Как знаменитый голландский актер стал православным отшельником

Как знаменитый голландский актер стал православным отшельником

Гол­ланд­ский актер и куколь­ник Джо­зеф Ван ден Берг (Jozef Van den Berg) родил­ся 22 авгу­ста 1949 года в Бир­се. На вер­шине сла­вы он оста­вил все (семью, дру­зей, день­ги, сла­ву, карье­ру) и стал пра­во­слав­ным отшель­ни­ком, живу­щим в хижине в деревне Нери­ньен в Нидер­лан­дах. Это про­изо­шло после того, как он встре­тил­ся со стар­цем Софро­ни­ем в Эссек­се, стар­цем Пор­фи­ри­ем в Афи­нах и стар­цем Паи­си­ем на горе Афон в 1989 и 1990 годах.

Кре­ще­ние гол­ланд­ца Эри­ка Роса, пока­зан­ное в ниже­сле­ду­ю­щем видео­филь­ме, про­изо­шло в Вели­кий Чет­верг 21 апре­ля 2011 года. Ново­об­ра­щен­ный был наре­чен при кре­ще­нии Нек­та­ри­ем. Кре­ще­ние про­изо­шло на реке Ваал око­ло хижи­ны в Нери­ньене. Кре­стил отец Дусан, а отшель­ник Джо­зеф был крест­ным отцом.

При­сут­ство­ва­ло несколь­ко дья­ко­нов и чте­цов из серб­ских при­хо­дов – Све­ти Нек­та­рие из Бре­ды, Све­ты Тро­и­цы из Рот­тер­да­ма, а так­же из рус­ско­го при­хо­да Свя­то­го Тихо­на из Ний­ме­ге­на. Так­же при­сут­ство­ва­ло 70 пра­во­слав­ных верующих.

Нео­фит дер­жал в руках ико­ны свя­то­го Нек­та­рия и свя­то­го Пор­фи­рия. Так­же обра­ти­те вни­ма­ние, что чемо­дан, сто­яв­ший на неболь­шой тележ­ке, кото­рый Джо­зеф исполь­зо­вал, когда был куколь­ни­ком, стал алта­рем в часовне.

***

0 - Как знаменитый голландский актер стал православным отшельником

Молодые годы

Свою юность, начи­ная с семи лет, он про­вел в город­ке Койк на юге Гол­лан­дии, посколь­ку его отец купил там ста­рый дом свя­щен­ни­ка и занял­ся бух­гал­те­ри­ей. Отец был учи­те­лем началь­ной шко­лы, вна­ча­ле в Бир­се, потом в Рий­ке­вор­те. Так­же он участ­во­вал в дви­же­нии сопро­тив­ле­ния во вре­мя вой­ны. В их семье было один­на­дцать детей. 30 янва­ря 1962 года, когда Джо­зе­фу было 12 лет, его отец умер, а вско­ре так­же умер его луч­ший друг Фриц.

Еще будучи ребен­ком, Ван ден Берг меч­тал стать свя­щен­ни­ком. На Рож­де­ство его мама раз­ре­ша­ла маль­чи­ку играть в малень­ко­го свя­щен­ни­ка. В воз­расте 10 лет он сыг­рал свою первую роль в теат­ре – роль фари­сея в мисте­рии Вел­пе­на, кото­рую ста­ви­ли в зда­нии попе­чи­тель­ства в Кой­ке. Когда Джо­зе­фу испол­ни­лось 13 лет, у него появи­лась подру­га, и меч­ты о свя­щен­ном сане ушли на зад­ний план.

Когда Джо­зеф учил­ся в сред­ней шко­ле-интер­на­те в Роер­мон­де, он актив­но при­ни­мал уча­стие в жиз­ни школь­но­го теат­ра. Напри­мер, он играл Сизи­фа в пье­се «Сизиф и Смерть», а поз­же – вдох­нов­лен­ный Хен­ком ван Уль­се­ном – с боль­шим успе­хом играл в пье­се Гого­ля «Запис­ки сумасшедшего».

Кукольный театр

В кон­це шести­де­ся­тых, когда он полу­чил диплом выс­шей шко­лы, Джо­зеф сдал всту­пи­тель­ный экза­мен в теат­раль­ную шко­лу в Арн­хе­ме, кото­рую бро­сил на тре­тьем году уче­бы. В Арн­хе­ме он стал жить вме­сте с Рут, а поз­же они пере­еха­ли в Гро­нин­ген. Там он подал запрос на соци­аль­ную помощь и стал устра­и­вать куколь­ные пред­став­ле­ния. Джо­зеф взял в арен­ду лошадь с теле­гой и блуж­дал по окрест­но­стям, пока­зы­вая куколь­ные спек­так­ли. В тот пери­од он влил­ся в дви­же­ние Гурджиева.

Во вре­мя пред­став­ле­ния, кото­рое он давал в Гро­нин­гене, Джо­зеф позна­ко­мил­ся со сво­ей буду­щей женой Хан­се, с кото­рой он заклю­чил брак 11 сен­тяб­ря 1973 года. У них роди­лось чет­ве­ро детей: Лот­те (сего­дня – извест­ная актри­са, сце­на­рист­ка и режис­сер), Мар­те, Жас­мин и Йес­се Ван ден Берг. Они жили на фер­ме в Гронингене.

Он так­же сни­мал под­валь­ное поме­ще­ние в Зва­не­стра­те, где днем по сре­дам пока­зы­вал куколь­ные пред­став­ле­ния для детей, а вече­ра­ми по пят­ни­цам – для взрос­лых. Джо­зеф начал про­фес­си­о­наль­ную карье­ру куколь­ни­ка в куколь­ном шоу, вопло­щая в жиз­ни мно­го­чис­лен­ных персонажей.

В кон­це кон­цов, он вышел из-за зана­ве­са и стал чело­ве­ком с кук­ла­ми, кото­ро­го мог­ли видеть зри­те­ли. Вме­сто импро­ви­за­ций при­шли пье­сы, име­ю­щие назва­ния. Он ездил на пожар­ной машине и играл с бро­дя­чим куколь­ным теат­ром. Он жил в пере­движ­ном доме и делил­ся сво­и­ми пье­са­ми со мно­ги­ми людьми.

В 1980 году он полу­чил пре­мию Ган­са Сной­ка за пье­су «Яблоч­ный глаз» и пере­ехал из Гро­нин­ге­на в Хер­ви­нен, в рай­оне Биту­ве. Там он напи­сал пье­су «Мама и дурак» для гол­ланд­ско­го фести­ва­ля. В 1980 и 1981 он играл эту пье­су, и это ста­ло огром­ным про­ры­вом. После это­го он играл в Пари­же, США и Японии.

В этой пье­се он играл мона­ха. Его кук­лы были его семьей, сре­ди кото­рых был монах Люк (он как буд­то пред­ви­дел), мате­ри­а­лист и оппор­ту­нист Порт­моне (в пере­во­де – «коше­лек»), ста­рая, муд­рая и суро­вая мис­сис Витч, («ведь­ма»), раци­о­наль­ный мистер Кинг («король»), мелан­хо­лич­ный Гру­туг («боль­шой глаз»), роман­тич­ный нев­ро­тик Фре­де­рик Берд («пти­ца»), Пит Катер­пил­лар («гусе­ни­ца»), Манет­те Плюм («чело­век в перьях»).

В 1981 году он полу­чил приз Куль­тур­ной моло­деж­ной сце­ны. Ряд его пред­став­ле­ний транс­ли­ро­вал­ся по теле­ви­де­нию. В 1983 году был осно­ван Фонд Де Два­ас при под­держ­ке Мини­стер­ства обще­ствен­ных дел. Этот фонд был осно­ван тех­ни­че­ским помощ­ни­ком Ван ден Бер­га, Гер­ри­том де Бёзе, кото­рый отслу­жил на граж­дан­ской служ­бе, что­бы у него была воз­мож­ность стать сотруд­ни­ком это­го фонда.

В 1988 и 1989 Джо­зеф Ван ден Берг сыг­рал свой послед­ний спек­такль «Доволь­но ожи­да­ний», напи­сан­ный в ответ на «В ожи­да­нии Годо» Самю­э­ля Бек­ке­та. Он напи­сал эту пье­су для сво­е­го бра­та Алой­са, кото­рый был серьез­но болен. Он сыг­рал эту пье­су 80 раз (посто­ян­но пере­пи­сы­вая ее) в Нидер­лан­дах и на фести­ва­ле в Нью-Йор­ке. Это было его послед­нее испы­та­ние и сви­де­тель­ство обра­ще­ния в веру.

В про­цес­се напи­са­ния Джо­зе­фа вдох­нов­ля­ла Stabat Mater Виваль­ди. Алойс Ван ден Берг при­е­хал в инва­лид­ном крес­ле, что­бы посмот­реть пье­су. В 1988 году брат Джо­зе­фа умер от опу­хо­ли голов­но­го мозга.

Поворот

12 сен­тяб­ря 1989 года состо­я­лась бель­гий­ская пре­мье­ра пье­сы «Доволь­но ожи­да­ний» в Ант­вер­пене (в Бель­гии очень мно­гие гово­рят по-гол­ланд­ски). В тот день Джо­зеф Ван ден Берг встре­тил­ся с Гос­по­дом, как он рас­ска­зы­вал позже.

Он сидел в гости­ной и писал пись­мо, кото­рое в тот вечер он хотел впер­вые исполь­зо­вать при пока­зе пье­сы. И Бог задал ему вопрос, кото­рый сам вышел из-под его пера: «Поче­му ты не видишь, что Я не могу прий­ти, пото­му что Я уже здесь?»

12 сен­тяб­ря 1989 года он все же сыг­рал пре­мье­ру, кото­рая, как ока­за­лось, ста­ла его послед­ним пред­став­ле­ни­ем. Ван ден Бер­га, по его соб­ствен­ным сло­вам, при­звал к себе Бог, и он дол­жен был отве­тить на призыв.

Перед вечер­ним пред­став­ле­ни­ем, кото­рое долж­но было состо­ять­ся 14 сен­тяб­ря 1989 года в цен­тре искусств в Ант­вер­пене, он достал Биб­лию и спро­сил Бога, что ему делать. Биб­лия откры­лась на стра­ни­це со сле­ду­ю­щи­ми сло­ва­ми: «Ухо­ди из тол­пы и отде­лись от них» (2 Кор.6:17).

Перед нача­лом пье­сы он ска­зал зрителям:

«Я поста­ра­юсь вам объ­яс­нить. Наде­юсь, у вас най­дет­ся для меня кое-что важ­ное: ува­же­ние к мое­му реше­нию. Я нико­гда боль­ше не буду играть. Я подо­шел к той реаль­но­сти, кото­рую боль­ше сыг­рать нель­зя. Я искал ее ужас­но дол­го; я побы­вал вез­де. Нако­нец, я при­шел к реше­нию. И это реше­ние, я дол­жен при­знать, в том, что ищу­щий ищет, и его нахо­дят. Поэто­му сего­дня я послед­ний раз на сцене. Вы не пове­ри­те мне, но театр обманчив.

Поэто­му, дамы и гос­по­да, я искал мира, кото­ро­го хотел, толь­ко ради это­го чело­ве­ка, ради Хри­ста. Я знаю, что это так, и я остав­ляю свою про­фес­сию. Для меня здесь все закон­че­но. Я ищу реаль­ность. Я не могу про­из­но­сить то, что боль­ше не явля­ет­ся для меня исти­ной. Я желаю вам хоро­ше­го дня. И я ухо­жу. Пусть у вас у всех все будет хоро­шо. Вы може­те вер­нуть день­ги, запла­чен­ные за биле­ты, в кассе».

За его речью после­до­ва­ла мерт­вая тиши­на, а затем – эмо­ци­о­наль­ная реак­ция зри­те­лей теат­ра. Итак, в сен­тяб­ре 1989 года теат­раль­ная карье­ра Джо­зе­фа Ван ден Бер­га подо­шла к концу.

В 1990 году Ван ден Берг всту­пил на путь, кото­рый при­вел его в Маль­дон (Эссекс), Афи­ны и на свя­щен­ную гору Афон, где он пытал­ся понять, как ему сле­ду­ет про­дол­жать доро­гу с Богом. Его жена и дети не пони­ма­ли его обращения.

Перед его обра­ще­ни­ем про­изо­шло важ­ное собы­тие: жен­щи­на, кото­рую он знал по дви­же­нию Гур­джи­е­ва, погиб­ла в дорож­ной ава­рии. И она заве­ща­ла похо­ро­нить ее по пра­во­слав­ным тра­ди­ци­ям. Это про­изо­шло 17 авгу­ста в Эйндховене.

Там он впер­вые услы­шал «Три­свя­тое» по-гол­ланд­ски. И там он впер­вые понял, что Гур­джи­ев был неправ. В кон­це сен­тяб­ря 1989 года Джо­зеф отпра­вил­ся в гре­че­ский пра­во­слав­ный мона­стырь Свя­то­го Иоан­на Кре­сти­те­ля в Маль­доне, Эссек­се (Англии) и там он пере­го­во­рил со стар­цем архи­манд­ри­том Софро­ни­ем.

В нача­ле янва­ря 1990 года у него слу­чи­лась еще одна очень важ­ная встре­ча в Афи­нах с гре­че­ским стар­цем Пор­фи­ри­ем. Послед­ний под­твер­дил, что в Ант­вер­пене он полу­чил боже­ствен­ный при­зыв, и ска­зал, что теперь он дол­жен стать акте­ром Хри­ста. Отец Пор­фи­рий отпра­вил его на свя­щен­ную гору Афон, где Джо­зеф встре­тил­ся со стар­цем Паи­си­ем.

Вер­нув­шись в Нидер­лан­ды и оста­ва­ясь вер­ным сло­вам отца Пор­фи­рия, он начал рабо­тать над новым семей­ным пред­став­ле­ни­ем «Мир, пере­вер­ну­тый свер­ху вниз», в кото­ром он хотел пока­зать свою новую веру. Но каза­лось, что все идет не так, и он все боль­ше и боль­ше сму­щал­ся духов­но. Он стра­дал бес­сон­ни­цей и переутомлялся.

В раз­гар это­го кри­зи­са, 18 июня 1990 года, он обра­тил­ся к свя­щен­ни­ку с прось­бой при­нять его в Пра­во­слав­ную Цер­ковь. Тем вре­ме­нем, на его новое пред­став­ле­ние было про­да­но 40 000 биле­тов. Несмот­ря на это, он ниче­го не мог писать. К авгу­сту он был в состо­я­нии силь­но­го стрес­са и на пять недель отпра­вил­ся на лече­ние в пси­хи­ат­ри­че­скую боль­ни­цу от Орга­ни­за­ции Свя­той Земли.

Ново­го пред­став­ле­ния не состо­я­лось. В резуль­та­те мир поти­хонь­ку вер­нул­ся в его душу, и он начал писать новую пье­су под назва­ни­ем «Встре­ча», в кото­рой он хотел поде­лить­ся со сво­ей ауди­то­ри­ей тем, что слу­чи­лось с ним в Антверпене.

В апре­ле 1991 года он вновь отпра­вил­ся в Афи­ны к отцу Пор­фи­рию, что­бы попро­сить бла­го­сло­ве­ния на напи­са­ние пье­сы «Встре­ча». Но Джо­зе­фу не уда­лось пого­во­рить с отцом, так как тот был болен и стар. После это­го он отпра­вил­ся на три неде­ли на свя­щен­ную гору Афон, что­бы рабо­тать над сво­ей пье­сой в мона­сты­ре Гри­го­риу.

Когда он вер­нул­ся в Нидер­лан­ды, все сло­жи­лось не так, как он ожи­дал. Кро­ме все­го про­че­го, это было свя­за­но с суб­си­ди­я­ми от мини­стер­ства куль­ту­ры. По прось­бе сове­та дирек­то­ров Фон­да Де Два­ас, в кото­ром состо­ял Ван ден Берг, он сфор­му­ли­ро­вал новое опи­са­ние мис­сии Фонда.

21 мая 1991 года он огла­сил новую цель на засе­да­нии сове­та дирек­то­ров: «Под­держ­ка и про­дви­же­ние любой теат­раль­ной дея­тель­но­сти в широ­чай­шем смыс­ле сло­ва, выра­жа­ю­щей дух Хри­ста». Совет дирек­то­ров и мини­стер­ство куль­ту­ры не удо­вле­тво­ри­лось этим, и суб­си­дия была отозвана.

Но после утвер­жде­ния этой цели, он от нее не отсту­пал. Так неожи­дан­но весь про­ект закон­чил­ся. Посте­пен­но Ван ден Берг начал осо­зна­вать, что он нико­гда уже не сыг­ра­ет пье­су «Встре­ча». Вла­сти при­зна­ли его пси­хи­че­ски невме­ня­е­мым и объ­яви­ли неработоспособным.

В ночь с 1 на 2 июня он осо­знал, что остал­ся один, и 2 июня 1991 года он при­шел на Боже­ствен­ную Литур­гию в неболь­шом пра­во­слав­ном мона­сты­ре Свя­то­го Илии Про­ро­ка в Сент-Хью­бер­те. И там, в чаше для пода­я­ний, он оста­вил все, что оста­лось от его денег. «Гос­по­ди, с это­го момен­та тебе при­дет­ся забо­тить­ся обо мне. Я пол­но­стью подчиняюсь».

Там архи­манд­рит Пахом про­чел стро­ки из Свя­то­го Писа­ния: «Тот, кто любит отца и мать боль­ше Меня, не досто­ин Меня; и тот, кто любит сына и дочь боль­ше Меня, не досто­ин Меня. Тот, кто не берет свой крест и сле­ду­ет за Мной, не досто­ин Меня. Тот, кто нахо­дит свою жизнь, поте­ря­ет ее; а тот, кто теря­ет свою жизнь ради Меня, обре­тет ее» (Мф. 10:37–39).

Два часа спу­стя после литур­гии он пошел пря­мо в пра­во­слав­ный мона­стырь Рож­де­ства Бого­ро­ди­цы рядом с Асте­ном, где он оста­но­вил­ся на 19 дней. Там он оста­вил свой Мер­се­дес Ком­би, пото­му что маши­на отка­за­лась заводиться.

21 июня 1991 года он поло­жил окон­ча­тель­ный конец сво­ей теат­раль­ной карье­ре, попы­тав­шись в пер­вый раз сыг­рать «Встре­чу» в Кой­ке. Боль­ше он не пытал­ся это­го делать.

24 июня он поки­нул дом на вело­си­пе­де, но коле­со сду­лось око­ло Ваар­ден­бур­га. В резуль­та­те он про­вел ночь у акте­ра Йука Худи­га. 25 июня он почи­нил вело­си­пед и уехал на юг, в про­вин­цию Норд-Бра­бант. Он хотел отпра­вить­ся в Бра­бант и далее – по все­му миру. Но доволь­но ско­ро он понял, что Божья воля была не такова.

Тогда он вер­нул­ся в Нери­ньен, про­ве­дя одну ночь в Эйн­д­хо­вене. 30 июня он забрал из дома пару теат­раль­ных атри­бу­тов, кото­рые исполь­зо­вал в сво­их пред­став­ле­ни­ях, и вер­нул­ся к Йуку Худигу.

Отшельник

Един­ствен­ный вопрос, кото­рым он зада­вал­ся, был «Как Бог хочет сфор­ми­ро­вать мое при­зва­ние?» Ему при­ви­де­лось, что надо собрать его короб­ку с куклами.

9 июля 1991 года он собрал короб­ку у себя дома в Хер­ви­нене, и дошел с ней пеш­ком 15 кило­мет­ров до Нери­нье­на. При­быв в Нери­ньен со сво­ей теат­раль­ной короб­кой, с рус­ским кре­стом, при­де­лан­ным к ней, он осо­бен­но ясно понял, что дол­жен остать­ся тут.

В июле в тече­ние трех дней он оста­нав­ли­вал­ся на фер­ме в Нери­ньене. 1 авгу­ста 1991 года он пере­брал­ся на кры­тую вело­си­пед­ную сто­ян­ку воз­ле рату­ши Нери­нье­на, где при­сту­пил к сво­е­му обще­ствен­но­му призванию.

Через пять­де­сят дней он уеди­нил­ся, и про­жил девять меся­цев в оди­но­че­стве, в доме одно­го из жите­лей Нери­нье­на. В июне 1992 года Джо­зеф вер­нул­ся на свою вело­си­пед­ную сто­ян­ку и оста­вал­ся там даже зимой. В декаб­ре 1992 года он постро­ил там неболь­шую часовню.

1 нояб­ря 1993 года Ван ден Берг вынуж­ден был поки­нуть вело­си­пед­ную сто­ян­ку по рас­по­ря­же­нию мэрии Нери­нье­на. Два уче­ни­ка началь­ной шко­лы Нери­нье­на пода­ли пети­цию мэру от име­ни горо­жан о том, что­бы ему раз­ре­ши­ли жить на вело­си­пед­ной сто­ян­ке, одна­ко ниче­го не вышло. Ком­па­ния наци­о­наль­но­го обще­ствен­но­го теле­ви­де­ния «Ново­сти моло­де­жи» после­до­ва­ла при­ме­ру этих школь­ни­ков и тоже при­сут­ство­ва­ла там 1 ноября.

В поне­дель­ник днем Джо­зеф решил собрать свои вещи и поки­нуть сто­ян­ку. Житель горо­да Харм Хазель­хофф рань­ше пред­ла­гал Джо­зе­фу занять ком­на­ту в его саду, под айвой, но Ван ден Берг не мог тогда понять, что он может при­нять это предложение.

В поне­дель­ник вече­ром он вер­нул­ся со сво­и­ми веща­ми на вело­си­пед­ную сто­ян­ку. В ночь с 1 на 2 нояб­ря Бог пока­зал ему, что он дол­жен сми­рить­ся и все же поки­нуть сто­ян­ку. Во втор­ник он поста­вил свой чемо­дан и дру­гие вещи под айвой в саду у Хазель­хоффа. В тот же день кто-то про­шел мимо и ска­зал, что его луч­шей пье­сой была пье­са «Оста­нов­ка». Рядом с айвой было воткну­то четы­ре стол­би­ка, и он вос­при­нял это так, что под этой айвой ему нуж­но постро­ить «оста­нов­ку».

С этим «посла­ни­ем» в уме он постро­ил неболь­шую часов­ню, 2 на 1,5 мет­ра, кото­рая сто­ит там до сих пор. Он все еще там живет и еже­днев­но при­ни­ма­ет посетителей.

Он живет на то, что люди ему при­но­сят. Он не поль­зу­ет­ся ника­ки­ми ком­му­наль­ны­ми услу­га­ми. В послед­ние пару лет в его саду появил­ся туа­лет, кото­рым могут поль­зо­вать­ся Джо­зеф и его гости. А так­же в послед­ние годы у него появил­ся мобиль­ный теле­фон для экс­трен­ных случаев.

Пресса

Джо­зеф Ван ден Берг посто­ян­но полу­ча­ет при­сталь­ное вни­ма­ние со сто­ро­ны прес­сы из-за сво­е­го необыч­но­го обра­за жиз­ни. Вни­ма­ние прес­сы не исся­ка­ет даже после окон­ча­ния его теат­раль­ной карье­ры. После того как он понял свой при­зыв, гол­ланд­ские газе­ты, жур­на­лы, теле­ви­де­ние, радио и веб-бло­ги пуб­ли­ку­ют о нем, как мини­мум, один мате­ри­ал в год.


При­ме­ча­ние 1. Во вре­мя интер­вью для «топо­вой» бель­гий­ской газе­ты De Standaard Джо­зеф Ван ден Берг рас­ска­зал инте­рес­ную исто­рию. Один чело­век захо­тел назна­чить сви­да­ние жен­щине, кото­рую он нико­гда не видел и не встре­чал ранее. Жен­щи­на согла­си­лась, при усло­вии, что этот муж­чи­на будет каж­дый день посы­лать ей цветы.

Муж­чине это пове­де­ние пока­за­лось стран­ным и даже высо­ко­мер­ным. Одна­ко, когда они встре­ти­лись, муж­чи­на был так пора­жен ее кра­со­той, умом и харак­те­ром, что ска­зал, что будет каж­дый день поку­пать ей цве­ты. Для Джо­зе­фа Ван ден Бер­га то же самое вер­но в отно­ше­нии Бога.

При­ме­ча­ние 2. Дочь Джо­зе­фа, Лот­те Ван ден Берг, кото­рая сама ста­ла за послед­ние два года зна­ме­ни­тым дра­ма­тур­гом и режис­се­ром, напи­са­ла свою первую круп­ную теат­раль­ную пье­су «Зим­ний дом», о сво­ей борь­бе с отцов­ским обра­ще­ни­ем в рели­гию. Пье­су игра­ли во всех круп­ных теат­рах Бель­гии и Нидерландов.

Вот как это было пода­но: «Она вдох­но­ви­лась путе­ше­стви­я­ми в Сибирь и Мон­го­лию, где так холод­но, что невоз­мож­но про­то­пить цер­ковь зимой, и литур­гию при­хо­дит­ся пере­во­дить в дома, в натоп­лен­ные кух­ни или амбар. По сло­вам самой Ван ден Берг, «Пье­са о людях, кото­рые наде­ют­ся пове­рить. Пье­са о людях, кото­рые фор­ми­ру­ют свое непо­ни­ма­ние, про­из­но­ся молит­ву или запе­вая пес­ню. Может быть, каж­дое дей­ствие – это молит­ва и попыт­ка свя­зать себя с миром вокруг вас».

 

Пере­вод Алё­ны Гаспарян

Источ­ни­ки: johnsanidopoulos.com / Правмир.ру

Print Friendly, PDF & Email

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки