Не осуждайте, и не будете осуждены, или как бороться с осуждением

иерей Филипп Пар­фе­нов

Грех осуж­де­ния по спра­вед­ли­во­сти счи­та­ется одним из самых душе­гу­би­тель­ных и опас­ных для хри­сти­а­нина. О недо­пу­сти­мо­сти его писали все святые отцы Церкви, ее подвиж­ники и учи­теля с самого начала хри­сти­ан­ской исто­рии, поскольку Еван­ге­лие ясно и мно­го­кратно пре­ду­пре­ждает нас об этом. Само осуж­де­ние начи­на­ется с празд­но­сло­вия:«Говорю же вам, что за всякое празд­ное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда. Ибо от слов своих оправ­да­ешься, и от слов своих осу­дишься» (Мф. 12:36–37). В самом деле, вовремя и по делу ска­зан­ное слово, при­прав­лен­ное мило­стью и любо­вью, может тво­рить чудеса, вдох­но­вить чело­века, уте­шить его в скорби, при­дать ему силы, воз­ро­дить его к новой жизни. Но слово может быть и раз­ру­ши­тель­ным, кале­ча­щим, уби­ва­ю­щим…

«В оный день, когда над миром новым
Бог скло­нял лицо Свое, тогда
Солнце оста­нав­ли­вали словом,
Словом раз­ру­шали города».

(Н. Гуми­лев)

Один из типич­ных при­ме­ров осуж­де­ния дан Хри­стом в Нагор­ной про­по­веди: «Я говорю вам, что всякий, гне­ва­ю­щийся на брата своего напрасно, под­ле­жит суду; кто же скажет брату своему: «рака», под­ле­жит синед­ри­ону; а кто скажет: «безум­ный», под­ле­жит геенне огнен­ной» (Мф. 5:22).

Инте­ресно отме­тить, что в древ­них спис­ках Еван­ге­лий вовсе не нахо­дится слово «напрасно»: оно появ­ля­ется позже, ближе к сред­ним векам. Воз­можно, для уточ­не­ния и неко­то­рого разъ­яс­не­ния, что гнев может быть и оправ­дан, как, напри­мер, можно про­честь у апо­стола Павла: «Гне­ва­ясь, не согре­шайте; солнце да не зайдет во гневе вашем» (Еф. 4:26). Однако, по сла­бо­сти и страст­но­сти своей каждый ведь может и оправ­дать себя в том, что уж его-то гнев в данный момент не напра­сен… Но стоит ли? Ведь именно в таком состо­я­нии чаще всего выхо­дит и празд­но­сло­вие, и осуж­де­ние ближ­него, пусть даже он был неправ и согре­шил перед нами.

В дей­стви­тель­но­сти Еван­ге­лие ставит перед нами планку на голо­во­кру­жи­тель­ной высоте: не гне­ваться вовсе, не празд­но­сло­вить и, сле­до­ва­тельно, не осуж­дать, и даже просто… не судить. «Не судите, и не будете судимы; не осуж­дайте, и не будете осуж­дены; про­щайте, и про­щены будете» (Лк. 6:37; Мф. 7:1). Но как же это воз­можно вообще – не судить? Быть может, это доступно бывало только вели­ким святым, сердца кото­рых испол­ня­лись бес­ко­неч­ной любо­вью ко вся­кому греш­нику, и вместе с тем им самим дано было видеть прежде всего свое соб­ствен­ное несо­вер­шен­ство и падшее состо­я­ние перед Богом, на фоне кото­рого грехи других людей каза­лись им сущими пустя­ками? «Одна­жды в скиту было собра­ние по случаю паде­ния одного брата. Отцы гово­рили, авва Пиор молчал. Потом он встал и вышел, взял суму, напол­нил ее песком и стал носить на своих плечах. Насы­пал также немного песка в кор­зинку и стал носить ее перед собой. Отцы спро­сили его: «Что бы это зна­чило?» Он сказал: «Эта сума, в кото­рой много песка, озна­чает мои грехи. Много их, но я оста­вил их позади себя, чтобы не болез­но­вать и не пла­кать о них. А вот это – немно­гие грехи брата моего, они спе­реди у меня, я рас­суж­даю о них и осуж­даю брата» (Отеч­ник, 640). Но это – состо­я­ние совер­шен­ства, это доб­ро­де­тель боже­ствен­ного сми­ре­ния, пре­вы­ша­ю­щая при­род­ные чело­ве­че­ские спо­соб­но­сти!

И однако, к этому совер­шен­ству зовет нас всех Хри­стос (Мф. 6:48). Не стоит вну­шать себе, что это заве­домо не дости­жимо для нас, слабых, нера­ди­вых и греш­ных, живу­щих в мир­ской суете и кое-как несу­щих по жизни соб­ствен­ный крест. Ответ на это также дан в Еван­ге­лии: «Верный в малом и во многом верен; а невер­ный в малом неве­рен и во многом» (Лк. 16:10). То есть, если сохра­ним вер­ность, начи­ная с малого, Гос­подь Сам нам даст боль­шее (см. притчу о талан­тах у Мф. 25:21). А это малое выра­жено в «золо­том пра­виле» Писа­ния: «Итак, во всем, как хотите, чтобы с вами посту­пали люди, так посту­пайте и вы с ними; ибо в этом закон и про­роки» (Мф. 7:12). И поскольку никто из нас не может жить без оценок, – иначе как хри­сти­а­нину «укло­няться от зла и тво­рить благо» (Пс. 33:15) или «все испы­ты­вать, хоро­шего дер­жаться» (1Фес. 5:21), – но оценки наши в отно­ше­нии пове­де­ния окру­жа­ю­щих могут быть весьма при­бли­зи­тель­ными, неточ­ными или вовсе невер­ными, то здесь и нужно исхо­дить из этого «золо­того пра­вила» в отно­ше­нии к ближ­ним. То есть нет про­стого запрета – «не судите», – а есть важное допол­не­ние к этому: «Ибо каким судом судите, таким и будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7:2). Апо­стол Иаков по этому поводу заме­чает: «Ибо суд без мило­сти не ока­зав­шему мило­сти; милость пре­воз­но­сится над судом» (Иак. 2:13). И Сам же Хри­стос при­зы­вает осуж­дав­ших Его и враж­до­вав­ших с Ним иудеев: «Не судите по наруж­но­сти, но судите судом пра­вед­ным» (Ин. 7:24). Вот, только такой суд и имеет цен­ность – отвер­га­ю­щий грех, но милу­ю­щий и про­ща­ю­щий греш­ника. Суд любви и мило­сти – ибо только такой суд и может быть по-насто­я­щему пра­во­суд­ным, – бес­при­страст­ным и не поверх­ност­ным, не по наруж­но­сти. В про­тив­ном случае всякий суд ведет к осуж­де­нию, поскольку осуж­де­ние – это как раз суд без мило­сти и без любви; он всегда стра­стен, и к нему непре­менно при­ме­ши­ва­ется личная непри­язнь.

По заме­ча­нию аввы Доро­фея, «Иное же дело зло­сло­вить или пори­цать, иное осуж­дать и иное уни­чи­жать. Пори­цать – значит ска­зать о ком-нибудь: такой-то солгал, или раз­гне­вался, или впал в блуд, или (сделал) что-либо подоб­ное. Вот такой зло­сло­вил (брата), т. е. сказал при­страстно о его согре­ше­нии. А осуж­дать – значит ска­зать: такой-то лгун, гнев­лив, блуд­ник. Вот сей осудил самое рас­по­ло­же­ние души его, про­из­нес при­го­вор о всей его жизни, говоря, что он таков-то, и осудил его, как такого; а это тяжкий грех. Ибо иное ска­зать: «он раз­гне­вался», и иное ска­зать: «он гнев­лив», и, как я сказал, про­из­не­сти (таким обра­зом) при­го­вор о всей его жизни». Можно доба­вить, что даже и в этом случае одни и те же слова «он гнев­лив» можно про­из­не­сти по-раз­ному… «Он гнев­лив!!» – про­из­но­си­мое с внут­рен­ней непри­яз­нью, это будет в точ­но­сти осуж­де­нием по преп. Доро­фею, но в то же время: «он гнев­лив… Боже, помоги ему» – если гово­рится с сожа­ле­нием и сочув­ствием, без малей­шего воз­му­ще­ния, то это, конечно, осуж­де­нием не явля­ется, поскольку ска­зан­ное может отно­ситься к хорошо извест­ному чело­веку с заме­ча­е­мой мно­гими его сла­бо­стью.

Впро­чем, и здесь иногда может быть ловушка. Преп. Иоанн Лествич­ник пишет: «Услы­шав, что неко­то­рые зло­сло­вят ближ­них, я запре­тил им; дела­тели же сего зла в изви­не­ние отве­чали, что они делают это из любви и попе­че­ния о зло­сло­ви­мом. Но я сказал им: «Оставьте такую любовь, чтобы не ока­за­лось ложным ска­зан­ное: «Тайно кле­ве­щу­щего на ближ­него своего – сего я изго­нял…» (Пс. 100:5). Если ты истинно любишь ближ­него, как гово­ришь, то не осме­и­вай его, а молись о нем втайне; ибо сей образ любви при­я­тен Богу. Ста­нешь осте­ре­гаться осуж­дать согре­ша­ю­щих, если всегда будешь пом­нить, что Иуда был в соборе уче­ни­ков Хри­сто­вых, а раз­бой­ник в числе убийц; но в одно мгно­ве­ние про­изо­шла с ними чудная пере­мена» (Лествица 10, 4).

От осуж­де­ния сле­дует отли­чать обли­че­ние. По внеш­ней форме они могут быть весьма сходны, по внут­рен­ним моти­вам, содер­жа­нию и резуль­та­тив­но­сти – совер­шенно раз­лич­ными, едва ли не про­ти­во­по­лож­ными. «Если согре­шит брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним…» (Мф. 18:15). И обли­ча­ю­щий, и осуж­да­ю­щий исхо­дят из виде­ния недо­стат­ков в ближ­нем. Но тот, кто осуж­дает, в лучшем случае кон­ста­ти­рует сам голый факт недо­статка чело­века, делая это с непри­яз­нью к нему. Обли­ча­ю­щий же делает это исклю­чи­тельно из духов­ных побуж­де­ний, не ища при этом своей соб­ствен­ной воли, а желая ближ­нему только добра и блага от Гос­пода.

Про­роки Вет­хого Завета обли­чали царей изра­иль­ских или весь народ за попра­ние запо­ве­дей Божиих, за идо­ло­по­клон­ство, жесто­ко­сер­дие и т.д. Пророк Нафан обли­чил царя Давида за пре­лю­бо­де­я­ние с Вир­са­вией, чем вызвал рас­ка­я­ние Давида. Обли­че­ние может слу­жить для исправ­ле­ния чело­века, оно спо­соб­ствует исце­ле­нию и воз­рож­де­нию греш­ника, хотя и не всегда, поскольку многое зави­сит и от самого состо­я­ния его души и направ­ле­ния его воли. «Не обли­чай кощун­ника, чтобы он не воз­не­на­ви­дел тебя; обли­чай муд­рого, и он воз­лю­бит тебя» (Притчи 9, 8). Но осуж­де­ние нико­гда ничего подоб­ного не вызы­вает – оно только лишь оже­сто­чает, озлоб­ляет или ввер­гает в уныние. Поэтому духовно сла­бому чело­веку, самому пре­бы­ва­ю­щему в стра­стях, никак не подо­бает браться за обли­че­ние – он непре­менно сорвется на осуж­де­ние, повре­див и себе, и тому, кого он взялся вра­зум­лять. Тем более, что важно знать меру и чув­ство вре­мени, когда что ска­зать ближ­нему своему о недо­стат­ках или же смол­чать и потер­петь. А эта мера может быть открыта только Самим Богом, волю Кото­рого ищет и чув­ствует чистое сердце.

Стоит отме­тить, что куль­тура, в кото­рой мы росли и вос­пи­ты­ва­лись, чаще, увы, бла­го­при­ят­ствует раз­ви­тию стра­сти осуж­де­ния, чем пре­пят­ствует ей. И цер­ковно-при­ход­ская среда или неко­то­рые пра­во­слав­ные изда­ния, увы, могут вовсе не состав­лять здесь исклю­че­ния.

Напри­мер, часто встре­ча­ется мнение, что только в Пра­во­слав­ной Церкви спа­се­ние, а те, кто не при­над­ле­жат к ней, соот­вет­ственно, не спа­сутся. А не спа­сутся – значит, погиб­нут и осу­дятся. Мы – право-слав­ные, только мы пра­вильно покло­ня­емся Богу, а другие делают это непра­вильно, у нас – пол­нота истины, а у других она ущербна или вообще иска­жена настолько, что их иначе как пре­льщен­ными бесами и не назо­вешь!

Но если чело­век зара­нее отка­зы­вает кому-то в спа­се­нии, или целым груп­пам людей, то это и есть еще один клас­си­че­ский пример осуж­де­ния как пред­вос­хи­ще­ния совер­шен­ного суда Божьего и под­мены его своим соб­ствен­ным несо­вер­шен­ным и при­страст­ным судом! Да, дог­ма­ти­че­ски у нас самое воз­вы­шен­ное и точное учение, но почему бы не заду­маться – а живем ли мы в соот­вет­ствии с ним? А иной ино­ве­рец по жизни может ока­заться выше нас, да к тому же Еван­ге­лие сви­де­тель­ствует, что кому больше дано, с того больше и спро­сится! – см. Лк. 12, 47–49. И спра­ши­ва­ется уже давно: ката­строфа 1917 года, 70 лет воин­ству­ю­щего и агрес­сив­ного ате­изма, затем общее паде­ние нравов, общий рост пре­ступ­но­сти, нар­ко­ма­нии, само­убийств, пре­не­бре­же­ние к чело­ве­че­ской лич­но­сти, быто­вое хам­ство, кор­руп­ция… – при всем том, что от 50 до 70 про­цен­тов рос­сиян теперь назы­вают себя пра­во­слав­ными! А в непра­во­слав­ных стра­нах Европы и Аме­рики – ста­биль­ность, соци­аль­ная спра­вед­ли­вость, обес­пе­чен­ность и защи­щен­ность, пра­во­по­ря­док и закон­ность, и многие наши сооте­че­ствен­ники в послед­ние годы прочно обос­но­ва­лись там. «По плодам их узна­ете их» (Мф. 7:20). Не оттого ли, что у многих сейчас столько «пра­во­слав­ной» гор­до­сти, Гос­подь по-преж­нему сми­ряет нас? Воис­тину, лучшее про­ти­во­ядие против осуж­де­ния других – само­осуж­де­ние и само­уко­ре­ние! «Глав­ная при­чина вся­кого сму­ще­ния, если мы осно­ва­тельно иссле­дуем, есть то, что мы не уко­ряем самих себя. От того про­ис­те­кает всякое подоб­ное рас­строй­ство, от того мы нико­гда не нахо­дим покоя. И нечего удив­ляться, когда слышим от всех святых, что нет дру­гого пути, кроме сего. Мы видим, что никто, минуя путь сей, не обрел покоя, а мы наде­емся полу­чить спо­кой­ствие, или пола­гаем, что идем правым путем, нико­гда не желая уко­рять самих себя. Поис­тине, если чело­век совер­шит и тьмы доб­ро­де­те­лей, но не будет дер­жаться сего пути, то он нико­гда не пере­ста­нет оскорб­ляться и оскорб­лять других, теряя чрез то все труды свои» (авва Доро­фей). Как хорошо было бы пом­нить всякий час, а не только Вели­ким постом, слова молитвы преп. Ефрема Сирина: «Ей, Гос­поди Царю, даруй ми зрети моя пре­гре­ше­ния и не осуж­дати брата моего».

Разу­ме­ется, нет окон­ча­тель­ных и кон­крет­ных рецеп­тов для того, чтобы твердо и окон­ча­тельно застра­хо­вать себя от осуж­де­ния. Живая жизнь не укла­ды­ва­ется в какие-то четкие реко­мен­да­ции, и для любого кон­крет­ного чело­века или для опре­де­лен­ного типа харак­тера может быть разный подход. Напри­мер, людям гнев­ли­вым, эмо­ци­о­наль­ным и склон­ным к кате­го­рич­ным оцен­кам сле­дует пом­нить об отно­си­тель­но­сти и при­бли­зи­тель­но­сти, а значит, и веро­ят­ной оши­боч­но­сти их суж­де­ний о ближ­них. А для тех, кто сам боится про­явить свою жиз­нен­ную пози­цию и выра­зить свое мнение (как пра­вило, людей робких и мни­тель­ных, боя­щихся в том числе кого-то осу­дить, склон­ных к унынию от самих себя), наобо­рот, тре­бу­ется боль­шая внут­рен­няя сво­бода и рас­кре­по­щен­ность. Пока мы живем на этом свете, всегда есть воз­мож­ность срывов и паде­ний, но на ошиб­ках мы учимся; глав­ное не упор­ство­вать в грехах, из кото­рых наи­бо­лее уни­вер­саль­ный – грех гор­дыни, чаще всего и про­яв­ля­ю­щийся в пре­воз­но­ше­нии над ближ­ними и осуж­де­нии их. Стоит, однако, пом­нить о сле­ду­ю­щих момен­тах.

1) В чем осуж­даем или подо­зре­ваем других, чаще всего это имеем сами. И этим искрив­лен­ным виде­нием судим ближ­них своих, из своего опре­де­лен­ного внут­рен­него опыта. Ибо как могли бы мы иначе иметь поня­тие о пред­по­ла­га­е­мых поро­ках? «Для чистых все чисто; а для осквер­нен­ных и невер­ных нет ничего нечи­стого, но осквер­нены ум их и совесть» (Тит. 1:15).

2) Часто в таком осуж­де­нии кро­ется жела­ние воз­вы­ситься над суди­мым и пока­зать себе, что уж я‑то точно к этому непри­ча­стен, но в реаль­но­сти с этим легко сосед­ствует лице­ме­рие и лице­при­я­тие – см. п. 1. Если судим ближ­него, то должны были бы так же под­хо­дить и к самим себе, однако чаще полу­ча­ется, что себя готовы изви­нять и оправ­ды­вать, себе желать про­ще­ния и снис­хож­де­ния больше, чем другим. В этом есть уже неспра­вед­ли­вость нашего суда, а осуж­де­ние – заве­домо неспра­вед­ли­вый суд.

3) Если хотим поде­литься мыс­лями друг с другом об извест­ном лице, его воз­мож­ных досто­ин­ствах или недо­стат­ках, то лучше спро­сить себя: для чего и с какой целью… Если поде­литься опа­се­ни­ями и болью о согре­ша­ю­щем, пре­ду­пре­дить людей о воз­мож­ных неже­ла­тель­ных послед­ствиях, свя­зан­ных с мно­го­крат­ными и повто­ряв­ши­мися уже кон­так­тами разных людей с этим лицом, одо­ле­ва­е­мым извест­ным поро­ком, – это вполне есте­ствен­ный шаг, и даже нужный, чтобы предот­вра­тить умно­же­ние все новых соблаз­нов. Если же просто в оче­ред­ной раз пооб­суж­дать и отве­сти душу, изли­вая свою непри­язнь, – тут и в самом деле до празд­но­сло­вия и осуж­де­ния неда­леко. Важно наме­ре­ние и внут­рен­нее состо­я­ние рас­сказ­чика. Если внутри души мир, то от суж­де­ния он вполне застра­хо­ван.

4) Срыв на осуж­де­ние про­ис­хо­дит от недо­статка любви и про­ще­ния обид­чи­ков. Пока мы живем, у нас всегда могут быть враги или недоб­ро­же­ла­тели. Любить врагов своими при­род­ными силами невоз­можно. Но молиться за них, по слову Еван­ге­лия, и не желать им зла и отмще­ния – уже вполне может быть нам по силам с самого начала, и в этом малом надо ста­раться утвер­диться. Видя малое, Гос­подь даст со вре­ме­нем боль­шее, то есть вдох­но­вен­ную любовь свыше. Любовь же дол­го­тер­пит, мило­серд­ствует, не пре­воз­но­сится, не мыслит зла (1Кор. 13:4–5), и тогда, как гово­рил блаж. Авгу­стин, «люби и делай, что хочешь». Вряд ли любя­щая мать станет осуж­дать своего нера­ди­вого ребенка, хотя меры к его вос­пи­та­нию будет при­ни­мать, вплоть до воз­мож­ного нака­за­ния, если потре­бу­ется.

5) Часто нам может казаться, что люди, выра­жа­ю­щие резкие оценки об извест­ных нам лицах, осуж­дают их. На самом же деле мы не можем с досто­вер­но­стью утвер­ждать, что другие вокруг нас осуж­дают, если сами о себе не всегда уве­рены, осуж­даем ли мы. Только я сам в лучшем случае и могу ска­зать о себе, исходя из своего внут­рен­него состо­я­ния, осудил ли я или нет; есть ли во мне непри­язнь, зло­же­ла­тель­ство и жажда отмще­ния при отри­ца­тель­ной оценке.

6) Мы можем сами умно­жать вокруг себя осуж­де­ние, про­во­ци­руя на него немощ­ных. Надо пом­нить, что с пра­во­слав­ных хри­стиан волей-нево­лей спра­ши­ва­ется больше, чем с осталь­ных, и не только Богом спро­сится в буду­щем, но и окру­жа­ю­щими уже здесь и сейчас. С лиц, обле­чен­ных духов­ным саном, спрос еще строже и тре­бо­ва­ния выше. Если досто­верно известно о грехе ближ­него, грех надо реши­тельно отверг­нуть, греш­ника же пожа­леть и помо­литься о его вра­зум­ле­нии, помня, что сего­дня пал он, а завтра это мог бы быть каждый из нас. Отри­ца­тель­ный пример тоже учит, нази­дает: «Укло­няйся от зла и делай добро; ищи мира и следуй за ним» (Пс. 33:15). «Ибо такова есть воля Божия, чтобы мы, делая добро, заграж­дали уста неве­же­ству безум­ных людей» (1Петр. 2:15).

Пра­во­сла­вие и Мир

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки