Это случилось в Хиландаре, когда в один из вечеров в церкви Пророка Илии состоялась встреча старца со Христом, – некая искра в один миг осветила всю мою тьму, это изменило меня, укрепило, окрылило. В тот же год я отправился в Иерусалим.
Меня взяло невероятное отчаяние, я встал на колени и помолился Богу. Я дал Ему обет: «Господи, если Ты выведешь меня из тайги, не знаю как, но я Тебе послужу!»
У меня все время было какое-то ощущение жизненной пустоты. Вот живешь, живешь, а ради чего живешь? Как будто все не до конца, не по-настоящему.
В армии я почувствовал присутствие Промысла Божия, просто реально ощутил, что Он меня по жизни ведет.
Однажды мне в руки попала книга об афонском старце Иосифе Исихасте, изменившая впоследствии мое понимание Бога. Все знания о Нем, которые были у меня прежде, оказались ничтожно малы.
Придя в Православие, я понял, что Бог присутствует во всем, что в нашем взаимодействии с Богом, в устроении нашего спасения участвуют и тело, и ум, и душа. Это всеобъемлющее качество Бога было очень важно.
Для меня стало в какой-то момент естественным быть в Православии.
К тому убеждению, что Православная Церковь есть Церковь Христова во всей ее полноте, а католическая – лишь отсеченная ветвь, я пришел далеко не сразу.
Наблюдая за духовной жизнью верующих людей различных конфессий и Церквей, я все более склоняюсь к Православию. Жизнь в Православии и православная монашеская братия мне были более по сердцу.
Обращение в Православие – это и глубоко личное решение, и своего рода естественный результат моих православных штудий, которыми я занимался всю свою жизнь.
После Причастия... Помню, что я долго сидел в одиночестве и прислушивался к тому состоянию, которое меня посетило… Я подумал: теперь у меня есть маяк, есть направление дальнейшего пути, и это, – конечно, Церковь!
Я потомственный технарь, мои родители ‒ выпускники Политеха, инженеры.
Я посещал Протестантскую церковь Нидерландов. Когда учился в университете, изучал историю Византии. Именно там познакомился с Православной Церковью.
Будучи еще некрещеным, я вошел в православный храм ‒ и меня посетила благодать… И я уже не умом, не с помощью каких-то знаний, а сердцем почувствовал: вот она, здесь та правда, которую я так долго искал.
То, что мы получали от общения со священниками, отличалось от всего, что мы раньше знали, потому что отцы передавали свой опыт знания Бога. Именно это привлекло нас всех к ним. И этот импульс, толчок к богопознанию стал нашим жизненным лейтмотивом.
Настоятель храма отец Димитрий сказал нам буквально несколько слов – причем, они пришлись очень к месту. А затем общение, общение... Эти беседы и явились для нас оглашением, которое прошло достаточно успешно.
Ясность ума и сердца возникла именно через опытную христианскую жизнь в Псково-Печерском монастыре.
Моя душа испытала странный трепет – ласку Божию, прикосновение Божественной благодати.
Приходской священник занял важное место в жизни кенийского мальчика из неверующей семьи.
В зрелые годы встретился мне в небольшом белгородском поселке священник, для которого вера, служение и увлечение литературой были естественной повседневностью. Наша дружба имела логическое завершение.
