Лилии полевые 3. Покрывало святой Вероники

• Предисловие
• Покрывало святой Вероники
• Альбин
• Распни Его
• Сказание о жизни святой Моники и «сыне слез» ее, блаженном Августине
• Сказание о житии преподобного Онуфрия, великого пустынножителя
• Примечание к сноске 100
• Житие святого преподобного отца нашего Виталия монаха
• Блуд и любодеяние
• Монах
• Пример терпения и кротости
• О том, насколько милостыня поспешествует нашему спасению
• Чудесная лампада
• Грош
• Сказание о честнóй чудотворной иконе Пресвятой Богородицы, называемой «Достойно есть»
• Святый великомученик и целитель Пантелеимон
• Дивные знамения благодати Божией
• Небесный врач и просветитель на Алтае
• Защитник Смоленска Рыцарь Меркурий
• Исцеление татарской царицы Тайдулы святителем Московским Алексием
• Предание
• Святый Алексий, человек Божий
• Евангельские звери
• «Начни с себя»
• Инок
• Часть первая
• Часть вторая
• Часть третья
• Часть четвертая
• Список использованных источников к примечаниям

Святый великомученик и целитель Пантелеимон

В царствование императора Диоклетиана[111] в вифинийском[112] городе Никомидии жил знатный и богатый вельможа по имени Евстрогий.

Жил он в те времена, когда святая вера Христова распространилась уже по всей Римской империи, проникла во все семейства, начиная от хижины бедняка и заканчивая палатами императора.

Проник светлый луч святой истины и в дом преданного идолопоклонству Евстрогия; его принесла с собою жена вельможи Еввула и передала своему сыну, юному Пантелеимону, который носил еще тогда имя Пантолеона.

Семя Христова учения нашло в младенческой душе Пантелеимона добрую почву: всем сердцем полюбил отрок Спасителя, истинного Бога. К несчастию, неожиданный удар скоро прервал христианское воспитание сына: скончалась его благочестивая мать, и юный Пантелеимон всецело подпал под руководство своего отца, ревностного язычника, заставлявшего сына строго выполнять все обряды греко-римской религии.

Но сердце отрока невольно отвращалось от языческой суеты, и он продолжал свято хранить наставления покойной матери.

Так прошло несколько лет. По окончании домашнего образования юный Пантелеимон стал изучать врачебное искусство под руководством одного из лучших врачей того времени, придворного врача Ефросина.

Светлый ум юноши и его прилежание скоро преодолели трудности врачебной науки; он сделался любимым учеником Ефросина и его помощником. Старый врач прочил Пантелеимона на свое место и старался обогатить юношу как познаниями, так и опытностью.

Но вскоре юноша нашел себе и другого наставника, который научил его иной, высшей науке, который сделал его целителем болезней не только тела, но и души.

На той улице города, которой ходил юный Пантелеимон в школу Ефросина, находился бедный домик престарелого христианского пресвитера. Старец Ермолай, так звали пресвитера, заметил скромного юношу и решился пригласить его в свой дом. Однажды, когда Пантелеимон возвращался от учителя, Ермолай попросил юношу посетить его убогое жилище. Юноша согласился.

Ласковое обращение старца, его наружность, исполненная добродушия и снисходительности, расположили Пантелеимона к откровенности, и он чистосердечно рассказал Ермолаю все о себе и своих родителях. Внимательно выслушав рассказ своего юного друга, благочестивый пресвитер спросил:

— Какую же веру исповедуешь ты, дитя мое, — веру ли матери или веру отца, и кем хочешь быть сам?

— Пока жива была моя мать, — отвечал юноша, — она учила меня вере христианской, которую я очень полюбил. Теперь же отец заставляет меня поклоняться богам. Что касается того, кем я хочу быть, то я изучаю науку Эскулапа[113], Галена[114] и Гиппократа[115], чтобы врачевать все болезни людей.

— Поверь мне, сын мой! — сказал тогда старец. — Ты можешь легко достичь своей цели, но не посредством изучения людских наук, а благодатною силою, которую можно получить лишь посредством живой веры в Господа Иисуса Христа. Он единым словом Своим не только врачевал неизлечимые болезни, но и исцелял, и даже воскрешал мертвых; что же пред Ним все эскулапы и гиппократы? Сами боги ваши перед Ним, истинным Богом, — ничтожны. Бесплодны все ваши моления пред идолами, но пред Ним молитва всемогуща и чудодейственна, ибо Сам Он обетовал: «Именем Моим бесов будут изгонять, без вреда брать змий; на недужих возложат руки, и они получат здравие…» (ср. Мк.16:17-18).

Слова благочестивого старца произвели глубокое впечатление на восприимчивую душу молодого Пантелеимона: он вспомнил уроки матери, вспомнил ее наставления — и посеянные в душе его семена святой веры стали быстро возрастать и укрепляться.

Наконец один случай окончательно рассеял все сомнения юноши и привел его к решимости сделаться христианином.

Однажды Пантелеимон, идя по дороге, увидел лежавшего мальчика. Он хотел подойти ближе к лежавшему, но вдруг отступил в ужасе: огромная змея шипя поднялась с того места, где лежал укушенный ею мертвый отрок, и хотела броситься на юного Пантелеимона.

Оправившись от первого испуга, юноша подумал: «Вот удобный случай испытать, справедливы ли слова Ермолая о чудодейственной силе благодати Христовой». Затем, возведя очи свои на небо, он начал молиться: «Господи, Иисусе Христе! Если хочешь, да буду рабом Твоим; яви силу Твою и сотвори, да во имя святое Твое оживет отрок сей, змей же да будет мертв!».

Едва окончил он молитву эту, как мертвый встал, а змея расторглась надвое. Это чудо поразило юношу. Немедленно пошел он к своему духовному наставнику и рассказал о случившемся.

Видя Пантелеимона достаточно утвержденным в вере, старец Ермолай предложил ему принять святое крещение. Юноша сразу же согласился. Приняв крещение, новообращенный семь дней провел в доме своего духовного отца, поучаясь в слове Божием, заповедях евангельских и правилах христианской веры. Затем он возвратился к своему отцу.

— Сын мой! — воскликнул обрадованный вельможа, увидев Пантелеимона. — Где ты был столько времени? Я сильно беспокоился о твоей участи!

— Я был с учителем, — отвечал притчею юноша, — в царском дворце, где мы семь дней врачевали одного любимца императора.

Явившись на другой день к Ефросину, Пантелеимон на его вопрос отвечал также притчею:

— Отец мой купил поместье за дорогую цену и послал меня тщательно осмотреть его и принять от продавца.

После того юноша продолжал по-прежнему свои занятия у Ефросина, постоянно посещая в то же время и старца Ермолая и совершенствуясь от него в познании христианской истины.

Сподобившись великих даров Христовой благодати, он хотел приобщить к ней и всех близких ему людей. Особенно скорбел он о своем отце, блуждавшем во тьме идолопоклонства. И вот юный Пантелеимон мало-помалу начал доказывать отцу всю суетность, всю нелепость почитания бездушных идолов, созданий рук человеческих.

Долго закоснелый язычник упорствовал в своих суевериях, но наконец усилия мудрого юноши дали результат: здравый смысл одержал верх в душе Евстрогия над привязанностью к старине, и он убедился в ничтожестве языческих богов.

Почва для новой веры таким образом была подготовлена, оставалось ждать удобного случая, чтобы посеять в ней семена евангельского учения. Случай этот вскоре представился.

Однажды, когда святой Пантелеимон разговаривал со своим отцом, к нему привели слепого, который умолял юношу оказать ему помощь.

— Молю тебя! — говорил несчастный. — Возврати мне зрение и помоги избавиться от болезни, которой не мог вылечить ни один из врачей, к которым я обращался.

— Дар зрения есть великое благодеяние Божие, — смиренно отвечал юный врач. — Даровать его не может никакое искусство, а только сила Господня.

Услышав это, Евстрогий сказал сыну:

— Не берись, сын мой, за то, что сделать ты не в состоянии, иначе подвергнешься осмеянию. Можешь ли ты помочь этому слепцу, если все лучшие врачи не принесли ему никакой пользы?

— Того лекарства, — отвечал юноша отцу, — которое я хочу испытать, не знает ни один из наших врачей. Большая разница между ними и моим наставником, который научил меня врачеванию.

— Но ведь, я слышал, что и учитель твой не помог этому слепцу? — заметил Евстрогий, думая, что сын его говорит об Ефросине.

— Обожди немного, отец мой! И ты убедишься в силе моего лекарства, — отвечал святой Пантелеимон отцу и, прикоснувшись затем к глазам слепого, сказал:

— Во имя Господа моего Иисуса Христа прозри и виждь.

Тотчас глаза слепого открылись и всякие следы болезни исчезли.

Это чудо глубоко поразило Евстрогия, и он вместе с исцеленным уверовал в единого истинного Бога, Бога христиан.

Приняв святое крещение, Евстрогий из закоснелого язычника сделался ревностным рабом Христовым. В благочестии и святости провел он остаток дней своих и мирно скончался на руках своего дивного сына.

Получив по смерти отца богатое наследство, святой Пантелеимон немедленно постарался дать ему христианское употребление: прежде всего он отпустил на волю всех рабов своих, щедро наградив их; затем он начал щедрою рукою благотворить бедным, сирым и убогим. В то же время он начал посещать больницы и безвозмездно подавать помощь больным.

Такое необычайное поведение молодого врача не могло укрыться от народа, и скоро весь город узнал, что святой Пантелеимон сделался христианином.

Слух об этом скоро достиг и царского двора. Соправитель Диоклетиана, император Максимиан[116], лично знавший святого Целителя, призвал его к себе и ласково вступил в разговор.

— Скажи мне, Пантелеимон, — спросил он юношу, — справедлив ли слух, что ты сделался поклонником Христа? Я сам думаю, что это клевета твоих завистников, обличи же их и принеси жертву богам!

— Нет, государь! — смело отвечал святой Пантелеимон. — Это правда, я верую в единого Господа Христа, Который не только врачует болезни, но и воскрешает мертвых.

— Как! — грозно воскликнул император. — А разве не знаешь, сколько погибло христиан, презиравших повеления своего государя и не хотевших поклониться богам?

— Кто умер за Христа, — кротко ответил юноша, — тот не погиб, но приобрел жизнь вечную в райских обителях.

Разгневанный Максимиан осыпал юношу упреками и бранью. Затем, разъяренный твердостью святого, он крикнул палачей и приказал предать Пантелеимона мучениям.

Начались неслыханные, зверские истязания. Употреблено было все, что могла придумать злоба мучителя. Вместе с тем открылось поразительное зрелище твердости мученика и дивной силы Божественной благодати, укрепляющей святого страстотерпца.

Сначала юношу повесили и строгали его обнаженное тело железными когтями, обжигая при этом ребра его факелами.

Мученик с твердостью переносил эту страшную пытку, затем громогласно воззвал к Господу о помощи, и тотчас руки палачей ослабели и орудия пытки выпали из их рук.

Пораженный чудом, Максимиан приписал его волшебству и велел бросить юношу сначала в котел с расплавленным оловом, затем в море с тяжелым камнем на шее, но расплавленный металл не обжигал мученика, а камень плавал поверх воды.

— Что за сила твоего невероятного волшебства, что даже и море повинуется тебе? — вскричал в бешенстве тиран, обращаясь к чудотворцу.

— Небо, земля и вода повинуются не мне, а Христу и Создателю моему, — ответил святой целитель.

Тогда император приказал отвести Пантелеимона в цирк и бросить на съедение зверям.

Голодные звери, однако, не тронули святого и ласкались к нему, как кроткие агнцы. Единодушный крик изумления раздался в цирке: «Велик Бог христианский!». Изумился и Максимиан, но не вразумился и приказал колесовать святого Пантелеимона на огромном колесе с острыми ножами. И тут, однако, злоба мучителя была посрамлена: едва палачи начали вращать колесо, как оно разлетелось на части и своими осколками ранило многих зрителей. Мученик же остался невредим.

Снова тиран призвал к себе Пантелеимона.

— Кто научил тебя такому волшебству? — спросил он.

— Научил меня, только не волшебству, а истинному благочестию, один христианский священник Ермолай, — отвечал исповедник.

— Где он?

— Если желаешь, я призову его к тебе!

Святой Ермолай со своими двумя сослужителями скоро стояли перед лицом императора.

— Так это вы совратили моего врача с пути истинного? — спросил их Максимиан.

— Нет, государь! Напротив, он направлен нами на истинный путь веры Христовой.

— Пусть он снова обратится к богам! — приказал царь.

— Идолы ваши — не боги! — отвечали исповедники. — И мы не можем ни сами служить им, ни располагать к тому других!

Сказав это, святой Ермолай начал молиться Господу с просьбой явить Свою силу.

Раздался гул землетрясения.

— Слышите, как боги гневаются на вас! — снова обратился к ним Максимиан.

Но в это время ему объявили, что все идолы в храмах неизвестно от какой причины пали на землю и обратились в прах. Тогда испуганный тиран сказал своим советникам: «Если мы не погубим этих волшебников, то весь город погибнет!». И приказал Пантелеимона бросить в темницу, а Ермолаю и прочим отрубить головы. Жестокое приказание было исполнено.

Через несколько дней император еще раз попытался обманом достичь того, чего тщетно старался достигнуть жестокостью.

Призвав к себе святого Пантелеимона, он ласково сказал ему:

— Пантелеимон, брось свое упорство. Твой учитель Ермолай уже раскаялся в своем заблуждении и за то вознагражден мною. Последуй и ты его примеру!

Провидя гнусную ложь в устах своего мучителя, святой страстотерпец попросил свидания с Ермолаем.

— Теперь его здесь нет, я послал его в другой город за получением богатого имения, — отвечал Максимиан.

— Я знаю это, — сказал тогда юноша. — Ты отправил его через мученическую смерть в город Бога Живого, где верующим уготованы небесные награды!

Потеряв всякую надежду преодолеть твердость святого мученика, тиран приказал тогда обезглавить его. Но напрасно палач несколько раз опускал тяжелый меч на выю святого целителя — меч тупился и сгибался, как трава, а святой Пантелеимон оставался невредим. Наконец он сам сжалился над усилиями палачей и был обезглавлен.

Тут новое чудо обратило ко Христу самих палачей: по отсечении главы мученика вместо крови истекло молоко, а дерево, под которым происходила казнь, мгновенно покрылось целительными плодами.

Бездыханное тело страдальца было брошено в огонь, но огонь не коснулся священных останков, которые были с честью похоронены христианами.

Впоследствии святые мощи святого великомученика и целителя Пантелеимона были перенесены в Царьград (древнерусское название города Константинополь, ныне Стамбул. — Ред.); ныне же часть их, источая чудеса и исцеления, почивает на святой горе Афонской, в русском Пантелеимоновом монастыре.

Празднование святому Пантелеимону совершается 27-го июля (по старому стилю. — Ред.).