архимандрит Клеопа (Илие)

О снах и видениях

Содержание

Предисловие Беседа 1. О гордости и смирении Беседа 2. О тщеславии Беседа 3. О снах Беседа 4. О снах более подробно Беседа 5. О снах и видениях  

 

Старец архимандрит Клеопа (Илие; 1912–1998) широко известен как великий духовник румынского монашества и наставник многих мирян, которые тысячами приходили к нему за духовной помощью. Стяжав на протяжении более чем полувека огромный опыт монашеской жизни, познав глубины библейских истин и святоотеческих творений, он получил признание не только в Румынии, но и во всем православном мире.

Старец Клеопа удивительным образом совмещал безмолвие отшельнической жизни, духовное служение и написание книг.

Книга обращена ко всем желающим идти путем спасения, руководствуясь советами умудренного старца.

Предисловие

С помощью Всемилостивого и Всещедрого Бога, в Троице поклоняемого, молитвами Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии и всех святых признаюсь, что я дерзнул начать это смиренное сочинение, будучи много побуждаем к тому советами отца моего духовного. Он укрепил меня своим благословением, и я подумал, что то, о чем я буду писать в настоящей книге, послужит на общую пользу братиям нашим монахам и мирянам. Итак, начав с этого, вот что я скажу далее.

Мы узнаем из Божественных Писаний, из церковной истории и поучений святых отцов, что на протяжении веков Церковь Христова почти всегда была искушаема и борима гонениями и еретиками, которые примешали плевелы своих ересей к чистой пшенице священных и православных учений. Но это происходило не только в древние времена, ибо мы ясно видим, что и в наши дни волки, одетые в овечьи шкуры, напирают и входят в овчарню Христову, чтобы разорвать и растерзать словесное стадо. И в наши дни мы видим, как теологи и философы тьмы искажают Священные и Божественные Писания и своими постижениями, кажущимися возвышенными и духовными, заблуждаются сами и других отводят от истины и ведут в погибель. Эти делатели – лукавые слуги и лжеучители (см.: 1Тим.4:1; 2Пет.2:1), как и сам сатана, которому они служат, притворяются, по апостольскому слову, Ангелами света (см.: 2Кор.11:14).

Одни из них много постятся и молятся напоказ, под стать фарисеям времен Спасителя; другие ходят босиком, одетые в ветхую и рваную одежду, как некогда еретики-евстафиане (см. Пидалион)1; лицемерствуют, будто достигли подлинного самоотвержения, выставляют себя удивительно милосердными и, не будучи посланы церковной властью, проповедуют по селам и городам, дабы привести людей к покаянию, а о послушании и повиновении канонической церковной иерархии и не поминают. И так, прикрывая коварство своих нравов тем, чему они учат людей, отделяют их, неосторожных, от послушания Церкви и духовным руководителям.

А иные из них, не зная ни из учений, ни по собственному опыту, каковы признаки истинных видений и снов, проповедуют среди людей мечтания своего собственного ума и видения, идущие от бесов, называя их «небесными видениями» и «Божественными откровениями». И так, будучи сами прельщены бесами через наведение пустых снов и видений, они ведут и других к погибели, внушив им веру в свои ложные видения и сны.

Наконец, иные, считая себя чистыми и девственными, в великой гордыне, нечувствии и наглости стремятся к частому причащению Святых и Пречистых Таин Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, без всякого покаяния, без сокрушения сердца и без должного приготовления к этому высочайшему и страшнейшему Таинству. Более того, что еще хуже, – они дерзают причащаться без исповеди, не исполнив епитимии, наложенной духовником на каждый день. И, таким образом, вводя практику, чуждую каноническим порядкам Церкви Православной, своими отклонениями и бесчиниями они хулят не только незыблемость священных и Божественных канонов, но и великую святость Пресвятых и Пречистых Таин и многих заражают своими ересями и сектантскими нововведениями. Полагая, что через частое причащение они освящаются, и не придавая значения епитимии и должному приготовлению, вместо святости, сильно прогневляя Бога, зарабатывают себе вечное осуждение.

Более того, в последнее время, я слышал, появились какие-то священномонахи, не знаю, из каких монастырей, которые, основываясь на своих видениях, начали совершать в частных домах литургии, крещения, монашеские постриги мужчин и женщин. И все это они делают скрытно, без всякого благословения или согласия местного епископа. И тех, кого они постригают наперекор установлениям священных канонов, не направляют в монастырь, чтобы там они научились покорности и послушанию, как того требует обет ангельского монашеского образа, но посылают в села и города, чтобы они проповедовали людям покаяние, а в особенности, чтобы внушили им веру в ложные видения.

Еще эти монахи дают мирянам носить с собой Святые Тайны, держать их у себя за пазухой или в поясах и позволяют причащаться самим каждый раз, когда им этого захочется, без исповеди, без исполнения епитимии и без всякого должного приготовления к этому высочайшему и страшнейшему Таинству.

Об этих и других канонических бесчинствах, творимых этими монахами и монахинями, я узнал со слов нескольких верующих, которые приходили ко мне с удрученной и смятенной душой, чтобы попросить совета и разъяснений в связи с этим, и дали мне знать обо всем этом.

Настоятельный помысл убедил меня сделать в этой смиренной работе заметки об этих вопиющих отклонениях от дисциплины и канонических установлений Православной Церкви. Я облек, однако, это сочинение в форму диалога, с тем чтобы можно было поставить надлежащие вопросы в связи со сказанным выше и дать ответы, в которых разъясняются недоумения вопросов по учению Священных и Божественных Писаний и святых отцов.

А поскольку все те отклонения и канонические бесчинства были совершены людьми, не просвещенными в правой вере, и связаны с пустыми видениями и ложными снами или основаны на них, то в первой беседе я обозначил прежде всего семь важнейших причин, из-за которых человек может дойти до того, что впадет в обольщение бесовскими видениями и снами. И поскольку почти все эти причины проистекают из величайших грехов – гордыни и тщеславия, то в этой же первой беседе я подробно объясняю, что такое гордость, из чего она рождается в уме и сердце человека, как наказывал Бог за гордость Ангелов и людей, сколько имеется видов гордости и как человек может избавиться от этого великого греха гордыни с помощью благой и священной добродетели – смирения.

Затем я показал, что такое смирение, из чего оно рождается в уме и сердце человека и каковы другие добродетели, связанные со смирением.

Вторая беседа посвящена тщеславию: что такое тщеславие, признаки, по которым оно распознается, сколько духовного ущерба оно наносит тому, кто его имеет, как мы можем избавиться от тщеславия и прочего, связанного с этим великим грехом.

В третьей, четвертой и пятой беседах я старался объяснить по мере сил, что такое сны, что такое видения и в какой опасности находится тот, кто подвизается с целью иметь видения; затем я показал, что такое наваждения, что такое Божественные откровения, что такое прозорливость и судьба. Также я поведал о знании себя, о самоуничижении, о признаках истинных видений и истинных чудес, посылаемых от Бога, и о признаках видений и чудес фальшивых; о том, как бесы прельщают монахов и мирян ложными снами и видениями. Затем о том, что говорит Священное и Божественное Писание о снах и видениях и прочем, связанном с видениями, снами и чудесами – истинными или мнимыми, ложными.

Милость Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, молитвами Пресвятой и Пречистой Его Матери и всех Его святых да поможет мне, грешнейшему и ничтожнейшему на этой земле, и всем возлюбленным братиям во Христе, которые будут читать эту книгу не забывать записанных в ней поучений и по силе своей следовать им. Аминь!

Год 1962-й, месяц март,

в 25-й день, в праздник Благовещения

Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии

* * *

Возлюбленный отец Клеопа,

я прочел с великим удовольствием книгу

Твоего Высокопреподобия. Она очень красива,

очень добротно основана научениях святых

отцов духовных и очень правдива во всем

своем содержании.

С братской любовию во Христе,

священник Думитру Стэнилоае,

профессор, доктор

Бухарест, 6 июня 1969 года

Протоиерей Думитру Стэнилоае (1903–1993), академик – выдающийся румынский богослов, ученый с мировым именем, почетный доктор ряда зарубежных академий и университетов, специалист по догматическому и святоотеческому богословию. Им, в частности, сделан новый перевод с древнегреческого языка «Добротолюбия» в двенадцати томах с подробными комментариями.

Беседа 1. О гордости и смирении

Семь причин, по которым человек бывает обманут пустыми видениями и снами. Что такое гордость, из чего она рождается, как наказывает за нее Бог, сколько бывает видов гордости. Гордость ума и гордость воли. Как избавиться от гордости. Что такое смирение. Смирение святых, Матери Божией и Спаса Христа. Из чего рождается смирение, его польза. Искушения, постигающие гордых. Знание себя и смирения. Признаки подлинного смирения

Путь глупого прямой в его глазах;

но кто слушает совета, тот мудр.

Притч.12:15

Старец: Что такое, брат Иоанн, что с тобой? С некоторых пор вижу тебя все время подавленным. Ты раньше не был таким. Что случилось, почему ты стал таким хмурым и погруженным в свои думы? И почему не приходишь рассказать мне, что за мысли и неприятности так гнетут твою душу, что довели тебя до такой удрученности?

Брат: Вижу, преподобный отец настоятель, что вы по моему виду поняли мое душевное состояние. И поскольку вы, кажется, сегодня менее заняты, то прошу благословить мне остаться у вашего преподобия и открыть вам мысли, смущающие и терзающие меня.

Старец: Хорошо, брат Иоанн, но решился ли ты и готов ли сейчас исповедаться?

Брат: Да, преподобный отче. И прошу вас, простите меня: я должен был сделать это уже давно, но меня сильно одолевала леность, и я запоздал прийти, раскрыть свою совесть и попросить у вас разъяснений по поводу того, что меня волнует.

Старец: Но какие мысли терзают тебя, брат Иоанн, и какие недоумения у тебя в душе?

Брат: Вот, преподобный отче, какие мысли терзают меня. С недавнего времени я постоянно слышу о том, что будто бы в миру появились люди, сподобившиеся небесных видений от Бога, и будто бы некоторые из них получили дар пророчества и предсказывают то, что случится в будущем. Более того, я слышал, будто некоторые сподобились видеть Ангелов света, Божию Матерь и даже Спасителя нашего Иисуса Христа. Еще я слышал, что многие уже начали почитать этих людей и считать пророками и посланными Богом в мир для того, чтобы проповедовать покаяние. Слыша об этом, я сильно скорблю, потому что вот уже столько лет, с самого детства, я нахожусь на послушании в монастыре, а нисколько не преуспел в духовном, потому что Бог не удостоил меня ни одного видения. В этом причина моей печали, преподобный отче, – что я не сподобился получить такого утешения. Потому прошу вас, объясните мне это и дайте совет, как избавиться от этих мыслей, волнующих меня.

Старец: Знай, брат Иоанн, что, по учению святых и божественных отцов, имеется семь главных причин, по которым входит в ум и сердце человека губительное для души обольщение бесовскими видениями и мечтаниями.

Брат: Прошу вас, преподобный отче, скажите мне, каковы эти причины.

Старец: Брат Иоанн, первое и самое известное ухищрение, с помощью которого диавол производит в уме и сердце человека обольщение бесовскими видениями и мечтаниями, – это великий и гибельный грех гордыни, по достойному всецелого доверия свидетельству святого и божественного отца Иоанна Лествичника, который говорит: «Когда бес высокомерия укрепится в своих служителях, он является им во сне или видении в образе светлого Ангела или мучеников и подает им откровение тайн, чтобы они, окаянные, совершенно лишились ума»2.

Второе ухищрение, с помощью которого диавол производит обольщение своими видениями и мечтаниями, – это тщеславие, которое есть первая дщерь и ветвь проклятого дерева гордости3. Это подтверждает и божественный отец Исаак Сирин в совете своем святому Симеону Дивногорну, говоря ему: «Преподобие твое, как памятующий об этом (о слабой стороне видений), стой на страже мечтаний твоих глубинных помыслов. Ибо эта брань обычно совершается в особенности против монахов ума тонкого, любящих суетную славу и ищущих новизны»4.

Третий путь, по которому вкрадывается в душу человека обольщение ложными видениями и снами, – это ум слабый и неискушенный. Эту истину выражает тот же святой и божественный отец Иоанн Лествичник, говоря так: «Бесы тщеславия испытывают слабых умом (неискушенных) и делают их во сне пророками»5.

Четвертая причина – это рвение безумное и безрассудное, загоревшись которым, некоторые, слабые умом, начинают предаваться суровому и длительному посту и другим тяжким подвигам с целью получить от Бога дар чудотворений или удостоиться явления Ангелов или небесных видений и откровений, или чтобы им дан был дар стать подобным какому-либо святому. О подобном безумном рвении писал божественный отец Исаак Сирин, говоря так: «Тяжкою болезнью страдает тот, в ком есть злое рвение»6. А в другом месте тот же святой Исаак Сирин, говоря о подвизающемся со злым рвением и злой целью, пишет так: «Кто дерзает молить Бога, желая, чтобы его руками совершались чудеса и силы, таковой искушается в уме своем бесом-насмешником»7.

Подобное безумное рвение было у того монаха, о котором повествуется в Патерике, что он молил Бога сподобить его стать похожим на патриарха Исаака, и который по причине этого безрассудного прошения был поруган диаволом самым жалким образом8.

Пятая причина попадания в западню видений и бесовских мечтаний – это непослушание и строптивость, как показано это в Патерике в случае с братом Авраамием, учеником аввы Ираклита9.

Шестая причина, доводящая человека до падения в пропасть мечтаний и бесовских видений и в другие обольщения, губительные для души, – это проклятое самочиние и неисповедание помыслов духовным отцам10.

Седьмая и последняя из причин, по которым человек скатывается в губительную для души опасность диавольских видений, – это незнание себя и незнание Божественных Писаний. Ибо человек, не знающий ни себя, ни Божественных Писаний, тотчас соскальзывает в самомнение и потому с легкостью впадает в прелесть. А тот, кто достиг основательного знания себя и глубины своей ничтожности, тому трудно счесть себя достойным иметь небесные видения. Потому и святой Исаак Сирин так говорит о том, кто знает себя: «Кто удостоился видеть себя, тот лучше удостоившегося видеть Ангелов»11. И еще: «Кто восчувствовал свои грехи, тот лучше воскрешающего мертвых своей молитвой»12.

И вправду, великая и сильная помощь человеку – знание своей немощи, ибо оно не даст человеку попасть в западню бесовских мечтаний и в другие великие грехи. Тот же святой Исаак Сирин называет знание себя основанием всякой добродетели: «Блажен человек, знающий свою немощность, ибо знание это делается для него основанием всей благости»13. Еще и божественный отец Петр Дамаскин говорит о знании себя: «Нет ничего лучше, чем знать свою немощь и неведение, и ничего хуже, чем не знать этого»14.

Вот, брат Иоанн, таковы семь главных причин, по которым диавол всевает в ум и сердце человека прелесть снов и видений, губительную для души. Ты хорошо поступил, искренне открыв свое сердце пред Богом и моим недостоинством и решив прийти и исповедать эти помыслы, пагубные для души. Сделав это, брат мой, ты смог с помощью Божией извлечь из логова ума твоего мысленного змия, угнездившегося там, и из глубины сердца твоего – того, кто непрестанно плодился в тебе и отравлял душу твою смертоносным ядом своего коварства и прелести.

Знай и помни, брат Иоанн, что душа наша подобна кораблю, плывущему по мятущимся волнам мира сего, а ум, который есть око души, Богом назначен быть кормчим этого корабля. И знай еще, что кораблю нашему предстоят многие и великие опасности. Устремляются с волнующегося житейского моря ветры встречные и очень сильные, то есть брани со стороны плоти нашей, они обрушиваются извне и проникают в нас через открытые двери пяти наших чувств. Вздымаются яростные волны из глубины души нашей, то есть злые и разнообразные помыслы, исходящие из сердца, как сказал Господь: из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния... кражи, лжесвидетельства, хуления (Мф.15:19). Подстерегают нас мысленные хищники, то есть бесы коварнейшие. Мы садимся на мели, которые суть слепота нашего неведения; ударяемся о скалы, скрытые в морской воде, они внезапно возникают на пути, угрожая нам кораблекрушением, и это – духовная неподготовленность душ наших. А когда кормчий корабля, то есть ум, дремлет, тогда поднимается вода в корабле и может погрузить нас в бездну, и это есть неисповедание грехов наших.

Итак, брат мой, если бы ты не поторопился прийти сюда, пред лице Бога и моего недостоинства, чтобы на исповеди выплеснуть из души твоей ядовитую воду грехов, то, думаю, еще немного, и погрузился бы в глубину адову душевный корабль твой. Я хочу, брат Иоанн, чтобы ты хорошенько знал и был в том совершенно уверен, – что помыслы, которые мучили тебя и которые ты исповедал мне сейчас, возникли в уме и сердце твоем от проклятого корня великого греха гордыни.

Брат: Преподобный отче, прошу вас, скажите мне, что такое гордыня и какой она бывает?

Старец: Знай, брат Иоанн, что гордыня – это начало, корень и источник всякого греха и всякого беззакония. И поскольку ты спросил, какой она бывает, то знай, что святой Григорий Двоеслов говорит, что у гордыни пять ступеней. А чтобы понять эти ступени, надо сначала знать, что блага, которыми гордится гордый, также бывают пяти видов, а именно: прежде всего – блага природные, то есть острота ума, красота, храбрость и тому подобное; второй вид – блага приобретенные, каковы знание, мудрость, мастерство и подобное им; третий – блага случайные, каковы богатство, слава, сан и тому подобное; четвертый – блага волевые, каковы любовь, терпение, послушание и прочие добродетели воли; и пятый – блага духовные, то есть дар пророчества, чудотворений и тому подобное.

Итак, брат Иоанн, на первой ступени гордости стоит тот человек, который, обладая одним из этих благ, не признает, что они у него от Бога, а считает, что имеет их сам по себе, естественным образом.

Вторая ступень гордости – когда человек признает, что блага у него от Бога, но получены не даром, а потому, что они полагаются ему как якобы достойному их.

Третья ступень гордости – когда кто-либо думает, что он имеет какие-нибудь дарования, которых у него, однако, нет.

Четвертая ступень гордости – когда кто-либо, пороча других, хочет быть почитаемым всеми как более достойный, нежели они.

Пятая, и последняя, ступень гордости – когда человек доходит до того, что хулит священные законы и не покоряется им, как узаконили то святые отцы.

Помни еще, брат Иоанн, что у гордости двенадцать дочерей, а именно: тщеславие, высокомерие, любопытство, возношение ума, хвастовство, самолюбие, дерзость, нерадивость, лицемерное исповедание, вероотступничество, своеволие и полное свыкание с грехом.

Брат: Но как зарождается гордость, преподобный отче, в уме человека?

Старец: Гордость, брат Иоанн, имеет обыкновение зарождаться в уме человека, главным образом, из следующих причин: из самолюбия, тщеславия, самомнения, незнания себя, неразумного и неумеренного поста, обособленности жизни, то есть самочиния, Когда человек живет своим умом и не просит совета у других15.

Брат: Преподобный отче, гордость бывает только одного или нескольких видов?

Старец: Гордость, брат Иоанн, бывает двух видов, а именно: гордость воли и гордость ума16.

Брат: А какая из них хуже и опасней?

Старец: Знай, брат Иоанн, что много хуже и губительнее гордость ума.

Брат: А почему же гордость ума хуже гордости воли?

Старец: Вот почему, брат Иоанн. Гордость воли, поскольку она легче распознается умом, легче поддается уврачеванию, ибо ее легче подчинить должному. Когда же ум поражен гордостью и твердо уверен, что его суждение лучше суждения других, то как его можно исцелить? Не имея того, кто мог бы подчинить его суждению других, потому что он не считает другой ум лучше себя. Если око души – а это ум, с помощью которого человек распознает и очищает гордость воли; – немощно, слепо и преисполнено гордости, то как его можно уврачевать? И если свет – это тьма, и мерило ошибочно, то как они смогут просветить и исправить других? Поэтому, брат Иоанн, нам надо противостоять внимательней и тверже этой опасной гордости ума. И с великой силой противостоя ей, станем обуздывать пылкость нашего ума, а мнение свое покорим мнению других и соделаемся безумными ради любви Христовой, чтобы мы смогли умудриться, как написано: Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым (1Кор.3:18). Итак, брат Иоанн, пойми, что гордость ума – это бесовская болезнь, ибо человек, пораженный ею, полагает, будто он велик, что он умнее других и вообще всех и более не нуждается в советах и помощи кого-либо17. Преблагий и Всемилостивый Бог да избавит нас от этой страсти и болезни бесовской!

Сам Бог через пророка Исаию охаивает пораженных этой болезнью, говоря им: Горе тем, которые мудры в своих глазах и разумны пред самими собою! (Ис.5:21). И великий апостол Павел заповедует нам так: не высокомудрствуйте, но последуйте смиренным (Рим.12:16). И Соломон говорит также: Не будь мудрецом в глазах твоих (Притч.3:7).

Думаю посему, брат Иоанн, что из сказанного ты достаточно ясно уяснил себе, почему гордость ума хуже и опаснее гордости воли. Знай же и то, что как гордость ума, так и гордость воли – зло весьма многовидное. И это многовидное зло греха гордыни дивно описывает святой и божественный отец Иоанн Лествичник таким образом: «Гордость есть отступление от Бога, выдумка бесов, исчадие похвал, признак бесплодия души, матерь осуждения, отгнание помощи Божией, предтеча безумия, виновница падений, причина беснования, источник гнева, дверь лицемерия, твердыня бесов, страж грехов, причина несострадательности, лютый истязатель, бесчеловечный судья, противник Богу, корень хулы»18.

Видишь, брат Иоанн, как многообразно зло греха гордыни? Поэтому Божественное Писание называет гордого нечистым пред Богом, говоря: Мерзость пред Господом всякий надменный сердцем (Притч.16:5). Более того, и сдружающегося с гордым оно тоже называет нечистым, говоря: Кто прикасается к смоле, тот очернится, и кто входит в общение с гордым, сделается подобным ему (Сир.13:1). Потому, брат Иоанн, этот грех крайне мерзок пред Богом, и Он наказывает его очень сурово.

Брат: Прошу вас, преподобный отче, скажите мне, как наказывает Бог грех гордыни?

Старец: Послушай, брат Иоанн! Чтобы мы могли представить себе, насколько мерзостна Богу гордость и как Он наказывает ее, достаточно вспомнить, что только из-за этого греха пал и был низвержен с неба сатана со всеми его ангелами (см.: Откр.12:8–9). А чтобы понять, как велика пропасть, в которую падает одержимый омерзительной гордостью, будем помнить, из какой славы и света ниспали сатана и ангелы, единомысленные с ним, в какое бесчестье они низринулись и какому мучению стали повинны. А чтобы ты еще лучше представил себе это, знай, что сатана до своего ниспадения из вышнего света и славы не был каким-нибудь незначительным творением Божиим, а был одним из прекраснейших, лучезарнейших, самым украшенным и избраннейшим созданием, из самых близких к Богу. Как говорит Священное Писание, он был сияющей денницей среди небесных умных чинов. Он был сыном зари незаходимой и небесным Херувимом, великолепно сияющим и украшенным Создателем своим, Богом. Об этом в Божественном Писании сказано символически устами святого пророка Иезекииля, который говорит царю Тирскому так: Ты находился в Едеме, в саду Божием; твои одежды были украшены всякими драгоценными камнями; рубин, топаз и алмаз, хризолит, оникс, яспис, сапфир, карбункул, изумруд и золото, все, искусно усаженное у тебя в гнездышках и нанизанное на тебе, приготовлено было в день сотворения твоего. И снова: Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то-, ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней (Иез.28:13–14). Также и пророк Исаия называл сатану до его ниспадения звездой сияющей и сыном зари (см.: Ис.14:12). Видишь, брат Иоанн, какой славой, какой красотой и великолепием обладал диавол до того, как пал падением великим?

Но почему же он ниспал из такового блаженства и красоты? В Священном Писании об этом излагается так: ты был без порока в день сотворения твоего, доколе неугнездилось в тебе беззаконие (ср.: Иез.28:15). И далее объясняется нам, что это за беззаконие было, угнездившееся в сатане: ты, говоривший в помысле своем: «Взойду на небо и воссяду на престоле моем превыше звезд Бога Сильного; устрою жилище мое на Святой Горе, на краю севера, взойду превыше облаков и буду подобен Всевышнему» (ср.: Ис.14:13–14).

Затем приводится, что по причине высокоумия он ниспал с неба: как упал ты с небес, звезда сияющая, сын зари, как был низвержен на землю ты, укрощавший народы! (ср.: Ис.14:12). А затем, еще яснее показывая причину падения диавола, Божественное Писание говорит: от красоты твоей возгордилось сердце твое, от высокомерия твоего ты погубил мудрость твою. За то Я поверг тебя на землю и перед царями отдам тебя на позор (ср.: Иез.28:18). И снова Божественное Писание, описывая возношение сатаны и его стремление охватить умом недосягаемую славу Божию, говорит: от обширности торговли твоей внутреннее твое исполнилось неправды, и ты согрешил; и Я изгнал тебя, херувим осеняющий, из среды сверкающих камней и извергнул тебя со Святой Горы Божией, как нечистого (ср.: Иез.28:16–17).

Затем, показывая, куда был брошен и изгнан сатана из той великой славы, какую он имел на небе, Священное Писание говорит: в преисподнюю низвержена гордыня твоя со многим весельем твоим, под тобою расстелются черви, и черви станут покровом твоим (ср.: Ис.14:11), а немного далее добавляет: и теперь ты низвержен в ад, в глубины преисподней (ср.: Ис.14:15).

Итак, брат Иоанн, из этих немногих свидетельств Божественного Писания, думаю, ты понял, как наказывает Бог гордость и какой вред наносит она тому, кто ее имеет.

Брат: Действительно, преподобный отче, я понял это достаточно ясно, однако думаю, что Бог назначил это наказание только для сатаны и ангелов его, потому что они, как ангелы, могли не грешить так же легко, как мы. И я попросил бы вас сказать мне, как наказывает Бог гордость в роде человеческом?

Старец: Знай, брат Иоанн, что на этот вопрос следовало бы сказать многое. Но чтобы быть кратким и чтобы мы могли представить себе, как сурово карает Бог гордость людей, приведу сначала свидетельства Божественного Писания, из которых видно, как наказал Бог за гордость прародителей наших Адама и Еву.

Брат: Но какая гордость могла быть у прародителей наших Адама и Евы, преподобный отче? Я ведь знаю, что они были наказаны Богом не за гордость, а за непослушание, потому что преступили заповедь Божию и вкусили плод от запретного древа!

Старец: Знай, брат Иоанн, что прародители наши Адам и Ева, тоже недуговали гордостью и были прельщены прежде непослушания и преступления заповеди, потому что первый признак гордости – это пренебрежение послушанием19. Это видно было и на прародителях наших, когда они презрели послушание Богу и преступили Его священную заповедь. Чтобы испытать их послушание, Бог заповедал им: от всех деревьев рая можете есть, только от древа познания добра и зла не ешьте, ибо в день, в который вы вкусите от него, смертью умрете (ср.: Быт.2:16–17). Диавол же внушил им вкусить от этого древа, говоря, что они не только не умрут, но станут и сами как боги, знающие добро и зло (см.: Быт.3:5). А они, послушав змия, дерзнули преступить заповедь Бога и вкусить от запретного древа, вообразив себе, будто и они сами станут богами! Потому и божественный отец Максим Исповедник говорит: «Как диавол пал по причине мечтания, также сделал он, чтобы и Адам и Ева возмечтали в уме, будто они станут точь-в-точь такими, как Бог, и чтобы по причине этого мечтания они пали»20.

Итак, ты видишь, брат Иоанн, что лишь после того как впали прародители наши в грех гордыни и вообразили в уме своем, будто станут подобны Богу, только тогда они презрели послушание Создателю своему и преступили Его заповедь. Итак, хорошенько уясним себе это.

А о том, как наказал Бог их гордость и преступление заповеди, послушай. Прежде всего они унаследовали сугубую смерть: смерть тела и смерть души, то есть попадание их душ в ад. Во-вторых, они были изгнаны из рая Божия. В-третьих, и земля была проклята Богом из-за их прегрешения. И в-четвертых, они были наказаны Богом и Создателем своим так, чтобы они в трудах и в поте лица добывали себе пищу на земле во все дни жизни своей. Чтобы земля рождала им терния и волчцы, чтобы они питались полевой травой, а в конце возвращались в землю, из которой они были созданы (см.: Быт.3:18–19). Еве же Он дал затем и особое наказание: чтобы она в болях рожала детей и чтобы к мужу было влечение ее, то есть чтобы она была подчинена ему во все время (см.: Быт.3:16).

Но самым большим наказанием и епитимией для них была смерть духовная, то есть оставаться в аду и мучиться в течение 5508 лет, до пришествия Искупителя и воскресения из мертвых Нового Адама – Христа.

Вот, брат Иоанн, сколь сурово было наказание Божие роду человеческому за грех гордыни. Через прегрешение праотцов наших Адама и Евы весь род человеческий оставался под епитимией до Пришествия Господа нашего Иисуса Христа, Который смирением Своим безмерным и послушанием Своим до смерти крестной исцелил их гордость и непослушание и снял осуждение на смерть со всего рода человеческого.

Это да будет сказано лишь о наказании за грех гордыни прародителей наших Адама и Евы, а если хочешь знать о наказании за этот грех и других людей, то почитай Священное Писание. Там ты увидишь, как наказал Бог гордость тех, кто начал строить Вавилонскую башню (см.: Быт.11:4–8), как наказал Он гордость сынов Израиля (см.: Втор.1:43–44), как наказал гордость Навуходоносора, царя Вавилонского (см.: Дан.4:22; 5:20–23), а также узнаешь о наказании царя Манассии (см.: 2Пар.33:11). И еще из многих других мест Священного Писания, Ветхого и Нового, ты узнаешь, как сильно ненавидит Бог гордых людей.

Брат: Я понял совершенно, преподобный отче, насколько вреден грех гордыни. Потому прошу вас сказать мне, как я могу избежать эту великую опасность – грех гордыни?

Старец: Брат Иоанн, самая великая добродетель, спасающая нас от греха гордыни, – это смирение!

Брат: Но что такое смирение, преподобный отче?

Старец: На этот раз, брат Иоанн, ты задал мне очень трудный вопрос.

Брат: Но почему так труден этот вопрос, преподобный отче?

Старец: Вот почему, брат Иоанн. Потому что эту высочайшую добродетель не может ясно выразить никто, кроме такого блаженного человека, который много преуспел, шествуя по пути вслед за Господом, и на деле достиг вершин всех добродетелей. Ибо это высочайшее благо, то есть смирение, – таинственная сила, которую Бог подает человеку как увенчание всех добродетелей, то есть подает только совершенным21! А мне, грешному и слабому, еще и начало не положившему ни одной добродетели до сих пор, как мне говорить об этом и как показать, что такое смирение, которого, как я сказал, Бог удостаивает только совершенных?

Брат: Преподобный отче, если вы говорите, что из опыта не можете сказать мне, что такое смирение, то прошу вас, скажите мне хотя бы то, что вы знаете о нем из поучений святых и божественных отцов.

Старец: Если ты ставишь вопрос так, то есть, чтобы я сказал тебе, что мне известно о смирении из святых отцов, то тем самым ты внушаешь мне, грешному, некое дерзновение – сказать хоть немного о дивной и высочайшей добродетели смирения. Послушай же несколько свидетельств святых отцов о блаженном смирении. Святой Исаак Сирин называет смиренномудрие ризой Божества, ибо Слово, воплотившись, облеклось в него22. То же говорит и божественный отец Ефрем Сирин о смирении, сказав, что «смиренномудрие есть одеяние Христа»23.

Святой Иоанн Лествичник называет смирение сокровищем, хранящимся в бренных сосудах, и говорит, что никакое слово не может вполне изъяснить свойств этого духовного сокровища24. Этот же святой и божественный отец говорит, что смиренномудрие есть безымянная благодать души и только познавшие ее на собственном опыте, то есть в жительстве, знают ее имя25. Тот же святой отец говорит, что смирение есть Божественный покров, который не позволяет нам видеть исправления наши26; что оно есть духовное учение Христа, которое достойные принимают в клеть своей души посредством ума, но словами изъяснить его невозможно27.

Посему подумай, брат Иоанн, если столь великий и божественный отец, как святой Иоанн Лествичник, говорит, что смирение не может быть изъяснено словами, то как смог бы я, грешный и неразумный, сказать тебе, что такое смирение? И все же, из свидетельств этих божественных отцов мы можем представить себе, в некоторой степени, сколь велика и бесценна эта высочайшая и честнейшая добродетель смиренномудрия. И надо довольствоваться нам тем понятием о неизреченной благости смирения, какое Благий Бог открыл нам через Своих святых, и не допытываться того, что выше нас, чтобы не выбрать для себя вред вместо пользы, по слову божественного Григория Богослова, который говорит, что «необузданное воззрение на горнее может и в пропасть ввергнуть нас»28.

Брат: Преподобный отче, мне, человеку простому и короткому умом, кажется, что эти святые отцы говорят слишком возвышенно и слишком утонченно о смирении. Потому, преподобный отче, прошу вас, если можно, дайте о смирении несколько поучений попроще и ближе к моему разумению.

Старец: Брат Иоанн, если свидетельства о смирении этих трех святых отцов показались тебе слишком сложными и слишком утонченными и если тебе хочется более легких и понятных поучений о смирении, то почитай Патерик, особенно главы 4 и 1029, где найдешь среди прочего и это.

«Некий брат спросил старца, говоря: отче, что такое смирение?

И ответил старец, говоря: смирение – это значит считать себя самым недостойным и самым грешным из всех и покоряться всем.

И спросил брат: что значит покоряться всем?

Отвечал старец: не стараться видеть чужих грехов, но видеть свои грехи и пороки и непрестанно молить Бога простить тебя»30.

Вот, брат Иоанн, поучение о смирении достаточно простое и легкое. Только да поможет нам Господь не забывать его и делать так, как учит нас этот блаженный старец, то есть иметь перед глазами ума нашего всегда тяжесть грехов наших, оплакивать их и никого не осуждать.

Брат: Я бы еще спросил вас, преподобный отче, если вы не рассердитесь.

Старец: Не рассержусь, брат Иоанн, спрашивай все, что хочешь.

Брат: Преподобный отче, а разве у всех святых было смирение?

Старец: Об этом, брат Иоанн, думаю, излишне и спрашивать. Но поскольку ты подумал об этом, тогда знай, что все святые и праведники от начала мира и доныне кроме прочих своих добродетелей имели и смирение. Потому что без этой великой добродетели никто не мог стяжать спасение и нет другой двери, кроме двери смирения, через которую кто-нибудь смог бы войти в Царство Небесное. Потому святой Иоанн Лествичник и назвал смирение «дверью Царства Небесного»31. А для закрепления сказанного здесь приведу несколько свидетельств из Священного и Божественного Писания. Начнем с блаженного патриарха Авраама. Он был великий святой и большой друг Божий (см.: Быт.15:6; Иак.2:23) ради веры своей. Ибо столь послушен Богу был он, что в ответ на Его повеление поспешил принести в жертву единственного сына своего Исаака (см.: Быт.22:1–10). Потому ради таковой его правой веры и ради совершенного послушания Бог благословил его, чтобы род его умножался на земле, как звезды небесные и как песок морской, и чтобы через него были благословлены все народы земли (см.: Быт.15:5; 22:17–18). И много раз он удостаивался говорить с Богом и спрашивал Его о погублении Содома и Гоморры (см.: Быт.18:20–33). И вот, сподобившись такой благодати и стольких благословений Божиих, блаженный Авраам не превознесся сердцем своим, но с великим смирением исповедовался пред Богом и считал себя прахом и пеплом (см.: Быт.18:27).

Однако не только в преблаженном Аврааме мы видим смирение, но и в потомках его. Так, Исаак, сын его, явил великое смирение и послушание, неся на плечах своих дрова, на огне которых он сам должен был быть принесен в жертву Богу (см.: Быт.22:6). И через это послушание и смирение он стал прообразом Сына Божия, несшего на плечах Своих древо Креста, на котором Он принес Себя в искупительную Жертву за весь род человеческий.

Многое смирение мы видим и у внука Авраама, блаженного патриарха Иакова, зрителя Божественных таинств, который был назван и Израилем, то есть избранным Божиим (см.: Быт.32:28), ибо и его слышим смиряющимся и говорящим, что он недостоин щедрот и благодеяний Божиих (см.: Быт.32:10).

Великое смирение видим и у Иосифа, прекрасного и премудрого. Ибо, будучи продан в рабство братьями своими (см.: Быт.37:27–28), он не воспротивился им. А позднее, когда он растолковал сон фараона, то не похвалился своей мудростью и благодатию, данной ему от Бога, но сказал: не я, но Бог даст ответ для спокойствия фараона (ср.: Быт.41:16). А когда Бог превознес его в великую славу и поставил начальником над всей страной Египетской и когда братья, продавшие его, пришли купить пшеницы, он не только не возгордился и не отомстил им в злобе, но принял их с великой любовью и порадовал большими дарами (см.: Быт.45:1–18).

Великое смирение имел и дивный и многострадальный Иов, который, увидев Бога, называет себя прахом и пеплом (см.: Иов.42:5–6).

Великое смирение видим и у Моисея, который удостоился видеть Бога в пламени огня, когда купина горела и не сгорала (см.: Исх.3:2–3), и который был послан вызволить из рабства фараонова народ Израиля. Однако он ради видения Бога и ради своего призвания и избрания не превозносится умом, но, считая себя совершенно недостойным такого призвания, говорит со смирением: кто я, чтобы мне идти к фараону [царю Египетскому] и вывести из Египта сынов Израилевых? (Исх.3:11). Более того, он исповедует и свою немощь пред Богом, говоря, что он косноязычен и непригоден для столь великого служения (см.: Быт.4:10), и молит Бога послать другого вместо него.

Великое смирение мы видим и у тех трех отроков, что были уведены в рабство, в Вавилон, вместе с пророком Давидом и народом израильским. Они, хоть и были царского рода, жили в воздержании и девстве и питались одними овощами (см.: Дан.1:16). А когда увидели преславное чудо, совершенное Богом над ними – Он сохранил их невредимыми посреди огня в печи, раскаленной в семь раз более обычного (см.: Дан.1:19), – то не вознеслись умом из-за этого преславного чуда и избавления своего, но с великим смирением сочли себя постыдными и позорными, и недостойными раскрыть уста свои и славословить Бога, как написано: И ныне мы не можем открыть уст наших; мы сделались стыдом и поношением для рабов Твоих и чтущих Тебя (Дан.3:33). Затем, молясь, они говорят: но в кротости и сокрушении духа да будем Тобою приняты (ср.: Дан.3:39).

Также видим великое смирение и у святого и праведного Гедеона, который, будучи послан Богом через Ангела избавить Израиль из рук мадианитян, говорит Ангелу: Господи! как спасу я Израиля? вот, и племя мое в колене Манассиином самое бедное, и я в доме отца моего младший (Суд.6:15).

Также святой и божественный царь и пророк Давид с великим смирением уничижает себя, называя себя скотом и червем, говоря: скотен бых у тебе (Пс.72:22), а в другом месте: Аз же есмь червь, а не человек, поношение человеков и уничижение людей (Пс.21:7).

Также и сын Давида, знаменитый и премудрый Соломон, смиряется пред лицом Бога, называя себя отроком малым и глупым (ср.: 3Цар.3:7).

Так и великий пророк и ревнитель Божий Илия фесвитянин, дышавший огнем, который горячей своей молитвой заключил небо, чтобы оно не давало дождя три года и шесть месяцев (см.: Лк.4:25), и также молитвой и жертвой разверз небо, и выпал дождь на землю (см.: 3Цар.18:41–45), который трижды низводил огонь с неба (см.: 3Цар.18:36–38), молитвой воскрешал мертвых (см.: 3Цар.17:19), разделил воды Иордана милотью своей (см.: 4Цар.2:8) и вознесся на небо на колеснице, запряженной конями огненными (см.: 4Цар.2:11), – он, после стольких свершений, с великим смирением молился Богу и говорил: довольно уже, Господи; возьми душу мою, ибо я не лучше отцов моих (3Цар.19:4).

Также Иосия, царь Израильский, о котором Божественное Писание говорит, что он совершал дела благие и угодные Богу и во всем ходил путем Давида, праотца своего, не отклоняясь ни вправо, ни влево (см.: 4Цар.22:2), и его видим весьма смирившимся пред Богом, за что он и получил обетование мира и благословение от Господа (см.: 4Цар.22:19–20).

Великое смирение имел и святой пророк Исаия. Он, удостоившись увидеть славу Божию и Серафимов, предстоящих Богу; не превознесся сердцем ради этих великих и преславных откровений, но крайне смирил себя и с великим страхом произнес: горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми устами, и живу среди народа также с нечистыми устами, и глаза мои видели Царя Господа Саваофа! (ср.: Ис.6:5).

И пророк Иеремия, этот избранник Божий, освященный для пророчества еще во чреве матери своей, явил великое смирение, когда сказал Богу: о, Господи Боже! я не умею говорить, ибо я еще молод (Иер.1:6).

Великим смирением был украшен и Даниил пророк, муж желаний, исполненный благодати Божией. Ибо, будучи спрошен Навуходоносором, царем Вавилонским, в состоянии ли он разгадать сон, виденный им, и заодно растолковать его, он, пересказав царю сон и растолковав его, сказал с великим смирением: мне эта тайна была открыта не потому, чтобы я был мудрее всех живущих, но чтобы царю было дано разъяснение и чтобы ты мог узнать помышления сердца твоего (ср.: Дан.2:30).

Превосходящее все великое смирение видим у того, кто стал вершиной пророков, – предтечи и крестителя Христова Иоанна, который, по свидетельству Самого Господа, самый великий человек из рожденных женами и больше, чем пророк (см.: Мф.11:9–11; Лк.7:26). И насколько он превзошел по благодати Божией и святости жизни своей других пророков и праведников, настолько большее смирение явил пред людьми и Богом. Ибо приходящим к нему креститься он говорил, умаляя себя: крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня, и я недостоин развязать ремень обуви Его (ср.:Мф.3:11; Мк.1:7).

Видишь, как велико смирение святого и божественного Предтечи и Крестителя Господа Христа? Каждый слуга, каким бы негодным и презренным он ни был, все же счел бы, что может хотя бы развязать ремень обуви хозяина, то есть послужить ему, когда бы тот захотел снять обувь свою. А божественный и великий пророк Иоанн даже эту смиренную услугу не считал себя достойным оказать своему Хозяину, Христу. Поистине, где преизбыточествовала благодать, там и смирение преумножилось.

В законе благодати кто не удивится величайшему смирению блаженного и всехвального апостола Павла, сосуда избранного (см.: Деян.9:15), который потрудился более всех апостолов и был восхищен до третьего неба (см.: 2Кор.12:2–3)? Ибо после столь великих видений мы видим его смиряющимся и говорящим: я меньше всех апостолов и недостоин называться апостолом (ср.: 1Кор.15:9). В другой раз он называет себя непотребной грязью: я сделался сором для мира (ср.: 1Кор.4:13), а в третий говорит: Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый (1Тим.1:15). Видишь, брат Иоанн, насколько великий Павел по мудрости своей и трудам был выше других апостолов, настолько глубже он был по смирению ума своего.

Но, брат Иоанн, после того как я привел эти свидетельства Писания о смирении некоторых святых, думаю, будет хорошо и весьма полезно дерзнуть нам сказать немного и о высочайшем смирении Царицы всех святых, то есть о смирении Пречистой, Пресвятой, славной Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии. Но прежде, думаю, будет хорошо размыслить о том, есть ли еще среди словесных созданий – среди людей и Ангелов – кто-нибудь, кто удостоился бы столь великих и духовных дарований, как Пречистая и Пресвятая Дева Мария.

Поистине, ни одно из созданий Божиих, земных и небесных, не достигло такой славы и благодати, как Пресвятая и Пречистая Матерь Божия. О Ней Бог изначала возвестил прародителям нашим Адаму и Еве и прикровенно явил им, что через Нее произойдет спасение и сокрушена будет глава змия (см.: Быт.3:15). Дух Святый устами великого пророка Исайи указал на Нее, что Она будет той Девой, Которая родит Еммануила (см.: Ис.7:14); на Нее указал Дух Святый, что Она сядет Царицей, прекрасной и преукрашенной дарами, одесную Бога (см.: Пс.44:10). Ей поклонился и Ее ублажил Архангел Гавриил, назвав Ее благодатной и благословенной в женах (ср.: Лк.1:28). Ее ублажила Елисавета, матерь божественного Иоанна Пророка и Предтечи, и назвала Ее Матерью Господа (см.: Лк.1:43). Она Матерь и Дева Всенепорочная, Которую ублажат все роды (см.: Лк.1:48), Она Та, Которая обрела благодать у Бога (см.: Лк.1:30). О Ней было предречено, что Она пребудет и после рождества Девой (см.: Ис.7:14).

Она удостоилась величайшей славы из всех творений Божиих, будучи названа Церковью Православной – Богородицей, ибо Родившийся от Нее был воистину и Богом, и Человеком32. Ее восхваляет вся Церковь Христова и называет Ее Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим. Эту преславную честь обрела Пречистая и Пресвятая Дева Мария, ибо через Нее Бог совершил таинство, от века утаенное и Ангелам неведомое, – спасение рода человеческого33 и через Нее совершилось самое тесное единение Бога с людьми. Не единение по благодати и не единение по воле, а единение самое высокое и самое совершенное, то есть единение по ипостаси, потому что через Нее соединилась Ипостась Слова Божия с человеческим естеством34.

Итак, ты видишь, брат мой, каких даров и какой чести удостоилась от Бога Пресвятая и Пречистая Дева Мария. А теперь возникает вопрос: что было причиной таковой славы и достоинства? Девство ли Ее пречистое? Благородный ли царский род Давидов, из которого Она происходила? Святость ли Ее жизни, ибо Она пребывала всегда в молитвах и воздержании и размышлении о Божественных Писаниях? Ангельское ли Ее житие, которое Она проводила во Святая святых в течение двенадцати лет? Ради этих ли только добродетелей была избрана Она Богом из всех родов? Нет! Воистину нет!

Благими были все эти добродетели Пречистой Девы и достойными похвал от Бога и людей. Но знай и будь твердо уверен, что величайшей и святейшей добродетелью, которую вынашивала Пречистая Дева в сердце Своем, – дражайший и бесценный камень смиренномудрия. Что смирение более всех иных Ее добродетелей было причиной Ее избрания и призвания, это мы можем понять из самого пророчества Пречистой Девы, сказавшей Духом Святым: призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды; сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его (ср.: Лк.1:48–49).

Это великое смирение Святой и Пречистой Девы Марии мы видим и когда Она, стоя перед Архангелом Гавриилом, называет Себя Рабой, при всем том, что Она понимала из возвещанного Ей, что обрела благодать у Бога, что Она благословенна в женах и преисполнена благодати Божией и что Младенец, Которого Она родит, назван будет Сыном Божиим (см.: Лк.1:28, 35). При всех этих высоких благовещениях и ублажениях Архангела Она не превознеслась сердцем, но со смирением сказала Ангелу: се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему (Лк.1:38).

Итак, брат Иоанн, еще раз привожу тебе это на память, чтобы ты понял и твердо знал, что самой высокой добродетелью, украсившей жизнь Пресвятой и Пречистой Девы Марии, было смирение. Ради Ее превеликого смирения воззрел на Нее Преблагий Бог и избрал Ее стать Матерью Сына Своего, единосущного и единославного Ему. Воистину, где обрелась великая глубина смирения, там преизбыточествовала и всеславная высота благодати. Ибо насколько сердце Пречистой и Пресвятой Девы было более преисполнено смирением, настолько более превознеслась в Ней благодать Божия, чтобы исполнить слово о том, что в сердце глубоком возвысится Бог (ср.: Пс.63:7–8).

Вот, брат Иоанн, доселе я привел тебе несколько свидетельств, дабы ты знал, что все святые и праведники Божий, как и Царица всех святых Пресвятая и Пречистая Матерь Божия, помимо всех прочих своих добродетелей, украсились, словно бесценным венцом, смирением высочайшим и честнейшим и благодаря ему стяжали от Бога благодать и милость в жизни сей и в бесконечной.

Брат: Преподобный отче, а о смирении Господа нашего Иисуса Христа вы ничего не хотите мне сказать?

Старец: О безмерном смирении Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, брат Иоанн, ни у кого недостанет слов говорить, потому что Его смирение превзошло многократно смирение всех святых. Но при всем том, что мы, грешные, не можем постичь глубину этого смирения, ибо оно превосходит всякий ум, все же приведу несколько свидетельств из Божественного Писания об этом и скажу лишь немногое из того, что надлежало бы сказать.

Прежде всего послушаем, что говорит великий апостол Павел о снисхождении Бога до человеческой природы: но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего Единородного, Который родился от жены Девы и подчинился закону (ср.: Гал.4:4). О смирении же Господа говорит Писание, что Он сделался причастным естеству нашему (см.: Бвр.2:14); что Он взял на Себя немощи наши (см.: Ис.53:4; Мф.8:17), естественные и непорочные, каковы голод, жажда, утомление, боль, слезы, тление35, страх смерти, боязнь, предсмертная мука, пот, капли крови, помощь Ангелов ради немощи естества36.

Далее, Он родился в великом смирении (см.: Лк.2:7), был покорен родителям Своим (см.: Лк.2:51), был беден и, как Сам говорит: лисицы имеют норы и птицы небесные гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову (Мф.8:20). По Своему безмерному смирению Он омыл ноги Своим ученикам (см.: Ин.13:5–15); соделался рабом (см.: Мф.20:28); посещал грешников и ел с ними (см.: Мф.9:10–11), не хотел принимать почестей от людей, ибо говорил: не принимаю славы от человеков (Ин.5:41; см.: Ин.6:15), затем, покорился религиозным предписаниям ветхого закона и, не имея нужды в покаянии, принял крещение покаяния от Иоанна в Иордане; Он подчинился человеческим законам, платя дань, и покорился Богу, исполняя во всем волю Его (см.: Ин.5:30; 6:38; 8:26; 14:31). Он добровольно предал Себя на страдания, перенес оскорбления (см.: Пс.21:6), умер позорной смертью (см.: Мф.27:39), был презираем людьми по причине Своего смирения (см.: Мф.13:54–57); Он смирил Себя даже до смерти, а смерть Его была крестной (см.: Флп.2:8).

Вот, брат Иоанн, я привел тебе лишь несколько из множества свидетельств Божественных Писаний о высочайшем и безмерном смирении Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Итак, если Владыка и Создатель наш так сильно смирился ради нас и ради нашего спасения, то сколько же смирения нужно нам, грешным, представляющим собой прах и пепел и во всю жизнь огорчающим Преблагого Бога своими грехами и злобой? И сколько же безумия кроется в нашем уме, когда мы, зловонные черви, считаем, что мы нечто, и витаем в облаках, не помышляя о ничтожестве нашего естества, переменчивого и тленного, которое исчезает как трава и тень и рассеивается как дым, и кратко время века сего!

Брат: Благодарю вас, преподобный отче, со всей признательностью, что вы явили великое благоволение привести мне столько свидетельств о безмерном смирении Преблагого Спасителя и Бога нашего, о высочайшем смирении Пречистой и Пресвятой Девы Марии, а также о великом смирении святых и избранных Божиих. Но простите меня, если я еще спрошу вас о чем-то.

Старец: Спрашивай, брат Иоанн, и я скажу тебе, что Бог положит мне на ум.

Брат: Мне хотелось бы знать, преподобный отче, как рождается смирение в душе человека и каковы причины, приводящие нас к смирению?

Старец: По свидетельству святых отцов, брат Иоанн, у смирения много матерей. Одни святые отцы опытно постигли, что смирение рождается из верного знания себя, другие считали, что смирение рождается из размышления о смерти и Страшном суде. Святой Иоанн Лествичник говорит, что путь к смирению – это телесный труд, послушание и правота сердца37, а святой Исаак Сирин говорит, что смирение рождается из скорбей и печали38. Также святой Исаак Сирин говорит, что смирение рождается из страха Божия и из любви к Богу39 или из искушений, из богооставленности, из лютых браней с естеством и бесами и из многой молитвы40.

Итак, брат Иоанн, как видишь из свидетельств этих святых и божественных отцов, причин, по которым рождается смирение, или, лучше сказать, которые приводят человека в смирение, много. Потому я и сказал тебе, что у смирения много матерей. А если ты спросишь и об отце смирения, то ты не узнаешь это, пока не стяжешь Бога в себе41.

Брат: Преподобный отче, я понял, что смирение рождается из ведения себя, из послушания, страха Божия, лютых браней с естеством, из искушений, скорбей, печали, из браней, идущих от бесов, и из многой молитвы. Но поскольку вы сказали, что никто не узнает отца смирения, пока не достигнет блаженства стяжать Бога в душе своей, то я все еще пребываю в недоумении и не знаю, кто же истинный родитель смирения?

Старец: Когда святые отцы, брат Иоанн, сказали нам, что только имеющий Бога в душе своей может узнать истинного родителя смирения, они хотели показать нам, что только совершенные могут достичь этого – познать истинного родителя смирения, а не мы, пока еще имеющие молочные зубы в духовных вопросах. Для нас достаточно слушать поучения святых отцов и усердно, со многим терпением исполнять добродетели, которые, как мы видели, ведут нас к высшей добродетели смиренномудрия, а то, что выше нас, будем оставлять тем, кто старше нас по духовному возрасту.

Брат: Преподобный отче, я понял из сказанного вами доселе, что смирение – самая великая добродетель, спасающая нас от греха гордыни. А приносит ли смирение и иную пользу человеку?

Старец: Знай, брат Иоанн, смирение приносит столь многоразличную пользу, что невозможно рассказать об этом в нескольких словах. Но все же из того, что припомню, попробую хотя бы отчасти ответить на твой вопрос.

Смирение столь велико, что оно одно, и без другой добродетели, может открыть нам двери Царства Небесного, как написано: «Покаяние поднимает падшего, плач стучит в двери небесные, а святое смирение открывает их»42. Смирение – это единственная добродетель, которой не могут подражать бесы43. Оно есть источник самоуничижения, которое хранит человека от падений44. Смирение, брат Иоанн, имеет силу избавлять человека от праведного гнева Божия, ибо написано: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс.50:19). Смирение имеет силу собирать сердце наше в страх Божий и не давать ему парить в губительной гордости45.

Знай еще, брат Иоанн, что из всех спасительных дел, которые совершает человек, смирение и любовь – самые угодные Богу жертвы. Это мы понимаем еще яснее из Божественного Писания, которое гласит: о, человек! сказано тебе, что добро и чего требует от тебя Господь: поступать справедливо, любить и быть милосердным и со смирением ходить пред Богом твоим (ср.: Мих.6:8).

Не будем забывать также, что смирение и многие слезы весьма необходимы тому, кто обретается на службе Богу, как учит нас великий апостол Павел: ибо он сам служил Богу в совершенном смирении, во многих слезах и искушениях, постигавших его по причине злоумышлений иудеев (см.: Деян.20:19).

Также знай еще, брат Иоанн, что смирение – это одежда избраннейшая и драгоценная, в которую надлежит облечься святым и избранным Божиим (см.: Кол.3:12).

Смирение – это священная и божественная лествица, по которой сходит взор Божий на человека, как написано: на кого воззрю? Только на смиренного и кроткого, трепещущего слов Моих (ср.: Ис.66:2). Смирение имеет силу доносить до Бога молитвы наши и низводить нам от Него оставление грехов. Это мы видим на всех, кто грешил пред Богом и затем смиренно покаялся, но самое красноречивое свидетельство приводит нам царь Манассия, который грешил больше всех людей того времени и осквернил храм Божий, а над священными службами, совершавшимися во славу Божию, он надругался поклонением идолам. Если бы и весь мир стал поститься за него, то все равно не смог бы искупить его беззаконий. Но, поскольку он крепко смирился пред Богом, Бог услышал его и внял его молитве и возвратил его из плена в Иерусалим (см.: 2Пар.33:12–13).

Смирение освободило Ровоама от гнева Божия, надвигавшегося на него и на весь народ (см.: 2Пар.12:7). Также царь Ахав, прогневлявший Бога своими беззакониями, только смирением избежал ярости Божией. Ибо говорит Бог Илии Фесвитянину: видишь, как смирился предо Мною Ахав? За то Я не наведу бед в его дни, но во дни сына его наведу беды на дом его (ср.: 3Цар.21:29).

Таким образом, кто имеет смирение, те избавлены от многих опасностей. Это мы можем понять из слов: «Бог смиряет гордых и гордость их и спасает потупляющих очи свои долу» (см.: Иов.22:29). Имеющие смирение возвышены Богом, ибо написано: смиритесь под крепкую руку Божию, чтобы Он возвысил вас в свое время (ср.: 1Пет.5:6). Смирение – это поучение от Бога, ибо сказано: куда входит гордость, входит и унижение, а уста смиренного изрекают мудрость (ср.: Притч.11:2). Смиренные – наследники Царства Небесного, ибо Господь говорит: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное (Мф.5:3). Смиренным Бог дает благодать, как написано: Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак.4:6).

Смирение в час кончины нашей может заменить собой все добродетели и одно оно может спасти человека! В Добротолюбии приведены слова одного святого, который говорит: «Скажу тебе странное слово, и не дивись. Даже если ты не стяжал бесстрастия из-за навыков, обладающих тобой, но если во время исхода своего пребудешь в глубине смирения, то вознесешься не менее бесстрастного, превыше облаков. Ибо хотя сокровище бесстрастных собрано из всех добродетелей, но драгоценная капля смирения дороже всего. Оно служит причиной не только примирения с Богом того, кто имеет его, но и вхождения вместе с избранными в брачные чертоги Царствия Его»46.

Это утверждает и один преподобный отец из Патерика, говоря: «Чада, знайте, что смирение, без всяких подвигов, спасло многих»47. Смирение оправдало мытаря благодаря всего лишь нескольким словам (см.: Лк.18:13–14), блудного сына облекло в прежнюю одежду (см.: Лк.15:22), разбойника на кресте водворило в рай прежде всех праведников И СВЯТЫХ (см.: Лк.23:42–43).

Смирению всегда последует милость Божия, как изъясняет это божественный отец Исаак Сирин: «Как тень следует за телом, так за смиренномудрием – милость Божия»48. А святой отец Иоанн Лествичник повествует: «Многие стяжали спасение души, не имея дара пророчества, не совершая знамений и чудес, не имея откровений и не видя Ангелов. Но без смирения никто не войдет в небесный чертог»49.

Знай еще и то, брат Иоанн, что смиренномудрым, поскольку они други Божии, Бог не попускает искушений выше сил. Об этом учит нас святой отец Исаак Сирин, говоря: «Искушения от духовного жезла служат преуспеянию и возрастанию души, а есть искушения, в которых испытываются и становятся искуснее души смиренных, таковы: леность, тяжесть в теле, расслабленность членов, нерадение, смятение ума, мнимая телесная немощь, умаление надежды, помрачение помыслов, лишение помощи от людей, скудость в потребном для тела и тому подобное. В этих испытаниях человек приобретает душу, оставленную и беспомощную, и сердце, сокрушенное во многом смирении. И они посылаются для того, чтобы прийти к вожделению Создателя своего. И к ним примешаны утешение и нападения, свет и тьма, брань и подмога – коротко говоря, затруднения и отрада. И это признак преуспеяния человека, с помощью Божией»50.

Брат: А разве на гордых, преподобный отче, не находят искушения?

Старец: Искушений, которым попускает Бог, брат Иоанн, найти на гордых, намного больше, и они намного тяжелее, чем искушения, находящие на смиренных. И, чтобы ты понял это, послушай того же отца Исаака Сирина, который говорит так: «А искушения, которые находят по попущению Божию на тех, кто бесстыден и превозносится в мыслях своих, – это явные искушения бесов, превосходящие силы души: лишение силы рассудка, имеющегося в них, резкое нападение блудного помысла, попускаемого на них к смирению их превозношения, раздражительности, желание исполнить собственную волю, обличение словами, ссоры, презрение сердечных чувств, совершенное прельщение ума, хула на имя Божие; безумные мысли, вызывающие смех, а еще больше слезы; их [гордых] порочат люди и честь их бывает потеряна; их позорят и над ними издеваются бесы многими способами, явно и тайно; у них возникает желание вернуться в мир и смешаться с ним; у них разговоры и безумные сплетни на каждом шагу; они постоянно выискивают в себе ложные пророчества; обещают многое превосходящее их силы.

Это искушения душевные. А из телесных с ними случаются эти: приступы боли, от которых они не могут избавиться; они всегда связаны и встречаются с людьми злыми и безбожными; они попадают в руки злых людей, и те доставляют им страдания; сердце их вдруг начинает учащенно биться от страха перед Богом беспричинно и неожиданно; часто нападает на них внезапная боязнь; они часто падают со скал и с высоты, разбивая тело свое; у них нет тех, кто мог бы поддержать их сердце Божественной силой и упованием веры. И чтобы сказать вкратце, все, что невозможно и что превыше сил, все это находит на них, и все перечисленное тут – это виды искушений гордости»51.

Вот, брат Иоанн, по милости и с помощью Божией я привел тебе здесь немногие свидетельства из Божественного Писания и творений святых отцов о великой пользе смирения, из которых видно, что у тех, кто проводит жизнь свою в смирении, нет таких больших и тяжелых искушений, как у врагов Божиих, то есть у гордых и надменных.

Потому, брат мой, мы, грешные, должны непрестанно молить Благого Бога, да удостоит Он и нас дара смирения, чтобы мы до последнего вздоха шли путем смиренномудрых. Потому что только путь смирения ровен и тих и доставляет покой душе в веке сем. Этому учит нас Господь Бог и Спаситель наш Иисус Христос, говоря: возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим (Мф.11:29).

Брат: Я бы спросил вас, преподобный отче, еще об одном деле, если это не очень досадит вам.

Старец: Говори, брат Иоанн, что надумал сказать.

Брат: Я припоминаю, преподобный отче, что когда-то слышал, как вы говорили, что одно дело – смирение, а другое – знание себя. Потому я очень просил бы вас сказать мне, если у вас есть еще время, каково различие между знанием себя и смирением, потому что, мне кажется, что они одно и то же.

Старец: Поскольку ты вспомнил и об этом, брат Иоанн, то знай, что знание себя не то же, что смирение, а только ступень смирения. Чтобы понять это лучше, послушай святого Исаака Сирина, который говорит: «Не всякий, кто мягок по природе или понятлив, или кроток, уже достиг ступени смиренномудрия. Но и того, кто пребывает в памятовании о своих падениях и прегрешениях и считает себя смиренным в мыслях и вспоминает о них, пока он не сокрушит своего сердца и не низведет ум свой из помыслов гордыни, мы не сочтем его смиренномудрым, хотя все это и достойно похвалы. Потому что у него есть еще помысл гордыни, и он не стяжал смирения, а только искусно приближается к нему. По-настоящему же смиренномудр тот, кто имеет в себе сокрытым что-либо достойное гордости, но все же не гордится, а считает себя землей и прахом, и пеплом»52.

Посему, брат Иоанн, как видишь, одно дело – смирение, а другое – знание себя. Кто достиг того, чтобы знать свои грехи и немощи, тот смиряется в своих грехах и немощах. Но это не смирение, а знание себя. В то время как истинно смиренный смиряется по правде. То есть, имея все добродетели, считает себя ничем.

Брат: Прошу вас, преподобный отче, объясните мне, как смиряется кто-либо в грехе и как – по правде?

Старец: А ты все еще не понял, брат Иоанн? Мы

ведь об этом сейчас и говорили.

Брат: Я понял, преподобный отче, но не очень хорошо. Поэтому прошу вас, скажите мне еще раз об этом.

Старец: Вот, брат Иоанн, как смиряется кто-либо в грехе. Когда человек вспоминает о своих грехах, которыми он огорчил Бога, и при этом воспоминании к нему приходит раскаяние и великая скорбь, и он начинает стенать и плакать с болью сердечной пред Богом, и от этого великого раскаяния и плача смиряются его ум и сердце. Так смирился евангельский мытарь, вспоминая о своих грехах, когда стоял поодаль в церкви, то есть позади всех, и не смел даже глаз своих поднять к небу и, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне грешнику! (Лк.18:13).

Посему, как видишь, брат мой, не совершенным смирением угодил мытарь Богу, но он оправдался пред Ним через знание себя. Ибо и знание себя, говорит святой Ефрем Сирин, благо и спасает человека. Однако, как мы говорили прежде, это знание себя не есть истинное смирение, а лишь одна из его ступеней. А истинное смирение есть только у тех, кто смиряется по правде, то есть только у тех, кто исполнил заповеди Божии и совершил все добродетели и все же считают себя непотребными рабами, как сказал Господь (см.: Лк 17,10). Таким был великий апостол Павел, который был восхищен до третьего неба, но считал себя меньшим из всех святых (см.: Еф.3:8). Таким был блаженнейший патриарх Авраам, который, имея множество добродетелей, считал себя прахом и пеплом (см.: Быт.18:27), а также и многие другие святые и праведники Божии.

Итак, теперь, думаю, ты понял, брат Иоанн, как смиряется кто-либо по правде и каков смиряющийся в грехах.

Брат: Преподобный отче, я попросил бы вас сказать мне, каковы признаки, по которым можно было бы распознать человека, имеющего истинное смирение?

Старец: На этот вопрос приведу тебе слова святого и божественного отца Ефрема Сирина, который говорит так об отличительных чертах человека, имеющего истинное смирение: «Вот каковы признаки и ведение имеющего истинное смирение. Он считает себя грешнее всех грешников, и что он ничего хорошего не совершил пред Богом; порочит себя во всякое время и на всяком месте, и во всяком деле; не обличает никого и даже не думает, что на земле есть кто-нибудь грешнее и ленивее его, и всегда хвалит и прославляет всех; он не осуждает, не уничижает и не злословит никого и никогда; всегда молчит и ничего не говорит без повеления, без потребности или без необходимости; а когда бывает спрошен и хочет сказать или ответить, он делает это спокойно и редко, как если бы его принудили к тому, и говорит стыдясь; не спорит ни с кем ни о вере, ни о чем-либо другом, и если хорошо скажет кто-нибудь, говорит и он так же, а если плохо, тогда говорит: «Ты знаешь»; он покорен и ненавидит волю свою как нечто губительное; взор всегда его потуплен долу; у него перед глазами смерть; он не размышляет попусту или о суетном и никогда не лжет; не противоречит тому, кто выше его; переносит с радостью оскорбления, клевету и мщения; ненавидит отдых и любит труд; не возмущает никого; не уязвляет ничьего ведения. Таковы признаки и ведение истинного смирения. И блажен имеющий их, ибо он соделался обителью и храмом Божиим, и Бог вселился в него, и он стал наследником Царства Небесного. Аминь»53.

Итак, брат Иоанн, из этих свидетельств святого и божественного отца Ефрема Сирина, заслуживающих всяческого доверия, мы можем узнать во всех подробностях, каковы отличительные черты имеющего истинное смирение. И блажен тот, кого Благий Бог удостоит в жизни сей этого блаженного духовного устроения, ибо таковой уже теперь перешел от смерти к жизни.

Брат: Искренне признаюсь вам, преподобный отче, что я, грешный, много пользы получил от всех наставлений, которые имел счастье услышать от вашего преподобия, и понял много назиданий, крайне нужных для спасения и для просвещения окаянной и непросвещенной моей души.

Старец: Вот, брат Иоанн, по милости и с помощью Преблагого Бога, пока мы говорили с тобой, утекло почти четыре часа. И я, насколько мне помог Господь, старался ответить на вопросы твои коротко и по моему слабому разумению. Может, мне и хотелось бы еще что-то сказать тебе, но вот идет отец екклесиарх, чтобы взять благословение бить в било к вечерне, и мне нужно идти на церковное правило. Будь внимателен, потому что тебе еще предстоят искушения.

Брат: Прошу вас, преподобный отец настоятель, простите меня, окаянного, что я доставил вам столько беспокойства и трудов своими искушениями и недоумениями и отнял у вас столько времени. Пойду и я в келью взять подрясник, а потом приду в церковь на службу вечерни. Благословите и, прошу вас, простите меня, грешного.

Старец: Бог да простит тебя, брат Иоанн, и не забывай того, о чем мы говорили. Запиши себе где-нибудь то, что тебе запомнилось, ибо однажды я спрошу тебя об этом.

Беседа 2. О тщеславии

Что такое тщеславие.Признаки, по которым оно распознается. Как его избежать. Добродетели и тщеславие. Тщеславие и гордость. Что такое самочиние монаха. Милостыня монаха. Проповедь монаха в миру

При недостатке попечения падает

народ, а при многих советниках

благоденствует.

Притч.11:14

Старец: Снова вижу тебя в смятении, брат Иоанн. Что у тебя теперь на душе, отчего ты такой печальный? И почему ты не приходил ко мне столько времени?

Брат: Прошу вас простить меня, преподобный отец настоятель. Вижу; что и теперь вы распознали мое состояние, достойное слез. Я бы пришел сейчас к вашему преподобию, но отец эконом послал меня отнести еду братиям, которые трудятся в лесу.

Старец: Иди с миром, брат Иоанн, на назначенное послушание, чтобы не огорчать отца эконома и братий, ожидающих еды, но как только у тебя будет время, приходи ко мне и не забывай, что спасение состоит во многом совете и кто не советуется, те отпадают, как листья (см.: Притч.11:14).

Брат: Если вы благословите мне, преподобный отче, вечером я приду к вашему преподобию.

Старец: Приходи, брат Иоанн, но только если не очень устанешь на послушании.

* * *

Старец: Ну-ка посмотри, брат Николай, кто стучится в дверь?

Брат Николай: Преподобный отче, пришел один брат и говорит, что вы дали ему благословение прийти этим вечером к вашему преподобию исповедаться. Принять его или сказать, чтобы он пришел в другой раз, потому что вы теперь слишком утомлены?

Старец: Брат Николай, пусть придет теперь, ибо у него, бедняги, свои скорби и искушения и ему хочется облегчить свою совесть и успокоиться.

Брат Николай: Заходи, брат Иоанн!

Брат: Благословите и простите меня, преподобный отче, что досаждаю вам в то время как вы устали от дневных забот и наступило время отдыха.

Старец: Никакого досаждения нет, брат Иоанн. Это мой долг – быть в распоряжении каждого всегда, вовремя и не вовремя, и заботиться, с помощью Божией, о телесных и духовных нуждах всех собравшихся в обители во имя Божие. Я давно ждал, брат Иоанн, когда ты еще придешь сюда. И рад, что ты пришел сейчас сказать мне, что у тебя на душе и каково твое духовное состояние, во спасение.

Брат: Вы сказали мне в прошлый раз, преподобный отче, что у меня еще будут искушения. Так и случилось. Снова стало беспокоить меня множество помыслов и искушений, они не дают мне покоя ни днем, ни ночью!

Старец: Ну и каковы искушения, беспокоящие тебя теперь?

Брат: С тех пор как я приходил к вашему преподобию, прошло почти три месяца. Какое-то время после той исповеди, благодаря советам, полученным от вас, я был спокоен. Но вот уже недели две или три меня обуревает множество мыслей, одни чуднее других. Сильнее же всех меня все время беспокоит помысл выйти из святого монастыря и пойти по селам и городам, чтобы проповедовать слово Божие и обратить на путь спасения тех, кто гибнет в грехах. И помысл говорит мне, что если я сделаю так, то будет мне великая награда от Бога, ибо сказано: кто извлечет достойное из недостойного, будет как Мои уста (ср.: Иер.15:19). И еще: кто обратит грешника от ложного пути его, тот спас душу свою от смерти и покрыл множество грехов (ср.: Иак.5:19).

А потом я еще думаю, что так смог бы и я, грешный, умножить свой талант, а если буду сидеть вот так, взаперти в монастыре, исполняя одно только послушание, то что толку будет от меня, когда я не смогу ни одной души привести на путь спасения? Как я уже говорил вам, я постоянно слышу, что в наше время многие удостоились иметь видения. И удостоившись этого дара, они поставили свечу свою не под спудом, а на подсвечнике, чтобы она светила, как заповедал Господь (см.: Мф.5:15). Потому что они оставили монастыри и вышли в города и села, где проповедуют слово Божие, и много людей слушает их, особенно когда узнают, что им в видениях являются Ангелы и святые, Матерь Божия и даже Сам Господь наш Иисус Христос.

Бот, преподобный отче, таковы мысли, которые мучают меня некоторое время. Я пока еще не согласился с ними полностью, и, насколько помогает мне Бог, борюсь с ними, однако вижу, что они меня не оставляют в покое и, не переставая твердят мне, что я зря сижу в монастыре и теряю время, столь драгоценное для спасения. И что, оставаясь здесь, я ни сам не спасусь, ни другим не принесу пользы.

Признаюсь вам еще и в том, что как-то я даже решился уйти тайком из монастыря, не беря ни у кого благословения: «Не ходи зря к настоятелю или духовнику брать благословение, – нашептывали мне помыслы, – потому что они люди корыстные, им нравится только, чтобы ты на них работал и работал, а до спасения твоего и тех, кто погибает в миру, им нет никакого дела. Потому что, если ты пойдешь, то вместо благословения схлопочешь взбучку и епитимию, а лучше помалкивай и беги отсюда, потому что для того, чтобы сделать доброе дело, вовсе не нужно чьего-либо благословения ».

Вот чего я натерпелся, преподобный отче, с моими искушениями, и уже немного оставалось до того, чтобы я ушел. Но услышал я как-то из чтения за трапезой, что все, что монах делает без благословения, – это от бесов, и это озадачило меня и как-то удержало от исполнения задуманного. Потому прошу вас, преподобный отче, объясните мне, как нахлынули на меня эти мысли и что мне делать, чтобы избавиться от них?

Старец: Как я и предупреждал тебя в прошлый раз, брат Иоанн, искушения снова нахлынули на тебя, но только теперь в другом виде. Ты видишь, брат Иоанн, что бес не дремлет, но непрестанно старается погубить нас? Видишь, как он пытался уловить душу твою и как ловко хотел вывести тебя из монастырского послушания? И ты еще спрашиваешь, откуда пришли эти мысли? Вот что тебе надо хорошенько запомнить, брат Иоанн: помыслы, которые тебя волновали в прошлый раз, – что Бог не удостоил тебя видений, – были, как я и тогда сказал тебе, от беса гордости, а эти, теперешние, которые побуждают тебя бросить монастырь и послушание и уйти в мир на проповедь, чтобы обратить грешников на покаяние, – это лукавые козни беса тщеславия.

Брат: Но что такое тщеславие, преподобный отче?

Старец: Брат Иоанн, ты снова задал мне вопрос, который полностью превосходит немощь моего разумения. Ибо четко сказать, что такое тщеславие и как разнообразны козни этого беса, – выше моих сил.

Брат: Но разве, преподобный отче, нет никого, кто мог бы ясно сказать, что такое тщеславие и сколько его видов?

Старец: Я, брат Иоанн, поведал тебе свою немощь и неразумие и не знаю, есть ли кто-нибудь, кто мог бы подробно рассказать о том, о чем ты спрашиваешь. Знаю, однако, что великий духовный философ, божественный отец Иоанн Лествичник, говорит об этом так: «Если бы кто начал подробно говорить о тщеславии, тот уподобился бы человеку, тщетно старающемуся измерить вес ветра»54. А если этот божественный и светозарный отец монахов говорит такие слова о тщеславии, то тогда кто же я, окаянный и омраченный умом, чтобы говорить тебе, что такое тщеславие?

Брат: Но может, вы расскажете мне о тщеславии со слов святых отцов, преподобный отче?

Старец: Попробую, брат Иоанн, с помощью Благого Бога привести тебе несколько свидетельств святых отцов о великом и разновидном грехе тщеславия. Может быть, говоря тебе, я и сам проснусь от сна этого смертоносного греха.

Брат: Прошу вас, преподобный отче, соблаговолите рассказать мне все, что знаете об этой страсти, чтобы получить пользу и мне, грешному.

Старец: Послушай, брат Иоанн. По свидетельству божественного отца Иоанна Лествичника, тщеславие – зло весьма многообразное. Он говорит: «Эта страсть по виду своему есть изменение естества, развращение нравов, выжидание поношений. А по качеству своему она – расточение трудов, погубление потов, расхищение душевных сокровищ, исчадие неверия, предшественница высокомерия, кораблекрушение в пристани, муравей в житнице, который, хоть он и мал, расхищает все труды и весь урожай губит»55.

Тот же святой Иоанн Лествичник говорит далее, что тщеславие подобно чертополоху о трех колючках, который всегда лежит одной колючкой вверх, и что тщеславный человек – идолопоклонник, даже если считает себя верным и почитающим Бога, однако в действительности он делает неугодное Ему56.

Великий вселенский учитель святой Иоанн Златоуст говорит о тщеславии так: «Лютое дело – желание славы! Лютое и преисполненное зла, это терние, которое невозможно исторгнуть, и неукротимый зверь многоголовый, бросающийся на тех, кто питает его. Как червь-древоточец изгрызает дерево, в котором зарождается, как ржавчина разъедает железо, из которого она возникает, и моль – шерсть, так же тщеславие губит душу, питающую его. Потому с великим усердием необходимо нам гасить эту страсть... Итак, будем бежать тщеславия, ибо страсть эта лютее всех и ее достаточно, чтобы ослепить глаза мудрых, если они не будут трезвиться»57.

Тщеславие – первая дщерь гордости, а у него самого семь отпрысков:

Первый – хвастовство, то есть когда хвалятся своим благородным происхождением, знаниями, имуществом и тому подобным58.

Второй отпрыск – лицемерие, то есть когда человек притворяется, чтобы казаться совершеннее других; оно грешно, даже если совершается ради чьей-то пользы.

Третий отпрыск – выдумывание чего-то нового, то есть какого-нибудь художества и чего-то такого, что заставило бы людей удивляться твоей искусности.

Четвертый отпрыск – зависть.

Пятый – неуступчивость.

Шестой – любовь к ссорам (распрям).

Седьмой отпрыск – непослушание.

Знай еще, брат Иоанн, что тщеславие – это страсть, проявляющаяся прежде всех страстей.

Например, у малого ребенка ты не увидишь ни одной страсти, проистекающей из воли, а тщеславие в нем есть. Потому что, если хвалишь его, он радуется, а если скажешь что наперекор ему, какое-нибудь строгое слово, он обижается и начинает плакать. Таким образом, страсть тщеславия сопровождает нас с раннего детства во всю жизнь и примешивается во все наши добродетели, как смешиваются плевелы с пшеницей. И как плющ и хмель обвиваются вокруг деревьев и всего, что попадется, так же и эта проклятая страсть оплетается вокруг делания всякой добродетели.

Если поискать, мы найдем ее прицепившейся и к посту и воздержанию и к обилию яств, и к богатству и к бедности, и к одеждам дорогим и к ветхим и рваным, и к слабому и к сильному, и к глупому и к ученому, и к многоглаголанию и к молчанию59. Ибо если многоглаголание – это седалище тщеславия, то таково же и молчание ради суетной славы60.

Таким образом, тщеславие кроется и в красивом по виду и в безобразном, и в милосердном и в жестокосердном, и в руководителе и в подчиненном, и в общежительном монахе и в отшельнике61.

И хотя оно не действует одинаково во всех, но всех обольщает и уязвляет. Одному оно внушает много поститься и молиться, но так, чтобы его увидели и похвалили другие люди; другой не жалея сил совершает суровые подвиги с целью превзойти тех, кто поленивее; третий старается хорошо изучить Священные Писания и труды святых отцов, чтобы изощрить свой ум и накопить знания, а затем учить других, стать знаменитым и чтобы ученики его хвалили; иной усердствует в искусном сочинении стихов, чтобы разнеслась весть о том, что он поэт; другой десятки лет из кожи лезет, изучая в высших школах философию и другие науки с целью стать большим человеком и крупным ученым и знаниями своими превзойти других в науке; а другой много лет корпит над исследованиями, чтобы открыть какую-нибудь из тайн и несметных сил, которые Бог вложил в Свои создания, и если откроет малейшую и незначительную частичку их, то уже воображает, будто стал великим ученым и знает все.

Так поступает, брат Иоанн, тщеславие многими и различными способами как с нами, находящимися в лоне Церкви, так и с теми, кто вне ее. И если мы, грешные, не будем трезвиться, то ни один из нас не спасется из его сетей, с великим искусством сотканных и запутанных. И мы не только потеряем труды, которые положили, совершая добрые дела, но и на муки вечные отправимся. Более того, это проклятое зло тщеславия проявляется в человеке не только пока он жив, но зачастую и после его смерти.

Брат: Прошу вас, скажите мне, преподобный отче, как проявляется тщеславие человека и после его смерти?

Старец: Чтобы понять это, брат Иоанн, послушай прежде всего святого и божественного Иоанна Златоуста, который в этой связи говорит так: «Тщеславные и после смерти величаются всуе»62. Например, некто, умирая и желая прославиться, велит, чтобы после него сделано было то-то и то-то. И что же тщеславный завещает сделать после своей смерти? Это расходы большие и излишние, на которые идут его потомки и родня, чтобы одеть его в одежду новую и очень дорогую, надеть ему на палец кольцо, на руки золотые браслеты, на ноги обувь самую дорогую, завернуть его в шелка и накрыть ему лицо покрывалом с золотыми нитями. Затем, изготовить ему гроб из дерева благовонного и не скоро гниющего, и раскрасить его в разные цвета, и обить серебром и другими дорогими металлами. Потом, воздвигнуть ему дорогой склеп, из мрамора и гранита, и туда положить его мертвое тело; вокруг склепа поставить ограду железную или бронзовую, а рядышком или в склепе установить его статую, на которой он должен выглядеть таким, каким был во цвете лет, в счастливые годы здесь, на земле. И статуя должна быть из мрамора или бронзы, или другого дорогого материала и изваяна лучшими скульпторами. На фасаде склепа, при входе, чтобы были начертаны золотыми буквами имя и чины, какие он имел, чтобы видели все, кто будет идти мимо, как велик и дивен был погребенный здесь.

Это и многое другое распоряжается сделать после своей смерти человек, любящий славу века сего. Если хочешь убедиться в этой истине, брат Иоанн, пройдись по кладбищам больших городов, и увидишь там сотни и тысячи свидетельств подобного рода, все они говорят о том, что несчастный человек и в могиле не может избавиться от страсти тщеславия и от желания выставить себя напоказ.

Сколько добрых дел смогли бы сделать родственники такого человека на деньги, потраченные на эти никчемные дела? Сколько нищих и нагих могли бы одеть и скольких голодных накормить, и скольким вдовам и сиротам помочь? И какую великую пользу могли бы принести они этой милостыней тому, кто отошел из мира сего в вечность? Особенно если он жил по правой вере и исповедовался перед духовником во всех своих грехах.

Правда, есть среди них такие, кто и при жизни, и умирая подал много милостыни нищим и много жертвовал на святые церкви Божии, но и этих суетных дел они тоже не презрели. Такие, может, и не получат тяжкого осуждения, потому что не забывали о милостыне, но намного тяжелее будет осуждение тех, кто и в жизни сей не заботился о своем спасении, а умирая поклонился этой суете и теням.

Хорошо сказал божественный отец Иоанн Лествичник, что «тщеславный человек есть идолопоклонник, даже если называется верующим»63. Как же не быть идолопоклонником такому человеку, если он твердо верит, что эти суетные прикрасы будут сопровождать его и после смерти. А о милостыне, которая действительно может помочь его душе после смерти, он не заботится.

Сказывают, будто Александр Великий, Македонский, когда понял, что силы оставляют его и он скоро умрет, позвал к себе своих главных генералов и мудрецов и сказал им: «Как видите, скоро я умру.

И поэтому я позвал всех вас, кого любил и кто так много помогал мне в жизни, чтобы попрощаться с вами и еще раз взглянуть на вас, прежде чем навсегда закрою глаза».

Тогда один из самых любимых его друзей сказал ему: «Твое величество, если ты чувствуешь, что силы оставляют тебя, то мы просим, оставь завещание: что нам делать после смерти твоей и как ты хочешь, какие чтобы мы сделали приготовления к твоему погребению, из чего тебе сделать гроб, могилу и прочее? Ведь столько сокровищ осталось от твоего теличества, что мы все могли бы изготовить из чистого золота и драгоценных камней!»

На что Александр Великий, помолчав немного, ответил: «Послушай, человек! Если вы хотите от меня завещания, то делайте так, как повелеваю я. Могилу мне делайте не из золота и драгоценных камней, а из простого камня, и гроб тоже пусть будет каменный. Чтобы имя мое было написано на твердом камне, ибо что на камне, то трудно стереть. На меня не надевайте дорогих украшений и совсем не тратьтесь на лишнее. Но очень позаботьтесь о том, чтобы в день моего погребения сделать много добра обездоленным и нищим. В гробу, по одну сторону и по другую, продолбите по отверстию, чтобы высунуть из гроба руки мои, а в ладони мне не кладите денег или драгоценностей, как повелось у некоторых, но с пустыми руками похороните меня. Это мое решение, и сделайте так, если вы любите меня и если хотите уважить мое последнее слово!»

Услышав это, философ и друг императора спросил: «Но почему ты хочешь, чтоб мы так просто похоронили тебя, твое величество?»

На что император ответил: «Знай, о друг, что я философом был при жизни и философом хочу остаться и после смерти. Хочу быть погребенным так просто и с пустыми руками, чтобы показать всем сильным и богатым, что ничего не может человек взять с собой, когда уходит из этой жизни».

Из этого краткого повествования, брат Иоанн, мы видим, что люди мудрые, даже если они не обретались в правой вере, все же мудрствовали очень дивно о тлене суетной славы и показали, что все, что излишне делается на похоронах, не имеет никакой ценности, но скорее наносит вред душе. Хорошо сказал святой Феодор Студит в одном своем слове, что часто бывают нам полезны и изречения эллинов64. Так и император Александр Македонский, при всем том, что он был эллином, но хороший пример, оставленный им, очень полезен для нас.

Посему, брат Иоанн, будем молиться Всемилостивому Богу, да покроет Он нас и да избавит от этой лукавой и весьма прельщающей страсти – тщеславия. Блажен и трижды блажен тот человек, кто достиг того, что презирает эти тени и мечтания суетной славы.

Этого блаженства удостоился молчаливый ангел, великий отец Арсений, который, оставив славу мира сего и царские дворцы, бежал от людей в пустыню и безмолвствовал в тиши, оплакивая себя в течение пятидесяти семи лет, неизменно храня молчание и убегая от мирской славы. Он, достигнув великого совершенства духовного, ненавидя славу человеческую, поднялся на гору и клятвой связал учеников своих, что после его смерти они не станут хоронить его, а привяжут к ногам веревку и так отволокут его к пропасти и сбросят с горы65.

Видишь, брат Иоанн, как сильно ненавидели святые Божий славу человеческую? Видишь, как сильно остерегались те, чье отечество теперь – небо, этого свирепого многоголового зверя? Но почему же так сильно ненавидели избранники Божии тщеславие? Не из-за чего другого, как только из-за того, что эта коварная страсть похищает у человека награду за подвиги во всякой добродетели.

Поэтому справедливо божественный отец Иоанн, чьи уста и слова были золотыми, называет тщеславие молью загробных сокровищ и грабителем небесных богатств и с великим страхом и изумлением раскрывает его зло, говоря: «О, горе нам! О, страсть диковинная! Где ни моль не съедает, ни воры не подкапывают, там тщеславие расточает!»66. И еще: «Оно – моль тамошних сокровищ, оно – вор небесного изобилия, оно похищает богатство некрадомое»67. И, простирая далее слово, «матерью геенны» называет он тщеславие68.

Итак, брат Иоанн, видишь, как коварна, хищна и губительна эта проклятая страсть тщеславия? Потому, брат мой, немалое попечение и внимательность нужны нам, чтобы избавиться от этого многовидного зла и вреда.

Брат: Скажу вам правду, преподобный отче, что я устрашился и ужаснулся, слыша столько свидетельств святых отцов о злобе и многообразном коварстве тщеславия, которое примешивается ко всем добродетелям, подобно плевелам, и, как плющ, оплетает всякое спасительное дело у всякого человека. Если это так, то что же делать? Разве хорошо будет, если люди из боязни тщеславия перестанут совершать добрые дела? Разве хорошо будет, если люди из боязни этой страсти прекратят постигать науки и искусства на пользу другим?

Старец: Да нет, брат Иоанн, ни за что не следует делать этого. Святые и божественные отцы показали нам, сколь хищна и пагубна эта страсть не для того, чтобы мы перестали совершать добрые дела, но чтобы умели беречь совершенное нами добро, дабы оно не было похищено этим многоголовым зверем.

Если бы было так, как думаешь ты, то это означало бы, что люди, боясь плевел, должны перестать сеять пшеницу или, боясь моли, перестать шить одежду, или, боясь ястреба, перестать держать кур, или, наконец, из страха перед волком перестать разводить овец. Дело, однако, обстоит не так, ибо человек от плевел изобрел решето, от моли – нафталин и другие порошки, для ястреба нашлась сеть, а для волка – разные меры охраны. Также думай и в отношении предметов духовных. Преблагий Бог предоставил нам в распоряжение много духовных средств, с помощью которых мы можем избавиться от мысленных зверей.

Брат: Прошу вас, преподобный отче, скажите, как же можно совершать всякую добродетель и при этом избежать великого вреда тщеславия и коварного разграбления им?

Старец: Ты хорошо сделал, брат Иоанн, что задал и этот вопрос, чтобы я хоть немного разъяснил тебе это недоумение.

Брат: Прошу вас, преподобный отче, скажите мне как можно подробнее и обоснованнее, как можно кому-либо совершать добрые дела и не подвергаться опасности коварного тщеславия? Ибо, насколько я понимаю, нелегкое это дело – остаться не уязвленным и не ограбленным этим многообразным злом.

Старец: Воистину, брат Иоанн, нелегкое. Но нам Спаситель наш и Бог наш оставил столько поучений против этой страсти! Да еще и божественные Его ученики и апостолы научили нас, как противодействовать этой страсти, также и божественные отцы Церкви Православной. Но поскольку сейчас не время и не место приводить все эти свидетельства, то скажу тебе немногое из великого их множества, чтобы ты из немногого понял многое.

Прежде всего, брат Иоанн, напомню тебе о спасительном учении Господа и Спаса нашего Иисуса Христа, Который, чтобы мы не впали в сети тщеславия, научил нас, говоря: Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного (Мф.6:1). И еще: когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф.6:2–4).

Также учит Он и о молитве, говоря: И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф.6:5–6).

Также и о том, как нам нужно поститься, чтобы не впасть в лицемерие и тщеславие, научил нас Спаситель наш, говоря: когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф.6:16–18).

Видишь, брат Иоанн, как светло и ясно учение Спасителя нашего, в котором Он учит нас, как совершать добрые дела и при этом не впадать в коварные сети тщеславия?

Брат: Воистину, преподобный отче, пресветло и преблаго учение Спасителя нашего Иисуса Христа, но прошу вас, добавьте и из святых отцов какое-нибудь поучительное слово, чтобы мне знать, как учат они избегать великого вреда и коварного расхищения тщеславием.

Старец: Это неплохо, если ты хочешь и этого, брат Иоанн. Но знай, что и святые отцы во всем следовали учению Спасителя нашего и по нему составили свои поучения и душеполезные слова, научая нас самым хорошим способам предохранения себя от великой опасности тщеславия.

Вот, например, что говорит нам в этой связи святой и божественный отец Максим Исповедник: «Искусство изгонять тщеславие заключается в совершении всякого доброго дела втайне»69. Так же учит нас и святой Ефрем Сирин, говоря: «Тщеславие мы изгоняем из себя совершением втайне добрых дел и непрестанной молитвой в сокрушении сердца»70.

А божественный отец Иоанн Лествичник, удивительным образом показывая, каковы причины, отгоняющие от человека тщеславие, говорит: «Начало истребления тщеславия есть молчание и возлюбленне бесчестия, середина – прекращение всех мысленных уловок тщеславия, а конец, если есть конец у этой бездны, – в том, чтобы делать перед людьми только то, что уничижает тебя, и не испытывать при этом никакого огорчения»71.

Вот, брат Иоанн, я и привел тебе вкратце свидетельства трех великих святых и божественных отцов Церкви их собственными словами и показал тебе искусство, с помощью которого человек может отогнать от себя эту разнообразную по коварству и злобе страсть тщеславия. Потому постарайся не забывать, что первый шаг в борьбе против тщеславия – это молчание и желание быть в непочтении у других. Итак, будем молить милость Божию, да поможет она и нам достичь хотя бы этого, и тогда у нас появится надежда на то, что мы находимся вне опасности тщеславия и близки к милости Божией.

Брат: Из тех свидетельств, которые вы привели, преподобный отче, из Божественного Евангелия и святых отцов, я понял, что для избежания опасности тщеславия любой ценой нужно всякое доброе дело делать втайне и желать всегда быть не почитаемым людьми.

И если истина такова, какова она, думаю, и есть, то как мне нужно поступать, если когда-нибудь в жизни мне случится совершать добрые дела явно? Например, если нищий попросит у меня милостыню и случится, что именно тогда там будут люди, от которых я не могу утаиться, и если я подам что-нибудь нищему, то неужели буду осужден за это Богом? В другой раз случается, что мы постимся или молимся все вместе в церкви, как это происходит и в нашем монастыре, в общежительном. Неужели за то, что мы делаем это явно, друг перед другом, Бог осудит нас и мы лишимся награды за эти добрые дела? Посему я, грешный, недоумевая по этому поводу, прошу вас, преподобный отче, скажите мне, какой духовный прием нужно использовать в этих случаях, чтобы нам не быть окраденными хищной страстью тщеславия?

Старец: Ты хорошо сделал, брат Иоанн, что подумал об этом и задал мне такой вопрос. И с помощью Божией попытаюсь объяснить тебе. Но прежде всего тебе нужно знать, что у всякого дела есть тело и душа: душа его – это цель, ради которой оно совершается, а тело – это само совершение доброго дела...

Посему, если кто-нибудь будет совершать доброе дело – явно ли то, тайно ли – с благой целью, то такое доброе дело не останется без награды от Бога, а если кто-нибудь будет совершать доброе дело – явно ли то, тайно ли – но с плохой целью, тогда весь труд его будет погублен и вместо награды он получает осуждение. Ибо, говорят богоносные отцы: «Когда ум забывает цель благочестия, тогда явное совершение доброго дела становится бесполезным. Потому что совершаемое без рассуждения и без благой цели не только не приносит никакой пользы, даже если оно доброе, но и вредит»72.

Брат: Но как узнать, что человек, преподобный отче, совершает доброе дело с благой целью?

Старец: Брат Иоанн, человек тогда совершает доброе дело с благой целью, когда все то доброе, что он делает, он старается совершать для того только, чтобы угодить Богу, а не людям. Потому и великий апостол Павел так учит коринфян: Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию (1Кор.10:31). Таким образом, если цель доброго дела не что иное, как слава Божия и угождение Богу, то такое доброе дело имеет здоровое основание и не теряет своей ценности и воздаяния от Бога.

Более того, знай и то, брат Иоанн, что если кто-нибудь совершает доброе дело явно и делает это с благой целью, то таковой не только не лишится воздаяния за свой труд, но получит еще большее воздаяние, ибо совершением доброго дела с благой целью прославляется Бог. Потому Спаситель наш Иисус Христос научил нас в Божественном Своем Евангелии совершать добрые дела не только тайно, но и явно, во славу Божию, ибо Он говорит Своим божественным ученикам: вы свет мира (Мф.5:14), и еще: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф.5:16).

Итак пойми, брат Иоанн, что мы не всегда обязаны совершать добрые дела тайно, но всегда должны испытывать цель, с какой совершаем добрые дела. И если цель эта – к славе Божией и ко спасению души нашей, тогда будем дерзать совершать доброе дело даже явно и не понесем ущерба. Это мы можем понять и из слова святого Иоанна Златоуста, который, говоря о зле тщеславия и о духовном искусстве, с помощью которого мы можем избавиться от него, говорит: «Люта болезнь тщеславия! Но как мы можем избежать ее? – и затем, объясняя как, добавляет: – Взирай на Бога всегда и довольствуйся славой, идущей от Него»73. А в другом месте говорит: «Если ты желаешь славы, тогда неужели тебе не хватает славы от человеколюбца Бога, что ты желаешь славы от людей?»74. И еще говорит: «Все согласны, что страсть тщеславия люта. Но как нам одолеть ее? – и, отвечая, говорит: – Если мы поставим славу против славы, ибо как мы презираем земное богатство, когда ищем иного богатства, и как не вменяем ни во что эту жизнь, когда рассуждаем о будущей, намного лучшей, чем эта, то также и на славу мира сего мы сможем наплевать, если станем помышлять о той славе, намного почетней, чем эта, то есть о той, которая воистину есть слава»75.

Вот, брат Иоанн, ясное и четкое учение о том, как можно победить тщеславие и избавиться от него: если будем взирать всегда только на Бога, когда совершаем доброе дело, и если будем ставить славу против славы, то есть если будем противопоставлять славу Божию тщеславию. А это мы сможем сделать, только если будем совершать добрые дела с целью угодить Богу и во славу Его. Теперь, брат Иоанн, думаю, ты хорошо понял, как можно совершать доброе дело с благой целью.

Брат: Действительно, преподобный отче, я понял это достаточно ясно и очень рад, что уяснил се бе это. Потому что много раз я сетовал и пребывал в недоумении и часто спрашивал себя, как можно сделать доброе дело явно и все же избежать разнообразных сетей тщеславия. А из свидетельств, которые привели вы, ваше преподобие, я понял, что душа доброго дела – это его благая цель и что всякое доброе дело, если оно совершается во славу Божию, делается с благой целью и будет иметь воздаяние от Бога.

Старец: Хорошо, что ты понял, брат Иоанн, этот духовный прием против тщеславия, и если будешь стараться и не забывать его, он убережет тебя от всех опасностей тщеславия. Благий Бог и Пречистая и Пресвятая Его Матерь да помогут нам и всем, ищущим спасения, никогда не забывать это священное учение Спасителя нашего Иисуса Христа, святых апостолов и божественных отцов. Ибо кто забывает это, тот может не только все труды, приложенные им для совершения добрых дел, утратить, но и погубить душу.

Брат: Преподобный отче, я не рассержу вас, если спрошу еще о чем-то?

Старец: Спрашивай, брат Иоанн, не рассердишь.

Брат: Преподобный отче, а если кто-нибудь подвизается и старается совершить всякое доброе дело во славу Божию, но при этом ему немного нравится, когда его хвалят люди, такой человек может спастись? И не губит ли он из-за этой малой похвалы людей все труды свои?

Старец: Брат Иоанн, такой человек, если он захочет исправиться, не потеряет награды за свои труды и может спастись. То есть, если возненавидит славу от людей и начнет совершать добрые дела со святой целью угождать только Богу и спасти свою душу.

Знай и то, брат Иоанн, что многие из тех, кто имел страх Божий и понял со временем, какой великий вред наносило им тщеславие, стали ненавидеть его всем сердцем, решили бороться против него до смерти и смогли избавиться от опасности тщеславия.

Так мы находим в житиях святых, что было много людей, имевших высокое положение в Церкви и обществе, но когда сердец их коснулась благодать Божия, они стали понимать суетность века сего и мимолетность дыма тщеславия. Тогда они покинули свои престолы патриаршие и епископские, царские, полководческие и другие высокие должности и уединились в горах и других удаленных от друзей и родных местах и пребывали там в нищете, странничестве и одиночестве, служа одному только Богу до конца жизни своей в сокрушении и великом смирении, презирая и ненавидя всем сердцем злую и призрачную славу века сего.

Знай еще, брат Иоанн, что часто случается и так: начинают совершать добрые дела с той целью, чтобы их увидели и похвалили люди, а когда придет благодать Божия, она изменяет в них это душевное расположение и они бросают то хлипкое основание, на котором хотели строить, и начинают воздвигать дом на непоколебимом основании смирения, во славу Божию. Что нам показывает и божественный отец Иоанн Лествичник, говоря: «Часто случается, что мы, водимые тщеславием, затем обращаемся и с ловкостью окрадываем его». И добавляет: «Я видел некоторых, кто из тщеславия начинал духовное делание, но конца они достигли похвального, потому что изменился их помысл»76.

Подобное свидетельство находим и в Патерике, где написано, что один старец сказал: «Я ненавижу тщеславие молодых: они подвизаются, а награды не получают, ибо ищут славы человеческой».

А другой старец, более опытный, сказал ему: «А я его очень люблю, ибо хорошо и полезно юному, когда его прославляют и он не ленится. Ибо мы видим его величающимся и воздерживающимся, и бдящим, и нагишом ходящим, и любовь стяжающим, и скорби терпящим ради похвал человеческих. А если он так живет, то придет к нему благодать Божия и скажет ему: «Почему ты не трудишься для себя, а все для людей?» И тогда он уже не захочет смотреть на славу человеческую, но будет искать славы Божией».

Услышав это, первый старец сказал: «Это воистину так»77.

Брат: Мне еще хотелось бы о чем-то спросить, преподобный отче.

Старец: Спрашивай, брат Иоанн.

Брат: Прошу вас, скажите мне, преподобный отче, каково различие между тщеславием и гордостью?

Старец: Брат Иоанн, различие между тщеславием и гордостью такое же, как между юношей и стариком или между пшеницей и хлебом. Ибо как юный, живя, возрастает в годах и становится стариком, и как пшеница, пройдя через мельницу, превращается в муку и затем в хлеб, и еще, как гусеница со временем превращается в мотылька, точно так же и тщеславие, возрастая в душе человека, превращается в гордость. Или иными словами можно сказать, тщеславие – это начало, а гордость – конец78.

Брат: Преподобный отче, прошу вас, разъясните мне еще вот что. Как вам известно, сначала я открыл вам те помыслы, которые советовали мне бросить монастырь и пойти в мир проповедовать слово Божие, а ваше преподобие сказали мне, что те помыслы пришли ко мне от беса тщеславия. После того как вы мне это сказали, признаюсь, на душе у меня остается сожаление и недоумение из-за того, что вы не дали мне благословения сделать это доброе дело. Я ведь думал этим служением слова прийти на помощь множеству душ, идущих в погибель за неимением того, кто показал бы им добрый путь, ведущий к спасению. В моем желании, преподобный отче, не было плохой цели, поэтому я удивляюсь: почему мне, грешному, было запрещено такое доброе и весьма полезное для спасения людей дело?

Старец: Послушай, брат Иоанн. Тебе только кажется, что у тебя не было плохой цели, но это совсем не так, как ты считаешь. Как я сказал тебе, тщеславие – страсть очень коварная, очень обманчивая и очень тонкая, ибо она действует весьма разнообразно, примешиваясь и вплетаясь во всякое доброе дело и во всякое духовное делание. И знай, что через цель, казавшуюся тебе доброй, тщеславие прокралось в душу твою и под маской доброго дела хочет вырвать тебя из-под щита святого послушания и увести в мир, чтобы ты, строя из себя проповедника, оставался без руководителя, не повинуясь никому, и со временем стал соблазном для мира и посмешищем и игралищем для бесов.

Брат: Как так, преподобный отче?

Старец: Вот как, брат Иоанн! Потому что непослушание и самочиние монаха – это погибель его79.

Брат: Но что такое самочиние, преподобный отче?

Старец: Самочини е, брат Иоанн, это вот что: когда монах поступает по своей воле, не будучи под учителем, без повиновения и без послушания. Это самочиние святые и божественные отцы называют стезей, ведущей в заблуждение; и источником всех зол80.

И знай, брат Иоанн, что те, кто шествует монашеским путем по своему разумению, погибают, даже если бы они обладали всей мудростью мира81. Это самочиние врачуется смирением, исследованием Священных Писаний и слушанием совета духовника82.

Брат: Но неужели, преподобный отче, если я после стольких лет пребывания в монастыре пойду в мир проповедовать слово Божие, то не буду в состоянии руководить собой и контролировать себя?

Старец: Брат Иоанн, не полагайся на себя, ибо говорят божественные отцы, что полагающийся на себя падет падением жалким83. Разве ты не слышал, что монах в миру – что рыба на суше84?

Если ты еще пребываешь в сомнениях и все еще не веришь, что тот помысл, что советовал тебе оставить монастырь и идти в мир проповедовать, был от беса тщеславия, и если ты меня не хочешь слушать, то послушай хотя бы святого отца нашего Иоанна Лествичника, который указывает тебе на эту истину, говоря: «Когда бес видит, что кто-то стяжал кое-какого безмолвия и мирного расположения, тотчас внушает ему оставить пустыню и выйти в мир и говорит ему: «Иди на спасение погибающих""85.

И еще говорит: «Да не будет сокрыто от тебя и следующее коварство и обольщение невидимых врагов. Они побуждают нас не удаляться от мирских дел, говоря нам, будто мы получим большую награду, если, глядя на женский пол, будем воздерживаться. Но не нужно слушать их, а нужно действовать наперекор их речам.

Когда мы, удалившись от родных наших на год или более, стяжем некое малое благочестие, сокрушение или воздержание, тогда суетные помыслы, приступая, побуждают нас снова выйти в мир, – для наставления, говорят они, и для примера и пользы другим, видевшим когда-то наши беззаконные дела. А если мы еще и наделены даром слова и имеем немного духовного разумения, тогда они даже советуют нам, будто неким учителям и спасителям душ, возвратиться в мир, чтобы то, что мы накопили в пристанище, жалким образом погубить в пучине. Постараемся же подражать Лоту, а не его жене, ибо душа, обращаясь туда, откуда она вышла, станет подобной соли, потерявшей силу, и застынет.

Будем всегда бежать из Египта, ибо сердца, повернувшиеся к нему, не увидели Иерусалима, то есть землю бесстрастия. Хотя те, кто, оставив своих, совершенно очистились, могут вернуться к ним, чтобы быть им на пользу, – потому что как они сами спаслись, так смогут спасти и других, – но все же Моисей боговидец, будучи послан даже Самим Богом для спасения своих единоплеменников, претерпел много бедствий в Египте, то есть имел поползновения в мир. Лучше огорчить родителей, нежели Бога, потому что Он создал и спас нас, а те часто любимых своих губили, ввергнув их в муки вечные»86.

Брат: Это так, преподобный отче, но я все же думаю, что великое воздаяние получают от Бога те, кто трудится, проповедуя слово Божие, и обращает к покаянию много душ. Ибо Священное Писание говорит, что обратившие многих к правде будут сиять, как звезды небесные, вовеки (ср.: Дан.12:3).

Старец: Брат Иоанн, вижу, ты стал витать в облаках! Однако святые отцы учат нас, что, если увидим юного, по воле своей возносящегося на небеса, надо схватить его за ногу и сбросить вниз87.

Брат: Сказать вам по правде, преподобный отче, в миру есть много таких, кто превосходит по своим добродетелям монахов и получит большую награду, чем мы, в великий день Страшного суда.

Старец: Ну и кто же эти люди в миру, к которым ты питаешь такое благоговение?

Брат: Вот кто, преподобный отче. Я вижу в миру много людей, подающих щедрую милостыню нищим, другие всеми силами стараются быть миротворцами, примиряя враждующих, третьи одевают нагих, кормят алчущих и регулярно посещают святой храм. Есть там странноприимцы, другие имеют дар слова и с великим дерзновением проповедуют и многих обращают на путь спасения, третьи поднаторели и хорошо изучили догматы правой веры и, таким образом, могут просветить и обратить к правой вере даже самых образованных на свете, идущих путем погибели. И многие миряне подвизаются во всех добродетелях на свою и общую пользу Церкви Христовой.

Тогда как я, грешный, ничего из этих добрых дел не совершил и даже не могу совершить, потому что сижу здесь, в монастыре, и закрыта для меня нива преуспеяния моего в труде ради Бога, потому что нахожусь в повиновении и утекают дни мои понапрасну в этой пустыне, а я до сих пор ни одной души не привел на священный путь спасения. И мне кажется, что за эту жизнь, бесплодную и прожитую зря, я унаследую от Бога проклятие бесплодной смоковницы (см.: Мф.21:19), а также осуждение зарывшего в землю талант господина своего (см.: Мф.25:28–30).

Старец: Будь осторожен, брат Иоанн, ты изрядно обольщен бесами! Потому что начал теперь колебаться умом и сомневаться в благом чине повиновения и послушания, к которому ты призван был благодатию Божией. Вижу, ты начинаешь ублажать пребывающих в миру за их добрые дела: за то, что они проповедуют слово Божие и наставляют других на путь спасения, подают милостыню, странноприимны, кормят алчущих, за то, что у некоторых есть дар слова и они великие ораторы и очень искусны в догматических премудростях и тем самым обладают силой обращать к истине даже ученых и неверующих, и за многое другое.

Поистине, брат Иоанн, все это хорошо, но эти добрые дела положено совершать мирским, и от них более всего требует Бог этих дел, а не от монахов, отверппихся от всего мирского и избравших жизнь в повиновении, нищете, девстве, безмолвии и молитве. Вот что говорит святой Иоанн Лествичник об этом: «После того как мы отверглись мира, бесы внушают нам ублажать мирян милостивых и щедрых, а себя окаивать как лишившихся таких добродетелей. А расчет этих врагов наших тот, чтобы через ложное смирение вернуть нас в мир или, если мы еще остаемся в монастыре, ввергнуть нас в отчаяние. Одно дело – из гордости презирать живущих в миру, и другое – удалившись от них, презирать их, чтобы избежать отчаяния и сохранить надежду спасения»88.

Послушаем и то, что сказал Господь юноше, который исполнил все заповеди: одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим (Лк.18:22).

Все мы, с горячим усердием желающие проводить этот подвиг удаления от мира, внимательно вникнем в то, что Господь всех пребывающих в миру

Прислушайся к тому, что говорит святой Исаак Сирин об этом: «Не чин твоего жительства – насыщать голодных и превращать келью твою в странноприимный дом. Ибо жительство это принадлежит мирянам, и более всего им подобает таковая добродетель, а не исихастам, и свободным от этих видимых попечений, и тем, кто хранит ум свой в молитве»89.

И в другом месте этот же божественный отец говорит: «Но явно, что если монах не стяжал имущества, то ему не заповедано и впадать в попечения и волнения ради нищих. Ибо если у нас нет ничего, тогда от нас ничего и не требуется»90. И еще: «Если мы по жительству нашему далеки от сидения вместе и смешения с людьми, то нам не нужно оставлять келью свою и наше монашеское и отшельническое устроение и идти кружить по миру, чтобы посещать больных и заниматься подобными делами. Ибо если станем делать это, то явно, что мы перейдем от большего к меньшему»91.

Также и божественный отец Иоанн Лествичник говорит, что «есть бес сребролюбия, который часто принимает лицемерный вид смирения, и есть бес тщеславия, который побуждает монаха подавать милостыню. То же делает и бес сластолюбия»92.

И великий вселенский учитель, божественный отец Варсонофий Великий, говорит: «У кого нет в избытке необходимого, тот не обязан подавать милостыню, ибо если он скажет: «Мне нечего дать тебе», то не солжет»93.

Итак, как видишь, брат Иоанн, долг подавать милостыню не лежит на монахах, которые добровольно дали обет нестяжания. Ибо если монах отвергая от всего мира, всего имущества и даже самого тела своего и воли, то как станет требовать от него Бог милостыни телесной? И если он находится в послушании и повиновении и сделался мертвым для мира, то как он может оставить святое послушание, которое есть мученичество94, чтобы идти в мир, подавать милостыню, заботиться о больных или принимать странников?

Брат: Преподобный отче, если, как вы говорите, нищие монахи, находящиеся в послушании и пребывающие в безмолвии, свободны от того, чтобы подавать милостыню, заботиться о больных, принимать странников и прочего, то в день суда не претерпят ли они то же, что и те юродивые девы, у которых не было елея в светильниках, то есть они были лишены добродетелей милости и любви?

Старец: Никак нет, брат Иоанн, потому что нищие монахи и находящиеся в послушании и повиновении, так же как и удалившиеся от шума мирского в пустыню, иначе проявляют свою любовь и милость к ближнему. От них требуется только милостыня душевная, то есть помогать брату словом во время напасти, утешать пребывающего в скорбях духовным советом о терпении скорбен, притеснений и несправедливости, молиться Богу за всех людей (см.: Еф.6:18). И эта их душевная милостыня больше и выше милостыни телесной, совершаемой мирянами, которые подают пищу, одежду и совершают иные должные дела. И насколько душа выше тела, настолько же и милостыня душевная выше телесной, как говорят об этом святой Дорофей, преподобный Нил Синайский и многие другие божественные отцы95.

Посему, брат Иоанн, перестань ублажать творящих добро в миру и осуждать монахов, нищих и пребывающих в повиновении, которым не из чего подавать милостыню телесную. Ибо знай и будь твердо уверен, что миряне, творящие милостыню и другие добрые дела, даже если бы они совершали чудеса и беседовали с Ангелами, все равно не могут достичь высоты монахов, проводящих жизнь в безмолвии, послушании и нищете ради любви Иисус Христовой.

Миряне приносят в жертву Богу пищу телесную, одежду, деньги и прочее, что они отдают церквам или нищим, в то время как истинные монахи приносят Богу в жертву хвалу уст своих, во все время. И этой жертвы хвалы Бог требует от нас больше, нежели жертв телесных, ибо послушай, что Он говорит: если бы Я взалкал, то не сказал бы тебе, ибо Моя вселенная и все, что наполняет ее. Ем ли Я мясо волов и пью ли кровь козлов? (Пс.49:12–13). И затем, указывая, каких жертв Он более всего требует от нас, говорит: принеси Богу жертву хвалы и воздай Всевышнему молитвы твои (ср.: Пс.49:14).

А истинные монахи приносят жертву благоприятную Богу – не только славословие устами и языком, но и молитву самую высокую – ума и сердца смиренного и сокрушенного, которого Бог не уничижит (см.: Пс.50:19). Но и больше того, монахи через отвержение себя и отвержение своей воли приносят самих себя во всецелую жертву, все существо свое, то есть тело и душу свою, на служение Богу и ради любви Божией, усиливаясь добровольно нести Крест Христов и следовать Ему, как научил нас Господь (см.: Мф.16:24).

Видишь, брат Иоанн, насколько благодеяния монахов выше благодеяний мирян? Потому, думаю, и сказал святой Исаак Сирин: «Не сравнивай тех, кто совершает знамения и чудеса в миру, с теми, кто безмолвствует в ведении»96. И в другом месте: «Возлюби бездействие безмолвия более, чем насыщение алчущих в миру и обращение многих народов к поклонению Богу. Ибо лучше для тебя разрешиться от уз греха, чем освободить рабов из рабства. Лучше для тебя примириться с помыслом твоим в союзе троицы, сущей внутри тебя, то есть тела, души и духа, чем примирить поучением своим враждующих. Хорошо богословствовать ради Бога, но лучше очистить себя Богу. Лучше для тебя быть кратким в слове, будучи мудрым и искусным, чем изливать поучения из остроты ума твоего, подобно рекам. Полезнее для тебя заботиться о том, чтобы поднять душу твою, впавшую в страсти, движением помышлений твоих в Божественном, чем воскрешать мертвых»97.

Ну, а теперь что ты скажешь, брат Иоанн? Будешь ли еще ублажать мирян милостивых больше, чем монахов нищих и безмолвствующих? Будешь ли еще ублажать тех, кто проповедует в миру слово Божие и примиряет враждующих, больше, чем монахов, пребывающих в молчании и повиновении и подвизающихся, чтобы через освящение жизни своей разрешиться от тяжких уз греха? Понял ли ты, брат Иоанн, хотя бы из слов этого святого, что разумно молчать – значит больше, чем источать реки поучений благодаря искусности ума? Внял ли ты тому, что больше тот, кто поднимает душу свою из падения греховного, чем воскрешающий мертвых молитвой?

Брат: Все это, преподобный отче, я понял из наставления этого святого и божественного отца. Но я весьма удивляюсь и спрашиваю себя: как могут эти монашеские подвиги, например безмолвствование, быть больше насыщения алчущих? И как может тот, кто силится разрешить себя от уз греха, быть больше того, кто освобождает множество рабов из рабства? И как может кто-либо через молчание и обуздание языка превзойти того, кто трудится в служении слова и своими проповедями приводит к Богу множество душ? Разве спасти одного только себя значит больше, чем положить душу свою за других и спасти многих своим поучением? Почему так учит этот святой отец?

Старец: Вот почему, брат Иоанн! Потому что были многие, имевшие великие дары от Бога, каков и дар слова, то есть проповедания, затем дар чудотворений, дар исцеления всякого рода болезней и даже дар воскрешения мертвых, но поскольку они не исцелились совершенно от своих немощей и страстей и забыли слово Божие, которое гласит: врачу, исцелись прежде сам (ср.: Лк.4:23), то по этим причинам они были очень уверены в своей духовной силе и дерзнули задержаться слишком долго среди людей, и, внимая их похвалам, забыли о собственных немощах, и впали сначала в самомнение, а потом и в гордость.

Затем, не имея более должного безмолвия, чтобы соединиться с Богом в молитве, дабы получить власть над своими страстями и немощами внутренними и внешними и смирить сердце свое в сокрушении и слезах, то мало-помалу ослабла их духовная сила, задремало и уснуло в них трезвение ума, и одни дошли, увы, до жалких падений в грехи – пьянства, блуда и даже в ереси и другие тяжкие страсти, и через падение свое стали большим соблазном даже для тех, кому прежде приносили пользу поучениями, и так они унаследовали ту горькую участь, которую Писание определяет для тех, кто соблазняет других (см.: Иер.44:12; Ис.34:2).

Брат: Неужели даже так может случиться, преподобный отче?

Старец: Чтобы ты яснее и правильнее понял это, брат Иоанн, послушай далее святого Исаака Сирина, который, подтверждая это, говорит: «Многие совершали силы, воскрешали мертвых, потрудились, чтобы обратить заблудших, творили великие чудеса и многих привели к Богу словом своим. А после этого сами те, кто оживлял других, впали в мерзкие и гнусные страсти и сами себя умертвили, введя в соблазн тех, кто видел их добродетель. Потому что они пребывали еще в болезни души и не заботились о здоровье душ своих, а бросились в море мира сего, чтобы врачевать души других; но сами были больны и так лишили души свои упования на Бога. Потому что еще надлежало им не видеть женщин никоим образом, не покоиться, не получать серебра и вещей и, наконец, не владычествовать над другими»98.

Брат: Я еще спросил бы вас, преподобный отче.

Старец: Спрашивай, брат Иоанн.

Брат: Я попросил бы вас сказать мне, неужели никогда никому из живущих в монастыре нельзя выходить в мир, чтобы проповедовать слово Божие или совершать другие служения на общую пользу верующих?

Старец: Знай, брат Иоанн, что святые апостолы и божественные отцы установили в Церкви Христовой благой и честной порядок. Великий апостол Павел учит нас, что все христиане вместе составляют Тело Христово, которое есть Церковь, и каждый христианин в отдельности есть член этого Тела Христова (см.: 1Кор.12:27). Но как в нашем теле каждый член имеет свое особое делание и все члены служат друг другу в необходимых потребностях, также и христиане, составляющие Тело Христово, то есть Церковь, расставлены Богом в великом и удивительном порядке. И прежде всего Он поставил в Церкви Своей апостолов, затем пророков, в-третьих, учителей или наставников, и одним дана была сила чудотворений, другим дар исцелений, дар окормления, дар говорения на языках, дар толкования и другие (см.: 1Кор.12:28).

Итак, пойми, брат Иоанн, что в Церкви каждый имеет свой дар, как дано ему свыше. Посему, кто получил дар учить других слову Божию, тот не будет осужден, если будет учить других.

Но вникни хорошенько, брат Иоанн, что прежде всего Бог поставил в Церкви апостолов, затем пророков и только в-третьих учителей. Значит, стоящий третьим не может быть первым, но должен слушаться того, кого назначил Бог быть первым в Церкви. И если тот, кто является первым, сочтет нужным послать того, у кого есть дар учительства, учить, то есть проповедовать слово Божие, то он может пойти, а если нет, то он остается под послушанием. Ибо и в теле нашем не рука управляет головой, а голова рукой и всеми прочими членами.

Брат: Но, преподобный отче, кто теперь в Церкви апостолы, ведь апостолы были только тогда, в начале, а теперь их больше нет, так как они были людьми и давно умерли?

Старец: Да, брат Иоанн, они умерли телом, как все люди, но их апостольский дар не умер, да и не может умереть когда-либо, ибо дар жив и бессмертен. Итак, дар и духовное служение апостолов Христовых унаследовали преемники святых апостолов, то есть епископы. Они через преемство и через возложение рук наследуют этот дар до нынешних дней.

Таким образом, если какой-нибудь епископ будет иметь в своей епархии человека, обладающего даром слова, он может послать его со своим благословением на служение слова. А если не пожелает послать его, тот не сможет своей властью пойти на проповедь. Ибо гласит Божественное Писание: и как проповедовать, если не будут посланы? (Рим.10:15).

Так же бывает и с пребывающими в монастырях. Если в каком-нибудь монастыре есть монахи, которые прежде всего проводят примерную жизнь и, кроме чистоты жизни, обладают еще и даром слова и хорошо ориентируются в Божественных Писаниях и учениях святых и божественных отцов, и если епископ того места, где находится монастырь, сочтет уместным послать этих монахов в другой монастырь или даже в мир, чтобы учить христиан и путеводить их ко спасению, то только так эти монахи, по воле и благословению епископа, могут идти на проповедь или туда, куда будут посланы, к общей пользе Церкви.

Об этом священные каноны учат нас так: «Если местный епископ, для пользы, захочет переместить монахов, засвидетельствованных в благочестии и честном жительстве, в другой монастырь для благопоспешения монастыря, или сочтет нужным переместить их в какой-нибудь мирской дом для спасения живущих в нем, или в другое место поставит их для управления, это не делает виновными ни монахов, ни тех, кто принимает их»99.

Но если кто-нибудь, исполнившись дерзости, уйдет из монастыря без воли своего настоятеля или, в особенности, и без воли епископа, – как надумал было сделать ты, – таковой да будет уверен, что он обольщен бесом гордости и тщеславия и идет не затем, чтобы принести пользу другим, а чтобы погубить себя и тех, кого он введет в соблазн своей непокорностью и немощами.

Ты еще почти мирянин, ибо и монахом-то еще не стал, вот диавол и вбивает тебе в голову, будто ты достиг такой меры, что можешь учить мирян! Разве ты не слышал, что говорит святой Григорий Нисский? «Никто да не возымеет высокомерия и надменности дерзновенно начинать проповедовать людям, не пройдя через длительный искус и пребывание в духовной жизни»100.

Также и божественные каноны постановляют, глася: «Не подобает мирянину проповедовать или публично учить, присваивая себе этим духовное служение. Но да последуют чину преданному от Господа, и да отверзают ухо свое перед тем, кто получил благодать учительного слова, и от него да научаются духовному, ибо в единой Церкви Бог сотворил различные члены, по слову апостола (см.: 1Кор.12:27). Святой Григорий Богослов, изъясняя эти слова, дает понять, что «это установление должно почитать, братия, и соблюдать; один да будет ухом, другой языком, третий еще чем-нибудь». И тут же добавляет, говоря: «Учащий да будет в повиновении, и сообщающий учение да делает это с радостью, и служащий да служит с усердием. Да не будете вы все языком, что достаточно ясно, и да не будете все апостолами, ни все пророками, ни все толкователями». И снова говорит: «Зачем ты делаешь себя пастырем, будучи овцой? Зачем ты делаешь себя головой, будучи ногой? Зачем ты берешься руководить войсками, будучи поставлен среди солдат?»101. А в другом месте он говорит, что «мудрость заповедует: не будь скор на слова, не тягайся с богатым, будучи беден, и не ищи быть мудрее мудрых»102. А если найдется кто-нибудь, кто преступит это правило, да будет отлучен на сорок дней»103.

Таким образом, брат Иоанн, из содержания этого правила и из сказанного ранее, думаю, ты уяснил себе, когда и кто может выходить из монастыря, чтобы идти на проповедь слова Божия в мир, и каково благоустановление Церкви Христовой о тех, кто должен учить других.

Брат: Прошу вас, преподобный отче, у меня есть еще один вопрос.

Старец: Как ты и сам видишь, брат Иоанн, наша беседа затянулась на четыре с лишним часа. Скоро должен прийти пономарь за благословением бить в било к утрене. Так что на сей раз остановимся на этом, за неимением времени на другое. Если Бог соблаговолит сохранить нас в мире и здравии, мы еще поговорим с тобой, в другой раз. А теперь помни услышанное и старайся приходить ко мне каждый раз, когда у тебя появится какое-нибудь недоумение или станет волновать искушение, и чем просветит меня Благий Бог, то я посоветую тебе.

Брат: Благодарю вас, преподобный отче, от всей души, со всем смирением и признательностью, что вы оказали любовь и терпение ко мне, грешному, столько времени потратили со мной и просветили меня советами, в которых я нуждался. Благословите и простите меня, грешного. Схожу и я в келью и тотчас приду на службу утрени.

Старец: Бог да простит и да благословит тебя, брат Иоанн, иди с миром!

Беседа 3. О снах

Что такое сны. – Искушение снами. – Подвиг монаха. – Самопознание и как его достичь. – Страсти телесные и душевные. – Уничижение. – Страсти – это бесы. – Оружия, которыми мы их изгоняем. – Добродетели и их возделание

Добрый совет будет оберегать тебя,

и правильный помысл защитит тебя.

Ср.: Притч.2:11

Старец: Куда ты идешь, брат Иоанн?

Брат: Как раз к вашему преподобию, отец настоятель, и прошу вас, если у вас есть время, исповедайте меня, ибо мне о многом нужно вас спросить.

Старец: Заходи, брат Иоанн, ибо сейчас, после утрени, и я посвободнее и меня меньше беспокоят.

Брат: Прежде всего, преподобный отче, прошу вас, простите меня, грешного, что я так редко прихожу исповедоваться, ведь прошло уже больше трех месяцев с тех пор, как я был у вашего преподобия. Правда, меня посылали на монастырское подворье, и пока я там был, я исповедовался у отца-духовника Кесария. Однако сейчас у меня много недоумений, они не дают мне покоя, и потому я пришел к вашему преподобию, чтобы вы просветили меня, ибо в прошлый раз я остался очень доволен разъяснениями, которые вы мне дали.

Старец: Скажи, брат Иоанн, а теперь какие недоумения и огорчения у тебя на душе?

Брат: На этот раз, преподобный отче, некоторые сны одолевают меня. С некоторых пор они стали тревожить меня по ночам, и я вроде как стал придавать им значение, поскольку некоторые из них сбываются.

Старец: Что это за сны у тебя, брат Иоанн, которым ты, как говоришь, стал придавать значение и считать их вещими?

Брат: Вот, преподобный отче, часто мне снится по ночам, будто кто-то должен прийти, и потом вижу, что назавтра или через пару дней он действительно приходит. Иногда мне снится множество собак, с яростью бросающихся на меня, и позже некоторые братия воздвигают против меня вражду. В другой раз мне снится, будто кто-то в меня стреляет из ружья и будто даже слышу грохот выстрела, а на другой день непременно узнаю какую-нибудь новость, хорошую или плохую. И еще многое в этом роде мне снится. И поскольку все это так или иначе сбывается, то я стал верить, что эти сны – вещие, посланные от Бога. Потому прошу вас, преподобный отче, объясните мне, как нужно относиться к этим снам?

Старец: Ты видишь, брат Иоанн, что старые бесы не дремлют, опять беспокоят тебя? Видишь, как они переменили свои ухищрения для искушения твоего? Когда ты в первый раз пришел ко мне, то сказал, что скорбишь от того, что Бог не удостоил тебя иметь видения, видеть Ангелов и тому подобное. В прошлый раз ты говорил мне, что помыслы советуют тебе тайком уйти из монастыря, без благословения, чтобы пойти в мир, строя из себя проповедника, и обратить людей к покаянию, а теперь говоришь, что начал видеть вещие сны, посланные от Бога. Однако знай, брат Иоанн, что это те же самые прежние бесы искушают тебя и теперь, только они все время меняют свое коварство – когда действуют так, а когда иначе, авось удастся обольстить тебя совершенно и ввергнуть в погибель.

Брат: И какие же это бесы, преподобный отче, о которых вы говорите, что они искушают меня?

Старец: Брат Иоанн, бесы, которые искушают тебя, – это бесы гордыни и тщеславия.

Брат: Но по какой же причине, преподобный отче, привязались ко мне эти бесы с их искушениями?

Старец: Брат Иоанн, одна из причин, по которой искушают тебя эти злые духи, та, что у тебя ум слабый и неискушенный. И знай, что многие из людей, у кого ум слабый и неискушенный, с легкостью скатываются в бездну самомнения. А бесы, когда увидят, что те начинают считать себя мудрыми и следуют своему мнению, принимаются живописать им видения и сны, кажущиеся правдивыми, чтобы прельстить их и заставить высоко думать о себе, будто они уже удостоились великих даров от Бога, потому что им бывают видения и сны, в которых открывается будущее. Об этом нас учит и божественный отец Иоанн Лествичник, говоря: «Бесы тщеславия делают слабых умом пророками в видениях и снах»104.

Брат: Но неужели, преподобный отче, у меня слабый ум потому, что мне снится столько снов по ночам?

Старец: Послушай, брат Иоанн, ум твой слаб не потому, что ты видишь сны по ночам, ведь все люди видят сны. Но ум твой представляется слабым потому, что он начал колебаться, обращать внимание на сны и считать их правдивыми и исходящими от Бога, как ты сам говоришь. Кто же не сочтет слабоумным человека, который бежит за тенью, стараясь поймать ее, или догоняющего ветер?

Брат: Но разве таков верящий снам?

Старец: Поистине таков, брат Иоанн, как это ясно показывает и Священное Писание, говоря: верящий снам подобен ловящему тень и гоняющемуся за ветром (ср.: Сир.34:2). Разве ты не понимаешь, что с помощью этих снов бесы тщеславия хотят, чтобы ты начал думать о себе высокие вещи, и таким образом ввергнуть тебя в великий грех гордыни?

Именно из этого следует, брат Иоанн, что у тебя слабый ум, что ты начал верить, будто дошел до того, что стал достойным иметь сны от Бога, и будто из этих снов можешь узнавать тайны будущего. Но поостерегись, брат Иоанн, ибо помыслы побуждают тебя витать слишком высоко, а Священное и Божественное Писание называет безумными тех, кто возносится умом из-за своих снов: сонные грезы окрыляют безумных (ср.: Сир.34:1).

Брат: Насколько я понимаю, ваше преподобие считает меня безумным и слабоумным.

Старец: Поверь, брат Иоанн, что не я считаю тебя безумным и слабоумным, но в свете Божественного Писания ты предстаешь таким, если будешь продолжать упорно верить снам.

Брат: Мне еще что-то надо исповедать, преподобный отче.

Старец: Говори, брат Иоанн, и не стесняйся, ибо и я человек грешный и немощный, потому веруй, что не мне ты это говоришь, а Богу, Который присутствует здесь, посреди нас, и от Которого никто не может скрыть ничего, ибо нет такого места, где бы Его не было и куда бы не проникло Его всеведение, как говорит нам Священное Писание: может ли человек сделать что-нибудь, чтобы Я не видел его? И есть ли место, где бы Меня не было? Разве не Я наполняю небо и землю? (ср.: Иер.23:24).

Еще будь уверен, брат Иоанн, в том, что Бог знает не только дела и слова наши, но и то, о чем мы думаем и о чем будем думать, как уверяет нас Дух Святый, говоря: Ты разумел еси помышления моя издалече (Пс.138:2). Итак, брат Иоанн, говори все, что тебе надо сказать, ибо ты говоришь это Богу.

Брат: Вот что я хочу открыть вам, преподобный отче, вот уже три года я совершаю подвиг, о котором никому до сих пор не говорил. А именно: пощусь во все дни до захода солнца, кроме субботы, воскресенья и великих праздников, прочитываю всю Псалтирь за сутки и стараюсь, насколько могу, не пропускать ни одной церковной службы, особенно утреню и святую литургию. Еще кладу тысячу земных поклонов в сутки, кроме субботы и воскресенья, в которые я кладу вдвое больше поклонов, то есть по два поясных на каждый земной поклон. Ночью стараюсь бдеть как можно дольше, довольствуясь лишь несколькими часами сна, а также стараюсь не пропускать и общих послушаний. А в праздники и в свободное время читаю Божественное Писание, жития святых и поучения святых отцов. Посему прошу вас, преподобный отче, скажите мне, хорош ли этот распорядок подвигов, которому я следую?

Старец: Я скажу тебе, брат Иоанн, хорош или нет этот твой подвиг, только если ты скажешь мне со всей искренностью и страхом Божиим, с какой целью ты начал этот подвиг и, прежде чем приступить к нему, спрашивал ли совета и благословения у духовника.

Брат: Поскольку я отдаю себе отчет в том, преподобный отче, что стою пред Богом, то скажу вам чистую правду. Я, начиная этот подвиг, не спрашивал ни у кого ни совета, ни благословения, потому что счел, что для совершения доброго дела нет нужды спрашивать совета и благословения. А поскольку вы спрашиваете меня и о том, какова была цель моего подвига, то признаюсь вам, что с самого начала и до сего дня я совершал его, чтобы через это Бог удостоил и меня, грешного, получить какое-нибудь видение рая или небес или хотя бы увидеть Ангела, потому что Божию Матерь и Господа я совершенно недостоин видеть. Да, по правде сказать, этого я просил у Бога во всех своих молитвах до сего дня.

Старец: Ну, и после стольких подвигов ты еще не удостоился какого-нибудь видения и ни один Ангел до сих пор не явился тебе?

Брат: Нет, преподобный отче, ничего я не видел до сих пор и очень огорчен этим. Видно, Благий Бог не хочет услышать мою молитву.

Старец: Знай, брат Иоанн, что ты сильно обольщен и поруган бесами и все подвиги, которые ты совершал без благословения и совета с целью увидеть Ангелов, ты совершал себе в осуждение и положил им в основание тень105.

Брат: Как в осуждение, преподобный отче? Ведь я постился и молился в поте лица своего столько времени! Разве Благий Бог презрит мое рвение и мой подвиг?

Старец: Рвение твое, брат Иоанн, было рвением безумным и безрассудным, которое привело бы тебя к верной погибели, если бы ты не открыл его сейчас. Ты говоришь, что читаешь священные книги, почему же тогда ты их не понимаешь, читая? Разве ты не слышал слова святого Антония Великого, который говорит: «Многие изнурили тело свое подвижничеством, но, поскольку не имели рассудительности, отдалились от Бога»106. Ты принялся совершать великий подвиг без совета и благословения духовника, но не услышал того же великого святого Антония, который говорит: «Монах, если можно, и каждый шаг свой, и капли воды, которые пьет в келье, должен дерзновенно сказывать старцам, чтобы не погрешить в этом»107.

Ты говоришь мне, что имел большое рвение и усердие к этому подвигу, но знай, что это рвение твое было безумным и бесовским. Бесы надоумили тебя начать этот подвиг, и они же добавляли тебе рвения, чтобы совершать его, на погибель твою. О таком безумном рвении святой и божественный отец Исаак Сирин говорит: «Тяжкой болезнью страдает имеющий злое рвение»108.

Подобное рвение не возникает в сердце человека иначе как из гордости и тщеславия, и все подвиги человека, совершенные с этим рвением, тщетны и губительны, как учит божественный отец Иоанн Лествичник109. Помни и то, брат Иоанн, что многие, увлекшись безрассудным рвением и превзойдя многими подвигами саму меру добродетели, погибли в изобретательстве своем и стали посмешищем для коварных бесов110. Святые и божественные отцы называют рвение безумное и безрассудное «дерзостью, преисполненной возношения, и безумным распадением».

Подобное рвение было у того монаха из Патерика, что молил Бога удостоить его стать подобным патриарху Исааку. Из-за этого рвения, преисполненного гордыни и устремленного к злой цели, он был поруган диаволом столь жалким образом, что стал палачом, человекоубийцей и сам закончил жизнь свою на виселице. Если хочешь подробнее узнать об этом, почитай в Патерике, в главе 7.10.

Такое же рвение, безумное и преисполненное гордыни, овладело сердцем и умом Малпаса из Едессы. Он проводил суровую жизнь, предаваясь подвигам очень тяжелым с целью достичь высокой меры и удостоиться видения тайн Духа Святого. Итак, когда он чрезмерно усердствовал в этих подвигах, нашел его сатана лишенным непобедимого оружия смиренномудрия и явился ему в лучезарном свете и сказал: «Я Утешитель и послан к тебе от Отца, чтобы удостоить тебя увидеть видение, которого ты желаешь, даровать тебе бесстрастие и впредь упокоить тебя от трудов».

А взамен это злое чудовище потребовало от Малпаса, чтобы тот поклонился ему. И этот безумец, не чуя вражеской брани, тотчас с радостью принял его и поклонился ему. Но вместо Божественных видений диавол вбил ему в голову свои мечтания и соделал его пустым для дел благих, совершаемых истины ради, и превознес его, и насмеялся над ним, внушив ему тщетное упование на мнимое его бесстрастие, сказав ему: «Теперь ты не нуждаешься в трудах и лишениях плоти и в брани против страстей и похотей», – и так сделал его родоначальником ереси молящихся111.

А когда открылось его учение, мерзкое и лживое, он был изгнан тогдашним епископом112.

Другой, подобный ему, по имени Асинас из того же города Ёдессы, сочинитель множества стихов, которые поются и доныне, проводил жизнь высокую, но взял на себя подвиги еще более суровые, пока не прославится. И вот как его обманул диавол, выманил из кельи, привел на вершину горы, которая называлась Сторий, где показал ему видение колесниц и всадников, а потом сказал: «Бог послал меня, чтобы взять тебя в рай, как Илию».

А когда он прельстил его и тот взошел в колесницу и сел, то исчез весь этот призрак, и он низринулся с огромной высоты и погиб постыдной смертью113.

Также и святой Симеон Столпник, великий подвижник и светильник антиохийский, чуть было не впал в подобную опасность и погибель, если бы Бог не положил ему на ум осенить себя крестным знамением, когда пришли бесы с колесницей и огненными конями, чтобы взять его на небо, как Илию114.

Знай еще и то, брат Иоанн, что часто случается так, что люди, которые с неистовым рвением начинают совершать великие подвиги без рассуждения и без совета и благословения духовника, доходят до сумасшествия и умоисступления. Об этом учит нас великий отец отцов, святой Антоний Великий, говоря: «Знаю монахов, которые после многих подвигов пали и дошли до сумасшествия, потому что понадеялись на свои дела и, обманувшись, не поняли заповедь Того, Кто говорит: спроси отца твоего, и он возвестит тебе (Втор.32:7)"115.

Это подтверждает и святой Иоанн Лествичник, говоря, что есть гордые сердца, которые осмеливаются начинать подвиги выше своих сил и доходят до поругания бесами116. А в другом месте тот же святой говорит: «Наказание гордому – его падение, а подстрекатель его – бес. А признак оставления его Богом есть умоисступление»117.

Посему, брат Иоанн, пойми, что безумное рвение приходит к человеку от гордости и побуждает его совершать подвиги, превосходящие его силы, без того, чтобы он познал меру своих немощей. А кто не знает своей немощи, тот всегда стоит у пропасти падения. Это утверждает и божественный отец Исаак Сирин, говоря: «Праведник, не познавший своей немощи, на лезвии бритвы совершает свои дела и никоим образом не далек отпадения»118.

Таким образом, брат Иоанн, как видишь, безумие, падение и умоисступление ожидают имеющего безрассудное рвение, который, не познав своей немощи, начинает без совета и благословения совершать подвиги великие, превосходящие его силы, с высокими и безумными целями.

Кроме всех этих свидетельств, которые ты услышал от святых и божественных отцов, послушай, брат Иоанн, и об одном случае, который я видел собственными глазами. В 1930 году в этом монастыре119 жило двое монахов, лет по двадцать пять им было. Имен их я не называю, потому что один из них жив еще, а другой умер страшной смертью.

Поначалу эти братия были хорошими и послушными, и потому настоятель старец Иоанникий хотел рекомендовать их к рукоположению в священный сан, поскольку жизнь они вели чистую, были хорошими церковниками, уставщиками и певчими и подавали большие надежды во многих отношениях. Но бес, который не дремлет, начал потихоньку нашептывать им в сердце, будто они уже в состоянии сами руководить собой в духовных вопросах. Таким образом они, начав доверять себе и прислушиваться к собственному уму, испортили свое благое устроение и не захотели более выходить из своих келий на общее послушание.

Они очень много молились, совершая продолжительное правило с тысячами поклонов в своих кельях, постились и только в субботу и воскресенье приходили на общую трапезу. А когда отец эконом шел звать их на общее послушание, они запирали дверь кельи и отвечали изнутри, говоря: «Нам нужно совершать правило, а не служение Марфы, ибо мы призваны сюда не для того, чтобы работать, как миряне», – и тому подобное.

Старец эконом отец Иларион, Бог да упокоит его душу, говорил им с кротостью: «Дорогие мои, пойдемте на послушание хоть на пару часов, чтобы не роптала остальная братия, а потом вернетесь в келью на свое правило».

Они, однако, не хотели даже слушать его и не только на послушание не шли, но и в церковь, говоря, что они достаточное правило совершают в келье. И отец эконом уходил огорченный от их двери и говорил отцу настоятелю о бунтарстве двух братий.

Отец настоятель, будучи тоже человеком весьма терпеливым и считая, что они исправятся, не очень скоро принял меры против них. Но однажды, когда отец эконом спросил его, что бы такое сделать для исправления этих братий, отец настоятель ответил ему: «Отец Иларион, вот увидишь, что с ними будет, коль они не слушаются и взялись за суровые подвиги без нашего совета и благословения!»

Так прошло некоторое время, и один из них начал выходить из кельи, особенно в субботу, приходил на трапезу, ел и просил у келаря еды и для второго. А иногда приходил и на послушание, где были мы все, но не работал, а стоял час-другой и хвалился, не переставая, своим постом и правилом. А дальше больше. Он начал говорить нам, будто ему явилась Матерь Божия и будто Спаситель пришел однажды ночью к нему в келью в окружении Ангелов с золотыми кадилами в руках, и они окадили его келью дивными благоуханиями, которые он ощущал много дней после их ухода.

Слушая рассказы этого брата, я очень удивлялся и говорил себе: «Видишь, какой великий дар получил этот брат от Бога, потому что молится непрестанно». И все братия дивились, услышав от брата об этих чудных делах, и говорили: «Ты посмотри, поскольку он ест только в субботу и воскресенье и подвизается, совершая огромное правило день и ночь, то Бог стал посылать ему видения!»

Но один старый монах, по имени Иона, упокой, Господи, его душу, сказал нам: «Да беса видел этот брат, потому что не слушается никого и делает что ему вздумается».

А мы, слыша это, досадовали на старика, что он порочит брата-отшельника. Но вот что случилось потом! Проведя несколько месяцев в таких подвигах, эти двое братий, все так же прислушиваясь только к своему уму и не спрашивая ни у кого совета, начали новый подвиг. Они раздобыли себе достаточно свечей, взяли Псалтирь и заперлись в одном пустом погребе, где и постились, не вкушая ничего, больше недели.

Настоятель, услышав, что этих двух братий нет в их кельях, огорчился и решил, что они тайком ушли из монастыря. Но однажды мы видим, что они входят в церковь, изможденные голодом, истощавшие, как покойники, так что мы все испугались. Тогда настоятель спросил их с кротостью, где они были, что так исхудали, но они не ответили ничего. Настоятель оставил их в покое и одно только сказал им: «Подумайте, что вы делаете, вы сами на себя кличете беду и становитесь посмешищем для бесов».

Прошло еще три дня после этого, и вот мы видим обоих братий с непокрытыми головами, взлохмаченными волосами, босиком и с большими дубинами в руках, они кричали и бегали по склону горы Тэчуне, за монастырем, стуча дубинами по деревьям и гоняясь за животными и людьми, попадающимися им на глаза.

Тогда один брат побежал и сообщил отцу настоятелю, говоря: «Отец настоятель, брат Алеку и брат Тоадер тронулись умом! Придите, посмотрите, как они бегают раздетые по горе!»

А отец настоятель, услышав, распорядился, сказав: «Идите скорее все и поймайте их, чтоб они не погубили и жизнь свою вместе с умом».

На задание это пошло десять братий самых крепких, и они с большим трудом поймали сначала одного, а затем другого, ибо они потом разделились: один помчался к лесу, а другой припустил в сторону монастыря Секу. Связали им руки и так привели их.

И было жалко смотреть на них: все в грязи, глаза бешеные и залитые кровью, ноги окровавлены и разбиты о камни и бревна, одежда разодрана. Они испуганно озирались по сторонам, не узнавая нас, и вырывались, пытаясь освободиться от державших их.

По распоряжению настоятеля этих двух братий отвели в их кельи, как они были, связанными веревками, и несколько братий поставлены были охранять их. Затем отец настоятель повелел всем нам собраться в церкви и начал елеосвящение, после чего распорядился, чтобы вся община постилась до захода солнца и каждый читал о них Псалтирь, а в церкви поминали их имена на всех ектениях. И так Благий Бог помог, и через несколько дней ум этих двух братий утихомирился и они, признав свое прельщение и опасность, в какой они были, пошли к настоятелю и попросили прощения. А отец настоятель, много наставлений дав им, сказал: «Все это произошло с вами потому, что вы начали подвизаться по своему разумению, без совета и благословения. И знайте, что если бы вас не заступила благодать Божия за молитвы отцов и братий, вы совершенно погибли бы».

Послушай, брат Иоанн, и о другом случае, который я тоже видел собственными глазами. В 1932 году я жил в этом святом монастыре в одной келье вместе с братом, который был старше меня по годам и уже отслужил военную службу. Звали его Василе Максим, и был он из васлуйских120 краев. Он также, без благословения и совета, взял на себя подвиг очень тяжелый. Спал он очень мало, сидя на скамеечке, ел один раз в день и постоянно читал Псалтирь, клал тысячи земных поклонов и на церковном правиле стоял неопустительно и, вначале, был очень усерден на общем послушании. Но с некоторых пор он начал возмущаться, становился непокорным и принялся роптать на настоятеля, почему, мол, он не постригает его в монахи как можно скорее, и говорил: «Я отслужил армию и у меня какой-никакой стаж, почему же он других постригает, а меня не хочет?»

Настоятель наш Иоанникий, упокой, Господи, его душу, был человеком очень твердым, терпеливым и опытным, – ибо он бывал и в Иерусалиме, и на Святой Горе Афонской, где жил некоторое время и где принял постриг. Он не спешил совершать монашеский постриг, пока не увидит в брате многое смирение, стойкость и решимость предаться в повиновение и послушание до смерти.

И вот как-то брат Василе пришел к настоятелю и стал крайне дерзко и нетерпеливо говорить ему прямо в лицо, почему-де он не постригает его в монахи. А настоятель отвечал ему: «Брат Василе, имей терпение и не заботься об этом. Учись повиновению, отсечению своей воли и послушанию, а когда придет от Бога время, я постригу и тебя в монахи».

Но брат Василе не принял во внимание совет старца-настоятеля и все время роптал, что его, мол, обошли вниманием и не постригают в монахи, и хотел любым способом достичь этого как можно скорее.

Шла вторая седмица святого и Великого поста, и настоятель Иоанникий служил Божественную литургию Преждеосвященных Даров, ибо он более двадцати лет служил всегда сам святую литургию по той причине, что не было другого священника в святом монастыре. И был распорядок его таков, что во все четыре поста он только в субботу и воскресенье приходил на трапезу, а в будние дни принимал только Святое Причастие и ничего больше.

Брат Василе, вышеупомянутый, непрестанно обуреваемый помыслом о монашестве, пошел в канцелярию святого монастыря, где ученик настоятеля был секретарем, и стал донимать его, чтобы он, в обход старца, составил прошение о его постриге в святую митрополию и отправил его как можно скорее.

Отец секретарь, не имея благословения настоятеля своего на это, сказал: «Брат Василе, я бы все сделал, но у меня нет благословения, да и почтовых марок нет наклеить на прошение».

А он сказал: «Схожу я в Тыргу Нямц, принесу марки».

На что отец секретарь посоветовал ему не отправляться сейчас в путь, поскольку теперь время Великого поста, но набраться терпения и заниматься своим правилом и послушанием. Но брат Василе, видя, что секретарь отговаривает его идти на базар, пошел в церковь к отцу настоятелю, который как раз служил святую литургию, и попросил у него благословения пойти на базар купить марки для прошения о своем постриге. Настоятель сказал ему с кротостью: «Брат Василе, не ходи, ибо попадешь в большую опасность!»

Тогда брат Василе, огорченный и разгневанный, вышел из церкви и, ни у кого не взяв благословения, отправился в путь.

Когда же он дошел до места, называемого Пырыул Алб121, и хотел войти в лес со стороны монастыря Агапия, где тропинка шла через гору, вдруг вышли ему навстречу семеро бесов в образе монахов, очень страшные на вид, в красных камилавках, как у протоиереев, и с огненными посохами в руках. И, увидев брата, один из них сказал: «А ну-ка, давайте поймаем этого пустившегося в путь без благословения своего настоятеля».

А брат Василе, услышав это, в великом ужасе бросился бежать через лес, а те семеро бесов гнались за ним. И так долго они гнали бедного брата Василе, что он едва только к заходу солнца добежал до монастыря, и был он без скуфейки, одна нога босая и вся окровавленная, оттого что он напарывался на сучья и камни в лесу, а другая обутая, одежда вся разодрана на нем, глаза красные, как кровь, лицо все в грязи, а в руках он держал палки и все время швырял их в тех семерых бесов, словно в бешеных собак.

Я случайно был на монастырском дворе, когда он вбежал через ворота, что под колокольней, увидел меня, узнал и закричал: «Брат Костика122, – ибо так называли меня тогда монахи, – не бросай меня, семеро за мной, семеро за мной!»

И потом опять стал рваться и бросаться палками, которые держал в руках, словно отбивался от собак. Швырнул одну и в мою сторону и сильно ударил меня, но я спрятался от него. А один брат, покрепче телом, а именно Нестор, бросился на него, схватил и с большим трудом удерживал его, пока не подоспели другие братия и связали его веревками и еле-еле смогли отвести в келью и уложили на кровать. А он, бедняга, с налитыми кровью глазами корчился и кричал: «Не оставляйте меня, братия мои, семеро за мной!»

Отец настоятель Иоанникий к тому времени окончил повечерие и ушел на гору Тэчуне, где он вместе с какими-то отцами ставил буковый сруб над источником подле овчарни. Я, в великой спешке и страхе, прибежал туда и сказал ему: «Отец настоятель, пойдемте скорее в долину, в монастырь! Там вернулся брат Василе Максим, он сошел с ума и все время кричит: «Семеро за мной». Братия связали его, отвели в мою келью и послали меня к вашему преподобию позвать вас, чтобы вы разрешили ему грех, ибо он ушел без благословения».

А старец сказал: «Пусть брат еще помучается, чтобы и другим был урок, кто не соблюдает послушания и благословения. Иди, брат, я скоро приду».

Примерно через час пришел отец настоятель, он сначала зашел в святой храм, взял епитрахиль, молитвенник и святой крест и направился в келью, где сидели связанный брат и другие отцы и братия. И, войдя, сказал: «Станьте все на колени» – и начал читать разрешение от клятвы и другие священные молитвы. После этого он сказал: «Отпустите его, развяжите теперь».

А братия говорили: «Отец настоятель, он убежит».

А он сказал: «Не бойтесь, когда его развязал Бог, вы его не держите более связанным».

И тотчас развязали его братия, а он был спокоен и изумленно смотрел на всех, после чего опустил голову и уснул. А отец настоятель сказал: «Оставьте его, пусть отдохнет, он очень устал и потрясен». И так он проспал до утра следующего дня, а когда проснулся, то помнил все, что с ним стряслось, и рассказывал нам, но мы для краткости записали лишь это немногое. После этого случая великий страх объял всех отцов и братий, и мы все внимали себе, как бы не сделать чего-нибудь без благословения и совета.

Итак, брат Иоанн, после свидетельств, которые я привел тебе из святых отцов, я рассказал тебе и об этих происшествиях, которые, если у тебя будет страх Божий, могут принести тебе пользу, отрезвить тебя и дать понять, в какой великой духовной опасности находятся те, кто живет своим умом и принимается за подвиги без совета и благословения настоятеля и духовных отцов.

Брат: Поистине, преподобный отче, дивен ваш рассказ и очень полезен, потому что я понял, как издеваются бесы над теми, кто принимается без благословения за добрые дела, следуя своим соображениям. Однако я недоумеваю: как может Бог презирать добрые дела человека, каковы – пост, бдение, молитва, труды и тому подобное? Ведь Он же заповедал нам делать это!

Старец: Да, брат Иоанн, Он заповедал нам делать это, но Он же и научил нас и показал, как нужно совершать добрые дела, чтобы они были угодны Ему и чтобы мы не погубили напрасно свои труды. Разве фарисей не совершал поста, милостыни, молитвы и других трудов ради добродетели, а все же он вышел из храма неоправданным пред Богом (см.: Лк.18:14)? И разве у юродивых дев не было девства, как и у мудрых, но при всем том они услышали от Жениха слово: не знаю вас (Мф.25:12)? Вспомни то, о чем мы говорили с тобой в прошлый раз: Бог смотрит не на сделанное нами, а на цель, с какой мы делаем это. Послушай и святого Иоанна Дамаскина, который говорит, что «благо не благо, когда оно не совершается по-благому»123. Также и божественный отец Максим Исповедник говорит: «Когда слышишь Писание, гласящее: Ты воздашь каждому по делам его (ср.: Рим.2:6), знай, что Бог не воздаст добром за совершенное без правой цели. Ибо суд Божий не смотрит на соделанное, но на цель соделанного»124.

Посему, брат Иоанн, послушай и пойми, что все труды, взятые тобой без совета и благословения духовника, чтобы увидеть Ангелов, были совершены с плохой целью и с рвением безумным и диавольским. И если бы ты продолжал так и дальше и не пришел исповедать их, они довели бы тебя до безумия и погибели, и жалкого падения, потому что все эти подвиги твои были плодами гордыни, тщеславия и самочиния, от которых будем молить милостивого и благосердного Бога уберечь нас.

Наша священная обязанность – молить Бога не о том, чтобы Он удостоил нас видений Ангелов или небесных видений, ибо такая молитва есть дерзость, исполненная высокомерия и бесовской прелести, которые ненавистны Богу, а молиться Премилостивому и Преблагому Богу о помощи нам достичь познания наших грехов и оплакивать их до последнего вздоха, если хотим получить милость и прощение в великий день суда.

Брат: Насколько я понимаю, преподобный отче, великое дело – самопознание. Потому прошу вас еще, преподобный, скажите мне, что такое самопознание и какую пользу оно приносит тому, кто его имеет?

Старец: Если помнишь, брат Иоанн, мы уже говорили с тобой раньше о самопознании, но поскольку ты спросил меня сейчас об этом особо, то добавлю здесь то, что не было сказано тогда.

Святой Иоанн Лествичник так говорит о самопознании: «Самопознание есть основательное понимание своих мер и нерассеянное памятование о своих самых тонких прегрешениях»125. Знай еще, брат Иоанн, и это: человек, достигший знания своих немощей и грехов, подобен сеющему семя на доброй земле. А кто не имеет знания о себе, тот подобен сеющему в море, то есть он не получает никакой пользы от своих трудов. В душе такого человека не может расцвести избранный и прекрасный цветок смиренномудрия. Тот же божественный отец Иоанн Лествичник сказал нам и эти слова: «Кто знает себя в каждом чувстве души, тот словно посеял на земле, а кто не так посеял, в том не может расцвести смиренномудрие»126. А кто достиг блаженства знания себя, тот приблизился к двум концам премудрости.

Брат: Но каковы, преподобный отче, эти два конца премудрости, к которым, вы говорите, приближается знающий себя?

Старец: По свидетельству святых отцов, брат Иоанн, два конца премудрости, к которым приближается человек, познавший себя, – это две великие добродетели: страх Божий и любовь

Богу, по слову, которое гласит: «Начало премудрости – страх Господень, а конец – любовь Божия»127.

Посему кто удостоился достичь ведения себя, если он будет все время пребывать в нем, тот достиг начала и конца премудрости и приблизился к любви Божией бескрайней. Эту истину подтверждает и божественный отец Иоанн Лествичник, говоря: «Кто познал себя, тот достиг понимания страха Божия и, пребывая в нем, достигает врат любви»128.

Таким образом, брат Иоанн, из этих свидетельств ты можешь понять, как полезно для человека знать себя. Потому и святой Петр Дамаскин сказал: «Нет ничего лучше для человека, чем знать свою немощь и неведение, и ничего хуже, чем не знать этого»129. Это сказал божественный отец потому, что понял, что знание себя – это непоколебимое основание для строящего дом души своей и корень всего духовного делания, и блаженство в Господе. Это показал божественный отец Исаак Сирин, говоря: «Блажен человек, сознающий немощь свою, ибо это ведение делается для него основанием, корнем и началом всякой благостыни»130.

Брат: Но как может человек, преподобный отче, достичь знания себя и своих немощей?

Старец: Первое, брат Иоанн, что нужно человеку для того, чтобы достичь знания себя и своих немощей, – это думать все время о своей ничтожности.

Брат: Но что значит думать о своей ничтожности? Старец: Вот что, брат Иоанн. Прежде всего человеку нужно помнить о том времени, когда он еще не пришел на землю, что во всей этой бездне вечности он был совершенное ничто и никто не мог сделать так, чтобы он существовал, а если он существует, то это только по великой благости Божией131.

Второе, пусть размыслит о том, что Бог создал его из ничего, и то, чем он является, существует только для Бога; и что Он желает, чтобы мы основывали на этом знании все наше духовное здание; и что сами по себе мы ничего не можем132.

Третье, пусть вспоминает о том, что он зачат был в беззакониях и родился в грехах (см.: Пс.50:7).

Четвертое, пусть размыслит о материальном начале своего существа и учтет; что существо его – не что иное, как мерзкое смешение семени мужчины с месячными кровями женщины, столь зловонными и противными, что человек не может выносить их смрада.

Пятое, пусть поразмыслит в себе, что ни одного мгновения он не обретается пред Богом без греха и что никогда не сможет уразуметь прегрешений своих до мельчайших подробностей, как бы опытен он ни был, как написано: грехопадения кто разумеет? (Пс.18:13).

Шестая причина, которая очень легко может привести человека к познанию себя, – это искушения, которые находят на человека по попущению Божию, что подтверждает и божественный отец Исаак Сирин, говоря: «Никто не может познать немощь свою, если не будет хоть немного искушен в том, что мучит тело или душу»133.

Седьмое, пусть размыслит человек о смерти и приводит себе на память, что после смерти тело, которое он так любит, станет пищей червей и из него будет исходить зловоние, худшее всех отправлений на свете.

Восьмое, пусть вспомнит человек, что в конце концов тело его превратится в землю, по слову Писания, которое гласит: прах ты и в прах возвратишься (Быт.3:19).

Девятое, пусть человек разберет, что он лишь за один день сказал и сделал, и обнаружит, что все это по большей части было неправильно, безумно, непрочно и плохо. И тогда он поймет, насколько немощен, насколько переменчив и нестоек он в своем благоустроении, и, может быть, тогда смирится и больше не будет полагаться на себя134.

И, наконец, человек может достичь ведения себя, если познает многообразное множество своих страстей естественных и непорочных, так же как и разнообразное множество страстей своих телесных и душевных135.

Брат: Преподобный отче, каковы страсти естественные и непорочные?

Старец: Страстями естественными и непорочными, брат Иоанн, называются следующие: голод, жажда, боль, страдание, тленность, усталость, печаль, страх и подобные им136.

Брат: Преподобный отче, но как может человек достичь познания своей немощи из этих страстей, естественных и непорочных?

Старец: Очень легко, брат Иоанн, может человек достичь познания своей немощи, если станет внимательно размышлять об этих страстях, естественных и непорочных, потому что когда он голоден, то отдает себе отчет в том, что он немощен и не может существовать не поддерживая себя едой, когда жаждет, видит, что без воды тотчас умрет. Также если усилится усталость, боль, страх и прочее, он не может их вынести, ибо не может вытерпеть и искры огня и даже малая букашка пугает его. И так, изо всего этого человек с легкостью осознает свою немощь.

Брат: А страсти плотские, преподобный отче, каковы и сколько их видов?

Старец: Плотские страсти, брат Иоанн, это следующие: чревоугодие, ненасытность, сластолюбие, пьянство, тайноядение, любовь к различным удовольствиям, блуд, прелюбодеяние, разврат, нечистота, кровосмешение, деторастление, скотоложство, злые похоти и противоестественные страсти, воровство, святотатство, мошенничество, убийство, всякое послабление телу и потакание его желаниям, особенно когда оно здорово. Затем гадания, заклинания, заговоры, чародеяния, прорицания, любовь к украшениям, легкомысленность, нега, страсть к нарядам, к косметике, трата времени, бессмысленное шатание, азартные игры, злое и страстное употребление приятных вещей мира сего, жизнь плотолюбивая, которая, одебелевая ум, делает его земляным и скотским и никогда не дозволяет ему устремиться к Богу или к деланию добродетелей.

А корень всех страстей, или, как сказал некто, их первопричины, – это следующее: любовь к удовольствиям, сребролюбие и славолюбие, из которых рождается всякое зло. Затем – рассеяние ума, соскальзывание к шуткам и срамным речам, дерзость и смех. И хорошо будет познать и такие тонкие страсти, как самолюбие, любовь к демонстративности, расслабление воли (нерадение), окаменение сердца, самомнение, саможаление, самоуверенность, самоцен, воображение о себе, щадение себя, хвастовство, угождение себе, самодовольство, самонадеянность, самооправдание, чувствительность к себе и бесчувствие к себе, – что есть смерть ума и умерщвление души прежде смерти тела137.

Брат: Но как человек через познание этих страстей достигает знания себя, преподобный отче?

Старец: Вот как, брат Иоанн. Человек мудрый и имеющий страх Божий в сердце своем, отдавая себе отчет в том, как много грехов могут овладеть им и поработить его, приходит к убеждению, что очень трудно избежать стольких зол и что нет мгновения, когда он не совершал бы какого-нибудь греха. И от этого размышления он приходит в смирение и сознание своих немощей. Этому учит нас и божественный отец Иоанн Златоуст, говоря: «Подумаем о естестве нашем, размыслим о грехах наших, познаем, кто мы есть, и этого довольно для нас, чтобы смириться»138.

Брат: А каковы душевные страсти, преподобный отче, и сколько их видов?

Старец: Если ты хочешь знать и это, брат Иоанн, тогда послушай. Страсти душевные, которые производит естество наше поврежденное и переменчивое, – это забвение, равнодушие и неведение. А когда око души, то есть ум, омрачено ими, тогда ею овладевают все прочие страсти, каковы: отсутствие благоговения, искаженная вера, то есть всякая ересь, богохульство, раздражительность, гнев, горесть, внезапная ярость, ненависть к людям, злопамятство, злоречие, осуждение, беспричинная печаль, страх, трусливость, спорливость, соперничество, зависть, тщеславие, гордость, лицемерие, ложь, неверие, жадность, любовь к материальному, страстность, привязанность к земному, праздность, малодушие, неблагодарность, ропот, зазнайство, самомнение, высокомерие, надменность, властолюбие, желание нравиться людям, лукавство, бесстыдство, нечувствие, лесть, надувательство, ирония, двуличие, согласие на грехи страстные и частое размышление о них, блуждание мыслей и самолюбие, о котором мы сказали раньше, что оно – матерь и корень всех зол. Затем сребролюбие, злонравие и злоба.

Брат: Преподобный отче, а может ли человек из познания их достичь познания своих немощей?

Старец: Брат Иоанн, как из познания их, так и из познания названных ранее человек мудрый и боящийся Бога достигает познания себя, отдавая себе отчет в том, что невозможно кому-либо совершенно избежать уязвления и порабощения столькими страстями, проистекающими из поврежденного и переменчивого естества человеческого. И, сознавая это, человек начинает уничижать себя и смиряться, и знание себя становится для него причиной всякой добродетели.

Потому, брат Иоанн, нужно предпочитать и ценить превыше всех наук знание себя139. А кто хочет спасти свою душу, тому нужно, кроме знания себя, стяжать и самоуничижение.

Брат: Но что такое самоуничижение, преподобный отче, и какую пользу оно приносит тому, у кого оно есть?

Старец: Самоуничижение, брат Иоанн, это вот что: когда кто-либо порицает и укоряет себя во всех делах своих и все время, покуда жив, считает, что он ни разу за свою жизнь не сделал ни одного хорошего дела140. Однако знай и то, брат Иоанн, что самоуничижение бывает неистинным и не приносит никакой пользы, если оно совершается только в уме и на языке, потому что Бог требует от нас быть убежденными всем сердцем и всем разумением в том, что мы действительно грешники, полные грехов и немощей.

Божественный и великий вселенский учитель святой Иоанн Златоуст говорит так: «Не только устами станем говорить, что мы грешники, но и умом; и не будем только называть себя грешниками, но и о грехах своих будем размышлять, перечисляя каждый из них по его виду»141.

Таким образом, брат Иоанн, вот это истинное самоуничижение – когда человек убежден, что он воистину грешен, и в этом убеждении порицает себя, от души каясь перед Богом и людьми. Такое самоуничижение, если оно соединяется со смирением сердца, имеет такую силу, что побеждает эти два греха – гордость и тщеславие и разрывает их, словно легкие паутинные сети.

Святой Иоанн Лествичник говорит, что гордость подобна всаднику, а тщеславие – коню, на котором восседает гордость, и затем добавляет: «Если кто-нибудь станет порицать и искренне укорять себя пред Богом, такой человек презрит гордость и тщеславие, словно неких пауков, и вместе с конем сбросит и всадника в море (то есть в глубину смирения), и так сможет воспеть Богу победную песнь: Воспоем Господу, ибо Он славно прославился: коня и всадника вверг в море (ср.: Исх.15:1142.

Вот, брат Иоанн, я и показал тебе в меру малых моих сил, что такое самоуничижение и какую пользу оно приносит человеку. Посему, брат Иоанн, я советую тебе со всей заботливостью, проистекающей из любви, привыкай размышлять о том, что я тебе сказал. И если достигнешь, благодатию Божией, истинного знания себя и искреннего самоуничижения, то больше никогда не захочешь иметь небесные или ангельские видения, но будешь пред Богом выше тех, кому бывают видения и кто видит Ангелов. Это подтверждает и святой Исаак Сирин, который говорит: «Сподобившийся видеть самого себя лучше того, кто сподобился видеть Ангелов»143.

Брат: Много пользы я извлек, преподобный отче, из всего сказанного вами и уяснил себе то, что хотел узнать. Но мне еще хотелось бы о чем-то спросить вас.

Старец: Спрашивай, брат Иоанн, и что Благий Бог положит мне на ум, то я отвечу тебе.

Брат: Как объяснить, преподобный отче, что одни святые получили от Бога дар совершать чудеса и изгонять бесов из людей, а другие имели даже дар воскрешать мертвых? Неужели, если кто-нибудь станет молить Бога ниспослать ему дар совершать чудеса, то это будет грех?

Старец: Мы, брат Иоанн, должны молить Бога помочь нам благодатию Своей, чтобы мы смогли изгонять бесов из себя, а не из других! И опять же, мы должны молиться усердно, с благоговением и сокрушением Всемилостивому и Преблагому Богу помочь нам воскресить через истинное покаяние душу нашу, мертвую в грехах, а не дерзать с бесовской наглостью просить у Бога дар воскрешать мертвых и совершать чудеса.

Брат: То есть как, преподобный отче, изгонять бесов из себя, мы же не бесноватые?

Старец: Неужели тебе трудно поверить, брат Иоанн, что мы бесноватые? Разве ты не слышал, как в церкви каждый раз, когда читается акафист Спасителю, произносят: «Иисусе, помилуй мя: не дщерь бо, но плоть имам страстьми люте бесящуюся и яростию палимую»?144 Ты что думаешь, что составивший этот акафист не знал, о чем он говорит? А если ты все-таки не веришь, то послушай святого Диадоха Фотикийского, который говорит об этом так: «До крещения Божественная благодать побуждает человека к добру извне, а сатана заключен в глубинах души и сердца; а после того, как крестится человек, бес стоит вне сердца, а благодать Божия внутри. Но и после крещения бесы остаются внутри – не в сердце, а в глубине плоти, или, как сказал бы кто-нибудь, – перед сердцем, и оттуда отуманивают ум влагою плотских наслаждений»145.

О том, что бесы находятся внутри нас, свидетельствует и святой Григорий Богослов, говоря: «Сказанное Господом, что нечистый дух, если выйдет из человека, берет с собою семь других духов и снова входит и живет в нем (см.: Мф .12:45), – это случается после крещения. Бог попускает бесам войти в крещеного по причине лукавых помыслов, слов и дел, которые совершил человек после крещения»146. И хотя враги наши, бесы, обретаются сокрытыми внутри сердца нашего действием, а не существом своим, как учит великий Григорий Фессалоникийский147, все же оттуда они борют нас посредством своих страстей, и если мы не усилимся извлечь их наружу через частое и идущее от сердца призывание имени Христа Иисуса, то они будут властвовать над нами и в веке сем, и в будущем.

Брат: А каковы, преподобный отче, бесы, борющие нас изнутри?

Старец: Страсти наши многоразличные, о которых мы говорили раньше, брат Иоанн, – они есть те бесы, которые борют нас изнутри и извне.

Брат: Но разве, преподобный отче, страсти и грехи наши могут быть названы бесами?

Старец: Святые и божественные отцы Церкви поняли, брат Иоанн, что всякая страсть, борющая нас, – это бес! Потому святой и божественный отец Ефрем Сирин говорит, что «у человека столько бесов, сколько у него страстей»148. Так же говорят и многие другие святые отцы. Потому мы часто находим в их священных поучениях, что страсти они называют бесами, и когда хотят сказать о ком-нибудь, что он борим какой-либо страстью, то не называют страсть, а беса этой страсти, говоря, что такого-то борол бес блуда149, того-то – бес гордости150, в другом месте говорится о бесе праздности151, в третьем – о бесе тщеславия152 и что бес хулы нападает на простосердечных153. И великий апостол Павел показывает нам, что борьба, которую мы ведем со страстями, – это не борьба против плоти и крови, а против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных (см.: Еф.6:12). А преподобный отец Никодим Святогорец говорит так: «Вооружитесь оружиями, которым я научу вас, чтобы умертвить ими врагов мысленных и невидимых, которые суть страсти душепагубные, и устроителей этих страстей, которые суть бесы»154.

Как видишь, брат Иоанн, страсти наши не что иное, как злые бесы, которые борют нас все время изнутри и снаружи.

Брат: Но каковы, преподобный отче, самые сильные оружия, с помощью которых мы можем изгнать бесов из души нашей?

Старец: Послушай, брат Иоанн, самое сильное и страшное оружие, с помощью которого человек может вырвать из сердца и изгнать бесов, – это престрашное имя Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Если человек станет призывать его всем сердцем, со смирением и как можно чаще, таковой, благодатию Христовой, извлечет и отгонит от себя бесов, борющих его, и рассеет их как пыль, развеваемую ветром, и они исчезнут как дым. Что подтверждает и святой Исихий Синайский, говоря:

«Тому; кто воюет внутри, нужно иметь в это мгновение следующие четыре добродетели: смирение, полное внимание, противление, молитву.

Смирение – потому что брань его против гордых бесов, противников смирения, и для того, чтобы иметь помощь Христа, Который ненавидит гордых. Внимание – чтобы сердце всегда было без всякого помысла, даже если бы он казался благим.

Противление – чтобы тогда, когда он зорко распознает приходящего, с гневом дать отпор лукавому.

Молитву – чтобы сразу после противления воззвать ко Христу воздыханиями неизреченными. И тогда борющийся увидит, как враги его рассеиваются – святым именем Иисуса Христа – словно пыль на ветру или дым, исчезающий вместе со своими призраками»155.

Знай также и то, брат Иоанн, что кроме непрестанного призывания имени Иисуса Христа нам необходимо еще вооружиться тем, что противоположно страстям.

Брат: Но что, преподобный отче, противоположно бесовским страстям?

Старец: Противоположны страстям, брат Иоанн, добродетели, то есть все добрые дела.

Брат: Но как человеку возделывать добродетели, преподобный отче, чтобы он смог изгонять из души своей бесов и страсти?

Старец: Вот как, брат Иоанн: смирением, знанием себя, самоуничижением, терпением бед и скорбей и возложением на Бога всех наших добрых дел – этим изгоняется бес гордости156;

деланием добрых дел втайне, частой молитвой и самоукорением извергается и изгоняется бес тщеславия157;

трудом изгоняется бес лености и праздности158;

памятованием о смерти, воспоминанием о геенне, постом и смирением извергается и изгоняется бес чревообъядения159;

любовью к Богу и ближнему извергается и изгоняется бес гнева и вспыльчивости и бес любви к удовольствиям160;

молитвой о благе того, кто тебя огорчил, извергается и изгоняется бес зависти и злопамятности161;

размышлением о смерти, постом и молитвой мы извергаем из себя беса нечувствия и окаменения сердца162;

любовью к Богу, смирением, воздержанием и хранением очей и ума изгоняется бес блуда163;

того же беса блуда можно изгнать, избегая дружбы с женщинами, хранением себя от лености, постом и молитвой и тем, чтобы никогда не осуждать впавшего в эту страсть или в другую164;

страхом Божиим, трезвением ума и молитвой изгоняется бес забвения165;

бдительностью и вниманием, страхом Божиим и трезвением ума изгоняются многие и весьма разнообразные бесы, осаждающие человека и наводящие на него брань, смятение и рассеянность во время святой молитвы166;

терпением бед и скорбей и благодарением Бога за все, что причиняет нам печаль и боль, изгоняются бесы хулы, ропота и неблагодарности;

плачем и добровольной нищетой изгоняется злой бес сребролюбия167;

благоразумным и рассудительным безмолвием, плачем и помышлением о смерти изгоняются бесы злоязычия и пустословия168;

верой и твердой надеждой на Бога, памятованием о смерти, предвкушением небесных благ изгоняется бес любостяжания и излишнего накопительства169;

псалмопением, молитвой, чтением священных книг и беседой с отцами, опытными в духовных вопросах, извергается и изгоняется бес гордости и уныния170;

познанием своей ничтожности, боязнью своих немощей и чистым покаянием изгоняется дух самоуверенности и самонадеянности171;

любовью и искренней молитвой за тех, кто причинил тебе зло, извергается и изгоняется бес ненависти и памятозлобия172.

Знай еще, брат Иоанн, что душа человеческая состоит из трех частей: мысленной, желательной и раздражительной, и из них рождаются три вида помыслов.

Из мысленной части рождаются помыслы неверия, неблагодарности, ропота против Бога, нерассудительности, неведения и, коротко говоря, все хульные помыслы.

Из желательной части рождаются помыслы сластолюбия и славолюбия, сребролюбия и, коротко говоря, все помыслы, называемые гнусными.

А из раздражительной части рождаются помыслы убийства, мести, зависти, ненависти, мятежничества, и вкратце – все помыслы, называемые злыми.

Поэтому тому, кто хочет вырвать и изгнать из себя эти страсти и бесов, нужно извлечь их и победить их добродетелями, противоположными им. Например:

неверие извергнуть несомненной верой в Бога,

неблагодарность и ропот – благодарением,

нерассудительность – различением добра и зла,

неведение – подлинным познанием сущего,

хуление – славословием,

сластолюбие – воздержанием и постом,

славолюбие – смирением,

сребролюбие – довольством малым,

зависть и ненависть – любовью,

мстительность – кротостью и терпением,

смятение – миром сердечным.

И чтобы сказать емко вместе с Максимом Исповедником, мысленную часть души украсим добродетелью молитвы и Божественного ведения, желательную – добродетелью воздержания, а раздражительную – добродетелью любви, и тогда ни свет ума нашего не помрачится никогда, ни помыслы, названные выше, не смогут с легкостью рождать из себя страсти173.

Таким образом, с помощью благодати Всемилостивого Бога, мы сможем вырвать и изгнать из душ наших всех бесов с их страстями174.

Вот, брат Иоанн, на немногих свидетельствах, приведенных здесь из святых отцов, я показал тебе, как можно вырвать и изгнать из души своей бесов и страсти. И, поскольку ты спросил еще, грешно ли человеку просить у Бога дар чудотворений, на этот вопрос, помимо всего того, что я сказал тебе до сих пор, добавлю и следующее.

Знай и будь уверен, брат Иоанн, что монахи, проводящие жизнь чистую в добровольном повиновении и нищете, ничем не отличаются от тех, кто совершает знамения и великие чудеса. Об этом учит и святой и божественный отец Феодор Студит Исповедник, говоря своим ученикам так: «Таким образом, и наш чин велик и достоин быть уподобленным великим чудесам, ибо нам есть чему дивиться в делах наших, если только захотим проводить жизнь чистую». Затем он добавляет: «Разве мы не изгоняем бесов из себя? Разве бранью против похотей мы не изгоняем беса блуда, трудами – беса лености, кротостью – беса гордости, терпением – беса зависти, молчанием – беса злословия и многих других страстей?»175.

Ты видишь, брат Иоанн, что страсти наши – это злые бесы? Видишь, что тот, кто изгоняет эти страсти из души своей возделанием добродетелей, тот изгоняет бесов из себя? А чтобы ты еще лучше понял это, знай, что те, кто борется и изгоняет страсти из себя, – они чудотворцы. Послушай дальше того же божественного отца Феодора Студита, который говорит: «Знай, что эту борьбу вашу, которую вы ведете против страстей, Бог принимает наравне с подвигами столпников и пустынников, совершавших чудеса, без всякого умаления или различия»176.

Вот, брат Иоанн, с помощью Благого Бога ты услышал столько свидетельств святых и божественных отцов, из которых научился тому, как может человек изгонять бесов из себя, и что истинные монахи, которые проводят жизнь чистую в повиновении и смирении и подвизаются, чтобы избавиться от страстей, уподобляются, без различия, великим пустынникам и столпникам, совершавшим знамения и чудеса!

Посему и ты, если хочешь достичь этой блаженной меры – изгонять бесов и совершать чудеса, усердно старайся проводить жизнь чистую, в добровольном повиновении, послушании и нищете и изо всех сил подвизайся, чтобы очиститься от страстей; и тогда достигнешь бесстрастия, станешь великим чудотворцем, подобным тем, кто изгоняет бесов.

Если же, прежде чем изгнать бесов из себя и очиститься от страстей, будешь иметь наглость и безумную дерзость молиться Богу, да даст Он тебе дар изгнания бесов из других и дар чудотворения, тогда, через таковую гордость, ты будешь поруган бесами. Как уверяет святой и божественный отец Исаак Сирин: «Кто молится Богу, да даст ему дар совершать чудеса или изгонять бесов, таковой искушается бесом-насмешником»177.

Тот же великий и божественный отец учит, что истинные рабы Божий не только не дерзают просить у Бога дара чудотворений, но даже если он будет дан им, они, по многому своему смирению, сочтут себя недостойными подобного дара и станут настойчиво молить Бога отнять его у них! Ибо говорит святой Исаак Сирин: «Истинные праведники не только не желают этого, но даже если дары даны им, они отвращаются от них, и делают это не только для отвода глаз, но и втайне, в душе своей. Ибо вот, один из святых отцов за чистоту свою получил от Бога дар предвидения о тех, кто придет к нему, и молил Бога отнять у него этот дар. Более того, он просил и других святых молить Бога отнять у него дар»178.

Посему, брат Иоанн, послушай и пойми, что истинные рабы Божий, для которых смирение было основой жизни, не только не дерзали просить у Бога дара чудотворений, но даже тогда, когда он им был дан, они отвращались от него и молили Бога отнять его у них. И делали это блаженные, присно поминаемые как люди Божий, для того чтобы им по причине такового дара не соскользнуть в бездонную пропасть гордыни и из святых не сделаться бесами! Более того, были такие святые, которые, имея дар чудотворений, притворялись безумными, таковыми были святые Симеон, Андрей и другие, сделавшиеся юродивыми Христа ради, чтобы поругать беса гордости и тщеславия.

Другие убегали и скрывались от людей и боролись с собой, чтобы не появляться среди людей и не быть узнанными ими, дабы не лишиться славы от Бога ради славы человеческой. Одним из них был и святой Макарий Александрийский (Городской), которому Бог ради его чистой и святой жизни и великих пустыннических подвигов ниспослал дар чудотворений. Но он все время убегал и прятался от людей.

Однажды ополчились на него бесы тщеславия, говоря ему: «Макарий, да разве для того дал тебе Бог дар чудотворений, чтобы ты зря сидел в пустыне? Какая польза тебе будет и какое воздаяние от Бога, если, получив дар изгонять бесов и исцелять всякую болезнь и немощь, ты сидишь здесь и губишь свой талант в этой пустыне? Ты не боишься, что будешь наказан Богом за то, что скрыл светильник под спудом и не хочешь поставить его на подсвечник, чтобы он светил всему дому, как заповедал Христос (см.: Мф.5:15)? Разве ты не слышал о том, что заповедал Христос: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф.5:15)?"

Это и многое другое говорили ему в уме бесы гордыни и тщеславия, желая извлечь его из тихого пристанища пустыни и ввергнуть в мятущееся житейское море, бурлящее волнами зол мира суетного и обманчивого. Но святой старец, видя себя смущаемым великой ватагой помыслов, боролся с ними и с силой противостал им смирением ума, памятованием о смерти и молитвой. Видя же, что бесы продолжают смущать его этими помыслами, он начал беседовать с ними и говорить: «Здесь, в пустыне, Бог ниспослал мне дар этот, и здесь я хочу умереть с ним, ибо у меня нет повеления Господня выйти отсюда».

А когда он увидел, что бесы все равно не оставляют его в покое своими помыслами, чтобы выгнать его в мир, он открыл дверь кельи, лег через порог – голова в келье, а ноги на улице – и стал кричать бесам: «Если у вас есть сила и попущение от Бога, тогда хватайте меня за ноги, волоките и тащите в мир, ибо Макарий сам с помощью Божией никогда не уйдет из этой пустыни!»

Увидев твердую решимость и смирение старца, бесы тщеславия удалились пристыженные и поруганные179.

Послушай, брат Иоанн, и о совершенном смирении святого Сисоя Великого, который, достигнув великого совершенства и удостоившись великих даров от Бога, не думал ничего высокого о себе. Это очень ярко проявилось при его кончине, ибо тогда, когда пришло ему время отойти ко Господу и когда у одра его сидело много пустынных отцов, вдруг просияло лицо его как солнце, и он сказал им: «Вот пришел авва Антоний».

Затем, немного погодя, добавил: «Вот пришел лик пророческий».

Тогда лицо его просияло еще более, и он снова сказал им: «Вот пришел лик апостольский».

И лицо его побелело, и он словно говорил с кем-то. Тогда спросили его старцы: «С кем ты говоришь, отче?»

А он им ответил: «Вот Ангелы пришли взять меня, и я прошу их оставить меня ненадолго, чтобы я покаялся».

Сказали ему старцы: «Но ты не нуждаешься в покаянии, отче».

На что старец ответил: «Поистине не знаю, положил ли я хоть благое начало».

И поняли все, что он совершенен. И опять внезапно просияло лицо его как солнце, и все испугались, а он сказал им: «Видите, пришел Господь и говорит: «Принесите Мне избранный сосуд из пустыни!""

И тотчас предал дух. И просиял он, как молния, а келья наполнилась благоухания180.

Видишь, как чудно духовное устроение святых Божиих? Видишь совершенное смирение совершенной души? Наступила его кончина. Все святые и блаженные чины небесные – пророки, апостолы и Ангелы – явились вместе с Богом и Создателем своим, чтобы взять с собой на небо того, кто был на земле сосудом избранным и ангелом во плоти. А он, блаженнейший человек Божий, не думал ничего хорошего о себе, считал себя совершенно недостойным идти с небожителями и молил Ангелов Божиих оставить его немного, чтобы он покаялся. А поскольку пустынные старцы, собравшиеся при преставлении его, возразили ему, что ему нет нужды в покаянии, то он отвечал им, что не знает о себе, положил ли он хоть благое начало!

О, велико бесценное сокровище смирения святых! Хорошо сказал божественный отец Иоанн Лествичник, что «смирение – это Божественный покров, не позволяющий человеку видеть свои свершения»181. Прожил этот блаженнейший отец больше семидесяти лет в пустыне, получил от Бога великий дар совершать чудеса и воскрешать мертвых словом, получил великое блаженство, когда на кончину его пришел Сам Господь наш Иисус Христос со всеми чинами небесными, а он, блаженнейший человек Божий, молил Ангелов оставить его немного, чтобы покаяться, ибо считал себя не положившим еще благого начала!

Брат: Преподобный отец настоятель, а есть ли еще другие чудеса, кроме чудес от Бога?

Старец: Знай, брат Иоанн, что настоящие чудеса бывают не иначе, как от Бога, а чудеса фальшивые и ложные многовидны и многообразны, их совершали и совершают люди злые и колдуны, к своему вечному осуждению и погибели. Не читал ли ты в Божественном Писании о бесовских чудесах, которые совершали маги фараона? Известно ли тебе, как они превратили посохи свои в змеев? Как превратили воды реки в кровь? Как заполонили лягушками землю Египетскую (см.: Исх.7:20–22; 8:7)? Но эти бесовские наваждения померкли и исчезли перед истинными чудесами, которые совершил Бог руками рабов Своих Моисея и Аарона (см.: Исх.8:18). Ведомо ли тебе об Аэндорской волшебнице, которая, по просьбе Саула, царя Израильского, вызвала из ада беса в образе пророка Самуила, чтобы прельстить Саула и ввести его в погибель (см.: 1Цар.28:7–19)? Далее, ты не читал в Хрониках, что Саул за то, что просил помощи бесов и колдуньи, чтобы узнать судьбу своего царства, был наказан Богом смертью его и трех его сыновей (см.: 1Пар.10)?

Разве ты не читал в Деяниях святых апостолов о бесовских чудесах, которые творил Симон Волхв (см.: Деян.8:9)? Не известны ли тебе слова святого апостола Петра, где он рассказывает, что этот Симон Волхв творил столько бесовских чудес в Риме, что император Клавдий и все граждане Рима почитали его за бога? Ибо этот сын диавола своими наваждениями делал так, что за ним шло множество бесов в образе людей, давно умерших, и говорил, будто своей силой он воскресил их из мертвых, а также наваждениями бесовскими делал хромых ходячими и немых говорящими, иногда у него появлялось два лица, в другой раз он превращался то в козу, то в змею, то в птицу, уподоблялся огню, и всегда он видоизменялся.

Затем на глазах у святого апостола Петра и множества народа он своими наваждениями будто воскресил сына одной вдовы, умершего на днях. Еще велел людям заклать его, и что он на третий день воскреснет. И ослепил наваждениями своими людей, и они вместо него заклали барана, которого Симон волхвованиями своими превратил в человека. Затем обещал жителям Рима, что вознесется на небо, и, всплеснув руками, стал летать по воздуху на большой высоте, носимый нечистыми духами, служившими ему.

А потом, наконец, был побежден и посрамлен на глазах у всех жителей Рима великим апостолом Петром, который, помолясь Господу нашему Иисусу Христу, сверг с неба на землю этого врага истины и сына диавола, и тот погиб злой смертью182.

Далее, брат Иоанн, не слышал ли ты о житии святого и всехвального Иоанна Евангелиста, в котором говорится о невиданных чудесах, какие совершал губитель душ великий маг Кинопс, который жил в пустыне, и ему служило множество бесов долгие годы, и он творил такие знамения и бесовские чудеса, что все считали его богом?

Он, услышав, что божественный Иоанн Евангелист проповедует Евангелие Христово в тех краях, дерзнул, этот прескверный, приказать с великой гордостью одному бесу, служителю своему, пойти умертвить святого Иоанна и привести душу его к нему. Но святой Иоанн Евангелист связал этого беса и отправил в геенну. И послал колдун другого беса, которому досталось то же. Затем он послал двух бесов из числа самых коварных и сказал им, чтобы один вошел в святого Иоанна, а другой оставался вне, чтобы посмотреть, что произойдет с первым, а затем вернуться и рассказать ему. И видя, что божественный евангелист всех посланников его отправил в геенну, он собрал всех бесов своих, и на облаках небесных они отнесли его в тот город, где проповедовал святой Иоанн.

И там начал маг наваждениями своими творить всякие бесовские чудеса и хвалиться, что жестоко погубит Иоанна. И извлек он из моря трех бесов в образе людей, давно утонувших в море, они были корабельщиками, и люди, глядя на них, узнавали их и сочли настоящими людьми, а не бесами, ибо вид их был в точности как у умерших. Затем, когда маг нырнул в море, чтобы вывести оттуда и других бесов, в образе людей-утопленников, божественный Иоанн Евангелист запечатал море знамением святого креста. И оставила мага Кинопса сила бесовская, служившая ему, и он больше не вышел из моря и там жестоко погиб вместе со всеми служителями своими, бесами. А тех трех бесов, которых маг извлек из моря в образе людей, святой Иоанн Евангелист отправил в геенну вслед за хозяином их Кинопсом183.

Еще, брат Иоанн, есть повествование о Киприане, том мудреце из Антиохии Сирийской времен императора Декия, который до того, как уверовал во Христа, был великим колдуном и чародеем и через это стал большим другом сатаны. Впоследствии, став христианином, он сам свидетельствовал о себе, что говорил с сатаной лицом к лицу и большой чести удостоился от него. Вот его слова: «Поверьте мне, братия, что я видел диавола и, принеся ему жертву, молил его и целовал его, и говорил с ним и его начальниками, и он полюбил меня, и похвалил мудрость мою, и полчище бесов дал для служения мне. Вид его был подобен цветку полевому, и голова увенчана короной, а когда он поворачивался туда и сюда, то содрогалась местность та, и множество стояло у трона его для исполнения различных распоряжений».

Колдовское искусство Киприана превосходило всякое воображение: и воздух он навык переменять; и ветры бурные вызывал; и громы сильные; и ливни великие наводил; и волны морские возмущал; пагубу и болезни на людей насылал; и в бесовской науке усердно подвизался; и по сорок дней постился и лишь после захода солнца ел, но ни хлеба, ни другой пищи не принимал, а одни только желуди дубовые; силой бесовской с мертвыми в могилах говорил. Многих своим чародеяниям он обучал: одних – летать по воздуху; других – плыть на лодках по облакам небесным, третьих – ходить по водам, и многие прибегали к нему в беде, потому что он помогал им своей силой бесовской, которой был преисполнен.

По его чародеяниям диавол принял образ девицы Иустины и пошел к любившему ее юноше, Аглаиду. А Аглаид, увидев ее, вскочил от невыразимой радости и, подбежав к ней, обнял ее и поцеловал, говоря: «Добро пожаловать ко мне, прекрасная Иустина!»

И как только произнес юноша слово «Иустина», тотчас диавол исчез, не в силах и имени святой Иустины перенести. А затем Киприан превратил Аглаида в птицу и, заставив его летать по воздуху, послал его к дому Иустины, чтобы он залетел через окошко в ее горницу!

И сам Киприан много раз принимал образ жен-шин и птиц, и своими чародеяниями он навел многие и тяжкие искушения на дом Иустины и на дома всей ее родни, соседей и знакомых, как некогда диавол наводил многие искушения и беды на Иова. Ибо он умерщвлял их скот, слуг поражал всякими болезнями и самих их ввергал в неисчислимые бедствия. Затем он поразил Иустину тяжкой болезнью, так что она лежала на одре, а мать горько плакала по ней. И покрылись язвами скот и слуги ее, так что разнеслась по всему городу весть о напастях, обрушившихся на Иустину. И это потому; что Иустина была дева-христианка, имеющая великий страх Божий, и противилась Киприану184.

Затем, брат Иоанн, припомни и житие святого Льва, епископа Катанского, чудотворца, где написано о великом кудеснике по имени Илиодор, который превзошел бесовскими чудесами Ианния и Иамврия, Симона Волхва и всех чародеев, бывших до него. Ибо в нем была огромная сила бесовская, и он был преисполнен колдовского и чародейского мастерства, которому научился у одного жида-чародея.

Послал он Илиодора в полночь на боярские могилы и велел влезть там на столб и ждать, пока придет некто страшного вида, но пусть он не боится его, а просит у него все, что только захочет. Итак, когда он пошел по совету того жида-чародея на кладбище и стал там на столбе, прискакал к нему диавол верхом на олене и спросил, чего он хочет и что ему нужно от него. А проклятый Илиодор сказал: «Хочу, чтобы ты дал мне все, что я ни пожелаю».

А диавол сказал ему: «Если отречешься от Христа твоего, тогда, чего бы ты ни пожелал на свете, дам тебе!»

А окаянный и пребезумный Илиодор тотчас вслух отрекся от Христа, и тогда сатана дал ему в услужение одного беса из числа самых сильных, чтобы тот повиновался ему и помогал исполнять все, что тот хотел. А проклятый Илиодор очень обрадовался помощи, полученной от сатаны, и с того часа стал чинить много зла верующим христианам не только в городе и Катанской митрополии, но и во всех городах и селах острова Сицилии.

Однажды, когда на городском рынке женщины шли по своим делам, этот проклятый Илиодор сделал их сущим посмешищем, ибо своими бесовскими наваждениями сделал так, что широкая река хлынула посреди города, а женщины, чтобы не намокли их платья, задирали их сколько могли, так что видна была их нагота и все люди смеялись над ними.

Затем камни и щепки он превращал в золото и продавал их людям за большую цену, а когда те их покупали, снова превращал в камни и щепки и так причинял большой ущерб покупавшим. Дочерей боярских из знатных и почитаемых родов он соблазнял и совокуплялся с ними, а затем через окно вылезал и убегал от них.

И из-за множества совершенных зол стал преследовать его Иераклид, воевода, посланный от Константина, императора греческого. Когда тот прибыл на Сицилию и хотел связать Илиодора и отвести его в Константинополь на суд императора, он чародеяниями своими завел воеводу и свиту его в баню и велел им мыться, а когда те сняли одежду, он в мгновение ока доставил их в Царьград и представил голыми перед императором. Император, увидев такое издевательство над собой, приказал тотчас отрубить им головы! А Илиодор попросил воды попить, вошел в чашу, словно муха, и вмиг возвратился в город Катанию в итальянской Сицилии.

А во второй раз, уже будучи пойман и связан, когда хотели уже отрубить ему голову, вышли из плеч его два шара, взмыли вверх, под крышу дома, протаранили ее, и оттуда вылетел проклятый Илиодор и стал невидим, в мгновение ока снова оказался в Сицилии и продолжил творить дальше свои бесовские знамения и чудеса.

Затем прескверный дерзнул войти в церковь Христову, чтобы ввести в большой соблазн христиан, стоявших на молитве, и чародеяниями своими надругаться над Пречистыми Христовыми Тайнами. Но поймал его святой Лев, епископ Катанский, служивший тогда святую и Божественную литургию, связал омофором своим и повелел людям, бывшим там, собрать много дров и разжечь большой костер. А когда огонь разгорелся во всю силу, святой Лев на глазах у великого множества верующих вошел вместе с ним в горящее пламя и не вышел оттуда, пока чародей тот проклятый не сгорел и не превратился в прах и пепел. А обжигающий огонь даже к облачениям святого Льва не коснулся185.

Это я напомнил тебе, брат Иоанн, что написано в Ветхом Завете, Деяниях святых апостолов и житиях святых, но не подумай, что только в те времена совершались бесовские чудеса и чародеяния. Ибо, как я сказал тебе вначале, до скончания века сатана и его служители не прекратят обманывать и прельщать людей бесовскими чудесами, которые вовсе не суть чудеса, но наваждения и обман сатанинский. Об этом Спаситель наш Иисус Христос предупредил нас, говоря: в последние времена восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных (Мф.24:24).

Также и великий апостол Павел предупреждает нас, что перед концом света придет антихрист – человек греха и сын погибели, который воспротивится Богу и превознесется выше всего, называемого божественным и святым, и который по действию сатаны придет со всяческой силой и знамениями, и чудесами ложными (см.: 2Фес.2:3–4,9). И святой Андрей Кесарийский в «Толковании на Апокалипсие» говорит, что антихрист наведет ужас на людей своими чудесами186.

Посему; брат Иоанн, уразумей и храни в памяти то, что слышишь, ибо как антихрист, так и предтечи его – лжепророки и лжехристы – по действию и силе сатаны будут творить великие чудеса и знамения, чтобы, если возможно, прельстить даже избранных.

Затем знай еще, брат Иоанн, что этой же силой бесовской и колдовской индийские йоги совершают сегодня многие знамения и чудеса диавольские, которыми изумляют и обманывают не утвержденных в истинной вере православной. Ибо эти йоги, по вдохновению лукавых духов, разгадывают дела людей, могут видеть на расстоянии, перемещают предметы с места, вызывают феномены «материализации», проходят сквозь огонь и не обжигаются, висят в воздухе, вызывают рост дерева за несколько часов, покрывают листьями сухое дерево и совершают множество других знамений необъяснимых, которые, собственно говоря, не суть чудеса, а дела сатанинского колдовства, которых, Христос предупредил нас, надо беречься со всемерным старанием187.

Знай еще, брат Иоанн, и о ложных и фальшивых чудесах, которые совершают спириты действием и посредничеством нечистых духов. Ибо они, отдалившись от благодати Божией и истин правой веры, внимают духам-обольстителям, как о том пророчествовал апостол, говоря: в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям и учениям бесовским (1Тим.4i1). При помощи и по обольщению бесов, которым они служат, спиритам удается совершать множество чудес и наваждений сатанинских, среди которых и такие:

1. Передвижение тяжелых предметов при прямом контакте, но без всякого усилия со стороны человека (например, стакан или указатель на медиумической планшетке движутся сами).

2. Нанесение ударов и простых прикосновений к нашему телу невидимым образом, а также создание звуков такой же природы.

3. Изменение тяжести предметов. (С помощью определенных психических приемов различные тела могут становиться легче или тяжелее; при определенных обстоятельствах вес их становится таким большим, что их невозможно сдвинуть с места. Подобные случаи могут происходить и с определенными людьми с медиумическими наклонностями.)

4. Передвижение тяжелых предметов, находящихся на некотором расстоянии от медиума, а, следовательно, совершаемое без всякого контакта с ними.

5. Поднятие тяжелых предметов над землей с помощью невидимой силы.

6. Поднятие над землей некоторых людей и их парение по воздуху. У Крукс отмечает, что лично зафиксировал три подобных случая поднятия на воздух.

7. Передвижение малых предметов без всякого контакта с ними.

8. Световые явления.

9. Феномены рук, светящихся собственным свечением как в темноте, так и при обычном освещении.

10. Самописание, происходящее на некоторых сеансах без чьего-либо вмешательства. Сообщения, передаваемые «спиритами», записываются сами собой, когда никто не прикасается к ручке.

11. Возникают видения в образах и формах.

12. Они производят отдельные феномены, из которых явствует вывод о воздействии некоего внешнего разума.

13. Производят различные проявления знамений более сложного характера188.

Вот, брат Иоанн, сколько «чудес» творят бесы для спиритов, служащих им. Если диавол, по попущению Божию, лишь одним своим когтем может перевернуть землю на другую сторону (см. житие преподобного Серафима Саровского189) и если он, по попущению Божию, все имения праведного Иова и всех его детей в одночасье погубил огнем, низведенным с неба, сжег стада его, то что за труд для него переставлять предметы с одного места на другое, к восхищению спиритов, и если они разинув рот смотрят на дела святого Киприана, что он и гром производил силой бесовской, когда еще был чародеем, до того как уверовал во Христа, то что за труд диаволу производить звуки и удары перед спиритами, прельщенными им? Если святой Аверкий, епископ Иерапольский, великий чудотворец, заставил бесов пронести идольское капище из Иераполя до Италии, через моря и страны, то что за труд бесам перемещать предметы с места на место и делать их легче или тяжелее с помощью своих наваждений, чтобы прельстить не утвержденных в истинной вере?

Если ты увидел из рассказанного ранее, что великие чародеи Симон, Кинопс и Илиодор летали по воздуху и в мгновение времени переносились через моря и страны, при услужении нечистых духов, то что за труд для беса поднять предметы спиритов и некоторых людей в воздух, ввысь? Если, по свидетельству великого апостола Павла, сам сатана принимает вид Ангела света (2Кор.11t14), то что за труд для бесов, прислуживающих спиритам, превратиться в световые явления, показать им светящиеся руки и другие призраки в образе света?

Если, как я показал тебе, говоря о видениях, идущих от бесов, они принимают вид Христа, Богородицы, Ангелов, святых и любой другой образ, то что за труд для бесов принять на сеансах спиритов эти небесные образы, чтобы обмануть людей и ввергнуть в погибель? И если перед концом света, по свидетельству Божественного Писания и святых отцов, антихрист со служителями своими будет совершать великие знамения и чудеса силой сатаны, которая будет в нем, так что ужаснет всех людей своими бесовскими чудесами; и если, как показывают святой Ефрем Сирин, святой Ипполит Римский и другие святые отцы190, антихрист будет передвигать с места горы и острова морские, будет ходить по водам как посуху, будет исцелять многие болезни, делать слепых зрячими, воскрешать мертвых и совершать другие великие знамения с помощью своих наваждений, тогда сколько же ребячества, сколько безумия и неутвержденности в правой вере проявляют те, кто верит в игралища бесов и в призраки, являющиеся спиритам, и считает их настоящими чудесами? И если они теперь верят в эти малые призраки, то как пребудут тверды в истине тогда, когда сам дракон великий будет ужасать мир своими наваждениями?

Однако, брат Иоанн, у нас речь идет не об одних спиритах и индийских йогах, служащих бесам, но и обо всех тех, кто занимается так называемыми оккультными науками, каковы гипнотизеры, магнетизеры, теософы, и тех, кто занимается белой и черной магией, самовнушением, хиромантией и всем подобным этому, ибо всех их ожидает одна участь вместе с чародеями и лжепророками в день Страшного суда, потому что все они уклонились от пути истинных чудес, совершенных Господом Богом и Спасителем нашим Иисусом Христом и всеми святыми Божиими, и с помощью обмана и бесовских наваждений притворяются чудотворцами, чтобы прельстить непросвещенных и не утвержденных в истине Евангелия Христова. Ибо, не искушая Бога и не выведывая силы, вложенные Богом в человека, а молитвой, возносимой к Богу с несомненной верой и помощью, и действием Святого Духа могут

быть совершены подлинные чудеса.

Брат: Преподобный отец настоятель, из того, что вы рассказали мне до сих пор, я понял, что есть много видов чудес фальшивых и ложных. Одни из них совершают колдуны, чародеи, заклинатели и индийские йоги при посредстве и с помощью бесов, другие совершают занимающиеся оккультными науками, каковы спириты, теософы, гипнотизеры, практикующие магию черную и белую, и другие подобные им, и их чудеса фальшивы, потому что не совершаются по порядку подлинных чудес, но или при посредстве нечистых духов, или через искушение Бога и дознание и использование сил, вложенных Богом в человека. Но мне, чтобы я смог уяснить себе истину и отделить ее от лжи, хотелось бы знать, каков признак истинных чудес, идущих от Бога, и я прошу вас, скажите мне хотя бы вкратце об этом.

Старец: Брат Иоанн, знай, что истинные чудеса отличаются от ложных по ряду признаков, в числе которых и следующие:

1. Быть достойными имени Божия и содержаться в Священном Писании и Священном Предании.

2. Совершаться средствами, какими совершали чудеса Спаситель и Его святые.

3. Не отрицать друг друга и не противопоставлять одно другому.

4. Не противоречить Священному Писанию и священной традиции.

5. Иметь целью спасение души человеческой.

6. Приносить пользу и содействовать духовной жизни, а не смерти и греху.

Совершающий чудо должен:

1. Говорить только правду, проводить жизнь непорочную и не преследовать личных интересов и эгоистических целей.

2. Исправлять нравы тех, кто видит чудо.

3. Придавать им уверенность и силу Духа Божия.

4. Свидетельствовать о действии Промысла Божия191.

Все истинные чудеса могут быть совершены только во имя Иисуса Христа и в Церкви Христовой, ибо Церковь, по свидетельству великого апостола Павла, столп и утверждение истины (1Тим.3:15). Она хранит в незыблемости канон истины192. «Где Церковь, – говорит святой Ир иней, – там Дух Божий, и где Дух Божий, там Церковь и всякая благодать, а Дуя есть истина» (1Ин.5:7)193.

Вот, брат Иоанн, это самые главные и подлинные признаки для познания различия между чудесами истинными и чудесами фальшивыми и ложными. Посему хорошо запомни их, ибо это очень нужно знать не только священникам и монахам, но и всем добрым христианам, чтобы не отойти от истины, особенно сейчас, когда близится время лжепророков и чудес, совершаемых ими с помощью наваждений от бесов.

Брат: Преподобный отче, я благодарю вас от души за то, что вы просветили меня и в этом отношении. По милости Божией, по благодати Пречистой Его Матери и молитвами вашего преподобия буду стараться и я, грешный и непотребный, не забывать того, чему научился, и следовать этому в меру моих слабых сил.

Старец: Бог да поможет тебе, брат Иоанн, во всем, что ты желаешь сделать во благо, но будь внимателен и трезвись во все время, ибо противник наш диавол ходит, как лев, ища, кого поглотить (см.: 1Пет.5:8). Усердствуй как можно чаще в святой молитве, не оставляй чтения священных книг, заботься о бдении и воздержании и всякий раз, когда почувствуешь, что враг начинает смущать тебя помыслами и недоумениями, приходи и исповедуйся, чтобы я дал тебе совет и наставление.

Не забывай Священное Писание, которое гласит: когда брат с братом советуются и помогают друг другу, они как твердая крепость и непобедимое царство (ср.: Притч.18:18–19).

Этими словами, брат Иоанн, завершим разговор наш, с помощью Божией. Вот в церкви закончили чтение акафиста и бьют в било к святой литургии. Беседа наша, начавшись после утрени, растянулась на пять с лишним часов, дал бы только Бог, чтобы она послужила тебе на пользу. Пойдем-ка и мы в святой храм!

Брат: Благословите, преподобный отче, и простите меня, грешного, что я столько трудов доставил вам своими вопросами. Приду и я тотчас в храм.

Старец: Бог да простит тебя, брат Иоанн, и да помилует. Иди с миром!

Беседа 4. О снах более подробно

Что такое сны, видения, мечтания, Божественные откровения, прозорливость и предсказания. – Сны и состояние человека. – Как избежать прельщения снами. – Что говорят каноны о снах. – У кого бывают видения и откровения. – О признаках благодати и признаках прелести. – Как распознать Божественные видения и откровения

Кто верит снам, тот совершенно

неискусен, а кто не дает им

никакой веры, тот мудр.

Лествица 3:28

Брат: Благословите, преподобный отче!

Старец: Бог да благословит тебя, брат Иоанн! А куда ты идешь и как твои дела?

Брат: Я к вам иду, преподобный отче, потому что подумал, что вы сегодня посвободнее, так как нынче праздник и церковная служба закончилась. Поэтому я попросил бы вас, если вы не рассердитесь, разрешить мне, грешному, расспросить вас еще о многом, что нужно мне и что вводит меня в недоумение.

Старец: Что ты еще хочешь узнать, брат Иоанн, и каковы теперь недоумения твои?

Брат: Я вспоминаю, преподобный отче, что в советах, которые вы мне дали в прошлый раз, вы много раз обращали мое внимание на то, чтобы я не верил снам, видениям и прочим мечтаниям подобного рода. Однако до сих пор не объяснили мне и не сказали ясно, что такое сны и видения, какие мечтания и видения хорошие и каковы плохие. Потому прошу вас в этот раз, преподобный отче, немного разъясните мне это.

Старец: Но почему тебе непременно хочется знать это, брат Иоанн?

Брат: Вот почему, преподобный отче. С некоторых пор мне стали сниться весьма дивные сны. Будто вижу я себя в каком-то великолепном храме, украшенном золотыми паникадилами и подсвечниками, чудесным иконостасом и разнообразной настенной росписью. И будто вижу в храме священников в прекрасных и сверкающих облачениях. Иногда вижу себя в святом алтаре, и те священники благословляют меня, и я слышу, как они поют церковные песнопения предивными голосами. И что удивительно, мне это снится не только когда я погружен в глубокий сон, но и лишь только вздремну слегка, почти бодрствую. Хорошо ли будет, преподобный отче, если я буду считать, что эти сны истинные и идут от Бога?

Старец: Чтобы разъяснить тебе, брат Иоанн, то, о чем ты меня спрашиваешь, я сначала отвечу тебе на предыдущий вопрос – о снах, видениях и мечтаниях, потому что пока ты не будешь четко знать, что они собой представляют и каково различие между ними, ты не сможешь понять, хорошо ли считать истинными те сны, которые, как ты говоришь, снятся тебе.

Брат: Прошу вас, скажите мне, преподобный отче, вкратце, что такое сны?

Старец: Сон, брат Иоанн, есть не что иное, как движение ума нашего, когда мы спим194.

Брат: А видения – это что такое, преподобный отче?

Старец: Видения, брат Иоанн, – это некие явления, воспринятые наяву оком ума, будь то в состоянии бодрствования организма, будь то во сне или в полусне, будь то в состоянии восхищения или изумления195.

Брат: А мечтания что такое, преподобный отче?

Старец: Мечтание, брат Иоанн, – это не что иное, как один только обман зрения, в то время как ум спит, или еще: мечтание – это исхождение ума, когда тело бодрствует, или мечтание – это лицезрение того, чего нет196.

Брат: Я, преподобный отче, слышал, что многие говорят об откровениях. Прошу вас, скажите мне, что такое откровения и каково различие между откровениями и видениями.

Старец: Брат Иоанн, откровение – это нечто большее, чем видение, потому что видение являет человеку какие-либо тайны, тогда как откровение являет человеку вещи более глубокие, чем то, что бывает видимо. Так святой Иоанн Богослов называет в Апокалипсисе чудесами то, что он видит, но он не знает, что это такое, поэтому ему открывает это Ангел, дающий ему откровение: И сказал мне Ангел: что ты дивишься? я скажу тебе тайну жены сей и зверя, носящего ее, имеющего семь голов и десять рогов (Откр.17:7).

И святой Макарий говорит, что «одно дело – видение и озарение, и другое – откровение; существуют ощущение, видение и озарение. Имеющий озарение выше имеющего ощущение (то есть выше того, кто видит что-либо ощутимым образом), ибо его ум озарился и он воспринял нечто большее, чем тот, у кого есть только ощущение, потому что ему дана благодать не только видеть, но и понимать то, что он увидел»197. Далее, показывая, что откровение больше видения, он говорит: «Однако иное есть откровение, ибо посредством его раскрываются душе дела великие и тайны Божий»198.

Брат: Я еще слышал, преподобный отче, о даре прозорливости; посему прошу вас, скажите мне, что такое прозрение и чем оно отличается от видения и откровения?

Старец: Прозрение, брат Иоанн, больше видения, но намного меньше откровения и пророчества. Имеющий дар прозорливости видит, словно у него на глазах совершается то, что происходит далеко, то есть знает, что происходит вдали от него; например, что к нему идет кто-то или какие-то злодеи убивают человека где-нибудь далеко, и тому подобное. Имеющий дар прозорливости также может знать тайны, сокрытые в глубине сердца другого.

Итак, его дар больше, чем у имеющего видение, которое тот только видит, но не понимает его, но меньший, чем у имеющего дар пророчества и откровения. Ибо пророчествующий не только знает то, что происходит в этот час где-то далеко, но и видит то, что имеет произойти в будущем, через сотни и тысячи лет. А имеющий откровение, опять же, видит и понимает великие Божественные тайны199.

Брат: А предсказание – это что, преподобный отче? Ибо я слышал от некоторых, что оно тоже дар Божий.

Старец: Предсказание, брат Иоанн, – это ветвь пророчества, но о вещах более близких [по времени], так же как и прозрение, потому что имеющий этот дар говорит о том, что случится вскоре200.

Брат: Благодарю вас со всем смирением, преподобный отче, что вы разъяснили мне вкратце, что такое сны, что видения, что такое мечтания и откровения, что такое пророчество, прозрение и предсказание. Однако кое о чем из этого, преподобный отче, я дерзнул бы попросить у вас разъяснений более подробных. Прежде всего я попросил бы вас сказать, как может человек узнать, от Бога его сон или от бесов. Потому что многие люди были прельщены и ввергнуты в погибель, поспешно положившись на свои сны.

Старец: Ты хорошо сделал, брат Иоанн, что надумал поставить и этот вопрос, ибо крайне необходимо знать, как отличаются сны хорошие от снов плохих и губительных.

Прежде всего приведу тебе свидетельство святого Диадоха Фотикийского, который четко учит о различении снов, говоря так: «Сны, посланные душе от человеколюбия Божия, суть неложные свидетельства здоровой души. Они постоянны в своих образах, ни ужасают чувств, ни вызывают тотчас смеха или плача, но приближаются к душе со всей кротостью, наполняя ее радостью духовной. Поэтому и после того, как тело пробудилось ото сна, душа ищет со многим желанием, чтобы продлилось действие сна.

А в мечтаниях, наведенных бесами, все бывает наоборот. Бесовские привидения постоянно изменяются в своем содержании. Ибо то, чего не имеют бесы по свободной воле, они заимствуют только из желания обмануть, это не может насытить их на долгое время. Потому они говорят о вещах великих и угрожают сурово, часто принимая вид воинов, а иногда поют в душе с восклицаниями. Но ум, распознав их по этим признакам, когда он чист, будит тело, а иногда даже радуется, что смог распознать их коварство. Поэтому, изобличая их часто даже во сне, он ужасно разъяряет их.

Но случается иногда, что и хорошие сны не доставляют радости душе, а вселяют в нее сладкую печаль и неболезненные слезы. Но это случается с теми, кто весьма преуспел в смиренномудрии»201.

И, показав это различие, святой добавляет: «Мы показали, как слышали от тех, кто опытом познал различие между снами хорошими и плохими... Конечно, это различие точное. Но случается, что душа, незаметно осквернившись по той причине, что была окрадена каким-либо помыслом (от чего, думаю, никто не застрахован), более не может точно различать их и верит тем снам, которые нехороши, как хорошим»202.

Но поскольку есть сны, которые приходят к человеку и не от Бога, и не от диавола, а рождаются от плохого настроя души и от невоздержания в пище и питии, то о такого рода снах святой Диадох говорит: «Когда ум наш плавает в волнах пития, то он не только со страстью смотрит во сне на образы, нарисованные бесами, но и сам выдумывает определенные красивые видения и пламенно обнимает свои мечтания, словно неких возлюбленных. Ибо, разгорячив свои члены, служащие плотскому совокуплению, теплотою сна, ум вынужден представить себе некую тень страсти»203.

Брат: А может ли человек, преподобный отче, узнать устроение своей души из сновидений, движущихся в его уме во время сна?

Старец: Да, брат Иоанн. Если человек будет мудр и внимателен, он может узнать свое душевное устроение из сновидений, которые у него бывают во время сна. Это ясно показывает преподобный отец Никита Стифат и Студит, который в этой связи говорит так: «Для старательного возможно понять из сновидений движения и устроение своей души и позаботиться о своем настрое, потому что и движения тела, и мечтания ума бывают соответственно его внутреннему устроению и его заботам.

Итак, если у кого-нибудь душа – любительница материального и наслаждений, то ум его грезит о приобретении вещей и насыщении деньгами, об образах женщин и страстных сплетениях, оскверняясь которыми он доходит и до осквернения тела. Если он алчен и сребролюбив, то видит только золото, которое он пересчитывает, преумножает и складывает в сокровищницы, и таковой осуждается как немилостивый.

Если он гневлив и завистлив, то видит, как его преследуют звери и ядовитые пресмыкающиеся, и бывает охвачен страхом и тревогой. Если высокомерен и тщеславен, то желает высокого положения, властных кресел и всенародной любви, и то, чего еще нет, он обдумывает так, как если бы это было настоящим. Если он горд и преисполнен хвастовства, то видит себя едущим в блистательной карете, и будто у него есть крылья и он летает по воздуху, и будто все трепещут его владычества.

Также и любящий Бога, будучи усерден в делании добродетели и праведен в подвигах благочестия и имея душу, чистую от материального, видит во сне исполнение будущих событий и откровение страшных видений, и, поскольку всегда молится, у него мирное устроение души и тела, а проснувшись ото сна, он обнаруживает на лице своем слезы, а в устах – речь к Богу»204.

Дав это разъяснение, тот же преподобный добавляет о снах, говоря: «Одни из описанных выше сновидений бывают у людей материальных и плотолюбивых, чей бог – чрево и укоризненное насыщение, а ум омрачен жизнью ленивой и порабощенной страстям, их [сны] наводят на них и ими играют перед ними бесы, а другие сны – у людей усердствующих и очищающих чувства своей души, и добротворения, которые они видят, служат для них побуждением к Божественному и к преспеянию, и иные сны бывают у людей совершенных, в ком действует Божественный Дух и кои соединились с Богом через душу свою богоглаголивую»205.

Брат: Преподобный отче, внимательно слушая слова преподобного Никиты Стифата, я понял довольно ясно, что как преуспевшие в добродетели, так и страстные, если будут внимательны к своему устроению телесному и душевному, смогут распознать из снов, которые бывают у них, свое благоустроение или страсти, борющие их и обладающие ими. Но я попросил бы вас, преподобный отче, скажите мне, есть ли еще святые отцы, которые говорят об этом?

Старец: Другой отец, брат Иоанн, который, как и преподобный Никита Стифат, говорит об этом, – это божественный и святой отец Максим Исповедник. Он, объясняя, что человек может распознать свое преуспеяние и возрастание в бесстрастии по движению своих снов, говорит так: «Когда душа начинает чувствовать свое собственное здоровье, она начинает смотреть и на сонные грезы как на нечто пустое, ее более не волнующее »206.

Затем, говоря о страстях и о том, как распознать из снов об их возрастании, он пишет: «Когда возрастает похоть, ум грезит во сне о предмете своих удовольствий, а когда возрастает ярость, видит вещи, вызывающие страх. А чтобы страсти возрастали – это делают нечистые бесы, пользуясь нашим нерадением, и они же [бесы] возбуждают их [страсти]. Умаляют же их святые Ангелы, подвигая нас к деланию добродетелей»207.

У святых отцов, брат Иоанн, много иных поучений о снах. Я сейчас приведу тебе еще одно свидетельство, святого и божественного отца Иоанна Лествичника, о снах, которые случаются у новоначальных в монастырях.

«Когда мы, – говорит он, – оставляем дома наши и сродников ради Господа и начинаем отшельническую жизнь из любви к Богу, тогда бесы силятся возмутить нас снами, показывая нам родственников, как они плачут или сидят в темницах из-за нас, или терпят другие страдания. Потому верящий снам подобен человеку, бегущему за своей тенью, чтобы поймать ее»208. Затем добавляет:

«Бесы тщеславия – это пророки в снах; будучи прелукавы, они догадываются о будущих событиях по имеющимся обстоятельствам и затем возвещают нам, что они сбудутся, чтобы, если они сбудутся, мы удивились и вознеслись мыслью, будто достигли дара бесстрастия и проникновения в будущее. Кто верит бесу, тому кажется, что он пророк, а кто его презирает, тот сознает, что бес всегда лжив. Как дух, он видит происходящее в воздухе и, заметив, например, что кто-то умирает, во сне предсказывает это легкомысленным. Сами по себе бесы не имеют никакого знания о будущем, но известно, что иногда и врачи могут предсказать нам смерть»209.

Брат: Из сказанного вами, преподобный отче, в связи со снами я понял, что очень опасно доверять своим снам, потому что бесы многих прельщают через сны. Потому прошу вас, преподобный отче, скажите мне, какие добродетели нужно совершать человеку, чтобы избежать прельщения снами?

Старец: Брат Иоанн, чтобы человеку иметь ум и сердце, просвещенные и непрелыценные мечтаниями обманчивых сновидений, равно как и всеми мечтаниями, наводимыми бесами как во сне, так и в состоянии бодрствования, ему нужно стараться стяжать два великих и многоохватывающих качества – любовь и воздержание. Это мы понимаем из учения о снах святого и божественного отца Максима Исповедника, который говорит так: «Одни говорят, что бесы, прикасаясь во сне к определенным частям тела, возбуждают блудную страсть; затем возбужденная страсть вводит в душу через припоминание образ женщины. А другие говорят, что они (бесы) являются уму в образе женщины и, прикасаясь к частям тела, возбуждают желание, и так появляются мечтания. Иные, опять же, говорят, что страсть, господствующая в бесе, приближающемся к нам, возбуждает страсть, и так душа возжигается к помыслам, принимая сначала образы посредством воспоминания. Также и о других мечтаниях одни говорят так, а другие иначе. Но ни одним из названных способов бесы не могут воздвигнуть никакую страсть, если в душе пребывают любовь и воздержание, обретается ли тело в состоянии бодрствования или в состоянии сна»210.

Брат: А не будет ли лучше, преподобный отче, совсем не верить снам, и что говорят святые отцы о вере в сны?

Старец: Чтобы разъяснить тебе это, брат Иоанн, думаю, достаточно привести тебе одно из свидетельств святого Иоанна Лествичника, которое гласит: «Кто верит снам, тот вовсе неискусен, а кто не дает им никакой веры, тот мудр». Затем, показывая, каким снам можно было бы верить, говорит: «Итак, верь только тем снам, которые возвещают тебе муку и суд, но если они приводят тебя в отчаяние, то они тоже от бесов»211.

А святой Диадох Фотикийский в этой связи говорит так: «Довольно для преуспеяния в самой высокой добродетели не доверять никакому мечтанию. Ибо сны чаще всего не что иное, как образы мыслей или, как я уже сказал, насмешки бесов»212.

Брат: Преподобный отче, а что постановляют священные и божественные каноны в отношении снов?

Старец: Брат Иоанн, священные и божественные каноны в отношении пустых снов и видений постановляют то же, что и святые отцы, ибо священные каноны были составлены также святыми. Знай еще и то, брат Иоанн, что святые и божественные отцы, составившие священные каноны, крепко держались учения святых, бывших до них, постановив в священных канонах, чтобы все учения отцов, написанные в согласии с учением Спасителя и учениями и преданиями святых апостолов, имели в Церкви Христовой силу закона (87-е правило св. Василия Великого)213.

И поскольку многие божественные отцы запрещали верующим верить в сны и непроверенные видения, то Собор святых отцов, созванный в Карфагене в 418 году, постановил 94-м правилом, что всякая церковь, которая будет воздвигнута где бы то ни было на основании какого-либо пустого сна или видения, должна быть разрушена! Вот содержание канона (правила): «Алтари, где бы то ни было поставленные по сновидениям и суетным откровениям некоторых людей, да будут всемерно отвергаемы»214.

И это постановили святые и божественные отцы потому, что вера в сны – языческое занятие и верящие снам подобны идолопоклонникам.

Есть, однако, и сны от Бога, но святой Григорий Нисский в «Слове об устроении человека», глава 13, говорит, что такие сны встречаются очень редко и бывают только по значительным причинам, касающимся общего блага. Но тогда Бог являет безусловные доказательства, что сон послал Он.215

Еще есть сны, возникающие по причинам чисто естественным.

В «Синопсисе» митрополита Иакова Путнянула написано так: «Всякий верящий в сны и чародеяния, колдовство и амулеты и другие бесовские дела – беззаконник и находится вне Церкви Христовой»216.

Брат: До сих пор, преподобный отче, вы достаточно рассказали мне о снах, потому прошу вас, расскажите мне подробней о видениях и откровениях.

Старец: И что бы ты хотел узнать, брат Иоанн, в этой связи?

Брат: В связи с видениями и откровениями, преподобный отче, я хотел бы прежде всего узнать, в каком состоянии находится человек, когда ему бывает видение или откровение, и как происходит восхищение его ума и изумление в это время? Может ли ум человека во время восхищения и изумления еще совершать что-нибудь из того, что естественно ему, и отдает ли себе человек в это время отчет в том, в теле он или вне тела?

Старец: На этот раз, брат Иоанн, ты задал мне вопрос очень тонкий и едва постижимый, совершенно превосходящий малую силу моего разумения, так что я скорее отказался бы отвечать на него, будучи совершенно неопытен в переживании таких великих состояний, как это. Но поскольку у меня случайно оказались под рукой некоторые поучения святых отцов, испытавших это на своем опыте и постигших это жизнью своей, то отвечу, для просвещения твоего, на то, о чем ты меня спрашиваешь.

Во-первых, приведу тебе свидетельство святого и божественного отца Григория Фессалоникийского, великого богослова и прозорливца, который в одном из состязаний с Акиндином касательно восхищения ума и изумления, бывающих во время небесных видений, говорит: «Божественное восхищение достойных этого таинства бывает так. Когда они бывают восхищены, они удостаиваются Божественного и неизреченного сияния, которое, тотчас восхищая их ум из всего чувствуемого и мыслимого и их самих вознося превыше самих себя, делает их целиком светом, так что кто переживает это блаженное изменение и просвещение, превысшее разумения, тот, вышедши из всего, даже из самого себя, более не отдает себе отчета в такое время, находится ли он в теле или вне тела.

Ибо ум, будучи во власти этого великого и Божественного сияния, которое лучше и превыше естества, более не может совершать естественное ему. Ибо если бы он понимал что-нибудь из того, что происходит с его состоянием, тогда он уже не был бы в Боге и не был бы восхищен в то, что превыше ума. А если это неизреченное сияние оставляет его и он возвращается в себя, тогда сознает, что в то время он был вне себя и переживал нечто дивное и превосходящее его естество, и воистину не знал, был ли он в теле или вне тела»217.

Знай и то, брат Иоанн, что ум, будучи восхищен Божественной благодатью, хоть он и делается превыше своего естества, но не мятется и не претерпевает какой-либо перемены к худшему, как это происходит со лжепророками, колдунами и теми, кто путается с бесами, что он остается чистым и безмятежным, переменяясь к лучшему и превысшему естества, пребывая в изумлении и удивлении218.

По свидетельству святого и божественного отца Григория Фессалоникийского, т. е. Паламы, и по свидетельствам всех святых отцов, называемых трезвящимися219, «если кто-нибудь не удостоится сияния в сердце (которое называется и единоипостасным, потому что остается в душе по навыку, а не появляется и исчезает по разумению), то есть прежде всего не осияется сердце, ум того не может быть восхищен к Богу. Потому что ум, будучи направляем сиянием, которое умножается в сердце и преизливается, как говорит Иосиф Калофети, восходит или возносится к Божественным откровениям силы Божией, к Его премудрости и благости, и бывает восхищен к присносуществующим и естественным свойствам Бога, бывшим прежде создания мира и имеющим быть, и к другим предметам таинственным и неизреченным, которые соблаговолит Дух Святой открыть уму и в меру его чистоты»220.

И святой Симеон Метафраст, толкуя слова святого Макария, говорит: «Свет, который осиял блаженного Павла апостола на пути и которым он вознесен был до третьего неба и услышал неизреченные тайны, не был неким светом разума и знаний, но сиянием в душе силы Духа, Благого по Ипостаси, на преизбыток сияния Которого не будучи в силах смотреть, его телесные глаза ослепли. Через этот свет открывается все ведение и Сам Бог бывает познан душой достойной и возлюбленной Им» (гл. 139)221.

Итак, Божественная любовь, – которая называется страшной и которая находится в сердце, – только устрашает и изумляет душевные силы того, кто охвачен любовью, но, однако, не выводит его из чувств, по святому Григорию Синаиту222. А восхищение, после того как произойдет эта страшная любовь, и из чувств выводит ум, носяший Бога, и одно только дыхание остается в человеке.

Потому сказал и божественный Нил, что молитва совершенных имеет предводителем некое восхищение ума и выход за пределы чувств223. Потому и Афанасий Великий сказал: «Знаю, что апостол Павел был восхищен, но как он был восхищен, не знаю»224. И божественный отец Максим Исповедник говорит: «Когда и сам способ, который Бог, желая того, использует, остается всегда и для всех невыразимым». А святой Григорий Богослов говорит так: «[Бели бы] апостол Павел [мог выразить, что означает] выход за пределы чувств, когда он шествовал на третье небо, когда возносился, то, может, мы больше постигли бы Бога и тайну восхищения»225.

Помни и то, брат Иоанн, что очень немногие отцы получили откровение этой тайны, и едва из рода в род находятся те, кому она вверяется, по благодати Божией, как говорит святой Исаак Сирин226.

Потому и святой Григорий Фессалоникийский, этот великий богослов Церкви Христовой, тайну восхищения назвал в «Житии святого Петра Афонского» «стяжанием труднопостижимым, и трудноизъяснимым, и труднодостижимым»227.

Брат: На этот раз, преподобный отче, воистину дивные вещи я услышал от вашего преподобия, потому что вы подробно рассказали мне, какими обретаются ум и душа, равно как и тело человека, в то время, когда он удостаивается быть восхищенным от Бога умом и ему открываются великие и Божественные тайны. И все эти учения достойны удивления и всецелого доверия, поскольку это не слова вашего преподобия, но самых великих святых и богословов Церкви Христовой, каковы Григорий Богослов, Максим Исповедник, Григорий Синаит, Симеон Метафраст, Антоний Великий и другие божественные отцы.

Старец: Да, брат Иоанн, эти свидетельства, будучи свидетельствами святых и божественных отцов, переживших на опыте сказанное ими, могут быть приняты как подлинные и истинные, со всецелым доверием. И если не хочешь впасть в заблуждение ввиду видений и откровений, не принимай ни от кого других учений, ибо многих прельстили бесы своими наваждениями, а те и сами не понимают своего прельщения, и других хотят прельстить и увлечь в погибель своими мечтаниями.

Брат: Но, преподобный отче, в какое время удостаивается кто-либо иметь от Бога видения и откровения? И потом, я хотел бы знать, если можно, каким тайнам научается ум человека во время этих восхищений и как он видит их?

Старец: По свидетельству святых и божественных отцов, брат Иоанн, те, кому дано блаженство удостоиться восхищения ума, изумления, небесных видений и божественных откровений, те только во время молитвы удостаиваются этого228.

Святой Нил Синайский говорит в этой связи: «Молитвенный настрой есть бесстрастный навык, ибо любовь бескрайняя восхищает ум любомудрый на умопостигаемую высоту»229.

Послушай, брат Иоанн, и святого Максима Капсокаливита, который, говоря о том, что человек во время молитвы удостаивается Божественных восхищений ума и изумления, пишет так: «Когда нисходит благодать Божия в человека, тогда прекращается молитва, потому что умом всецело владычествует благодать Пресвятого Духа и он более не может действовать своими силами, но остается бездейственным и подчиненным только Святому Духу. И куда хочет Дух Святый, туда и ведет его: или на невещественное небо Божественного озарения, или в другое видение неизреченное... И, кратко говоря, как хочет Дух Святый, так Он и утешает рабов Своих»230.

И поскольку ты спросил и о том, какие тайны познаёт человек во время этих восхищений, скажу, что тот, кто удостоился от Бога войти в эти восхищения и изумления, тот видит в это время вещи и тайны высокие, каких он больше никогда не видел.

Это подтверждает тот же святой Максим Капсокаливит, отвечая святому Григорию Синаиту, который спрашивал его об этом: «Когда благодать Святого Духа нисходит на кого-нибудь, то не являет ему что-либо обыкновенное или чувственное из мира сего, но показывает ему то, что он никогда не видел и не слышал. Тогда ум человека бывает научен Духом Святым тайнам высоким и сокровенным, которых, как говорит божественный апостол Павел, ни око телесное человека не может видеть, ни ум не может сам по себе постичь когда-либо (см.: 1Кор.2:9231.

И еще, брат Иоанн, поскольку ты спросил, как видит их [тайны] ум того, кто находится в восхищении и видении. Святой Максим Капсокаливит учит так: «Воск, когда он далеко от огня, тверд и его можно взять рукой, а если его поставить на огонь, он тает, возгорается и весь превращается в свет. И уже не может ни растаять на огне, ни растечься, как вода. Так же и ум человека, когда он один, не соединен с Богом, то понимает то, что в его силах, а когда приближается к огню Божества и Духу Святому, то возгорается и тает от Божественных созерцаний, и невозможно ему там, в огне Божества, думать о телесном и о том, о чем он хотел бы»232.

Брат: А каковы, преподобный отче, признаки благодати Божией во время таких восхищений и видений?

Старец: О признаках благодати Божией, брат Иоанн, во время небесных видений и восхищений ума учит нас тот же святой и божественный отец, говоря: «Когда приближается к человеку благодать Духа Святого, она делает его внимательным и смиренным, наводит ему памятование о смерти, грехах, суде и мучении вечном, делает душу легко умиляющейся, плачущей и сетующей о себе, а глаза – кроткими и полными слез.

И насколько она приблизится к человеку, настолько покорнее становится душа и [благодать] утешает ее святыми страстями Господа нашего Иисуса Христа и бескрайним Его человеколюбием, вызывая в уме его видения высокие и истинные: сначала о силе Божией, неохватной умом, как Он одним Словом привел все творения из небытия в бытие, затем о неисследимости и непостижимости Святой Троицы и о необозримой бездне Божеского существа и другом. Тогда ум человека возносится к тому Божественному свету и сердце делается кротким и источает плоды Святого Духа: радость, мир, долготерпение, благость, любовь, смирение и другие. И испытывает душа радость неизреченную»233.

Также о признаках благодати во время восхищения ума святой Макарий Великий пишет так: «От благодати во время восхищения ума бывают: радость, мир, любовь, истина – и эта истина побуждает человека искать истину»234.

Также божественный отец Павел, подвизавшийся на горе Латро, будучи спрошен своим учеником о признаках благодати во время восхищения ума, говорит: «Благой свет Благого [Духа] вызывает радость, и освящает и наполняет душу светом, радостью и благостью, и делает ее кроткой и человеколюбивой»235.

Брат: Преподобный отче, а признаки прельщения и заблуждения как можно распознать? И что за свет видит тот, у кого бывают видения от бесов?

Старец: Брат Иоанн, о признаках прельщения и заблуждения послушаем прежде всего святого Макария Великого, Египетского, который указывает на них, говоря: «А виды прельщения и греха вызывают смятение, в них нет любви и радости о Боге. Ибо как цикорий похож на салат-латук, но он сладок, а тот горек, так же и благодать подобна истине, и в ней есть ипостась истины. И как вкус отличает горький цикорий от сладкого салата, так же и смятение, а не умиротворение сердца отличает проявление бесовского заблуждения от проявления благодати»236.

Эти свидетельства святого и божественного отца Макария о признаках заблуждения и благодати да напечатлеются в уме твоем, брат Иоанн, потому что по смятению или умиротворению сердца ты сможешь распознать ясно и очень четко, будет ли искушать тебя когда-либо бесовское прельщение или это истинное посещение Божие.

И поскольку ты спросил также и о том, что за свет видит человек, когда ему бывает какое-нибудь видение от бесов, то послушай прежде всего ответ преподобного отца Павла Латрского, который говорит: «Свет силы вражией имеет вид дымящегося огня и подобен чувственному огню. Когда его видит душа смиренная и чистая, то находит его неприятным и гнушается им»237.

Еще и божественный отец Максим Капсокаливит так говорит о свете, который является в видениях бесовских: «Иные признаки прелести, и иные благодати. Когда злой дух прелести приближается к человеку, то смущает и его ум и парализует его, сердце ожесточает и омрачает, наводит на него боязнь, страх и надменность, глаза повреждает, расстраивает мозг, приводит в дрожь тело, показывает ему в призраках свет, но не сияющий и чистый, а красный, и делает ум его исступленным и диавольским, и побуждает его произносить слова непотребные и хульные. И дух прелести, если он является человеку много раз, делает его вспыльчивым и преисполняет его всего гневом и гордостью, и он не знает, что такое смирение и истинный плач и слезы, но всегда хвалится достижениями своими, без застенчивости, без Бога, им владеют страсти, и, короче говоря, он совсем сходит с ума и доходит до совершенной погибели»238.

Брат: Благодарю вас, преподобный отче, ибо и на этот раз я многое уяснил себе и много пользы получил от поучений святых отцов, которые вы привели в ответ на мои вопросы. Но чтобы мне еще более утвердиться в том, о чем я вас спрашивал, прошу вас, если вам известны и другие свидетельства святых отцов о бесовских прельщениях, приведите мне их.

Старец: Если ты хочешь и других свидетельств, брат Иоанн, чтобы еще лучше уяснить себе это и увериться, тогда послушай и святого Диадоха Фотикийского, который описывает состояние ума во время видений, хороших и злых, говоря так: «Не нужно сомневаться в том, что, когда ум начинает обретаться под сильным действием Божественного света, он делается совершенно прозрачным, так что достаточно видит свой собственный свет. Это случается, когда сила души берет власть над страстями, а все то, что является ей в определенной форме – или как огонь, или как свет, все это делается по козням бесов»239. А печатью на всем сказанном о прелести бесовской да будут тебе слова святого и всехвального апостола Павла: И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света (2Кор.11:14).

О прельщающих видениях Евагрий монах говорит так: «Смотри, чтобы не обманули тебя злые бесы каким-нибудь видением. Но имей попечение об этом, обращаясь к молитве и призывая Бога, чтобы, если видение от Него, Он просветил тебя, а если нет, скоро отогнал бы прелестника; и дерзай, ибо не смогут устоять псы, когда ты пламенно упорствуешь в беседе с Богом. Ибо они тотчас будут далеко отогнаны с помощью Божией, будучи побиты невидимым и неявным образом...

Справедливо будет, чтобы не осталась для тебя неизвестной и та уловка, что на время бесы разделяются между собой. И если ты хочешь просить помощи против одних, то приходят другие в образе Ангелов и прогоняют тех первых, чтобы ты был прельщен ими, возомнив себе, будто это Ангелы»240. И еще говорит: «Не желай видеть Ангелов или Христа в чувственном образе, чтобы тебе совсем не сойти с ума, приняв волка за пастыря и поклонившись бесам-врагам»241.

Брат: Из сказанного до сих пор, преподобный отче, я очень хорошо уяснил себе то, что касается снов хороших и плохих и видений прелестных и идущих от Бога. Потому прошу вас, просветите меня и касательно откровений от Бога, по каким признакам их можно распознать?

Старец: Если ты хочешь узнать и это, брат Иоанн, тогда запомни, что главных признаков, по которым можно распознать откровения, идущие от Бога, три, а именно:

1) высота открываемых в них поучений,

2) их Божественная чистота и

3) их сила изменять людей к лучшему.

Это признаки внутренние, и их можно распознать, только когда откровение хорошо известно и исследовано в духе смирения и благоговения. Этот дух делает блаженным того, кто предается таковому исследованию.

А в Божественности откровения мы можем убедиться и по внешним признакам, каковы чудеса и пророчества, к которым можно добавить и нравственные качества личности, через которую совершается откровение242.

Знай еще и то, брат Иоанн, что если откровение от Бога, тогда оно целиком вписывается в рамки Божественного Писания и учения Церкви. Иными словами, оно не содержит никакого нового учения, которое могло бы хоть мало-мальски противопоставить себя древним учениям, то есть содержащимся в священных книгах и в Священном Предании. Эта истина основывается на словах Самого Спасителя, Который говорит: Если царство разделится само в себе, не может устоять царство то (Мк.3:24).

С другой стороны, у нас есть и свидетельства божественного апостола Павла, который говорит: Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема (Гал.1:8).

Брат: Прошу вас, скажите мне, преподобный отче, как являются видения и откровения от Бога?

Старец: Брат Иоанн, Божественные видения и откровения Бог посылает главным образом людям святым и весьма преуспевшим в смирении, рассудительности и самопознании. Но иногда Бог посылает видения и обычным людям. Но только тогда Бог удостаивает кого-нибудь видений, когда желает совершать дела спасения как ради того, кому бывает видение, так и ради других людей243.

Бог иногда открывает Свои тайны и неверующим, если они искренни в своей жизни, чтобы послужить верующим. Потому что Бог пользуется не только людьми, но и животными, деревьями и другими неодушевленными тварями в плане Своего Божественного Промысла, привлекая всю тварь к действованию во спасение людей244.

И если ты слышишь, брат Иоанн, что Бог иногда посылает видения и откровения даже неверующим, то не вообрази, будто Он совершает это когда угодно и с кем угодно. Потому что это случается очень редко и по Божескому избранию и снисхождению к некоторым людям, которые искренни в своем неведении, и главным образом когда Сердцеведец находит среди них того, через кого Он явит волю Свою ко спасению и исправлению многих.

Это, однако, не означает, что мы должны принимать во внимание сны и видения, кому бы они ни приключились. Этому нас учит преподобный Никита Стифат, говоря: «Не все сновидения истинны, и не всем они являются, но только тем, кто очистил свой ум, и просветил чувства души, и вознесся горе, к естественному созерцанию, у кого больше нет никакого попечения о мирском и о нынешней жизни, и кто пребывает в долгом неядении и всецелом воздержании, в поте и трудах о Господе; в душе которых поселились святость, ведение Бога и благая премудрость; которые проводят ангельскую жизнь, а нынешняя их жизнь сокровенна в Боге, которые преуспевают в священном безмолвии и воссели на престоле пророков Божиих»245. Потому говорил Бог Моисею, сказав: если будет у вас пророк Господень, то Я откроюсь ему во сне, в видении буду говорить с ним (ср.: Чис.12:6).

Таким образом, как видно из свидетельства этого преподобного отца, не нужно принимать во внимание сны и видения всех, но только тех, кто преуспел в нестяжании, воздержании и безмолвии и совершенно отверг заботы века сего и кто, через всецелое воздержание, очистился от страстей и удостоился получить от Бога дар пророчества, как Моисей и другие пророки.

А если мы сказали ранее, что иногда Бог показывает видения и некоторым обычным людям, то там же мы отметили, что это встречается очень редко, а все редкое в Церкви Христовой не может иметь силу закона, как учат нас святые и божественные отцы.

Брат: Я еще попросил бы вас сказать мне, преподобный отче, всегда ли тот, кому бывает сон или видение от Бога, может понять его сам или он нуждается в ком-то, кто раскрыл бы ему его значение?

Старец: Знай и пойми хорошенько, брат Иоанн, что почти всегда тот, кому был какой-нибудь сон или видение небесное или прелестное, не может с легкостью понять его, если у него не будет от Бога дара распознания и различения духов, и особенно если он не спросит того, у кого есть такой дар от Бога. Это мы видим достаточно ясно из многих свидетельств Священного Писания.

Например, мы читаем в Ветхом Завете, что Навуходоносор, царь Вавилонский, не смог сам понять снов, которые послал ему Бог, пока не призвал святого пророка Даниила, который Духом Святым, бывшим в нем, рассказал царю и сон, и его толкование (см.: Дан.2). Тот же святой пророк Даниил истолковывает Валтасару царю, сыну Навуходоносора, видение тех трех слов, которые таинственная рука начертала на стене его дворца во время пира и которые предвещали падение его царства (см.: Дан.5).

Читаем также, что Иосиф истолковывает в темнице сны главного виночерпия и главного хлебодара фараоновых. А после того как Бог вывел его из темницы, он же толкует фараону сны о семи коровах тучных и семи тощих, и о пшеничных колосьях пустых и полных, что предвещало семилетнее изобилие и семилетний голод, что вскоре было исполнено (см.: Быт.40; 41).

Но, может, кто-нибудь скажет, что это случалось только с неверующими, каковыми были Навуходоносор, Валтасар и фараон, которые из-за неверия своего не смогли понять тайны своих снов и видений? Дело, однако, обстоит не так. Ибо Божественное Писание ясно показывает нам, что не только они одни не могли понять снов и видений, но не мог даже Даниил пророк, исполненный благодати Духа Святого. Ему тоже не были даны все ключи для раскрытия смысла и истолкования тайн видений и откровений, посланных ему Богом, ибо и он нуждался в толкователе, превосходящем его в ведении. Так было с видением четырех зверей, выходящих из моря (см.: Дан.7), с видением козла и овна (см.: Дан.8), с пророчеством о семидесяти неделях и годах (см.: Дан.9:24–27) и другими. И тогда, когда он их не понимал, Бог послал Архангела Гавриила растолковать их ему, чтобы он понял виденное и слышанное.

Вот сами слова пророка, для убедительности: когда я, Даниил, увидел это видение и искал значения его, вот, стал предо мною как облик мужа. И услышал я от средины Улая голос человеческий, который воззвал и сказал: «Гавриил! объясни ему это видение!» (Дан.8:15–16). И при истолковании пророчества о семидесяти неделях и годах снова слышим пророка, говорящего: когда я еще продолжал молитву, муж Гавриил, которого я видел прежде в видении, быстро прилетев, коснулся меня около времени вечерней жертвы и вразумлял меня, говорил со мною и сказал: «Даниил! теперь я исшел, чтобы раскрыть тебе ум» (ср.: Дан.9:21–22).

То же мы видим и в Апокалипсисе, где Сам Господь Бог и Спаситель наш Иисус Христос является в видении святому и божественному апостолу и евангелисту Иоанну и затем посылает к нему Ангела, который делает ему известными тайны Божественных откровений, явленных ему (см.: Откр.1:1).

Также и божественный апостол Петр не понял тайны видения полотна, спускающегося с неба, пока не услышал голос с небес, разрешивший его недоумение, и пока не был послан Ангел Божий к Корнилию сотнику, чтобы возвестить ему нужное для спасения (см.: Деян.10).

Таким образом, брат Иоанн, из сказанного доселе и из других мест Священного и Божественного Писания мы можем ясно понять, что не всегда тот, кому бывает какое-нибудь видение или откровение, может понять его сам. Поэтому он не должен поспешно верить ему, считая, что может понять его сам и не нуждается в ком-нибудь более опытном. Ибо, если у кого-нибудь будет такое кичение помыслов, что он станет доверяться собственному разуму и мнению, то он непременно будет поруган бесами, как и случалось уже со многими из таковых.

В подобных случаях мы имеем великую нужду во многом испытании виденного и вопрошении искусных, чтобы не понять его ошибочно и не подвергнуть себя опасности. Божественный богослов, апостол и евангелист Иоанн советует нам в этой связи, говоря: Возлюбленные! не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они (1Ин.4:1).

Если же тот; кому было видение или сон, не найдет никого, кто был бы в состоянии разъяснить его, то намного лучше и безопасней для него будет не обращать на это никакого внимания и не давать ему никакой веры, чем слишком поспешно верить в виденное, толковать его своими силами и подвергать себя опасности.

Брат: Благодарю вас, преподобный отче, со всем смирением и признательностью за все разъяснения, которые вы мне дали до сих пор касательно снов и видений. Из сказанного вами я понял, что одно свойство имеется у сна, другое у движения ума во время видения и третье – во время откровений.

Посему прошу вас еще, скажите мне и это: как можно четко понять различие между снами, видениями и откровениями? Ведь очень легко может случиться, что у кого-нибудь будет во сне простое сновидение, а он, по причине неопытности, поверит, будто ему было видение. Или опять же: у кого-нибудь будет простое видение, а он поверит, будто удостоился великого откровения от Бога. И так впадут в заблуждение и тот, и другой, неправильно расценив то, что они видели и что им приснилось.

Старец: Ты неплохо сделал, брат Иоанн, надумав спросить у меня и об этом различии, ибо действительно многие заблуждаются, принимая свои простые сны за видения и считая видения Божественными откровениями. Но не я, грешник и невежда, буду отвечать тебе на этот вопрос, а преподобный Никита Стифат и Студит, который ясно различает как раз то, о чем спросил ты.

«Из того, что грезится в снах, – говорит он, – одно бывает снами, другое видениями и третье откровениями. Сны – это то, что не остается в грезах ума неизменным и безмятежным, но переменяется из одного в другое. От того, что грезится таким образом, не бывает никакой пользы, а сама греза исчезает после пробуждения ото сна. Потому и нужно не обращать на них внимания.

Созерцания или видения остаются неизменными и не переходят одно в другое, но пребывают напечатленными в уме и не забываются долгое время. И через представление вещей они показывают то, что имеет быть, доставляют пользу душе просвещением, умилением, устрашают и приводят в трепет того, кто видит их, и тем самым совершенствуют его.

А откровения совершаются превыше всякого чувства чистой и пресветлой души, они подают силу к размышлению о дивных вещах и к совершению их и таинственно научают сокровенным тайнам Божиим, и доносят нам речи пресветлые, и полностью изменяют нас в мирском и человеческом отношении»246.

Из свидетельства этого преподобного отца, думаю, ты достаточно уяснил, брат Иоанн, каково различие между снами, видениями и откровениями. Как видишь, сны – не что иное, как образы мыслей и простые движения ума, которые наводят разнообразные и нестойкие грезы во время сна, грезы, которые быстро видоизменяются одна в другую, не длятся долгое время и вносят смятение в ум, а иногда и в чувства, после того как человек проснется ото сна.

Видения – это то, что является человеку во время сна, а иногда в состоянии между сном и бодрствованием или во время изумления. Они не изменяются слишком быстро, но остаются в памяти многие годы и часто показывают человеку образы будущего, которые приносят пользу душе своим видом, приводя его в большую печаль и попечение о своих грехах, в великий страх Божий и умиление, в смирение и любовь к Богу и ближнему.

А откровения – это созерцания, которые Бог являет душе, совершенной в смирении и всякой добродетели, и они происходят всецело превыше чувств и разумения души чистой, ибо несут в себе дивные и великие тайны Божии. И человек во время откровений не отдает себе отчета в том, в теле ли он находится или вне тела, как свидетельствует нам о том великий и божественный апостол Павел (см.: 2Кор.12:3).

Брат: Благодарю вас от всего сердца и со всем смирением, преподобный отче, что вы полностью разъяснили мне это, но мне еще хотелось бы о чем-то спросить.

Старец: Спрашивай, брат Иоанн.

Брат: Преподобный отче, являются ли откровения, совершавшиеся и совершающиеся доныне, после Господа Иисуса Христа и святых апостолов, частью Божественного откровения, содержащегося в Священном Писании и Священном Предании? И имеют ли эти откровения такую же силу и значение в плане спасения рода человеческого?

Старец: Знай, брат Иоанн, что все откровения, совершившиеся после Христа Бога и святых апостолов, уже не являются частью Божественного откровения, содержащегося в Священном Писании и Священном Предании. И они не дополняют план спасения, как те, а лишь разъясняют и уточняют некоторые более частные вопросы, касающиеся отдельных людей или групп, в рамках Божественного откровения247.

Брат: Еще раз благодарю вас, преподобный отче, со всем смирением и признательностью за труд, который вы подъяли ради меня, грешного, в течение стольких часов разъясняя мне все, о чем я вас спрашивал. Благословите и простите меня, грешного.

Старец: Бог да простит тебя и да благословит, брат Иоанн, иди с миром.

Беседа 5. О снах и видениях

Что говорит Божественное Писание о снах и видениях. – Как диавол прельщает людей снами и видениями. – Не станем верить снам и видениям. – Как распознаются истинные видения и явления. – Когда бесы более всего искушают видениями. – Как можно избежать прельщающих видений

Как обнимающий тень или

гонящийся за ветром, так

верящий сновидениям.

Сир. 34:2

Старец: Что случилось, брат Иоанн, что ты с таким запозданием приходишь ко мне?

Брат: Прошу вас простить меня, преподобный отче, ничего не случилось, это моя леность и нерадение виной тому, что я все откладывал приход к вам. Иногда мне казалось, что вы слишком заняты делами, в другой раз у меня не было времени, а потом мною овладело забвение и нерадение, и, таким образом, прошло более трех месяцев с тех пор, как я был у вашего преподобия. А теперь волей-неволей я решил прийти, потому что у меня снова накопилось множество недоумений в связи с тем, о чем мы говорили в прошлый раз.

Старец: Ну, а теперь что ты хочешь сказать мне, брат Иоанн?

Брат: В прошлой беседе, преподобный отче, о снах, видениях и откровениях вы привели мне свидетельства и разъяснения все больше из святых отцов, а о Священном и Божественном Писании очень мало упоминали. Поэтому на сей раз я смею просить вас сказать мне, что говорит Священное Писание о снах и видениях.

Старец: Это правда, брат Иоанн, что в нашей прошлой беседе на вопросы твои я приводил больше свидетельств святых и божественных отцов, чем Священного Писания. Может, так распорядился благой Промысл Божий, чтобы то, о чем мы будем говорить теперь, закрепило и лучше разъяснило то, о чем мы говорили ранее, а ум твой от малого перешел к великому и уверился. Потому что ты сам поймешь и убедишься в том, что учения святых и божественных отцов проистекают из Священного Писания и ни в чем не противопоставляются его вечной истине. Ибо святые отцы пили ту же живую воду слова Божия и Тот же Дух Святой, говоривший чрез пророков, просвещал и их, по мере благодати Божией.

В связи со снами, видениями и откровениями Священное и Божественное Писание как Ветхого, так и Нового Завета приводит нам множество свидетельств, из которых явствует, что многие люди, и святые избранники Божии, имели сны, видения и Божественные откровения.

Так, в Священном и Божественном Писании Ветхого Завета мы читаем, что Бог явился Аврааму в виде трех Ангелов у дуба Мамврийского (см.: Быт.18:2), что Иакову было Божественное видение на пути в Месопотамию (см.: Быт.28:12), что Иосифу был сон от Бога (см.: Быт.37:5), что пророку Моисею было Божественное видение (см.: Исх.3). Также имели видения от Бога святые пророки Исайя (см.: Ис.6), Иеремия (см.: Иер.24), Иезекииль (см.: Иез.10:1), Илия Фесвитянин, дышавший огнем (см.: 4Цар.1:15), Амос (см.: Ам.7:1). Несколько видений было у пророка Даниила (см.: Дан.7–11), было видение и святому пророку Захарии (см.: Зах.2:1). О снах и видениях от Бога говорит святой и праведный Иов: Он, Бог, говорит мне во сне и в ночном видении, когда сон находит на людей, когда они спят на ложах своих (ср.: Иов.33:15); и в другом месте он же говорит: Ты устрашаешь меня снами и видениями пугаешь меня (Иов.7:14).

В другом месте Священного Писания говорится: если бы был среди вас пророк Господень, Я открылся бы ему в видении и во сне говорил бы с ним (ср.: Чис.12:6).

О видениях и снах говорит Бог устами святого пророка Иоиля: И будет после того, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; старцам вашим будут сниться сны, и юноши ваши будут видеть видения (Иоил.2:28).

В Законе Благодати видения от Бога были святому и всехвальному апостолу Петру (см.: Деян.11:5), так же как и святому и всехвальному апостолу Павлу (см.: Деян.9:3; 2Кор.12:1).

Видения и великие откровения от Бога были и всехвальному апостолу и евангелисту Иоанну Богослову (см.: Откр.1:10). Сон от Бога был святому и праведному Иосифу обручнику Пречистой и Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии (см.: Мф.1:20; 2:13). Видения от Бога удостоился и святой апостол и первомученик архидиакон Стефан (см.: Деян.7:55).

И во многих других местах Священного Писания мы находим бесчисленные свидетельства о снах, видениях и откровениях, явленных от Бога патриархам, пророкам, апостолам и другим людям святым и избранникам Божиим, когда Он благоволил явить Свою славу; волю и заповеди Свои на общее благо рода человеческого.

Брат: Преподобный отче, а о ложных снах и видениях что говорит Священное и Божественное Писание?

Старец: Учение Священного и Божественного Писания, брат Иоанн, о ложных снах и видениях всегда связано с лжепророками, потому даже нельзя говорить о первых, не упомянув о лживых и лукавых пророках, выдумавших их.

Эти лжепророки, не будучи посланы Богом (см.: Иер.14:14), но являясь сынами диавола, полными всяческого лицемерия и зла, и врагами всякой правды (см.: Деян.13:10), и мерзостью пред Богом, дерзнули, лукавнейшие и безумные, говорить от имени Бога о ложных видениях, бывших выдумками и изобретениями их лукавых сердец (см.: Иез.13:2), прельщая и вводя в заблуждение народ Божий. Бог излил гнев Свой на этих лжецов и их ложные видения, говоря: Вот, Я на пророков ложных снов, говорит Господь, которые рассказывают их и вводят народ Мой в заблуждение своими обманами и обольщением (Иер.23:32).

И в Плаче Иеремии мы читаем об обманчивых видениях лжепророков так: Пророки твои провещали тебе пустое и ложное и не раскрывали твоего беззакония, чтобы отвратить твое пленение, и изрекали тебе откровения ложные и приведшие тебя к изгнанию (Плач.2:14).

Через святого пророка Иезекииля Бог грозит лжепророкам, вводившим в заблуждение народ своим обманом и ложными видениями, говоря: горе безумным пророкам, которые водятся своим духом и ничего не видели! – и затем, показывая их лукавый нрав, говорит: Пророки твои, Израиль, как лисицы в развалинах (Иез.13:3–4).

Тот же пророк Божий в другом месте показывает пустоту ложных видений, говоря: Посему так говорит Господь Бог: зачем вы изрекаете пустое и почему видения ваши ложь? Вот, Я на вас, говорит Господь Бог. И будет рука Моя против этих пророков, видящих пустое и предвещающих ложь (ср.: Иез.13:8–9).

И премудрый Иисус, сын Сирахов, говорит о никчемности ложных снов так: Пустые и ложные надежды у человека безрассудного, и сонные грезы окрыляют глупых. А затем добавляет: Как обнимающий тень или гонящийся за ветром, так верящий сновидениям. И еще: Сновидения ввели многих в заблуждение, и надеявшиеся на них подверглись падению (Сир.34:1–2, 7).

Вот, брат Иоанн, из множества свидетельств, находящихся в Священном и Божественном Писании в связи с ложными снами и видениями, я привел тебе для краткости эти немногие, на примере которых показал тебе, как сильно ненавидит Бог лжепророков, а равно и их ложные сны и видения.

Итак, основательно вникни, брат Иоанн, и остерегайся со всем тщанием, чтобы не попасть по неведению в сети таких лжепророков, как эти, поверив в их пророчества лукавые и видения, прельщающие и ложные. Ибо сегодня, более чем когда-либо, появились всяческие ереси и лжепророки, старающиеся ввести в заблуждение тех, кто строго придерживается догматов и предписаний веры, и вырвать их из послушания канонической иерархии Православной Церкви Христовой.

Брат: Признаюсь вам, преподобный отче, со всей искренностью, что и на этот раз я очень много пользы получил и многое уяснил себе, слыша эти свидетельства Священного и Божественного Писания о лжепророках и их пустых и прельщающих снах и видениях. Ведь мне, грешному и недостойному, очень нужны были эти советы и разъяснения. Потому что я тоже слышал о том, что мир, как вы сказали, ваше преподобие, полон лжепророков, которые проповедуют ложь вместо истины, а также прельщенных бесами, которые утверждают, что им даны видения и сны от Бога, и таким образом многих неопытных вводят в заблуждение, в противление руководству Церкви и в погибель, поскольку они отделились от догматических законов и канонических и литургических установлений, а значит отделились от Христа – Главы Церкви.

Я бы еще, преподобный отче, спросил вас о чем-то.

Старец: О чем именно, брат Иоанн?

Брат: Я хотел бы, чтобы вы сказали мне, преподобный отче, могут ли бесы в видениях и снах принимать образы Господа нашего Иисуса Христа и Матери Божией или святых и Ангелов?

Старец: Если ты будешь внимательно слушать, брат Иоанн, то, что я тебе расскажу, тогда ясно поймешь то, о чем меня спрашиваешь.

Мы читаем в Патерике, что некий старец, сидя в келье и подвизаясь спасения своего ради, видел наяву бесов и поносил их. А диавол, видя себя многократно поруганным тем старцем, явился ему, говоря: «Я Христос».

А старец, увидев его, закрыл глаза. И сказал ему диавол: «Почему ты закрываешь глаза? Взгляни и посмотри на меня, ибо я Христос».

Ответил ему старец: «Я не хочу видеть Христа в мире сем».

Услышав это, диавол стал невидим248.

Также в Патерике написано, что сказали бесы одному старцу: «Хочешь увидеть Христа?» На что старец ответил: «Анафема вам и тому, о ком вы говорите, потому что я верю Христу моему, Который сказал: если кто скажет вам: вот, здесь Христос, или там, не верьте (Мф.24:23)», – и бесы сделались невидимы249.

В Прологе написано, что один преподобный, а именно Иаков, оставив мир и свое имущество, ушел в пустыню, где проводил жизнь в бдении, пощении и молитвах. Но поскольку он возгордился своим строгим жительством, то был обманут диаволом следующим образом.

Однажды пришел к нему диавол в образе Ангела и посоветовал ему прибраться в келье, возжечь свечи и покадить ладаном, чтобы принять Христа, Который придет к нему ночью, чтобы многими дарами воздать ему за подвиги. Монах доверился диаволу и сделал как ему было сказано. В полночь явился антихрист в славе и великом сиянии. Иаков, отворив дверь кельи, поклонился ему, а диавол, ударив его в лоб, сделался невидим.

На другой день Иаков побежал к одному старцу, чтобы рассказать ему о случившемся, но не успел он открыть рот, как старец сказал: «Беги прочь, ибо ты поруган сатаной».

Иаков долго оплакивал свою ошибку, и тогда старец отослал его в один общежительный монастырь, где он проходил послушание на кухне и в других трудах, исполняя епитимию старца в великой вере, пока ему не был дан свыше дар чудотворений, и он спасся в Господе250.

Авва Арсений Великий тоже слышал диавола, говорящего: «Я – Христос».

Но святой ответил ему: «Я не хочу видеть Христа в мире сем».

Также и великому Пахомию явился диавол в образе Христа, говоря ему: «Пахомий, я – Христос и пришел к тебе, друг мой».

А Пахомий ему ответил: «Христос есть мир, а ты всего меня исполнил смятения».

Тогда святой осенил себя крестным знамением, и диавол стал невидим251.

Также в Патерике мы читаем, что некий брат, по имени Авраамий, жил в пустыне и был очень упрям, непослушлив и непокорен, ходя только по своему разумению и мнению. Он очень хотел принять священный сан, а прелестник показывал ему ночью во сне много видений и мечтаний, которые брат, тщательно исследовав, счел истинными. И поскольку многое из того, что он видел во сне, сбывалось наяву, он сильно доверял своим снам. Однажды пришел к нему диавол в образе Христа с ангелами и сказал ему: «Я видел, как долго и сильно желаешь ты священного сана. Благого и изрядного дела желаешь ты, но в эти времена с великим трудом получают священство, и то только те, кто богат и происходит из знатного рода. Ибо архиереи сейчас все стали корыстолюбивы, горды, надменны и честолюбивы. Посему, ввиду этого, я сам пришел к тебе, видя твое большое и сильное желание, чтобы рукоположить тебя и посвятить во священника».

И когда он сказал это, ангелы запели песнь сладкую и веселую: «Аксиос», – то есть «достоин».

И так он постриг его и сделал священником, а когда тот был рукоположен, диавол оставил его и взмыл с ангелами своими и вознесся на небеса.

Когда это произошло, брат проснулся, дивился и очень радовался этому чудесному сну. И поверил, что он в самом деле священник. И благодарил Христа, что Он сделал его священником, и принялся читать свое правило со священническим началом. После этого направился в храм, чтобы служить литургию, поскольку день был воскресный.

И собрались отцы той пустыни в церкви. Пришел и он и, войдя в церковь, направился прямиком в алтарь и с великой дерзостью взял священные облачения, чтобы надеть их, не спросив никого. А священники того храма, стоявшие там, в алтаре, видя, что он берет священные иерейские облачения, спросили его: «Что ты хочешь сделать? Зачем берешь облачения?»

А он им отвечал: «Я хочу облачиться и служить сегодня литургию».

Сказали они ему: «А как ты хочешь сделать это не будучи священником, и как ты дерзаешь входить в святой алтарь, куда входят только священники со своими служителями? И как ты смеешь брать священнические облачения, к которым тебе не положено даже прикасаться? Ты что, с ума сошел?»

Отвечал он им: «Да я не сошел с ума, только я такой же священник, как и вы».

Но они, зная, что он не священник, выставили его вон из святого алтаря. А он стал сильно ругаться и кричать громким голосом: «Почему это они будут выставлять меня из святого алтаря? Я ведь тоже священник, и рукоположил меня Сам Господь Иисус Христос со святыми Ангелами».

А отцы, видя и слыша от него такое, поняли, что он обманут и прельщен врагом-диаволом. И уразумели отцы, что из-за упрямства, непокорности и неповиновения случилось с ним это. И повелели отцы заковать ему ноги в большие кандалы и отослали его в монастырь за пределами пустыни, чтобы его держали там под стражей и смиряли тяжелыми послушаниями, не давая ему отдыха, пока он не смирится и не познает свою немощь и прельщение. И так его держали, пока он не осознал все и понял свое прельщение, и смирился, и покаялся252.

И старец Макарий Оптинский пишет одному ученику, которому казалось, что он видел Матерь Божию: «Святой Варсонофий заверяет нас очень определенно, что ни один бес не может превратиться в Христа. Однако он очень легко может, приняв какой-нибудь образ, убедить неискушенного новоначального, что перед ним стоит Христос. Это произошло, вероятно, и в твоем случае. Потому что ты был горд и дал ослепить себя греху, ты не смог отличить прелести»253.

Из сказанного доселе, брат Иоанн, думаю, ты убедился, что диавол, чтобы прельстить людей, принимает образ Христа и Матери Божией. А что сатана превращается в Ангела света, это нам сказал святой и божественный апостол Павел, говоря:

И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света (2Кор.11:14). Но чтобы ты еще лучше понял эту истину, брат Иоанн, приведу тебе одну притчу из Патерика.

Одному брату – говорится в нем, – однажды ночью явился диавол в образе Ангела света и сказал: «Я – Гавриил и послан к тебе, чтобы принести тебе благую весть».

А брат ему ответил: «Смотри, может, ты послан к другому, потому что я человек грешный и недостоин видеть Ангела».

Когда он сказал это, лукавый вмиг исчез и стал невидим254.

Одному монаху по имени Валент являлся диавол в образе Ангела, и, видя, что монах принимает его с радостью, однажды ночью принял образ Христа и, придя к нему с полчищем светозарных бесов, сказал Валенту: «Вот, пришел к тебе Христос!»

И окаянный Валент поклонился ему. Затем он пошел в церковь, и когда наступило время причащаться отцам Пречистых Христовых Таин, они спросили Валента, желает ли он причаститься, на что Валент ответил: «Я не хочу причащаться, потому что видел Христа».

Услышав это, отцы связали его, как безумца и сумасшедшего255.

Читаем также в житии святого Симеона Столпника, что диавол, приняв образ Ангела света, явился Симеону в колеснице с огненными конями и сказал ему: «Вонми, Симеон, и послушай, что я тебе скажу. Ты проводил доселе жизнь, благоугодную Богу, знающему все твои подвиги воздержания. Потому Он избрал тебя, блаженнейший, к тому, чтобы ты совершал чудеса, исцелял больных, просвещал неверующих, утешал скорбящих, ибо ты славен в добродетелях и слове».

Святой Симеон ответил: «Да будет воля Божия».

Сатана добавил: «Итак, все это взвешено, и для тебя, о непорочный, наступил день последнего воздаяния. Ибо Бог неба и земли, положивший во власти Своей времена и лета и подающий всем блага Свои, послал меня к тебе, чтобы я вознес тебя на небо в точности так, как некогда Илию, ибо ты достоин такой чести».

Святой Симеон сказал снова: «Да будет воля Божия». – «Приди же, непорочный, – сказал ему опять сатана, – и немедля впрыгни сверху в эту карету, чтобы во славе поклониться Создавшему тебя по образу и подобию Своему и чтобы тебя увидели вблизи Херувимы и Серафимы, пророки и апостолы и все святые и мученики небесные».

А святой Симеон, не распознав прельщения вражьего, сказал в умилении: «Боже, буди воля Твоя на мне, грешном», – и, подняв ногу, чтобы ступить в карету, осенил себя знамением святого креста.

И вмиг диавол исчез вместе с колесницей и огненными конями, рассеявшись, как прах пред лицом ветра.

Увидел святой Симеон бесовское прельщение, ужаснулся и заплакал, сочтя, что благодать Божия покинула его. А ногу, которой он хотел ступить в карету, он наказал, стоя целый год на ней одной.

Диавол, увидев таковую суровость, поразил его лодыжку жестокой язвой, и плоть его, начав гнить, стала производить червей, как пишет его ученик Антоний. И как раз в это время пришел к святому Василиск, князь сарацинский, и, много беседовав с Симеоном, уверовал во Христа. И когда он стоял внизу, возле столпа, увидел червя, упавшего на землю, взял его в руку и ушел. И вот Симеон, послав за ним, спросил его, зачем он взял червя, упавшего с его гниющей плоти. А Василиск, раскрыв ладонь, увидел в ней драгоценную жемчужину256.

Из того, что последует дальше, брат Иоанн, ты увидишь, что диавол принимает и образ святых. В житии святого Григория Декаполита мы читаем, что, когда святой совершал свое правило и молитву, бесы кидались на него и кусали за ноги, а когда клал земные поклоны, обвивали, как змеи, его руки, и висели на нем, чтобы он не мог подняться, и кусали его за руки и впивались своими языками, как ядовитыми иглами, причиняя ему сильную боль. Это делали лукавые бесы, чтобы отвести ум его от Бога и привлечь к земному. И видя, что искушениями слева не могут одолеть его, они попытались искушениями справа прельстить его следующим образом.

Ночью 9 марта, то есть на день памяти сорока мучеников Христовых, бесы вошли к нему в пещеру, с венцами на головах, сияющими подобно солнцу, и сказали ему: «Мы – сорок мучеников Христовых и пришли, чтобы дать тебе власть над бесами».

А он, узнав их благодатию Божией, обитавшей в нем, запретил им, и они стали невидимы257.

И божественный отец Иоанн Лествичник, объясняя, что бесы принимают образ светлых Ангелов и святых, говорит: «Бесы часто превращаются в Ангелов света и принимают образ мучеников и являются нам во сне, будто те пришли к нам, а когда мы просыпаемся, преисполняют нас радости и превозношения. Это да будет для тебя признаком того, что ты прельщен. Ибо Ангелы показывают нам муки страшные, суд и расставание, а когда просыпаемся, преисполняют нас страха и печали. Если мы станем повиноваться бесам во сне, тогда они и во время бодрствования будут глумиться над нами»258.

Вот, брат Иоанн, я и привел тебе немного свидетельств из тех многих, что содержатся в Патерике, житиях святых и поучениях святых отцов, откуда ясно видно, что бесы, чтобы прельстить людей, принимают образы Христа, Матери Божией, Ангелов и святых. Поэтому нехорошо давать веру ни одному сну или видению до того, как откроешь их отцам, опытным по жизни и хорошо ориентирующимся и утвердившимся в знании Божественных Писаний и учения святых и божественных отцов.

Брат: Благий Бог да воздаст вам за труды и любовь, преподобный отче, ибо вы благоволили взять на себя и подробно описать мне и эти уловки бесов. Прошу вас, однако, простить меня, если я задам вам еще один вопрос в связи со сказанным до сих пор.

Старец: Говори, брат Иоанн.

Брат: Преподобный отче, могут ли бесы через сны и видения научить человека совершать благие дела и показывать ему что-нибудь истинное? Или они показывают ему только вещи обманчивые и учат совершать только плохое?

Старец: У лукавых бесов есть обыкновение, брат Иоанн, когда они хотят прельстить кого-нибудь через сон или видение, в состоянии сна или бодрствования, не побуждать его сначала совершать плохое, чтобы человек не понял их прельщения, но прежде показывают ему вещи истинные и учат совершать благие дела. А когда увидят, что человек полностью доверяет снам или видениям, тогда с легкостью вводят его в заблуждение и погибель. И поскольку сейчас у меня уже нет достаточного времени, чтобы подробно рассказать тебе об этом, то довольствуйся следующей историей.

Написано в Патерике, что некий брат пребывал в великом безмолвии в келье своей, блюдя свое правило и свой распорядок. А враг – диавол, желая обмануть и прельстить его, однажды ночью, когда брат лег спать в келье своей, принял образ светлого Ангела и, подойдя к нему, разбудил его, говоря: «Вставай, раб Божий, на молитву и на правило свое».

И брат, проснувшись ото сна, увидел его в сияющем свете, но тот вмиг стал невидим. И, встав, брат принялся за молитву и обычное свое правило, полагая, что Ангелом Божиим был разбудивший его.

А когда наступила следующая ночь и когда лег брат, пришел лукавый и снова разбудил его, едва тот уснул, и сказал: «Вставай, раб Божий, на молитву и на правило свое».

И так много раз, много ночей он делал – как только брат засыпал, он приходил и будил его.

Но однажды пошел брат к одному старцу, который обретался не очень далеко от него, и сказал ему, говоря: «Отче, с некоторых пор каждую ночь, как только я лягу и усну, тотчас приходит Ангел и будит меня на молитву».

И спросил его старец: «А каким образом приходит к тебе Ангел и будит тебя?»

Отвечал брат: «Когда я лягу и усну, он тотчас является и, подойдя ко мне, будит меня, говоря: «Просыпайся, раб Божий, на молитву и на правило твое». А я, проснувшись и открыв глаза, вижу его в сияющем свете, но он тотчас убегает и делается невидим. И так он поступает со мной каждую ночь и совсем не дает мне поспать, хотя бы немного».

Сказал ему старец: «Чадо, это не Ангел Божий, желающий тебе добра и спасения, а лукавый диавол, который желает твоей погибели; и он собирается обманывать тебя, пока ты не доверишься ему полностью, тогда он прельстит тебя и погубит, как погубил других. Потому ты, чадо, не слушай его, а когда он придет будить тебя, скажи ему так: «Я, когда мне придет пора вставать и когда захочу встать, встану и без тебя, тебя же не стану слушать"".

Получив это наставление от старца, брат пошел в свою келью. А когда наступила ночь, лег брат спать. Лукавый, как только брат уснул, пришел к нему и разбудил его, как обычно, говоря: «Вставай, раб Божий, на молитву и на правило свое».

А брат ответил ему, как научил его старец: «Я, когда мне придет пора встать и когда захочу, встану и без того, чтобы ты будил меня, тебя же не стану слушать».

Услышав это, лукавый заохал, говоря: «О, монах безумный, и глупый, и проклятый, ты ходил к тому старцу злому и лживому, и он обманул тебя! Ибо к тому старцу ходил вчера один брат и очень просил его сделать доброе дело и дать ему взаймы один золотой, который ему очень был нужен, а он не захотел одолжить ему, но соврал, что у него нет, тогда как у него все же был один золотой. Отсюда да будет тебе известно, что старец тот злой и лживый, и он обманул и тебя, ибо ты глупый и безумный».

Сказав это, лукавый стал невидим. А брат, когда рассвело, пошел к тому старцу и поведал, что рассказал ему лукавый диавол. И как сказал ему об одном брате, который просил его сделать добро и дать ему взаймы золотой, а он не одолжил ему, сказав ему, что у него нет, и что все же у него есть один золотой. Он спросил старца: «Так ли это, отче?»

Отвечал старец: «Воистину это так, чадо, ибо пришел ко мне один брат и попросил дать ему взаймы золотой, и у меня есть один золотой, но я сказал, что нет, зная, что не на пользу ему то дело, ради которого он просил золотой, а скорее во вред душе его. Потому я счел, что лучше солгать и уберечь брата от душевного вреда, и поэтому не отдал золотой, а сказал, что у меня нет. Но ты, чадо, берегись и распознавай лукавого врага, который ходит затем, чтобы прельстить тебя».

И брат, много наученный и укрепленный старцем, пошел в свою келью259.

Из этой истории и из многих других, которые можно прочитать в Патерике и житиях святых, ты можешь понять, брат Иоанн, достаточно ясно, что диавол, когда является кому-нибудь в снах или видениях, помимо иных своих уловок, для начала учит человека совершать благие дела и говорит истинные вещи, как ты услышал из этой истории. Однако он делает это не ради спасения человека и не ради славы Божией, но под видом истины или добродетели скрывает свою уловку, западню и прелесть. И если человек не будет бдителен, он уловляет его справа и ввергает в погибель.

Брат: Легко ли верили святые и божественные отцы, преподобный отче, в сны и видения, являвшиеся им?

Старец: Об этом, брат Иоанн, не следовало бы и спрашивать после стольких свидетельств, услышанных тобою доселе. Разве ты не читал в Патерике, что святые закрывали глаза, чтобы не видеть бесовских видений? Разве не слышал, как решительно отверг авва Арсений голос, спрашивавший его, хочет ли он увидеть Христа? Разве ты не слышал о великом Пахомии, как он прогнал диавола, явившегося ему в образе Христа? Разве не видел святого Григория Декаполита, изгнавшего благодатию Божией сорок бесов, явившихся ему в образе сорока мучеников Севастийских?

А если ты все это слышал, брат Иоанн, то как же ты не понял, что святые Божий не верили с легкостью в сны и видения? Ибо если бы они легко верили в бесовские наваждения, то погибли бы жалким образом.

Посему; брат Иоанн, твердо помни то, что я говорю тебе: святые и божественные отцы не только не верили с легкостью всякому сну или видению, которые им показывали бесы, но они, преблаженные, даже те видения, которые считали хорошими и идущими от Бога, отвергали и не давали им веры.

Брат: А разве Бог, преподобный отче, не гневается на тех, кто не верит в сны и видения благие, посланные Им?

Старец: Брат Иоанн, для вящей пользы и преуспеяния духовного и чтобы избежать опасностей в деле спасения, лучше, чтобы человек не давал веры ни одному сну или видению. И если он будет делать это из боязни быть прельщенным бесами, то пусть нисколько не беспокоится, ибо Бог не станет гневаться и не накажет его по этой причине. Благий Бог, знающий сердца всех людей, если увидит, что кто-нибудь остерегается принять какое-нибудь сомнительное чудо или видение из боязни быть прельщенным и совершить что-нибудь, способное отдалить его от правой веры, сможет просветить его и очистить его разумение, чтобы человек понял истину. Он ни в коем случае не оставит его до конца сомневаться в том, что Сам явил ему.

Это показывает и преподобный отец Никодим Святогорец, который говорит: «Даже если ты узнаешь по многим явным причинам, что видения, явившиеся тебе, истинны и идут от Бога, все равно всегда убегай от них, сколько можешь, отгоняй их далеко от себя. Не бойся, что Богу не понравится такой поворот. Ибо если бы были от Бога эти видения, тогда Он знает, как их очистить для тебя, и Он не будет сожалеть, если ты их не принимаешь. Кто дает смиренным благодать, Тот не отнимает ее у них из-за того, что они делают по смирению»260.

И святой Григорий Синаит, великий афонский исихаст и великий подвижник христианского Востока, говорит так: «Никоим образом не принимай за откровение или воплощение то, что идет от чувств или от рассудка, извне или изнутри, даже образ Христа или Ангела, или вид святого, или свет, мерещащийся тебе в уме и принимающий внешний вид, потому что сам ум, по своей собственной природе, имеет силу воображения и легко может представить себе образы, какие хочет. Кто не остерегается этого, тот вредит себе. Поэтому будь бдителен и не верь ни во что поспешно, даже если бы то было нечто хорошее, до испытания этого дела опытными, и испытания многого, чтобы тебе не повредить себе, но будь очень осторожен, сохраняя всегда ум свой прозрачным, без какого-либо образа или формы. Ибо часто то, что было послано Богом для испытания, многим повредило, потому что Бог хочет испытать, к чему клонится наша свобода.

Кто увидел что-нибудь умом или чувствами, даже если бы оно было Божественного происхождения, если он примет это без испытания опытными, с легкостью прельщается или прельстится, как легковерный. Ибо Бог не гневается на тех, кто внимает себе тщательно из боязни впасть в заблуждение, даже если они не принимают того, что идет от Него, без вопрошания и многого испытания, но скорее хвалит их как мудрых, хоть Он и гневался на некоторых.

Также не нужно спрашивать всякого, но только того, кому вверено руководство другими и кто сам просиял жизнью своей. Ибо многие неискушенные навредили многим неразумным, каковые получат осуждение после смерти. Ибо не все могут путеводить других; каждый стяжал свое знание и разумение естественное или практическое, но не все стяжали идущее от Духа Святого»261.

Потому сказал и премудрый Сирах: Живущих с тобою в мире да будет много, а советником твоим один из тысячи (Сир.6:6).

Также и божественные отцы Каллист и Игнатий учат в этой связи так: «Безмолвствуя и желая быть наедине вместе с Богом, никогда не принимай, чтобы ты ни видел чувственно, или мысленно, или вещественно, внутри себя или вовне, даже образ Христа или лик Ангела или святого, или если видение света примерещится тебе в уме, но пребывай не веря ему или не тяготясь этим, даже если бы оно было доброе, пока не спросишь опытных, ибо это очень полезно, и очень любезно Богу, и очень благоприятно. Всегда сохраняй ум свой неповрежденным, бесцветным, без вида, без образа, без формы, без разнообразия, без количества»262.

А в заключение полагаю уместным привести и свидетельство святого Диадоха Фотикийского, который учит так: «Даже если бы нам было послано когда-либо от благости Божией какое-нибудь видение, а мы его не примем, то не рассердится на нас Прежеланный Господь Иисус Христос. Ибо Он знает, что мы делаем это, дабы не быть прельщенными коварством бесов». Затем добавляет: «Приведем следующий пример для полноты. Слугу зовут ночью к воротам двора его хозяина, после длительного отсутствия того, а он, не узнавая его в точности, не открывает ему ворот, ибо боится, как бы, обманувшись схожестью голоса, не погубить имущества, вверенного ему. Хозяин и господин тот не только не рассердится на слугу, когда настанет день, но и удостоит его многих похвал, поскольку тот счел, что голос хозяина его был не подлинный, и не захотел погубить имущества его»263.

Из свидетельств, услышанных тобой, брат Иоанн, от святых и божественных отцов, думаю, теперь ты полностью убедился, что Бог не гневается на того, кто из опасения быть прельщенным бесами не верит с легкостью всякому сну или видению.

Брат: У меня есть еще одно недоумение, преподобный отче, а именно: я хотел бы знать, могут ли злые люди видеть Ангелов, святых и бесов или только у людей святых есть такой дар?

Старец: Знай, брат Иоанн, что одно дело – зрение людей злых и нечистых, и другое – зрительная сила ума людей чистых и духовных. Это правда, что и люди злые и нечистые могут видеть Ангелов, святых и бесов, но это они могут делать только плотскими глазами. В этом нас уверяет святой и божественный отец Исаак Сирин, говоря: «И нечистым являются Ангелы и бесы, но они только плотскими глазами видят их».

А люди чистые и духовные смотрят оком мысленным, которое есть ум, как учит нас тот же святой отец264. «Однако не такова душа очищенная, но она духовно видит оком естества, то есть оком прозорливым, которое есть око мысленное »265.

Знай и то, брат Иоанн, что бесы, будучи помраченными и отпавшими от благодати Божией, друг друга могут видеть, но не могут видеть чинов, высших их, ибо это видение духовное, а бесы чужды такого видения. А души людей, покуда они запятнаны грехами и омрачены, не могут видеть духовно ни того, что превыше их, ни того, что ниже, ни друг друга, ни самих себя. А если очистятся и обратятся в свое первозданное состояние, тогда видят ясно, даже будучи в теле: то, что ниже их, каковы бесы, что превыше, каковы Ангелы, да еще и друг друга могут видеть. Не в наваждениях, но необманчивым видением духовным, самим внутренним естеством видят это и по порядку духовному266.

А о том, что души видят друг друга, говорит тот же святой Исаак Сирин: «Не удивляйся тому, что души видят друг друга, даже будучи в теле, ибо я покажу тебе ясное доказательство тому – свидетельство святого Афанасия Великого, который говорит в «Житии святого Антония» так: «Однажды, когда великий Антоний стоял на молитве, он увидел чью-то душу, возносящуюся в великой славе, и ублажил удостоившегося получить подобную славу. И то была душа блаженного Амуна Нитрийского, а Нитрийская гора отстояла от святого Антония на тринадцать дней пути»267. Итак, из этого примера явствует, что духовные естества видят друг друга, даже если находятся далеко друг от друга, и удаленность и телесные чувства не мешают им видеть друг друга. Также и души, которые очищаются, видят не плотски, но духовно»268.

Таким образом, брат Иоанн, души чистые и просвещенные видят духовным зрением и изнутри – Ангелов, святых и бесов, а также друг друга, даже если бы были на большом расстоянии одна от другой. А злые и нечистые видят только телесными глазами и только то, что перед ними, а из тайных созерцаний духовных ничего не могут узреть по причине своей нечистоты.

Брат: Я хотел бы узнать еще одну вещь, преподобный отче.

Старец: Что именно, брат Иоанн?

Брат: Я очень хотел бы, преподобный отче, узнать, сколькими способами человеческое естество видит естество бесплотных?

Старец: На этот вопрос, брат Иоанн, я отвечу тебе тоже словами святого и божественного отца Исаака Сирина, который говорит, что тремя способами человеческое естество может видеть существа нематериальные269.

Первый способ – телесный, как это было в случае с патриархом Авраамом, который увидел в телесном образе Три Ипостаси у дуба Мамврийского, и в случае с Лотом, который принял посланных в Содом. Также и с патриархом Иаковом, который боролся с Ангелом, равно как и в случаях с Гедеоном, Маноем, Товитом, пророком Захарией, Пресвятой Девой Марией, святыми мироносицами и апостолом Петром, которые видели Ангелов в телесном образе.

Второй способ, которым человеческое естество может ощутить существа нематериальные, – это зрение души. Так видел святой пророк Исаия Сидящего на высоком престоле и шестикрылых, летающих вокруг Серафимов, и так же видел и Даниил Ветхого деньми.

А третий способ – через силу ума. Этот способ, по мнению одних, есть не что иное, как только зрение ума мыслящее и разумевающее, которым тот, кто достиг меры добродетели и навык возносить ум свой от земли и от земного, видит иногда духи праведных, а в другой раз – иерархии Ангелов или Самого Царя славы – «славимого как Бог, или промышляющего как Промыслитель, или благодетельствующего как Благий, или судящего как Судия»270.

Брат: А может, бесы тоже этими тремя способами приближаются к человеческому естеству, чтобы прельстить его, преподобный отче?

Старец: Брат Иоанн, бесы только первым и вторым способом могут приблизиться к нам, чтобы прельстить нас и ввести в погибель, а через мыслящую и разумевающую силу ума не могут. Это показывает нам тот же святой и божественный отец Исаак Сирин, говоря: «Но бесы нечистые не могут иначе производить действие внутри нас, кроме как двумя способами, когда они приближаются к нам, чтобы прельстить нас. А третьим способом они не могут приблизиться к нам. Ибо бесы никогда не имеют силы приводить в действие естественные мысли внутри нас, в уме, потому что невозможно сынам тьмы приблизиться к свету. А святые Ангелы имеют эту силу – и приводить в движение, и просвещать. Ибо бесы суть властители и творцы ложных пониманий того, что порождено тьмой. Так что от светоносных мы получаем свет, а от помраченных – тьму»271.

Брат: А может быть, преподобный отче, эти три способа ощущения и восприятия видений находятся во власти человека?

Старец: Первый способ не во власти человека, потому что по воле Божией совершается какое-либо видение явственно, а второй и третий способы – во власти человека, потому что зрение души и мыслящая сила находятся в воле и во власти человека272.

Брат: Преподобный отче, а в какое время нашей жизни бесы искушают нас видениями лукавыми и прельщающими?

Старец: Во все время жизни нашей, брат Иоанн, но особенно в час кончины нашей имеют бесы обыкновение нападать на нас наваждениями прельщающих видений. Эту истину показывают нам многие святые и божественные отцы, среди которых и преподобный Никодим Святогорец, который говорит так: «Если враг наш лукавый и сильный в расчетах никогда не устает искушать нас, то в час смертный приходит с ложными явлениями, видениями и превращениями в Ангела света»273.

Брат: Но как, преподобный отче, человек может избежать прелести бесовских видений, которые устремляются на него в час смертный?

Старец: Брат Иоанн, первое оружие, которое нам нужно иметь против видений, которые наводят бесы, особенно в час смертный, – это смирение и знание себя. Ибо кто будет блюсти ум свой и сердце смиренными через истинное ведение себя, тот, всегда памятуя о своих немощах и грехах, а также о бездне своего ничтожества, никогда не сочтет себя достойным видеть Ангелов, святых или другие небесные видения. И даже если увидит нечто подобное, он отвергает это и сопротивляется всеми силами, считая себя совершенно недостойным этого и не желая ничего иного, как только улучить в последний час жизни милость и щедроты Премилосердого и Преблагого Бога, скорую и всесильную помощь молитв Пречистой и Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии и святых Божиих.

В этом нас уверяет тот же святой отец Никодим Святогорец, говоря: «Когда лукавый диавол в час твоей смерти набросится на тебя со своими наваждениями, ты, чтобы избавиться от него и от прелестных наваждений, скажи ему так: «Вернись, окаянный, во тьму свою, ибо мне не нужны видения, я ни в чем не нуждаюсь, кроме милосердия Иисуса моего, молитв и ходатайства Пречистой Девы Марии и всех святых». Кроме того, твердо стой в сознании своего ничтожества и непотребства»274.

Итак, брат Иоанн, запомни, чтобы человек не пал жертвой бесовских наваждений и видений, устремляющихся на него при жизни и особенно в час смертный, ему очень нужны смирение, ведение своих грехов и священный гнев на бесов, а также нужно желать и всем сердцем просить милости и помощи Благого Бога, ходатайства Пречистой Его Матери и всех святых Божиих.

Брат: Я бы еще спросил вас о чем-то, преподобный отче.

Старец: Уже некогда, брат Иоанн, потому что вот пришли верующие из дальних мест и давно ждут меня, у них тоже свои скорби, и мне нужно уделить время и им. Остановимся на том, о чем

Брат: Благодарю вас со всем смирением и признательностью, преподобный отче, за труд, который вы подъяли, чтобы дать мне советы и просветить меня, окаянного, во всем, о чем я вас спрашивал. Прошу вас, простите меня и благословите. Скажу вам по правде, что и на этот раз я с великой радостью в душе ухожу от вашего преподобия.

Старец: Бог да простит тебя и да благословит, брат Иоанн, иди с миром!

Конец и Богу, в Троице славимому, слава!

* * *

1

Евстафий, еп. Севастийский († ок. 380), ревностно вводил монашество в Понте и Армении, впоследствии основал секту, отличавшуюся строгим аскетизмом. (Примечания без подписи составлены переводчиком.)

2

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. – Сергиев Посад, 1908. Слово 23. §19. С 152.

3

См.: Инок Агапий (Ландос). Грешников спасение. Ч. 1. Гл. 7, 8. – М., 2002. С. 41, 48.

4

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. – М., 2006. Слово 55. С. 422.

5

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 27. С. 19.

6

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 89. С. 644.

7

Ср.: Там же. Слово 36. С. 244.

8

См. на рум. яз.: Патерик. Гл. 7, 10. (Некоторые книги, цитируемые старцем Клеопой, не переведены на русский язык или имеются в другой редакции.)

9

См.: Палладий, еп. Еленопольский. Лавсаик. – М., 2009. Гл. 89. Об Авраамии. С. 215–216; Древний патерик, изложенный по главам. – М., 18993, М., 1991Р. Гл. 14. § 29. С. 266–267.

10

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 4. § 46, 48, 53. С. 40,41.

11

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 41. С 277.

12

Ср.: Там же.

13

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 61. С. 507.

14

Прп. Петр Дамаскин. Творения. – М., 2001.0 том, что не должно отчаиваться. С. 141; ср.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 2. – Свято-Троицкая Сергиева лавра, 2007. С. 20.

15

См.: Прп. Нил Сорский. Устав скитской жизни. Отдел 2. Восьмой помысл – гордости. – Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1991. С. 49; Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 23. § 2. С. 150.

16

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 9. С 37.

17

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 2,9. С. 19, 37.

18

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 23. § 1. С. 150.

19

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 23. § 4,7. С. 150.

20

На рум. яз.: Прп. Максим Исповедник. Слово 65.

21

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 53. С. 369.

22

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 53. С. 364.

23

Ср.: Прп. Ефрем Сирин. Слово 106. На слова, сказанные Господом... // Прп. Ефрем Сирин. Творения: В 8 т. – М., 1994. Т. 3. С. 292,293.

24

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 2. С. 162.

25

См.: Там же. §4. С. 163.

26

См.: Там же. §27. С 167.

27

См.: Там же. §41. С 170.

28

Ср.: Свт. Григорий Богослов. Слово 39. § 8 // Сет. Григорий Богослов. Творения: В 2 т. – М., 2007. Т. 1. С. 454.

29

В русском Древнем патерике см. главы 3,14 и 15.

30

Ср.: Древний патерик. Гл. 15. § 99. С. 298; § 24. С. 278; § 58. С. 288; Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов. – М., 1999. Об авве Матое. § 11. С. 316–317; Об авве Сисое. § 11. С. 468–469; Об авве Тифое. § 6. С. 516.

31

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 31. С. 168.

32

См.: Прп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. Кн. 3. Гл. 12. – СПб., 1894. М., 2004. С. 148–152.

33

См.: Октоих. Глас 4. В субботу вечера. Ины стихиры по алфавиту, богородичен. – М., 1981. Кн. 1. С. 503.

34

См.: Прп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. Кн. 3. Гл. 12. С. 149.

35

Тление бывает двух видов: когда тело тлеет от ран, голода, жажды и т.д., это тление приняло тело Господа нашего Иисуса Христа; второй вид тления – совершенное истление тела и его отделение от стихий, из которых оно было составлено. А этого тления не было у Господа (Прп. Иоанн Дамаскин. Догматика, III, 28). – Авт. (См.: Прп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. Кн. 3. Гл. 28. С. 196).

36

Ср.: Там же. Гл. 20. С. 185.

37

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 62. С. 173.

38

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 34. С 235, 236; Слово 46. С. 313; Слово 58. С. 474–476.

39

См.: Там же. Слово 89. С. 647, 655.

40

См.: При. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 61. С. 512.

41

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 69. С. 174.

42

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 16. С. 166.

43

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 18.

44

См.: Там же. Слово 25. § 38. С. 169.

45

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 34. С 236.

46

Ср.: Прп. Феогност. О жизни деятельной и созерцательной. § 62 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 2003. Т. 3. С. 432.

47

Ср.: Достопамятные сказания. О матери Феодоре. § 6. С. 551; Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 46. С. 313.

48

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 49. С. 341.

49

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 52. С. 171.

50

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 78. С 596–597.

51

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 79. С. 598–599.

52

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 53. С 369.

53

Ср.: Прп. Ефрем Сирин. Слово 125.0 смиренномудрии // Прп. Ефрем Сирин. Творения. Т. 3. С. 397.

54

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 1. С. 143.

55

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 2.

56

См.: Там же. § 5, б. С. 144.

57

Ср.: Сет. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие святого апостола Иоанна Богослова. Беседа 30. § 1; Беседа 8. § 1 // Свт. Иоанн Златоуст. Творения: В 12 т. – СПб., 1902. М., 2002р. Т. 8. Кн. 1. С. 190; 59.

58

Инок Агапий (Ландос). Грешников спасение. Гл. 8. С. 48.

59

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 5. С. 144.

60

См.: Там же. Слово 11. § 2. С. 99.

61

См.: Там же. Слово 22. § 21. С 145.

62

Ср.: Сет. Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам. Беседа 17. § 3 // Свт. Иоанн Златоуст. Творения: В 12 т. – СПб., 1903. М., 1994р. Т. 9. Кн. 2. С. 714.

63

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § б. С. 144.

64

Ср.: Прп. Феодор Студит. Огласительные поучения и завещание. Поучение 61. – Калуга, 1896. М., 1998р. С. 259.

65

См.: Житие прп. Арсения Великого // Жития святых свт. Димитрия Ростовского. – М., 1908. Оптина пустынь, 1992р. Кн. 9. Месяц май. День 8-й. С. 267.

66

Ср.: Свт. Иоанн Златоуст. Толкование на святого Матфея евангелиста. Беседа 71. § 3 // Сет. Иоанн Златоуст. Творения: В 12 т. – СПб., 1901. М., 2001р. Т. 7. Кн. 2. С. 725.

67

Ср.: Там же.

68

Ср.: Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам. Беседа 17. § З. С. 714.

69

Ср.: Прп. Максим Исповедник. О любви третья сотница. § 62 // Добротолюбие: В 5 т. – М„ 1888. М., 2003р. Т. 3. С. 223.

70

Ср.: Прп. Ефрем Сирин. Слово 122. О добродетелях и страстях // Прп. Ефрем Сирин. Творения. Т. 3. С. 391.

71

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 39. С. 148.

72

Ср.: Прп. Ефрем Сирин. Слово 122.0 добродетелях и страстях // Прп. Ефрем Сирин. Творения. Т. 3. С. 393.

73

Ср.: Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам. Беседа 17. §3. С715.

74

Ср.: Свт. Иоанн Златоуст. Толкование на святого Матфея евангелиста. Беседа 71. §4. С. 725.

75

Ср.: Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие святого апостола Иоанна Богослова. Беседа 29. § 3. С. 190.

76

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 30. С. 146–147.

77

См. на рум. яз.: Патерик. Гл. 25. § 42.

78

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 1. С. 143.

79

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 27. § 62. С. 227.

80

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 4. § 5. С. 21; Прп. Феодор Студит. Подвижнические монахам наставления. Гл. 56. § 4 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 2003. Т. 4. С. 140.

81

См.: Там же. Слово 26. § 237. С. 214.

82

См.: Predoslovie la fericitul Isihie in «Rugasiunea lui lisus. Miezul elvaviei ortodoxe» // Vol II. P.218 (рус. пер.: Прп. Василий Поляномерульский. Предисловие на блаженного Исихия. Молитва Иисусова – сердцевина православного благочестия // Сб. ст. Т. 2. С 218).

83

См.: Прп. Исихий, пресвитер Иерусалимский. К Феодулу душеполезное и спасительное слово о трезвении и молитве. § 26 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 1884. М., 2003». Т. 2. С. 171.

84

См.: Достопамятные сказания. Об авве Антонии. § 10. С 19.

85

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 20. С. 145.

86

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 10–12. С. 15–16.

87

См.: Древний патерик. Гл. 10. § 159. С. 201–202.

88

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 2. § 3. С. 10–11.

назвал мертвыми, даже если они живы, сказав одному из учеников: предоставь мертвым, то есть мирянам, погребать мертвых телом (ср.: Мф.8:22).

89

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 30. С. 219.

90

Ср.: Там же. Слово 55. С. 389.

91

Ср.: Там же.

92

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 26. § 84. С. 190.

93

Ср.: Прпп. Варсонофий Великий и Иоанн. Руководство к духовной жизни. Вопрос 626. – М., 2002. С. 445.

94

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 4. § 8. С 22.

95

См.: Прп. авва Дорофей. Душеполезные поучения и послания. – М., 2005. Поучение 14. С. 209; Прп. Нил Синайский. Слово подвижническое. Гл. 67 // Прп. Нил Синайский. Слово подвижническое. Письма. – М., 2000. С. 65.

96

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 56. С. 433.

97

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 56. С. 433–434.

98

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 56. С. 434.

99

Ср.: Правило 4 Двукратного собора // Книга правил святых апостол, Святых Соборов Вселенских и Поместных и святых отец. – М., 2004. С. 252.

100

Ср.: Свт. Григорий Нисский. О жизни Моисея законодателя. Ч. 2. § 55. – М., 2009. С. 41.

101

Ср.: Свт. Григорий Богослов. Слово 32. § 12. С. 397.

102

Ср.: Там же. §21. С. 401.

103

Ср.: Правило 64 Шестого Вселенского Собора // Книга правил. С. 101–102.

104

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 27. С. 19.

105

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 33. С. 147.

106

Ср.: Достопамятные сказания. Об авве Антонии. § 8. С. 16.

107

Ср.: Там же. §38. С. 31.

108

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 89. С. 644.

109

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 22. § 32. С. 147.

110

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 44. С. 200–201.

111

Евхитов. Ересь была распространена среди монашествующих в IV веке.

112

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 55. С. 422–424.

113

См.: Там же. С. 424–425.

114

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 1. Месяц сентябрь. День 1-й. – М., 1903. Свято-Введенская Оптина пустынь, 1991р. С 45.

115

Ср.: Достопамятные сказания. Об авве Антонии. § 37. С. 31.

116

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 26. § 121. С. 197.

117

Ср.: Там же. Слово 23. § 10. С. 151.

118

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 61. С. 511.

119

В монастыре Сихастрия.

120

Васлу́й – уездный город в Румынии.

121

Пырыу́л Алб – Белый Ручей.

122

Костика – Костик, Костенька, во святом крещении старец Клеопа был наречен Константином.

123

На рум. яз.: При. Иоанн Дамаскин. Догматика. С. 301.

124

Ср.: Прп. Максим Исповедник. О любви вторая сотница. § 37. С. 200.

125

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 40. С. 170.

126

Ср.:Там же. §29. С. 168.

127

Ср.: Пресвитер Илия Екдик. Цветособрание. § 2 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 2003. Т. 3. С. 467.

128

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 30. С. 168.

129

Прп. Петр Дамаскин. Творения. Кн. 1. О том, что не должно отчаиваться. С. 141; ср.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 2. С. 20.

130

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 61. С. 507.

131

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 34. С. 154.

132

См.: Там же. С. 155.

133

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 61. С. 507.

134

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 2. С. 23.

135

См.: Прп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. Кн. 3. Гл. 20. С. 185–186.

136

См.: Там же. С. 185.

137

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 18. § 1. С. 134.

138

Ср.: Свт. Иоанн Златоуст. Слово 7. О смиренномудрии // Свт. Иоанн Златоуст. Творения: В 12 т. – СПб., 1906. М., 2004». Т. 12. Кн. 2. С. 529.

139

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 7. С. 33.

140

См.: Достопамятные сказания. Об авве Матое. § 3. С. 312.

141

Ср.: Свт. Иоанн Златоуст. Беседа о том, что говорить к народу с угодливостию опасно. § 5 // Сет. Иоанн Златоуст. Творения: В 12 т. – СПб., 1896. М., 1994р. Т. 2. Кн. 2. С. 709.

142

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 23. § 38. С. 154.

143

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 41. С. 277.

144

Акафист Сладчайшему Господу нашему Иисусу Христу. Кондак 11.

145

Ср.: Блж. Диадох, еп. Фотики. Подвижническое слово. § 76 // Добротолюбие. Т. 3. С. 53.

146

Ср.: Свт. Григорий Богослов. Слово 40. § 35. С. 479.

148

Пролог. Месяц май. День 31-й.

149

См., напр.: Древний патерик. Гл. 5. § 39. С. 85; Достопамятные сказания. Об авве Фоке. § 2. С. 518.

150

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 23. § 19. С. 152.

151

См.: Там же. Слово 3. § 5. С. 14.

152

См.: Там же. Слово 22. § 35. С. 147.

153

См.: Там же. Слово 23. § 49, 50. С. 156.

154

Ср.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Предисловие. С. 6.

155

Ср.: Прп. Исихий, пресвитер Иерусалимский. К Феодулу душеполезное и спасительное слово о трезвении и молитве. § 20 //Добротолюбие: В 5 т. – М., 1884. М., 2003. Т. 2. С. 169–170.

156

См.: Авва Фалассий. О любви, воздержании и духовной жизни. Сотня 4. § 35–37 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 1888. М., 2003р. Т. 3. С. 335–336.

157

См.: Прп. Максим Исповедник. О любви четвертая сотница. § 43. С. 236–237.

158

См.: Прп. Феодор Студит. Подвижнические монахам наставления. Гл. 16, § 3 // Добротолюбие. Т. 4. С. 57; Авва Фалассий. О любви, воздержании и духовной жизни. Сотня 3. § 52–53. С. 330.

159

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 6. § 12. С. 73.

160

См.: Прп. Максим Исповедник. О любви четвертая сотница. § 75. С. 241.

161

См.: Прп. Максим Исповедник. О любви третья сотница. § 13. С. 215.

162

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 18. § б. С. 136–137.

163

См.: Там же. Слово 15. § 69. С. 124.

164

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 19. С 76–77.

165

См.: Прп. Исихий, пресвитер Иерусалимский. К Феодулу душеполезное и спасительное слово о трезвении и молитве. § 32,102. С 173,188.

166

См.: Прп. Ефрем Сирин. Слово 72. Об истинном отречении от мира // Прп. Ефрем Сирин. Творения. Т. 3. С 32–34.

167

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 16. § 4. С. 131.

168

См.: Там же. Слово 11. § 9. С. 100.

169

См.: Там же. Слово 17. § 12. С. 133.

170

См.: Там же. Слово 13. § 15. С. 105.

171

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 2. С. 22.

172

См.: Прп. Максим Исповедник. О любви четвертая сотница. § 22. С. 234.

173

См.: Прп. Максим Исповедник. О любви четвертая сотница. § 80. С. 242.

174

См.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 1. Гл. 13. С. 53–55.

175

Ср.: Прп. Феодор Студит. Подвижнические монахам наставления. 16, §З. С. 57.

176

Ср.: Там же.

177

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 36. С. 244.

178

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 36. С. 245.

179

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 5. Месяц январь. День 19-й. – М., 1904. Введенская Оптина пустынь, 1994р. С. 133.

180

См.: Достопамятные сказания. Об авве Сисое. § 43. С. 481; Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 11. Месяц июль. День 6-й. – М., 1910. Введенская Оптина пустынь, 1992р. С. 119–120.

181

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 25. § 27. С. 167.

182

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 10. Месяц июнь. День 29-й. – М., 1913. Введенская Оптина пустынь, 1992р. С. 643–649.

183

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 1. Месяц сентябрь. День 26-й. С 579.

184

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 2. Месяц октябрь. День 2-й. – М., 1904. Введенская Оптина пустынь, 1993». С. 40–47.

185

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. б. Месяц февраль. День 20-й. С. 291–292.

186

См.: Свт. Андрей Кесарийский. Толкование на Апокалипсис. Слово 10. Гл.13. – Мн., 2009. С. 94.

187

См.: Minimi si false minuni (рус. пер.: Урзикэ М. Чудеса и лжечудеса). – Bucuresti, 1940. Р. 40.

188

См.: Minuni si false minuni. P. 29.

189

См., напр.: Митр. Вениамин (Федченков). Житие прп. Серафима, Саровского чудотворца. – М„ 2006. С. 88–90.

190

См., напр.: 06 антихристе. Слова св. Ипполита, еп. Римского, прп. Ефрема Сирина и свт. Кирилла Иерусалимского. – М., 1891; Св. Ипполит, еп. Римский. О Христе и антихристе. – СПб., 2008.

191

См.: tnvatatura de credinta ortodoxa (рус. пер.: Учение о православной вере). – Craiova, 1952. Р. 17.

192

См.: Св. Ириней Лионский. Против ересей. Кн. 3, гл. 24. – СПб., 2008. С 317.

193

Там же.

194

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 25. С. 18.

195

См.: lerom. Nicodim Sachelarie. Pravila bisericeascS (рус. пер.: Иером. Hu-кодим Сакелларий. Церковные правила). – Manastirea Cernica, 1940. P. 319 (§ 2029).

196

См.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 25. С. 18–19.

197

Ср.: При. Макарий Египетский. Духовные беседы, послание и слова. Беседа 7. Вопрос 5. – М., 2007. С. 126.

198

Там же. С. 126–127; Trimiterile cele patrusprazece ale slavitului si prealaudatului Apostol Pavel (рус. пер.: Блж. Феофилакт Болгарский. Четырнадцать Посланий славного и всехвального апостола Павла). Vol. II. – Bucure$ti, 1904. P. 155.

199

См.: Trimiterile cele patrusprazece ale slavitului si prealaudatului Apostol Pavel. P. 154–155.

200

См.: Там же. Vol. I. P. 485.

201

Ср.: Блж. Диадох, еп. Фотики. Подвижническое слово. § 37. С. 29–30.

202

Ср.:Там же.§38. С. 30.

203

Ср.: Блж. Диадох, еп. Фотики. Подвижническое слово. § 49. С. 35.

204

Ср.: Прп. Никита Стифат. Вторая сотница естественных психологических глав об очищении ума. Гл. 60 // Добротолюбие. Т. 5. С. 138–139.

205

Ср.: Прп. Никита Стифат. Вторая сотница естественных психологических глав об очищении ума. Гл. 60 // Добротолюбие. Т. 5. § 62. С. 139–140.

206

Ср.: Прп. Максим Исповедник. О любви первая сотница. § 89 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 1888. М., 2003». Т. 3. С. 150.

207

Ср.: Там же. О любви вторая сотница. § 69. С. 206.

208

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 26. С. 19.

209

Ср.: Там же. § 27.

210

Ср.: Прп. Максим Исповедник. О любви вторая сотница. § 85. С. 209.

211

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 28. С. 19–20.

212

Ср.: Блж. Диадох, еп. Фотики. Подвижническое слово. § 38. С. 30.

213

См.: Книга правил. С. 333.

214

Там же. С. 220; Pidalion (рус. пер. – Пидалион) – ManSstirea Neamt. 1844. P. 531. «Пидалион», или «Кормчая книга Церкви», был напечатан двумя учеными монахами – иером. Агапием и прп. Никодимом Святогорцем – на греческом языке в Лейпциге в 1780 г. Он содержит правила святых апостолов, Святых Соборов и святых отцов и учителей Церкви, сопровожденные толкованиями древних византийских канонистов – Зонары, Аристина и Вальсамона – и комментариями составителей. На румынский язык «Пидалион» был переведен митрополитом Костахи и издан в монастыре Нямц в1844г.

215

См.: Свт. Григорий Нисский. Об устроении человека. – СПб., 2000. С. 58.

216

Minuni si false minuni. P. 108–111. Речь идет о книге митрополита Молдовы Иакова «Синопсис, или Собрание многих поучений», 1757.

217

Цит. по: Блж. Феофилакт Болгарский. Цит. соч. Т. 2. Р. 156.

218

См.: блж. Феофилакт Болгарский. Цит. соч. Т. 2. Р. 156.

219

То есть пекущимися о сохранении своего ума в состоянии трезвения, бдительности.

220

Цит. по: Despre dreapta judecata, despre unirea dumnezeiasca si viata contemplative (рус. пер.: Каллиоп Катафигиот. О благоразумии, Божественном единении и созерцательной жизни). Сар. 52–69 // Filocalia. Vol. 8. В русском Добротолюбии этот автор отсутствует, в румынском – его писания следуют за писаниями Каллиста Ангеликуда (Тиликуда).

221

Ср.: Прп. Макарий Египетский. Духовные беседы. Слово 7. Гл. 23. С. 649.

222

См.: Прп. Григорий Синаит. Главы о заповедях и догматах. Гл. 58–59 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 1900. М., 2003». Т. 5. С. 207.

223

См.: Прп. Нил Синайский. 153 главы о молитве. Гл. 168 // Добротолюбие: В 5 т. – М., 1884. М., 2003». Т. 2. С. 245.

224

Против ариан. Слово 4.

225

Ср.: Свт. Григорий Богослов. Слово 28. § 20. С. 343.

226

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 16. С. 100.

227

Ср.: Свт. Григорий Палама. Слово на житие прп. Петра Афонского. – Св. Гора Афон, 2007. С. 77; Блж. Феофилакт Болгарский. Цит. соч. Р. 154, 158.

228

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 16. С. 104.

229

Ср.: Прп. Нил Синайский. 153 главы о молитве. Гл. 53. С. 229.

230

Ср.: Из жития прп. отца нашего Максима Капсокаливита // Добротолюбие: В 5 т. – М., 1900.М., 2003р. Т. 5. С. 512.

231

Ср.: Там же. С. 513.

232

Ср.: Из жития прп. отца нашего Максима Капсокаливита //Добротолюбие. Т. 5. С. 513.

233

Ср.: Из жития прп. отца нашего Максима Капсокаливита //Добротолюбие. Т. 5. С. 514–515.

234

Ср.: Прп. Макарий Египетский. Духовные беседы. Беседа 7. Вопрос 3. С. 125.

235

Ср.: Иноков Каллиста и Игнатия Ксанфопулов. Наставление безмолвствующим. Гл. 63 // Добротолюбие. Т. 5. С. 413.

236

Ср.: Прп. Макарий Египетский. Духовные беседы. Беседа 7. Вопрос 3. С. 125.

237

Ср.: Иноков Каллиопа и Игнатия Ксанфопулов. Наставление безмолвствующим. Гл. 63. С. 413.

238

Ср.: Из жития прп. отца нашего Максима Капсокаливита // Добротолюбие. 5. С. 514.

239

Ср.: Блж. Диадох, еп. Фотики. Подвижническое слово. § 40. С. 31.

240

Ср.: Прп. Нил Синайский. 153 главы о молитве. Гл. 94, 95. С. 235.

241

Ср.: Там же. Гл. 115. С. 237.

242

См.: lnvatatura de credinta ortodoxa. P. 12.

245

Ср.: Прп. Никита Стифат. Вторая сотница естественных психологических глав. Гл. 63. С. 140.

246

Ср.: Прп. Никита Стифат. Вторая сотница естественных психологических глав. Гл. 61. С. 139.

247

Замечание, данное преподобнейшим отцом Думитру Стэнилоае, проф. д-ром, когда он проверял эту работу. – Рум. ред.

248

Ср.: Древний патерик. Гл. 15. § 85. С. 295.

249

См.: Древний патерик. Гл. 15. § 86.

250

См.: Православная энциклопедия. Т. 20. – М., 2009. С. 460–461. В румынском Прологе см. его житие 13 апреля.

251

См.: Блж. Феофилакт Болгарский. Тримителис. Т. 2. Р. 140.

252

См.: Палладий, еп. Еленопольский. Лавсаик. Гл. 89. Об Авраамии. С. 215–216.

253

Sfaturi duhovnicefti (рус. пер.: Прп. Макарий Оптинский. Духовные советы).

254

См.: Древний патерик. Гл. 15. § 83. С. 294.

255

См.: Палладий, еп. Еленопольский. Лавсаик. Гл. 28. О Валенте. С. 95.

256

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 1. Месяц сентябрь. День 1-й. С 25–26.

257

См.: Жития святых свт. Димитрия Ростовского. Кн. 3. Месяц ноябрь. День 20-й. – М., 1905. Введенская Оптина пустынь, 1992. С. 556.

258

Ср.: Прп. Иоанн, игумен Синайский. Лествица. Слово 3. § 28. С. 19.

259

См.: Древний патерик. Гл. 10. § 126. С. 193.

260

Ср.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 2. Гл. 13. С. 279–280.

261

Ср.: Прп. Григорий Синаит. Наставление безмолвствующим. Гл. 7 //Добротолюбие. Т. 5. С. 242–243.

262

Ср.: Иноков Каллиста и Игнатия Ксанфопулов. Наставление безмолвствующим. Гл. 73. С. 419.

263

Ср.: Блж. Диадох, еп. Фотики. Подвижническое слово. § 38, 39. С. 30–31.

264

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слова 4,43 и 55. С. 37, 288, 404–411.

265

Ср.: Там же. Слово 17. С. 111.

266

См.: Там же.

267

Ср.: Сет. Афанасий Великий. Житие прп. отца нашего Антония. § 60 // Свт. Афанасий Великий. Избранные творения. – М., 2006. С. 37.

268

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 17. С. 111–112.

269

См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 18. С. 115–116.

270

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слова 8 и 82. С. 61, 609–610.

271

Ср.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 18. С. 116–117.

272

См.: Там же. С. 116.

273

Ср.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 2. Гл. 13. С. 279.

274

Ср.: Прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Ч. 2. Гл. 13. С. 279.

говорили сейчас, а за остальным приходи, когда увидишь, что я меньше занят.


Источник: О снах и видениях [Текст] / архим. Клеопа (Илие) ; пер. с румынского Зинаиды Пейковой. - 3-е изд. - Москва : Изд-во Сретенского монастыря, 2016. - 286, [1] с. : портр.; 20 см.; ISBN 978-5-7533-1235-8

Вам может быть интересно:

1. Да увижу вас всех в Раю! архимандрит Клеопа (Илие)

2. Эпистолярное наследие патриарха Никона патриарх Никон (Минин)

3. Нижегородский епископ Иеремия Андрей Александрович Титов

4. Духовный свет епископ Виссарион (Нечаев)

5. Приложение к полному собранию проповедей архиеп. Димитрия (Муретова) архиепископ Димитрий (Муретов)

6. О Боге, как высочайшем Духе протоиерей Пётр Смирнов

7. Состояние Церкви в Африке в эпоху владычества вандалов епископ Арсений (Иващенко)

8. Свт. Григорий Палама, архиепископ Фессалоникийский, его труды и учение об исихии профессор Иван Иванович Соколов

9. Максим Исповедник, как представитель древне-христианской мистики архиепископ Алексий (Дородницын)

10. На клиросе протопресвитер Михаил Помазанский

Комментарии для сайта Cackle

Ищем ведущего программиста. Требуется отличное знание php, mysql, фреймворка Symfony, Git и сопутствующих технологий. Работа удаленная. Адрес для резюме: admin@azbyka.ru

Открыта запись на православный интернет-курс