Прот. М. Обухов. Суррогатное материнство. Пастырский подход

Прот. М. Обухов. Суррогатное материнство. Пастырский подход

(4 голоса4.3 из 5)

Необ­хо­ди­мость обсуж­де­ния про­бле­мы сур­ро­гат­но­го мате­рин­ства была вызва­на, во-пер­вых, после­до­ва­тель­ной либе­ра­ли­за­ци­ей рос­сий­ско­го зако­но­да­тель­ства, лега­ли­зу­ю­ще­го ком­мер­че­скую услу­гу по про­да­же «мате­рин­ства», во-вто­рых, вни­ма­ни­ем СМИ к этой теме в послед­ние месяцы.

Ниче­го ново­го в отно­ше­нии Церк­ви к искус­ствен­но­му вына­ши­ва­нию детей с после­ду­ю­щей их про­да­жей и сда­че мате­рин­ской утро­бы в арен­ду нет. При­ня­тый доку­мент — не пер­вое заяв­ле­ние. Ему пред­ше­ство­ва­ли обра­ще­ния Цер­ков­но-обще­ствен­но­го сове­та по био­э­ти­ке, Обще­ства пра­во­слав­ных вра­чей, мно­го­чис­лен­ные пуб­ли­ка­ции в цер­ков­ных СМИ, а так­же офи­ци­аль­ная пози­ция Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, изло­жен­ная в Осно­вах соци­аль­ной кон­цеп­ции. Цер­ковь счи­та­ла и про­дол­жа­ет счи­тать сур­ро­гат­ное мате­рин­ство нрав­ствен­но недо­пу­сти­мой репро­дук­тив­ной тех­но­ло­ги­ей. Подоб­ной точ­ки зре­ния при­дер­жи­ва­ют­ся дру­гие кон­фес­сии: не толь­ко Вати­кан, но даже и отно­си­тель­но либе­раль­ная Люте­ран­ская Цер­ковь срав­ни­ва­ет эту тех­но­ло­гию с про­сти­ту­ци­ей. Серьез­ные огра­ни­че­ния вплоть до пол­но­го запре­та дей­ству­ют в боль­шин­стве стран Евросоюза.

Зада­ча, постав­лен­ная свя­щен­но­на­ча­ли­ем перед бого­слов­ской комис­си­ей, под­го­то­вив­шей доку­мент, состо­я­ла в изу­че­нии вопро­са о воз­мож­но­сти или невоз­мож­но­сти кре­ще­ния мла­ден­цев, рож­ден­ных с помо­щью услуг сур­ро­гат­ной матери.

Таин­ство кре­ще­ния не явля­ет­ся маги­че­ским актом, авто­ма­ти­че­ски дела­ю­щим при­бег­нув­ших к нему хри­сти­а­на­ми. Кре­ще­ние мла­ден­ца совер­ша­ет­ся толь­ко по вере его роди­те­лей. Кре­стить мла­ден­ца, не спо­соб­но­го сде­лать созна­тель­ный выбор жиз­ни со Хри­стом, могут толь­ко хри­сти­ане, гаран­ти­ру­ю­щие соот­вет­ству­ю­щее рели­ги­оз­ное вос­пи­та­ние. Если таких гаран­тий нет, то кре­ще­ние может быть отло­же­но. Оче­вид­но, что роди­те­ли, при­бе­га­ю­щие к услу­гам сур­ро­гат­ной «мате­ри», пре­не­бре­га­ют пози­ци­ей Церк­ви и тем самым ста­вят себя вне ее. А это озна­ча­ет, что хри­сти­ан­ское вос­пи­та­ние ими ребен­ка до того момен­та, когда он смо­жет сам при­нять осо­знан­ное реше­ние о сво­ей рели­ги­оз­ной при­над­леж­но­сти, неосуществимо.

Важ­но пони­мать, что ого­ва­ри­ва­е­мые в доку­мен­те усло­вия кре­ще­ния мла­ден­цев, рож­ден­ных при исполь­зо­ва­нии этой тех­но­ло­гии, не явля­ют­ся репрес­сив­ным актом, направ­лен­ным про­тив детей. Ни в одном из доку­мен­тов, выра­жа­ю­щих мне­ние Церк­ви, нет ни малей­ше­го наме­ка на то, что дети, рож­ден­ные «по най­му», сами по себе явля­ют­ся непол­но­цен­ны­ми, в чем-то ущерб­ны­ми или недо­стой­ны­ми кре­ще­ния. Напро­тив, ребе­нок в дан­ной ситу­а­ции есть глав­ная жерт­ва про­из­во­ла заказ­чи­ков, посред­ни­ков и общества.

Огра­ни­че­ния на совер­ше­ние Таин­ства — сво­е­го рода пре­вен­тив­ная мера, направ­лен­ная на вра­зум­ле­ние людей, нару­шив­ших уста­нов­лен­ный Богом, есте­ствен­ный поря­док устрой­ства обще­ства, семьи и вос­про­из­вод­ства. Лишив ребен­ка воз­мож­но­сти иметь пол­но­цен­ную семью, быть пло­дом супру­же­ской люб­ви, заказ­чи­ки, чье роди­тель­ство и ино­гда даже пра­ва на ребен­ка спор­ны, сами лиша­ют его и кре­ще­ния. Запрет на без­услов­ное кре­ще­ние исклю­ча­ет види­мость того, что созна­тель­ное или несо­зна­тель­ное над­ру­га­тель­ство над бра­ком, свя­то­стью мате­рин­ства и досто­ин­ством лич­но­сти бла­го­слов­ля­ет­ся или мол­ча­ли­во одоб­ря­ет­ся Цер­ко­вью. Осо­зна­ние это­го обсто­я­тель­ства долж­но повлечь за собой пони­ма­ние цер­ков­ной пози­ции и пока­я­ние всех, кто так или ина­че участ­во­вал в этой репро­дук­тив­ной технологии.

Доку­мент, при­ня­тый бого­слов­ской комис­си­ей и Свя­щен­ным Сино­дом, име­ет и важ­ное пас­тыр­ское зна­че­ние. Свя­щен­но­слу­жи­те­лю недо­ста­точ­но про­сто ска­зать пастве, что Цер­ковь запре­ща­ет сво­им чадам ста­но­вить­ся сур­ро­гат­ны­ми мате­ря­ми, высту­пать заказ­чи­ком сур­ро­гат­но­го «мате­рин­ства» или каким-либо иным обра­зом участ­во­вать в про­це­ду­ре ком­мер­че­ско­го вына­ши­ва­ния и рож­де­ния ребен­ка. Сего­дня пас­тырь дол­жен на соот­вет­ству­ю­щем уровне объ­яс­нить, чем обу­слов­ле­но такое реше­ние, что оно направ­ле­но на поль­зу самих роди­те­лей, реко­мен­до­вать им аль­тер­на­ти­ву, напри­мер, в виде попе­че­ния о сиро­тах. Если же бес­плод­ная пара ока­за­лась тако­вой в резуль­та­те гре­хов про­шло­го, то, вме­сто того что­бы при­ла­гать гре­хи ко гре­хам, им нуж­но пока­ять­ся. Слу­ча­ет­ся, что те самые супру­же­ские пары, кото­рые сна­ча­ла дела­ли всё воз­мож­ное про­тив рож­де­ния детей, спо­хва­тив­шись, при­ни­ма­ют все воз­мож­ные меры, что­бы «заве­сти» ребен­ка, даже идя про­тив самой при­ро­ды. Такие пары нуж­да­ют­ся во вни­ма­тель­ном отно­ше­нии, и свя­щен­ник дол­жен най­ти вре­мя, что­бы про­ве­сти бесе­ду, побуж­да­ю­щую к пока­я­нию. Пас­ты­рям важ­но пони­мать, что, при­ни­мая фор­маль­ное и необос­но­ван­ное реше­ние о кре­ще­нии ребен­ка, они гре­шат про­тив исти­ны, про­яв­ля­ют непо­слу­ша­ние свя­щен­но­на­ча­лию и поощ­ря­ют сомни­тель­ные тех­но­ло­гии, про­ти­во­ре­ча­щие эти­че­ским прин­ци­пам хри­сти­ан­ства. В слу­чае воз­ник­но­ве­ния спор­ных вопро­сов луч­ше обра­тить­ся к бла­го­чин­но­му или пра­вя­ще­му архи­ерею, чем брать на себя ответ­ствен­ность за послед­ствия кре­ще­ния, совер­шен­но­го вопре­ки сино­даль­но­му постановлению.

Пас­тыр­ское виде­ние сур­ро­гат­но­го «мате­рин­ства» и дру­гих вспо­мо­га­тель­ных репро­дук­тив­ных тех­но­ло­гий (ВРТ) очень важ­но, так как сто­рон­ни­ки новых под­хо­дов к рож­де­нию детей выра­бо­та­ли целую оправ­ды­ва­ю­щую идео­ло­гию с отсы­ла­ми, в том чис­ле и к Свя­щен­но­му Писа­нию. Так, напри­мер, они дохо­дят до псев­до­бо­го­слов­ской парал­ле­ли меж­ду сур­ро­гат­ным «мате­рин­ством» и биб­лей­ской исто­ри­ей рож­де­ния Изма­и­ла. Но это более чем воль­ное срав­не­ние: Агарь не была сур­ро­гат­ной мате­рью, она не отка­зы­ва­лась от сво­е­го сына и не про­да­ва­ла его. Кро­ме того, прак­ти­ки, опи­сы­ва­е­мые в Вет­хом Заве­те, дале­ко не все­гда при­ме­ни­мы в совре­мен­ной жиз­ни. Срав­не­ние сур­ро­гат­но­го мате­рин­ства с усы­нов­ле­ни­ем так­же не выдер­жи­ва­ет кри­ти­ки: усы­нов­ле­ние есть акт мило­сер­дия, направ­лен­ный на то, что­бы дать семью ребен­ку, лишен­но­му ее из-за тра­ги­че­ских обсто­я­тельств. При исполь­зо­ва­нии же тех­но­ло­гии сур­ро­гат­но­го «мате­рин­ства» само поня­тие семьи раз­мы­ва­ет­ся и ста­но­вит­ся неопре­де­лен­ным: кого счи­тать роди­те­ля­ми несчаст­но­го ребен­ка? Доно­ров поло­вых кле­ток? Заказ­чи­ка, кото­рый за всё запла­тил и на кото­ро­го оформ­ле­ны доку­мен­ты, ино­гда даже с про­чер­ком в гра­фе «мать»? Сур­ро­гат­ную мать, кото­рая выно­си­ла ребен­ка, роди­ла, а потом про­да­ла? Фак­ти­че­ски ребе­нок ока­зы­ва­ет­ся лишен есте­ствен­ной семьи не по при­чине несчаст­но­го слу­чая, а по умыс­лу тех, кого труд­но назвать роди­те­ля­ми как в бук­валь­ном, так и в пере­нос­ном смыс­ле, так как они, соб­ствен­но, ребен­ка и не роди­ли. Сур­ро­гат­ное «мате­рин­ство» изна­чаль­но лиша­ет ребен­ка пол­но­цен­ной семьи. Чело­век рож­да­ет­ся не как плод люб­ви, а как резуль­тат ком­мер­че­ской сдел­ки, плат­ной услу­ги. В его появ­ле­нии на свет участ­ву­ют люди с непо­нят­ны­ми вза­и­мо­от­но­ше­ни­я­ми с юри­ди­че­ской и с мораль­но-эти­че­ской точ­ки зрения.

Исполь­зо­ва­ние новых репро­дук­тив­ных тех­но­ло­гий при­ве­ло и к дру­гим нераз­ре­ши­мым про­ти­во­ре­чи­ям, напри­мер к появ­ле­нию ком­мер­че­ско­го рын­ка поло­вых кле­ток и эмбри­о­нов. Поло­вые клет­ки и даже эмбри­о­ны, зача­тые in vitro, мож­но про­дать, купить. Мож­но собрать ребен­ка «под заказ». Мож­но, на вся­кий слу­чай, несколь­ких, что­бы потом выбрать одно­го-двух под­хо­дя­щих, а осталь­ных уничтожить.

«Доно­ры», кото­рые участ­ву­ют в подоб­ных экс­пе­ри­мен­тах, не осо­зна­ют до кон­ца, что их био­ло­ги­че­ские, кров­ные дети ока­жут­ся там, куда их опре­де­лит ком­мер­че­ская выго­да: в утро­бу сур­ро­гат­ной «мате­ри», на уни­что­же­ние, или как био­ма­те­ри­ал для опы­тов. Ста­тус замо­ро­жен­но­го эмбри­о­на ока­зы­ва­ет­ся крайне спор­ным. Рос­сий­ские сто­рон­ни­ки ВРТ, ссы­ла­ясь на Кон­сти­ту­цию, гово­рят, что в пра­ва чело­век всту­па­ет толь­ко с момен­та рож­де­ния. По их мне­нию, эмбри­он до момен­та сопри­кос­но­ве­ния с воз­ду­хом и рука­ми аку­ше­ра чело­ве­ком не явля­ет­ся и пре­бы­ва­ет в ста­ту­се «био­ма­те­ри­а­ла». Эта пози­ция сла­ба, необос­но­ван­на, сама ста­тья Кон­сти­ту­ции несет в себе про­ти­во­ре­чия, и мно­гие счи­та­ют ее уста­рев­шей, не соот­вет­ству­ю­щей ни тра­ди­ци­он­ным рели­ги­оз­но-нрав­ствен­ным цен­но­стям, ни совре­мен­ным дан­ным науки.

Никто точ­но не под­счи­тал, сколь­ко эмбри­о­нов уни­что­жа­ет­ся в резуль­та­те экс­тра­кор­по­раль­но­го опло­до­тво­ре­ния (ЭКО) и сур­ро­гат­но­го «мате­рин­ства», при кото­ром все­гда при­ме­ня­ет­ся ЭКО. По мне­нию извест­но­го экс­пер­та из Хор­ва­тии док­то­ра Анту­на Лисе­ца, на одно­го ребен­ка, рож­ден­но­го в резуль­та­те ЭКО, при­хо­дит­ся десять умерщ­влен­ных теми или ины­ми спо­со­ба­ми эмбри­о­нов. Точ­но никто не зна­ет чис­ло детей, рож­ден­ных с помо­щью ЭКО в Рос­сии, неко­то­рые назы­ва­ют оце­ноч­ную циф­ру — 25 тысяч в год. Это озна­ча­ет, что 250 тыс. детей в год уни­что­жа­ют­ся на эмбри­о­наль­ной ста­дии раз­ви­тия. В то же вре­мя Рос­сий­ское госу­дар­ство доти­ру­ет отрасль ВРТ, тогда как сред­ства, вло­жен­ные в реаль­ный сек­тор эко­но­ми­ки, мог­ли бы повы­сить бла­го­со­сто­я­ние семей и дать сти­мул к повы­ше­нию есте­ствен­ной рож­да­е­мо­сти. Пока же финан­сы осе­да­ют в част­ных кли­ни­ках, чей вклад в улуч­ше­ние демо­гра­фи­че­ско­го кли­ма­та более чем сомнителен.

Нель­зя не ска­зать и о заказ­чи­ках сур­ро­гат­но­го «мате­рин­ства». Как пра­ви­ло, это люди с опре­де­лен­ны­ми откло­не­ни­я­ми в пове­де­нии. Если жен­щи­на на седь­мом десят­ке лет «заво­дит» себе ребен­ка, то, похо­же, она уже не в состо­я­нии посчи­тать, сколь­ко ей испол­нит­ся к 18-летию сына или доче­ри. Дого­во­ры по ока­за­нию услуг сур­ро­гат­но­го «мате­рин­ства» состав­ля­ют­ся таким обра­зом, что никто не несет ответ­ствен­но­сти за буду­ще­го ребен­ка и никто не учи­ты­ва­ет его инте­ре­сов. Как, напри­мер, будет чув­ство­вать себя чело­век, обре­чен­ный всю жизнь остать­ся с про­чер­ком в гра­фе «мать»? Будучи куп­лен­ной услу­гой, мате­рин­ство, как и сам ребе­нок, обес­це­ни­ва­ет­ся, пре­вра­ща­ясь в товар, фор­му тор­гов­ли людьми.

Что каса­ет­ся самих сур­ро­гат­ных мате­рей, то их, как пра­ви­ло, не пре­ду­пре­жда­ют об огром­ных и зача­стую невос­пол­ни­мых рис­ках для здо­ро­вья. Оста­нов­ка лак­та­ции сра­зу после родов (ребен­ка немед­лен­но отни­ма­ют) гро­зит тяже­лы­ми ослож­не­ни­я­ми, вплоть до после­ду­ю­ще­го пол­но­го бес­пло­дия и серьез­но­го повы­ше­ния рис­ка рака молоч­ной желе­зы. Кро­ме того, послед­ствия для пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья, кото­рые несет вына­ши­ва­ние ребен­ка на заказ и рас­ста­ва­ние с ним, непредсказуемы.

Зло­упо­треб­ле­ние новы­ми репро­дук­тив­ны­ми тех­но­ло­ги­я­ми ослож­ня­ет­ся еще одним обсто­я­тель­ством: био­ло­ги­че­ские бра­тья и сест­ры по доку­мен­там ока­зы­ва­ют­ся даже не род­ствен­ни­ка­ми. А, меж­ду тем, нель­зя исклю­чать веро­ят­ность их встре­чи и вступ­ле­ния в инцест­ный брак! Более того, есть все осно­ва­ния пред­по­ло­жить, что незна­ко­мые друг дру­гу брат и сест­ра инту­и­тив­но почув­ству­ют вза­им­ную тягу и с боль­шей веро­ят­но­стью всту­пят в брак, фор­маль­но не нару­шив зако­на, запре­ща­ю­ще­го такие сою­зы. Любой такой слу­чай может при­ве­сти к тра­ге­дии: появ­ле­нию детей с тяже­лы­ми врож­ден­ны­ми пороками.

Все эти про­бле­мы тре­бу­ют юри­ди­че­ско­го, эти­че­ско­го и бого­слов­ско­го осмыс­ле­ния; напри­мер, кого счи­тать насто­я­щи­ми роди­те­ля­ми ребен­ка? Если госу­дар­ство при­зна­ёт при­о­ри­тет ком­мер­че­ско­го дого­во­ра в вопро­се о роди­тель­стве, то это вовсе не озна­ча­ет, что и Цер­ковь авто­ма­ти­че­ски долж­на при­знать такую норму.

В этих усло­ви­ях было важ­но обо­зна­чить нрав­ствен­ные ори­ен­ти­ры в слож­ной ситу­а­ции. Сей­час ста­ло оче­вид­ным, что реше­ние о лега­ли­за­ции сур­ро­гат­но­го «мате­рин­ства» было поспеш­ным, необ­ду­ман­ным, при­ни­ма­лось под явным нажи­мом заин­те­ре­со­ван­ных лоб­би­стов. Есть все осно­ва­ния ожи­дать, что дис­кус­сия о непри­ем­ле­мо­сти тех­но­ло­гии сур­ро­гат­но­го мате­рин­ства будет про­дол­же­на и зако­но­да­тель­ство будет менять­ся в духе тра­ди­ци­он­ных семей­ных ценностей.

Автор: Про­то­и­е­рей Мак­сим Обухов

Жур­нал Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хии, 2/2014

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки