- «Отче! прости им, ибо не ведают, что творят» (Лк. 23:34)
- «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23:43)
- «Жено! се, сын Твой... се, Матерь твоя!» (Ин. 19:26-27)
- «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:46)
- «Жажду» (Ин. 19:28)
- «Совершилось!» (Ин. 19:30)
- «Отче! в руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23:46)
Семь коротких фраз, произнесенных Христом с Креста, – это не просто Его прощальные слова, но духовное завещание. Есть мудрое наблюдение, проверенное веками человеческого опыта: больше всего о человеке говорят его последние слова. На пороге вечности спадают все маски, умолкает лукавство, и уста произносят то, что действительно наполняет сердце. Перед лицом смерти не лгут – там уже нечего терять и нечего изображать. И если это справедливо для любого человека, то во сколько раз более это справедливо для Богочеловека! Слова, сказанные Христом на Кресте, – это не случайные восклицания измученного страдальца, но вершина всей Его проповеди, квинтэссенция Евангелия. Все, чему Он учил на берегах Галилейского моря, на склонах горы Блаженств и в Иерусалимском храме, сжалось в эти несколько фраз, как свет концентрируется в луче, прожигающем тьму. Это – вершина Нового Завета, последнее и самое прямое обращение Господа к каждому из нас.
Святитель Димитрий Ростовский называет их «сладчайшими словами» и призывает каждого христианина «побыть при распятом на Кресте Спасителе и слышать последние Его сладчайшие слова»[1]. Эти семь изречений не собраны в одном Евангелии – евангелисты Матфей, Марк, Лука и Иоанн запечатлели их по отдельности. Подобно тому как река, выходившая из Едема для орошения Рая, разделялась на четыре реки, единое учение Христа было отражено в четырёх Евангелиях[2]. Церковь же сложила это учение в единую гармонию.
Каждое слово Распятого Господа Иисуса Христа было произнесено ценой неимоверного физического страдания, чтобы заговорить, нужно было приподняться на пробитых гвоздями руках, превозмогая боль от ран. Тот, Кто прежде проповедовал, исцелял и воскрешал словом, на Кресте почти замолк – но всё, что Он сказал в эти последние часы, прямо относится к нашему спасению и нашей вере.
«Отче! прости им, ибо не ведают, что творят» (Лк. 23:34)
Как пишет протоиерей Андрей Ткачев, слово «творят» здесь сильнее, чем «делают»: люди не просто совершали очередной грех, они творили нечто беспрецедентное – распинали Самого Бога[3]. И первое, что делает Христос на Кресте, – не проклинает мучителей, а молится о них. В этой молитве – любовь, которую Господь имеет к людям: Он любит не только тех, кто Ему верен, но и врагов, и распинателей, и всех нас, кто своими грехами вбивает гвозди в Его руки. Как наставляет святитель Димитрий Ростовский: «Вспоминая это, боголюбивый человек, и ты прощай своим врагам согрешения, молясь, чтобы прощены были их согрешения»[4].
«Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23:43)
Рядом с Иисусом были распяты два разбойника. Оба сначала поносили Его, но внезапно один одумался и с верою воскликнул: «Помяни меня, Господи, когда приидешь во Царствие Твое!» Ответ Христа поражает: Он не просто обещает, а утверждает с властью: «ныне же будешь со Мною в раю». Это слово – величайшее утешение для каждого грешника: каким бы тяжким ни был грех, слово покаяния, обращенное с верой ко Господу, способно открыть врата Царствия Небесного. Благоразумный разбойник стал первым человеком, вошедшим в рай, – его краткое исповедание веры и смирения оказалось драгоценнее всей внешней праведности фарисеев.
«Жено! се, сын Твой… се, Матерь твоя!» (Ин. 19:26-27)
Под Крестом стояла Пречистая Дева, душа Которой была пронзена страданием вместе с Сыном. И в предсмертные минуты Господь проявляет трогательную сыновнюю заботу: Он вверяет Свою Матерь попечению любимого ученика Иоанна, а ему дарует Богородицу как Матерь. Бог дал людям заповедь: «Почитай отца твоего и мать твою» (Исх. 20:12), и Сам до последнего вздоха исполняет ее. Некоторые богословы усматривают в этом действии нечто большее: усыновление всех нас Пресвятой Богородице[5].
«Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:46)
Евангелист Матфей отмечает: эту фразу Иисус буквально прокричал. Это был вопль, который услышали многие, но не все из них поняли его смысл. В этом вопле проявилась одна из сторон душевных страданий Христа – ощущение богооставленности, знакомого многим страдальцам.
«Жажду» (Ин. 19:28)
Это самое короткое и, казалось бы, самое простое слово. Тело Спасителя было иссушено бичеванием, потерей крови, палящим солнцем и мучительной агонией. Но в этом слове, как и во всех словах Христа на Кресте, открывается множество смыслов. Здесь и исполнение пророчества из Псалма 68: «И в жажде моей напоили меня уксусом», и подтверждение подлинности страдания Спасителя (по человеческому естеству: как Человека). Кроме того это слово связывают с жаждой Господом обращения грешников, с жаждой нашего спасения. Этой жаждой была пронизана вся Его земная жизнь.
«Совершилось!» (Ин. 19:30)
Это не стон умирающего, не глухой выдох безнадёжности. Это – победный возглас. Греческое слово «τετέλεσται» означает «исполнено», «завершено», «достигнуто совершенства». Святитель Иоанн Златоуст восклицает: «Видишь ли дивную победу? Видишь ли действия креста? Чем победил дьявол, тем и сам побеждается»[6]. Крест, орудие позорной казни, стал орудием спасения мира.
«Отче! в руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23:46)
Это последнее слово Спасителя на Кресте – слова из Псалма 30, которые каждый благочестивый иудей произносил перед сном. Господь умирает с молитвой на устах. Этим Он учит и нас: смерть для христианина – не прыжок в бездну, а предание себя в руки любящего Отца. Вся земная жизнь верующего становится приготовлением к этому последнему «предаю».
***
Семь слов со Креста – это семь ключей, открывающих тайну Голгофы. В них удивительным образом выражено то, чему учил Христос и как Он поступал во время Своей земной жизни: любовь к врагам, прощение, забота о близких, смирение, терпение, верность Богу до конца. Каждое слово обращено не только к тем, кто стоял у подножия Креста, но и к нам сегодня. Эти семь изречений собраны из четырех Евангелий и являются неотъемлемой частью богослужения Великой Пятницы, а также предметом глубоких богословских размышлений и проповедей на протяжении столетий. Как писал священномученик Владимир (Богоявленский), «когда приходится нам слышать слова из уст умирающих родных, с каким напряженным вниманием выслушиваем мы их! Не с гораздо ли большим вниманием должны относиться мы к предсмертным словам нашего Господа?»[7].
[1] Димитрий Ростовский, свт. Семь слов Спасителя на Кресте
[2] Ср.: «Живоно́сная Твоя́ ре́бра, я́ко из Еде́ма исто́чник источа́ющая, Це́рковь Твою́, Христе́, я́ко слове́сный напая́ет рай, отсю́ду разделя́яся я́ко в нача́ла, в четы́ри Ева́нгелия, мир напая́я, тварь веселя́, и язы́ки ве́рно науча́я покланя́тися Ца́рствию Твоему́» (Богослужения Страстной Седмицы наряду. Служба во Святый и Великий Пяток)
[3] Андрей Ткачев, прот. Слова на Кресте / Интернет источник: https://vk.com/wall209687273_14331
[4] Димитрий Ростовский, свт. Семь слов Спасителя на Кресте
[5] См., напр.: Игнатий (Брянчанинов), свт. Аскетическая проповедь. См. также: Мама всех людей / Интернет источник: https://pravoslavie.ru/115351.html
[6] Иоанн Златоуст, свт. Беседа о кладбище и о кресте / Интернет источник: https://biblechurch.ru/news/read/tenebrae-2019-word-06
[7] Владимир (Богоявленский), сщмч. Беседы на семь слов Спасителя со Креста / Интернет источник: https://russportal.ru/index.php?id=synodal_period.vladimir_kievskii1903_00_001,
Комментировать