­жи­те­лей Пра­во­слав­ной Церк­ви, а так­же спе­ци­а­ли­стов в обла­сти наркологии.

Иеро­мо­нах Иона (Зай­мов­ский). «Цер­ковь и стра­да­ю­щая лич­ность». Изд. «Дани­лов­ский бла­го­вест­ник», М., 2005.

Миря­нин Алек­сандр. «Выход есть!». Изд. «Дани­лов­ский бла­го­вест­ник», М., 2004. Опыт ана­ли­за Про­грам­мы «12 шагов» с точ­ки зре­ния чело­ве­ка, кото­рый мно­го лет назад обрел трез­вость и при­шел к Богу, рабо­тая по этой Программе.

«О нар­ко­ма­нии». Изд. «Бла­го», М., 2000. Сбор­ник. Одна из немно­гих пока книг, отра­жа­ю­щая кон­струк­тив­ную точ­ку зре­ния пра­во­слав­ных спе­ци­а­ли­стов на про­бле­му нар­ко­ма­нии. Напе­ча­та­на по бла­го­сло­ве­нию Свя­тей­ше­го Пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и всея Руси Алек­сия Второго.

Росс Р. «Пре­одо­ле­ние про­шло­го». Изд. «Три­а­да», М., 2019. Прак­ти­че­ское руко­вод­ство для рабо­ты с про­бле­ма­ми созависимости.

Спик­кард А., Томп­сон Б. «Страсть к спирт­но­му». Изд. «Три­а­да», М., 2015. Одно из пер­вых изда­ний на рус­ском язы­ке, в кото­ром про­бле­мы нар­ко­ма­нии и алко­го­лиз­ма рас­смат­ри­ва­ют­ся авто­ра­ми-хри­сти­а­на­ми, име­ю­щи­ми огром­ный опыт про­фес­си­о­наль­ной рабо­ты с эти­ми забо­ле­ва­ни­я­ми. В кни­ге опи­са­на так назы­ва­е­мая Мин­нес­сот­ская реа­би­ли­та­ци­он­ная модель, явля­ю­ща­я­ся широ­ко рас­про­стра­нен­ным и высо­ко­эф­фек­тив­ным мето­дом лече­ния алко­го­лиз­ма, нар­ко­ма­нии и дру­гих видов зави­си­мо­сти. Подроб­но рас­смат­ри­ва­ет­ся роль семьи в фор­ми­ро­ва­нии этих забо­ле­ва­ний и в ходе выздоровления.

Смит Э. «Вну­ки алко­го­ли­ков». Изд. «Про­све­ще­ние», М., 1991. Про­бле­мы вза­и­мо­за­ви­си­мо­сти в семье.

Архи­манд­рит Меле­тий (Уэб­бер). Шаги пре­об­ра­же­ния. «Три­а­да», М., 2018. Очень глу­бо­кое, серьез­ное иссле­до­ва­ние и опи­са­ние Про­грам­мы «12 шагов» с точ­ки зре­ния Православия.

Кни­ги, жур­на­лы и бро­шю­ры дви­же­ний вза­и­мо­по­мо­щи (АА, АН, Ал-Анон, Нара­нон и дру­гих ано­ним­ных сооб­ществ), как пра­ви­ло, мож­но при­об­ре­сти на соот­вет­ству­ю­щих груп­пах. Напри­мер, лите­ра­ту­ра «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков» в Москве и Под­мос­ко­вье про­да­ет­ся в Цен­траль­ном бюро обслу­жи­ва­ния АА (коор­ди­на­ты см. на сай­те http://aarussia.ru/svyaz/), а так­же на груп­пах это­го дви­же­ния. Лите­ра­ту­ру «Ано­ним­ных Нар­ко­ма­нов» мож­но купить на груп­пах это­го дви­же­ния (см. сайт http: //na-msk.ru/).

Кни­ги и ста­тьи спе­ци­а­ли­стов по про­бле­ме зави­си­мо­сти (в том чис­ле — мно­гие из пере­чис­лен­ных выше), а так­же дру­гие полез­ные кни­ги по теме мож­но най­ти в элек­трон­ном виде в интер­не­те. Впро­чем, отобрать из огром­но­го коли­че­ства доступ­ной сего­дня лите­ра­ту­ры дей­стви­тель­но дель­ную и адек­ват­ную — дело само по себе непро­стое, тре­бу­ю­щее опре­де­лен­ной под­го­тов­ки. Что­бы облег­чить эту зада­чу тем, кто нуж­да­ют­ся в объ­ек­тив­ной инфор­ма­ции, на сай­те наше­го фон­да “Ста­рый Свет” (www.stsv.org) в раз­де­ле http: //stsv .org/nasha— biblioteka.html доступ­ны наи­бо­лее важ­ные кни­ги и ста­тьи по обсуж­да­е­мой нами теме.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2.

КАК НАЙТИ РЕСУРСЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ПОМОЩИ

В преды­ду­щих изда­ни­ях этой кни­ги в при­ло­же­нии, посвя­щен­ном ресур­сам помо­щи, мы пыта­лись предо­ста­вить чита­те­лю инфор­ма­цию о реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­трах и про­грам­мах, а так­же иных орга­ни­за­ци­ях, где ока­зы­ва­е­мая помощь наи­бо­лее про­фес­си­о­наль­на, а ее мето­до­ло­гия хоро­шо про­ду­ма­на авто­ра­ми и при этом не рас­хо­дит­ся с хри­сти­ан­ски­ми прин­ци­па­ми такой помощи.

Сего­дня ситу­а­ция в этой обла­сти силь­но изме­ни­лась. Тема «изле­че­ния зави­си­мых» в наши дни ста­ла необы­чай­но попу­ляр­ной, она посто­ян­но мус­си­ру­ет­ся, обсуж­да­ет­ся на теле­экра­нах и в интер­не­те. Коли­че­ство раз­лич­ных орга­ни­за­ций, зани­ма­ю­щих­ся этой про­бле­мой, вырос­ло в десят­ки, а то и сот­ни раз. Поэто­му усле­дить за воз­ник­но­ве­ни­ем подоб­ных струк­тур ста­ло невоз­мож­ным, толь­ко коли­че­ствен­ный их учет потре­бо­вал бы уси­лий целых инсти­ту­тов или ведомств. И это при том, что каче­ствен­ные харак­те­ри­сти­ки совре­мен­ных орга­ни­за­ций тако­го пла­на на сего­дня вооб­ще очень мало иссле­до­ва­ны и не име­ют обще­при­ня­той зна­чи­мо­сти. Сле­до­ва­тель­но, сего­дня очень слож­но опре­де­лить, хоро­ший перед вами реа­би­ли­та­ци­он­ный центр, или же вы име­е­те дело с зауряд­ны­ми мошен­ни­ка­ми, а то и откро­вен­ны­ми бан­ди­та­ми, кото­рые, вме­сто помо­щи, лишат вас послед­них денег, здо­ро­вья, а порой — и самой жиз­ни. К сожа­ле­нию, про­стых реше­ний у этой зада­чи не суще­ству­ет. К тому же в этой сфе­ре ста­но­вит­ся все боль­ше и боль­ше пад­ких до лег­кой нажи­вы людей, успеш­но раз­ви­ва­ю­щих свой «биз­нес» на чужой беде.

Поэто­му мы отка­за­лись от попы­ток, имев­ших место в преж­них изда­ни­ях кни­ги, дать некий пере­чень «про­ве­рен­ных» орга­ни­за­ций, куда мож­но обра­щать­ся без опа­се­ния навре­дить себе или сво­им близким.

К сожа­ле­нию, в реше­нии очень непро­стой зада­чи поис­ка и выбо­ра реа­би­ли­та­ци­он­но­го цен­тра мы сего­дня можем помочь лишь общи­ми реко­мен­да­ци­я­ми. Вот они:

  1. Избе­гай­те ком­мер­че­ских цен­тров, осо­бен­но тех, кото­рые зала­мы­ва­ют за свои услу­ги кос­ми­че­ские цены, ино­гда объ­яс­няя их повы­шен­ной ком­форт­но­стью реа­би­ли­та­ции и высо­ким про­фес­си­о­на­лиз­мом сотруд­ни­ков. Как раз в таких цен­трах про­сто не может быть гра­мот­ных и чест­ных про­фес­си­о­на­лов, спо­соб­ных ока­зать реаль­ную помощь.
  2. В любых, даже самых труд­ных ситу­а­ци­ях про­яв­ле­ния зави­си­мо­сти, насиль­ствен­ное поме­ще­ние зави­си­мо­го на «лече­ние» не может решить про­бле­му, а вот серьез­но ухуд­шить ее вполне спо­соб­но. К сожа­ле­нию, в послед­ние годы, в ответ на «спрос» мно­го­чис­лен­ных род­ствен­ни­ков, кото­рые зави­сят от сво­е­го нар­ко­ма­на или алко­го­ли­ка силь­нее, чем тот от нар­ко­ти­ков и алко­го­ля, и кото­рые жела­ют любой ценой «при­чи­нить ему доб­ро», появи­лось очень мно­го орга­ни­за­ций, пред­ла­га­ю­щих свое содей­ствие в при­ну­ди­тель­ной отправ­ке боль­но­го на реа­би­ли­та­цию и удер­жа­нию его там без его жела­ния. Такие орга­ни­за­ции убеж­да­ют сво­их кли­ен­тов, что толь­ко так и воз­мож­но спа­сти зави­си­мо­го. Это назы­ва­ет­ся при­лич­ным сло­вом «моти­ва­ция», а на деле явля­ет­ся ничем иным, как гру­бым наси­ли­ем (физи­че­ским и пси­хо­ло­ги­че­ским). Поме­ще­ние зави­си­мо­го про­тив его воли в широ­ко рас­про­стра­нив­ши­е­ся «цен­тры», гото­вые ока­зы­вать подоб­ные «услу­ги» (чаще все­го, конеч­но, дале­ко не бес­плат­но) име­ет все при­зна­ки уго­лов­но­го пре­ступ­ле­ния. Одна­ко род­ствен­ни­ки зави­си­мо­го часто гото­вы согла­сить­ся на подоб­ные пред­ло­же­ния, не заду­мы­ва­ясь при этом ни о том, что они идут про­тив зако­на, лишая чело­ве­ка сво­бо­ды по сво­е­му про­из­во­ле­нию, а не по реше­нию суда, ни о том, что они берут на себя, таким обра­зом, роль, кото­рую даже все­мо­гу­щий Бог на Себя не при­ни­ма­ет, посколь­ку Он наде­лил КАЖДОГО чело­ве­ка сво­бо­дой воли, и нару­шать эту сво­бо­ду не в пра­ве никто.

Доволь­но инфор­ма­тив­ным ресур­сом, кото­рый может помочь сори­ен­ти­ро­вать­ся в этой про­бле­ме явля­ет­ся груп­па в ФБ «Про­ект без нар­ко­ти­ков» (https://www.facebook.com/groups/nodrugs 1 /).

  1. Уже в пер­вой тре­ти про­шло­го века прак­ти­че­ски все осно­ва­те­ли круп­ней­ших пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ских направ­ле­ний высту­пи­ли с заяв­ле­ни­я­ми о том, что пси­хо­те­ра­пия бес­силь­на решить про­бле­мы зави­си­мо­го чело­ве­ка. Тем не менее, сего­дня раз­ве­лось вели­кое мно­же­ство «про­фес­си­о­на­лов», пред­ла­га­ю­щих зави­си­мым помощь «ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го гештальт­пси­хо­ло­га», «опыт­но­го пси­хо­ана­ли­ти­ка», «искус­но­го арт-тера­пев­та» и так далее — до бес­ко­неч­но­сти. Помни­те, что РЕАЛЬНУЮ ПОМОЩЬ МОГУТ ОКАЗАТЬ ТОЛЬКО И ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ТЕ РЕАБИЛИТАЦИОННЫЕ ПРОГРАММЫ И ЦЕНТРЫ, ГДЕ РЕАЛИЗОВАНЫ ПРИНЦИПЫ «ТЕРАПЕВТИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА». В них сотруд­ни­ки не про­ти­во­по­став­ля­ют себя паци­ен­там, все вопро­сы реша­ют­ся спло­чен­ной коман­дой про­фес­си­о­на­лов, неред­ко с уча­сти­ем самих паци­ен­тов, а в неко­то­рых фор­мах тера­пев­ти­че­ских сооб­ществ и вооб­ще пре­иму­ще­ствен­но на осно­ве самоуправления.
  2. При под­го­тов­ке пер­вых изда­ний этой кни­ги спе­ци­аль­но создан­ная экс­перт­ная комис­сия (в нее вошли свя­щен­но­слу­жи­те­ли основ­ных хри­сти­ан­ских кон­фес­сий, име­ю­щие мно­го­лет­ний опыт помо­щи хими­че­ски зави­си­мым людям, и автор дан­ной кни­ги) сфор­му­ли­ро­ва­ла пере­чень поло­же­ний и прин­ци­пов, кото­рые, по обще­му мне­нию комис­сии, долж­ны быть непре­мен­ной частью идео­ло­гии, мето­до­ло­гии и кад­ро­вой поли­ти­ки хри­сти­ан­ских про­грамм и цен­тров и раз­де­лять­ся рабо­та­ю­щи­ми в них сотруд­ни­ка­ми. На эти поло­же­ния мож­но ори­ен­ти­ро­вать­ся, что­бы опре­де­лить, насколь­ко тот или иной центр соот­вет­ству­ет хри­сти­ан­ским пред­став­ле­ни­ям о мире, отно­ше­ни­ях чело­ве­ка с этим миром, о болез­ни вооб­ще и о зави­си­мо­сти в част­но­сти, о сов­ме­сти­мых с хри­сти­ан­ством путях реше­ния про­блем зависимости.

Вот эти принципы:

  1. При­ро­да чело­ве­ка явля­ет собой един­ство духов­но­го, пси­хи­че­ско­го и телесного.
  2. Чело­век устрем­лен за пре­де­лы зем­но­го суще­ство­ва­ния и обла­да­ет как пси­хо­ло­ги­че­ской сво­бо­дой, так и сво­бо­дой выбо­ра по отно­ше­нию к сво­е­му абсо­лют­но­му буду­ще­му. Сле­до­ва­тель­но, суще­ству­ют цен­но­сти более высо­ко­го поряд­ка, чем здо­ро­вье и физи­че­ская жизнь пациента.
  3. Чело­век может быть целью тера­пев­ти­че­ско­го или реа­би­ли­та­ци­он­но­го про­цес­са, но при этом не дол­жен ста­но­вить­ся сред­ством дости­же­ния эко­но­ми­че­ской или иной выго­ды ни тех, кто осу­ществ­ля­ют этот про­цесс, ни обще­ства в целом.
  4. Болезнь явля­ет­ся нару­ше­ни­ем целост­но­сти чело­ве­ка и может раз­ру­шать его систе­му цен­но­стей. Соот­вет­ствен­но, выздо­ров­ле­ние нар­ко­ма­на (или, в дру­гой тер­ми­но­ло­гии, избав­ле­ние его от нар­ко­ти­че­ских про­блем) тре­бу­ет вос­ста­нов­ле­ния его чело­ве­че­ской целост­но­сти и систе­мы ценностей.
  5. При этом важ­но пом­нить, что болез­ни, боль и стра­да­ния име­ют важ­ное зна­че­ние для пока­я­ния и спа­се­ния человека.
  6. Забо­та о паци­ен­те, помощь ему в про­жи­ва­нии вызван­ных болез­нью стра­да­ний явля­ет­ся само­сто­я­тель­ной цен­но­стью и про­яв­ле­ни­ем мило­сер­дия и не может зави­сеть от сооб­ра­же­ний прак­ти­че­ской поль­зы даже в без­на­деж­ных случаях.
  7. Нар­ко­ма­ния коре­нит­ся в свя­зан­ных с пер­во­род­ным гре­хом нару­ше­ни­ях духов­ной сфе­ры, но име­ет так­же телес­ные, пси­хи­че­ские и соци­аль­ные при­чи­ны и послед­ствия. Соци­аль­ная и куль­тур­ная сущ­ность любой зави­си­мо­сти (в том чис­ле, нар­ко­ма­нии) отра­жа­ет и обу­слов­ли­ва­ет кри­зис цен­но­стей и дис­функ­цию семьи и общества.
  8. Из это­го сле­ду­ет, что тера­пия столь мно­го­со­став­но­го ком­плекс­но­го забо­ле­ва­ния, как зави­си­мость, не может сво­дить­ся ни к меди­ка­мен­тоз­ной де— ток­си­ка­ции, ни к после­ду­ю­ще­му крат­ко­сроч­но­му или про­дол­жи­тель­но­му симп­то­ма­ти­че­ско­му меди­цин­ско­му вмешательству.
  9. Ана­ло­гич­но, попыт­ки най­ти с помо­щью раз­лич­ных (как пра­ви­ло, мани— пуля­тив­ных) пси­хо­ло­ги­че­ских, педа­го­ги­че­ских или социо­ло­ги­че­ских мето­дик, тех­ник и под­хо­дов изо­ли­ро­ван­ное реше­ние пси­хо­ло­ги­че­ских или соци­аль­ных про­бле­мам нар­ко­ма­на так­же не могут счи­тать­ся дей­стви­тель­ной реабилитацией.
  10. Подоб­ным же обра­зом, сверхъ­есте­ствен­ное мгно­вен­ное избав­ле­ние нар­ко­ма­нов от тяги к нар­ко­ти­ку, в том чис­ле — по молит­ве само­го боль­но­го или дру­гих людей, не явля­ет­ся конеч­ной целью реа­би­ли­та­ции и не пред­став­ля­ет собой исце­ле­ния или выздо­ров­ле­ния в пол­ном смыс­ле этих слов, а может быть лишь началь­ным эта­пом дли­тель­но­го про­цес­са целост­ной реа­би­ли­та­ции всех сто­рон чело­ве­че­ской лич­но­сти, затро­ну­тых болезнью.
  11. В про­цес­се тера­пии и реа­би­ли­та­ции ни при каких усло­ви­ях недо­пу­сти­мо уни­же­ние чело­ве­че­ско­го досто­ин­ства боль­но­го или экс­плу­а­та­ция эмо­ци­о­наль­ной сфе­ры его лич­но­сти в ущерб духов­ной свободе.
  12. Вся­кое тера­пев­ти­че­ское или реа­би­ли­та­ци­он­ное воз­дей­ствие может осу­ществ­лять­ся толь­ко при нали­чии инфор­ми­ро­ван­но­го согла­сия боль­но­го, в част­но­сти, при усло­вии доб­ро­воль­но­го и осо­знан­но­го при­ня­тия им всех огра­ни­че­ний и тре­бо­ва­ний, уста­нов­лен­ных в лечеб­ном или реа­би­ли­та­ци­он­ном учреждении.
  13. При этом сле­ду­ет избе­гать не апро­би­ро­ван­ных или неоправ­дан­но доро­го­сто­я­щих мето­дов тера­пев­ти­че­ско­го воз­дей­ствия, а так­же чрез­мер­но рис­ко­ван­ных, ста­вя­щих под угро­зу выс­шие бла­га, жизнь, телес­ное или душев­ное здо­ро­вье больного.
  14. Посколь­ку в фор­ми­ро­ва­нии и про­яв­ле­нии свя­зан­ных с нар­ко­ма­ни­ей про­блем обя­за­тель­но участ­ву­ет все окру­же­ние нар­ко­ма­на, вклю­чая его бли­жай­ших род­ствен­ни­ков, частью реа­би­ли­та­ци­он­но­го про­цес­са непре­мен­но долж­на быть рабо­та с семьей боль­но­го и дру­ги­ми зна­чи­мы­ми для него людьми.
  15. В силу сво­ей ком­плекс­но­сти про­бле­ма нар­ко­ма­нии тре­бу­ет для сво­е­го реше­ния уча­стия мно­же­ства заин­те­ре­со­ван­ных лиц, орга­ни­за­ций и учре­жде­ний. Поэто­му одним из кри­те­ри­ев гра­мот­но и про­фес­си­о­наль­но орга­ни­зо­ван­но­го про­цес­са тера­пии или реа­би­ли­та­ции явля­ет­ся созна­тель­ное сотруд­ни­че­ство (или готов­ность к тако­му сотруд­ни­че­ству) с дру­ги­ми тера­пев­ти­че­ски­ми и реа­би­ли­та­ци­он­ны­ми про­грам­ма­ми и цен­тра­ми, отве­ча­ю­щи­ми эти­че­ским нор­мам, а так­же с духов­ны­ми и рели­ги­оз­ны­ми инсти­ту­та­ми и организациями.
  16. Все сотруд­ни­ки тера­пев­ти­че­ских и реа­би­ли­та­ци­он­ных орга­ни­за­ций, нахо­дя­щи­е­ся в непо­сред­ствен­ном обще­нии с под­опеч­ны­ми и участ­ву­ю­щие в про­цес­се тера­пии или реа­би­ли­та­ции, долж­ны ясно пони­мать, что их про­фес­сия явля­ет­ся слу­же­ни­ем, а не сред­ством зара­бот­ка или само­утвер­жде­ния, и все­гда пред­по­ла­га­ет дея­тель­ность, пре­вы­ша­ю­щую воз­на­граж­де­ние за нее.
  17. Необ­хо­ди­мым усло­ви­ем для такой дея­тель­но­сти явля­ет­ся посто­ян­ное лич­ное совер­шен­ство­ва­ние, вклю­ча­ю­щее как обя­за­тель­ное и непре­рыв­ное повы­ше­ние сво­ей ква­ли­фи­ка­ции и про­фес­си­о­наль­ной под­го­тов­ки, так и рабо­ту с соб­ствен­ны­ми про­бле­ма­ми. Если речь идет о хри­сти­ан­ских про­грам­мах и цен­трах, эти каче­ства мож­но обо­зна­чить как стрем­ле­ние к воз­рас­та­нию во Хри­сте, кото­рое долж­но про­яв­лять­ся, в том чис­ле, в посто­ян­ном и дея­тель­ном уча­стии в жиз­ни сво­ей хри­сти­ан­ской общины.

Конеч­но, само­сто­я­тель­но про­ве­рить, насколь­ко рабо­та той или иной орга­ни­за­ции соот­вет­ству­ет этим прин­ци­пам, может быть совсем не про­сто. Неко­то­рую гаран­тию соот­вет­ствия при­ве­ден­ным харак­те­ри­сти­кам (к сожа­ле­нию, тоже не во всех слу­ча­ях), может дать при­над­леж­ность орга­ни­за­ции к раз­ви­ва­ю­щей­ся сети цер­ков­ных реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­тров. Инфор­ма­цию о вхо­дя­щих в эту сеть цен­трах и про­грам­мах мож­но полу­чить на сай­те отде­ла по цер­ков­ной бла­го­тво­ри­тель­но­сти и соци­аль­но­му слу­же­нию РПЦ www.diaconia.ru (теле­фо­ны отде­ла +7 499 921 0257 или +7 499 704 6169) или в недав­но издан­ном спра­воч­ни­ке https://drive.google.com/drive/u70/folders/1zE48UM3O176xECCcvd72fQPrktU0Lq nPhttps://drive.google.com/drive/u/0/folders/1zE48UM3O176xECCcvd72fQPrktU0 LqnP.

Мы не реко­мен­ду­ем обра­щать­ся за помо­щью в те орга­ни­за­ции, кото­рые осу­ществ­ля­ют толь­ко дез­ин­ток­си­ка­цию и меди­ка­мен­тоз­ное лече­ние про­яв­ле­ний зави­си­мо­сти, во-пер­вых, пото­му, что подав­ля­ю­щее их боль­шин­ство явля­ет­ся почти исклю­чи­тель­но ком­мер­че­ски­ми, а во-вто­рых, пото­му, что дей­стви­тель­но­го реше­ния про­бле­мы подоб­ны­ми мето­да­ми не достичь, а иллю­зор­ные «реше­ния» могут нане­сти весь­ма серьез­ный вред — уже хотя бы тем, что зача­стую побуж­да­ют отло­жить дей­ствия, кото­рые мог­ли бы помочь оста­но­вить раз­ви­тие такой смер­тель­ной болез­ни, как наркомания.

И, разу­ме­ет­ся, мы кате­го­ри­че­ски не реко­мен­ду­ем обра­щать­ся в орга­ни­за­ции, явля­ю­щи­е­ся «нар­ко­ло­ги­че­ски­ми» отде­ле­ни­я­ми раз­лич­ных сект, напри­мер, диа­не­ти­че­ские «реа­би­ли­та­ци­он­ные цен­тры» церк­ви сай­ен­то­ло­гии или «цен­тры», кото­рые опи­ра­ют­ся на эклек­ти­ку, свой­ствен­ную оккульт­но­му дви­же­нию Нью-Эйдж во всем мно­го­об­ра­зии его про­яв­ле­ний (напри­мер, таких, кото­рые исполь­зу­ют в «реа­би­ли­та­ци­он­ном» про­цес­се «кун­да­ли­ни-йогу» или «Дет­ку» Пор— фирия Ива­но­ва — есть у нас и такие!).

Конеч­но, никак не реша­ет про­бле­му и «коди­ро­ва­ние» во всех его вари­ан­тах (в том чис­ле, и под «пра­во­слав­ным» соусом или с таким нау­ко­об­раз­ным назва­ни­ем, как «ней­ро­линг­ви­сти­че­ское про­грам­ми­ро­ва­ние»). Это нако­нец-то при­зна­но и офи­ци­аль­ной нар­ко­ло­ги­ей, запре­тив­шей недав­но при­ме­не­ние это­го «мето­да» в учре­жде­ни­ях Минздрава.

В базе дан­ных о ресур­сах помо­щи, раз­ме­щен­ной на сай­те наше­го фон­да «Ста­рый Свет» в раз­де­ле http://stsv.org/resursy-pomoshchi.html, содер­жат­ся све­де­ния о неко­то­рых орга­ни­за­ци­ях, с кото­ры­ми нам за дол­гие годы нашей прак­ти­че­ской рабо­ты при­хо­ди­лось зна­ко­мить­ся или сотруд­ни­чать. К сожа­ле­нию, даже в этих слу­ча­ях мы не все­гда рас­по­ла­га­ли пол­ной инфор­ма­ци­ей и по этой при­чине не мог­ли дать вполне досто­вер­ной оцен­ки всех аспек­тов дея­тель­но­сти той или иной орга­ни­за­ции. Поэто­му, не отка­зы­ва­ясь от идеи созда­ния базы дан­ных, вклю­ча­ю­щей досто­вер­ную оцен­ку рабо­ты вхо­дя­щих в нее орга­ни­за­ций, мы зара­нее при­но­сим изви­не­ния тем, кто не согла­сят­ся с отне­се­ни­ем сво­ей орга­ни­за­ции к какой-то из кате­го­рий, и при нали­чии допол­ни­тель­ной инфор­ма­ции гото­вы пере­смот­реть нашу клас­си­фи­ка­цию. Про­сим изви­нить и за то, что спи­сок орга­ни­за­ций в этой базе, оче­вид­но, ока­жет­ся непол­ным и, воз­мож­но, в чем-то неточным.

В даль­ней­шем мы про­дол­жим рабо­ту по ком­плек­та­ции это­го переч­ня и вне­се­нии в него всей инфор­ма­ции, кото­рая так необ­хо­ди­ма людям, ищу­щим помо­щи в реше­нии про­блем, свя­зан­ных с наркотиками.

Поэто­му про­сим всех, кто рас­по­ла­га­ют каки­ми-либо све­де­ни­я­ми о про­фи­лак­ти­че­ских, лечеб­ных и реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­трах и про­грам­мах, инфор­ма­ция о кото­рых отсут­ству­ет или неточ­но пред­став­ле­на в нашем перечне, сооб­щать нам об этом на адрес изда­тель­ства или авто­ру по элек­трон­ной почте oldworld1992@gmail.com. Будем так­же при­зна­тель­ны за отзы­вы и поже­ла­ния, каса­ю­щи­е­ся всех дру­гих раз­де­лов дан­ной книги.

Кон­крет­ные реко­мен­да­ции, кото­рые, на наш взгляд, могут помочь имен­но в вашей ситу­а­ции, вы може­те полу­чить, при­дя к нам на бес­плат­ные кон­суль­та­ции, кото­рые еже­не­дель­но про­во­дят­ся спе­ци­а­ли­ста­ми наше­го фон­да. Подроб­ная инфор­ма­ция об этих кон­суль­та­ци­ях — на нашем сай­те в раз­де­ле http://stsv.org/konsultatsii-po-problemam-zavisimosti-i-vichspida.html или по теле­фо­ну +7–916-722–36-26.

Сотруд­ни­ка­ми наше­го фон­да про­во­дят­ся так­же откры­тые суб­бот­ние встре­чи, назван­ные «Бесе­да­ми о зави­си­мо­сти на Боль­шой Ордын­ке». Эти встре­чи нашей инфор­ма­ци­он­но-про­све­ти­тель­ской про­грам­мы про­хо­дят каж­дую суб­бо­ту в 11.00 по адре­су: Боль­шая Ордын­ка, 20, Духов­но-про­све­ти­тель­ский центр «Вос­хож­де­ние» во дво­ре хра­ма Ико­ны Божи­ей Мате­ри «Всех скор­бя­щих Радость» (мет­ро «Тре­тья­ков­ская»).

Мы про­во­дим и ста­ци­о­нар­ную реа­би­ли­та­цию зави­си­мых в нашем бес­плат­ном цен­тре дли­тель­но­го про­жи­ва­ния (про­грам­ма рас­счи­та­на на 2,5–3 года, при­ни­ма­ют­ся толь­ко совер­шен­но­лет­ние муж­чи­ны). Инфор­ма­ция о цен­тре, его про­грам­ме, дей­ству­ю­щих в нем пра­ви­лах и поряд­ке поступ­ле­ния в него — на нашем сай­те в раз­де­ле http://stsv.org/reabilitatsionnyi-tsentr-terapevticheskoe- soobshchestvo.html. Все вопро­сы по пово­ду при­е­ма в центр обсуж­да­ют­ся толь­ко с самим зави­си­мым, а не с его род­ствен­ни­ка­ми, на очной кон­суль­та­ции (см. выше), либо по теле­фо­ну адми­ни­стра­то­ра цен­тра +7–919-970‑9243.

В реа­би­ли­та­ци­он­ных про­грам­мах фон­да «Ста­рый Свет» рабо­та­ют пра­во­слав­ные кон­суль­тан­ты, кото­рые осно­вы­ва­ют­ся в сво­ей рабо­те на совре­мен­ных прин­ци­пах хри­сти­ан­ско­го кон­суль­ти­ро­ва­ния. При этом участ­ни­ки (кли­ен­ты) про­грам­мы могут при­над­ле­жать к дру­гим веро­ис­по­ве­да­ни­ям или быть вовсе неверующими.

Очень жела­тель­но уча­стие в реа­би­ли­та­ци­он­ных про­грам­мах так­же и род­ствен­ни­ков зави­си­мо­го чело­ве­ка, так как алко­го­лизм и нар­ко­ма­ния явля­ют­ся семей­ны­ми забо­ле­ва­ни­я­ми, а точ­нее — симп­то­мом болез­ни всей семьи, каж­до­го из ее чле­нов. Поэто­му в лечеб­ной про­грам­ме важ­ное место зани­ма­ет семей­ная тера­пия, а так­же спе­ци­аль­ные лек­ции и груп­пы для родственников.

При­ве­дем здесь кон­такт­ные дан­ные еще несколь­ких реа­би­ли­та­ци­он­ных орга­ни­за­ций, с кото­ры­ми мы дав­но сотруд­ни­ча­ем и кото­рые мно­ги­ми года­ми эффек­тив­ной рабо­ты под­твер­ди­ли адек­ват­ность при­ме­ня­е­мых ими мето­дов несмот­ря на то, что они пред­по­ла­га­ют опла­ту реабилитации:

«Дом надеж­ды на горе» — крат­ко­сроч­ный (28–35 дней) реа­би­ли­та­ци­он­ный центр (толь­ко для зави­си­мых от алко­го­ля). При­ни­ма­ют­ся муж­чи­ны и жен­щи­ны. Теле­фон: 8 (812) 749‑3875, сайт: http://www.houseofhope.ru.

Реа­би­ли­та­ци­он­ные цен­тры фон­да «Диа­ко­ния» для нар­ко­за­ви­си­мых во имя св. прп. Сера­фи­ма Выриц­ко­го в пос. Пошит­ни и Соло­гу­бов­ка Псков­ской обла­сти. Услов­но бес­плат­ный (тре­бу­ют­ся пожерт­во­ва­ния от роди­те­лей, но воз­мож­ны и исклю­че­ния). Инфор­ма­ция о цен­трах см. http://diaconiafond.ru/reabilitaciya-i-socialnaya-adaptaciya-narkozavisimyx/, http://diaconiafond.ru/reabilitacionnyi-centr-poshitni/  и http://diaconiafond.ru/reabilitaciya-i-socialnaya-adaptaciya-narkozavisimyx/reabilitacionnyj-centr-sologubovka

Горя­чая линия по вопро­сам нар­ко­за­ви­си­мо­сти и реа­би­ли­та­ции: 8–812-916–92-24.

При­ве­дем так­же кон­такт­ные дан­ные неко­то­рых орга­ни­за­ций, не свя­зан­ных напря­мую с реа­би­ли­та­ци­ей зави­си­мых, одна­ко ино­гда полез­ных, а то и необ­хо­ди­мых для помо­щи в осо­бых ситуациях:

А. Теле­фо­ны экс­трен­ных служб пси­хо­ло­ги­че­ской и пси­хи­ат­ри­че­ской помо­щи (рабо­та­ют круглосуточно):

  • Экс­трен­ная меди­ко-пси­хо­ло­ги­че­ская помощь в кри­зис­ных ситу­а­ци­ях +7 (495) 205‑0550
  • Неот­лож­ная пси­хо­ло­ги­че­ская помощь 051
  • Ско­рая пси­хи­ат­ри­че­ская помощь +7 (495) 625‑3101
  • Неот­лож­ная пси­хи­ат­ри­че­ская помощь по Москве +7 (495) 625‑3101
  • Теле­фон дове­рия для детей и под­рост­ков +7 (495) 160‑0363

Б. Теле­фо­ны кри­зис­ных служб для спе­ци­фи­че­ских ситуаций:

  • Кри­зис­ный центр «Анна» (по всем видам наси­лия в семье) +7 800 700‑0600 (Еже­днев­но, 09.00–21.00, вре­мя мос­ков­ское). Еще теле­фо­ны: +7 (495) 623‑7479, +7 (926) 212‑1442. Сайт http://www.anna— center.ru/. Элек­трон­ная поч­та annaruss93@gmail.com
  • Центр пси­хо­ло­ги­че­ской помо­щи жен­щи­нам «Яро­слав­на» и теле­фон дове­рия для жен­щин, пере­нес­ших наси­лие в семье +7 (495) 6808450. Сайт: http://www.ipras.ru/yarosl/yar.htm
  • Ско­рая пра­во­вая помощь (бес­плат­ные кон­суль­та­ции по теле­фо­ну): +7 (495) 291‑5405 (граж­дан­ское пра­во), +7 (495) 214‑6253 (уго­лов­ное право)
  • «Горя­чая линия» по ВИЧ-СПИД’у +7 (495) 366‑6238
  • «Горя­чая линия» по реше­нию про­блем без­над­зор­ных несо­вер­шен­но­лет­них +7 (499) 201–06-50

В. Теле­фо­ны город­ских нар­ко­ло­ги­че­ских больниц:

  • Нар­ко­ло­ги­че­ская боль­ни­ца № 17. Спра­воч­ная служ­ба +7 (499) 31720–69; при­ём­ное отде­ле­ние +7 (499) 613–69-11, +7 (495) 389 6727 (фили­ал в Анни­но). Сайт: www.nkb-17.ru. Адрес: ул. Болот­ни­ков­ская, д.16, мет­ро Кахов­ская, Нахи­мов­ский про­спект. Фили­ал в Анни­но: Вар­шав­ское шос­се, д.170 «Г», корп.1, ст. мет­ро Аннино
  • Мос­ков­ский науч­но-прак­ти­че­ский центр нар­ко­ло­гии +7 (495)709— 6404 — «горя­чая линия», +7 (499)178‑2759 — при­ем­ное отделение

Г. Лечеб­но-диа­гно­сти­че­ские СПИД-сер­вис­ные центры:

  • Феде­раль­ный СПИД-Центр («Соко­ли­ная гора») +7 (495) 366 0518. Адрес: 8‑я ули­ца Соко­ли­ной горы, д. 15, корп. 5. Про­езд: м. Элек­тро­за­вод­ская, далее авт. 86, марш­рут­ное так­си 32
  • Мос­ков­ский город­ской центр про­фи­лак­ти­ки и борь­бы со СПИ­Дом +7 (495) 366‑2670, +7 (495) 365‑0601. 8‑я ул. Соко­ли­ной горы, дом 15, корп. 3. Про­езд: м. Элек­тро­за­вод­ская, далее авт. 86, марш­рут­ное так­си 32. Для всех бес­плат­но. До— и после-тесто­вое консультирование
  • Каби­нет ано­ним­но­го обсле­до­ва­ния на Соко­ли­ной горе +7 (495) 3653009, +7 (495) 366‑0518
  • Лечеб­но-диа­гно­сти­че­ский центр «Санам» +7 (495) 245‑4789. Для всех бес­плат­но. Все виды услуг
  • Ул. Дова­то­ра, дом13 (рядом с м. Спортивная)
  • Мос­ков­ский област­ной СПИД-Центр (при МОНИКИ) +7 (495) 6813801, адрес: ул. Щеп­ки­на, дом 61/2 (м. Про­спект мира)

Д. Учре­жде­ния соци­аль­ной помо­щи для бездомных:

  • Центр соци­аль­ной адап­та­ции «Люб­ли­но» для лиц без опре­де­лен­но­го места житель­ства и заня­тий: +7 (499) 357‑1065. Адрес: ул. Ило­вай­ская, д. 2 (м. Бра­ти­слав­ская, Марьи­но, стан­ция «Пере­рва» Кур­ской ж/д.). Име­ет­ся еще семь отде­ле­ний цен­тра соци­аль­ной адап­та­ции: “Мар­фи­но”, тел. +7 (495) 482–46013; «Коси­но-Ухтом­ское» +7 (495) 700‑5235; «Ясенево»(495) 427‑9570; «Покров­ское-Стреш­не­во» +7 (495) 491‑3604; «Вост­ря­ко­во» +7 (495) 439‑1083; «Канат­чи­ко­во» +7 (495) 952‑3840; «Дмит­ров­ское» +7 (925) 801‑9102; «Фили­мон­ки» +7 (495) 436‑6469
  • Мобиль­ная служ­ба соци­аль­ной помо­щи без­дом­ным граж­да­нам «Соци­аль­ный пат­руль»: +7 (495) 720‑1508, +7 (499) 357‑0180 (сроч­ная меди­ко-соци­аль­ная помощь без­дом­ным на ули­цах города).

ПРИЛОЖЕНИЕ 3.

ГРУППЫ САМОПОМОЩИ ДЛЯ НАРКОМАНОВ, АЛКОГОЛИКОВ И ЧЛЕНОВ ИХ СЕМЕЙ

Дви­же­ния само­по­мо­щи в Рос­сии име­ют уже доволь­но дав­нюю исто­рию. Сего­дня наи­бо­лее раз­ви­тую струк­ту­ру с нали­чи­ем групп прак­ти­че­ски во всех реги­о­нах Рос­сии име­ет дви­же­ние «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» (АА). В Рос­сии пер­вые груп­пы АА появи­лись толь­ко в 1987 году, но бла­го­да­ря гро­мад­но­му опы­ту выздо­ров­ле­ния, накоп­лен­но­му во все­мир­ном содру­же­стве АА со вре­ме­ни его воз­ник­но­ве­ния в Аме­ри­ке в 1935 году, груп­пы в Рос­сии прак­ти­че­ски сра­зу смог­ли стать наи­бо­лее эффек­тив­ным из всех извест­ных мето­дов пре­одо­ле­ния зави­си­мо­сти. Сего­дня в Рос­сии рабо­та­ют более 500 групп, из них более 150 — в Москве и Под­мос­ко­вье. Конеч­но, это­го недо­ста­точ­но, и во мно­гих местах такая помощь пока недо­ступ­на, одна­ко есть надеж­да, что коли­че­ство людей в этом дви­же­нии, пони­ма­ю­щих необ­хо­ди­мость его раз­ви­тия и уве­ли­че­ния чис­лен­но­сти групп, доста­точ­но вели­ко, и они пред­при­ни­ма­ют посто­ян­ные уси­лия для дости­же­ния такой цели. Кро­ме того, раз­ви­тие совре­мен­ных тех­но­ло­гий сде­ла­ло реаль­но­стью вир­ту­аль­ные груп­пы — в скай­пе, WhatsApp и дру­гих мессенджерах.

Неко­то­рым нар­ко­ма­нам (а так­же их род­ствен­ни­кам и даже неко­то­рым вра­чам-нар­ко­ло­гам) часто кажет­ся, что их зави­си­мость прин­ци­пи­аль­но отли­ча­ет­ся от алко­голь­ной. Точ­но так же алко­го­ли­ки зача­стую счи­та­ют свою болезнь совер­шен­но иной, чем нар­ко­ма­ния. Такое «выде­ле­ние» себя в про­ти­во­по­став­ле­ние дру­гим зави­си­мым людям явля­ет­ся одним из глу­бин­ных пси­хо­ло­ги­че­ских меха­низ­мов любой зави­си­мо­сти, и, к сожа­ле­нию, ино­гда ведет даже к непри­я­тию друг дру­га на груп­пах, а то и к «недо­пу­ще­нию», напри­мер, нар­ко­ма­нов на груп­пы АА.

К сча­стью, такие про­яв­ле­ния «болез­ни роста» харак­тер­ны для срав­ни­тель­но немно­гих групп. Боль­шин­ство же зре­лых групп хоро­шо пони­ма­ют, что в сво­ей осно­ве меха­низ­мы фор­ми­ро­ва­ния зави­си­мо­сти от алко­го­ля прин­ци­пи­аль­но не отли­ча­ют­ся от фор­ми­ро­ва­ния дру­гих видов зави­си­мо­сти, и участ­ни­ки таких групп гото­вы помо­гать дру­гим зави­си­мым, делить­ся с ними сво­им опытом.

Разу­ме­ет­ся, мно­го­лет­ний опыт выздо­ров­ле­ния алко­го­ли­ков в груп­пах АА явля­ет­ся про­сто бес­цен­ным и для нар­ко­ма­нов. Хотя дви­же­ния «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки» и «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны» суще­ству­ют неза­ви­си­мо друг от дру­га, обмен опы­том выздо­ров­ле­ния меж­ду их участ­ни­ка­ми явля­ет­ся одним из мощ­ней­ших ресур­сов выздо­ров­ле­ния в каж­дом из дви­же­ний. То же отно­сит­ся и к груп­пам само­по­мо­щи род­ствен­ни­ков алко­го­ли­ков и нар­ко­ма­нов. Это тем более спра­вед­ли­во для Рос­сии и быв­ших совет­ских рес­пуб­лик, где груп­пы АН (и, соот­вет­ствен­но, груп­пы род­ствен­ни­ков нар­ко­ма­нов «Нар-Анон») ста­ли появ­лять­ся отно­си­тель­но недав­но и пока еще в основ­ном в самых круп­ных горо­дах. Для боль­шин­ства же реги­о­нов Рос­сии их опыт все еще оста­ет­ся недо­ступ­ным, и там нар­ко­ма­нам и их род­ствен­ни­кам про­сто необ­хо­ди­мо исполь­зо­вать уже име­ю­щий­ся опыт рабо­ты групп АА и «Ал-Анон» (род­ствен­ни­ков алкоголиков).

Ниже при­во­дят­ся свод­ные кон­такт­ные дан­ные основ­ных актив­но дей­ству­ю­щих и раз­ви­ва­ю­щих­ся сооб­ществ вза­и­мо­по­мо­щи, рабо­та­ю­щих по Про­грам­ме «12 шагов». У каж­до­го из них есть свой сайт (а у неко­то­рых — и не один), на кото­ром мож­но най­ти опи­са­ние целей и задач дан­но­го сооб­ще­ства, основ­ную лите­ра­ту­ру, а глав­ное — адре­са и рас­пи­са­ние групп, в том чис­ле, и вир­ту­аль­ных, кото­рые рабо­та­ют в интер­не­те online:

  • «Ано­ним­ные Алко­го­ли­ки». Теле­фо­ны: +7 (499) 185‑4000 (дан­ные по Рос­сии и ближ­не­му зару­бе­жью, теле­фон рабо­та­ет со втор­ни­ка по суб­бо­ту с 11.00 до 17.00), +7 (495) 220‑0969 (дан­ные по Москве, с 10 до 18 ч. ежедневно).

Сай­ты в интер­не­те: www.aarus.ru (Рос­сия, на этом сай­те в раз­де­ле http://aarussia.ru/ssylki/ раз­ме­ще­ны адре­са реги­о­наль­ных сай­тов это­го дви­же­ния в 50 рос­сий­ских реги­о­нах и более 160 сай­тов дви­же­ний АА на всех кон­ти­нен­тах мира, а в раз­де­ле http://aarussia.ru/russiaphones/ — более 200 теле­фо­нов реги­о­наль­ных отде­ле­ний АА); www.intermoscow.ru (Москва)

  • «Ал-Анон» и «Ала­тин» (род­ствен­ни­ки и дру­зья алко­го­ли­ков). Теле­фо­ны: +7 (903) 174‑7571 (дан­ные по Рос­сии и ближ­не­му зару­бе­жью), +7 (926) 539‑7469 (дан­ные по Москве и обла­сти, теле­фон рабо­та­ет по втор­ни­кам, чет­вер­гам и суб­бо­там с 20.00 до 22.00).

Сайт в интер­не­те: www.al-anon.ucoz.ru

  • «Ано­ним­ные Нар­ко­ма­ны». Теле­фон: +7 (495) 505‑3396 (дан­ные по Москве и обла­сти, теле­фон рабо­та­ет с 10.00 до 22.00).

Сайт в интер­не­те: www.na-msk.ru

  • «Нар-Анон» (род­ствен­ни­ки и дру­зья нар­ко­ма­нов). Теле­фо­ны: +7 (985) 197‑0960 (дан­ные по Москве и обла­сти, с поне­дель­ни­ка по суб­бо­ту 15.00–16.00 и 21.00–23.00), +7 (967) 112‑5163 (с поне­дель­ни­ка по пят­ни­цу 9.00–11.00 и 18.00–21.00).

Сайт в интер­не­те: http://mos.naranon.ru/

  • «Ано­ним­ные Игро­ки». Теле­фон: +7 (495) 789‑2184 (дан­ные по Рос­сии и ближ­не­му зарубежью).

Сайт в интер­не­те: www.gamblersanonymous.ru

  • «И‑Анон» (род­ствен­ни­ки и дру­зья азарт­ных игро­ков). Теле­фон: +7 (915) 493‑2055 (дан­ные по Москве и обла­сти, теле­фон рабо­та­ет с 21.00 до 23.00)
  • CODA («Кода», «Ано­ним­ные Соза­ви­си­мые»). Теле­фон: +7 (499) 126‑0451 (дан­ные по Москве и обла­сти). Элек­трон­ная поч­та: katyayus@yandex.ru
  • ВДА («Взрос­лые дети алко­го­ли­ков»). Теле­фон: +7 (903) 006‑6079 (дан­ные по Москве и обла­сти, рабо­та­ет по буд­ням с 12 до 20 ч.). Сайт в интер­не­те: https://vdamoscow.ru/. Элек­трон­ная поч­та: vda.intermoscow@gmail .com
  • СА («Ано­ним­ные Сек­со­го­ли­ки»). Сайт в интер­не­те: http://sa-ru.ru/; http: //samoscow.ru/
  • АО («Ано­ним­ные Обжо­ры»). Теле­фон: +7 (967) 135‑9419 (рабо­та­ет с 20.00 до 23.00). Сайт в интер­не­те: https: //overeaters .ru/. Элек­трон­ная поч­та: info @overeaters .ru

[1] Тер­тул­ли­ан Квинт Сеп­та­мий Фло­ренс (155/165, Кар­фа­ген — 220/240, Кар­фа­ген) выда­ю­щий­ся ран­не­хри­сти­ан­ский писа­тель и тео­лог. — Прим. ред.

[2] Эти пись­ма с раз­ре­ше­ния авто­ра при­ве­де­ны на сай­те наше­го фон­да в раз­де­ле: http://stsv.org/izbrannye-mesta-iz-perepiski-zhitelya-reabilitatsionnogo-tsentra-k-so-svoimi-rodstvennikami.html — Прим. авт.

[3] В 1‑м Шаге «Ано­ним­ных Алко­го­ли­ков» речь идет о бес­си­лии перед алко­го­лем. — Прим. авт.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки