Слово пастыря

митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл

Оглавление:

 

Виньетка

 

О вере

Первое воскресенье после Пасхи на языке церковного устава называется Неделей Фоминой, или апостола Фомы. В этот день в храмах читается Евангелие о том, как Воскресший Спаситель явился святым апостолам. Но среди них в этот момент не было Фомы. Когда апостолы рассказали ему о случившемся, Фома ответил:

«Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю» (Ин. 20:25).

Это «не поверю» люди произносят на протяжении всех времен, отделяющих нас от события Воскресения. Одни принимают весть о Воскресении с открытым сердцем и радостью, другие говорят: «Не верю. Ибо это не укладывается в моем сознании, не отвечает известной мне логике жизни. Не верю, потому что не могу проверить и не имею доказательств».

Что же такое вера? Апостол Павел отвечает на этот вопрос: «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11:1).

Выдающийся русский богослов XIX века святитель Московский Филарет говорит об этом так: «Вера есть уверенность в невидимом как бы в видимом. А в желаемом и ожидаемом — как бы в настоящем».

Вера отличается от знания. Знание человека основывается на его опыте и ощущениях органов чувств. И потому видимый предмет является предметом знания, а не веры. Услышанное слово также не является предметом веры, но становится предметом знания. Вера же есть уверенность в бытии того, что не поддается восприятию наших физических чувств.

В своем «Катехизисе» святитель Московский Филарет замечает, что вера начинается в разуме, хотя принадлежит сердцу. Действительно, вера может быть основана на логическом мышлении. Например, мне с точки зрения логики гораздо легче признать, что началом бытия Вселенной является Разум. Я не могу поверить в то, что в основе гармоничного и прекрасного мира лежит неразумное начало, некая вечно изменяющаяся материя, способная преобразовывать самое себя из простого в сложное, из неживого в живое, из неразумного в разумное. Моя логика исключает веру в такое происхождение мира. И это совершается на уровне мышления.

Человек способен логически прийти к идее Бога, открыть для себя Творца, но это открытие еще не будет верой. Идея Бога, возникшая в сознании, должна вызвать перемену духа, укорениться в душе человека не только на уровне разума, но и в сердце. Вера и есть особое состояние души. Она принадлежит внутренней духовной жизни человека, человеческому сердцу.

Общепризнанным в богословии является утверждение о присутствии в каждом человеке религиозного чувства. Религиозное чувство присуще человеческой природе так же, как, к примеру, музыкальный слух. Этим чувством обладает каждый человек. Когда религиозное чувство в нем возгрето, когда оно активно, то человек верует, когда же оно пребывает в бездействии — не верует.

Даже если человек отрицается религиозной веры в принципе, религиозное чувство в нем все равно не исчезает. Просто в этом случае он вольно или невольно создает себе некий подменный предмет веры, сотворяет ложных богов, идолов, которым поклоняется, в которых верит и которым служит почти религиозно. В прошлом, к примеру, таким предметом веры для многих людей была идеология с ее идеалом «светлого будущего». И ныне жизнь предлагает множество примеров того, как люди с почти религиозным рвением посвящают себя той или иной идее, будь она политической или национальной, либо с не меньшим воодушевлением служат собственному властолюбию, потребительству, иным порокам, создавая себе кумиров в образе денег, вещей, власти.

А теперь самый важный вопрос: почему одни верят, а другие нет? Неверующие люди часто оправдываются тем, что им «это не дано». Точно ли так?

Под влиянием атеизма в течение долгих лет идею Бога, а тем более религиозную веру, произвольно поставляли в зависимость от знания, и в частности от успехов естествознания. Предполагалось, что научные достижения, широко пропагандируемые через систему образования, способны полностью вытеснить из человеческой жизни религиозное чувство. Однако победить его оказалось невозможно не только обязательным атеистическим образованием, но даже гонениями. Ибо наличие или отсутствие веры не зависят ни от научных достижений, ни от уровня образования. Вопрос о существовании Бога лежит вне компетенции науки. Невозможно научно доказать или опровергнуть бытие Божие. Ибо это есть предмет веры.

Здесь следует сказать о некоторых условиях, при которых человек может развить в себе религиозное чувство и обрести силу веры. Вновь обратимся к аналогии с музыкальным слухом, которым в той или иной мере обладает каждый человек. Даже такой, о котором говорят, что ему «медведь на ухо наступил», способен при определенных условиях развить в себе элементарный музыкальный слух и научиться чувствовать музыкальную гармонию. Представьте себе двух людей с одинаковыми музыкальными способностями, один из которых занимается музыкой, развивает в себе эти способности, а другой работает в кузнице, где не только невозможно развить музыкальный слух, но трудно сохранить и обычный. Что же будет в результате? Человек, совершенствующий свои музыкальные способности, достигнет успеха, а тому, кто работает в кузнице, вряд ли удастся стать музыкантом.

Так вот, есть определенные духовно-нравственные условия развития религиозного чувства. В первую очередь — это чистота ума, души и сердца человека. «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят», — говорит Слово Божие (Мф. 5:8). А преподобный Исаак Сирин пишет: «Вера требует чистого и простого образа мыслей». В злую душу, в нечистый ум, в сердце, оскверненное грехом, не может войти Божественная премудрость, свет никогда не смешается с тьмой, чистота — с грязью. Непомраченное нравственное чувство, то есть способность отличать добро от зла и подчинять свою жизнь правде, есть непременное условие Богопознания. «Подобное познается подобным», — говорили древние. Если мы живем во лжи и в скверне, то не увидим Бога, не почувствуем Его сердцем своим, не прикоснемся к Нему своим разумом.

Евангельское чтение повествует нам о неверии Фомы. Но Фома обрел веру в Воскресение Господа. И мы должны просить Бога помочь нам жить по Его правде: не творить нечестия, не обманывать людей, не строить своего благополучия на несчастье ближнего, не умножать зла, в которое и без того погружено общество.

Будем молить Господа о том, чтобы через грех не повредить соприродное нашему естеству религиозное чувство и чтобы всегда пребывала в нас готовность уверовать.

О Богопознании

Даже атеистическая марксистская идеология признавала, что основной философской проблемой является вопрос о Боге. Правда, марксизм формулировал его как вопрос о том, что является первичным: материя или сознание? И в зависимости от ответа на него философская система признавалась либо материалистической, либо идеалистической.

Тема Бога, без сомнения, является главным мировоззренческим вопросом. Можно сказать больше: вопрос о Боге — главный вопрос не только философии, но и всей человеческой жизни. От того, как человек отвечает на него, зависит очень многое: отношения с людьми, с окружающей природой, обществом, государством. Это действительно фундаментальный вопрос.

Итак, одни люди верят, другие не верят. Такова реальность, которую следует глубоко осмыслить. Некоторые не верят потому, что у них не развито религиозное чувство. Другие не могут поверить из-за того, что их нравственное чувство помрачено, и в сознании перепутались добро и зло, ложь и правда. Однако есть еще одно очень важное условие познания Бога.

Бог пребывает в сверхчувственном мире вне физического пространства и времени. А человек по своей природе заключен во времени и в пространстве. Таким образом, ответ на вопрос, может ли человек, опираясь на свои чувства и разум, познать то, что лежит за пределами физического мира, очевиден: нет, не может. «Как никто никогда не вдыхал в себя всего воздуха, так ни ум не вмещал, ни слова не обнимали Божией сущности», — говорит святитель Григорий Богослов. И очень многие на основании этого делают умозаключение: сверхчувственного мира вообще не существует. Ведь если я не могу почувствовать, увидеть, услышать, вместить, объять, математически проанализировать тот мир, значит, его просто нет. А нет сверхчувственного мира — следовательно, нет и Бога.

Вся история человечества есть история Богоискания, ибо главный вопрос жизни, вопрос о Боге всегда мучил людей. История человеческой цивилизации дает яркую картину подобных поисков. Самые значительные произведения искусства: архитектуры, скульптуры, живописи, музыки — так или иначе связаны с поисками Божественного. На тернистом и извилистом пути человечества к Богу существовало много преград, да и вел этот путь зачастую к ложным богам.

Хорошо известно, что древние отождествляли с Богом силы природы: гром, молнию, ветер. Другой случай — когда человек создавал образ божества, который наделял своими собственными свойствами и качествами: любовью и гневом, раздражительностью и завистью. Именно таким образом и возник знаменитый греческий Олимп, населенный человекобогами.

Подобные поиски Бога приводили к появлению религий, которые принято называть естественными. Они порождены желанием человека, опирающегося на собственные чувства и силы, познать Бога. Но мы уже говорили о том, что это невозможно, ибо Бог пребывает в ином, сверхчувственном мире, куда человеку проникнуть не дано. Мир этот недоступен, он не подвластен ни нашему интеллекту, ни нашим эмоциям. Но тогда не может ли сам Бог перейти границу сверхчувственного и физического миров, чтобы войти в общение с человеком? Священное Писание отвечает на этот вопрос положительно, ибо «невозможное человекам возможно Богу» (Лк. 18:27).

Бог особым образом дал знать людям нечто о Себе и тем самым помог им вступить на путь Богопознания. Эта весть, которую Бог сообщил о Себе людям, именуется Божественным Откровением. Благодаря Откровению люди способны познать Бога в той степени, в которой Бог благоволит открыть Себя.

О Божественном Откровении

Египетскому отшельнику IV века авве Антонию Великому пришел знаменитый философ и спросил: «Авва, как ты можешь жить здесь, в пустыне, лишенный утешения от чтения книг?» Указав рукой на голубое небо, палящее солнце, горы, пески пустыни, скудную растительность, отшельник сказал: «Моя книга, философ, есть природа сотворенных вещей, и, когда я хочу, я могу читать в ней дела Божии».

Великой Божественной книгой Откровения является наш мир. Всматриваясь в него, всякий наделенный разумом, наблюдательностью и склонностью к анализу человек не может не поразиться той гармонии, красоте, целесообразности и разумности, которые присутствуют во всем — от молекулы до галактики. И невольно возникает вопрос: разве может неразумное, хаотичное и бессознательное начало быть источником разумного и гармоничного бытия?

Люди, отрицающие Бога, объясняют все волей случая. Всегда и везде существующая материя, утверждают они, в какой-то момент стала развиваться таким образом, что в результате непроизвольно родился этот дивный мир.

Почему они так думают? Да потому, что в нашем премудро устроенном и целесообразном мире видимого источника разума не обнаруживается. Получается, что разумный мир есть, а источника разума нет. Естественно предположить, что этот источник находится вне нашего мира, но тогда с неизбежностью приходится признать существование Бога. В противном случае надлежит вообще отказаться от поиска разумного начала бытия. И тогда единственной причиной рождения Вселенной остается признать некое случайное «самовозгорание», некий нечаянный толчок, положивший начало опять-таки случайному сочетанию обстоятельств, которые каким-то необъяснимым образом предопределили фантастический по своей сложности процесс совершенствования материи от простого к сложному, от неживого к живому, от неразумного к разумному, от вулканической лавы к человеческому мозгу, к совести, к любви, к чувству прекрасного… Итак, разумно или нечаянно начало мира? Сотворен он или случаен?

Церковь учит нас, что мироздание есть великая книга Божественного Откровения, что космос явлен как естественное свидетельство Бога о Самом Себе. Созерцая этот мир, мы можем опосредствованно, но реально ощущать в нем Божественное присутствие. По разумности устроения мира естественно судить о разумности его Творца, а факт существования жизни объяснять тем, что Бог есть Источник Жизни.

Однако, рассматривая окружающий мир, разные люди приходят к различным выводам. Для великого ученого ХХ века Альберта Эйнштейна наш мир был воистину естественной книгой Божественного Откровения. Сам ученый замечательно выразил это в следующих словах: «Моя религия есть глубоко прочувствованная уверенность в существовании высшего интеллекта, который открывается нам в доступном познанию мире». Эйнштейн не был богословом, но, рассматривая окружающий мир, сделал очень важный вывод: познание физического мира открывает премудрость Творца.

Но не все люди науки склонны к подобным выводам, поскольку среди них есть как верующие, так и неверующие. Было время, когда большинство ученых нашей страны говорили о себе как об атеистах. История показала, что очень многие из них поступали так, потому что боялись сказать иначе. И это вполне понятно. В те времена быть верующим означало быть изгоем общества. И не каждый имел мужество признаться в том, что он, ученый и исследователь, в то же время является верующим человеком. Но были и тогда мужественные люди. Мне не забыть выдающегося ученого-биолога академика А.А. Баева, с которым меня Господь свел в 1984 году. Этот человек поведал о том, как он, ученый, прочитывает великую книгу естественного Откровения, которую мы именуем живой природой. Для этого академика, человека верующего и много пострадавшего, мир сей действительно был живой книгой Откровения Божия.

Однако для объяснения мироздания не всем достаточно одного лишь естественного Откровения. Случается, что наблюдения за окружающим миром приводят людей к различным, а часто прямо противоположным выводам. Поэтому Господь благоволил дать людям и иную весть о Себе — сверхъестественное Откровение.

В истории человечества всегда были люди, способные услышать голос Самого Бога. Это пророки. В общении с ними Бог открывал Себя. Но во всей полноте Он открыл Себя в Иисусе Христе, родившемся две тысячи лет назад в иудейском городе Вифлееме. Во Христе миру была дана полнота Откровения.

Откровение, которое Бог сообщил о Себе пророкам и которое Он явил миру через Сына Своего, Господа нашего Иисуса Христа, именуется сверхъестественным Откровением. Это Откровение всегда сберегалось в сообществе верующих: во времена Ветхого Завета — у иудейского народа, а по Рождестве Господа и Спасителя — в христианской общине. Хранилось оно бережно, будучи передаваемо из поколения в поколение. И дабы случайно не исказить полученное Откровение недостатком человеческой памяти или субъективным толкованием, его уже в глубокой древности стали записывать. Так появились Священные книги.

Откровение, передаваемое из поколения в поколение, именуется Священным Преданием. А часть Предания, записанная пророками и апостолами, — Священным Писанием.

Благодаря Божественному Откровению люди имеют необходимое знание о сверхчувственном мире.

Конечно, в Откровении не сказано всего. Всё люди узнают только тогда, когда пересекут границу, отделяющую физическую жизнь от жизни будущего века. Но Божественное Откровение содержит в себе все то, что необходимо для построения правильных отношений человека с Богом.

Когда мы читаем Священное Писание, то имеем перед собой не просто исторический документ или литературное произведение. Мы подлинно прикасаемся к Слову Божию, которое способно особым образом воздействовать на наш разум. Выше мы говорили о том, что вера начинается с разума. Разум, просвещенный Божественным Откровением, приводит в действие религиозное чувство, которое и воспламеняет веру, открывая человеку путь реального Богопознания. В этом смысле Слово Божие действительно просвещает нас, ибо, как говорит Иоанн Златоуст, «будучи исполнено света и источая свет, оно просвещает и озаряет души верных».

О Священном Писании

Священное Писание представляет собой книгу, которая получила название «Библия», что в переводе с греческого, собственно, и означает «книга». Название это не случайно. Им подчеркивается совершенно особое значение Библии: это Книга книг, Книга с большой буквы, Книга жизни, потому что через эту Книгу с нами говорит Cам Бог — Творец и Источник Жизни.

Библия делится на две неравные по объему части. Первая и большая часть — Ветхий Завет, вторая — Новый Завет.

Ветхий Завет — это история спасения рода человеческого до пришествия в мир Господа Иисуса Христа. Новый Завет — история спасения, связанная с пришествием Спасителя.

В книгах Ветхого Завета рассказывается история избранного еврейского народа. Эта история именуется Священной, но не потому, что все люди, описываемые в ней, были святы; нет, она повествует не только о святости, но и грехе: о войнах, о преступлениях, об обмане, о насилии… Священной эта история называется потому, что в ней присутствует Божественное Начало. Дела Божии в истории святы, непогрешимы и спасительны. Священная история — это история взаимоотношений Бога и рода человеческого.

Современному человеку Библию понимать довольно трудно. В повествовании часто встречаются непривычные литературные формы, выражения и образы. В силу этого неподготовленный читатель недоуменно пожимает плечами и откладывает Библию в сторону как книгу малопонятную. В этом нет ничего удивительного — Библия содержит свидетельства об исторических событиях, одни из которых могут отстоять от нас, как полагают ученые, на три-четыре тысячи лет, другие же и вовсе теряются в дали времен. Именно к такой глубокой древности восходит часть текстов Священного Писания.

Давайте представим себе тех древних авторов, которые обращались к своим современникам. Они и вообразить не могли современного читателя с его объемом знаний, историческим опытом, особенностями мышления и самовыражения. Адресуясь к своим современникам, они, естественно, использовали язык, образную систему, метафоры и обороты речи своего времени. Однако при правильном чтении Библии эти по видимости архаичные образы по-новому открываются нам, становясь ясными, доходчивыми, глубоко содержательными, несущими огромный смысл.

Есть и еще одна трудность, с которой сталкивается современный читатель Библии. Зачастую люди пытаются рассматривать Библию как источник естественно-научных данных. Открывают первые главы книги, где говорится о сотворении мира, и… с удивлением замечают, что текст не соответствует сегодняшним научным представлениям о происхождении жизни. Приходит разочарование. Так иные оставляют чтение с мыслью о том, что Библия либо непонятна, либо неубедительна для современного человека.

Дело, однако, в том, что Библия не является учебником — ни по космогонии, ни по естествознанию, ни даже по истории. Это книга не научная, а религиозная. И потому главное в ней — не естественно-научные факты или исторические сведения, а то, что Бог благоволил открыть о Себе людям. Из Библии мы черпаем достоверное знание о Боге и о Его отношении к человеку и ко всему сущему.

На протяжении не одной тысячи лет Библию писали разные авторы. Имена некоторых из них до нас дошли, а о других можно только догадываться. Здесь очень важно заметить, что в древности на Востоке понятие авторства было совсем иным, нежели теперь. Ныне мы называем автором человека, собственноручно написавшего книгу. А тогда автором считали того, чьи мысли были отражены в книге, чьи идеи и переживания запечатлены на ее страницах. Поэтому часто за именем автора той или иной библейской книги могут стоять другие люди, создававшие этот текст порой даже не в то время, когда жил сам автор.

Читая Библию, мы можем судить об объеме и характере познаний ее авторов, их литературных способностях, уровне культуры и образования и даже о темпераменте. Эти древние авторы могли быть поэтами и излагать религиозные истины в замечательной художественной форме, языком бессмертных поэтических образов. Другие же были прозаиками и старались с возможной фактической точностью и полнотой отразить историю переживаемых ими событий.

Иными словами, физическими авторами Библии являлись люди с их достоинствами и несовершенствами, а значит, и деяния их могли быть не лишены некоторых внешних противоречий, свойственных человеческой природе вообще и всякому делу рук человеческих в частности. Но Библия не была бы Книгой книг, Словом Божиим, если бы она писалась только людьми. Автором этой книги является Сам Бог, Который, воздействуя на сердце и разум древних авторов, внушал им мысли о Себе. И это Божественное внушение именуется Богодухновенностью.

Авторами Библии являются и Бог, и люди. Бог сообщил о Себе то, что было необходимо для человеческого спасения. Исторические же авторы Библии воспринимая Слово Божие, облекали его в определенную литературную форму, свойственную культурно-историческому контексту их времени. Однако именно этот, человеческий, фактор в библейском авторстве и является потенциально погрешимым. Здесь могут обнаружиться непроизвольные ошибки или неточности. На этом уровне Библию можно изучать и исследовать, применяя к ней методы исторической и литературной критики, системного и даже математического анализа, что и делают богословы и ученые. К Божественной же стороне Библии человеческие критерии неприложимы. На этом, высшем, уровне Библия непогрешима. Все то, что Бог поведал о Себе людям, является непогрешимым, Божественным, истинным.

Правильно читать Библию — значит уметь различать Божественное и человеческое в ней. Все нападки на Библию, будь они атеистическими или так называемыми историко-критическими, имели под собой ту причину, что люди не умели читать Библию, смешивая человеческий, изменяемый и погрешимый фактор с Божественным присутствием, находящимся вне всякой человеческой критики.

Как нужно читать Библию

Когда вы приходите в гости и вам показывают семейный фотоальбом, то вам не обойтись без некоторых дополнительных комментариев, помогающих правильно ориентироваться в изображенных лицах. Ведь семейный архив является достоянием данного семейства, так что человек посторонний может и не разобраться здесь самостоятельно.

Библия была написана для избранного народа, наследником которого после пришествия в мир Господа и Спасителя стал народ Божий, то есть Церковь Христова. Библия есть книга Церкви. И поэтому понимать ее надо так, как понимает ее семья, которой она принадлежит, то есть Церковь.

Но сначала порассуждаем вот о чем. Сегодня каждый человек может приобрести Библию, открыть ее и начать читать. Что же нужно для того, чтобы это чтение привело к положительному результату, стало спасительным? И можно ли читать Библию так, как читают обычную книгу?

Библия есть книга Божественная, это обращенное к нам Слово Божие. Но к правильному пониманию этого Слова надо себя подготовить. Если мы открываем священные страницы где-нибудь в метро или в автобусе, если пытаемся проникнуть в их смысл наспех или без усилий, то скорее всего не поймем ничего. Здесь требуется внутренняя подготовка, определенный духовный настрой.

Святые отцы учат, что чтению Библии должна предшествовать молитва — концентрация духовных и умственных сил для того, чтобы «остыть» от горячки повседневной жизни, освободиться из плена эмоций, страстей, переживаний. «Чтение твое да будет в не возмущаемой ничем тишине», — внушает преподобный Исаак Сирин. Древние монахи читали Писание понемногу, вслух, стараясь максимальным образом сосредоточиться на смысле библейского текста. В египетских монастырях IV века монахи заучивали библейские тексты наизусть, постоянно повторяя их про себя в течение всего дня. А великий русский святой XIX века преподобный Серафим Саровский говорил, что ум христианина должен «плавать» в словах Писания.

Читая Библию, нужно с готовностью воспринимать ее не только разумом, но и сердцем. Читать Библию следует неспешно. Не нужно поглощать главу за главой, прочитывая по нескольку страниц без остановки. «Когда читаешь Божественное Писание, не то имей в виду, чтобы только прочитать лист за листом, — говорит преподобный Никодим Святогорец. — Но с размышлением вникай в каждое слово». Лучше всего читать не более одной главы в день, размышляя над прочитанным. Очень важно замечать в Священном Писании непонятные слова, записывать новые для нас выражения, с тем чтобы впоследствии, обратившись к толкованию или с помощью просвещенного человека, найти ответ на возникший при чтении Слова Божия вопрос.

Читая Библию, мы входим в общение с Богом, узнаем Его, устанавливаем личную связь с Творцом. Поэтому чтение Библии является не только рациональным, но и глубоко духовным деланием.

В зависимости от уровня знаний, образования, жизненного опыта у человека складывается свое восприятие и понимание библейского текста. В этом сокрыта некоторая опасность. С одной стороны, индивидуальная работа со Словом Божиим возгревает в нас религиозное чувство, укрепляет нашу веру. Но с другой стороны — мы не застрахованы от ошибок, когда, читая Библию, способны по незнанию, отсутствию опыта и соответствующего образования прийти к неправильным выводам.

В связи с этим возникает вопрос: а существует ли безошибочный критерий для правильного понимания Священного Писания? Церковь утверждает: поскольку Библия есть книга народа Божия — Церкви, то общецерковное понимание и содержит в себе тот критерий, сверяясь с которым, можно избежать ошибок.

Почему же общецерковное понимание Библии безошибочно, а индивидуальное может обернуться заблуждением?

Библия есть Богодухновенная книга, написанная по Божественному внушению, и, чтобы проникнуть в суть Божия послания к миру и человеку, нужно иметь Духа Святого в своем сердце.

Люди находятся на разном расстоянии от Бога. Один стоит ближе, другой — дальше. Один имеет великие дары Духа Святого, а другой этих даров не имеет. Но известно: в Церкви как общине веры живет и действует тот же Божественный Дух, Который внушал древним библейским авторам Богодухновенные тексты. И потому Церковь, имея в себе этот Дух, способна безошибочно постигать Слово Божие. Это всесовершенное толкование Священного Писания содержится, конечно, не в индивидуальных высказываниях тех или иных церковных деятелей, пусть даже самых просвещенных и авторитетных. Безошибочное понимание Слова Божия хранится в церковном учении, которое формируется на основании Священного Писания, принадлежит Церкви и передается в лоне ее из поколения в поколение. Таким образом, Церковное вероучение, основанное на Слове Божием, есть по своей сути обширный комментарий к Слову, внушенный силою Святого Духа.

С какой торжественностью, с какой величавостью происходит в Церкви чтение Священного Писания! В один из самых важных моментов богослужения Слово Божие торжественно выносят на середину храма. Перед тем как провозгласить текст во время Божественной литургии, священник читает особую молитву, в которой просит Господа помочь всем присутствующим понять смысл читаемого. Диакон возглашает: «Премудрость. Вонмем», — подчеркивая тем самым, что Слово Божие несет особую мудрость людям, и воспринимать его надо с особым вниманием. После прочтения библейских текстов за литургией следует проповедь, содействующая правильному церковному пониманию Божественных истин.

Вслушиваясь в слова Священного Писания, мы стоим со склоненной головой, готовые к приятию Слова Божия. Вслушиваясь в вечные глаголы Божественного Откровения, мы расстаемся на время с миром и погружаемся в себя. Ибо Слово Божие, по свидетельству апостола, действием своим подобно «мечу духовному» (Еф. 6:17), способному рассечь человеческое естество, отделить правду от неправды, свет от тьмы, добро от зла. Слово Божие обладает колоссальной силой духовного воздействия на человека. И очень важно, чтобы, внимая этому Слову, мы впитывали истину, которую Дух Святой передал древним авторам Библии и которую доныне преподает Церкви Христовой, общине веры.

Что мы знаем о Боге из Библии

Бог Сам свидетельствовал людям о Себе, и это свидетельство заключено в Библии. В библейских текстах содержатся высказывания, отдельные определения, выражения, фразы, помогающие понять то, что Бог поведал людям о Себе.

У пророка Осии мы встречаем вот какое определение Бога: «Я Бог, а не человек» (Ос. 11:9). Если Бог, имеющий разум и волю, о чем ясно свидетельствует Библия (3Цар. 3:28. Иов. 12:13, 16. Притч. 3:19–20. Сир. 1:1, 5; 15:18; 42:21. Ис. 11:2; 28:29. Лк. 11:49. Рим. 11:33; 14:26. 1Кор. 1:21, 24; 2:7. Воля Божия: Пс. 106:11. Прем. 6:4. Мк. 3:35. Лк. 7:30. Деян. 20:27. 1Пет. 2:15; 3:17; 4:2, 19. 1Ин. 2:17. Рим. 1:10; 8:27; 12:2. 1Кор. 1:1. 2Кор. 8:5. Еф. 5:17; 6:6. 1Фес. 4:3; 5:18. Евр. 10:36. Откр. 17:17), не является человеком, то, значит, Он — существо иного порядка, находящееся по Своей природе вне нашего мира. Он, как говорят философы и богословы, трансцендентен по отношению к миру. Эта трансцендентность, то есть природная отличность Бога от физического мира, описывается в Библии словом «Дух». «Бог есть дух» (Ин. 4. 24. Ср.: Быт. 1. 2; 6. 3; 41. 38. Исх. 15. 10; 31. 3. Числ. 11. 29; 23. 6; 24. 2. Суд. 3. 10; 6. 34; 11. 29; 13. 25; 14. 6, 19; 15. 14; 1Цар. 10. 6, 10; 11. 6; 16. 13; 19. 20, 23; 2Цар. 23. 2; 3Цар. 18. 12. 1Пар. 15. 1. 2Пар. 15. 1; 20. 14; 24. 20. Неем. 9. 20. Иф. 16. 14. Иов. 4. 9; 26. 13; 33. 4. Пс. 32. 6; 50. 13; 103. 30; 138. 7; 142. 10. Прем. 1. 7; 9. 17; 12. 1. Ис. 11. 2; 32. 15; 34. 16; 42. 1; 44. 3; 48. 16; 61. 1; 63. 10–14. Иез. 11. 1, 5. Агг. 2. 5. Зах. 4. 6; 7. 12; 3Езд. 6. 37. Мф. 1. 20; 3. 16; 4. 1; 10. 20; 12. 31–32; 28. 19. Мк. 1. 10, 12; 3. 29; 13. 11. Лк. 1. 35, 67; 2. 26; 3. 22; 4. 1, 18; 11. 13; 12. 10, 12. Ин. 1. 32–33; 3. 5–6, 8, 34; 6. 63; 7. 39; 14. 17, 26; 15. 26; 16. 13; 20. 22. Деян. 1. 2, 5, 8, 16; 2. 4, 17–18, 33, 38; 5. 3, 9; 7. 51; 8. 29; 9. 31; 10. 19; 11. 12, 28; 13. 2, 4; 15. 28; 16. 6–7; 19. 6; 20. 22–23, 28; 21. 11; 28. 25. 1Пет. 1. 2, 11–12, 22; 5.5; 8. 9, 11, 14–16, 23, 26–27; 11. 8; 14. 17; 15. 13, 16, 19, 30; 1Кор. 2. 10–14; 3. 16; 6. 11, 19; 12. 3–4, 8–11, 13; 15. 45. 2Кор. 1. 22; 3. 3, 17–18; 5.5. Гал. 3. 5, 14; 4. 6; Еф. 1. 13, 17; 2. 18. 22; 3. 5, 16; 4. 30; 5. 9. Флп. 1. 19. 1Фес. 1. 5–6; 4. 8. 2Фес. 2. 8, 13. 1Тим. 3. 16; 4. 1. 2Тим. 1. 14. Тит. 3. 5. Евр. 2. 4; 3. 7; 6. 4; 9. 8, 14; 10. 15. 29. Откр. 2. 7, 11, 17, 29; 3. 6, 13, 22; 14. 13; 22. 17).

Тот же пророк Осия, вещая от имени Бога и обращаясь к избранному народу, говорит: «Я Бог, а не человек; среди тебя — Святый» (Ос. 11:9). Бог Сам так определяет Себя, и это означает, что святость — одно из важнейших определений Бога (Ср.: Лев. 11:44–45; 19:2; 20:3, 7, 26; 21:8; 22:2, 32. Нав. 24. 15, 19. 1Цар. 2. 2, 10; 6. 20. 2Цар. 22. 7. 4Цар. 19. 22. 1Пар. 16. 10, 27, 35; 29. 16. 2Пар. 6. 2; 30. 27. Тов. 3. 11; 8. 5, 15; 12. 12, 15. Иф. 9. 13. Иов. 6. 10. Пс. 2. 6; 3. 5; 5. 8; 10. 4; 14. 1; 15. 10; 17. 7; 19. 7; 21. 4; 23. 3; 26. 4; 27. 2; 32. 21; 42. 3; 45. 5; 46. 9; 47. 2; 50. 13; 64. 5; 67. 6; 70. 22; 76. 14. 77. 41, 54; 78. 1; 88. 19; 97. 1; 98. 3, 5, 9; 101. 20; 102. 1; 104. 3, 42; 105. 47; 110. 9; 137. 2; 144. 13, 21. Притч. 9. 10. Прем. 1. 5; 9. 8, 10, 17; 10. 20. Сир. 4. 15; 17. 8; 23. 9–10; 43. 11; 47. 9, 12; 48. 23. Ис. 1. 4; 5. 16, 19, 24; 6. 3; 8. 13; 10. 17, 20; 11. 9; 12. 6; 17. 7; 29. 19, 23; 30. 11–12, 15; 31. 1; 37. 23; 40. 25; 41. 14, 16, 20; 43. 3, 14–15; 45. 11; 47. 4; 48. 17; 49. 7; 52. 19; 54. 5; 55. 5; 56. 7; 57. 13, 15; 58. 13; 60. 9, 14; 63. 10–11; 65. 11, 25; 66. 20. Иер. 23. 9; 31. 23; 50. 29; 51. 5. Вар. 2. 16; 4. 22, 37; 5. 5; 20. 39–40; 28. 14; 36. 20–22; 39. 7, 25. Иез. 43. 7–8. Дан. 3. 52–53; 4. 5–6, 10, 14–15, 20; 5. 11; 9. 16, 20, 24. Иоил. 2. 1; 3. 17. Ам. 2. 7. Авд. 1. 16. Ион. 2. 5, 8. Мих. 1.2. Авв. 1. 12; 2. 20; 3. 3. Соф. 3. 11–12. Зах. 2. 13. 2Мак. 8. 15; 14. 36; 15. 32. 3Мак. 2. 2, 11, 16; 5. 8; 6. 1–2, 4, 17, 26; 7. 8. 3Езд. 14. 22. Мф. 1. 18, 20; 3. 11; 12. 32; 28. 19. Мк. 1. 8, 24, 29; 12. 36; 13. 11. Лк. 1. 15, 35, 41, 49, 67, 72; 2. 25–26; 3. 16, 22; 4. 1, 34; 11. 13; 12. 10, 12. Ин. 1. 33; 7. 39; 14. 26; 17. 11; 20. 22. Деян. 1. 2, 5, 8, 16; 2. 4, 33, 38; 3. 14; 4. 8, 25, 27, 30–31; 5. 3, 32; 6. 3, 5; 7. 51, 55; 8. 15, 17–19, 39; 9. 17, 31; 10. 38, 44–45, 47; 11. 15–16, 24; 13. 2, 4, 9, 35, 52; 15. 8, 28; 16. 6; 19. 2, 6; 20. 23, 28; 21. 11; 28. 25. 1Пет. 1. 12, 15–16. 2Пет. 1. 21. 1Ин. 2, 20; 5. 7. Иуд. 1. 20. Рим. 5. 5; 9. 1; 14. 17; 15. 13, 16. 1Кор. 2. 13; 3. 17; 6. 19; 12. 3. 2Кор. 6. 6; 13. 13. Еф. 3. 5; 4. 30. 1Фес. 1. 5–6; 4. 8. 2Тим. 1. 14. Тит. 3. 5. Евр. 2. 4; 3. 7; 6. 4; 9. 8, 14; 10. 15. Откр. 3. 7; 4.8; 6. 10; 15. 3–4; 16. 5).

Святость противоположна злу, она есть полнота совершенства. Основными составляющими совершенства являются правда и любовь. «Бог верен, и нет неправды в Нем; Он праведен и истинен», — утверждает Ветхий Завет (Втор. 32:4). По внушению Святого Духа в Новом Завете апостол Иоанн Богослов провозглашает: «Бог есть любовь» (1Ин. 4:16). Итак, согласно Слову Божию Правда и Любовь суть определения того, что есть Бог. Бог есть Дух, Абсолютная Святость, Любовь и Правда.

В другом библейском тексте, Книге Исхода, Бог говорит о Себе: «Я есмь Сущий» (Исх. 3:14). В Библии также содержится древнееврейское имя Бога — Яхве, в другом произношении — Иегова, что и означает «Сущий». Итак, каков же смысл этого удивительного выражения: «Я есмь Сущий»? Не тот ли, что Бог есть Абсолютное Бытие в его полноте, а все, что вне Бога, имеет ограниченное бытие или ограниченную жизнь? «Я есмь Сущий», — то есть «Я Тот, Кто Существует». Это означает, что все остальное существует постольку, поскольку Бог дает ему возможность существовать.

Из Библии мы узнаем и о том, что Бог — в начале всего. Если сравнивать Библию с другими религиозными книгами Востока, то разница между ними в первую очередь в том, что в Библии не содержится теогонии, то есть ничего не говорится о происхождении Бога.

В мифических представлениях человека о божествах нередко содержатся сведения об их рождении и происхождении. В Библии же ничего не говорится о происхождении Бога. Бог существует всегда, Бог существует до начала мира, Он вне времени. А если Бог вне времени, значит — Он вечен (Ис. 40:28; Рим. 14:25). Вечный Бог является Творцом мира. Если Бог — Творец мира и материи, то Он и Творец пространства. Ибо пространство есть категория, связанная с существованием материального мира: пространства вне материи быть не может. Но что значит — Бог вне пространства? Это значит, что Бог везде, что Он Вездесущий (Пс. 139:7).

Слово Божие дает нам представление о Боге как о Вездесущем Духе, обладающем способностью творить мир. И поскольку Он этот мир создал, то обладает по отношению к нему абсолютной властью. Исходя из Слова Божия, мы можем утверждать, что Бог есть Дух не только Вездесущий, но и Всемогущий (Быт. 17:1; 28:3; 35:11; 43:14; 48:3; 49:25. Исх. 6:3. Числ. 24:4, 16:1Цар. 1:11. Пс. 67:15; 90:1. Прем. 11:18; 18:15. Сир. 46:8, 19. Ис. 10:34; 13:6. Иез. 1:24; 10:5. Иоил. 1:15. 2Мак. 1:25; 5:20; 6:26; 7:35, 38; 8:11, 18, 24; 11:13. 3Мак. 5:4, 8:3Езд. 13:23; 16:63).

Десять заповедей Божиих начинаются словами: «Я Господь, Бог твой… да не будет у тебя других богов пред лицем Моим» (Исх. 20:2–3). Давайте вдумаемся в это самоопределение: «Я Господь, Бог твой». Что означает «Я»? Это — личное местоимение. Но если Бог по отношению к Себе употребляет подобное местоимение, то это означает, что Бог есть Личность. Не абстрактная духовная субстанция, пребывающая вне нашего мира, но Личность, обладающая вполне конкретными качествами. Таким образом, Слово Божие учит нас, что Бог есть Личный Дух, Вечный, Всемогущий, Вездесущий, Праведный и Любящий.

С точки зрения библейского повествования Бог есть Источник Жизни. Он — Творец Вселенной, так как мир существует постольку, поскольку Бог определил ему быть.

Ученые утверждают, что любая существующая в физическом мире ограниченная система, вне зависимости от того, принадлежит ли она к живой или неживой природе, объективно стремится к небытию и распаду, если не получает извне энергетической поддержки. Эту зависимость очень ясно формулирует второй закон термодинамики.

Ну а если весь наш мир, весь космос представляют собой такую систему, то не следует ли из этого предположения, что мир может существовать лишь при условии энергетической поддержки извне? Весьма возможно, что не все ученые согласятся с этим предположением, хотя, несомненно, найдутся и те, кто признает логичность такого вывода. Если физический мир как система нуждается в энергии извне, то что можно сказать про человека?

Согласно Божественному Откровению Бог есть не только Творец мира, Источник и Податель Жизни, но и Промыслитель, поддерживающий бытие творения, «ибо мы Им живем и движемся и существуем» (Деян. 17:28).

Что произойдет, если мир вознамерится отделить себя от Бога? То же самое, что и с человеком, сознательно отделившим себя от Творца, отпавшим от Бога — Источника Жизни и собственноручно воздвигшим преграду между собой и Им: Божественная энергия перестанет его питать. Такой человек духовно обречен. Система, существующая вне животворной связи с Богом, лишает себя исходящей от Него энергии бытия и погибает. Из этого следует: для того чтобы жить, нам необходима связь с Богом, требуется оживотворение Его Божественной энергией. Потому что Бог — Личный Дух, Вечный, Всемогущий, Вездесущий, Праведный и Любящий — есть также Творец, Источник и Податель Жизни как в нынешнем привременном существовании, так и в бытии вечном.

О соединении с Богом

Возможно ли для человека соединение с Богом? Да, такая возможность существует. И связующим звеном здесь является религия. В переводе с латинского слово «религия» и означает «связь».

Итак, религия есть способ установления связи человека с Богом на основе знаний, сообщенных Богом в Откровении. В сущности, это тот самый контакт, который необходим для «подключения» к источнику Божественной энергии. Откровение содержит сведения не только о Боге, но и знания о самом человеке, об окружающем его мире, о человеческом сообществе, а также о взаимоотношениях Бога и человека, Бога и Вселенной. Эта система знаний, основанная на Божественном Откровении, и составляет мировоззренческую основу религии. Но религия — это не только знания и мировоззрение. В первую очередь это образ жизни в соответствии с этими знаниями.

Если человек строит свою жизнь, опираясь на религиозные представления, то в его нравственной природе происходит глубочайшая перемена: он начинает усваивать качества, присущие Богу. В Библии сказано, что человек создан по образу и подобию Божию. Святые отцы — учители Церкви толковали эту библейскую истину таким образом: в природе человека заложены и присутствуют те же свойства, какими обладает Бог, а именно: разум, свободная воля и чувства. Однако качества и сила этих свойств несопоставимы с теми, которыми обладает Сам Бог. Уподобление Богу означает развитие в человеке этих качеств, с тем чтобы попытаться сократить дистанцию между ним и Богом. Так на основе знаний, полученных через Откровение, развивая свою нравственную природу и реализуя заложенный в ней образ Божий, человек устанавливает контакт с Богом, между ними возникает религиозная связь.

Для того чтобы приемник поймал передачу той или иной радиостанции, необходимо настроить его на определенную волну, в противном случае окажется бесполезной даже самая совершенная техника. Так же и с человеком. Для того чтобы он был способен воспринять Божественную весть и усвоить Божественную энергию, его нравственное чувство, подобно некоему внутреннему «приемнику», должно быть настроено на соответствующую духовно-нравственную волну. Ибо человек войдет в общение с Богом только при том условии, что его нравственная природа будет соответствовать природе Божественной.

Однако во все времена люди пытались вступить в общение с Богом и в обход этого духовно-нравственного пути. Такая попытка установить контакт со сверхчувственным миром вне духовно-нравственных усилий — без задачи внутреннего преображения и изменения своей нравственной природы — именуется оккультизмом. А использование связей с духовным миром без цели преобразования духовно-нравственной природы человека именуется магией или колдовством. И вот что получается в этих случаях: люди ищут связи с духовным миром, но волна-то ими избрана не та! Поле иное! Нравственная природа другая!

Через оккультизм, колдовство и магию человек входит в общение не с Богом — Источником Жизни и Нравственным Совершенством, а с другим, противоположным духовным началом, которое также присутствует в сверхчувственном мире и на языке Священного Писания именуется диаволом. Диавол — это персонифицированное зло, средоточие тьмы и антипод Бога. Так что люди, входящие в связь со сверхчувственным духовным миром вне системы духовно-нравственного самосовершенствования, на деле вступают в контакт с диаволом, становясь объектом направленного воздействия темной силы. В последнее время широко распространилось увлечение так называемыми оккультными науками. Регистрируются общества колдунов, магию рекламируют по телевидению, в газетах и журналах. Современный человек, будучи долгие годы оторванным от веры, Церкви и религиозных знаний, с легкостью отдает себя во власть всех этих лжеучений, даже не предполагая, какую страшную опасность для него самого, его родных и близких несет оккультная связь со сверхчувственным миром.

Итак, мы знаем, что религия есть дарованная человеку возможность соединения с Богом, восприятия Его Божественной энергии и оживотворения ею нашего бытия.

Существует много религий. Вопрос же о том, что есть религия истинная, требует специального и очень глубокого рассмотрения. Не входя подробно в эту сложную тему, можно сказать, что Православие есть такая религия, которая соединяет человека с Богом и являет в его жизни благодатные плоды этого единения. Доказательство тому — двухтысячелетний опыт истории, в которой просияли тысячи и тысячи святых, воплотивших в своем житии идеалы этой религии и сподобившихся подлинного соединения со своим Творцом.

О сотворении мира

Читающий Священное Писание поверхностно (то есть понимающий написанное в нем буквально) «приходит в великое недоумение», — говорит святитель Иоанн Златоуст. Недоумение вызывают уже первые страницы Библии, чрезвычайно простые по форме, но необычайно трудные для понимания. В первой главе Книги Бытия говорится о сотворении мира:

«В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. [И стало так.] И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так. И назвал Бог твердь небом. [И увидел Бог, что это хорошо.] И был вечер, и было утро: день второй.

И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. [И собралась вода под небом в свои места, и явилась суша.] И назвал Бог сушу землею… И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя [по роду и по подобию ее, и] дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так… И был вечер, и было утро: день третий.

И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной [для освещения земли и] для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов; и да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю. И стало так… И был вечер, и было утро: день четвертый.

И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. [И стало так.] И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо… И был вечер, и было утро: день пятый.

И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так…

И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, [и над зверями,] и над птицами небесными, [и над всяким скотом, и над всею землею,] и над всяким животным, пресмыкающимся по земле… И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой» (Быт. 1:1–9, 11, 13–15, 19–21, 23–24, 26–28, 31).

На первый взгляд кажется, что это древнее повествование не соответствует современным научным представлениям о происхождении мира. Но Библия, как уже было сказано, и не является учебником по естественно-научным дисциплинам, в ней не содержится описания того, как совершалось сотворение мира с физической, научной точки зрения. Ибо Библия научает нас не естественно-научным, а религиозным истинам. И первая из таких истин та, что именно Бог сотворил мир из ничего. Представить подобное человеческому сознанию невероятно трудно, ибо творение из ничего лежит вне пределов нашего опыта. Желая постичь тайну начала бытия физического мира, люди впадали (и до сих пор впадают) в одно из трех заблуждений.

Одно из них не разграничивает Творца и творение. Некоторые из древних философов считали, что Бог и Его творение суть одна субстанция, а мир является эманацией божества. Согласно этим представлениям Бог, подобно жидкости, переполнившей сосуд, излился вовне, образуя физический мир. А потому Творец буквально присутствует Своим естеством в каждой частице творения. Таких философов называли пантеистами.

Другие же считали, что материя всегда существовала наравне с Богом, и Бог просто вылепил мир из этой вечносущей материи. Таких философов, признававших исходное существование двух начал — Божественного и материального, — называли дуалистами.

Третьи вообще отрицали существование Бога и утверждали извечное существование одной только материи. Таковые получили название атеистов.

Ошибки в постижении сущности Божественного творчества объясняются тем, что творчество это осуществлялось вне реальности человеческого опыта. У людей есть опыт творчества посредством науки, техники, искусства, хозяйственной и иной практической деятельности. Однако и наука, и техника, и искусство, и любой другой вид деятельности изначально располагают материалом для творчества, имея дело с объективным началом — окружающим миром. Отталкиваясь от опыта собственного творчества, люди и пытались осмыслить творение Вселенной.

Бог же сотворил мир, Вселенную из ничего — Словом Своим, Своею Всемогущей силой, Божественной волей. Божественное творение не есть однократный акт — оно происходит во времени. В Библии говорится о днях творения. Но речь идет, конечно, не о циклах в 24 часа, не о наших астрономических сутках, ибо, как повествует Библия, светила были созданы только в четвертый день. Речь идет об иных периодах времени. «У Господа, — возвещает нам Слово Божие, — один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2Пет. 3:8). Бог — вне времени. И поэтому нельзя судить о том, как долго совершалось это Божественное творение.

Зато вполне очевидно другое. Господь Сам говорит в Божественном Откровении о том, что творческий Божественный акт еще длится: «Се, творю все новое» («Я творю все новое» — Откр. 21:5). Это означает, что Бог неявным и непостижимым для нас образом продолжает дело творения, поддерживая своей Божественной энергией вселенское мироустройство в равновесном и жизнеспособном состоянии. Бог есть Творец мира, и Его промышление о мире и человеке, Его творческое созидание по отношению к миру и человеку не закончено.

Именно первые строки Книги Бытия стали камнем преткновения для многих, особенно в XVIIIXIX веках, в эпоху бурного развития естествознания. Но давайте задумаемся: мог ли почти три тысячи лет назад древний пророк Моисей, обращаясь к кочевому народу, повествовать о творении мира на языке современной науки? А вот то, что поведал Моисей на языке своего времени, человечеству внятно даже до сего дня. Минули тысячелетия, но нет на земле такого народа, который не сумел бы понять эти древние слова. Для современного человека это прекрасные символы, образы, метафоры — замечательный язык древности, образно доносящий до нас сокровенную тайну, религиозную истину о том, что Бог есть Творец мира.

Эти образы не рисуют нам фантастической картины мироздания. В них раскрывается процесс возникновения духовного и материального миров. «Сотворил Бог небо…» — традиционное церковное толкование этих слов усматривает в них свидетельство о создании сверхчувственного ангельского мира; «… и землю» — здесь указание на сотворение материи. Даже если оценивать повествование Библии о творении мира с точки зрения современных взглядов на происхождение космоса, то и здесь — конечно, с поправками на язык и образность изложения — можно найти нечто, представляющееся весьма логичным и понятным. Преобразование материи начинается с сотворения света: «И сказал Бог: да будет свет. И стал свет…» Сегодня мы знаем, что свет — это электромагнитные колебания, это энергия. Итак, в основе творческого акта, преобразующего хаотическую материю, — создание энергии. Затем — творение мира неживого и живого. Вначале были растения, потом водоплавающие, пресмыкающиеся, летающие; затем млекопитающие. Как сказано в Библии, все это Бог не прямо сотворил, но произвели вода и земля. Это указывает на вовлеченность всей природы в тайну сотворения нового. И в завершение творения мира — создание человека.

Древние образы и метафоры не должны быть препятствием к восприятию истины о сотворении Богом мира и человека. При этом мы должны помнить, что цель библейского повествования — не дать научные ответы на вопрос о происхождении мира, но открыть человеку важные религиозные истины и воспитать его в этих истинах.

Бог создал мир во времени и в пространстве, вызвав его из небытия к жизни Своею всемогущей силой. Бог создал человека и предназначил его к особому общению с Собой, возвысив над всем творением и определив ему главную цель его бытия — жизнь в полной гармонии с Творцом, иначе говоря, жизнь религиозную. Об этом и свидетельствуют нам вечные глаголы Библии.

О двусоставной природе человека

Бог создал тело человека из земного праха и вдохнул в него дыхание жизни. Этот библейский образ помогает уразуметь основополагающую истину библейской антропологии: человек — существо двусоставное, состоящее из бессмертной души, в которой запечатлено Божественное дыхание, и смертного тела, составленного из элементов физической природы (праха земного). Душою человек принадлежит миру духовному, сверхчувственному; телом — миру материальному. Соотношение этих двух начал в личности человека и определяет в конечном итоге то, что условно можно назвать качеством человеческой жизни.

Священное Писание учит нас, что главенствующим началом в человеке должна быть душа. Только раскрывая свои душевные силы, человек обретает полноту жизни, а удовлетворяя духовные запросы, он находит истину, красоту и счастье.

Иногда запросы духа входят в противоречие с жизнью плоти, с физической составляющей человеческого существа. Подобное состояние — конфликт между запросами духа и плоти — святые отцы и учители Церкви называют похотью. Похоть плоти есть знак внутреннего разлада, разнонаправленности влечений души и тела.

За похоть плоти не следует принимать удовлетворение материальных, физических потребностей человека: каждый из нас нуждается в пище, отдыхе, в условиях, необходимых для поддержания здоровья, и так далее. Похоть же — это такое состояние внутренней дисгармонии человеческого естества, при котором удовлетворение физических потребностей наносит непоправимый ущерб потребностям духовным.

Существует ли критерий, с помощью которого возможно отличить похоть от естественных потребностей? Такой критерий есть. Когда материальные запросы человека непрестанно возрастают, когда сам он постоянно испытывает чувство неудовлетворенности своим физическим бытием, — это и есть первый признак похоти как внутреннего нестроения, противоречия между запросами плоти и духа. Причем разумом человек этого может и не осознавать.

Гармония духовного и физического начал в человеке достигается в том случае, когда начало физическое регулируется духовным началом. Однако духовное начало тоже может быть повреждено. И когда поврежденное духовное начало наносит ущерб физической природе человека, то такая аномалия может быть определена как похоть духа. И хотя похоть духа встречается реже, чем похоть плоти, о ней тоже следует знать.

Порой люди ошибочно считают, что наиболее полное удовлетворение их духовных запросов достижимо лишь на путях преодоления физического компонента нашего естества и игнорирования здоровых потребностей человеческого организма.

Существуют различные изуверские секты и псевдорелигии, которые сейчас, к сожалению, безудержно распространяются в мире, в том числе и на нашей многострадальной земле. Одним из самых существенных и опасных заблуждений этих сект и псевдорелигий является культивирование болезненного состояния человеческого духа, которое святые отцы и учители Церкви именуют духовной прелестью. Впасть в прелесть — значит иметь похоть духа, в том числе пренебрегать изначальными основами человеческого существования и наносить ущерб полноте своего физического бытия.

Движимые этой похотью духа, многие секты отрывают детей от родителей, разрушают семьи, наносят непоправимый ущерб целокупности жизни в угоду ложным псевдодуховным идеалам.

Наш народ, к большому сожалению, стал очень восприимчив к подобным псевдодуховным соблазнам. И прежде всего — по неведению, по незнанию. Людям, долгие годы жившим в условиях господствующего атеизма, после его крушения на первых порах всякое слово о духовной жизни стало представляться истинным. Так, иногда говорят: «Что дурного в их проповедании Бога, в том, что их проповедь не такая, как у православного священника? В конце концов, так ли велика разница…» А между тем разница велика и состоит вот в чем. На первый взгляд это действительно может быть проповедь о Боге, однако при этом проповедуется не истинный духовный идеал, а некая духовная прелесть, похоть духа, разрушающая человеческую личность.

Человек как существо двусоставное, состоящее из души и тела, обретает подлинное счастье и полноту бытия лишь тогда, когда стиль и нормы его жизни определяются духовной составляющей и когда руководство со стороны человеческого духа включает естественную заботу о физическом здоровье и благополучии.

О предназначении человека и нравственном законе

О предназначении человека говорят первые главы Библии: «Наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт. 1:28). Тем самым Слово Божие дает перспективу взаимодействия человека с окружающим миром. Творец наделил человека правом господствовать над землей и управлять ею для того, чтобы тот привнес нечто свое в творение Отца Небесного. Мир, вышедший из рук Божиих, был изначально прекрасен, и все же Господь препоручает его человеку для творческой деятельности и разумного усовершенствования, повелевая возделывать райский сад.

Священное Писание свидетельствует о том, что человек создан «по образу» и «по подобию» Божию (Быт. 1:26). Выше мы говорили, что образ Божий есть отображение Божественной природы в человеческой личности, отражение тех ее качеств, которыми на земле не обладает никто, кроме человека, — разума, свободы, бессмертия и что «подобие Богу» означает такое совершенствование этих качеств, которое сокращает дистанцию между человеком и Богом. Уподобление — это изменение самого себя, приближение к тому, на кого хочешь походить.

«Человек приведен Творцом в бытие, чтобы быть одушевленным подобием Божественной и превысшей силы», — говорит святитель Григорий Нисский. Другими словами, человек, созданный по образу Божию, предназначен к тому, чтобы как личность уподобить себя Богу. Итак, уже в начале времен Богом было предопределено назначение человеческого существования: личное совершенствование вплоть до уподобления себя Отцу Небесному и усовершенствование творения, препорученного человеку в виде замечательного райского сада.

Уподобление Богу — дело не одной только души. Ибо весь человек, без разделения, — и духом, и плотью — участвует в трудной работе преобразования своей внутренней жизни. Все силы включены в эту работу: и разум, и воля, и чувства, и даже физические способности.

Бог устроил нас таким образом, что, развивая свои способности и внутренние качества, мы находим верную дорогу к Нему и приближаемся к уподоблению Его совершенству.

Таковое развитие определяется исполнением норм особого закона, который Творец вложил в человеческую природу. Этим законом является нравственный закон.

Богоустановленный нравственный закон регулирует внутреннюю жизнь человека. Следуя его нормам, мы выстраиваем свою жизнь в соответствии с Божиим замыслом, обретая внутренний покой и радость. Закон учит нас тому, как мы должны поступать, чтобы не разрушать целостность своей жизни, не вносить дисгармонию во взаимоотношения духовного и физического начал. Если человек в своей личной, семейной, общественной, профессиональной жизни и любой другой деятельности этот закон соблюдает, то он идет верным путем, развивая и совершенствуя самого себя.

Нарушая законы физического бытия и нанося ущерб организму, мы испытываем боль. То же происходит и в случае, когда мы нарушаем нравственный закон: нам делается больно, и мы страдаем. Иначе говоря, когда мы поступаем против нравственного закона, то обрекаем себя на страдания, ибо разрушаем внутреннюю гармонию, которой Бог благословил человеческую природу.

Мы живем не в пустыне — нас окружают люди. И как же много страданий и зла причиняют нам неправильные отношения с родными, близкими, сослуживцами. Для того, чтобы избежать этих страданий, чтобы достигнуть в отношениях с ближними гармонии, созидающей внутренний мир, покой, благополучие и радость, мы в общении друг с другом также должны следовать нормам нравственного закона.

Более того, без исполнения этого закона человек не может развить заложенный в него образ Божий, не способен достичь Богоподобия, а значит — не может состояться как личность и осуществить свое предназначение. Возникают вопросы: как мы этот закон опознаем? Как мы можем научиться ему?

Господь предусмотрел наличие в душевной организации человека особо чувствительного инструмента, именуемого совестью. Если мы живем по совести, если прислушиваемся к ее голосу, то исполняем нравственный закон. Если нарушаем этот закон, то совесть сигнализирует нам мучительным состоянием, именуемым угрызением совести. Правда, на нашу совесть может влиять окружающее: культурная среда, воспитание и образование, общественные стандарты и т.д., — что только не воздействует на человека и его совесть! Причем эти воздействия могут как совершенствовать наше нравственное начало, укреплять совесть, так и разрушать нравственность и ослаблять голос совести. Этот голос может заглушать в себе и сам человек. И такое случается нередко.

Дабы сохранить нормы нравственного закона, вывести их из-под власти людей, способных разрушить в себе и в других нравственную природу, Бог запечатлел эти нормы в Откровении. Они содержатся в Слове Божием, в Священном Писании в виде совершенно конкретных нравственных требований. Библия учит нас тому, как нужно относиться к себе, к Богу и к окружающему миру для того, чтобы действительно уподобиться Богу, обрести полноту жизни, гармонию бытия и достигнуть счастья.

Человек, исполняющий нравственный закон, никогда не бывает одинок, он не брошен на произвол судьбы. Ибо Бог не оставляет свое творение, Он присутствует в нашей жизни и реально помогает каждому, кто сохраняет с Ним живую связь. Благодаря этому человек, несмотря ни на какие трудности, остается способным развивать свои духовные качества, становиться гармоничной личностью, уподобляться Богу и через свою жизнь совершенствовать окружающий мир.

Религия — это связь человека с Богом. Через религию человек входит в соработничество, в сотрудничество с Творцом, опирается на Божественную помощь в раскрытии норм нравственного закона, в созидании счастливой жизни. Поэтому цель нашего бытия — быть с Богом, уподобиться Богу, жить в согласии с Божественным нравственным законом и благодаря этому обрести гармонию духовного и материального начал, душевное равновесие, покой, радость, мир и благополучие. Эта полнота жизни на языке Церкви именуется спасением. Обрести такую полноту — значит не только найти ее в нынешней временной жизни, но через бессмертие души перенести ее в вечность.

О грехопадении

В начале человеческой истории грехопадение произошло в мире духовном. Часть разумных и свободных духовных существ, созданных Богом, дурно использовала свою свободу: отдалилась от своего Творца и стала носительницей зла, соделавшись его источником для всей дальнейшей истории Вселенной. Эти духи получили название «темной силы». Сатана, диавол, демоны — вот их имена.

Какова природа зла? По учению отцов Церкви зло не является сущностью само по себе. «Зло не имеет ни особой сущности, ни царства. Оно — не безначально, не самобытно, не сотворено Богом», — подчеркивает святитель Григорий Нисский. Все, сотворенное Богом, и все, существующее в природе, является благим и прекрасным. Зло же есть некое искажение первоначального замысла Творца — искажение, причиной которого была свободная воля диавола и демонов, добровольно отдалившихся от Бога. Как тьма возникает по мере удаления от источника света, так и зло возникает по мере удаления от Бога. Бесконечное удаление от Бога и есть царство зла, диавольский мир, ибо в этой бесконечной отдаленности, богооставленности по собственной свободной воле стали пребывать ангелы, возжелавшие противопоставить себя Богу и через то обратившиеся в демонов.

Библия содержит повествование о том, как эта сила тьмы повлияла на сознание первых людей. Под образом змия, искушающего Адама и Еву, скрывается диавол, научающий их совершить нечто противное воле Божией и замыслу Творца о людях. Змий внушает Еве вкусить плод от запретного древа, а Ева склоняет к этому своего мужа.

Каковы мотивы этого поступка? Для того чтобы принудить людей ослушаться Бога, диавол должен был предложить им достаточно убедительную мотивацию, выдвинуть некую очень серьезную причину. И такая причина была найдена. Змий внушает жене: Бог потому запрещает вам вкушать от этого древа, что, вкусив, вы познаете добро и зло и «будете, как боги». То есть стоит лишь вкусить от древа сего — и сделаешься как Бог.

Но вот что удивительно: а не к тому же, собственно, призвал и Господь человека, создавая его по образу и подобию Своему? Ведь мы уже говорили о том, что уподобление творения Творцу есть цель, которую Бог поставил перед человеком. Человек призван развить все свои внутренние силы для того, чтобы уподобиться Богу, стать как Он. На первый взгляд цель одна и та же — и диавол говорит: «Будете, как боги» (Быт. 3:5), и Бог говорит: «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48). А между тем разница есть, и принципиальная. Бог призывает человека достичь этой цели через развитие и самосовершенствование. Такое совершенствование требует огромного напряжения сил, жизненного подвига. И Бог помогает человеку на этом пути: подает ему Свою благодать, Свою энергию, делится с ним даром Своей Божественной жизни. Тогда как диавол предлагает путь, не требующий каких-либо усилий со стороны человека и не зависящий от воли Божией. Ибо вкусить от плода означает прибегнуть к неким силам и средствам, действующим магически, помимо Бога, и не исходящим от Него. При этом подразумевается, что человек уже не будет нуждаться в Боге, ибо сам займет Его место.

Первородный грех — это отречение человека от Бога, непослушание Богу, то есть сознательный отказ от исполнения того плана, который Господь имеет о мире и человеке, отказ от Богом определенного порядка жизни, преступление Божия закона.

К чему привело человека это преступление? Библия повествует о том, что произошло с первыми людьми после того, как они вкусили запретного плода:

«И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания» (Быт. 3:7).

Адаму же Бог сказал :

«За то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей; терния и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою; в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься…

И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят. И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни» (Быт. 3:17–19, 23–24).

Что заключает в себе образ изгнания человека из рая? Человек захотел стать как Бог и достичь этого самостоятельно — без Бога. И Бог, сотворивший человека свободным, принимает его свободный выбор и предоставляет человека самому себе. Отныне человек автономен, он живет, опираясь исключительно на собственные силы, лишенный дара Божественной жизни, Божественной энергии, Божественной благодати, питаясь которой только и способен гармонично усовершенствовать себя в стремлении уподобиться Богу. Отныне человек предоставляется самому себе — происходит трагический разрыв между Богом и человеком, лишенным благодати и Божественного дара вечной жизни. Но этот разрыв совершается не только во взаимоотношениях между Богом и человеком, но и в отношениях между человеком и окружающей его природой.

Гармония, царившая в райском саду, теперь нарушена: человек не просто возделывает и украшает этот мир, являясь соработником Бога в деле творения и усовершенствования, но противостоит враждебной природе, проклятой земле, оборотившей к нему свои «терния и волчцы». Отныне гармония, соединявшая человека с природой, утрачена, и для того, чтобы обеспечить свое физическое существование, он вынужден в поте лица своего добывать пропитание, возделывая землю, противостоя окружающему миру и тем опасностям, которые таятся в нем.

Произошло разъединение и иного порядка: не только между человеком и Богом, не только между человеком и природой, но и внутри самой человеческой личности. Вкусив от запретного плода, первые люди познали стыд: увидели, что наги, и, сшив смоковные одежды, стали прикрывать свою наготу.

Что такое стыд? Это реакция нравственного чувства на внутренний разлад, на некое нарушение жизненного порядка. До грехопадения подобного люди не знали. Ибо природа их была исполнена внутренней гармонии, предполагающей власть духовного начала над началом инстинктивным. Распалась эта гармония, — и люди, ощутив внутренний разлад в душе, почувствовали стыд.

Таковы были следствия грехопадения. Видимых изменений в человеческой природе не произошло — те же руки и ноги, та же голова, те же душевные способности; окружающий мир также не изменился — те же деревья, звери и камни, то же небо и те же звезды, луна и солнце. Но ощущение стройности мироздания ушло: грех нарушил гармонию бытия, и человек оказался вынужденным вести борьбу за выживание в окружающем его мире. Все силы он стал отдавать удовлетворению своих физических потребностей, ибо пропитание и одежду теперь надо было добывать. Свои способности отныне он посвятил покорению опасной и противостоящей ему природы.

На этом пути человек достиг многого. Посредством развития техники и науки, накопления навыков и знаний в самых различных областях своей деятельности он действительно превратился в могущественного хозяина природы. Так что в какой-то момент истории людям показалось, будто они достигли вершины развития, будто их могущество уже таково, что позволяет им в дальнейшем обходиться без Бога. На пике этого наивно самонадеянного триумфализма расцвела атеистическая идея: человек — это звучит гордо! Человек может все! Человек способен управлять собой и миром без Бога! Однако весьма вероятно, что именно людям, живущим в ХХI веке, дано понять то, чего не могли постичь их отцы и деды, восторгавшиеся успехами научного развития, поклонявшиеся идее технического прогресса и верившие в беспредельность и неограниченность человеческих возможностей.

Сегодня в большей степени, чем вчера, видны многие опасные последствия развития человеческой цивилизации. Образ современного города с грохочущими автомобилями, с загрязненным воздухом, с мечущимися людьми, с массой социальных проблем: преступностью и наркоманией, социальным неравенством, болезнями телесными и духовными и еще с неисчислимым множеством того, что надрывает человеческую душу, — предстает как зримый символ греховности человеческой цивилизации.

Является ли этот образ выражением цельности человеческой личности и гармоничных отношений человека с внешним миром? К счастью, на земле пока еще существует достаточно мест, не столь цивилизационно продвинутых, как огромные современные мегаполисы. И в общении с природой, в созерцании ее вечной красоты людям нынешнего века, может быть, не так уж трудно понять, что без Бога, без Его энергии и благодати человек не способен ни отыскать единственно верный жизненный путь, ни следовать этим путем.

О наследовании первородного греха

Казалось бы, какое отношение к современным людям имеет история праотцев Адама и Евы, восходящая к истоку человеческой цивилизации? А между тем то, что произошло с ними, напрямую касается каждого из ныне живущих.

Церковь, основываясь на Священном Писании, учит нас, что грех, вошедший в природу первых людей, не исчез с их физической смертью, но преемственно передавался в последующие поколения. Каждый человек, рождающийся в этом мире, наследует Адаму и Еве, в силу чего имеет природу испорченную и подверженную греху. Как пишет святитель Игнатий (Брянчанинов), «естество наше заражено грехом». А преподобный Макарий Египетский говорит о «греховной закваске», которая присутствует в человеческом естестве с момента грехопадения.

Всматриваясь в сложное, противоречивое и трагическое развитие человеческой цивилизации, следует, с одной стороны, отметить успехи в области науки и техники, но с другой стороны — свидетельствовать об отсутствии того, что можно было бы считать духовным прогрессом. Сошлюсь на один мой разговор с отцом, который родился до революции и хорошо помнил те времена. Вот что он сказал: «Видимо, люди уже больше никогда не будут жить в материальном отношении так скромно, как они жили тогда. Но, наверное, и никогда больше люди не будут жить так мирно и покойно, как они жили раньше».

Любой внимательный и склонный к анализу человек, наблюдая за развитием исторического процесса, без труда убедится в том, что духовный, нравственный прогресс в развитии рода человеческого отсутствует. Подобный прогресс может существовать на уровне отдельной личности, но нравственного прогресса общества в целом обнаружить практически невозможно, ибо такового просто нет. Тот факт, что научно-техническое развитие общества не соответствует его духовному развитию, есть указание на некую онтологическую, мистическую, внутреннюю причину, препятствующую духовному совершенствованию рода человеческого.

Почему же грех Адамов перешел на последующие поколения?

Ученые утверждают: «Человек — существо социальное». И это верно, ибо он развивается и становится личностью в тесном взаимодействии с другими людьми, обществом, окружающим миром. Почти все, что мы знаем, что умеем и чем пользуемся в нашей жизни, пришло к нам от других людей. Мы объединены с другими людьми в систему взаимозависимости, находимся под их влиянием и сами оказываем влияние на них.

Известно, что войны замышляют, провоцируют и ведут не народы, а горстка политиков. Но вовлекаются в эту трагедию миллионы людей. Так воля одних оказывает влияние на жизнь, поступки и судьбу других. Ошибка механика, который готовит самолет к полету, может обернуться страшной трагедией для пассажиров. Люди связаны друг с другом множеством незримых нитей; ибо все, что мы делаем, отражается на других, а то, что делают другие, отражается на нас. Человечество объединено законом солидарности. И потому грех, совершенный Адамом, разделил с ним весь род человеческий.

Существует и другой закон, действие которого определяет распространение первородного греха. Это закон наследственности. Мы наследуем не только внешность, нрав, жесты своих родителей, но и самую природу, которая со времен Адама поколеблена и искажена грехом. Таким образом, через действие законов солидарности и наследственности поврежденная природа Адама становится нашей собственной. Это напоминает восхождение альпинистов в одной связке, когда один сорвавшийся в пропасть может увлечь за собой всех остальных. Так и падение Адама увлекло всех нас в пропасть греха.

У кого-то может возникнуть вопрос: а почему потомки должны нести ответственность за ветхого Адама, за прежде жившие поколения, за дедов и отцов своих — разве это справедливо? Но возникает встречный вопрос: а разве мы сами не совершаем Адамова греха? Ежедневно и ежечасно мы совершаем поступки весьма сомнительные с точки зрения Абсолютной Божией правды. Но если сами мы не без греха, то справедливо ли ставить себя выше праотца нашего Адама? Применительно к нашей повседневной жизни можно без колебаний утверждать, что человечество постоянно повторяет грех Адама, отказываясь от Бога и от Богом определенного порядка жизни.

Но вот что очень важно. Господь наказал первых людей изгнанием из рая. Он лишил их Своей благодатной помощи и энергии, но одновременно дал им удивительное обетование. Бог сказал, обращаясь к змию:

«И вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Быт. 3:15).

Итак, семя жены, то есть потомство Евы, поразит диавола в голову. Что это означает?

Святые отцы называют этот стих Священного Писания «Первоевангелием», ибо в нем заключено самое раннее обетование о пришествии на землю Спасителя, Мессии, Который должен родиться от женщины и поразить змия, вернуть людям утраченный рай, восстановив их связь с Творцом, оживотворяющим благодатью Свое творение.

Таким образом, драма грехопадения, имевшая столь опасные для людей последствия, включает в себя также и обетование о пришествии Спасителя мира и о грядущем всеобщем искуплении. Это библейское повествование является зримым свидетельством Божией любви к человеку.

Бог сотворил человека свободным, дав ему возможность избирать между добром и злом. Первые люди выбирают путь греха. Однако Отец Небесный по неизреченной Своей любви и милости тогда же предусматривает спасение всех отпавших от Него через пришествие в мир Спасителя, призванного восстановить отношения рода человеческого с Богом.

О Священной истории

Существуют различные концепции истории, согласно которым по-разному исследуется и анализируется исторический процесс. Если посмотреть на историю с позиции религиозной, то она будет интересовать нас не с точки зрения точности изложения фактов или же раскрытия причинно-следственных взаимосвязей, а с точки зрения того, что можно сказать об отношениях между Богом и человеком. Каковы были эти отношения? Что из исторического опыта других людей мы можем почерпнуть для своей религиозной жизни?

Библия излагает историю с религиозной точки зрения. Здесь мы находим религиозную, или, лучше сказать, Священную историю, как она именуется на языке богословия.

Начальную страницу своей истории род человеческий испортил: первые люди отказались от Бога и Им установленного порядка бытия, в результате чего были удалены от общения со своим Творцом. Образом этого удаления стало изгнание из рая.

Затем последовали не менее печальные события. Дети Адама, земледелец Каин и скотовод Авель, однажды возжелали принести Богу жертвы от плодов рук своих. Жертва Каина оказалась неугодной Богу, а жертва Авеля была Ему приятна. Каин возревновал и позавидовал брату. Пригласил его пойти в поле и там убил. Впервые пролилась человеческая кровь, совершилось первое убийство.

В основе этого преступления лежит чувство зависти. «О, зависть, корабль осмоленный, адский, гибельный! — восклицает святитель Иоанн Златоуст. — Твой владелец — диавол, кормчий — змий, а главный гребец — Каин». Сколько несчастных на протяжении истории человечества становились жертвами зависти! Очень часто именно зависть приводила к самым страшным, кровавым конфликтам. Вспомним нашу собственную историю. Почему во время революции брат поднял руку на брата, сосед — на соседа? Не потому ли, что им внушили: если кто-то другой живет лучше тебя, то почему бы тебе не завладеть его добром? Всячески возгреваемое чувство зависти овладело душами людей и привело их к междоусобной брани, к жестокому противостоянию, обернувшемуся гибелью миллионов людей.

Каин был наказан: проклятый Богом, он стал скитальцем на земле. Но уже первые страницы Библии свидетельствуют о том, что злодеянием Каина не ограничиваются преступления рода человеческого. Находясь вне общения с Богом, люди все глубже погружаются в пучину греха, покрывая бесчестием Божественный дар жизни, разрушая замысел Творца о мире и человеке. И за это Бог наказывает род человеческий.

Вот эти строки из Библии:

«И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их.

Ной же обрел благодать пред очами Господа» (Быт. 6. 5–8).

Среди множества нечестивых людей был один праведник — Ной, которого Господь пощадил. Эту историю мы находим в книге Бытия, где повествуется о том, как Бог наказал людей Всемирным потопом. А благочестивому Ною приказал построить большой корабль — ковчег и взять в него свою семью, а также по паре всех животных, и птиц, и гадов, — дабы продлилась жизнь на земле.

Повествование о потопе мы находим не только в Библии. Шумерские и вавилонские предания также донесли до нас свидетельства об этом катаклизме. Следы потопа находят и ученые, утверждающие, что некогда воды морские действительно поглотили земную твердь. Не наше дело рассматривать этот вопрос с научной точки зрения: как стало возможным, что земля покрылась водой, и был ли потоп в полном смысле слова всемирным или же он покрыл только обитаемую в те времена часть суши? Дело ведь не в этих деталях, а в том, что потоп имел место и совершился по слову Божию в наказание людям.

В связи с библейским повествованием о потопе возникает вот какой вопрос. Почему Бог наказал людей? Ведь они были созданы свободными, а значит, и способными совершать как добро, так и зло. И это — правда, как правда и то, что Бог тоже свободен, и свобода человека не может ограничивать свободы Божией. Бог вмешивается в человеческую историю, в человеческие судьбы, когда необходимо пресечь зло, ибо Его свободная воля свята и совершенна. Наказание Божие в виде потопа, смывшего грешников с лица земли, есть не что иное, как яркий религиозный символ, свидетельствующий о возможности Бога вмешаться в ход человеческой истории, дабы положить предел прегрешениям.

Потоп является также символом очищения и обновления. По словам святителя Иоанна Златоуста, Господь при помощи потопа очистил вселенную, освободил ее от скверны нечестия и «уничтожил всю закваску прежнего развращения». Тех людей, которые не раскаялись, Бог лишил жизни, дабы они не нагрешили еще больше, дабы не впали в еще худшие беззакония. А тем, кто остался в живых, дал шанс начать новую жизнь. Не случайно библейский потоп в церковной традиции воспринимается как прообраз Таинства Крещения. Как в Крещении, погружаясь в воду, человек преображается и обновляется, освобождаясь от прежней греховной закваски, так и в водах потопа вселенная обновилась и преобразилась.

Впрочем, люди вскоре забыли о страшном катаклизме. Потоп не научил их тому, как опасен для жизни путь греха, и они снова бросают вызов Богу. В этот раз люди решили построить башню, достающую до неба, с тем чтобы сравняться с Самим Богом. Они решили делать это, опираясь лишь на свои собственные силы, игнорируя Бога, не прибегая к Его помощи. Это событие произошло в древнем Вавилоне, и завершилось оно трагически для людей. Бог, как свидетельствует Библия, смешал языки дерзких строителей и тем самым разрушил их способность работать совместно, продолжая строительство башни.

История строительства Вавилонской башни и смешения языков имеет глубокий религиозный смысл, являясь символом предприятия, совершаемого людьми без согласия и благословения Божия. Такое предприятие обречено на неудачу, а участники его лишаются взаимопонимания и становятся неспособными к сохранению общности и к сотрудничеству. История, включая отечественную, знает множество примеров того, как попытки людей построить очередную Вавилонскую башню завершались истощением ресурсов и распадом общности тех, кто дерзновенно и богохульно участвовал в таком строительстве.

Разрушение людьми их сыновней связи с Богом, попытка жить без Бога и тем более противопоставляя себя Богу обрекают человека на неудачу. Эта жизненная неудача предопределяется самой природой человека, предназначенной к творчеству в свободном соработничестве с Богом. Из сказанного не следует, что любое человеческое деяние обречено на провал, если осуществляется вне рамок и границ религиозного опыта. Но совершенно очевидно и другое: деяния, совершаемые людьми вопреки Божией воле, в противодействии Богу, нежизнеспособны. Более того, таковые деяния навлекают наказание Господне на тех, кто их совершает. Нет такого греха, который не был бы взыскан Божиим правосудием. Бог пресекает зло и тем самым удерживает мир и человека от саморазрушения.

События, запечатленные на страницах Библии, не только имеют значение важного исторического свидетельства, но и несут в себе огромный религиозный смысл, постигая который мы обретаем способность правильно строить свои отношения с Богом и ближними.

Авраам. Ветхий Завет

Священная история выделяет тему взаимоотношений человека и Бога, описывая реальные события и в то же время обнажая религиозный смысл исторического факта. Все эпизоды Священной истории, о которых говорилось ранее, свидетельствуют о действенности первородного греха в природе человека. Однако непосредственно вслед за грехопадением и осуждением Адама Бог дает обетование о грядущем спасении рода человеческого. Он не только наказывает Адама и Еву, но и, обращаясь к ним, говорит о том времени, когда семя жены сотрет главу змия. Таково первое обетование о Спасителе мира, который, родившись от женщины, одержит победу над диаволом и спасет от его власти род людской.

Заметим, что Бог не говорит: «Я сотру главу змия», — но говорит: семя жены сотрет главу змия. Это означает, что в битве с мировым злом и в новом обретении человечеством рая будет участвовать не только Бог, но и человек своим личным усилием.

Другими словами, соучастие людей в деле Спасения так же необходимо, как и действие Божественного всемогущества. Дабы зримо явить людям эту истину, Бог избирает человека по имени Авраам, жившего в Месопотамии, в городе Уре Халдейском на территории современного Ирака. Об этом городе известно не только из Библии, но и из других исторических источников.

Авраам жил за две тысячи лет до Рождества Христова, то есть примерно четыре тысячи лет назад, во времена глубокой древности. Бог, избирая Авраама, желает восстановить религиозную связь с людьми, разрушенную грехопадением Адама и Евы и преступлениями последующих поколений, вновь обнаруживая Свое присутствие в человеческой истории. Он обращается к Аврааму с призывом и обещанием:

«Иди в землю, которую Я укажу тебе; и Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое» (Быт. 12. 1–2).

И Авраам совершает на первый взгляд весьма нелогичный поступок: он оставляет насиженное место, свой дом и вместе со всем семейством, скотом и иным достоянием отправляется в трудное путешествие через пустыню в землю Ханаанскую, которую указал ему Господь.

Ханаан — это приблизительно нынешняя Палестина. Авраам следует туда, не имея для того никаких иных причин и оснований, кроме доверия к Богу. И в ответ на эту веру, на это сыновнее послушание Господь дает Аврааму великое обетование. Он заключает с Авраамом завет — первый союз человека с Богом, получивший наименование Ветхого, или древнего, завета. Бог обещает Аврааму благоденствие и многочисленное потомство (в то время у Авраама не было детей), а в ответ требует от Авраама веры и послушания. И Авраам верит Богу.

Господь же испытывает веру Авраама, и весьма сурово. Однажды в семье Авраама происходит радостное событие: наконец-то рождается ребенок. Авраам дает ему имя Исаак. Ребенок возрастает, подавая своей семье радость и надежду, что через него действительно осуществятся Божественные обетования. Но когда Исаак достигает отрочества, Бог призывает Авраама принести Ему в жертву сына. Можно себе представить, сколько надежд Авраам связывал с Исааком. Ибо ведь и самый завет — союз Бога с человеком — основывался на том, что Авраам станет родоначальником многочисленного народа. И вдруг Бог, словно забыв о завете с Авраамом, искушает его, говоря: «Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение…» (Быт. 22:2).

Как же отвечает Авраам на этот призыв Бога? Он берет своего отрока, седлает осла и поднимается на высокую гору. Там складывает жертвенник, приготовляет дрова для всесожжения, разводит огонь и, связав Исаака, возводит его на жертвенник. И когда Авраам заносит над головой сына своего нож, готовясь нанести смертельный удар, Бог останавливает его руку.

Итак, Авраам явил всецелую верность Богу — вплоть до готовности отдать на смерть долгожданного своего сына. И Бог благословляет Авраама потомством, на котором почило особое Божие благословение, ибо в наследниках Авраама надлежало жить вере в единого Бога.

Кто же он, Авраам, — праведник, мудрец, ученый, философ? Нет, он был простой кочевник, ничем не выделявшийся из среды людей, живших в одно с ним время, ни культурой, ни языком, ни знаниями, ни обычаями. Даже с точки зрения этической Авраам мало чем отличался от своих соплеменников и современников, ибо жил по законам выпавшего ему времени: у него были жена и наложница, рабы и скот. До того, как он был отмечен Богом, это был человек не лучше и не хуже других, один из многих. Но Бог избирает именно этого человека. И Авраам оказывается способным ответить на Божественный призыв.

Авраам вошел в общение с Богом, тем самым как бы совершив деяние, обратное поступку Адама. Ибо если Адам отказался от Бога и от союза с Ним, то Авраам заключил союз с Богом. Адам решил строить свою жизнь помимо Бога в стремлении самостоятельно достичь Его славы, уповая при этом на магическую силу природы, символом которой стал запретный плод. Авраам же во имя верности своему завету с Богом нашел в себе силы пожертвовать единственным сыном. Разумеется, в Аврааме не в полной мере восстанавливается то, что было разрушено в Адаме. Авраам — это человек, унаследовавший греховную человеческую природу. Его праведность соседствует со слабостью. И тем не менее, несмотря на свои слабости и грехи, именно он вступил на путь Богообщения и на этом пути достиг истинного величия, став праведником ветхозаветной Церкви, отцом всех верующих людей.

Бог, устанавливая завет-союз с людьми через Авраама, не нарушает при этом свободы человека. Свободою как Божественным даром продолжает владеть каждый смертный. Однако участие в завете-союзе предполагает соблюдение совершенно конкретных условий: Бог преподает свое благословение людям, дарует им поддержку и помощь в ответ на их веру в Него и на послушание Ему.

История Авраама впервые вводит читающего Библию в круг вопросов, связанных с очень важной религиозной проблемой, — проблемой веры. Вера есть непременное условие пребывания человека в завете-союзе с Богом. Человек может находиться в общении с Богом, может надеяться на Божию помощь, если имеет веру и послушание Богу.

Адаму выпало стать первым ослушником Божественной воли; Авраам свободно и сознательно подчинил себя воле Божией, пронеся верность Богу через самые суровые испытания. «Подвигом веры» называл святитель Василий Великий готовность человека без колебания и сомнения принимать всякое слово Божие, даже если оно на первый взгляд противоречит здравому смыслу. Именно этот подвиг совершил Авраам.

«Верою Авраам повиновался призванию идти в страну, которую имел получить в наследие, и пошел, не зная, куда идет… Верою Авраам, будучи искушаем, принес в жертву Исаака… Ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить» (Евр. 11:8,17,19).

История Авраама весьма поучительна: она помогает понять каждому, что и его отношения с Богом, его личный завет-союз с Творцом также могут проходить полосу испытаний и трудностей, разочарования и недоумений. В самом деле, многим ли из нас удавалось прожить жизнь, ни разу не возроптав в сердце своем: «Господи, как же Ты попускаешь совершаться подобной несправедливости по отношению ко мне (или к моим ближним)?» И нередко в недоумении и бессилии восклицаем: «Где же Бог?»

Однако следует помнить, что даже в тяжких испытаниях и скорбях не должна помрачаться вера в Бога, ибо в ней — единственное наше спасение. И, быть может, история Авраама, чья покорность воле Божией простиралась до готовности принести в жертву возлюбленного своего сына, поможет и нам в испытаниях жизни сохранить доверие к спасительному Промыслу Божию, послушание Отцу Небесному и упование на Его неизреченную милость.

О племени Авраама

После смерти Авраама не пресекается завет-союз людей с Богом. Творцу было угодно, чтобы этот союз продолжило племя Авраама, став народом, избранным для того, чтобы хранить веру в истинного Бога.

Понятие избранности на протяжении истории толковалось по-разному: порой ее рассматривали в политических, экономических, культурных или интеллектуальных категориях. Однако это ошибочный подход. Принадлежность к избранному народу вовсе не означала, что человек автоматически обретал какой-то особый статус и видимое отличие от остальных людей. Избранность есть категория религиозная. Но и здесь необходимо сделать оговорку: принадлежность к избранному народу не являлась гарантией святости и спасения.

Избранность — это дар Божий, который выражен в способности людей сохранять веру в истинного Бога, несмотря на, казалось бы, самые неблагоприятные внешние условия. Во времена Авраама большинство людей, давно уклонившись от веры в истинного Бога, обожествляли различные явления природы. Нередко, движимые страхом, люди поклонялись грозным природным стихиям, видя в них высшую силу. В условиях распространения язычества и идолопоклонства было весьма трудно сохранять веру в единого Бога, Который не являлся человеку зримо и зримо не обнаруживал Себя в его повседневной жизни. Чтобы обрести истинное Богопознание и сохранить веру в единого Бога, человеку того времени необходимо было возвыситься над миросозерцанием своей эпохи, бросить вызов мнению большинства.

Другими словами, избранное племя Авраама должно было сохранять веру в истинного Бога вопреки господствовавшим мнениям относительно религии и как бы наперекор обычаям своего времени. Избранность, как и всякий дар Божий, не нарушала человеческой свободы, а значит, автоматически не превращала людей в твердых и мужественных хранителей истинной веры. Но, как всякий дар Божий, и этот дар содействовал усилиям людей. В ответ на их усилия Господь помогал людям хранить верность завету-союзу с Ним.

Содержанием завета, заключенного с Авраамом и переданного его потомству, была вера в Бога и всецелое послушание Ему. В ответ на эту веру и послушание Бог благословляет Авраама и племя его благоденствием и многочадием. Но было здесь и еще одно обстоятельство: через веру в единого и истинного Бога избранный народ приуготовлял себя к пришествию Мессии — Спасителя и к исполнению обетования о том, что семя жены сотрет главу змия. Сохранение истинной веры было необходимо людям для того, чтобы оказаться способными принять Спасителя.

Религиозный смысл Ветхозаветной истории выражается прежде всего в отношении избранного народа к исполнению им условий завета с Богом. Библия повествует как о верности сынов Авраама завету с Богом, Который вознаграждает их за эту верность, так и о нарушении ими этого завета с последующим воздаянием и наказанием за грех.

Ветхозаветная хроника — вовсе не лубочная история, писанная сплошь благостной розовой краской. Там можно встретить все: и высоту святости, и бездну человеческого падения, открытость и коварство, мужество и низость, благородство и хитрость, честность и обман.

Удивительно написана Библия! Она не скрывает ничего из того, что было, как и не тщится создать иллюзию гармонии, которой не было в мире со времени грехопадения, но в ярких образах раскрывает драму человеческой истории. И в центре этой драмы — отношение избранного народа к Богу, исполнение или неисполнение им условий завета-союза.

Ветхозаветная история не замкнута в своей эпохе, ибо имеет непосредственное отношение ко всему роду человеческому и способна многому научить нас. Далеко не случайно, что христианская гимнография, богослужебное творчество впитали в себя основные мотивы и сюжеты этой истории. Христианские молитвословия, хорошо известные православным людям, нередко отсылают нас к примерам из библейской истории, как добрым, так и дурным.

Другими словами, религиозный смысл Ветхозаветной истории всегда актуален и поучителен. И иначе быть не может, ибо Ветхий Завет есть неотъемлемая часть того Откровения, которое Бог дал людям для их спасения.

Исаак, Иаков, Иосиф

Остановимся еще на ряде важных эпизодов библейского повествования. Начнем с истории Иакова. Он был внуком Авраама, сыном Исаака. Состарившись, Исаак должен был дать благословение своему старшему сыну Исаву, с тем чтобы тот возглавил избранный народ и стал его духовным вождем, продолжателем дела Авраама и Исаака.

Исав был человек энергичный, предприимчивый, к тому же хороший пастух и охотник, и отец любил его. Но другой сын Исаака, Иаков, восхотел хитростью завладеть правом первородства, которое принадлежало старшему брату.

Многим известна поговорка «Продаться за чечевичную похлебку», восходящая к этому эпизоду библейской истории (Быт. 25. 27–34). Именно за чечевичную похлебку Иаков как бы откупил у Исава его первородство. Предложив вернувшемуся после работы в поле Исаву эту похлебку, Иаков поставил условие: откажись теперь же от своего первородства в мою пользу, и я дам тебе еду. Измученный и изголодавшийся Исав принял условие и согласился. Позже Иаков вновь совершил неблаговидный поступок. Он воспользовался тем, что отец его был стар, слеп и плохо слышал, чтобы обманом получить его благословение. Исав был «человек косматый», а Иаков — «человек гладкий» (Быт. 27:11). Памятуя об этом, Иаков явился к отцу под видом своего старшего брата. Перед тем как преподать своему первенцу родительское благословение, а вместе с тем и духовную власть, слепой Исаак, дабы убедиться, что перед ним действительно Исав, ощупал сына. Хитрый Иаков обернул открытую шею и руки «кожею козлят», и отец, не почувствовав обмана, благословил Иакова вместо Исава. Узнав об этом, Исав разгневался и возненавидел брата своего, и расстались они врагами.

Совершенно очевидно, что Иаков поступает как нечестный, коварный и лукавый человек. Однако первородство было выменяно и благословение присвоено. И здесь начинается другая история. Быть может, мы никогда не узнали бы об Иакове, продолжателе рода Авраамова, если бы в его жизни не совершилось некое таинственное событие.

Однажды ночью, перейдя реку вброд, Иаков расположился станом вместе со своими домочадцами. И когда он остался один, к нему приступил Некто. И между ними завязалась борьба. Не знал Иаков, с кем он борется, ибо не видел этой силы. Борьба продолжалась всю ночь, до восхода солнца. Иаков напрягал все силы, но так и не сумел одолеть противника. И тогда невидимая сила, противоборствовавшая Иакову, дала ему знать, что он противостоял Богу, Который благословил его новым именем — Израиль, что в переводе означает «тот, кто борется с Богом» (Быт. 32:28). Таинственная борьба Иакова с Богом есть символ внутреннего, духовного перерождения человека, принимающего волю Божию и Божественную силу. Ночное борение производит в Иакове решительную перемену. Раскаявшись во зле, причиненном им брату, Иаков отправляется на встречу с Исавом, что было далеко не безопасно, ибо Исав жаждал погубить Иакова, похитившего его первородство. Но Иаков в глубоком смирении пришел к брату, и поклонился ему до земли семь раз, «и плакали оба» (Быт. 33:4).

После своего таинственного обращения к Богу совершает Иаков еще один важный поступок: он выбрасывает из шатров изображения языческих божков, которым поклонялись его ближние, свидетельствуя тем самым верность Богу Авраама и Исаака. Продолжая миссию своего деда и отца, Иаков становится во главе избранного народа, принявшего на себя его имя «Израиль», который стал хранителем завета-союза с Богом и веры в пришествие Мессии, Спасителя мира.

Другой весьма значительный эпизод Ветхозаветной истории связан с Иосифом, одним из двенадцати сыновей Иакова, которого отец возлюбил более других своих чад. Из зависти к прекрасному юноше братья продают его в рабство. Иосиф оказывается в Египте. Случайно его как раба покупает один из приближенных египетского фараона. Так Иосиф оказывается среди ближайшего окружения правителя. Отличаясь замечательными природными способностями, красотой, честностью и благородством, он скоро занимает видное место при дворе и постепенно становится правой рукой фараона.

Тем временем в Палестине разразился голод. И посланные отцом братья Иосифа пришли в богатый и сытый Египет, чтобы купить хлеба. Здесь они встречаются с Иосифом, но не узнают в великолепном египетском правителе своего брата. Пришельцы падают ниц перед чужеземным властителем, и тем самым исполняется сон, который когда-то видел Иосиф и в котором братья и даже родители поклонились ему. Иосиф открывает себя братьям и примиряется с ними. Вслед за тем Иаков вместе со всем своим домом и братьями Иосифа приходит в Египет. Дети Израиля покинули Палестину и переселились на берега Нила…

Невинный страдалец Иосиф, через которого совершается спасение избранного народа Израиля, в христианской гимнографии и в литургическом творчестве воспринимается как прообраз Спасителя, который через поношение, уничижение и предательство от братьев своих принес миру избавление.

История Иосифа поучительна еще и потому, что нечто подобное нередко имеет место и в нашей жизни, когда из зависти, злобы или недоброго чувства мы вступаем в конфликт с самыми близкими и родными людьми. А разве неутихающие гражданские смуты, столкновения, жестокая политическая борьба не свидетельствуют о том, что конфликт между братьями и доныне остается, к нашему прискорбию, широко распространенной в человеческом сообществе поведенческой моделью?

И тем не менее история Иосифа, простившего своих братьев, жива в памяти человечества, и на все времена остается она примером для тех, кто ищет достойного выхода из ситуации конфликта со своими родными и близкими. Иосиф простил все, что довелось претерпеть ему от братьев: зависть, желание убить его, продажу в рабство, вынужденную разлуку со своей семьей и со своим народом, слезы и отчаяние одиночества… Простив враждовавшим с ним, Иосиф победил их ненависть своею любовью. И из глубокой дали веков Ветхозаветная история научает этому нас, страдающих от разделений в мире, в обществе и в семье.

Моисей. Ветхозаветная Пасха

Священная история, как и всякая другая история, имеет своим основанием факты. И в этом смысле можно говорить о буквальном, историческом понимании Библии. В самом деле, Библия ведь повествует о реальных событиях, которые могут быть подтверждены из других, небиблейских источников. С одной стороны, библейское повествование требует прямого понимания и знакомства с историческими фактами. С другой стороны, эта история — Священная, и потому нас в ней в первую очередь интересует религиозный аспект: отношение Бога к людям и отношение избранного народа к Богу.

Целью Ветхого Завета было подготовить людей к принятию Мессии, Спасителя, Избавителя. И поэтому когда в мир пришел Христос, в сознании самовидцев и свидетелей этого события вся предшествующая история как бы наполнилась новым смыслом и содержанием. Первые христиане прочитывали древние страницы Библии другими глазами, нежели фарисеи. В давно минувших событиях они находили ранее недоступный людям символический смысл. Ветхий Завет открывался им как прообраз Нового Завета. Сам Господь неоднократно обращался в своих притчах, проповедях и наставлениях к событиям ветхозаветным, соединяя их с событиями Своего времени, со Своею миссией.

Текст хорошего издания Евангелия обязательно сопровождается так называемыми параллельными местами — ссылками на книги Ветхого Завета. Они свидетельствуют о том, что многие эпизоды Священной истории Ветхого Завета воспринимались в Новом Завете как события прообразовательные, символические и связанные с событиями христианской истории.

Другими словами, Ветхозаветная история, помимо буквального прочтения, предполагает и особое понимание и истолкование, ибо она оказывается наполненной символами, прообразами и предсказаниями.

Перелистывая страницы Ветхозаветной истории, мы будем не только знакомиться с историческими фактами, но и пытаться отыскать в них потаенный смысл, свидетельствующий о внутренней устремленности всего корпуса Ветхого Завета к единой духовной цели — ожиданию имеющего прийти в мир Спасителя.

Итак, Иаков со своими сыновьями переселяется в Египет, и долгие годы его потомки мирно и спокойно живут в этой стране, ибо малый кочевой народ в лице Иосифа приобрел могущественного и заботливого покровителя. Тем не менее израильтяне оставались чужеземцами среди египтян. И по прошествии некоторого времени, после смены династии фараонов, местные правители стали усматривать в присутствии израильтян на территории страны скрытую опасность. Тем более что народ израильский возрос не только количественно, но и его удельный вес в жизни Египта постоянно возрастал. И вот наступил момент, когда подозрения и страхи египтян в отношении пришельцев переросли в определенную политику. Фараоны стали угнетать израильский народ, обрекая его на каторжный труд в каменоломнях, на строительстве пирамид и городов. Один из египетских властителей издал жесточайший указ: умерщвлять всех младенцев мужского пола, рождающихся в еврейских семьях, дабы извести племя Авраамово. Но ведь именно с ним и установил Господь свой завет-союз, ведь именно израильтяне должны были хранить веру в единого Бога и подготовить себя и мир к пришествию Спасителя. И потому Господь вновь вмешивается в ход человеческой истории и спасает избранный народ, являя на нем Свою волю.

Однажды в некой еврейской семье родился мальчик, и мать долгое время скрывала его, опасаясь, что младенец будет умерщвлен. Но когда далее скрывать его уже стало невозможно, она сплела корзинку из тростника, осмолила ее, положила туда своего младенца и пустила корзинку по водам Нила. Невдалеке от того места купалась дочь фараона. Увидев корзину, она повелела выловить ее из воды и, открыв, обнаружила в ней прекрасного младенца. Дочь фараона взяла этого младенца к себе и стала его воспитывать, дав ему имя Моисей, что в переводе означает «взятый из воды» (Исх. 2:10).

Моисей воспитывался при дворе фараона как египетский аристократ, но питала его молоком собственная мать, которая была приглашена в дом дочери фараона в качестве кормилицы, ибо сестра Моисея, увидев, что его извлекла из воды египетская принцесса, во благовремении предложила ей услуги своей матери.

Моисей возрастал в доме фараона, но знал, что принадлежит к израильскому народу. Однажды, когда он уже был взрослым и сильным, произошло событие, имевшее неисчислимые последствия. Увидев, как надсмотрщик избивает одного из его соплеменников, Моисей вступился за беззащитного и умертвил египтянина. И тем самым поставил себя вне общества и вне закона. Единственной возможностью спастись оказался побег. И Моисей уходит из Египта. Он поселяется в Синайской пустыне, и там, на горе Хорив, происходит его встреча с Богом. Моисей слышит глас Божий, он видит удивительный знак: горящий и несгорающий куст, неопалимую купину. Из этого куста до Моисея доносится повеление вернуться в Египет и вывести народ израильский из плена.

Моисей возвращается в Египет и предстает пред очами фараона, прося его отпустить народ. Но фараон не соглашается, ибо не хочет лишиться множества рабов. И тогда Бог наводит казни на Египет. Страна то погружается во тьму солнечного затмения, то ее поражает страшная эпидемия, то она становится добычей насекомых, которые в Библии именуются «песьими мухами» (Исх. 8:21). Но ни одно из этих испытаний не в силах устрашить фараона. И тогда Бог особым образом наказывает фараона и египтян. Он карает каждого перворожденного младенца в египетских семьях. А чтобы не погибли младенцы израильские, которым надлежало покинуть Египет, Бог повелел, чтобы в каждой еврейской семье был заколот агнец и кровью его окроплены косяки и перекладины дверей в домах. Библия повествует о том, как ангел Божий, воздающий отмщение, прошел по городам и весям Египта, неся смерть первенцам в жилищах, стены которых не были окроплены кровью агнцев.

Эта последняя казнь египетская настолько потрясла фараона, что он отпустил народ израильский. Событие это стало именоваться еврейским словом «Песах», что в переводе означает «прохождение», ибо гнев Божий обошел стороной отмеченные дома. Еврейская Песах, или Пасха, — праздник избавления Израиля из египетского плена.

«Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить», — говорит Христос (Мф. 5:17). В символическом смысле еврейская Пасха стала прообразом грядущей Пасхи Христовой. Ведь Иисус, подобно агнцу, проливший за нас Свою невинную кровь, избавил весь род людской от пленения диаволом, от порабощения злом, а Его вольная крестная жертва стала условием нашего искупления и спасения. «Христос — новая Пасха, жертва живая, Агнец Божий, вземляй грехи мира», — сказано в одном из богослужебных текстов Православной Церкви. А в замечательном произведении II века, поэме святого Мелитона Сардийского «О Пасхе» Христос говорит о Себе: «Я — Пасха спасения, Я — Агнец, закланный за вас, Я — искупление ваше, Я — жизнь ваша, Я — воскресение ваше, Я — свет ваш, Я — спасение ваше».

Если Пасха Ветхого Завета знаменовала собой избавление избранного народа, то Новозаветная Пасха стала знаменем искупления, спасения и освобождения всего человечества от «тьмы и сени смертной» (Иов. 10:21).

Исход евреев из Египта. Десять заповедей

Так, заступлением Божиим сыны Израилевы освободились из египетского плена. Но вслед за тем фараон спохватился и бросился в погоню. И тогда на берегу Красного моря (ученые-библеисты определяют это место как северную часть нынешнего Суэцкого залива или берег одного из прилегающих солончаковых озер) Бог явил еще одно удивительное чудо. Конница фараона почти настигла беглецов, дальнейший путь которым преграждала водная стихия. Скорая гибель представлялась им неминуемой. И возроптали евреи на Моисея, говоря: «Разве нет гробов в Египте, что ты привел нас умирать в пустыне?» (Исх. 14:11).

И тогда Моисей, с молитвой обратившись к Богу, простер свою руку над морской гладью. И совершилось невозможное: налетел сильный ветер, и под его дуновением воды расступились, образовав проход между волнами. Израильтяне устремились вперед и преодолели водную преграду «невлажными стопами». Тогда Моисей опустил руку — и воды снова сомкнулись, поглотив преследователей. В этом историческом событии — чудесном избавлении беглецов от возможного истребления — содержится некий скрытый символ, который мы обнаруживаем в христианской гимнографии, связывающей этот эпизод с Рождеством Христовым и Приснодевством Матери Божией. События и образы Ветхозаветной истории переплетаются с новозаветными и отражаются друг в друге.

После этого Израиль странствует в Синайской пустыне. Моисей не ведет евреев в Палестину самым коротким путем: он блуждает по Синаю, и это кочевье длится сорок долгих лет. В течение этого времени Израиль неоднократно убеждался: всякий раз, когда народ являл свою веру в истинного Бога, исполняя Его волю, он получал благословение, помощь и спасение. Так было, когда евреи лишились воды в пустыне и Моисей чудесным образом сотворил источник и напоил жаждущих. Так было и тогда, когда исчезла всякая пища. И снова возроптал народ, и снова возвысил свой голос, обращаясь к Моисею: «О, если бы мы умерли от руки Господней в земле Египетской, когда мы сидели у котлов с мясом, когда мы ели хлеб досыта!» (Исх. 16:3).

И, устрашенные призраком голодной смерти, скитальцы были готовы вернуться в рабство. Но Моисей вел их вперед. И Бог помогал ему накормить спутников, когда исчезала пища, и напоить, когда исчезала вода. И всякий раз наказывал народ, забывающий своего Бога и уклоняющийся от путей Его.

Ключевым событием, произошедшим на Синае, стала встреча Моисея с Богом на горе Хорив. Приведя народ к ее подножию, Моисей оставил здесь своих спутников, расположившихся станом, а сам поднялся на вершину. Моисей не видел лика Божия, но Бог оставил ему камни-скрижали, на которых были начертаны слова нравственного закона. Бог повелел передать этот закон народу, чтобы тот жил по нему.

Если с Авраамом Бог установил завет-союз на основе веры и послушания, то на горе Хорив произошло событие более значительное: Бог раскрыл Моисею нравственное содержание этого завета-союза. Авраам получил от Бога принципы веры и послушания; Моисей — их конкретное смысловое наполнение. Через Моисея Бог дал людям заповеди — нравственные законы, исполнение которых означало сохранение верности Творцу и завету с Ним.

Первая заповедь гласит: Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; да не будет у тебя других богов пред лицем Моим.

И вторая заповедь: Не делай себе кумира…

Третья: Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно…

И четвертая: Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай, и делай [в них] всякие дела твои, а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему…

И пятая заповедь: Почитай отца твоего и мать твою [чтобы тебе было хорошо и] чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.

И далее: Не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

Последняя заповедь о зависти очень образна и вместе с тем предельно конкретна: Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, [ни поля его,] ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни всякого скота его,] ничего, что у ближнего твоего (Исх. 20. 2–17).

Эти нормы являют собой содержание того нравственного закона, который Бог вложил в человеческую природу. В них выражен смысл Ветхого Завета.

Дарование Закона совершилось во время переселения израильтян из Египта, примерно за 1250 лет до Рождества Христова. Таким образом, более трех тысяч лет назад, на раннем этапе цивилизации, к человеку уже предъявлялись самые высокие нравственные требования. Объяснить появление подобных нравственных идей влиянием среды, как это пытаются делать нерелигиозные люди, невозможно — настолько они выпадают из общего культурного контекста эпохи. Напротив, естественными в те времена скорее представлялись борьба без правил за собственное благополучие, утеснение слабого. И почему, казалось бы, не прелюбодействовать, не красть, не лжесвидетельствовать, не желать имущества ближнего, если подобного рода поступки могут изменить к лучшему материальное или социальное положение, подарить чувственное наслаждение?

В условиях господства подобных нравов и поведенческих стереотипов появление столь возвышенной этической системы свидетельствует о Божественном, явно не человеческом ее происхождении. Действительно, в наименее благоприятных социальных, исторических и культурных условиях неожиданно возникает нравственная система, ценности которой вечны и универсальны, едины для всех времен и всех обществ. Свет этих бессмертных моральных истин освещает древнюю историю Ветхого Завета и через Новый Завет достигает нашей с вами жизни. Основные принципы человеческой морали, на которых покоится здание современной цивилизации, в том числе и ее правовая система, своими корнями уходят в те десять заповедей, которые Бог даровал Моисею на горе Хорив.

Моисей принял скрижали завета и, сошедши с вершины, нашел народ свой пребывающим в прелести и искушении. В продолжение тех сорока дней, что Моисей был в общении с Богом, сыны Израилевы, оставшиеся без своего возглавителя, решили создать себе рукотворного бога. Из золота своего отлили они тельца — изображение теленка — и стали поклоняться этому идолу как истинному Богу. Вознегодовал Моисей, когда узрел страшную картину богоотступничества. И в знак горя и неприятия великого греха своего народа разбил каменные скрижали, на которых были начертаны бессмертные глаголы Божественного Закона.

Племя Авраамово было наказано Богом, но не оставлено Им. Дальнейшая история Исхода, как и вся Священная история Ветхого Завета, вновь и вновь подтверждает нам один и тот же непреложный факт: Бог спасает нас, когда мы живем по Его закону, и прощает наше прегрешение, если мы искренне в нем раскаиваемся.

О судьях, царях и пророках

Продолжение сорока лет странствовал в пустыне народ Израиля, устремляясь в землю, обещанную Богом Аврааму, в землю своих праотцев. За это время умерли все, кто вышел из Египта. Даже Моисей не удостоился войти в Землю обетованную: он лишь увидел ее с вершины горы Нево, ныне именующейся эн-Неба и возвышающейся на территории современной Иордании. Господь не попустил никому из тех, в чьих жилах текла кровь египетского рабства, обрести свободу в Земле обетованной. Рабство было в буквальном смысле слова изжито за время сорокалетнего странствования. Чудом Божиим, благословением Господним и собственной верой достиг Израиль «земли, текущей молоком и медом» (Иер. 11:5), и завоевал ее себе, ибо была она уже населена другими племенами. Сыны Авраамовы, расселившиеся по лицу той земли, не имели, как и при выходе из Египта, иного вождя и царя, кроме Бога. Именно поэтому народ израильский долгое время не поставлял над собою земных владык, считая своим царем Самого Бога.

Религиозная система правления государством в отсутствие видимого главы именуется теократией: от греческих слов «Теос» — «Бог» и «кратия» — «власть», вместе — «власть Божия». Израиль признавал над собой только эту, Божественную, власть и потому не нуждался в земном царе. Видимым объединяющим началом для народа были в те времена особые национальные лидеры, именовавшиеся судьями. Судьи, избиравшиеся на это служение народом, отличались мудростью и духовной силой. Среди судей, много потрудившихся для сохранения духовно-нравственных начал в жизни соплеменников, особенно прославились Гедеон и Самсон.

Однако по мере того, как вера людей ослабевала, а проблемы исторического развития усложнялись, израильтянами все более осознавалась потребность в царской власти. И в конце концов народ востребовал себе царя. Так за тысячу лет до Рождества Христова пророк Самуил поставил на царство Саула, которому удалось объединить двенадцать колен Израилевых в один народ. Из Библии мы знаем, что у Иакова было двенадцать сыновей, которые положили начало двенадцати разным племенам. В царствование Саула они начинают объединяться в единый народ в рамках единого государства. И завершился этот процесс уже при следующем царе, также помазанном на царство пророком Самуилом, — Давиде.

Давид был не только выдающимся царем, сплотившим народ и основавшим столицу своего царства — город Иерусалим, но также и творцом замечательных молитв, гимнов, песнопений, которые получили название псалмов. Многим известна книга, называемая Псалтирью. Она составлена из псалмов, большая часть которых написана Давидом. Это были музыкально-поэтические произведения, в древности исполнявшиеся под аккомпанемент музыкальных инструментов, напоминавших гусли. Люди молились и доныне молятся словами псалмопевца Давида, без этих слов невозможно представить себе и православное богослужение, ибо псалмы — это особенный и удивительный язык обращения человеческой души к Богу. Псалтирь — источник содержания многих молитв и песнопений. В русских православных монастырях полный круг псалмов прочитывается за богослужениями в течение недели, а Великим постом — даже дважды в продолжение седмицы. Издревле существует обычай чтения Псалтири над телом новопреставленного. На Руси Псалтирь употреблялась не только как книга богослужебная, но и как книга назидательная, для домашнего чтения, а также как основной учебник, по которому наши предки учились грамматике и чтению.

Давид был хорошим царем и добрым, благочестивым человеком. Однако и он подвергался греху и слабости. Полюбив красавицу Вирсавию, бывшую замужем за его военачальником, он посылает ее мужа на верную смерть. Пророк Нафан обличил преступление Давида, и из сердца раскаявшегося царя излился покаянный 50-й псалом, начинающийся словами: «Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое…»

Впав в грех и сбившись с пути праведного, мы доныне облегчаем свою душу и исповедуемся перед Господом словами покаянного 50-го псалма Давида.

После Давида царем стал Соломон, при котором государство достигло своего наибольшего рассвета. Соломон построил в Иерусалиме храм во имя единого истинного Бога. Однако Соломон не был столь духоносным мужем, как Давид, ибо много согрешал в своей жизни. После его смерти царство разделилось на Северное и Южное. Произошло это за 930 лет до Рождества Христова.

Разделение царства совершилось потому, что народ израильский стал забывать своего Бога и заповеди, которые были даны Моисею на Синайской горе. Искушаемые множеством соблазнов, люди обратились к язычеству и отвернулись от истинного Бога. Неверность завету обернулась тем, что беды стали следовать одна за другой.

В VI веке до Рождества Христова вавилонский царь Навуходоносор покоряет Израиль и уводит евреев в плен, который длился почти 70 лет. Псалом 136-й «На реках Вавилонских…» отражает всю глубину страдания людей, которые оказались в разлуке со своей родиной, но наипаче — в окружении, враждебном их религии и духовной традиции.

Персидский царь Кир, победив Вавилон, позволил евреям вернуться в их землю. Они вновь расселяются вокруг Иерусалима, восстанавливают разрушенный храм и приступают к возрождению религиозной жизни. Но в 330 году до Рождества Христова Палестину завоевывает Александр Македонский — и израильский народ снова оказывается в долгом плену. На этот раз религиозная жизнь евреев подвергается сильному давлению греческого язычества. В 170 году один из греческих правителей, Епифан Антиохийский, осквернив храм, лишает людей места молитвы. Многие в то время были совращены в ложную веру языческого многобожия. Израиль переживал духовный упадок… И тем не менее лучшие представители народа, несмотря на тяжесть плена, стремились вернуть своим соплеменникам не только национальную независимость, но и веру отцов.

В истории известно восстание братьев Маккавеев, которые под духовным руководством первосвященника Маттафии попытались сбросить чужеземное ярмо. Но за 63 года до Рождества Христова Палестина переходит под власть Рима. Вскоре римляне поставляют во главе евреев царя Ирода. Он восстанавливает Иерусалимский храм и объединяет народ, однако все это совершается в условиях несвободы и иноземного владычества.

Такова вкратце Ветхозаветная история, из которой мы, в частности, узнаем, что вождями избранного народа бывали и судьи, и цари. Но не они определяли духовную жизнь евреев. Подлинными руководителями, духовными лидерами избранного народа были пророки.

Кто такой пророк и что такое пророчество?

Чаще всего пророчество неправомерно отождествляют с предсказанием будущего. Действительно, предсказание может быть частью пророчества, однако в истинном и высшем смысле оно есть не что иное, как передача людям правды Божией, воли Божией. «Я вложил слова Мои в уста твои», — обращается Бог к пророку Иеремии (Иер. 1:9).

Пророчествовать — означает быть в мире возвестителем Божественной истины. Пророк есть олицетворение голоса совести, будящего религиозное чувство современников, ибо его долг состоит в том, чтобы бороться против тех изменений и искажений в духовной жизни, которые уводят людей в сторону от стезей Господних. Такими народными трибунами, обличавшими неправду израильского народа, бичевавшими его вероотступничество, возгревавшими в нем религиозный дух, и были пророки.

Наиболее известны из них Самуил и Нафан, жившие в XI веке до Рождества Христова. Пророки Илия и Елисей в IХ веке до Р.Х. боролись с языческими соблазнами в среде израильтян. Исаия, пророк VIII века до Р.Х., предсказал пришествие в мир Спасителя. Пророки Иеремия и Иезекииль (VII и VI века до Р.Х.) дерзновенно обличали грехи своего народа и его правителей. Известны двенадцать так называемых малых пророков, оставивших после себя незначительные по объему, но важные по глубине мысли тексты. Особо поучительна история пророка Даниила (VI век до Р.Х.), который в вавилонском плену оставался верен своему пророческому призванию и обратил к Богу идолопоклонников, искавших погибели пророка.

Завершает череду ветхозаветных пророков честной славный Предтеча и Креститель Иоанн, который приготовил путь грядущему Мессии, Господу нашему Иисусу Христу.

О Богочеловечестве

Начнем разговор о Новом Завете с темы Богочеловечества. Первородный грех не лишил человека призвания к жизни с Богом, но отнял возможность осуществить это призвание. Грех стал средостением, преградой между Богом и человеком. Ветхозаветная история свидетельствует о том, что преодолеть эту преграду своими силами человек оказался не способен.

Бог устанавливает с людьми завет-союз, обещая им Свое благословение в ответ на их веру и верность. Но, несмотря на это великое обетование, несмотря на постоянную помощь и водительство Божие, сил у людей хватало лишь на то, чтобы в пределах малого избранного народа сохранять единобожие, постоянно при этом то теряя, то обретая веру в единого истинного Бога. Подлинное же общение с Богом оставалось для них недостижимым. Разумеется, Творец мог бы одним мановением возвратить людям без каких-либо усилий с их стороны утраченный ими рай, вновь одарить их Своею благодатью и Божественной энергией, и тогда род человеческий без труда вырвался бы из притяжения греха. Правда, в этом случае люди оказались бы слепыми, неразумными и безвольными объектами приложения высшей силы. Что сталось бы со свободой, которой Бог благоволил их наделить? Получается, что возвращение человека в рай помимо его воли и усилия означало бы нарушение Божественного о нем замысла, ибо Творец создал нас по образу Своему — свободными.

Говоря о книге Бытия, мы упоминали, что при изгнании Адама и Евы из рая Бог дал первым людям особое обетование, предсказав, что семя жены сотрет главу змия. Это означало, что Спасению надлежит совершиться через Кого-то, Кто родится от жены. Иными словами, обретение рая и возвращение к Богу подразумевали непременное и активное соучастие самих людей, дабы обнаружилась свойственная человеку Божественная свобода и не был умален образ Творца в человеческой личности.

И Бог предлагает нам поистине удивительное средство спасения, в котором великий дар человеческой свободы сочетается с Божественным участием в нашей судьбе. Сам Бог вступает в поток человеческой истории, вочеловечивается, соединяя в личности Иисуса Христа Свою Божественную природу и свободу с человеческой природой и свободой. В Иисусе Христе Божественное и человеческое объединяются для совместной борьбы с грехом и диаволом, ради возвращения в рай всего человеческого рода, ради спасения людей.

Замысел Творца о мире и человеке остается для нас непостижимой тайной. Мы не можем проникнуть в ее глубину, не можем ее рационально осмыслить. Мы никогда не сможем ответить на вопрос: почему Бог восхотел именно так, а не иначе устроить бытие этого мира и определить течение человеческой истории? В этом отношении всякие дерзкие вопрошания: «Почему? Зачем? С какой целью?» — лишены смысла. Но именно эти вопрошания нередко мешают нам обрести веру. «Почему Бог допустил и допускает зло? Зачем нужно было Ему непременно страдать ради спасения людей?..» Не имея возможности осмыслить эту тайну, мы можем только, прикоснувшись к ней, благоговейно склониться перед ее непостижимостью и сказать в душе своей: «Верую, Господи, ибо совершилось по слову Твоему».

Разные мыслители по-разному пытались истолковать побудительные причины Боговоплощения. Но, наверное, нет более достоверного объяснения, кроме одного: любви Божией к человеку. Только движимый великой любовью к роду человеческому, Бог мог послать на вольное страдание и крестную смерть Единородного Сына Своего.

К сожалению, понятие любви претерпело в современном обществе настолько существенную деформацию, что люди уже не способны видеть в ней серьезную мотивацию поступков. Поэтому иным людям так трудно представить себе любовь Божию как побудительную причину к спасению людей.

Можно вообразить себе (хотя это, видимо, и очень редкое явление в нашей жизни) девушку, которая из любви к больной матери и по необходимости за ней ухаживать отказывается от вступления в брак. Или, напротив, представить себе мать, отказывающуюся от собственной личной жизни и человеческого уюта ради неизлечимо больного ребенка. Сила любви и дар самоотвержения этих женщин таковы, что делают бессмысленными все доводы против их поступков.

Да, Господь ведал, что, несмотря на Крест и Воскресение Его, человечество до конца не исцелится, что в мире людей будут торжествовать и грех, и непотребство, и грязь, и жестокость, и коварство. Так что же, напрасен был подвиг Спасителя и нет ответа на вопрошание скептиков: «Если Бог знал, что все будет так, зачем же Он пошел на крест»? Ответ есть, он прост и краток: потому что Он действительно любит нас.

Бог любит нас! Это основополагающая религиозная истина с великой силою открывается именно в Богочеловечестве. В Ветхом Завете Бог предстает людям как Творец Вселенной, всемогущий покровитель избранного народа и его грозный учитель. В Новом Завете Бог является во плоти, становясь Сыном Человеческим, плотником по имени Иисус из города Назарета. Это явление Бога во плоти есть великое и прекрасное откровение Божественной любви. Прикосновение к тайне этой любви как бы упраздняет все возможные вопросы о непомерности жертвы, принесенной Спасителем за развращенный род людской. Ибо бесконечная любовь Божия о нас все объясняет и обнимает собою все.

Будучи свободными в выборе своего жизненного пути, мы имеем возможность ответить на эту Божественную любовь своею любовью, дабы пребывать в союзе и единстве с нашим Спасителем. Бог возлюбил нас и любит более, нежели плотские наши сродники и самые близкие люди. А это значит, что Богочеловечество разрушило средостение между Богом и человеком, соединив Божественную и человеческую природы в единой личности Богочеловека Христа. И через Него мы можем обращаться ко Творцу, называя Его «Отец».

О Святой Троице

Новый Завет состоит из книг, именуемых «Евангелием», «Деяниями святых апостолов», «Посланиями святых апостолов» и «Апокалипсисом». По своему объему Новый Завет меньше, чем Ветхий Завет, но в нем содержатся истины, помогающие уяснить смысл Ветхого Завета и во многом обогащающие наше представление о Боге. Из Нового Завета мы получаем наиболее полное представление о том, что есть Бог.

Сам Господь Иисус Христос свидетельствует: «Я и Отец — одно» (Ин.10:30), и: «видящий Меня видит Пославшего Меня» (Ин.12:45).

В нескольких местах Спаситель говорит, что Он есть Сын Божий. Неоднократно в речи Господа встречается и упоминание о Святом Духе, Который ниспосылается от Отца по ходатайству Сына. И, наконец, Он напутствует апостолов словами: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф.28:19).

В отличие от Ветхого Завета, Новый Завет говорит о Боге как о едином существе в трех лицах — об Отце, Сыне и Святом Духе. Бог есть единство трех лиц, имеющих одну и ту же Божественную природу, которая во всей полноте принадлежит каждому из трех лиц, так что они являют собою не трех Богов, но одного, единого Бога. И вместе с тем в Нем присутствуют три Божественные личности, три лица, три ипостаси. Это сочетание единства и множественности остается для человеческого воображения непознаваемой тайной.

Для человека, додумывающего свои мысли до конца, великое таинство Божественной природы есть доказательство того, что только Бог мог дать людям подобное откровение. И в самом деле, если бы правы были Вольтер и его последователи, утверждавшие, переворачивая библейскую истину, что человек создал Бога по своему образу и подобию, то, наверное, такой Бог был бы в высшей степени доступен человеческому пониманию. Ведь человек не в состоянии измыслить того, что он сам не понимает: непостижимое изобрести нельзя. Когда человек выдумывает нечто, он старается быть убедительным для других людей. Откровение же о природе Божественного в Новом Завете воспринимается нашим разумом как непостижимая тайна. Но тогда не является ли это наилучшим свидетельством в пользу того, что учение о Святой Троице имеет Божественное происхождение?

Разумеется, Бог вовсе не преследует цели загадывать нам неразрешимые загадки. Просто Он безграничен и непостижим по Своей природе. И потому, доверяя нам тайну Своего бытия, Он тем самым ставит человека перед проблемой, которую наш разум не способен охватить в полной мере. И даже когда мы переступим границу, отделяющую земное существование от жизни вечной, когда окончательно перейдем в тот мир, где нам откроется многое, сокрытое ныне, — даже там и тогда мы не постигнем до конца тайны Божественной жизни. Потому что Бог и человек суть величины несоизмеримые; потому что критерии человеческого мышления, которые основываются на опыте нашей жизни, неприменимы к познанию Божественной тайны. За откровением о Троице скрывается тайна бесконечного Бога, и человек, будучи не способен проникнуть в глубину этой тайны, может лишь прикоснуться к ней и благоговейно об этой тайне свидетельствовать.

Из Нового Завета мы узнаем, что Бог есть Троица — некое таинственное триединство. Кстати, английское «Тринити», или французское «Тринитэ», или немецкое «Драйайнихкайт» и означает «Триединство». Славянское слово «Троица» есть синоним «Триединства».

«Никто не может ясно и полно постичь умом и выразить словом догмат о Пресвятой Троице», — говорит преподобный Симеон Новый Богослов. И все же, для того чтобы приблизиться к пониманию тайны Святой Троицы, отцами и учителями Церкви, то есть выдающимися богословами древности, была разработана специальная терминология. В частности, были сформулированы два понятия: природа (по-гречески «усия») и лицо («ипостасис»). Природа есть некая общая категория, присущая тому или иному явлению или существу. Например, говоря о «человеческой природе», мы подразумеваем, что столь различные и несхожие индивидуумы вместе с тем обладают и общими, едиными для них признаками, которые составляют их природу. Таким образом, люди имеют человеческую природу, звери — природу животную, и так далее.

Святые отцы говорили о природе Бога как о категории, общей для всех трех Божественных лиц. Что же касается лица (иначе «ипостасис», по-славянски — ипостась), то это есть личность, совокупность отличительных черт. Понять отличие природы от лица помогает следующая аналогия: каждый человек обладает человеческой природой, но при этом является личностью, отличной от других человеческих личностей.

Бог не есть существо о трех головах и с тремя лицами. Бог — это единая природа, которая в полной мере выражается в каждой Божественной ипостаси, в каждой Божественной личности. Христиане верят в единого Бога. Чтобы лучше уяснить это, прибегнем к доказательству от противного.

Человек обладает свойственной людям природой. Но нет и не может быть такой личности на земле, которая включала бы в себя все богатство человеческих типов, интеллектов, темпераментов, эмоциональных и волевых качеств, то есть объединила бы в себе то, что присуще всему роду человеческому, всей совокупности человеческих личностей, вместе взятых. Такой сверхчеловеческой личности, которая оказалась бы способна вобрать в себя все человечество без остатка, быть не может. А вот в каждой Божественной личности, в каждом лице Святой Троицы всецело и в абсолютной полноте представлена вся Божественная природа. Бог имеет единую природу, и каждое из лиц Святой Троицы обладает полнотой этой природы. Поэтому следует говорить об одном, едином Боге, выражающем Свою природу в трех лицах.

Эта трудная для постижения религиозная истина не может быть до конца воспринята людьми. Нам остается лишь использовать аналогии для того, чтобы приблизиться к пониманию тайны Божественной жизни. Разумеется, мы прибегаем к отдаленным подобиям из опыта собственной жизни и используем явно недостаточные категории нашего мышления, сознавая всю условность подобных представлений. Но ведь верно и то, что человек познает Бога не разумом, а глубиной своего религиозного чувства.

Между тремя равными ипостасями Святой Троицы существуют определенные отношения. Уже из одного наименования Бога Отца следует, что Его отношение к другим лицам Святой Троицы есть отношение отцовства.

Слово Божие и учение Церкви свидетельствуют о том, что Бог Отец предвечно рождает Бога Сына. «Предвечно» — значит вне времени, всегда. Истина предвечного, вневременного рождения Сына непостижима для человеческого сознания. Но опять-таки путем наших несовершенных аналогий попытаемся прикоснуться к этой тайне. Мы знаем, что человеческая мысль порождается разумом. Мысль и разум нераздельны. Мысль есть производная разума, отражающая в себе его силу и сущность. Рассуждая о предвечном рождении Сына Божия Богом Отцом, можно прибегнуть к уподоблению их мысли и разуму, — с той, однако, поправкой, что Сын Божий в полной мере являет в Самом Себе природу Бога Отца.

Богослов, церковный писатель и отец Церкви Василий Великий, живший в IV веке, в своей Евхаристической молитве называет Сына Божия «печатью равнообразной». То есть таким отражением Бога Отца, которое равным образом и во всей полноте заключает в себе Божественную природу. Не случайно апостол Иоанн Богослов начинает свое Евангелие словами: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин.1:1).

Это сказано о Сыне Божием, Которого апостол называет Словом (по-гречески «Логосом»), о втором лице Святой Троицы — о Божественной Мысли и Божественной Премудрости, о «печати равнообразной», рождающейся от Бога Отца вне времени, несущей в Себе всю полноту Божественной жизни и Божественной природы.

А что же тогда Бог Дух Святой? Это Божественная энергия, предвечно исходящая от Бога Отца. Ибо не было такого времени, когда эта энергия не исходила бы, и не будет такого времени, когда она перестанет исходить. Исхождение Духа Святого не истощает природы Отца и Его личности, как не истощает Его личности и Его природы предвечное, вневременное рождение Сына. Бог всецело присутствует в Своей энергии, которую Он передает всему творению — окружающему миру. Эта Божественная энергия не является частицей Бога Отца, но включает в себя всю Божественную жизнь, всю Божественную природу. И в этом смысле Бог Дух Святой есть Бог в абсолютном явлении Своей природы, личный Бог и третья ипостась Святой Троицы.

Итак, каждое лицо Святой Троицы имеет во всей полноте одну и ту же Божественную природу. Именно поэтому Троица и называется единосущной. Лица Святой Троицы, обладающие одной, то есть той же самой природой, являют собою нерасторжимое единство, они нераздельны.

Откровение о внутренней жизни Святой Троицы мы можем уразуметь, вновь обратившись к некоторым аналогиям из нашей человеческой жизни. Ведь единство существует и между человеческими личностями. Что же способно в максимальной степени обеспечить нераздельность индивидуумов, какая сила может предельно сблизить их? Существует только одна сила, способная совершить это, — сила любви. Подлинная любовь соединяет две личности столь органично и нерасторжимо, что они становятся единым целым. В гармоничной любви заложено стремление к полному единению. Но в любви и союзе двух вовсе не разрушается личность каждого. Даже самый счастливый брак, теснейшими узами соединяющий двух людей, не только не разрушает их личностных особенностей, но, наоборот, усиливает и обогащает каждую из составляющих его половин.

Предел человеческой любви положен самой природой человека. Даже очень любящие люди не могут соединиться полностью, ибо таковое было бы против законов естества. Правда, бывают случаи беззаветной любви, когда один отдает жизнь за другого: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин.15:13).

В этом случае происходит как бы полная отдача себя другому, но при этом один погибает, прекращается его физическое существование.

Другими словами, в условиях земной реальности даже такая всевластная сила, как любовь, способна соединять, пусть даже до смерти, но не в состоянии соделать двух единым целым. Однако невозможное для человека достижимо в бытии Божественном. Об этом замечательно написал Николай Васильевич Гоголь: «Бог весь одна любовь, содержащая в Своей Троице и любящего, и любимого, и само действие любви. Любящий — это Бог Отец, любимый — Бог Сын, и сама любовь, их связующая, есть Бог Дух Святой».

Новозаветное Откровение об устроении внутренней жизни Бога является основой всей христианской морали. Ибо мы узнаем, что сущностью Божества является любовь, и она же есть закон, по которому живет Бог внутри Себя. Но ведь человек создан по образу и по подобию Божию. И, следовательно, для того, чтобы уподобиться своему Творцу, также должен жить по закону любви, распространив его на все области общественных и межличностных отношений. Это имеет в виду Иоанн Богослов, говоря: «Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь» (1Ин.4:8).

Мы не только не сможем уподобиться Богу и приблизиться к Нему, но даже понять Бога не сможем, если не будем любить друг друга. Но если станем жить по законам любви, то опытом своего существования прикоснемся к жизни Божественной и так узнаем, что есть Бог.

Когда мы говорим о любви, то должны ясно понимать, о чем идет речь.

Любовь истинная — это не стремление овладеть другим ради наслаждения и не благодарность другому за доброе к себе отношение. Как первое, так и второе есть любовь не к другому, а к самому себе. Ибо когда мы любим другого человека, чтобы им наслаждаться, то мы через него себя самих любим, а не его. Когда мы любим другого только потому, что он любит нас и добр к нам, мы опять-таки любим себя. Но любовь истинная есть полная отдача себя другому. Отдавая, посвящая себя другому человеку, мы исполняем Божественный закон любви.

При совершении Таинства Крещения новый член Церкви освящается во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, Троицы Единосущной и Нераздельной и тем самым принимает на себя обязанность жить по закону любви, общему для Творца и творения.

Исторические свидетельства об Иисусе Христе

Для спасения человеческого рода Бог благоволил избрать особое средство — Боговоплощение, в котором Божественное всемогущество соединяется с человеческой природой. Богочеловечество явлено нам в Иисусе Христе — Сыне Человеческом и Сыне Божием, втором лице Святой Троицы, Божественной Премудрости и Божественном Слове (Логосе).

Слово «воплощение» означает принятие плоти, соединение с плотью. Поскольку речь идет о плоти человеческой, это следует понимать как соединение Божества с человеческой природой. В личности Иисуса Христа и происходит соединение человеческой и Божественной природ — Боговоплощение.

Сын Божий является нам в исторической личности Иисуса из Назарета. Долгие годы в школах, институтах и университетах нас учили тому, что Иисус — это миф, ибо такой личности в действительности якобы не существовало. И когда люди ссылались на Евангелия, в которых рассказывается о жизненном пути Спасителя, псевдоученые, учившие о мифичности Иисуса Христа, отвечали, что Евангелия — это позднейшая фальсификация. При этом замалчивалось или ложно истолковывалось одно весьма важное обстоятельство, а именно — неевангельские исторические свидетельства о Христе. Причем свидетельства не учеников и самовидцев Спасителя, не Его последователей и сторонников, но либо нейтральных летописцев, либо, что особенно интересно, Его недругов и врагов христианства. А ведь истории известны и такие свидетельства.

Знаменитый еврейский историк Иосиф Флавий, живший на рубеже III веков, в дошедшей до нас книге «Иудейские древности» рассказывает, например, о смерти Иоанна Крестителя и об Иисусе Христе (книга 18), а также о некоем Иакове, называя его «родственником Иисуса, прозванного Христом» (книга 20). Мы знаем, что речь здесь идет о двоюродном брате Иисуса Христа — апостоле Иакове, который стал первым епископом Иерусалимской христианской общины и был еврейским синедрионом осужден на смерть через побиение камнями. Свидетельство же Иосифа Флавия об Иисусе атеистическая наука неоднократно пыталась опровергнуть как вставку позднехристианского переписчика «Иудейских древностей», сделанную в IIIIV веках. Но вот в семидесятые годы теперь уже прошлого столетия в распоряжении ученых оказывается новонайденный средневековый арабский перевод, позволяющий реконструировать не дошедшую до нас сирийскую версию книги Флавия. Фрагмент о жизни и учении Иисуса Христа, хотя и разнящийся в деталях с известным нам и оспариваемым текстом, присутствует и в сирийско-арабской редакции.

Прославленный римский историк Светоний около 120 года написал книгу «Жизнь двенадцати цезарей», доныне пользующуюся широкой популярностью. Говоря в ней об императоре Клавдии, он сообщает, что в 51 году тот изгнал из Рима «евреев, ставших под влиянием Христоса постоянной причиной беспорядков».

Кроме того, крупнейший римский историк Тацит в III книге (глава XV) своего фундаментального сочинения «Анналы» также довольно подробно пишет о христианах в связи с пожаром, жертвой которого стал Рим: «Чтобы прекратить слухи о том, что император сам зажег пожар, Нерон придумал виновных и подверг утонченным мучениям тех, кого все ненавидели за их мерзости и кого народ называл христианами. Имя это происходит от Христуса, казненного при императоре Тиверии губернатором Понтием Пилатом. Подавленное было вначале, это отвратительное суеверие появилось снова — и не только в Иудее, в которой оно родилось, но также и в самом Риме, куда стекается все самое низкое и постыдное и находит приверженцев».

И еще один очень интересный документ. Его автор известен нам под именем Плиний Младший. В начале II века Плиний был римским губернатором в малоазийской провинции Вифинии и, кроме того, другом тогдашнего императора Траяна. Траян дал указание преследовать христиан как опасных преступников, которые, по его мнению, могут причинить ущерб интересам Римской империи.

Плиний сообщает своему другу императору о том, как именно он поступает с христианами, докладывая и одновременно испрашивая у него совета: «Вот какого поведения я придерживаюсь. После нескольких допросов с угрозами я казню тех, кто упорствуют, объявляя себя христианами. Некоторые отрицали, что они христиане, приносили жертвы перед статуями наших богов, даже проклинали Христа. Но говорят, что от настоящих христиан этого никогда невозможно добиться. Мой розыск доказал, что они собираются в определенные дни, перед восходом солнца, чтобы петь гимны Христусу, как Богу, и обязаться клятвой не в том, что они будут совершать преступления, а в том, что будут избегать воровства, разбоя и блуда. Наконец, они собираются вечером, чтобы разделить самую обыкновенную безобидную пищу. В моей провинции они очень многочисленны, настолько, что культ в храмах падает и мясо, принесенное в жертву богам, почти больше не находит покупателей».

В атеистическом государстве эти свидетельства скрывали, потому что в противном случае было бы невозможно их игнорировать, ложно уча о мифичности Христа и оспаривая историчность Его личности. Но возникает вопрос: зачем было фальсифицировать историю, держать в неведении целые поколения людей? Ведь на этом обмане строилось не только мировоззрение общества, но и создавались целые научные системы. Достаточно посмотреть многие из тогдашних так называемых «исторических» исследований о христианстве, чтобы убедиться: на ложном постулате о мифичности, легендарности Иисуса из Назарета было воздвигнуто здание целой «науки». Это невозможно объяснить ничем иным, кроме страха перед Галилеянином. Ведь, казалось бы, воинствующим атеистам можно было без особого ущерба для себя согласиться с тем очевидным фактом, что Иисус — историческая личность, подобно тому как это сейчас делают иные неверующие. Правда, тут же уточняя, что, мол, никакой Он не Сын Божий и не Спаситель, а просто один из пророков, проповедник-идеалист и народный вождь.

Однако в действиях тех, кто скрывал правду о Христе, была своя логика. Потому что чтение Евангелия не может оставить безучастным ни одного человека, наделенного живою мыслью, воображением и чувством. Образ Христа настолько ярок и покоряюще убедителен, что, прикоснувшись к Нему и зная, что Он не мифическая личность, не фантазия и не обман, невозможно увидеть в Нем только лишь человеческое.

Вы говорите, что Он один из учителей, живший в древности, один из бродячих философов — и только? Да не будет! Никакой аналогии Иисусу из Назарета в мировой истории отыскать невозможно. Он уникален. Его образ есть порождение нечеловеческого опыта, в котором человечеству открывается Сила Божия и Божия Премудрость.

О происхождении Евангелия

Факт исторического существования Иисуса Христа невозможно игнорировать еще и по той причине, что осталось множество материальных памятников и свидетельств Его земной жизни. Они находятся в Палестине и называются Святыми местами.

В IV веке эти места посетила святая равноапостольная Елена, мать императора Константина Великого. Исторически Елену от Христа отделяло чуть менее трехсот лет — примерно столько же, сколько нас отделяет от императора Петра I. Но станет ли сейчас кто-нибудь утверждать, что Петра I не было? И можно ли сочинить о его жизни что-то такое, чего вовсе не было или что шло бы вразрез с известными историческими фактами? Или, напротив, игнорировать какие-то важные события из его жизни? Нет, это совершенно невозможно. Потому что Петр I жил сравнительно недавно и существует множество разнообразных свидетельств о его жизни и эпохе. Исторические тексты и устное предание донесли до нас немало сведений об этом русском царе. И вряд ли среди наших современников найдется хоть один, который усомнился бы в его существовании.

Императрица Елена приехала в Палестину, где все еще дышало присутствием Спасителя, где из поколения в поколение передавали детальные подробности Его жития: где и что Он совершал, где умер и был погребен. Святой Елене показывали эти места. И она воздвигла над ними замечательные храмы. Частично дошли до нашего времени построенные по приказу Елены храмы на месте распятия и погребения Спасителя в Иерусалиме и на месте Его рождения в Вифлееме. Частично — потому что много различных бедствий обрушилось на Палестину за минувшие столетия. Но, как бы то ни было, Святая земля с ее памятниками, храмами, местами почитания остается убедительным материальным свидетельством о земной жизни Иисуса из Назарета.

Помимо свидетельств историков и писателей, бывших почти современниками Христа, помимо святых мест, доныне сохраняющих атмосферу эпохи, в которую жительствовал на земле Спаситель, существует еще один и притом самый важный источник сведений о Нем. Это жизнеописания Иисуса Христа, составленные Его учениками апостолами.

Греческое слово «апостол» означает «посланник», он же — свидетель жизни Иисуса Христа. Первоначально апостолы не записывали, а просто передавали слушавшим свои свидетельства о жизни Иисуса. Основывая христианские общины, они рассказывали о событиях жизни Спасителя по памяти, однако в конце концов явилась необходимость записать историю Иисуса Христа. Первые рукописные свидетельства о Его жизни появляются примерно через 30 лет после смерти и воскресения Спасителя. В этих свидетельствах мы не находим систематического изложения того учения, которое принес в мир Христос, ибо Сам Он таковой системы никогда не излагал. По разным случаям и поводам Господь наставлял слушавших Его. Он совершал дивные дела, именуемые чудесами. Все это и явилось предметом апостольской проповеди, в определенное время письменно зафиксированной конкретными авторами.

Первый из них, Матфей, служил таможенным чиновником в городе Капернауме, где и произошла его встреча со Спасителем. Матфей оставил свою не слишком уважаемую в тогдашнем еврейском обществе службу и последовал за Иисусом. Примерно в 60–65 годах по Рождестве Христовом, находясь в Сирии, Матфей написал о том, что видел, сопровождая Учителя. Так появилось Евангелие от Матфея. Слово «Евангелие» в переводе с греческого языка на русский означает «Благая весть». Будучи евреем по рождению и воспитанию, Матфей в первую очередь адресовал повествование о жизни Спасителя своим соплеменникам. Именно поэтому в его Евангелии делается акцент на том, как в Иисусе Христе осуществились обетования и пророчества Ветхого Завета, в которых говорилось о приходе Мессии. Задачей Матфея было сказать евреям, что Иисус Христос и есть обещанный Мессия, долгожданный Спаситель. Это единственное Евангелие, написанное по-арамейски — на одном из диалектов еврейского языка.

Другой автор Евангелия, Марк, не был непосредственным учеником Спасителя. Он являлся спутником и учеником апостола Петра, со слов которого и записал в Риме свое Евангелие. Написанное по-гречески, оно было обращено к язычникам. Поэтому Марк менее всего озабочен ссылками на Ветхий Завет, неизвестный римлянам. Евангелист говорит о Христе как о великом чудотворце. Это было доступно пониманию язычников, веровавших в Зевса, Юпитера и иных кумиров. В этом Евангелии Иисус Христос явлен как Богочеловек, в Котором действует сила Божия. Апостол Марк написал свое Евангелие в пятидесятых годах по Рождестве Христовом.

Третий евангелист, Лука, был человеком образованным. По профессии врач (Кол. 4:14) и художник, он происходил из языческой семьи уроженцев Антиохии Сирийской. Верный ученик и спутник апостола Павла, Лука разделял с ним апостольские труды и во многом со слов Павла написал свое Евангелие. Греческий язык Евангелия Луки обнаруживает в авторе человека книжного. Лука не только свидетельствует о деяниях Спасителя, адресуя свое послание язычникам, среди которых благовествовал апостол Павел, но и старается последовательно выстроить историю земной жизни Христа. Так, он единственный из евангелистов, кто со слов Матери Божией записывает повествование о детстве Спасителя. Евангелие от Луки было написано, по всей вероятности, около 61 года в Риме.

Четвертое Евангелие, автором которого был апостол Иоанн, значительно отличается от первых трех, вышедших из устного предания, бытовавшего в среде учеников Иисуса Христа. Эти тексты в науке называются синоптическими, то есть имеющими между собой значительное сходство. Есть основания полагать, что евангелисты Матфей и Лука, приступая к своему труду, уже зна