Мой путь к Богу – страница 25

После крещения я понял, что нашел для себя смысл жизни, нашел смысл своего делания, увидел тот идеал, к которому надо стремиться, – совершенство во Христе.

Что могло побудить группу из двух тысяч Североамериканских христиан перейти к древнейшей форме апостольской веры – и притом всего за десятилетие?

И вдруг открывается, что не все хорошо. Раскрепощение сознания, которого я достиг, – это на самом деле вседозволенность и наглость.

Еще маленьким мне хотелось понять, где истина, – и я искал истину, но не знал, где ее найти.

Я всегда задавался вопросом: а являемся ли мы частью этой Единой Святой Соборной Апостольской Церкви?

Я думал, что христиане, которые ходят в церковь, это старые, больные люди, которые боятся смерти и ищут утешения в религии.

«…Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженные чистые сердцем, ибо они Бога узрят…». Душа моя раскрылась при этих словах, и я забыл всё меня окружающее.

Тепло, сердечность я ощутил только в православном храме. Выбор был сделан, сознательный и четкий.

Я была потрясена. Я услышала то, что занимало все мои мысли, то, что было для меня самым важным.

Во мне – навстречу Богу – открылась «неприбранная», заброшенная душа, которой я в свою волчью пору не давал возможности робко возразить мне или посоветовать что-то!

Это была просто почти физическая тяга к источнику живой благодати и духовного здоровья.

В какой-то момент стало очевидно, что противиться истине мы больше не можем, если хотим быть честными – должны идти в храм.

Православие имеет полноценный ряд врачеваний для страдающей души. Я обрел великую лечебницу в Православии. Один из примеров – Иисусова молитва.

Бог мне подарил и каждый день продолжает мне дарить, по Своей невыразимой щедрости, то, что я искал и жаждал, а именно: Путь, Истину и Жизнь.

По окончании Божественной литургии Акшей переписал себе надпись у входа в храм, решив разузнать о вере, какую исповедовали в этом полюбившемся ему храме.

После месяцев исследований, тысяч прочитанных страниц, молитв, я пришел к убеждению: древняя Церковь – это не Римская, а Православная Церковь.

В тот момент я вдруг отчетливо увидел бедность баптистского богословия, ложные, неверные стереотипы о Православии – об иконах, молитвах святым и прочем.

Мы ощутили благодать и намоленность монашеской обители: каким-то чудесным образом перед нами открылся новый, необычный и очень притягательный мир.

Однажды в моей жизни была такая точка, когда я почувствовал себя словно высохшим, почувствовал потребность в молитве. Моя душа хотела получить мудрость, особое знание.

Я был поражен молитвой Иисусовой и стал ее совершать. Тогда я на самом деле встретился с глубинами Православия.