Путь в Православие из протестантизма

Путь в Православие из протестантизма

Духов­ный путь каж­до­го чело­ве­ка непо­вто­рим и непред­ска­зу­ем. Кли­рик Воз­не­сен­ско­го собо­ра горо­да Алма-Аты отец Алек­сандр Трин­да­фи­лов и его супру­га Еле­на дол­гие годы и даже деся­ти­ле­тия блуж­да­ли по раз­ным хри­сти­ан­ским дено­ми­на­ци­ям и сек­там, и даже успе­ли сами побы­вать пас­то­ра­ми, преж­де чем доб­ро­воль­но и созна­тель­но реши­ли при­нять Пра­во­сла­вие. О сво­ём духов­ном поис­ке матуш­ка Еле­на Трин­да­фи­ло­ва рас­ска­за­ла в интер­вью пор­та­лу «Пра­во­сла­вие и мир».

– Ска­жи­те пожа­луй­ста, сколь­ко лет вы были в про­те­стан­тиз­ме, преж­де чем при­нять Православие?

– Все­го 12 лет, при­том мы меня­ли раз­ные дено­ми­на­ции. Изна­чаль­но мы при­шли в общи­ну к бап­ти­стам, потом ока­за­лись у пяти­де­сят­ни­ков, а уже затем – у неопятидесятников.

– Что застав­ля­ло вас менять деноминации?

– Навер­ное, какой-то духов­ный поиск, внут­рен­нее неудо­вле­тво­рён­ность и пони­ма­ние в глу­бине души двой­ных стан­дар­тов, суще­ство­вав­ших в этих общинах.

– А в чём выра­жа­лись эти двой­ные стандарты?

– Навер­ное, мы виде­ли их даже в себе самих. Когда мы сами пас­то­ра­ми, то, вро­де бы, гово­ри­ли пра­виль­ные вещи, но при­ме­нить их в жиз­ни при этом не мог­ли. И лгать себе в этом не получалось.

– Соб­ствен­но, пра­во­слав­ные тоже не могут вопло­тить в жизнь еван­гель­ские прин­ци­пы. Раз­ни­ца в том, что они не обма­ны­ва­ют себя отно­си­тель­но это­го, и недо­ста­ток хри­сти­ан­ской жиз­ни вос­пол­ня­ют покаянием…

– На самом деле, в неко­то­рых про­те­стант­ских общи­нах пока­я­ние всё же есть, дру­гое дело, что его нет там как таин­ства Лич­ное пока­я­ние перед Богом и там меня­ет людей, точ­но так же как на них вли­я­ет и чте­ние Еван­ге­лия. Одна­ко най­ти отве­та на свои вопро­сы мы там всё рав­но не могли.

Тем более тяже­ло было видеть двой­ные стан­дар­ты в жиз­ни людей, кото­рые были для нас авто­ри­те­та­ми. Они про­по­ве­до­ва­ли об одном, но пло­ды их жиз­ни были совер­шен­но ины­ми. Если мы искренне ста­ра­лись при­ме­нить биб­лей­ские исти­ны на прак­ти­ке, то они, как мы виде­ли, созна­тель­но допус­ка­ют мно­гие гре­хи. В част­но­сти, это каса­ет­ся веде­ния так назы­ва­е­мо­го «хри­сти­ан­ско­го биз­не­са» в сре­де «новых» пятидесятников.

– Но ведь, как я пони­маю, ваш духов­ный путь начал­ся не с пяти­де­сят­ни­че­ства. А поче­му вы ушли из баптизма?

– Пото­му что, во-пер­вых, посто­ян­но ощу­ща­ли там жёст­кие рам­ки, опре­де­лён­ный кон­троль, боль­шое коли­че­ство каких-то фор­маль­ных пра­вил. При этом каких-то осо­бых рели­ги­оз­ных пере­жи­ва­ний мы там не ощу­ти­ли, поэто­му нас потя­ну­ло в хариз­ма­тию. К тому же мой муж посто­ян­но сопе­ре­жи­вал боль­ным людям, и очень хотел как-то им помочь. Поэто­му тот фак­тор, что хариз­ма­ты про­по­ве­до­ва­ли о «даре исце­ле­ний», стал реша­ю­щим. Бап­ти­сты это­го уче­ния не вос­при­ни­ма­ли, поэто­му мы отпра­ви­лись на поис­ки более «живо­го» христианства.

– Конеч­но, в срав­не­нии с бап­тиз­мом экзаль­ти­ро­ван­ные хариз­ма­ти­че­ские прак­ти­ки выгля­дят куда более «живы­ми». Но запол­ни­ло ли это на тот момент вашу внут­рен­нюю пустоту?

– И меня, и мужа все­гда насто­ра­жи­ва­ли эти слиш­ком эмо­ци­о­наль­ные про­яв­ле­ния: «давай­те под­ни­мем руки, попры­га­ем». Мы ведь иска­ли не внеш­них про­яв­ле­ний живо­сти, а внут­рен­не­го, как гово­рит­ся в Писа­нии, «силы бла­го­че­стия» – имен­но внут­рен­ней силы. Нам важ­но было понять, как нуж­но про­по­ве­до­вать Хри­ста. Это­го пони­ма­ния мы не нахо­ди­ли ни в себе, ни в окру­жа­ю­щих нас людях.

Для нас была очень важ­на имен­но вера, ведь нам при­шлось в своё вре­мя даже пре­тер­петь за Хри­ста. Сна­ча­ла к нам с непо­ни­ма­ни­ем отно­си­лось мусуль­ман­ское окру­же­ние, в кото­ром мы жили, да и вооб­ще при­хо­ди­лось пере­жи­вать, что гово­рит­ся, и голод, и холод. Поэто­му мы были наце­ле­ны на поиск под­лин­но­го, а не внеш­не­го. Нам каза­лось, что жить по Сло­ву нуж­но без каких-либо ком­про­мис­сов с сове­стью во всём, вклю­чая биз­нес и финансы.

– Кста­ти, о финан­сах. Была ли в той хариз­ма­ти­че­ской общине, куда вы при­шли, так назы­ва­е­мая «тео­ло­гия про­цве­та­ния» – уче­ние об обя­за­тель­ном финан­со­вом и ином пре­успе­я­нии хри­сти­а­ни­на, и как вы к ней отнеслись?

– Да, была. Мы изу­ча­ли тру­ды глав­ных её идео­ло­гов Коуплен­дов, но в ито­ге поня­ли, что их уче­ние не рабо­та­ет, и это все­го лишь сете­вой мар­ке­тинг с исполь­зо­ва­ни­ем рели­гии. Соб­ствен­но, когда мы всё это поня­ли, мы и ушли отту­да. Нам ещё повез­ло с общи­ной, но вот наши зна­ко­мые из дру­гой сек­ты в пря­мом смыс­ле сло­ва оста­ва­лись без квар­тир. Они даже суди­лись, и в резуль­та­те скан­дал, насколь­ко я знаю, под­нял­ся до уров­ня ОБСЕ. Но даже в общи­нах, кото­ры­ми руко­во­дят чест­ные пас­то­ры, у нас всё рав­но было ощу­ще­ние духов­ной неудо­вле­тво­рён­но­сти. Толь­ко когда мы пере­шли в Пра­во­сла­вие, мы поня­ли, что имен­но искали.

– Разо­ча­ро­вав­шись в хариз­ма­тиз­ме, вы реши­ли создать свою цер­ковь?

– Надо ска­зать, что в пяти­де­сят­ни­че­стве нас в прин­ци­пе при­ня­ли не осо­бен­но радуш­но – они боя­лись уси­ле­ния авто­ри­те­та мое­го мужа. В ито­ге пас­то­ры, видя в нём какой-то потен­ци­ал, боя­лись, что он уве­дёт людей за собой, и пыта­лись ото­дви­нуть его на зад­ний план. В хариз­ма­ти­че­ской сре­де рас­ко­лы и отде­ле­ния при­сут­ству­ют на каж­дом шагу, это обыч­ная практика.

Я думаю, в том, что мы до кон­ца не были при­ня­ты там, есть какой-то Божий Про­мысл. Мы были в этой сре­де неким ино­род­ным телом, и в ито­ге люди, кото­рые ста­ли нам дове­рять, ушли вме­сте с нами. Мы обра­зо­ва­ли свою общи­ну, чело­век сорок, кото­рая даже не име­ла назва­ния. Это слу­чи­лось за два года до наше­го при­хо­да в Православие.

– И чем вы руко­вод­ство­ва­лись в сво­ей духов­ной жизни?

– Сна­ча­ла мы про­чи­та­ли тру­ды отцов-осно­ва­те­лей про­те­стан­тиз­ма, так назы­ва­е­мую «про­те­стант­скую клас­си­ку». Мы хоте­ли понять при­чи­ну сво­их духов­ных неудач. В этих кни­гах мы нашли цен­ные мыс­ли о пока­я­нии. В резуль­та­те мы поня­ли, что нахва­та­лись обо­льще­ний вро­де той же «тео­ло­гии про­цве­та­ния» и дру­гих подоб­ных уче­ний, и ста­ли все­рьёз изу­чать смысл и суть пока­я­ния. Как мог­ли, в меру сво­е­го пони­ма­ния, мы нача­ли отре­кать­ся от этих обо­льще­ний, от духа бун­та и про­те­ста внут­ри. Мы даже физи­че­ски порой ощу­ща­ли, что нахо­дим­ся в каком-то болоте.

Конеч­но, мы не были науче­ны пра­виль­ной молит­ве, но Гос­подь, види­мо, сни­зо­шёл к нашей без­гра­мот­но­сти. В неко­то­рые вече­ра быва­ло, что мы всей общи­ной ста­но­ви­лись на коле­ни и моли­лись: «Гос­по­ди, открой нам исти­ну». Посте­пен­но мы ста­ли пони­мать, что такое грех, и нача­ли испо­ве­до­вать свои грехи.

– Вы ощу­ти­ли при этом что-то, похо­жее на благодать?

– Вы пред­став­ля­е­те: да! Свя­той Дух дей­стви­тель­но дышит, где хочет. Навер­ное, это и была так назы­ва­е­мая «при­зы­ва­ю­щая бла­го­дать» – если бы мы не ощу­ти­ли её там, то вряд ли бы при­шли потом к Пра­во­сла­вию. Сло­вом, с Божьей помо­щью мы обре­ли состо­я­ние если не пока­я­ния, то хотя бы рас­ка­я­ния. Нам не хва­та­ло толь­ко таинств. В ито­ге мы зашли в тупик: мы кая­лись, но не чув­ство­ва­ли обнов­ле­ния. Чув­ство, что мы про­ще­ны, усколь­за­ло от нас. Тогда муж стал поку­пать пра­во­слав­ные кни­ги. Мы были пора­же­ны, какая в них заклю­ча­лась глу­би­на! Мы при­вык­ли к тому, что Пра­во­сла­вие, как нам гово­ри­ли наши про­по­вед­ни­ки, «мёрт­вая рели­гия», и не ожи­да­ли такого.

Начав читать эти кни­ги, мой муж решил­ся одна­жды обра­тить­ся к свя­щен­ни­ку. Тот ска­зал ему про­сто: «Саша, воз­вра­щай­ся домой, хва­тит уже блуж­дать». Какое-то вре­мя мы про­дол­жа­ли ещё молить­ся само­сто­я­тель­но, а потом встре­ти­лись в Покров­ском хра­ме горо­да Иссык с игу­ме­ном Игна­ти­ем – свя­щен­ни­ком, кото­рый молил­ся о том, что­бы появил­ся мостик для про­по­ве­ди про­те­стан­там. В резуль­та­те мы и ста­ли этим мостом. Пора­зи­тель­но, но как раз перед этим мы сами моли­лись о том, что­бы Гос­подь открыл нам дверь в истин­ную цер­ковь и дал нам покров, пото­му что мы, отде­лив­шись от хариз­ма­тов, оста­лись совер­шен­но одни. При этом мы очень боя­лись пре­вра­тить­ся в сек­ту и чув­ство­ва­ли, что если что-то не изме­нит­ся, мы про­сто погиб­нем, пото­му что мы не зна­ли, к чему мы в ито­ге при­дём. Так вот, назва­ние горо­да, в кото­ром мы позна­ко­ми­лись с игу­ме­ном Игна­ти­ем, в пере­во­де озна­ча­ет «дверь», а храм был как раз Покров­ским. Мы полу­чи­ли и дверь, и покров.

– После это­го ваша неудо­вле­тво­рён­ность прошла?

– Да. Когда мы бесе­до­ва­ли со свя­щен­ни­ком, я вдруг почув­ство­ва­ла, что вер­ну­лась домой после дол­гих блуж­да­ний, а свя­щен­ник – это слов­но мой отец. Тогда я поня­ла, что «отец» – это не про­сто при­став­ка, что отцов­ская бла­го­дать есть на каж­дом свя­щен­ни­ке. Это­го нет сре­ди про­те­стант­ских пас­то­ров, там чело­ве­ку не к кому обра­тить­ся. Все могут мудр­ство­вать, но никто не может стать духов­ни­ком чело­ве­ка, кото­рый нуж­да­ет­ся в сове­те, и взять за него ответ­ствен­ность. Навер­ное, внут­ренне мы иска­ли и это­го тоже, но не мог­ли сфор­му­ли­ро­вать, что имен­но мы ищем. Я нача­ла изу­чать исто­рию Церк­ви, ста­ла пони­мать таин­ства, и у меня появи­лось ощу­ще­ние, что я попа­ла с тону­ще­го кораб­ля на твёр­дую поч­ву. В таин­стве При­ча­стия я полу­чи­ла твёр­дое осо­зна­ние, что это уже не я одна сво­и­ми сила­ми пыта­юсь изме­нить­ся, а дей­стви­тель­но Гос­подь меня­ет меня.

Пом­ню, когда я была женой пас­то­ра, я вела семи­на­ры для жен­щин и про­по­ве­до­ва­ла о семей­ных отно­ше­ни­ях. Я про­во­ди­ла даже меж­цер­ков­ные семи­на­ры и была доста­точ­но извест­на, но беда в том, что самой при­ме­нять на прак­ти­ке то, о чём я гово­ри­ла, у меня не полу­ча­лось. После же вен­ча­ния с мужем я как-то лег­ко заня­ла своё место в семье – види­мо, с Божьей помо­щью, по бла­го­да­ти. Дис­ком­форт и внут­рен­ние раз­но­гла­сия сра­зу же прекратились.

– Что вы хоте­ли бы сей­час ска­зать сво­им быв­шим соверующим?

– В прин­ци­пе, все они – люди искрен­ние. Я бы поже­ла­ла им обра­тить­ся к более глу­бо­ко­му поис­ку, не оста­нав­ли­ва­ясь на достиг­ну­том, пото­му что Сам Гос­подь ска­зал: «Ищи­те и обря­ще­те». Сама уве­рен­ность, что я нахо­жусь в истине, опас­на, поэто­му луч­ше это ещё раз испы­тать. Начать это испы­та­ние мож­но с изу­че­ния исто­рии хри­сти­ан­ской Церк­ви – тогда сра­зу ста­но­вит­ся понят­но, какая цер­ковь истин­на. К сожа­ле­нию, мно­гие жен­щи­ны гово­рят, что не видят себя в Пра­во­сла­вии, так как при­вык­ли реа­ли­зо­вы­вать себя в про­те­стан­тиз­ме. Меня саму этот аспект не вол­но­вал нико­гда. Как раз перед пере­хо­дом в Пра­во­сла­вие у меня после жен­ских семи­на­ров были огром­ные пер­спек­ти­вы по само­ре­а­ли­за­ции, вплоть до меж­ду­на­род­но­го уров­ня. Но я счи­таю, что ради исти­ны, ради соб­ствен­ной души сто­ит пожерт­во­вать тще­сла­ви­ем и любы­ми «тор­га­ми» с Богом.

– Вы при­ве­ли в Пра­во­сла­вие вашу общину?

– Да, всю, за исклю­че­ни­ем двух человек.

– Они были к это­му гото­вы, или вам при­шлось дол­го их убеждать?

– Они дове­ря­ли нам пол­но­стью, пото­му что на про­тя­же­нии этих двух лет пока­я­ния виде­ли нашу искрен­ность. Они поло­жи­лись на нас и сде­ла­ли шаг следом.

– Наде­юсь, они не пожа­ле­ли об этом?

– Сла­ва Богу, не пожа­ле­ли. Наобо­рот, сей­час они счастливы.

 

Бесе­до­ва­ла Ксе­ния Кириллова

Источ­ник: Правмир.ру

Print Friendly, PDF & Email

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки